📍В ереванской школе №147 сегодня открыт памятник Герою Арцаха Роберту Абажяну.

На памятнике высечены его знаменитые слова, сказанные перед гибелью:
«На этой земле всегда была борьба, и сейчас я вытяну кольцо и хочу, чтобы всем передали: того, кто сдаст этот боевой пост, — я его …»

Сегодня исполняется 34 года со дня основания Армянской армии

28 января 1992 года Правительство Республики Армения приняло судьбоносное решение о создании Министерства обороны, тем самым юридически оформив рождение Национальной армии. В структуру нового ведомства вошли патрульно-постовой полк МВД, оперативный полк особого назначения, подразделения гражданской обороны и республиканский военный комиссариат.

Вскоре был сформирован центральный аппарат Министерства обороны — Генеральный штаб, профильные управления и специализированные отделы, заложившие фундамент системы военного управления.

Уже в мае 1992 года состоялся первый призыв на воинскую службу на территории республики, с которого началась история регулярного комплектования Армянской армии и формирование её боевых традиций.

#АрмянскаяАрмия

❗️❗️Более двух лет как Арцах перестал быть армянским

В 2019 году в Степанакерте прозвучала громкая декларация: «Арцах — это Армения, и точка». В 2020‑м во время войны звучали обещания победы (Հաղթելու ենք), но итог оказался трагическим.

Почти пять тысяч армянских воинов погибли, сотни мирных жителей стали жертвами, около двадцати тысяч получили ранения, сотни пропали без вести, десятки оказались в плену. Более 140 тысяч арцахцев лишились своих домов., армянский народ потерял двадцать восемь процентов своих земель, а вопрос возвращения всех пленных до сих пор остаётся нерешённым.

Сегодня нас убеждают , что покупать топливо и пшеницу у Азербайджана и превращать страну в тюркский проходной двор - это и есть мир.

Возникает главный вопрос: какова настоящая цена такого «мира» и сколько еще нужно отдать за него ?

❤️ Сегодня в Армении отмечается День Святого Саркиса

Святой Саркис — один из самых почитаемых святых в армянской традиции, покровитель молодых и влюблённых. Его имя связано с благословением молодости, надеждой и силой любви, а сам праздник наполнен особым, тихим ожиданием чуда 🙏

✨ Интересный факт и народная традиция.
В армянской культуре с этим днём связан особый обычай. Накануне праздника незамужние девушки и холостые парни перед сном съедают специальное солёное печенье — ахи блит.

По традиции это печенье готовит замужняя женщина, находящаяся в счастливом браке, имеющая семью и детей. Считается, что именно через её руки и тепло её дома передаётся благословение — чтобы сон был добрым, а знак верным.

Печенье очень солёное, и после него нельзя ничего есть и пить. По поверью, если во сне кто-то принесёт воду — это может быть знаком будущей судьбы ✨

День Святого Саркиса — это не только романтический обычай, но и церковный праздник, наполненный верой, надеждой и внутренней тишиной.

🤍 «Евразия-Армения» желает, чтобы всё задуманное нашло свой путь, а самое важное — пришло вовремя и с добрым знаком.

ИЗ НЕИЗДАННОЙ КНИГИ

Глава. Плен памяти

Дом моего детства стоял на краю улицы – там, где кончался асфальт, точно сдаваясь без боя, и начиналась старая, покоробившаяся от времени грунтовка, пахнувшая в зной пылью, а в дождь – мокрой листвой и чем-то ещё, чем-то безнадёжно земным. Он не блистал ни красотой, ни величием, но в нём таилась странная крепость – тёплая и необъяснимо надёжная.

Стены его помнили голоса куда лучше нас, грешных. Порой мне мерещилось: стоит только прильнуть ухом к прохладной штукатурке – и услышишь, как мамин голос, уже потускневший, зовёт к ужину, как отец читает вслух, перебирая слова, будто чётки, как за окном, в вечных сумерках, скрипят качели. Всё это кануло, растворилось, но дом, упрямый хранитель, удерживал время, не позволяя ему утечь до конца.

По утрам солнце, этот назойливый золотой гость, первым делом являлось в мою комнату. Луч, точный и неумолимый, ложился прямо на письменный стол – на груду книг, тетрадей и вечную чашку с карандашами. И я, юный философ, был свято убеждён: раз светило ежеутренне является сюда, значит, в подлунном мире всё ещё сохраняется какой-то порядок.

Во дворе властвовал старый тутовник. Летом он, словно расщедрившийся пьяница, осыпал землю тёмными, липкими ягодами. Руки после этого носили фиолетовые следы – клеймо детства, которое не смывалось днями. Под его сенью вершились все наши судьбы: здесь зрели первые обиды, заключались перемирия, рождались мечты о будущем, которое тогда казалось бесконечно далёким и непременно — о, обязательно! — счастливым.

Особенно памятны вечера в кабинете. Отец совершал там свой тихий ритуал – перебирал книги. Делал он это осторожно, благоговейно, будто не страницы перелистывал, а касался чьих-то душ. Снимал том с полки, раскрывал наугад, и взгляд его задерживался на знакомых строках, а губы иногда трогала лёгкая, едва заметная улыбка. В эти минуты в доме воцарялась особенная, звенящая тишина – казалось, сами стены прислушиваются к шелесту страниц и блюдут это хрупкое, тёплое спокойствие.
А над столом, чуть в стороне от книжных полок, стояла небольшая икона Спасителя — строгая, потемневшая от времени; казалось, и она вместе со стенами молча хранит всё происходящее.

Дом пережил многое: ремонты, кочующую мебель, наше взросление, отъезды. Он принимал всё молча, стоически, будто понимал своё высшее назначение: люди приходят и уходят, а его дело – хранить. Просто хранить.

Когда же я, спустя годы, вернулся, он встретил меня всё тем же запахом – старого дерева, пыли и бумаги. Скрипнула та же самая, вероломная ступенька. Окно по-прежнему смотрело на закат. И меня, внезапно, осенило: дом детства – вовсе не стены, не крыша. Это состояние души, где ты навсегда остаёшься ребёнком и где тебя ждут, даже если ждать уже давно некого.

Я вышел во двор, провёл ладонью по шершавой коре тутовника и ощутил странное, безмятежное спокойствие. Будто самый воздух, будто тихий голос из прошлого прошептал:
— Всё на месте. Ничто не пропало… это просто тебя давно не было.

Прошло совсем немного времени. Но, как водится, спокойствие оказалось обманчивым. Однажды этот дом перестал существовать. Не с грохотом и пламенем, а тихо, по-воровски, словно стыдясь своего конца. Он остался один. Без голосов. Без огней в окнах напротив. Да и дорога к нему стала чужой, ненужной, словно ведущей в никуда. И в одно тревожное утро стало ясно: дома больше нет — как нет уже Родины.

Теперь он живёт лишь в памяти. В прохладной тени тутовника. В шелесте страниц тех самых книг. В предательском скрипе ступеньки. В утреннем луче, который по-прежнему ищет письменный стол. Так он и остался со мной — в плену памяти, где время уже не властно и где утраты, странным образом, обретают тихую вечность.

Лев Якутянин (2026)

#ПленПамяти
#НеизданнаяКнига