Здравствуйте, дорогие друзья!

Совсем скоро у меня начинается вахта. Вахта обещает быть непростой, и я не уверен, что смогу часто выходить в сеть. Кроме того, скорее всего, мне придется оставить личный ноутбук дома. Во-первых, вряд ли до него дойдут руки, а во-вторых — из-за умопомрачительной бюрократии с пропусками на объекты.

Перед этой поездкой я взял творческую паузу, чтобы отдохнуть. Я расчистил информационное пространство: отписался от множества ненужных каналов и источников, которые лишь засоряли голову и мешали творчеству. Это было необходимо, потому что информационный шум делал даже простые вещи непосильными.

Думаю, сама вахта станет для меня своего рода стрессовой, но полезной сменой обстановки — еще одной формой отдыха.

Вчера я размышлял о том, что будет поддерживать во мне огонёк надежды все это время. Все мои текущие проекты требуют много времени и сил. Конечно, это не значит, что я от них отказался. Речь идет именно о стимуле и поддержке в этот конкретный период. Мозгу нужно видеть результаты, пусть и небольшие. Поэтому мне был нужен другой, более посильный и быстрый способ.

И прямо перед сном мозг выдал решение! То, что я придумал, гораздо легче и реалистичнее того, что я обычно на себя взваливаю.

Пока пусть это останется маленьким секретом и сюрпризом. Скажу лишь, что он будет связан с некой точкой результирующий определенный этап жизни моего канала. Ведь за это время я проделал огромную работу и написал очень много.

Пожелайте мне удачи! Оставайтесь на связи.

Мне пришла интересная мысль о современном визуальном воплощении фольклорных и мифологических персонажей. Сейчас они, как правило, представлены в одном из трёх стилей:

карикатурно искажённые;

брутальные;

с выраженными хтоническими чертами.

К этому добавляется мода на анорексичность и андрогинность.

Конечно, существуют и другие интерпретации — возможно, я просто не знаком с ними. Но в массовой культуре преобладает именно такая тенденция.

Чего, на мой взгляд, явно недостаточно — так это живого реализма. И важнейшей его частью могла бы стать искренняя улыбка. Представьте, что любого мифологического героя попросили отвлечься от спасения или похищения царевны и улыбнуться для фото.

Такой подход мог бы сформировать особый художественный стиль — возможно, не самый оригинальный, но самобытный и запоминающийся.

В качестве примера вспомнилась игра «Магия крови» от отечественных разработчиков. На загрузочных экранах большинство персонажей, несмотря на экзотическую внешность, были изображены с улыбками. Именно это делало их живыми и узнаваемыми.

Не знаю, удастся ли мне реализовать эту идею, но, кажется, я нащупал верное направление. Что вы думаете об этом?

P.S. С нетерпением жду возвращения с вахты — руки чешутся взяться за запланированное дело.

Приветствую, дорогие подписчики! 🙂

Ну вот я и дома. Это значит, что как только завершатся предновогодние хлопоты и семейные праздники (которые, к сожалению, в силу текущих событий доступны сейчас не всем), я приступлю к работе над проектами.

Как вы знаете, это роман по мотивам сказок «Царь Чернокнижник» и «Елена Прекрасная» (сюжет расширился, но эти сказки остаются центральными), требующий вдумчивого подхода, и авторский графический «Путеводитель по славянскому и русскому сказочному лору».

Последний сейчас в приоритете: за время ведения канала накопилось много материала. Я долго думал над форматом и наконец определился со стратегией. Первый том будет посвящен статьям из этого канала и истории их создания. Возможно, опишу и технологию работы с нейросетями. Хотя инструменты быстро меняются (например, ChatGPT со временем стал генерировать иначе), здесь важен сам принцип и пример реализации.

До встречи в новом году и с наступающим!

Добрый вечер уважаемые подписчики! Я немного переосмыслил смысловое наполнение группы, и постараюсь публиковать посты как можно чаще, постепенно рассказывая об идее создания этой группы, и вообще, в принципе, об идее создания информационной системы рассказывающей об особенностях мифологии и археологии Южного Урала. Итак начнём.

В 2021 году я впервые попал в Шульган-Таш в качестве экскурсовода, и столкнулся с тем, что кроме узко специфичных знаний о самой пещере, нужно как-то научиться доносить до людей огромный массив информации(археология, современные исследования на стыке наук, связанные опять же с археологическими исследованиями, изучение акустики, в том числе чистое звучание, изучение аспектов происхождения пещеры и влияния этого аспекта на человека в древности и т. д.), для того, чтобы у человека складывалось наиболее полное представление об Шульган-Таше, как о сложном, комплексном объекте.

На этом пути я столкнулся с некоторыми сложностями - например, для того чтобы дать человеку наиболее полное, максимально всеобъемлющее представление об объекте часовой экскурсии было явно недостаточно, и я постарался найти выход из положения стараясь заинтересовать своих слушателей, чтобы заинтересованный человек уже, при желании, самостоятельно искал интересную для него информацию.
И здесь я столкнулся ещё с одной проблемой - не существует какой-то большой гибкой информативной системы где заинтересованный человек мог бы почерпнуть для себя интересующую его информацию о Южном Урале. То есть, конда мы говорим о туристическом путеводителе, то для того чтобы вкратце ознакомиться с основными достопримечательностями существующей информации в интернете вполне достаточно, но когда мы говорим о мало-мальски заинтересованном человеке, которому интересно немного углубиться в исследование проблемы - здесь нужна уже дополнительная информация, потому что существует определённый разрыв между глубоко научной сухой информацией, которая накапливается в виде научных публикаций и общедоступным изложением сухой наукоёмкой информации. То есть, если брать пропорциональное сравнение для нашего случая, то огромное количество интересных научных знаний о Шульган-Таше и о мифологии и археологии Южного Урала просто ждут своей очереди, чтобы быть адаптированными для широкой аудитории. Данная группа - это как раз, я надеюсь, первый шаг в возможном решении данной проблемы. В дальнейшем я постараюсь переписать структуру "справочника" в закреплённом сообщении и я планирую его периодически дополнять. Кроме того, я постараюсь публиковать почаще интересную информацию связанную с вышеописанной идее и тематикой Южного Урала в контексте исследования Археологии и мифологии Южного Урала.

Итак, дорогие мои подписчики! За всё время ведения канала у меня накопилось почти 11 авторских листов — это и статьи о сказочно-мифологических персонажах, и мои личные размышления. Даже если после редактуры объем изменится, с учетом нейросетевых иллюстраций материала вполне хватит на добротную книгу.

Прежде чем браться за текст, нужно продумать структуру. Статьи выходили не по строгому плану, а по велению души — о тех героях, что казались мне наиболее интересными. «Центральной осью» станет цикл о Бабе-яге. Это символично, ведь именно она стоит на границе миров — реального и сказочного. Прелесть в том, что через её образ мне удалось раскрыть и значительную часть общего мифологического лора. Есть циклы и поменьше, но они также цепляют множество смежных сюжетов и персонажей. Надеюсь, мои авторские интерпретации связей и мотивов помогут не превратить книгу в сухой академический справочник. Кроме того, ChatGPT значительно улучшил свои способности к созданию изображений.🙂

Итак, вчера я перечитывал свои старые статьи о Бабе-Яге. Было особенно интересно взглянуть на них спустя некоторое время. Я начинал свой канал и свои изыскания в мире русских сказок с большим количеством заблуждений, предубеждений и всего того, что свойственно человеку, несведущему в теме, а порой и ленящемуся разобраться. Конечно, этого добра у меня до сих пор хватает.

Уже сейчас, глядя на текст о происхождении Яги, уходящем чуть ли не в палеолит, я вижу его иначе. Не то чтобы он был совершенно неверен (хотя с профессиональной точки зрения, возможно, и так), но выводы сделаны без чёткого понимания: а что я, собственно, хочу получить и о чём рассказать? Об индоевропейских представлениях некоего архетипа? Или чисто о славянских, которые, мягко говоря, трудно вычленить из-за отсутствия письменности? Или, может, о предках славян в причерноморско-прикаспийских степях?

Даже дважды прочитанный В. Я. Пропп с новым опытом воспринимается иначе. У меня сложилось убеждение (не утверждаю, что оно единственно верное), что своей работой он, как и Джозеф Кэмпбелл, по сути, очистил сказочный сюжет от исторических и атрибутивных наслоений. Он выявил самое важное — то, что работает в сознании разных народов мира в разное время. Если добавить к его «функциям» персонажей юнгианские архетипы, картина становится ещё яснее.

Такой подход освобождает суть от вороха «костюмов и декораций» — элементов, созданных людьми, которых давно нет, мысливших иначе в другом историческом контексте. Все эти детали не только скрывали главное, но и уводили в сторону. Взять, например, Ивана-царевича как один из ликов тысячеликого героя-змееборца. Майкл Муркок, отец известной вселенной Warhammer, видимо, хорошо это понимал. В его саге об Элрике из Мелнибонэ главный герой — лишь одна из множества вариаций Вечного Воителя, рождающегося под разными именами в разных мирах, чтобы сражаться на стороне Порядка или Хаоса. Для наших сказок это значит, что этот герой в одном контексте мог быть Иваном-царевичем, а в другом — Кощеем Бессмертным. Кстати, Иван-царевич и сам далеко не всегда выступает положительным персонажем. Но что в нём уникального, кроме имени и почему он иногда приходит за помощью к Яге?

Мне, например, куда интереснее самого Ивана-царевича, значение змееборства и почему у Змея Горыныча три головы или больше, которые Иван, не задумываясь, лихо отрубает. А мог бы для науки и спросить!

Или кого мы на самом деле видим за Бабой-Ягой? Почему она очаровала не только русскую традицию, но и западного читателя-зрителя? В той же игре Warhammer Total War III её архетип воплощает Матерь Останкия — могущественная ведьма и защитница Кислева (лубочной смеси Руси, Польши и других славянских стран).

В общем, я хотел сказать, что именно эта «сухая» структура сказочного сюжета и прозрения Кэмпбелла дают возможность переосмыслить роли персонажей, не гоняясь за их меняющимися от эпохи к эпохе атрибутами, которые, например нас отличают от скандинавов или кельтов и сделать их понятными даже для современного человека. Не через бестиарий, где есть картинка, название чудовища и список его опасностей — такие образы остаются просто игрушками, в которых поиграли и забыли. А через универсальные архетипы, которые впечатываются в культуру и восприятие, потому что говорят с нами на языке вечных сюжетов. В итоге сам себе задаю вопрос, а что я в общем хочу получить от данного персонажа? Доказать ее уникальность, древность, особенность или ее суть и роль в человеческом обществе и восприятии мира?

Не бойся сказок. Бойся лжи.
А сказка? Сказка не обманет.
Ребёнку сказку расскажи —
На свете правды больше станет.

А что, собственно, может быть общего между сказками и преданиями Уэльса и Ирландии и, например, русскими сказками? Возьмём сборник Афанасьева: там достаточно распространён сюжет, где герою, чтобы жениться на царевне, нужно за ночь построить хрустальный или иной чудесный мост — или же обычный мост, но через непроходимое болото.

Недавно я на одном дыхании прочитал «Кельтские мифы» Миранды Олдхаус-Грин. В этой книге можно найти следующий интересный фрагмент:

"В истории бога Мидира и его возлюбленной Этайн король Тары Эохайд ставит перед Мидиром невозможное задание «построить деревянную дорогу через непроходимое болото». Другое предание сохранило рассказ о ссоре между двумя общинами, которые взялись строить дорогу через болотистую местность с противоположных концов, чтобы встре- титься в середине. Почти закончив работу, две группы поссорились из-за ее завершения, и дорога так и не была достроена"

Казалось бы, разница есть: в наших сказках герою поручают построить мост «анженерной работы», а тут — деревянная дорога. Но мост и дорога — это не просто предмет испытания, а атрибут связи, которую герой должен установить между двумя семьями, по сути — двумя разными мирами. Эту связь нельзя создать одним словом; её можно выстроить только трудом, находчивостью и смекалкой, доказывая, что ты достоин руки возлюбленной. В более архаичные времена, с их прагматичным подходом к браку и родству, такое испытание имело куда более весомое значение, чем сейчас. То, что мы видим, как традиционные свадебные обряды, тогда были важными условиями для вступления в брак.

В итоге, как бы парадоксально это ни звучало, между славянами раннего средневековья и ирландцами, возможно, было больше общего, чем между современными их потомками. Впрочем, и в современной жизни осталось нечто, подходящее под атрибутику «наведения мостов». Просто ритуалы, которые при этом совершаются, несли (и отчасти несут) не только символическую, но и функцию психологического перехода. Так происходит, например, при обмене кольцами во время бракосочетания. Но что тут важнее — само кольцо или функция, которую оно выполняет?

Обратите внимание и на другую важную вещь. В процитированном отрывке фигурируют боги. Они живут, словно смертные, — образ их жизни даже более приземлённый, чем у олимпийских богов, которым были свойственны человеческие страсти. Та же черта свойственна и «Калевале», где боги от людей отличаются разве что сверхспособностями, а сюжеты о добывании невесты и прохождении испытаний — одни из центральных.

Но в наших сказках, которые, думаю, являются профанизированной переработкой мифов и эпоса, этого уже не видно. Есть герои, наделённые сверхспособностями, иногда прямо указывающими на их потусторонность, но то, что они боги, не указывается.

Почему же боги «прикреплялись» к сюжетам о житейских взаимоотношениях? Вполне возможно, что целостность уклада жизни и традиций таким образом сакрализировали делая священными и незыблемыми. Их сохранность была условием целостности мира вообще, а разрушение вело к гибели. Привычный уклад жизни тогда был важен острее, чем сейчас, и его незыблемость была священна, как восход солнца или приход весны. Всё это существовало в единой ткани мировосприятия: нарушишь священные традиции — и следом начнёт рушиться природный баланс.

P.S. Кстати заметили, что дети 2–4 лет очень ревностно относятся к привычному порядку вещей и действий. В таком возрасте дети часто создают свои ритуалы, например, хотят, чтобы игрушки стояли в определённом порядке или еда подавалась в одной и той же тарелке. Это помогает им чувствовать себя уверенно и безопасно.

В первой статье о Бабе-Яге я вскользь упомянул древнего Индрика-зверя в контексте того, что, по моей версии, Баба-Яга родилась ещё тогда, когда он ходил по земле. И поскольку в нашем путеводителе она выступает проводником, Индрику-зверю будет посвящён отдельный небольшой раздел — поданный, впрочем, не в классическом для бестиария ключе.

А пока я работаю над ним, послушайте донскую балладу «Индрик-зверь» в великолепном исполнении Александра Маточкина.

А вот современная интерпретация этой былины от Suno. В данной версии я объединил оригинальный текст с отрывком из духовного стиха „Голубиной книги“, посвященного Индрик-зверю🙂

А и где, слышно, есть Индей-земля?
Индей-земля — вся богатая,
Много в ней злата-серебра,
А и больше того — жемчуга скатного.

Во Индей-земле степя дикие,
Степя дикие, ляса тёмные,
На крутых горах там и львы свищут,
На сырых дубах там орлы скрыжут.

Во тех лясах живёт Индрик-зверь,
Индрик-зверь — всем зверям отец!
Шорсточка на нём вся жемчужная,
А и грива-хвост позлачёная,
А копытца у него всё булатные,
Из ноздрей у него огонь пышет,
Из ушей идёт дым столбом.

Он живёт-то во Святой Горе,
Пьёт и ест он во Святой Горе,
А и ходит он по подземелью,
Как солнышко по поднебесью!

Прочищает он ручьи и проточины,
Куда зверь пройдёт — тута ключ кипит,
Где поворотится — вся земля дрожит.

Он бежит-то пить во Тарью-речку,
Забродит в неё да по щёточку,
Он и воду пьёт, как ушатом льёт —
Тарья-речка враз сколыхалася,
На двенадцать вёрст раскачалася!

Как увидят его звери — поклонятся,
Как услышат его птицы — примолкнут.
Потому Индрик-зверь всем зверям отец,
Что он держит в копытах всю сыру землю,
Пропущает он воду на лицо земли,
Даёт пить-есть миру сущему.