Съездил в Тулу и Ясную Поляну — на пленэр, за тишиной, светом и тем особым состоянием, когда хочется не говорить, а смотреть.
Ясная Поляна — усадьба, где родился и прожил большую часть жизни Лев Толстой, — до сих пор хранит спокойствие среднерусской природы: старые аллеи, мягкие тени, воздух над полями.
Дорога ложилась на холст охрой и серо-зелёными полутонами. Небо менялось быстрее кисти: то становилось прозрачным и высоким, то собирало облака в тяжёлые, почти фиолетовые тучи.
В таких местах этюд начинается прорисовываться в голове ещё до того, как достанешь краски.
В Поленово — простор, тишина и горизонт, в котором растворяются поля.
Свет касается травы — и зелень уже серебрится; облако проходит над дорогой — и привычный пейзаж становится совсем другим.
А потом заехали к Фёдору. Давно не виделись. И эта встреча стала, пожалуй, главным тёплым мазком всей поездки: без суеты, по-настоящему, по-человечески.
Такие встречи остаются не только в папке с фотографиями и на этюдах — они остаются внутри.
Следующая остановка - Соловецкое чудо.
Обнимаю вас, миленькие мои. 😘
Ясная Поляна — усадьба, где родился и прожил большую часть жизни Лев Толстой, — до сих пор хранит спокойствие среднерусской природы: старые аллеи, мягкие тени, воздух над полями.
Дорога ложилась на холст охрой и серо-зелёными полутонами. Небо менялось быстрее кисти: то становилось прозрачным и высоким, то собирало облака в тяжёлые, почти фиолетовые тучи.
В таких местах этюд начинается прорисовываться в голове ещё до того, как достанешь краски.
В Поленово — простор, тишина и горизонт, в котором растворяются поля.
Свет касается травы — и зелень уже серебрится; облако проходит над дорогой — и привычный пейзаж становится совсем другим.
А потом заехали к Фёдору. Давно не виделись. И эта встреча стала, пожалуй, главным тёплым мазком всей поездки: без суеты, по-настоящему, по-человечески.
Такие встречи остаются не только в папке с фотографиями и на этюдах — они остаются внутри.
Следующая остановка - Соловецкое чудо.
Обнимаю вас, миленькие мои. 😘
❤4❤🔥1