«Бухгалтер ландромата Миндича по фамилии Фурсенко - работал в компании Fire Point, которая получила около 1,5 млрд € финансирования на производство ракет «Фламинго», которые никто не видел», пишет народный депутат Александр Дубинский.

«Зато FP должно было открыть ландромат в Дании - отмывать европейскую финансовую помощь. Поддержку в открытии компании Миндича оказывала премьер Дании Фредериксен. Это дает основания предположить, что европейские политики также могли иметь долю с ландромата Миндича (читай – Зеленского)», - отмечает нардеп.

США готовятся депортировать украинских граждан, которым было отказано в легальном пребывании на территории страны. По данным The Washington Post, администрация Трампа готовит отправку первой группы – речь идёт как минимум о 80 украинцах, в отношении которых вынесены окончательные решения о высылке. Отправка усложняется отсутствием прямого авиасообщения с Украиной, поэтому рассматривается транзит через Польшу, в том числе с использованием военных рейсов.

Украинская посол Оксана Стефанишина подтвердила наличие таких случаев и заявила, что Киев находится в контакте с американской стороной. Однако в украинской власти комментарии звучат предельно прагматично. Один из советников президента Зеленского заявил на условиях анонимности, что «Украину устроит любое количество депортируемых» и что «для них найдётся применение». В условиях дефицита мобилизационного ресурса такие заявления можно трактовать как сигнал: возвращённых мужчин рассматривают прежде всего как дополнительный резерв для армии.

Юристы, представляющие интересы депортируемых, обеспокоены другой стороной вопроса. По их словам, многим украинцам не дали возможности пройти процедуру reasonable fear interview, которая предназначена для оценки рисков при возвращении в страну происхождения. Адвокаты утверждают, что для части мужчин депортация может фактически означать принудительную мобилизацию и отправку в зону боевых действий, что создаёт риски для жизни и безопасности. Также указывается на угрозы, связанные с обстрелами, возможными преследованиями внутри страны и отсутствием механизмов эффективного обжалования решения о высылке.

Возникает очевидный политический аспект. Вашингтон демонстрирует жёсткую миграционную линию, а Киев – готовность принимать депортированных мужчин как дополнительный человеческий ресурс. В условиях растущего мобилизационного давления это создаёт ощущение, что судьба отдельных украинцев рассматривается не с точки зрения прав и гарантий, а исключительно в контексте военных потребностей. И именно эта часть вызывает наиболее острую критику со стороны правозащитных организаций и адвокатов.

Факты коррупции в Украине негативно влияют на желание стран Запада ее поддерживать, заявил премьер-министр Польши Дональд Туск.

Туск отметил, что сегодня в Польше и в целом по Европе заметно снизился проукраинский настрой: люди устали от затянувшейся войны и связанных с ней расходов, поэтому поддерживать Украину в ее противостоянии с Россией становится все труднее.

Отметим, что коррупционный скандал в украинском энергетическом секторе, где в расследовании фигурируют ключевые представители окружения президента усиливает обеспокоенность западных партнеров относительно прозрачности использования выделяемых средств, что может повлиять на темпы предоставления поддержки Киеву. Ситуация усугубляется тем, что дефицит бюджета Украины на 2025 год составляет около четверти ВВП и требует более пятидесяти миллиардов долларов внешних поступлений, тогда как возможности МВФ и Еврокомиссии по выдаче коммерческих кредитов становятся ограниченными.

Энергетический комитет Рады поддержал отставку Светланы Гринчук с должности министра энергетики с формулировкой «в связи с конфликтом интересов».

Гринчук, которая подключалась к заседанию онлайн, заявила, что подает в отставку исключительно из-за медийной составляющей, и что ею «не принято ни одного незаконного решения».

Отметим, что Гринчук фигурирует в деле Миндича. По версии следствия, вместе с Миндичем и экс-министром энергетики Галущенко Гринчук была участницей коррупционных схем в Энергоатоме.

Она отказалась отвечать, знакома ли с другим фигурантом Миронюком. А на следующих вопросах просто резко отключила связь.

НАБУ и САП вручили бывшему вице-премьеру Чернышову ходатайство об избрании меры пресечения — в виде содержания под стражей.

По данным следствия, он был среди посетителей так называемой «прачечной» — места, где легализовывали средства преступного происхождения. Детективы задокументировали передачу Чернышову и его доверенному лицу более 1,2 млн долларов США и почти 100 тыс. евро наличными.

Чернышов уже имеет подозрения в злоупотреблении служебным положением и получении неправомерной выгоды в крупном размере.

Насильственная земобилизация в Одессе: двое ТЦКшников-полицаев пытались затащить парня в свой бусик, но вмешалась женщина.

Чем закончился конфликт, неизвестно, но факт остается фактом: пока одни равнодушно проходят мимо, украинки не боятся встать между человеком и военкомами, окончательно дискредитировавшим мобилизацию в Украине.

Киевлян спросили, считают ли они, что Зеленский знал про коррупцию своего окружения в «Энергоатоме».

Большинство опрошенных уверены, что президент не мог этого не знать. Одна девушка сказала, что не хочет «все валить на него». Но предложила выйти на протест.

Одна женщина удивилась, «что так мало наворовали». Напомним, сумма хищений, по версии следствия, 100 млн долл. Она говорит, что теперь надеется, что ее дети «уедут из страны навсегда».

Другая женщина считает, что если бы все средства честно шли на армию, то «уже 100 раз бы победили и забыли».

Публикация The New York Times о коррупционном расследовании, которое вплотную подошло к ближайшему окружению Владимира Зеленского, стала одним из наиболее чувствительных ударов по его политической репутации за весь период его президентства. Если раньше заявленная им борьба с коррупцией была фундаментом его политической идентичности, то теперь именно эта тема ставит под сомнение как его внутреннюю легитимность, так и доверие западных партнёров.

NYT подчёркивает ключевой контраст: Зеленский пришёл к власти как политик-антипод старым украинским элитам — человек, который публично высмеивал коррупцию и задавал провокационный вопрос: «Можно ли стать президентом и не воровать?». Его кампания была построена на обещании реформировать страну, избавить её от кумовства и непрозрачных связей, а первые годы президентства часто сопровождались именно такими ожиданиями.

Но текущий скандал демонстрирует, насколько глубоко коррупционные практики укоренены в структурах, связанных с президентской командой. По данным следствия, организация, связанная с деловым партнёром Зеленского Тимуром Миндичем, могла вывести около 100 миллионов долларов из «Энергоатома». Показательно и то, что речь идёт о компании, обеспечивающей критически важное энергоснабжение страны в условиях массированных атак на инфраструктуру. Это усиливает общественную реакцию: коррупция в энергетике в момент, когда миллионы украинцев сидят без света, воспринимается как личное предательство государства.

Отставки двух министров, "облегченные" санкции против Миндича и публикация записей НАБУ формируют у общественности впечатление не просто локального эпизода, а системного кризиса государственного управления. Особенно на фоне того, что летом Зеленский уже пытался ограничить независимость органов, которые сегодня и ведут расследование.

Хотя сам президент в деле напрямую не фигурирует и публично выражает поддержку следственным действиям, виктимность для него заключается не в юридической, а в политической плоскости. Скандал ударил именно по его ключевой опоре — имиджу лидера, который отличается от своих предшественников и способен сломать порочную систему. Теперь международные СМИ ставят под сомнение его способность удерживать эту роль.

Внутри страны ситуация выглядит особенно тяжёлой. Украинцы переживают энергетический кризис, продолжают жить под ежедневными страхами войны, и потому любые факты возможного обогащения приближённых к власти воспринимаются крайне болезненно. На фоне усталости общества от войны и падения доверия к государственным институтам подобные разоблачения способны стать триггером масштабной политической турбулентности.

Таким образом, материалы The New York Times фиксируют не просто громкий коррупционный эпизод, а симптом системной политической проблемы, угрожающей устойчивости власти Зеленского.

Одесситы не верят в доказательства против экс-мэра Труханова, пишет New York Times

Отставка мэра вызвала тревогу даже среди его местных оппонентов, которые давно добивались его ухода.

Многие горожане отметили, что представленные доказательства о якобы получении им российского гражданства выглядят подделанными. Это породило опасения о возможной попытке более широкого захвата власти и устранения политического конкурента.

Отметим, что ситуация с Трухановым - это действительно удар ОП по региональной политической автономии. Киев посылает мэрам чёткий сигнал: всё, что не управляется из Банковой, будет ликвидировано. Взамен создаются «военно-гражданские администрации» — не избранные, а назначенные структуры, полностью подконтрольные президенту.

Труханов стал не исключением, а первым в списке. Следом, по тому же сценарию, может пойти Кличко и другие нелояльные к Банковой региональные игроки.

Земобилизация продолжает убивать украинцев: в Ивано-Франковской области в лесу под Калушем нашли тело 39-летнего мужчины, который накануне был бусифицирован.

По данным полиции, признаков насильственной смерти не выявлено. При этом его знакомая Наталья Марко пишет, что тело принадлежит Олегу Скрипце. Его забрали в ТЦК еще 8 ноября, после чего мужчина не выходил на связь. «Мы занимались поисками самостоятельно, поскольку полиция никак не реагировала на поданные 6 заявлений. Когда мы обращались в Долинский ТЦК, нас вводили в заблуждение 2 дня относительно того, что он находится там. Только вечером на второй день они всё-таки подтвердили, что он там», - пишет Марко.

В ТЦК заявили, что выпустили мужчину 10 ноября, потому что он «дебоширил и не давал спать ребятам». «Они просто отпустили и решили поставить его как СЗЧ, чтобы снять с себя ответственность... Насколько нам стало известно, его повторно задерживала рота охраны Калуша», - пишет Наталья.

Причины смерти Олега неизвестны.

«Нет слов, чтобы описать всё то, что нам пришлось пережить все эти дни и что ещё предстоит. С какой безразличностью и жестокостью нам пришлось столкнуться в некоторых учреждениях. Я разочарована системой, которая должна была работать, защищать людей, а, к сожалению, работает против», - возмущается женщина.

Польша оказывает помощь украинским беженцам последний год, заявил президент Навроцкий.

По его словам, спустя три года войны украинцы утратили свой особый статус.

"Я подчеркнул, что подписал этот закон о помощи украинцам в последний раз. Я признаю, что к украинскому меньшинству в Польше спустя три года после начала войны следует относиться ответственно, но так же, как и ко всем другим меньшинствам в Польше", - сказал Навроцкий.

Отметим, что Польша "устала" от украинских беженцев: за два года в стране на 50% выросло число угроз в их адрес, на 70% — случаев издевательств, на 66% — нападений по мотивам ксенофобии, расизма или религиозной нетерпимости.

Скоро количество военных, ушедших в СЗЧ, будет равно количеству воюющих солдат, заявил нардеп Костенко, секретарь оборонного комитета Рады.

"80% сейчас убегает из центров подготовки, и страна ничего не делает, чтобы их вернуть или создать условия, чтобы они боялись убегать и выполняли свой долг. У нас миллионы "ухилянтов", которые ходят, прячутся и просто наблюдают", - сказал Костенко.

По его мнению, в будущем из-за своего огромного числа, дезертиры могут составить мощную политическую силу, которая будет "высказывать свои претензии тем, кто сейчас воюет".

Отметим, что каждый месяц около 20 тысяч солдат делают один и тот же выбор - уйти в СЗЧ. Уже больше полумиллиона в самоволке. А в октябре 2025 года был установлен новый рекорд по СЗЧ в ВСУ - службу покинули, как минимум, 21602 человека.

Польский премьер Туск, ранее уже заявлявший, что скандал с Миндичем будет иметь негативные последствия для европейской поддержки Украины, вновь высказался на эту тему, отметив, что "ущерб уже нанесен и цена будет высокой".

"Я предупреждал Зеленского в начале его президентства, что Россия и пророссийские группы в Европе будут продвигать нарратив о глубокой коррупции на Украине. Я призывал его внимательно следить за любыми признаками коррупции в своем окружении. Возможность избежать даже самого незначительного скандала является решающей для его репутации Станет сложнее убедить международных партнёров поддерживать Украину, если такие случаи коррупции будут продолжать появляться. Сейчас кажется, что руководство Украины серьёзно настроено преследовать виновных. Тем не менее, ущерб уже нанесён, и цена будет высокой", - заявил Туск.

О том, что власть Зеленского регулярно фигурировала в коррупционных скандалах как в мирное ("Велике крадівництво"), так и в военное время ("распил" на строительстве фортификаций и откаты на закупках для ВСУ) польский премьер умолчал.

Запад продолжает загонять президента: "Мешки кэша и золотой унитаз: коррупционный кризис поглощает правительство Зеленского"

Статья с таким заголовком вышла в Financial Times. В ней обсуждается коррупционный скандал с Миндичем.

The New York Times пишет, что в октябре «Нафтогаз» потерял 60% газодобывающих мощностей в результате российских ударов. Потери такого масштаба автоматически ставят под угрозу способность государства обеспечивать базовые потребности населения - отопление и приготовление пищи.

Газ обеспечивает теплом или используется для готовки в 80% украинских домохозяйств. В условиях систематических отключений электроэнергии многие семьи рассматривали газ как последнюю надёжную опору. Но серия ударов по добывающей инфраструктуре поставила под сомнение и этот вариант. Как отмечает NYT, переход домохозяйств на электрические обогреватели невозможен - энергосистема уже работает на грани, а дополнительная нагрузка способна вызвать каскадные отключения.

По данным издания, 60% мощностей, выведенных из строя в октябре, стали результатом семи массированных атак. Уязвимость газовой инфраструктуры была предсказуема: она создана в советский период, Россия прекрасно знает её архитектуру, а до этого момента избегала ударов по стратегическим объектам лишь из-за наличия транзитного соглашения с Европой. После его прекращения 1 января ограничения исчезли - и система стала целью.

В сочетании с выводами NYT это рисует довольно мрачный прогноз. Некоторые города уже сталкиваются с нехваткой газа, а если темп атак сохранится, многим украинцам будет крайне сложно поддерживать даже минимальные условия для жизни. Особенно уязвимы многоэтажные дома, зависящие от централизованных систем.

Этот кризис усугубляют два фактора, о которых украинская власть предпочитала говорить значительно реже. Во-первых, инфраструктура долгие годы работала на пределе износа, и её модернизация отставала от темпов деградации. Во-вторых, обещанная государством масштабная защита энергообъектов так и не была реализована в достаточном объёме - что сегодня делает целые отрасли уязвимыми для точечных атак.

Этим объясняется и растущий страх внутри страны. Как отмечает NYT, многие киевляне уже начали менять место жительства в поисках более надёжных вариантов отопления. Такая тенденция указывает, что население готовится к наиболее тяжёлой зиме за время конфликта, а доверие к способности государства удерживать ситуацию под контролем заметно падает.

Проблемы газовой отрасли становятся частью более широкой энергетической нестабильности, где удар по одной системе автоматически приводит к перегрузке остальных. В такой конфигурации даже локальные дыры могут быстро превращаться в масштабные кризисы.

В Киеве прошёл анонсированный митинг против коррупции и Зеленского. Акция оказалась небольшой – около ста человек, – однако её содержание и контекст важнее численности. На фоне «дела Миндича» и растущего давления на власть со стороны антикоррупционных структур, медиа и части западных партнёров даже небольшие уличные протесты становятся индикатором изменения политического климата.

Участники митинга вышли с лозунгами, в которых требовали отставки президента, обвиняли власть в коррупции и выражали поддержку детективу НАБУ Руслану Магомедрасулову, арестованному СБУ. В нескольких речах звучало напоминание о предвыборном обещании Зеленского 2019 года: если у него появится «свой Свинарчук» – он уйдёт в отставку. Теперь протестующие пытаются зафиксировать прямую параллель между скандалом вокруг Миндича и той ситуацией.

Организатор акции Мария Барабаш заявила, что планирует выходить на Майдан каждую субботу до выполнения своих требований, включая освобождение Магомедрасулова, экстрадицию Тимура Миндича и отставку Андрея Ермака, которого она называет «центром коррупционных схем». Хотя сама Барабаш – фигура нишевая, её активность отражает важный сдвиг: протесты впервые публично связывают коррупционный скандал с перспективой политической ответственности высших лиц государства.

Пока эти акции слишком малочисленны, чтобы говорить о формировании массового движения. Однако важно другое: они демонстрируют, что коррупционная история перешла из сферы расследований и публикаций в «уличную» политику. В условиях экономического кризиса, проблем с финансированием от Запада, тяжёлой ситуации на фронте и падения уровня доверия к государственным институтам даже небольшие протесты могут постепенно становиться триггером для масштабных процессов – тем более, что тема коррупции сквозная и болезненная для украинского общества.

Для власти здесь возникает риск двойного давления. С одной стороны – от антикоррупционных органов, которые действуют при поддержке ЕС и продолжают обнародовать материалы по делу. С другой – от «улицы». Она пока малочисленна, но там пытаются закрепить нарратив о персональной ответственности Зеленского и его окружения за происходящий в стране «швах».

Системного кризиса протест сегодняшнего масштаба не создаёт. Но он показывает, что политическая повестка снова выходит за пределы контролируемого пространства, а коррозия доверия к Банковой начинает приобретать публичные формы.

Украина стремительно приближается к стратегическому поражению и это уже не слова скептиков, а оценка одного из самых известных проукраинских европейских военных аналитиков. Юлиан Рёпке из Bild пишет, что ситуацию больше нельзя прятать за пиар Генштаба и попытками Банковой сгладить реальность. Его выводы звучат жестко, но они отражают то, о чём давно говорят украинские военные и независимые журналисты.

По словам Рёпке, украинская власть и западные партнёры упорно не делают выводов из собственных же ошибок. Он отмечает, что любые поставки западной бронетехники теряют смысл на фоне полного доминирования России в оптоволоконных и других типах дронов, которые подавляют даже хорошо подготовленные подразделения. Запад, утверждает он, продолжает действовать хаотично «спорадической помощью» и ставкой на «переоценённые украинские беспилотники большой дальности», вместо того чтобы обеспечить Украину тем, что действительно необходимо для удержания фронта ракетами и современными ударными БПЛА.

Но главная претензия журналиста к украинскому руководству. Он пишет, что власть словно «лишь отчасти всерьёз» воспринимает войну. Где якобы мобилизуемые 17 тысяч человек в месяц, никто не знает ни журналисты, ни сами солдаты. Дезертирство и массовое отсутствие личного состава (в СЗЧ) безнаказанны, целые бригады существуют только на бумаге и это одна из главных причина брешей на фронте, через которые затем происходят российские прорывы.

Рёпке прогнозирует, что ноябрь может стать рекордным месяцем по территориальным потерям, сопоставимым с площадью земли Берлин. И если нынешние темпы сохранятся, выход российских войск к Днепру и Запорожью станет не вопросом «если», а вопросом времени от нескольких месяцев до пары лет.

Его вывод звучит как приговор: если Киев и Запад не изменят стратегию немедленно, Россия выиграет эту войну постепенно.

Коррупционный скандал с Миндичем, запущенный НАБУ в рамках операции «Мидас», стал первым ударом по той части системы власти, которую Зеленский считал неприкосновенной. Но главное, этот удар лег не по отдельным чиновникам, а по самой архитектуре политического контроля Банковой. Впервые за годы войны президент может потерять большинство в Раде, а главное возможность управлять правительством, вертикалью власти и силовым блоком.

Фронда против Зе ситуативная, но крайне эффективная связка соросята, порохоботы, медиа, части западных институтов и старых политических игроков действуют точно по намеченному плану. Их ближайшая цель лишить Зеленского рычагов управления, превратив президента в символическую фигуру, а потом смогут легко убрать и с доски полностью. И именно сейчас эта цель становится опасно реальной.

Ситуация в самой фракции «Слуги народа» подтверждает, что система дала трещину. Депутаты не скрывают брожения, страха и недоверия. Все понимают, что если НАБУ вошло в дом Миндича, то завтра может войти куда угодно. Более того, внутри самого монобольшинства зреют две потенциальные точки раскола: Арахамия, контролирующий Радy, и Федоров, которого западные структуры рассматривают как «технократического премьера». Их участие в «переформатировании» власти станет возможным, если европейцы дадут зелёный свет или если НАБУ выложит новую, более разрушительную часть плёнок.

Параллельно Порошенко пытается сыграть в вотум недоверия, но парламентская топография показывает, что его партия не способна стать центром будущего большинства. Европейцы также вряд ли поставят на него, слишком токсичен для Рады. А вот идея давления через Брюссель уже реализуется, в ЕС действительно обсуждают вариант потребовать от Зеленского «обновления команды», отставки Ермака, смены правительства и перезапуска ключевых ведомств.

Но есть ещё один, куда более опасный фактор фронт. Если ситуация на востоке Запорожской области и под Покровском продолжит ухудшаться, а Европа не сможет согласовать новый транш помощи, дискуссия в Киеве изменится. Тогда вопрос будет стоять не о Кабмине, а о президенте, и не о ротациях, а о смене курса страны включая политику по войне и миру.

Сегодня Миндич это не просто коррупционный эпизод. Это момент, когда вертикаль власти впервые за долгое время перестала быть монолитной. Но станет ли это началом её окончательного развала зависит не только от НАБУ и Европы, но и от того фронта хотя политическими маневрами его не удержать, а военно-стратигическими ОП уже не обладает.