Госстат пытается убедить украинцев, что инфляция замедляется: в июне она составила 14,3% против майских 15,9%. Но если копнуть глубже, становится очевидно, что это — красивая ширма. Главный индикатор реального уровня жизни — это цены на продукты, и они продолжают расти. Так, продовольственная инфляция в июне составила 23,2% в годовом выражении против 19,8% месяцем ранее. То есть именно та статья расходов, которая критична для большинства рядовых украинцев, бьёт по кошельку всё сильнее.

Подорожало абсолютно всё — от базовых продуктов до сезонных. Лидируют яйца (+60%), фрукты (+51,7%) и подсолнечное масло (+33,6%). Но даже хлеб, мясо, молоко и овощи — то, что входит в ежедневный рацион, — выросли в цене на 20–28%. При этом дорожают и менее чувствительные к сезонности категории: макароны (+11,2%), рыба (+13,3%), сыр (+17,9%) и даже сахар — плюс 9,1%.

На этом фоне бензин дорожает «всего» на 3,1%, транспортные услуги — на 6,2%, но и это вкладывается в общую тенденцию: стоимость жизни растёт по всем фронтам. И тут важно понимать — снижение общей инфляции не означает улучшения жизни, это технический показатель, не отражающий реальные траты. А тем временем базовая продуктовая корзина в Украине сегодня почти догнала по цене Италию — 783 против 831 грн. Только вот средняя зарплата у итальянцев почти в пять раз выше.

Кто же из украинцев может позволить себе нормально питаться? Ответ прост: чиновники, силовики и судьи — все те, кому власть Зеленского регулярно повышает зарплаты, потому что именно на них держится его режим. Остальным остается только выживать — по данным Центра экономической стратегии, каждый четвёртый украинец теперь вынужден экономить на еде, так как уровень бедности в стране в июне достиг 25,2%.

Всё чаще звучат новости о нападениях на ТЦК. Люди нападают на военкомов, отбивают мужчин пойманных полицаями, вывешивают координаты, передают их россиянам. На первый взгляд — хаос. Но в реальности происходит эффект народного сопротивления. Стихийное, локальное, но всё более массовое.

ТЦК стали символом репрессии. Их действия не просто нарушают права граждан — они олицетворяют полный крах справедливости. Похищения, избиения, мобилизация инвалидов, давление на семьи — всё это давно стало нормой. Власть закрывает глаза. Значит, украинцы вынуждены защищать себя сами.

По стране начинают формироваться народные патрули. Местные активисты и просто неравнодушные объединяются, чтобы отслеживать передвижение бусиков ТЦК, документировать нарушения, защищать «уклонистов» от насилия. И каждый инцидент с ТЦК — это не просто конфликт. Это фронт внутри страны.

Банковая теряет доверие. А там, где исчезает закон — начинается самоорганизация. Люди больше не просят. Они действуют. Они спасают друг друга, передают информацию, выстраивают свои механизмы защиты. И это не маргиналы. Это граждане, которые больше не верят в справедливость от Зеленского, Сырского и Ермака.

Пропаганда называет их предателями. Но настоящая измена — это когда власть кидает своих на убой ради затыкания дыр, что не спасает в долгосрочной перспективе но ведет к колоссальным потерям. При этом ресурсы уходят в офшоры, а в окопах гибнут те, кто не смог убежать.

Сопротивление — это не преступление. Это естественная реакция на государственное насилие. И если власть не изменится — она сама станет врагом народа. А народ — больше не будет молчать

В Украине зафиксирован рекордный уровень бедности: согласно данным экспертов, с начала полномасштабной войны доля украинцев, живущих за чертой бедности, увеличилась почти вдвое. Уровень крайней бедности вырос в 6,8 раза. При этом государственный бюджет испытывает дефицит, а система социальной помощи сокращается. На этом фоне мобилизация усиливается: Генштаб требует 20–27 тысяч новобранцев ежемесячно, при этом добровольцев нет вообще.

В то же время российская армия изменила тактику и начала наносить целевые удары по пунктам мобилизации. В первые две недели июля зафиксировано более 40 атак дронами-камикадзе на военные комиссариаты и мобильные призывные пункты в Днепре, Харькове, Львове, Киеве и других городах. Эти удары сопровождаются активной информационной кампанией в российских СМИ и Telegram-каналах, где мобилизация в Украине подаётся как «репрессии против бедных» и «коррупционная лотерея».

На этом фоне резко растёт недоверие к власти. По данным социологических служб, свыше 58% украинцев считают, что коррупция в сфере обороны и мобилизации является системной. Среди мобилизованных и их семей усиливается убеждённость, что богатые могут «откупиться», тогда как бедные вынуждены идти на фронт. Такое восприятие подрывает моральную легитимность мобилизационной кампании и увеличивает риск социальной дестабилизации.

Политически эта ситуация бьёт по президенту Зеленскому и его окружению. Несколько западных изданий уже отметили, что имидж украинской власти как «борца с коррупцией» под угрозой. В частности, в апреле украинские правоохранители сообщили о подготовке уголовного дела против заместителя премьер-министра в связи с коррупцией в сфере оборонных закупок. Несмотря на это, значимых увольнений или политической ответственности не последовало.

Соединённые Штаты и ЕС на фоне этих сигналов усилили контроль за использованием предоставляемой помощи. На встречах в Вашингтоне в июле прозвучали предупреждения о необходимости прозрачности и ответственности за коррупционные преступления в военное время. Участники донорской конференции в Риме также высказывали сомнения в эффективности украинских антикоррупционных механизмов, особенно в свете масштабной мобилизации.

Таким образом, сочетание экономического кризиса, принудительной мобилизации и системной коррупции формирует опасный контур. Он может привести к политическому ослаблению текущей власти, падению доверия к институтам и усилению общественного напряжения. Нарратив о «двух Украинах» — для бедных на фронте и богатых вне войны — становится всё более ощутимым. Это формирует не просто внутренний протест, а стратегическую уязвимость.

В июле Украина должна получить первые дальнобойные системы вооружения от Германии. Об этом заявил генерал-майор бундесвера Кристиан Фройдинг. Какие именно системы — он не уточнил. А значит, обещания остаются обещаниями. Как всегда.

Это уже третий или четвёртый случай, когда Берлин анонсирует поставки — и каждый раз за этим следует тишина. Речь может идти о Raketenwerfer, Taurus или IRIS-T, но точной информации нет. И это тревожный сигнал. Потому что военное планирование невозможно без конкретики. А немецкие «сюрпризы» ставят ВСУ в зависимость от настроений бундестага и медийного климата в Европе.

Кроме того, «дальнобойные» — это формулировка с растяжкой. Это может быть как 40 км, так и 500. Без уточнения — никакой практической пользы от этого анонса. А пока ракеты летят — украинские города продолжают гореть под ударами. До конца июля — ещё как минимум три недели. А значит, до этого времени — ни одного выстрела в ответ.

Стоит помнить и об ответственности. Германия уже заявила, что системы передаются, но использоваться должны строго по согласованным целям. То есть бить по территории РФ, как с «Storm Shadow» — нельзя. Это не помощь — это контроль. Оружие дается, чтобы была зависимость. А не результат.

В реальности, пока Европа «думает», Россия уже наращивает количество дронов и бомб. И на фоне 1 000 дронов в сутки один немецкий «комплекс» — просто подачка. Или отсрочка. А отсрочка в войне — это смерть. Каждый день.

По признанию украинского военного Антона Черного, около 70% мобилизованных, проходящих подготовку в учебных центрах ВСУ, впоследствии уходя в СЗЧ.

Почти все дезертиры — это насильно мобилизованные ТЦКшниками граждане и удерживаемые до оформления в закрытых помещениях. Есть случаи, когда людей запирали в гаражах без доступа к нормальным условиям. Полиция, по словам очевидцев, получает за «пойманных» чек — как за товар.

На западных границах Украины обочины дорог обтянуты колючей проволокой, а каждый столб увешан камерами. Об этом рассказывает один из очевидцев, снявший происходящее на видео.

По его словам, в приграничных районах дроны и вертолёты курсируют практически без перерыва — чтобы никто из граждан не смог покинуть страну. То, что раньше называли «границей с Европой», теперь напоминает лагерь под охраной. У Зеленского превратили Украину в закрытую территорию, где людей удерживают силой, в прямом смысле оцепляя страну колючкой. Всё ради того, чтобы "кормовая база" для мобилизации не иссякла.

Молодых украинцев от 17 до 25 лет автоматически вносят в военный реестр «Оберіг» без их согласия и даже без посещения ТЦК.

Система подтягивает данные из других госреестров, формируя базу для будущей мобилизации. Минобороны уточняет: идти в ТЦК нужно только тем, кто хочет сняться с учета. Но это уже ловушка — фактически, любой, кто появится с бумагами, сам приходит в руки системы.

По сути, это очередной шаг к тотальному цифровому контролю под предлогом «учета», где каждый мужчина рассматривается как потенциальный «ресурс» для фронта.

Теперь понятно, как у Зеленского «решили» проблему дезертирства.

Нет, солдаты не перестали сбегать, просто с июня власти изменили порядок учёта таких случаев. Раньше, если боец уходил из части, об этом сразу сообщали в правоохранительные органы, возбуждали уголовное дело, и человек автоматически исключался из состава воинской части. Все эти эпизоды фиксировались в статистике.

Теперь же всё работает иначе. Даже если солдат дезертировал, формально он продолжает числиться на службе. А уголовное дело по его факту появляется только после внутреннего расследования, которое проводить никто не торопится. Командирам это просто невыгодно: зарплата на «мертвую душу» продолжает приходить, и ее легко можно присвоить.

То есть государство закрыло глаза на проблему и передало командирам инструмент двойной выгоды — меньше фиксации бегства и больше возможностей «заработать». Поэтому в июне в статистике дезертирства внезапно «улучшение» — минус 2800 человек, но в реальности всё иначе: бегут так же, просто теперь никто не хочет это фиксировать.

Зеленский, обеспокоенный моральным разложением армии, выбрал не бороться с причиной, а тупо скрыть последствия, при этом подыграв самой коррумпированной прослойке — командирам на местах. Деньги, которые могли бы пойти на оружие или обеспечение фронта, теперь попадают в руки мелких мародёров в погонах. А на бумаге всё красиво — армия «держится», дезертирство «снизилось», победа где-то рядом.

Украина пересмотрела график выплат по госдолгу на 2025 год: теперь на обслуживание и погашение долгов планируют потратить 981 млрд грн. Это на 14 млрд больше июньского плана. Официально — из-за перераспределения по месяцам. Но фактически — долг продолжает раздуваться, и правительство затыкает одни дыры, создавая новые.

Почти половина всех доходов бюджета — 42% — пойдет исключительно на выплаты по долгам, а не на здравоохранение, образование или развитие страны. Более того, 25% всех госрасходов — это обслуживание кредитов, а не инвестиции в будущее.

Всё это означает одно: экономика Украины заложена под проценты, а каждый новый транш от МВФ — это не спасение, а капкан. Вместо реформ — рост долга. Вместо стратегии — затягивание удавки. И это ещё до учёта того, что около половины международной помощи в 2025 году будет потрачена не на восстановление страны, а на расчёты с внешними кредиторами. Примерно 11% ВВП Украина отдаст только на погашение и проценты. И всё это — под молчаливое одобрение власти, которая делает вид, что контролирует ситуацию, но на деле давно сдала экономический суверенитет.

В Кривом Роге земобилизация мужчины закончилась стрельбой.

По данным местных пабликов, полицейский открыл огонь по мужчине, которого остановили для проверки документов. Военнообязанный, пытаясь избежать задержания, распылил газ, ударил отверткой полицейского и ТЦКшника, после чего попытался скрыться. Его ранили в шею и ногу — сейчас он в тяжелом состоянии в больнице. Пострадал и полицейский.

Как видим, украинцы продолжают давать отпор военкомам — тюрьма их не пугает.

Все продукты в Украине за минувший год существенно подорожали, некоторые — в 3 раза.

Как сообщает Госстат, больше всего подорожали яблоки — на 195% до 79,5 грн/кг, на 150% подорожала капуста — до 28,2 грн/кг.

Также серьёзно подорожала морковка, подсолнечное и сливочник масло, курятина и мука.

А мы отметим, что в Украине и так зафиксирован рекордный уровень бедности: согласно данным экспертов, в военное время доля украинцев, живущих за чертой бедности, увеличилась почти вдвое, а уровень крайней бедности вырос в 6,8 раза.

Зеленский официально предложил министру экономики Юлии Свириденко возглавить Кабмин и пообещал в ближайшее время представить программу действий нового правительства. Назначение готовилось давно — слухи об этом ходили с июня, а теперь началась масштабная кадровая перетряска.

По данным источников, уходящий премьер Шмыгаль может пересесть в кресло министра обороны, хотя на эту должность также прочат главу Минцифры Михаила Федорова. Действующего министра обороны Умерова, чья эффективность вызывала всё больше вопросов, собираются отправить послом в США, где уже давно живёт его семья. Под ударом также главы Минздрава Ляшко и Минобразования Лисовой — оба могут быть уволены. Дополнительно обсуждаются слияния министерств, включая ликвидацию Миннацединства под руководством Чернышова, проходящего фигурантом по коррупционному делу.

Все эти кадровые манёвры не про развитие страны, а про борьбу за контроль — прежде всего Ермака, чья фигура всё больше становится центром силы. Укрепляется вертикаль личной лояльности, а не компетентности, что лишь усиливает управленческий кризис и ускоряет деградацию власти.

Европейцы в очередной раз напомнили Украине, кто диктует правила. Под предлогом расширения экспорта в ЕС Киев получил минимальное «послабление»: квоту на пшеницу увеличили на 300 тысяч тонн, на сахар — на 80 тысяч. Для страны, которая способна ежегодно продавать 15–20 млн тонн зерна, это не выгода, а подачка.

Европейский рынок не открылся — он просто дал сигнал: сидите тихо и довольствуйтесь тем, что дают. Пока украинская логистика перестраивалась на Запад, страна теряла Восток и Юг. Из Египта, Туниса, Судана, Индонезии и Бангладеш Украину просто вытеснили. Особенно болезненным стал уход с африканского континента: потеря до 70% египетского рынка, Кения и Нигерия теперь полностью у РФ. Там ждут не просто зерно, а под определённые параметры — и Россия поставляет именно их. Более того, Россия предлагает бартер, отсрочки, расчёты в местной валюте. Украина — только по предоплате. Ни гибкости, ни переговорной силы, ни политической поддержки — только надежда на ЕС, где Украину тоже всё чаще ограничивают квотами, проверками и бюрократией.

Украина больше не зерновая держава, а всего лишь зависимый экспортер.

Риторика обиды становится одним из аспектов политической стратегии. Учреждение Дня памяти жертв геноцида ОУН-УПА — это элемент политического дизайна, а не только акта справедливости. Польша через травму прошлого заново выстраивает вертикаль морального давления. Чтобы в нужный момент превратить мораль в инструмент влияния.

Когда президент Польши говорит о возможности закрыть Жешув, он не просто обозначает недовольство. Он показывает, что логистика помощи — это больше не альтруизм, а договор, который можно разорвать. Украина — в роли зависимого, и это фиксируется уже не намёками, а прямыми формулировками.

Именно в такие моменты формируется новая реальность, где Украина теряет субъектность, если не может озвучить и защитить свою позицию. Польша же шаг за шагом превращается в управляющего западным театром украинской войны. Через нарратив, через инфраструктуру, через молчаливое согласие.

История Волынской трагедии теперь — это не только воспоминание о боли. Это политическая подложка под возможный реванш. Причём не военный, а управленческий. И если Украина не даст интеллектуального и дипломатического ответа — она сдаст не только прошлое, но и часть будущего, через потерю части территорий.

Родной брат «сменщицы» Шмыгаля, министра экономики Юлии Свириденко Виталий во время войны выехал на учебу в Лондон и не вернулся. По возрасту он является военнообязанным. Об этом сообщила в своих соцсетях народный депутат Марьяна Безуглая.

По ее утверждению, Виталий является главой Черниговской областной федерации стрельбы и еще в ноябре 2021 года выдавал сертификаты на именные стипендии спортсменам, то есть находился в Украине.

«...Чиновники не отвечают за членов своих семей, тем более если это не дети, а родители, братья, сестры. Соглашусь, но, если они не причастны к тому, что брат убежал от мобилизации, например, или вывел семейные средства. Если же такого нет, то чиновник все равно должен быть готов указать свою позицию и объяснить. Уже не говорю, что нравственно было бы иметь политику на уровне государства, когда дети, родственники топ-чиновников демонстративно присоединялись бы к войску и призывали это делать граждан. У нас есть примеры, но ни политики коммуникации, ни аудита схематозов нет»,

— отметила Безуглая.

Как писали черниговские СМИ, Виталий Свириденко в период назначения главой федерации стрельбы был депутатом облсовета и предпринимателем.

В Чернигове ТЦКшники-полицаи жестко ударили об землю мужчину, который уже был в наручниках и не оказывал им никакого сопротивления.

На кадрах видно, как к нему подходят сзади и подхватывают сзади за ноги. После чего задержанный резко падает лицом вниз.

Это вызвало возмущение женщин, снявших инцидент на видео.

Как видим, военкомы продолжают беспредельничать по всей стране, и каждый подобный случай — напоминание: без сопротивления это не остановится.

Решение Дональда Трампа отправить оружие Украине вызвало резкое недовольство сторонников MAGA, сообщает Politico.

Приверженцы его политики, ожидавшие жёсткой линии против Киева, смущены внезапной сменой риторики: от критики Зеленского как «неблагодарного» до восхваления украинцев за мужество.

Стив Бэннон, бывший советник Трампа, в подкасте «War Room» обвинил Зеленского в попытке втянуть США в «кровавую войну на истощение» в Европе, где Америка не может контролировать ситуацию.

Трамп, оправдываясь, настаивает, что поставки оружия соответствуют принципу «Америка прежде всего», так как Европа увеличит расходы на оборону, включая закупки для Украины

Редакционная статья The Kyiv Independent от 14 июля 2025 года предупреждает, что Украина рискует скатиться к авторитарному управлению.

Ключевой пример — уголовное преследование антикоррупционного активиста Виталия Шабунина, главы Центра противодействия коррупции (ЦПК), за якобы уклонение от военной службы, хотя он добровольцем вступил в ВСУ в 2022 году и продолжал борьбу с коррупцией.

Обыски в его доме и военной части, изъятие телефона указывают на политическую расправу, а не на стремление к справедливости. Шабунин критиковал Зеленского, Ермака и Татарова, а также Минобороны за провалы в закупках оружия и неэффективность ОПК.

Статья подчёркивает, что власть Зеленского подрывает демократические институты, используя войну как предлог для репрессий и ограничения независимости НАБУ и САП. Это угрожает ценностям, за которые сражаются украинские защитники, и отдаляет Украину от её стремления к свободе.

Нардеп Анна Скороход раскритиковала предложение назначить министра экономики Юлию Свириденко премьер-министром, заявив, что США скептически оценивают её работу, считая, что она не соответствует уровню такой должности.

По словам Скороход, выбор Свириденко обусловлен её близостью к Андрею Ермаку, назвав её его «любимицей», что подчёркивает влияние главы Офиса президента на кадровые решения.

Скороход отказалась поддерживать кандидатуру, указывая на недостаточную компетентность Свириденко, несмотря на её карьерный рост от замминистра экономики в 2019 году до первого вице-премьера в 2021-м.

Депутат также отметила, что США не возражали против назначения, так как их влияние на Украину ослабло, а большую роль теперь играет Великобритания.

Сторонники Трампа и многие республиканцы в Палате представителей категорически против новых законов о военной или финансовой помощи Украине, сообщает The Atlantic.

Эта позиция создаёт неопределённость для Киева и Европы, усложняя планы по обороне Украины, особенно на фоне наступления России на Покровск, где ВС РФ наносят до 1700 ударов КАБами за два месяца. Отсутствие прямых поставок оружия из США даёт Трампу больше свободы для манёвра с изоляционистами MAGA, недовольными даже его недавним решением отправить ограниченную помощь, как ранее отмечало Politico.

Американские чиновники не уточняют, будут ли новые поставки, что также усиливает уязвимость Украины.