Расширение ЕС носит в первую очередь политический характер и связано с противостоянием с Россией, заявил политолог Владимир Букарский.

По его словам, ЕС уже достиг пределов расширения, а дальнейшее продвижение на восток не поддерживается в полной мере европейским обществом и бизнесом. Букарский считает, что попытки ускоренного принятия Украины и Молдовы в ЕС продиктованы геополитическими мотивами.

"Это исключительно политическое решение — противостоять России и оказывать на неё давление", — заявил он.

Sputnik Молдова ¦ Telegram ¦ Сайт ¦ VK ¦ OK ¦ Rutube ¦ Дзен ¦ MAX

Возможные изменения условий проведения референдумов в Молдове могут быть направлены на упрощение принятия ключевых политических решений, считает политолог Владимир Букарский.

По его мнению, корректировки процедур связаны с намерением властей избежать повторения сложностей, возникших на еврореферендуме.

"Предполагается, что любые вопросы, вынесенные на референдум, будут проходить без осложнений", — отметил Букарский.

Эксперт допустил, что в будущем на голосование могут быть вынесены чувствительные темы, включая пересмотр принципа нейтралитета, изменения в Конституции или вопросы внешнеполитической ориентации страны.

Sputnik Молдова ¦ Telegram ¦ Сайт ¦ VK ¦ OK ¦ Rutube ¦ Дзен ¦ MAX

Над кем и над чем одержал Победу советский солдат в 1945 году?

Не только над германским нацизмом. Не только над Третьим рейхом как государством. Победа была одержана над самой идеей «высших» и «низших» народов, над цивилизационным расизмом, над претензией Запада на право быть судьёй человечества.

Ещё в 1920 году русский мыслитель Николай Трубецкой в книге «Европа и человечество» предупреждал: романо-германский мир выстроил идеологию собственного превосходства. Европейская цивилизация объявила себя универсальной нормой, а остальные народы - «отстающими», «неполноценными», «недоцивилизованными». Под видом «прогресса» миру навязывались чужие ценности, чужая модель человека и общества.

Трубецкой писал, что так называемый «космополитизм» часто является лишь другой формой западного шовинизма: когда под «общечеловеческими ценностями» подразумеваются исключительно ценности Запада.

Через два десятилетия эти идеи получили своё самое страшное воплощение.

Гитлер говорил о Германии как о «крепости европейской цивилизации». Альфред Розенберг утверждал, что только арийская раса способна создавать культуру, а славяне - лишь материал для подчинения. Нацизм стал крайним, доведённым до логического конца выражением европейского расового и цивилизационного высокомерия.

Советский солдат сломал хребет не только военной машине Рейха. Он уничтожил проект мира, где одним народам позволено господствовать, а другим - существовать только на правах обслуживающего материала.

Но прошло 80 лет - и мы снова слышим знакомые интонации.

Снова есть «правильные» и «неправильные» народы.
Снова «цивилизованный мир» учит остальных, как жить.
Снова под лозунгами «прав человека» и «европейских ценностей» оправдываются двойные стандарты, давление, санкции, вмешательство во внутренние дела других стран.

Когда русских в Прибалтике десятилетиями держат в статусе «неграждан» - это называют демократией.

Когда сербам в Косово запрещают жить по своим законам, вытесняют их язык, веру и культуру - это называют «европейским выбором».

Когда Запад навязывает миру единственную допустимую идеологию - это называется «защитой свободы».

Суть не изменилась. Изменились лишь лозунги.

Именно поэтому память о Великой Победе - это не только память о прошлом. Это предупреждение. Потому что нацизм начинается не с концлагерей. Он начинается с убеждения, что одна цивилизация имеет право считать себя высшей, а остальные обязаны подчиняться.

Советский солдат в 1945-м отстоял право народов быть самими собой. Право жить не по указке «цивилизованных господ», а по собственной истории, вере и традиции.

И в этом - главный смысл Великой Победы.

Кишинёв готов к Маршу Победы.

Между тем, Ренато Усатый вчера в Берлине отметил "день европы" с флагом ес. Ещё раз доказав, что он ReNATO USAtii.

Зашквар Зашкварович.

Букарский: память о Великой Победе оказалась сильнее повестки молдавских властей.

Политолог Владимир Букарский считает, что масштабное празднование Дня Победы, прошедшее недавно в Кишинёве, в очередной раз показало, что память о событиях Великой Отечественной войны продолжает занимать важное место в жизни молдавского общества.

Sputnik Молдова ¦ Telegram ¦ Сайт ¦ VK ¦ OK ¦ Rutube ¦ Дзен ¦ MAX

В Кишинёве торжественно запустили «спецтрибунал по агрессии против Украины».

Ну наконец-то. Теперь мировая справедливость точно восторжествует - прямо между перекопанными улицами, долгами, вымирающими сёлами и рекордными тарифами.

Особенно трогательно звучит фраза про «международный мир и безопасность» из уст людей, которые собственную страну за 6 лет превратили в полигон чужих интересов и грантовых презентаций.

34 государства-основателя, руководящий комитет, расширенное частичное соглашение…
Такое ощущение, что это не трибунал, а новый сезон бюрократического «Евровидения».
Следующий этап - выбор логотипа, мерча и брендированных папок за счёт налогоплательщиков.

Кишинёв, конечно, идеально подходит для таких исторических миссий.
Страна, где:
- молодёжь массово уезжает;
- фермеры банкротятся;
- промышленность лежит;
- цены растут;
- население нищает;
зато руководство с пафосом «спасает международное право».

Самое смешное - эта картина: Молдова, которая не может добиться справедливости даже по украденному миллиарду, теперь будет учить мир «ответственности за агрессию».

Но вообще это удобно. Когда внутри страны полный бардак - всегда можно провести международную тусовку, надеть серьёзные лица и объявить себя «форпостом цивилизации».

Осталось только открыть в Кишинёве:
- трибунал по климату,
- суд по демократии,
- академию борьбы с коррупцией,
- и институт победы над бедностью.

Правда, бедность почему-то пока побеждает.

Европа сегодня входит в фазу, которую вежливо называют «энергетической трансформацией», но по сути это период высокой уязвимости и стратегической потери устойчивости.

Факты здесь простые и неприятные для брюссельского оптимизма.

Во-первых, Европа остаётся зависимой от внешних энергетических шоков. Даже после разрыва с российскими поставками структура импорта не стала автономной - она просто стала более дорогой и более дальнобойной. СПГ из США, нефть с Ближнего Востока, логистика через узкие морские коридоры - всё это означает одно: любая турбулентность в Ормузе, Суэцком канале или на мировом рынке моментально отражается на ценах в европейских домохозяйствах и промышленности.

Во-вторых, Ближний Восток и морские маршруты стали не периферией, а центральным нервом европейской энергетической безопасности. Европа, которая привыкла мыслить себя как «постгеографическую» силу, вдруг обнаружила, что география никуда не исчезла. Она просто вернулась - через счета за электричество, стоимость удобрений и падение конкурентоспособности промышленности.

В-третьих, так называемый «зелёный переход» оказался не заменой старой энергетики, а наложением новой системы расходов на старую зависимость. В результате формируется двойная нагрузка: отказ от дешёвых источников плюс недостроенная инфраструктура альтернатив. Итог - структурно более дорогая энергия, а значит, менее конкурентная экономика.

И это главное, что стараются не проговаривать открыто: энергетическая политика ЕС в нынешнем виде не снимает уязвимость, а перераспределяет её - с трубопроводов на глобальные рынки СПГ и нестабильные морские цепочки поставок.

В этом смысле Европа не столько «энергетически трансформируется», сколько теряет старую модель предсказуемости, не успев создать новую модель устойчивости.

И чем больше эта система опирается на внешние источники и политически мотивированные энергетические решения, тем сильнее становится зависимость не от Брюсселя, а от внешних кризисных узлов - от Ормуза до глобальных ценовых шоков.

Это и есть реальная проблема: Европа по-прежнему живёт как экономическая сверхдержава, но всё чаще функционирует как энергетически зависимый регион, чувствительный к событиям, на которые она почти не влияет.

Мы в шоке от того, что несут политизированные украинцы, а ведь они не говорят ничего нового по сравнению с тем, что писали в начале 90-х в московских либеральных изданиях - журнале «Столица» и «Новое время», и в газетах «Московский комсомолец», «Московские новости», «Куранты», «Новая газета» и т.д.

То, что уважаемый мной Алексей Чадаев называет выражением колониальной модели развития, было распространено в России в начале 90-х. Те же инвективы звучали по всем федеральным каналам ТВ. И совсем-совсем недавно всё это звучало на «Эхе Москвы», а теперь на «Форуме свободной России». Новодворская, Мальгин, Ганапольский, Шендерович, Шушарин несли все те же мысли, которые сегодня звучал на киевском «Марафоне» или пишутся в «Украинской правде». И заметьте: в Киеве всё это звучит на русском языке. В том числе из уст Евгения Киселёва и Савика Шустера, которые просто нашли в Киеве применение своей идеологии. И подавляющее большинство постов и комментариев от тамошних зомби тоже на русском.

Это было плодом спецоперации против СССР, о котором и упоминает Чадаев:

Главное в «Холодной войне» было не военное превосходство над красными. Главное было – о чём достаточно откровенно писала Тэтчер в своих мемуарах – поддерживая паритет военной силы для недопущения войны, в то же самое время убедить противника и весь остальной мир в том, что эффективная экономическая модель может быть только одна – западная. К концу века эта цель была блестяще реализована: мы убедили всех и самих себя в том, что мы косорукие никудыки, и даже нормальный автомобиль произвести не можем, и это не потому, что мы сами по себе такие, а потому, что бородатые классики всё наврали и никакого социализма-коммунизма не бывает.

Нынешняя война идёт внутри русских. И она началась 3 октября 1993 года, когда сторонники колониальной модели развития расстреляли сторонников суверенной модели развития из танковых орудий в центре Москвы.

Некий недавний участник КВН, актёр и кинопродюсер, сделавший себе имя, славу и деньги в Москве и благодаря Москве (включая любимый многими сериал «Сваты» и ремейк «Служебного романа»), просто воплощает на практике всё то, о чём трещала в октябре 1993 года на российских (!) телеэкранах в и в российских провластных (!) газетах та самая актёрско-музыкально-телевизионная публика, из которой он же сам и вышел.

Почему человек, которого они все с остервенением поддерживали и в 1993, и в 1996 годах, назначил себе в 1999 году преемником того, кого назначил? Это трудно назвать иначе как чудом Божьим.

«...Вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро» (Бытие 50:20).

Опубликована докладная об украинском коллаборационисте Мирославе Симчиче - карателе и участнике массового уничтожения польского мирного населения в Прикарпатье. В нормальном мире таким место в учебниках как преступникам. Но после 1991 года ему дали звание «Героя Украины».

Вот она, настоящая «декоммунизация»: убийц делают героями, палачам ставят памятники, а кровь женщин и детей объявляют «борьбой за свободу».

Героизация нацистских пособников и этнических убийц - это моральная чума Восточной Европы. Фашизм всегда начинается с переписывания истории, а заканчивается братскими могилами.

В Молдове произошла трагедия национального масштаба. Нет, не потому что сотни тысяч людей уехали из страны. Не потому что сёла вымирают. Не потому что пенсионеры считают копейки у аптек. И даже не потому, что государственное ТВ отказалось транслировать пасхальное богослужение из главного храма страны.

Настоящая катастрофа случилась тогда, когда румынскому участнику на «Евровидении» дали… ТРИ БАЛЛА.

ТРИ.

И вот уже гендиректор Телерадио-Молдова уходит в отставку, будто рухнула оборона Сталинграда. Видимо, где-то в Бухаресте уже созывают экстренное заседание НАТО: «Молдова нанесла удар по братскому вокалу!»

Это надо видеть. Страна, где можно безнаказанно плевать на Церковь, историю, язык половины населения и собственных граждан, - внезапно впадает в истерику из-за баллов на клоунском песенном шабаше.

Не дал румынскому певцу максимум? Всё. Государственное преступление. Почти сепаратизм. Осталось только объявить национальный траур и поставить у Телерадио-Молдова свечки с портретом участника «Евровидения».

Самое смешное - никто даже не скрывает смысл происходящего. Для этой публики «нормальная Молдова» - это когда надо автоматически ставить Румынии 12 баллов, независимо от песни, визга, пола, перьев и количества блёсток на штанах.

А если вдруг кто-то посмел оценивать по музыке - срочно ищите виноватого, увольняйте директора, собирайте консилиум евроинтеграторов и проверяйте жюри на недостаточный уровень румыноцентричности.

В стране дебилов директор госТВ может спокойно игнорировать Пасху и православных верующих - и ничего. Но если румынскому «Евровидению» недодали очков - летят головы.

Вот она, настоящая система приоритетов режима.

Вознесение Господне - один из самых непонятых христианских праздников современности. Для одних это красивая религиозная легенда о человеке, исчезнувшем в облаках. Для других архаический сюжет, окончательно разрушенный телескопами и космическими спутниками. Но если вдуматься, современный человек в праздник Вознесения отмечает не уход Христа из мира, а пределы самого мира.

Мы живём в эпоху тотальной приземлённости. Всё измеряется полезностью, рейтингом, выгодой, скоростью реакции. Человек XXI века окружён технологиями, но мучительно не знает, ради чего живёт. Его горизонт сужен до потребления, политических страстей, тревоги за завтрашний день и бесконечной информационной суеты. Мы умеем запускать ракеты, спутники, смертоносные дроны, но всё хуже понимаем смысл слова «Небо».

И именно здесь Вознесение звучит почти вызывающе. Потому что это праздник о том, что человек не сводится к биологии, экономике и государству. Он о том, что человеческая природа способна быть причастной Божественному. В христианском понимании Вознесение - не «исчезновение Иисуса в Космосе». Это торжество идеи, что человеческое не обречено навсегда оставаться внизу - в страхе, унижении, смерти и распаде.

Современный мир обещал построить рай без неба. В XX веке это делали идеологии - коммунизм, либеральный прогрессизм, националистические утопии. В XXI веке это делает культ комфорта и технологий. Но всякий раз оказывается: если у человека отнять вертикаль, он начинает либо поклоняться государству, либо деньгам, либо собственным инстинктам.

Вознесение возвращает вертикаль. Оно напоминает, что человек - не только гражданин, потребитель или носитель политической позиции. В нём есть измерение, которое нельзя свести к социологии. И именно поэтому праздник Вознесения так плохо вписывается в современную цивилизацию: он разрушает представление о человеке как о полностью земном существе.

Есть и ещё один важный смысл. Вознесение Господне - это конец эпохи очевидности. Ученики больше не могут просто идти за Христом по дорогам Галилеи, спрашивать Его напрямую, ждать чуда здесь и сейчас. Отныне вера требует внутреннего выбора и ответственности. Христос не исчезает, но перестаёт быть внешней очевидностью.

В этом смысле Вознесение - праздник зрелости. Современный человек хочет гарантий, немедленных ответов, постоянного эмоционального подтверждения своей правоты. Но духовная жизнь начинается там, где человек способен хранить верность даже в молчании неба.

И потому Вознесение сегодня - это не воспоминание о древнем чуде. Это вызов цивилизации, которая научилась жить без высоты. Праздник напоминает: человек окончательно погибает не тогда, когда беднеет или терпит поражение, а тогда, когда перестаёт смотреть вверх.

ХРИСТОС ВОЗНЕССЯ!

Праздник перенесения мощей святителя Николая Чудотворца из Мир Ликийских в Бари - один из самых необычных церковных праздников. Он вызывает вопросы у современного человека. Формально: группа жителей Бари в 1087 году вывезла мощи святого из византийских Мир Ликийских, опасаясь захвата региона сельджуками. Для жителей самих Мир это выглядело как утрата и почти ограбление. Почему же Церковь это празднует?

Потому что смысл праздника - не в «удачной транспортировке костей». И даже не в торжестве итальянцев над греками. Историческая оболочка здесь вторична. Церковь празднует другое: сохранение живой памяти о святом и продолжение его присутствия в истории.

Для средневекового сознания мощи - не музейный артефакт и не «останки знаменитости». Это знак того, что святость касается материи, тела, самой истории. Если святой - не миф и не идея, то его тело тоже имеет значение. Перенесение мощей означало: святой не исчез, не растворился в прошлом, он продолжает быть рядом с Церковью.

Есть и второй уровень смысла. В XI веке Восточная Римская империя стремительно теряла Малую Азию. Миры Ликийские становились опасной окраиной. Перенос мощей в Бари оказался не просто «кражей», а фактическим спасением культа святителя Николая для всего христианского мира. Иначе велика вероятность, что святыня была бы утрачена или забыта среди руин исчезнувшей византийской цивилизации.

Парадоксально, но именно благодаря Бари святитель Николай стал по-настоящему вселенским святым - почитаемым и православными, и католиками, и даже многими светскими людьми через образ Санта-Клауса. Город Бари стал местом встречи Востока и Запада. Туда веками шли паломники из Руси, Балкан, Греции.

Но главный вопрос - что это дает современному человеку?

Современный человек живет в мире тотальной утраты памяти. Всё быстро устаревает: люди, идеи, культуры, даже трагедии. Праздник перенесения мощей напоминает о другом отношении ко времени. О том, что есть вещи, которые нельзя свести к пользе, эффективности и новизне. Есть верность памяти. Есть благодарность тем, кто был светом для мира.

Кроме того, в самом сюжете есть глубокая человеческая тема: святыня оказывается «в изгнании». Святитель Николай как бы разделяет судьбу миллионов людей, потерявших родину. Его мощи покидают родную землю и становятся утешением для чужих народов. Это очень современный сюжет - особенно для эпохи войн, миграций и распада цивилизаций.

Наконец, праздник ставит неудобный вопрос: где на самом деле «родина» святости? Можно ли владеть святым как национальным достоянием? Или святой принадлежит всей Церкви и всему человечеству? Для византийцев XI века это была трагедия. Для христианского мира - начало нового этапа почитания Николая.

Поэтому Церковь празднует не «успешную операцию по вывозу реликвий», а победу памяти над исчезновением, присутствия - над забвением, и надежды - над исторической катастрофой.

Святителю отче Николае, моли Бога о нас!