Госдума в прошлом году приняла закон о запрете крестопада. Очень много копий разбилось вокруг этого закона, но и дискуссия была действительно серьезная, большая в обществе. При этом мы видим, что продолжается денежная реформа, в рамках которой купюры с древними храмами вообще в принципе удаляются вовсе. Появляются купюры без храмов. Это формально не крестопад, но нормально ли это?

Это формально не крестопад, но одновременно это крестоповал, я бы сказал. Ничего нормального я здесь не вижу, потому что российская цивилизация изначально возникала, становилась и продолжает оставаться православной цивилизацией в своих главных духовных и государственных основах. Потому что все-таки наша цивилизация создавалась нашими православными предками, которые, выстраивая свою страну, обустраивая свою землю, постепенно, тем или иным путем присоединяли к себе другие народы с другими верованиями, с другой культурой.

Но основные принципы бытия нашего государства, они тем не менее православные, христианские в своем основании. Поэтому вот эта вот попытка, которая продолжается уже больше чем в 100 лет, начиная с революции начала 20 века, попытка стремления отринуть эти христианские православные основы российского государства, ни к чему не приведут.

Чудеса по молитвам к старцу происходят и сегодня. При рождении врачи ставили Даше диагноз ДЦП и предупреждали маму, что девочка будет полностью прикована к креслу.

Даше было 6-6,5. Мы чудом попали в Томск, к мощам Федора Томского. И после того, как Даша приложилась к этим мощам, она сделала свои первые шаги. У нее появилась сила, опора какая-то в ногах. Мы все удивились, заплакали от счастья.

Я приложилась и просто взяла и пошла. Я вижу, что у мамы вот так вот течет слеза. Я у нее спросила, а что ты плачешь? Все хорошо. Это очень важная поездка в моей жизни. Это одно большое чудо. У нас дома висит икона Федора Томского, которую мы привезли из монастыря.

Правильно было сказано про СМИ. Одни копируют у одних новости, а другие, действительно, вот как я сказал сегодня, намеренно — уже он не мигрант, он уже, как вы сказали, из Кемерово и всё остальное.

И медленно-медленно пытается эту историю растащить. А когда её растащат, естественно, и решение, возможно, будет другое, но мы, повторюсь, добьёмся того, чтобы действительно решение было правильное.

Знаете, конфликт не межэтнический, потому что есть, например, прекрасные представители среднеазиатских народов. Недавно я писал у себя про Джамшеда из Таджикистана.

Он приехал в Россию, давно женился на русской девушке, пошёл воевать на СВО, на СВО крестился и, несмотря на угрозы своих соплеменников, стал, в общем, таким православным воином, который добровольно с крёстным своих детей воюет на СВО и там ещё принял православие.

Замечательный человек, русский по духу, можем так сказать, безусловно. Но, к сожалению, это исключение из правил. Случаи такие единичные по большому счёту. А по-хорошему среднеазиатские страны просто сбрасывают нам свой балласт.

Мы живём в эпоху, с одной стороны, пробуждения русского духа и народа, а с другой стороны — продолжения кризиса, который возник ещё в девяностых, после слома традиционного общества. И этот слом до сих пор переживается и это всё не может не отражаться на психологическом состоянии нашего народа, на духовном состоянии.

И у нас какие-то изумительные перепады. С одной стороны, одни люди добровольцами идут на СВО, например, жертвуя своей жизнью ради близких, а другие в то же время убегают из страны и клеймят её последними словами.