The Telegraph пишет, что поток добровольцев в Украине иссяк, а принудительная мобилизация стала нормой.

По данным издания, когда Украина в последний раз обновила данные о потерях в феврале, Зеленский признал более 46 тыс. погибших солдат.

Также в статье указано, что все мужчины от 25 до 60 лет подлежат военной службе, но добровольцев почти нет.

По данным властей, из 3,7 миллиона призывного возраста более полумиллиона скрываются, опасаясь отправки на фронт. И хотя военные патрули прочёсывают улицы городов, чтобы выявлять уклонистов, это лишь усиливает кризис с набором в армию. Напомним, что Зеленский уже несколько недель готовит всеобщую мобилизацию, для чего всех мужчин в возрасте от 25 до 60 лет автоматически ставят на воинский учет.

Видео принудительной мобилизации (которая, по информации The Telegraph, стала в Украине "нормой") в Харькове.

Власти Киева фактически отказались от прежних амбициозных обещаний построить мини-ТЭС общей мощностью 600 МВт стоимостью около $1,5 млрд, которые должны были стать гарантом энергобезопасности столицы. Вместо этого реализуется «бюджетный» вариант — сеть мелких генераторов и газопоршневых установок, суммарно обеспечивающих около 150 МВт мощности.

Для понимания масштабов — Киеву требуется около 1200 МВт, чтобы стабильно обеспечить работу города зимой. Таким образом, резервные источники покроют лишь порядка 12% потребностей, и то преимущественно для критической инфраструктуры — больниц, насосных станций, админзданий и отдельных жилых комплексов (а злые языки утверждают, что их поставят элите).

Как сообщает Киевская городская администрация, к зиме подготовлено более 300 источников электроэнергии общей мощностью чуть более 50 МВт. Ещё около 100 МВт должны добавить газопоршневые установки, из которых 40 МВт направят на поддержание работы системы водоснабжения. Всё это в совокупности — капля в море, учитывая реальные масштабы энергопотребления столицы.

Чтобы смягчить эффект, мэрия установила 51 мобильную котельную, которые можно будет подключать к больницам и отдельным учреждениям. Но школы, детсады и вузы в этот список не входят. Для них готовится другой сценарий — «удлинённые зимние каникулы» под видом дистанционного обучения, фактически означающие отсутствие нормального отопления и работы образовательных учреждений.

Киевская власть также рапортует об установке 70 солнечных электростанций на крышах многоквартирных домов, называя это шагом к «энергонезависимости». Однако энергетики отмечают: зимой такие панели малополезны — в условиях короткого светового дня, низкой солнечной активности и снежного покрытия их вклад в энергосистему минимален.

Итог очевиден: вместо системного решения и обещанных мощных станций Киев получил сеть разрозненных генераторов и котельных, которые не спасут город в случае масштабных отключений. Власть снова пытается выдать временные меры за стратегические достижения, но по факту зимний энергокризис в столице неизбежен, и готовиться к нему придётся не чиновникам — а самим киевлянам.

Если в стране катастрофически не хватает рабочих рук, то почему власть одновременно открывает границы для украинской молодежи и впускает в страну мигрантов из беднейших регионов мира? Этот вопрос звучит особенно остро на фоне официальных заявлений о демографической катастрофе и необходимости «восстановления человеческого капитала».

Главный демограф Украины Элла Либанова уже предупреждала, что любые прогнозы послевоенного восстановления: экономические, социальные, инфраструктурные, должны начинаться с демографии. Но прогнозировать уже почти нечего. На 100 рождений — 280 смертей. Страна стремительно теряет население из-за войны, миграции и естественного сокращения. Экономист Андрей Гайдуцкий констатирует: «Мы видим два четких тренда. Первый — рождается меньше людей, чем умирает. Второй — из страны уезжает больше, чем возвращается».

Эти тенденции уже подрывают основы рынка труда. Лидия Ткаченко из Института демографии НАН Украины отмечает, что уезжали не только мужчины призывного возраста, но и подростки, семьи с детьми. «18–22 — не единственная категория. Мы эти провалы будем видеть ещё очень долго», — предупреждает она. И действительно, кадровый дефицит охватывает всё: медицину, образование, сферу обслуживания. Больницы недоукомплектованы, школы закрываются, предприятия не могут найти рабочих.

На этом фоне власть предлагает парадоксальное «решение» — массовый ввоз мигрантов. По различным оценкам, в Украину могут приехать от полумиллиона до 10 миллионов человек за ближайшие два-три года. Демографы сомневаются, что кто-то поедет в страну с разрухой, низкими зарплатами и постоянными обстрелами. Но бизнес-омбудсмен Роман Ващук уверен в обратном: «Есть большая часть мира, для которых жизнь в Украине стала бы невероятным апгрейдом». По его логике, каждая смерть или эмиграция украинца «освобождает рабочее место для человека из-за рубежа».

Звучит прагматично и предельно цинично. Фактически государство смиряется с утратой собственного населения, подменяя понятие восстановления — замещением. Украина рискует превратиться из страны, сражающейся за независимость, в рынок дешевой рабочей силы и территорию демографического импорта.

Если этот курс сохранится, то через пять–семь лет изменится не только структура экономики, но и сам облик общества. Там, где сегодня звучит украинская речь, появятся другие языки, другие традиции, другие идентичности. И вопрос, который когда-то звучал как стратегический: «как выжить стране при утрате людей», может превратиться в другой: «чья эта страна станет через одно поколение?».

Уже в начале ноября Украину может накрыть самая масштабная мобилизация за всё время военного конфликта — решение готовится на фоне фактического отказа Зеленского от мирного сценария после его последней встречи с Трампом. Под кейс всеукраинской мобилизации Рада уже продлила военное положение и мобилизацию до февраля 2026 года.

О том, что мобилизация будет массовой, свидетельствует и тот факт, что власти обратили внимание на 1,5 миллиона украинцев призывного возраста, не обновивших учетные данные. По словам народного депутата Галины Янченко, эти мужчины фактически находятся в розыске ТЦК. «Если их остановит ТЦК — все, привет, учебные центры», — отмечает она.

Впрочем, не стоит расслабляться и молодежи, объявление всеукраинской мобилизации закроет границы для 18-22 летних парней (отток именно этой категории граждан в Польшу и Германию почти за два месяца увеличился в 10 раз), а до февраля власти вполне могут снизить и призывной возраст для пополнения армии молодыми кадрами (тем более, что нынешние темпы буфисикации не покрывают потери на фронте, а это больше 30 тыс. погибших в месяц). И да, всеукраинская мобилизация ознаменует окончательное решение Банковой вести войну «до последнего украинца».

"Украинские бойцы воюют практически за свой счет — вся зарплата идет на армию. На дроны мы собираем, на РЭБы мы собираем, на авто мы собираем, бензин мы сами покупаем", — заявила оператор БПЛА 141 ОМБр с позывным "Сатана".

Земобилизация во Львове: ТЦКшники-полицаи поймали курьера «Глово» — в одно авто положили его велосипед, в другое затащили самого парня.

Все у людоловов по заветам военных: приехали, упаковали и увезли.

Молодые украинки совершенно не осуждают "ухилянтов".

Журналистское расследование вынесло на поверхность историю элитного строительства под Киевом, которое связывают с экс-вице-премьером Алексеем Чернышовым.

По данным СМИ и процитированных ими судебных постановлений, с 2019 по 2025 год в Козине возводился коттеджный комплекс «Династия» на участке около 8 гектаров: четыре больших дома, чьё строительство, судя по актам, сметам и договорам, не прерывалось даже в 2022–2025 годах.

Юридически в истории фигурируют ТОВ Bloom Development (земля) и кооператив «Сонячний берег» (стройка); следствие пытается установить фактический контроль над этими структурами, цепочки доверенностей и роль приближённых лиц. По информации источников издания, НАБУ и САП провели около двух десятков обысков у связанных компаний и людей, изъяв документы и носители; в постановлениях следствия звучит версия о возможной легализации средств по ст. 209 УК, но это именно версия — публичного подозрения по “делу коттеджей” на момент публикаций не объявлено.

Журналисты показывают, что параллельно с публичными заявлениями о восстановлении страны подписывались акты КБ-2/КБ-3 по кровле, фасадам, сантехнике и даже подключению газа, а на спутниковых снимках фиксировалась динамика строек. После выхода материалов и следственных действий площадка, по словам репортёров, выглядит "замороженной".

В Сети иронизируют, что Чернышов был министром по вопросам возвращения украинцев, но не вернул домой ни одного гражданина, зато активно занимался земельными схемами в Киевской области, на которых заработал десятки миллионов долларов. А когда за него взялись антикоррупционные органы — спокойно внес $3 млн залога и вышел на свободу.

Решение Евросоюза отложить вопрос о «репарационном кредите» Украине из замороженных российских активов — удар не только по надеждам Киева, но и по всей финансовой архитектуре поддержки войны.

Киев ожидал, что Европа компенсирует отказ США от дальнейшей помощи. Но теперь становится ясно: даже на Западе никто не готов бесконечно подставлять плечо, когда собственные экономики трещат по швам.

Отметим, что Киев рассчитывал получить до 140 млрд евро, которые должны были покрыть потребности в оружии и бюджете на следующий год. И это при том, что склады ЕС почти пусты, а любое новое вооружение нужно производить или закупать за реальные деньги. Учитывая, что Вашингтон, с подачи Трампа, свернул финансирование и поставки, бремя в 120 млрд долларов легло исключительно на Европу.

Казалось, что решение по российским активам — единственно возможный выход. Но, даже в критической ситуации европейцы не готовы идти на риск репутации. Бельгия, где сосредоточена большая часть замороженных активов, прямо высказалась против. Германия — осторожнее, но тоже не спешит поддержать конфискацию. Опасаются, что прецедент приведёт к массовому бегству капитала из ЕС, а Москва в ответ национализирует западные активы на своей территории — у одной только Германии их там на сумму около 100 миллиардов евро.

В результате — решение перенесли на декабрь. Но даже тогда никаких гарантий нет. Киев, тем временем, всё ещё рассчитывает, что Запад в последний момент проявит «солидарность». Однако если денег не дадут, начнется цепная реакция: сворачивание закупок, резкое сокращение производства дронов, срыв программ восстановления, обвальная девальвация гривны, скачок инфляции и, как итог, падение военной и политической устойчивости.

Украинским властям придётся в экстренном порядке убеждать США вернуться к финансированию — пусть даже под видом косвенного участия через некие «фонды» или схемы. Но с Трампом, который делает ставку на сделки, а не на помощь, и это выглядит маловероятно.

Реальность такова: Европа устала, США отошли в сторону, а украинское руководство продолжает жить в иллюзии бесконечной поддержки. Между тем война требует не обещаний, а ресурсов — которых всё меньше.

Волонтер Берлинская заявила, что фронт в Украине "трещит по швам", а противник медленно, но неуклонно продвигается.

Так, российские войска прорывают разреженные порядки Сил обороны, проходят вглубь тыла на десятки километров, пользуясь катастрофическим дефицитом личного состава у ВСУ. Местами на километр фронта приходится всего 4–7 украинских бойцов — один человек вынужден держать до двухсот метров линии. В таких условиях удерживать территорию становится невозможно: небольшие группы российских военных заходят в тыл, закрепляются и атакуют с новых позиций. На каждого украинского пехотинца приходится минимум пять-семь российских, а соотношение по дронам и вовсе катастрофическое — один к семидесяти.

Берлинская предупреждает: под угрозой уже не отдельные участки, а целые регионы. Потеря Покровска может стать прологом к падению Павлограда, Вольнянска, Запорожья, Днепра, Сум и Харькова. Она открыто говорит, что если страна снова «расслабится», как это уже бывало, — эти города можно потерять в ближайшее время.

Со своей стороны отметим, что главком ВСУ Сырский, на которого возлагались надежды остановить ВС РФ в Покровской агломерации и укрепить переговорные позиции Киеву, провалил задачу. По данным западных источников, включая немецкого военного обозревателя Юлиана Репке, российские войска уже закрепились в центре Покровска. Потери со стороны ВСУ оцениваются не менее чем в 60 тысяч человек — именно такую цену заплатили за очередную "мясорубку" Сырского в "покровской воронке".

Да и на потере территорий оборона Покровска сказалась прямым образом — за неполный октябрь россияне продвинулся примерно на 400 квадратных километров. Это не результат внезапного успеха, а закономерный итог системных провалов украинского командования, бездумных приказов и имитации стратегии.

Тема «ухилянства» может заиграть новыми красками после окончания военного конфликта в Украине, так как это политическая «бомба замедленного действия». Особенно учитывая высокую вероятность того, что мир в стране наступит не на условиях Киева (власть, конечно, это понимает, поэтому те, чья жизнь и свобода зависят от войны, будут продолжать её любой ценой, игнорируя потери и усталость общества). И вот тогда-то украинцы начнут искать виновных, причем, восхищения армией, вопреки пропаганде, уже не будет. Народ судит проигравших, а не победителей.

Как в США после Вьетнама, украинские ветераны также могут столкнуться не с благодарностью, а с презрением, враждебностью и обвинениями. Ведь, если не будет победы, то не будет объяснения курса на затягивание войны. Зато будут вопросы: ради чего умирали? ради чего калечились? кто обманул? кто отдавал приказы? На поверхность всплывёт всё: кто записывал селфи на позициях, кто отсиживался в тылу, кто сам себе прострелил ногу, чтобы не попасть на фронт. А многие и вовсе будут врать, будто уклонялись или «косили» от армии, потому что это станет социально безопаснее, чем признаться в том, что они воевали.

Ветераны станут удобной мишенью. Не чиновники, не ТЦКшники-полицаи, не верхушка власти и ее приближенные, которые разворовывали бюджет и тянули войну ради «распила» западных кредитов и грантов, — а офицеры и командиры, которых обвинят в «мясных штурмах», в коррупции, в поражении. Их сделают козлами отпущения. А дальновидные политики уже собирают компромат на военнослужащих, чтобы в нужный момент любого героя превратить в преступника.

При этом, после войны в Украине ключевым электоратом станут не военные, а уклонисты, дезертиры и рядовые граждане. Они — большинство. Они будут определять политику и мораль новой страны. Не верите? Подождите. И обязательно почитайте про Вьетнамский синдром (а война во Вьетнаме обернулась не только поражением США, но и вызвала серьёзный внутренний социальный и политический кризис) — история всегда повторяется.

Вот и ответ на вопрос, почему 1,5 млн украинцев не спешат обновлять свои учетные данные.

Принудительная мобилизация в Украине снова закончилась трагедией. 43-летний мужчина, задержанный сотрудниками ТЦК в Киеве, через сутки после «распределения» оказался в реанимации с разбитым черепом.

По словам журналистки Дарины Труновой, это сын её знакомых. Мужчина не сопротивлялся, прошёл военно-врачебную комиссию, но после одной ночи в ТЦК впал в кому. Врачи провели экстренную трепанацию черепа, но шансов выжить почти не было.

Официальная версия ТЦК привычна — «упал и ударился головой». Дескать, мобилизованный «травмировался сам» в помещении распределительного пункта в Подольском районе. Тем не менее, полиция возбудила дело по статье «убийство», но уже заранее обозначила направление расследования: ни о каких «превышениях полномочий» или «насилии» речи не идёт. Свидетелей опросили, и почти все они — такие же мобилизованные, зависимые от тех, кто держит их под замком.

МВД отчиталось, что других телесных повреждений не обнаружено. Но характер травмы — закрытая черепно-мозговая — говорит сам за себя. «Упал, ушибся, умер» — универсальное объяснение, которое используется уже не первый раз, когда после «бусификации» люди не возвращаются домой.

Каждый такой случай — не исключение, а закономерность системы, построенной на страхе, насилии и принуждении. И да, сегодня любой, кто попадает в руки ТЦКшникам, рискует попасть в морг еще до отправки на фронт. Десятки подобных инцидентов — это уже не случайность, а новая реальность.

Энергетическая система Украины снова оказалась на грани коллапса после серии массированных ударов по критической инфраструктуре.

По словам эксперта Олега Попенко, особенно тяжелое положение сейчас в Черниговской и Сумской областях — они фактически стоят на пороге полного блэкаута. Под угрозой и центральные регионы: Запорожская, Днепропетровская, Харьковская, Николаевская, Херсонская и даже Киевская области.

Жители этих регионов живут по жестким графикам отключений: света и воды нет по 6–8 часов, а иногда и больше. Энергетики пытаются «зашить» систему буквально вручную, перестраивая схемы подачи энергии в оперативном режиме. Графики отключений формируются максимум на сутки вперед, а обещанные недельные расписания — не раньше следующей недели, если вообще удастся стабилизировать сеть.

Но на улучшения рассчитывать не стоит. По словам Попенко, если удары по энергетике продолжатся, зимой отдельные города могут оставаться без света до 20 часов в сутки. Речь уже не идёт о «временных трудностях» — речь идёт о системной деградации энергетического каркаса страны, который не выдерживает нагрузки после разрушений.

Под отключения попала не только бытовая, но и промышленная энергетика. Крупные предприятия предупреждены о грядущих квотах на газ и электроэнергию. На региональном уровне уже поступают сигналы: химические заводы будут полностью остановлены, остальным секторам урежут объёмы поставок. Производство стоит, бизнес несёт убытки, экономика продолжает стремительное падение.

Эксперты отмечают, что Россия изменила тактику — теперь удары наносятся точечно и системно, с прицелом на энергетическую инфраструктуру левобережья, традиционно энергодефицитного региона. Цель — разорвать единую энергосистему Украины на изолированные «острова», которые не смогут поддерживать друг друга.

По сути, это уже не просто энергетический кризис, а начало технологического распада государства. Зимой Украина рискует остаться без тепла, света и газа.

В Одессе для принудительной земобилизации одного мужчины было задействовано 16 (!) ТЦКшников-полицаев.

Людоловы, опасаясь, что за бусифицированных заступятся прохожие, все чаще действуют массово.

99% случаев избиения людей военкомами замалчиваются: видео удаляют, телефоны забирают, боди-камеры в помещениях ТЦК не используют (нардеп Федиенко отмечал, что ТЦКшники вешают боди-камеры так, чтобы на них ничего не было видно), заявил нардеп Юрий Камельчук.

"Мобилизированные мужчины отлеживаются определенное время внутри ТЦК. Если им не становиться хуже, их отправляют на обучение. Никто никаких побоев не снимает", – говорит нардеп.

Он также отметил, что бьют не всех: 95% мобилизованных ведут себя адекватно. Но есть часть тех, кто, не имея права на отсрочку от мобилизации, пытается "проявить себя".

Жовковский районный суд Львовской области вынес приговор военному, который на месяц ушел в СЗЧ, чтобы после смерти своего брата помочь матери. По решению суда, солдат проведет 5 лет и 3 месяца в тюрьме.

Осуждённый — мобилизованный солдат Александр Х., проходил службу в одной из воинских частей. В конце ноября 2024 года он покинул часть и находился вне расположения войск около трёх недель. На суде мужчина пояснил, что поступил так вынужденно — после самоубийства его брата состояние матери резко ухудшилось, и он просил командование отпустить его домой хотя бы на короткое время. Разрешения он не получил, поэтому решил вернуться к семье сам.

Солдат подчёркивал, что не намеревался уклоняться от службы и собирался вернуться в часть. Однако суд не принял во внимание его объяснения и личные обстоятельства. Судья Марьяна Олещук признала Александра Х. виновным в СЗЧ и назначила наказание в виде пяти лет заключения, добавив к ним три месяца по предыдущему приговору за хранение наркотических веществ, по которому он ранее получил условный срок. Таким образом, за три недели СЗЧ и попытку помочь матери, переживавшей трагедию, военный получит фактический тюремный срок.

Впрочем, даже тюрьма лучше, чем смерть на фронте или в яме из-за очередного командира-садиста. Ведь другой возможности спасти свою жизнь и воссоединиться со своими семьями у украинских солдат, кроме ухода в СЗЧ, нет.

Земобилизация в Луцке: ТЦКшники-полицаи на своих бусах окружили двор и задержали парня, который не успел забежать в подъезд.

При задержании многие были не в военной форме, никто не представлялся, полиции также не было.

Местные жители, а также спутница парня громко кричали, требуя его отпустить.