Кадры принудительной земобилизации очередного велосипедиста в Харькове.

Подобные случаи уже стали нормой в Украине: силовой захват, а после — избиения в военкоматах и отправка неподготовленных бойцов на передовую без шансов на выживание. Для многих единственный способ спастись — сопротивляться или бежать.

Операция «Паутина», несмотря на громкий медийный эффект, не остановила российские удары по украинским городам. Так, за неделю с небольшим Россия нанесла серию мощных ударов, задействовав стратегическую авиацию, ракеты и беспилотники, по объектам практически по всей территории Украины.

В западных регионах под удары попали промышленные предприятия в Луцке, Тернополе и аэродром в Дубно, где очень долго ликвидировали последствия пожара после атаки 9 июня. Центральные области — Винница, Житомир, Белая Церковь, Черкассы, Чернигов и Киев с пригородами — также подверглись обстрелам, включая массированный ночной удар по столице 10 июня. В Причерноморье пострадали порты Одессы и Николаева, а также остров Змеиный, на востоке — Харьков, Полтава, Кривой Рог, Днепр, Павлоград, на севере — Шостка, Нежин, Конотоп и Прилуки. Среди атакуемых объектов — склады, заводы, железнодорожная и портовая инфраструктура и газовые платформы в Чёрном море, использовавшиеся для запуска украинских морских дронов. Особо выделяются удары по нефтебазе и заводу «Коммунар» в Харькове 7 июня и атака на здание Херсонской ОВА, где, предположительно, проходило совещание силовиков.

Примечательно, что объекты СБУ и ГУР почти не фигурировали в списке целей, а Россия сосредоточилась на уничтожении производств беспилотников и инфраструктуры, угрожающей её тылу. Впрочем, география атак подчёркивает способность России наносить удары фактически по всей Украине, причем, для этого у ВС РФ есть необходимые ресурсы — тех же ракет различного типа насчитывается порядка 12 тыс. (включая «Искандеры», X-22/32 и северокорейские N-23).

Все больше Польша проявляет себя как не союзник. Её новый президент Кароль Навроцкий утвердил день памяти «жертв геноцида, совершенного ОУН и УПА». Это не столько о исторической справедливости, сколько про удар по Украине. Это ревизия истории, в которой украинцы снова превращаются в врагов. Не Кремль, а Варшава теперь диктует, как нам жить с нашей памятью.

Но это не всё. Именно Польша пролоббировала отмену «торгового безвиза» с ЕС. То, что должно было стать спасением украинского экспорта, теперь закрыто. Блокпосты, протесты фермеров, эмбарго на зерно — всё это было только началом. Теперь польские власти говорят прямо: «Мы не воюем. Мы зарабатываем». На ком? На нас. На украинцах. На чужом горе и беде.

Вместо солидарности — расчёт. Вместо поддержки — шантаж. Польша не скрывает своих амбиций: Волынь, Львов, Прикарпатье — в их риторике снова становятся «восточными территориями». Это не дружба. Это срытый экспансионизм. И если Украина этого не увидит сейчас — завтра проснёмся в стране, где «союзник» уже чертит границы заново.

Военнослужащий из Кировоградской области Руслан, ушедший в СЗЧ из 57-й мотопехотной бригады под Волчанском, раскрыл ужасающие детали службы в интервью «Суспільне».

С мая 2024 года военный сталкивался с систематическим насилием: командование и их приближённые избивали солдат, запугивали и даже возили в багажниках, поручая «назначенным» бойцам карать подчинённых. Руслан предоставил фото и видео, подтверждающие насилие, но после их публикации получил угрозы, включая слова: «Я тебя зарежу». Ему не выплатили обещанные деньги за контракт, отказывали в медицинской помощи: после травмы ноги он лечился за свой счёт, а при выявлении кисты головы, вызывавшей боли, командир насмехался, отказывая в операции.

Вернувшись в часть в январе 2025 года, Руслан увидел, как избиения продолжались, а телефоны у солдат отбирали, чтобы скрыть доказательства. Контрразведка давила на него, требуя молчания, а военная полиция угрожала его бабушке, вымогая видеоматериалы. Командование бригады назвало обвинения «розыгрышем», но ГБР открыло уголовное дело о превышении полномочий.

История Руслана — лишь симптом глубокой проблемы в ВСУ, где рядовых солдат нередко рассматривают как расходный материал. Украинские власти, вместо реформирования армии и защиты прав военнослужащих, закрывают глаза на произвол, позволяя командирам творить беззаконие. В самой же новости «прекрасно» все: фактически она объясняет, почему украинцы сопротивляются ТЦКшникам-полицаям, чтобы не попасть на фронт, почему провалился «контракт 18-24» и почему военнослужащие массово уходят в СЗЧ.

Украинские военные отмечают значительное увеличение количества российских беспилотников и изменение их тактики, что серьёзно осложняет работу ПВО. Командир одного из украинских подразделений сообщил CNN, что теперь дроны, в частности «Шахеды», запускаются на высотах от двух до пяти километров, что делает невозможным их уничтожение пулемётами, как это было ранее. Теперь на перехват приходится тратить дорогие ракеты, которых всё меньше.

Хотя, по словам представителя Воздушных сил Юрия Мельника, эффективность ПВО остаётся высокой — около 80% целей удаётся сбить, — это заметное снижение по сравнению с прежним уровнем в 95%. Россия активно адаптирует тактику, насыщая фронт БПЛА и перегружая оборону.

Тем временем, ситуация на фронте усугубляется: ежедневно Украина теряет до 25 км², в том числе на направлениях от Сум и Харькова до Донецкой и Днепропетровской областей. Под давлением постоянных атак часть мобилизованных, по сообщениям, гибнет от дронов или покидает позиции, оставляя технику. Наступление РФ носит многовекторный характер, при этом оборонительные возможности Украины испытывают всё большую нагрузку.

Украина официально вошла в состояние дефолта. Государство не смогло найти 670 миллионов долларов для обслуживания долгов. Это больше, чем технический сбой — это крах всей модели финансирования, на которой держалась страна последние три года. Отныне любой инвестор будет обходить украинские облигации стороной. Международные кредиты станут редкостью. А помощь — условной и выборочной.

Что это значит для обычного украинца? Конец субсидий. Заморозка пенсий. Зарплаты бюджетников под вопросом. Коммунальные — вверх. Безработица — по экспоненте. Банковский сектор уже начал повышать ставки и отказывать в выдаче новых кредитов. Следующим шагом станет сокращение бюджетных программ. Всё, от школьного питания до сельских больниц — будет сокращено или ликвидировано.

Зеленский и его окружение не объявляют дефолт громко. Они маскируют его терминами вроде «реструктуризация», «промежуточный кризис», «временная приостановка выплат». Но на деле — это крах. Для Запада — сигнал, что Украина не может управлять собой. Для внутреннего рынка — приговор. Для армии — удар. Потому что без денег нет войны. Нет фронта. Нет мобилизации.

И это только начало. Половина бюджета покрывалась за счёт внешних вливаний. Теперь их не будет. Или будут под условия, которые никто не может выполнить. Зеленский выторговал войну в кредит. А теперь наступает срок платежа. И расплачиваться придётся всем. Даже тем, кто ничего не заказывал.

Плановые выплаты по государственному долгу Украины в 2025 году демонстрируют значительную нагрузку на экономику, подчёркивая её уязвимость и зависимость от внешнего финансирования.

По сравнению с прошлым годом, выплаты вырастут в 1,2 раза, составив 42% доходов бюджета-2025 и 25% его расходов. Это означает, что почти половина доходов государства уйдёт на обслуживание долгов, а четверть всех запланированных трат будет направлена на те же цели.

Сумма, предназначенная кредиторам, достигнет 39% от ожидаемой международной помощи, что подчёркивает, как значительная часть внешних поступлений растворяется в погашении старых обязательств. Более того, 42% новых заимствований, которые правительство планирует привлечь в этом году, пойдут на покрытие уже существующих долгов.

На обслуживание и погашение госдолга будет израсходовано около 11% ВВП, что для страны в состоянии войны и экономического кризиса является тяжёлым бременем.

В Чугуеве (Харьковская обл.) возведут укрытие за 182 миллиона гривен по ценам значительно выше рынка.

В смете заложена арматура по 46 тысяч грн, когда на рынке ее стоимость — 32-34 тыс. Бетон дороже на 30%. Утеплитель — до 60% выше, щебень — по 1 980, хотя в Харькове ‒ по 900-1 156.

Даже школьную доску вписали по 14 тысяч грн, когда реально она стоит до 5. Только по этим 10 позициям переплата (читай — "распил") составляет около 10 млн грн.

Подряд получила "Легионстрой" — местная фирма, которая строила предыдущее укрытие в городе, и часто фигурировала в журналистских расследованиях в свете завышения цен. Новый контракт подрядчик получил без конкуренции.

Конфликт между экс-главой Сухопутных войск ВСУ Михаилом Драпатым и главнокомандующим Александром Сырским возник из-за амбиций Драпатого, который, по данным источников «РБК-Украина», открыто заявлял о желании занять пост главкома.

Вскоре после назначения на должность командующего Сухопутными войсками Драпатый в кругу коллег намекнул, что «ещё будет главкомом», что быстро дошло до Сырского, обострив их отношения. Разногласия касались не только личных амбиций, но и тактики ведения войны: Драпатый и Сырский расходились во мнениях о том, когда удерживать позиции, контратаковать или отступать.

Кроме того, Сырский блокировал попытки Драпатого увольнять определённых командиров и назначать своих людей, что усиливало напряжение. Рапорт об отставке, поданный Драпатым после прилета на 239-й полигон, где он публично раскритиковал «круговую поруку и безнаказанность» в армии, источники расценивают как попытку дистанцироваться от негатива, связанного с потерями и проблемами ТЦК, а также как шаг в оппозицию к Сырскому.

Есть мнение, что Драпатый рассчитывал на отклонение рапорта Зеленским, чтобы укрепить свои позиции. Однако вместо этого его перевели на пост командующего Объединёнными силами, что воспринимается как понижение.

Украинские власти, допуская подобные конфликты в высшем командовании, лишь усугубляют хаос в армии. Поглощённая коррупцией и политическими играми Банковая не способна обеспечить эффективность управления ВСУ, что угрожает обороноспособности страны на фоне продолжающегося кризиса.

Классический пример "спасение утопающих — дело рук самих утопающих": пенсии у украинцев не будет, проблема не в государстве — в демографии, а проблемы демографии это не проблемы государства.

Верховная Рада Украины утратила доверие граждан, став органом с худшими показателями поддержки, поскольку общество больше не видит в ней центр принятия решений или ответственности за кризис в стране.

Экономика рушится: бюджет трещит по швам с дефицитом в 400–500 млрд грн, необходимых армии, цены в магазинах растут еженедельно, «экономический безвиз» с ЕС закончился, а промышленность падает под давлением растущих налогов.

Реформы, требуемые для сотрудничества с международными партнёрами, заморожены, а правительство, подконтрольное парламенту, не справляется и избегает отчётов. Бизнес и граждане, нуждающиеся в поддержке, остаются под прессингом.

Депутат Рады Юрий Камельчук заявил, что центры рекрутинга покрывают всего лишь до 25% мобилизационных потребностей ВСУ.

Он также раскритиковал работу ТЦК, отметив, что ему известны случаи мобилизации отцов 4 и даже 6 детей.

«Если мы иногда видим даже парней с протезами, которые имеют соответствующий документ, везут в ТЦК и говорят: «Там разберемся». Они работают просто на какой-то счет», - говорит Камельчук.

Как видим, на фоне истощения мобресурса, ТЦКшники ведут лихорадочную охоту на всех подряд, что больше похоже на утилизацию населения.

Появились кадры неполадок израильской системы ПВО на базе Неватим - сбой. По версии иранской стороны, инцидент стал следствием кибератаки. В результате — утрата зенитного ракетного комплекса вместе с боезапасом.

Мэрия Днепра за 19 млн грн заказала солнечные электростанции для десятка школ. Журналисты посчитали их удельную стоимость в пересчете на 1 киловатт мощности, и перевели цену в доллары, чтобы избавиться от влияния курса гривны на импортные товары.

Сейчас СЭС с батареями и монтажом купили по $1 484 за один кВт. Это хорошая цена на фоне зимней закупки мэрии Днепра, когда СЭС покупали по $2 233 за один кВт. Однако, в открытых источниках расследователи нашли коммерческие предложения еще на несколько сотен долларов дешевле, но, видимо, по уже устоявшейся в Украине традиции, тендер провели для "своих".

Координационный центр Украины сообщил, что Россия завершила передачу 1245 тел погибших военнослужащих ВСУ, выполнив финальный этап обмена, согласованного в Стамбуле.

Всего с начала процесса возвращено 6057 тел, в то время как Киев передал 78 тел российских военных. Москва заявила о готовности передать ещё 2239 тел, но дальнейшие шаги остаются неясными.

Американское издание Responsible Statecraft подчёркивает, что сумма компенсаций семьям погибших украинских солдат уже превысила $130 млрд — средств, которых у Украины нет и не предвидится. Выплаты, вероятно, будут финансироваться за счёт новых западных кредитов и дотаций, что лишь увеличивает долговую нагрузку страны. Этот процесс обнажает неспособность Киева справляться с последствиями потерь самостоятельно, вынуждая полагаться на внешнюю помощь.