Причина — череда мировых макроэкономических кризисов, начавшихся с 2020 года на фоне пандемии COVID-19 и не прекращающихся до сих пор из-за геополитических конфликтов в разных регионах мира. Трансформация цепочек создания стоимости, а также дисбалансы спроса и предложения на энергоносители приводят к резкому и зачастую неконтролируемому росту стоимости энергоресурсов.

Так, военный конфликт на Ближнем Востоке спровоцировал резкий рост цен на газ и нефть. В результате в ряде стран встал вопрос о запуске угольных ТЭС вместо пиковой газовой генерации во избежание существенного роста цен на электроэнергию. Например, в Германии планируют расконсервировать порядка 7,6 ГВт угольных ТЭС, в Италии — 4,7 ГВт, в Тайване и Южной Корее — по 2,1 ГВт.

Однако их развитие сегодня ограничивается погодозависимым характером выработки энергии, а также необходимостью резервирования и балансирования за счет СНЭ, электросетевой инфраструктуры и иных источников электрогенерации, в том числе на ископаемом топливе.

Особенно это важно для Индии и Китая, где на угле вырабатывается порядка 75 и 58% электроэнергии соответственно и встает вопрос перехода на более чистые источники энергии для повышения качества воздуха в городах. Поэтому данные страны идут по пути рационализации энергетических балансов исходя из имеющихся доступных внутренних ресурсов (главным образом угля), а также нацелены на снижение стоимости электроэнергии и антропогенного фактора.

🔜Особенно сильно может пострадать аграрная отрасль Индии и Бразилии. Ормузский кризис также создает проблемы для производителей азотных удобрений. В первую очередь это касается стран, где импортируемый через пролив газ покрывает значительную часть внутреннего спроса на сырье для производства аммиака и карбамида - Индии, Пакистана и Бангладеш.

☑️Европейский рынок опять был вынужден закупать газ по завышенным кризисным ценам.

➡️В 2025 году выпуск карбамида в Китае составил около 63 млн т, при этом уголь обеспечил сырьевую базу примерно для 80% выпуска.

🔜В такой ситуации выбор для сельхозпроизводителей фактически сводится к двум сценариям. Первый — закупать удобрения по более высокой цене и принимать рост себестоимости урожая. Второй — сокращать объем внесения, чтобы ограничить расходы, но тогда возрастает риск снижения урожайности. В обоих случаях Ормузский кризис выходит за пределы энергетики и химической промышленности, превращаясь в фактор давления на продовольственный рынок.

☑️Для восстановления экспортных поставок как азотных удобрений, так и сырья в виде СПГ потребуется некоторое время. Особенно сильно дефицит удобрений может почувствовать Индия — один из крупнейших мировых импортеров, традиционно наращивающий в конце года закупки карбамида для обеспечения сельскохозяйственного сезона.

➡️Высокий интерес этой азиатской экономики к нашим газохимическим продуктам способен укрепить позиции отечественных производителей на индийском рынке и зарекомендовать себя как надежного поставщика для АТР.