Вертикаль в условиях усиливающейся потребности в децентрализации.
С февраля 2022 г. и введения масштабных санкций для российской экономики резко повысилась значимость ЕАЭС и таких хабов как Армения, Кыргызстан и Казахстан. К ним же примкнула и Грузия, которая не входит в ЕАЭС, но сотрудничает с Россией.
Политическая вертикаль в стране делегирует полномочия регионам тогда, когда сталкивается со структурными сложностями (ковид, вакционирование, события осени 2022 г.). Однако это происходит только тогда, когда это не предполагает концентрирование ресурсов на местах. Показательно, что в ситуации с топливным кризисом логика концентратора ресурсов и перераспределителя только усиливается, децентрализации не происходит, наоборот, усиливается сверхцентрализация.
Ситуция с Wildberries показывает, что сверхконцентрированное надувание маркетплейсов-гегемонов – тоже чревато структурными дисфункциями. Дело не только в складах, а в том, что квазимонополист диктует остальному бизнесу свои условия и лишает малый бизнес и ИПшников прибыли. Бизнес в этих условиях формирует явный запрос на децентрализацию, развитие альтернативных платформ и даже регистрацию в более привлекательных (исходя из особенностей положения России) юрисдикциях. К таким уже относится Белоруссия, Кыргызстан и Казахстан (их складская инфраструктура тоже), хотя все это объективное удорожание логистики и прочих расходов.
В ЖКХ тоже усиливается запрос на децентрализованные решения, особенно в сфере осенне-зимних угроз. Однако, это только одна сторона, другая совершенно иная.
Альтернативные каналы коммуникации бизнеса и покупателей не развиваются, а ограничения (Telegram и другие) сохраняются. На уровне ЖКХ ТСЖ и прочая гражданская активность не поощряются. Не говоря уже о более серьезных вопросах. Позиция формирования естественных и квазимонополистов (типа Wildberries и Ozon) фрактально оформлена, она поддерживается правящим классом, в силу различных причин.
Секьюритизация воспринимает любую несанкционированную активность (даже глубоко неполитическую) как потенциальную угрозу. В этих условиях может реализовываться только концепция управляемой децентрализации, которая трудно реализуема.
Усложнение жизни (санкции, технологические вызовы, износ инфраструктуры) требует усложнения системы управления (разнообразия) и тонкой надстройки. Последние годы система этим занимается непрерывно и достигнуты были определенные успехи, но сейчас груз проблем выглядит очень значительным. Запрос на контролируемые вертикалью децентрализованные решения резко возрос.
Частично (или даже в заметной форме) он может быть удовлетворен за счет адекватным решениям, адаптивность и даже гибкость по-прежнему высока, ее не стоит недооценивать.
Но в историческом масштабе – это типичная квадратура круга…
С февраля 2022 г. и введения масштабных санкций для российской экономики резко повысилась значимость ЕАЭС и таких хабов как Армения, Кыргызстан и Казахстан. К ним же примкнула и Грузия, которая не входит в ЕАЭС, но сотрудничает с Россией.
Политическая вертикаль в стране делегирует полномочия регионам тогда, когда сталкивается со структурными сложностями (ковид, вакционирование, события осени 2022 г.). Однако это происходит только тогда, когда это не предполагает концентрирование ресурсов на местах. Показательно, что в ситуации с топливным кризисом логика концентратора ресурсов и перераспределителя только усиливается, децентрализации не происходит, наоборот, усиливается сверхцентрализация.
Ситуция с Wildberries показывает, что сверхконцентрированное надувание маркетплейсов-гегемонов – тоже чревато структурными дисфункциями. Дело не только в складах, а в том, что квазимонополист диктует остальному бизнесу свои условия и лишает малый бизнес и ИПшников прибыли. Бизнес в этих условиях формирует явный запрос на децентрализацию, развитие альтернативных платформ и даже регистрацию в более привлекательных (исходя из особенностей положения России) юрисдикциях. К таким уже относится Белоруссия, Кыргызстан и Казахстан (их складская инфраструктура тоже), хотя все это объективное удорожание логистики и прочих расходов.
В ЖКХ тоже усиливается запрос на децентрализованные решения, особенно в сфере осенне-зимних угроз. Однако, это только одна сторона, другая совершенно иная.
Альтернативные каналы коммуникации бизнеса и покупателей не развиваются, а ограничения (Telegram и другие) сохраняются. На уровне ЖКХ ТСЖ и прочая гражданская активность не поощряются. Не говоря уже о более серьезных вопросах. Позиция формирования естественных и квазимонополистов (типа Wildberries и Ozon) фрактально оформлена, она поддерживается правящим классом, в силу различных причин.
Секьюритизация воспринимает любую несанкционированную активность (даже глубоко неполитическую) как потенциальную угрозу. В этих условиях может реализовываться только концепция управляемой децентрализации, которая трудно реализуема.
Усложнение жизни (санкции, технологические вызовы, износ инфраструктуры) требует усложнения системы управления (разнообразия) и тонкой надстройки. Последние годы система этим занимается непрерывно и достигнуты были определенные успехи, но сейчас груз проблем выглядит очень значительным. Запрос на контролируемые вертикалью децентрализованные решения резко возрос.
Частично (или даже в заметной форме) он может быть удовлетворен за счет адекватным решениям, адаптивность и даже гибкость по-прежнему высока, ее не стоит недооценивать.
Но в историческом масштабе – это типичная квадратура круга…
👍9❤2🤔1