Чхартишвили разверзло рот...

И высказалось по поводу предстоящего уничтожения упырями памятника Булгакову в его родном городе Киеве.

Господи...Какая же всё-таки... антропоморфная поганка...

ЗАПИСКИ «ЗРАДНИКА» УКРАИНСКОЙ ДЕРЖАВЫ
Продолжаю публиковать воспоминания о своей тюремно-судебной истории. Без хронологии. Как вспоминается.

ДОКТОР СЕРЁЖА

Тюрьма и корпус для «политических» подарили мне нового друга. Дорогой Сергей Александрович. Доктор Серёжа.
В Киеве его знают многие. Он прекрасный врач. Реаниматолог, кандидат наук. Всё время ковидной напасти доктор Серёжа провёл в «красной зоне». Спасал людей.
Ему сорок семь. Симпатичный, спортивного сложения.
Одиннадцать дней Сергея Александровича продержали в подвале тюрьмы СБУ. Били. Как опытный доктор он мысленно ставил себе диагноз:
– Вот ещё сломали ребро…
Когда доктора ввели к нам в 238-ю камеру, здесь уже были Андрей Стефанович, автор «непатриотических» комментариев в фейсбуке, почти его ровесник тридцатидвухлетний главный инженер нефтебазы Артур, серьёзно больной, не имевший сведений о жене и двух маленьких дочках, не имевший лекарств, без которых мог умереть, арестованный за то, что учился в России и там осталась жить его мама.
Вечером к нам перевели Сашу Курлука с припухшими глазами и разбитой переносицей (тоже взятого за «комменты»). А потом сельского мужика Анатолия, который в начале СВО под Киевом помог по-человечески похоронить четверых погибших односельчан. Но вместо награды, получил от родной державы 2-ю часть 111-й статьи – до пожизненного заключения. За «связи с агрессором» (попросил помощи у российских военных).
Все они – Сергей Александрович, Толик, Саша Курлук, Артур, Андрей и второй Саша, Кононович – были жестоко биты.
В 238-й камере спецкорпуса для «политических», куда я попал после карантина, не били только меня. Но, думаю, не от избытка гуманности. Просто, бить не было указания. Украинское начальство могло внезапно затребовать меня для каких-нибудь своих торгов. А старый литератор покалечен. Или даже умер. Неловко могло получиться.
За что же арестовали доктора Серёжу? Повод для нынешней Украины весьма популярный. Несколько коллег-медиков написали доносы в СБУ. Там сообщалось, что у нашего доктора антиукраинские взгляды.
В чём могли проявляться антиукраинские взгляды врача – рецепты писал на церковнославянском или больных прослушивал, напевая песни о родных берёзах – сказать сложно. Сегодня на Украине бывает так: кто первый настучал, тот и правильный украинец.
Однако в Серёжиной истории есть характерные подробности. Все авторы трёх доносов были крайне слабыми врачами. К тому же в условиях эпидемии они дружно разворовали бюджетные деньги, присланные на нужды больницы. А Сергею Александровичу эти «подробности» были хорошо известны.
Словом, СБУ живо откликнулась на поступившие сигналы. К тому же, нашли у доктора Серёжи звонки другу в Россию. А также подозрительную шутку российского товарища, мол, пора тебе, дорогой, становиться министром здравоохранения Украины. В итоге Сергей Александрович был обвинён по той же 111-й статье за измену державе.
Мне кажется, есть такие «незалэжные» европейские державы, что, если не изменишь, не можешь себя считать порядочным человеком

⬇️ ПРОДОЛЖЕНИЕ ⬇️

⬆️ НАЧАЛО ⬆️

ПРАВОСУДИЕ ПО ВЫЗОВУ

Октябрь 2022 года. Я в больнице. Но при этом остаюсь под судом. После операции по поводу рака прошло две недели. Стараюсь не думать о новых судебных заседаниях, о скором приговоре и о том, в какой зоне после него окажусь.
Однако держава обо мне думает.
Сначала в день моей операции в больницу пришли два мелких чина СБУ. Проверить, не совершил ли я побег. Их встретил наш заведующий отделением. Человек весёлый и смелый:
– Да, он у нас! Вы можете его не только увидеть, но и посмотреть, что у него внутри. Пойдёмте, он как раз сейчас на операционном столе.
– Не треба, – строго сказали эсбэушники и, походив по отделению, словно принюхиваясь, удалились.
Вспомнили обо мне и в Шевченковском суде Киева.
– Как-то давно мы его не судили, – решили в неведомых мне кабинетах. – Ещё могут подумать, что нам стало жаль «зрадника».
И вот спешно назначается видеоконференция. Своего рода, выездное заседание суда.
В моей больничной палате установлен ноутбук. Моя адвокат настраивает связь с судом. Я сижу рядом. В халате, тапочках, стыдливо пряча торчащие из меня дренажи.
Заседание начинается. Зрение у меня неважное. Фигурки тех, кто меня судит, на экране выглядят мелкими. Я не сразу разбираю, где судья, где секретарь суда. Потом всё идёт, как обычно.
Сначала бессвязное бормотание судьи. Затем прокурор монотонно читает мои старые сатирические вирши. Читает скороговоркой, без выражения, будто хочет, чтобы всё поскорее закончилось. Потом прокурор также нудно зачитывает отрывки из Главного Доказательства – лингвистической экспертизы, где поясняется в какой строке какую часть державы я подрывал.
Я отключаюсь и просто жду. На какое-то время мне становится всё безразлично. Меня накрывает бессмысленность происходящего. Что происходит? О чём говорят эти люди? За окном мой родной город. И улицы знакомые с детства. Я не сделал ничего плохого. Почему я должен опять это слушать? Здесь какая-то игра? Ритуал? Но ведь они сами не верят ни в мою вину, ни в то, что говорят.
Потом я возвращаюсь в настоящее. И снова думаю о том, что притворство стало частью местного существования. Его сутью. Если бы я был писателем-фантастом, то увидел бы тут готовый сюжет. Некая планета, где местные гуманоиды живут и дышат притворством, имитацией. Таков способ выживания этих существ…
Впрочем, сейчас мне не до фантазий. Очередной том моего дела худеет и скоро закончится. Мой защитник, юная Ольга Олеговна, просит судью сократить заседание, поскольку подсудимый ещё слаб. Судья через некоторое время соглашается. Возможно, и судье тягостно участвовать в этой театрально-судебной самодеятельности. А, может, главное уже произошло. Если высшие державные силы спросят: «Видели его? Не убежал? Судили?». Можно будет отчитаться, мол, «зрадник» на месте, судили, да и куда он денется?!

В Конгрессе США состоялись важные переговоры о защите Украинской Православной Церкви (УПЦ): Кэтрин Уайтфорд, сопредседатель Национальной федерации молодых республиканцев США и директор по связям с государственными органами Общества святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, встретилась с членом Палаты представителей США Райли Муром. Основной темой обсуждения стали продолжающиеся преследования православных христиан и нарушения прав верующих канонической Церкви в условиях конфликта в Украине.
https://raskolamnet.info/ru/?p=97837

Миндич заявил, что его «сделали крайним» в громком коррупционном деле.

УП публикует более полный разговор журналиста с бизнесменом в Израиле.

Миндич сказал, что его дело «на 90% медийное», его «обвиняют во всем», но он обвинения отрицает и говорит, что его сделали «крайним», а обвинить его можно даже в войне в Израиле.

Вопросы по следствию комментировать отказался.

Подтвердил, что знаком с Умеровым и Галущенко, но утверждает, что никаких указаний им не давал.

При этом подтвердил подлинность разговора с Умеровым по поводу покупки бронежилетов. Но сказал, что это лишь кусок беседы, вырванный из контекста.

Миндич заявил, что с Зеленским общался «давно», за время президентства это происходило «очень редко», а сейчас «вообще нет».

Миндича называют одним из ближайших друзей президента и его «кошельком», который курировал коррупционные схемы в энергетике и в оборонке.

Но, как видим, он эти обвинения отрицает.

Арахамия подтвердил, что власти готовят выборы онлайн.

По словам главы фракции «Слуга народа», на рабочей группе по проведению выборов во время войны рассматривают гибридный формат: частично офлайн, то есть на избирательных участках, частично онлайн, а также растянуть голосование на нескольких дней.

Напомним, что голосование онлайн ранее публично поддержал Зеленский. При этом даже депутат его фракции говорил, что это создает огромную вероятность фальсификации, так как власти могут абсолютно бесконтрольно «нарисовать» себе любой результат. О том же постоянно заявляет и оппозиция.

Подробнее о планах Зеленского по удержанию власти через онлайн-выборы мы писали здесь.

Сайт "Страна" | X/Twitter | Прислать новость/фото/видео | Реклама на канале | Помощь

Офицер батальона 106 бригады ВСУ рассказал СМИ, как россияне захватили командный пункт бригады в Гуляйполе.

По его словам, российских военных украинцы увидели уже лично, когда они были в городе. Командный пункт находился в 700 м от линии фронта, но командование запрещало его перемещать дальше.

«Я был свидетелем, когда из бригады позвонили и кричали, что типа вы врете, что вы в Гуляйполе, давайте дрон вас будет снимать, вы должны ручкой помахать, что там действительно находитесь. Это как раз на второй день после того, как мы помахали ручкой, такое случилось», - говорит военный.

Военные, которые утром 17 декабря увидели россиян на одной стороне улицы, не поняли, кто это. Пока разбирались, противник уже приблизился.

«Они (украинские военные - Ред.) не открыли огонь, а спустились к нам в подвал. Богдан [командир роты] и еще один паренек выставились на лестничную клетку. Этот парень выдвинулся первым, Богдан вторым. И сразу пошли автоматные очереди. Как раз в этот момент выдвижение погиб командир роты», - говорит военный.

В итоге бойцы держали оборону, пока по россиянам работали дроны, и сжигали документы и ноутбуки. Но сжечь удалось не все, как и в целом здание. Военные до утра ждали подмогу, но ни эвакуации (к вечеру один раненый истек кровью), ни подкрепления не было и они решили сами выходить.

Выходили с потерями три дня, пережидали в укрытиях, в итоге смогли под огнем добраться до соседних позиций.

«Наверное, была просто паника. Подвал должен был полностью воспламениться. Был подготовлен бензин и кто-то не зажег просто», - говорит военный.

Он сказал, что не готов ответить на вопрос была ли среди оставленных документов секретная информация, но добавил, что информация по позициям ВСУ уже потеряла актуальность.

Теперь бойцов проверяет контрразведка, комбата отстранили.

В Санкт-Петербурге задержали 70 человек, съехавшихся со всей РФ для проведения молитвы за здоровье Зеленского.

Сектанты какие-то?

Распространенный Украиной план урегулирования по 20 пунктам радикально отличается от того, что Россия обсуждает на переговорах с США, — МИД РФ

"Этот план радикально, если это вообще можно назвать планом, отличается от тех 27 пунктов, которые в последние недели, начиная с первых чисел декабря, мы отрабатывали в контактах с американской стороной".

Сегодня юбилей давнего и уже подзабытого, но достаточно важного для истории события.
14 (26) декабря 1825 года.

Помните? 🙂

Они разбудили Герцена, да-да.
Ну и далее по цепочке.
(Цепочку саркастически, довольно зло, но исторически вполне корректно описал Наум Коржавин ["Баллада об историческом недосыпе"].)
Повторять хорошо известные вещи не буду: кому интересно, те или и так знают, или легко могут узнать. Поделюсь только соображением, которое принадлежит не мне, а замечательному поэту и тонкому знатоку истории, и которое он впервые высказал "на публику" в 1984 году, когда "разговорчики в строю" еще не поощрялись.

ПЕСНЯ ДЕКАБРИСТОВ

Там, где каторжный труд, там, где лес непочат,
В необъятной заснеженной шири,
Наши песни поют, наши цепи звенят,
Наши избы стоят по Сибири.
Не припомнит никто в этой дикой глуши
Эполеты полков и кокарды, —
Как мы молоды были и как хороши,
Лейб-гусары и кавалергарды!
Среди дымных ветров не ступились в бою
Наши острые шпаги и сабли.
За свободу мы кровь отдавали свою,
Мы чужой не пролили ни капли.
Пусть запомнят потомки на все времена,
Добиваясь победы в сраженьи:
Не всегда для свободы победа нужна,
Ей нужнее порой пораженье.
Потому-то и тут больше века подряд,
В необъятной заснеженной шири,
Наши песни поют, наши цепи звенят,
Наши избы стоят по Сибири.

1984

Последние две строки предпоследнего куплета: "Не всегда для свободы победа нужна, // Ей нужнее порой пораженье".
О чём это?

Конечно, при желании это можно интерпретировать и во вполне ленинском духе. (И, честно скажу, я это так и "понимал", пока не получил разъяснение непосредственно из уст автора…)
Мол, "узок был круг этих революционеров, страшно далеки они от народа": это ж оттуда же, откуда и "разбудили Герцена". Посыл понятен: то были *неправильные* революционеры. (Правильные — только мы сами, большевики!) Поэтому, мол, они и *должны* были проиграть.
Правильные или неправильные, а выиграть они вполне могли бы. Ну да, ну да, история не знает условного наклонения. Но она да знает, что для успешного государственного переворота совсем не обязательно кругу быть широким, а революционерам — страшно близкими к народу. Достаточно оказаться в нужное время в нужном месте — и проявить *решительность*. Вот решительности (будущим) декабристам и не хватило (в отличие от).
А хватило бы — могли бы и выиграть.

Так о чём эти строчки?

О том, что было БЫ, если БЫ они таки выиграли.

А был бы — тeppор, при виде которого (бывшие) якобинцы нервно курили в сторонке и риторически вопрошали бы:

"А что, так можно было?"

Тридцать пять лет спустя Александр Моисеевич развил эту же мысль, расписав всё уже, что называется, в явном виде:

ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ ДЕКАБРЯ

Ненастная погода на дворе.
Над Петербургом вьюга ледяная.
На площади Сенатской в декабре
Стою, о декабристах вспоминая.
Мы в школьные далекие года
Привычно их жалели и любили,
Не думая, что было бы тогда,
Когда бы они, и вправду, победили.
Победы декабристам не желай.
Судьба страны куда была бы злее,
Когда бы был низложен Николай,
И победили Пестель и Рылеев.
Как ни чисты их помыслы, увы,
Им общего не удержать злодейства:
Расстрельные засыпанные рвы,
Уничтоженье царского семейства.
И задымится крови полоса, —
Страшнее не представлю я картины,
И ляжет на российские леса
Косая тень парижской гильотины.
Кто наперед сегодня разберет
Истории кровавую ухмылку?
Был Пушкин бы назад отправлен в ссылку,
А, может быть, взошел на эшафот.
Хвала тебе, наш православный Бог,
В которого опять поверим скоро,
Что ты тогда Россию уберег
От крови санкюлотского террора.

2019

Как-то так.

Стефан Машкевич