Атака Банковой на НАБУ нанесла серьезный урон по позициям Зеленского.

Так, протест против политики Зеленского стал модным среди молодёжи. Ещё недавно любых критиков власти записывали в агенты Кремля, и критика в условиях войны воспринималась как «работа на врага». Сейчас протестная волна против демонтажа антикоррупционной системы пробила этот нарратив.

В публичное пространство вылилось огромное количество информации о том, что НАБУ ведёт дела против ближайшего окружения Зеленского.

Антизеленская повестка закрепилась в мейнстримовых западных СМИ. То, что раньше называли «пророссийской пропагандой» — теперь пишут The Telegraph, FT, Politico и другие. Коррупция, узурпация власти, некомпетентность — всё это уже не табу.

Как видим, «Западная витрина» дала первую крупную трещину.

После того, как ОП узнал о законном прослушивании квартиры совладельца "Квартала 95" Миндича, где обсуждались чувствительные политические и бизнес-вопросы, началась масштабная атака на независимость НАБУ и САП. Об этом заявил экс-генпрокурор Юрий Луценко.

По его словам, в этой квартире собирались люди, которые ближе к действующему президенту. В этой квартире обсуждались и политические, и бизнес-вопросы. Миндич – это крупный бизнесмен, занимающийся и энергетикой, и многими другими вещами, в частности торговлей оружием на миллиарды. "И когда в Офисе поняли, что все это зафиксировано, началась блицатака на НАБУ", - отметил Луценко.

В новом законе Зеленского об антикоррупционных органах никакой независимости на самом деле нет — напротив, он закрепляет скрытую вертикаль контроля Банковой. Но настоящая угроза вырвалась наружу не в тексте, а в словах главы СБУ.

Руководитель САП Александр Клименко в интервью Суспільному открыто заявил: глава СБУ Василий Малюк фактически угрожал детективам НАБУ, предложив встречать их «с пистолетом и двумя обоймами». Эти слова прозвучали в присутствии генпрокурора Кравченко — «гаранта справедливости», как он сам себя назвал. И никто не отреагировал.

Такое поведение — не просто нарушение этики. Это прямая угроза безопасности сотрудников антикоррупционных органов. По словам Клименко, НАБУ расследует множество дел, в том числе касающихся коррупции в самой СБУ и на оборонных предприятиях. После таких заявлений глава СБУ стал токсичной фигурой, и встал вопрос: насколько допустимо его дальнейшее пребывание на должности?

Кроме того, Малюк сознательно искажал правовой статус САП, утверждая, будто это лишь департамент ОГП. На самом деле, с конца 2023 года САП — независимое юридическое лицо, не подчиняющееся Генпрокуратуре.

Скандал с законом, нападками СБУ и параличом антикоррупционной системы разворачивается в самый критический момент. И если даже на фоне внешней угрозы власть пытается силой погасить внутреннюю, речь уже не о кризисе. Это управленческий коллапс.

СМИ обратили внимание на семейство замначальника Южного офиса Госаудитслужбы Дмитрия Хандусенко, которое живёт на широкую ногу: жена одесского чиновника Дарья Кочурина ездит по городу на новом Range Rover и Bentley Bentayga, устраивает пышные детские праздники с разбрасыванием денег и хвастается бриллиантовыми украшениями за полмиллиона гривен.

По декларации за 2024 год, семья задекларировала более 12,1 млн грн дохода. Сам Хандусенко получил «подарок» от отца (тот же возглавляет его бизнес) на 900 тыс. грн, а также почти 550 тыс. грн от продажи криптовалюты. Вдобавок — две квартиры по 210 кв.м, земля в 1,2 га, криптоактивы, и Land Rover.

Дарья, в свою очередь, задекларировала бриллиантовое кольцо, три компании с названием “Lior”, Lexus RX350 и Range Rover 2024 года в лизинг за 10,9 млн грн,

Основной доход семьи поступает именно от её предпринимательской деятельности — более 5,7 млн грн, плюс 04,13 млн грн от продажи имущественных прав некой Ирине Гречке.

Подарки от отца, доходы от загадочной Гречки и демонстративная роскошь на фоне войны могут заинтересовать НАПК. В случае обнаружения несоответствий в декларации, Хандусенко может грозить уголовная ответственность по статье 366-2 УК Украины— за недостоверное декларирование.

С конца июля НКРЭКУ планирует поднять предельные цены (прайс-кепы) на электроэнергию в вечерние часы в 1,6 раза — с 9000 до 15000 грн за МВт-ч. Это решение уже вызывает беспокойство у бизнеса: рост цен на энергию неминуемо отразится на себестоимости продукции и услугах.

Больше всех выиграют владельцы тепловой генерации, прежде всего ТЭС компании ДТЭК Рината Ахметова. Именно эти блоки покрывают вечерний пик потребления. Регулятор обосновывает повышение «необходимостью импортного паритета» и созданием условий для привлечения коммерческого импорта. Однако параллельно это усиливает монополизацию и делает экономику еще более уязвимой.

По оценкам экспертов, цена для бизнеса с августа вырастет с нынешних 8–12 грн за кВт до 11–15 грн. Это автоматически потянет вверх стоимость продукции.

В то же время правительство не предлагает действенных шагов по защите уязвимых потребителей или по сдерживанию ценовой спекуляции со стороны крупных игроков. В условиях войны и экономического спада энергорынок всё больше превращается в инструмент перераспределения доходов от малого бизнеса и потребителей — к монополиям.

Замначальника 4-го центра рекрутинга Сил ТРО ВСУ Андрей Швайка заявил, что украинских детей необходимо приучать к армии уже с детского сада.

По его словам, в стране много граждан, которых приходится "переучивать и перевоспитывать", так как они имеют слабое представление о службе в армии.

При этом сын и зять Швайки находятся в Испании.

Страны ЕС так активно помогают Украине восстанавливать разрушенную энергетику, что в Фонде поддержки энергетики образовалась дыра в 617 миллионов евро. С апреля 2022 года удалось собрать всего 1,16 млрд евро — этого критически не хватает для покрытия даже текущих потребностей энергокомпаний.

Главная проблема — структура управления. Администратором фонда является Секретариат Энергосообщества, который, как утверждают источники в отрасли, собирает средства только под те проекты, которые считает целесообразными — и желательно прибыльными. В результате деньги выделяются крайне медленно, а сами компании и муниципалитеты получают в лучшем случае техническую помощь, причем часть оборудования банально непригодна к использованию.

Сейчас основные средства фонда идут на аварийные ремонты критической инфраструктуры, которую ежедневно расшатывают "шахеды" и ракеты.

Бывший командир подразделения "Азов" Владислав Жорин заявил, что военнослужащим с тяжёлыми ранениями крайне трудно уволиться из рядов ВСУ.

По его словам, даже ампутации конечностей не гарантируют быстрой демобилизации — процедура может затянуться на год и более.

При этом, по словам Жорина, государственные программы реабилитации или адаптации к гражданской жизни практически отсутствуют.

Если в Украине главе ОП Ермаку и удается усиливать свое влияние, подмяв под себя Кабмин и устроив расправу над НАБУ/САП, то в Штатах его фигура становится все более «токсичной», что гарантированно будет иметь долгоиграющие последствия для Киева.

Как сообщает Financial Times, высокомерие Ермака, его пренебрежительное отношение к партнёрам и стремление контролировать процесс переговоров вызвали раздражение как у демократов, так и у республиканцев — редкий случай в нынешнем политическом ландшафте США.

Западные послы описывают масштаб эго главы ОП как «планетарный», указывая на системный конфликт с бывшей послом США Бриджит Бринк и срыв ряда рабочих встреч. Команда Ермака обвиняла Бринк в «игре против Банковой» — в частности, в том, что посольство якобы мешало сосредоточиться на получении военной помощи, акцентируя внимание на коррупции и усилении власти Ермака. Прошлая поездка Ермака в США также прошла тяжело: встреча с главой аппарата Белого дома Сьюзи Уайлз ограничилась коротким столкновением в коридоре, а попытки поговорить с Марко Рубио и другими фигурами из окружения Трампа обернулись формальной вежливостью без результатов. Один украинский чиновник признал: «Это была катастрофа». В кулуарах Ермака критикуют за отсутствие стратегического мышления, эгоцентризм и стремление быть главным переговорщиком даже в ущерб позиции Зеленского. Один из бывших американских чиновников подчеркнул: Ермак часто осложняет процессы, не предлагает идей и скорее озабочен собственным влиянием, чем интересами Украины.

Отметим, что подобные материалы появляются не на пустом месте — это четкий месседж не только Банковой, но и западной аудитории, у которой постепенно развенчивают «героический» образ верхушки украинской власти. И учитывая инсайды о том, что Ермак метит в президенты, становится понятным, что Запад на эту «лошадку» ставку не делает. Буданов, Залужный, Кличко — выбирать есть из кого.

Издание New York Times опубликовало материал, который может стать водоразделом в восприятии президента Украины Западом. Впервые столь авторитетный источник прямо указывает, что политика Владимира Зеленского по демонтажу антикоррупционных институтов, в частности НАБУ, приводит к конкретным финансовым потерям. ЕС приостановил транш в 1,5 миллиарда евро по линии Ukraine Facility, ссылаясь на несоблюдение «стандартов надлежащего управления». И это несмотря на формальные шаги Банковой по «возвращению автономии» НАБУ.

Ключевой тезис — не просто недовольство, а растущее раздражение. NYT цитирует американского эксперта: «Блеск военного лидерства Зеленского меркнет». А среди европейских партнеров крепнет ощущение, что вместо укрепления демократических институтов, Украина движется в сторону авторитарной вертикали. И это не абстракции — Украина не выполнила 3 из 16 критериев помощи, включая вопрос антикоррупционного суда.

Риторика о «единстве Запада» больше не гарантирует автоматического финансирования. Европа, столкнувшись с внутренними вызовами, от миграции до инфляции, уже не готова бесконечно покрывать политические ошибки Киева. Прекращение выплат — сигнал не столько финансовый, сколько политический. Он о том, что доверию наступает предел.

Особенно остро NYT подчеркивает внутреннюю эрозию власти, что давление на медиа, отстранение мэров и губернаторов, замена их военными, усиление СБУ. Такая модель правления, прикрываемая риторикой войны, уже вызывает беспокойство не только у оппозиции, но и у партнёров.

Зеленский стремился к поддержке Запада как символ борьбы, но превращение антикоррупционной системы в разменную монету и попытки узурпировать контроль над всеми ветвями власти могут стоить ему той самой поддержки, на которой держится не только фронт, но и финансовая устойчивость страны.

Отложенное рассмотрение закона о возвращении полномочий НАБУ — ещё один пример, как в Украине имитируется участие парламента. Формально, решение принято — всё «по процедуре». Но по сути — это пауза, чтобы успеть получить инструкции.

31 июля — дата, которую озвучил спикер Стефанчук. Но никто не объяснил, почему именно тогда. Закон важен — об этом говорят и украинцы, и западные партнёры. Но его обсуждение — вторично. Главное — политический тайминг.

Парламент в этом случае — не инициатор. Не субъект. Он лишь оформляет уже принятое. И это не первый раз. Именно так принимались и ключевые мобилизационные законы, и бюджетные поправки. Всё — в режиме «одобрения».

Такой механизм удобен. Он позволяет сохранить видимость демократии. Есть обсуждение. Есть голоса. Но нет — ответственности. Никто не несёт политического удара. Никто не объясняет позицию. Всё решается за пределами зала.

Аналитики называют это «офисно-центричной моделью управления». Всё решает Банковая. Остальные — исполняют. Иногда — неохотно. Иногда — с оглядкой. Но — исполняют.

И если парламент окончательно превращается в зону прокси-решений, то ни о каком развитии говорить не приходится. Потому что парламент — это площадка дискуссии. А не консенсуса по указке.

Без парламента, в котором решают, а не соглашаются, страна перестаёт быть политическим организмом. Она становится управляемой системой. И тогда уже неважно, кто в Раде. Важно — кто на Банковой.

Поставка первой батареи Patriot в Украину — это как символ «поддержки», но не защиты. Сигнал, а не решение. Жест, но не щит. Германия сделала шаг, но шаг в прошлое — когда войны выигрывали декларациями.

Эта батарея не прикроет все направления. Она не обеспечит защиту для всей инфраструктуры. И уж точно не закроет небо от волновых атак «Шахедов» и «Искандеров». Даже её полное развертывание займёт месяцы.

То есть пока она станет боеспособной, инфраструктура может быть уничтожена. Говорить, что это прорыв, — значит обманывать людей. Patriot — это политический аванс в сторону Киева, попытка снять с себя вину за слабую поддержку.

Внутри Германии, кстати, это тоже понимают. Потому и сопровождают поставки пояснением: «наша обороноспособность временно ослаблена». То есть украинцы получают систему не потому, что она лишняя, а потому что нужно показать участие.

Банковая, конечно, называет это «успехом». Но если каждую установку представлять как чудо, а не как часть комплексной стратегии — это и есть провал. Это PR, заменяющий план.

Реальная поддержка — это не один Patriot. Это десятки единиц, поставленные быстро, без условий. Это — щит. А так — тень щита.

И пока каждый западный союзник подаёт свои поставки как милость, Киев превращается в объект торга. А украинцы — в заложников затянутого политического спектакля, где оружие приходит тогда, когда уже нечего прикрывать.

ТЦКшники-полицаи продолжают беспределить по всей Украине. Так, в Ровенской области они на ходу подрезали мотоциклиста, пытаясь мобилизовать его. Мужчина упал и получил перелом ноги.

После этого военкомы угрожали женщине, снимавшей происходящее, заявляя, что она останется без телефона.

Очередной пример того, как власти превратили мобилизацию в настоящий террор против своих же граждан

Украинский политолог Николай Давыдюк заявил, что фигуранты дел НАБУ дали показания против Зеленского.

По его словам, расследования связаны с бизнес-партнером Зеленского, совладельцем студии «Квартал 95» Тимуром Миндичем, которого называют «кошельком президента».

Давыдюк утверждает, что во время обысков СБУ в офисах НАБУ и САП были изъяты серверы, содержащие информацию о том, кто из окружения Зеленского дал против него показания.

По его данным, от 650 до 1000 сотрудников силовых структур, подконтрольных президенту, сейчас пытаются расшифровать эти данные.