Депутат Одесского горсовета от Евросолидарности Жанна Мандриченко утверждает, что стала жертвой языковой агрессии в строительном супермаркете.

По её словам, кассирша «Эпицентра» отказалась пробить ее покупки — всё из-за просьбы обслуживать на украинском языке.

Как уверяет народная избранница, она вежливо сделала замечание, в ответ кассирша заявила следующее: "Не вам указывать, что мне делать и как разговаривать, понаехали здесь".

В итоге Мандриченко засняла кассиршу на видео, правда кадры пока не опубликовала – ждет официальных извинений от "Эпицентра". Но официальную жалобу языковому омбудсмену Тарасу Кременю уже отправила.

В эфире телемарафона Путина назвали президентом Украины.

Ведущая оговорилась, объявляя о телефонном разговоре Трампа с «президентом Украины Владимиром Путиным». Затем сразу же поправилась, заявив, что президент Украины — Зеленский.

Молдавская политик Виктория Фуртунэ призвала аннексировать Буджак — часть Одесской области

Бывший кандидат в президенты Молдовы призвала "вернуть выход к морю" и пересмотреть границы, так как "не признаёт утрату этой территории".

"Мы больше не хотим маленькую покорную Молдову - мы хотим великую. Нужно возвращать всё, что у нас украли: имя, историю, язык, выход к морю", — заявила Фуртунэ.

Единственный сектор, где в Украине сейчас фиксируется рост занятости — это государственное управление и оборона. Все остальные сферы экономики сдают позиции.

Согласно исследованию Киевской школы экономики, на сегодня в административном и оборонном секторе занято 2,6 миллиона человек — почти 24% всего работающего населения. Такой перекос напрямую связан с продолжающейся земобилизацией и раздуванием бюрократического аппарата.

В других отраслях занятость падает. В промышленности — минус 37%, в социальной сфере, включая образование и медицину — снижение на 11%.

Как видим, пока власти продолжают выжимать остатки ресурсов на мобилизацию, экономика медленно деградирует.

Вслед за ЕБРР Еврокомиссия пересмотрела ожидания по украинской экономике — в худшую сторону. Прогноз роста ВВП на 2025 год снижен с 2,8% до 2%, а на 2026 год — с 5,9% до 4,7%.

В докладе ЕК говорится: война продолжает давить на экономику, производство падает, настроение в бизнес-среде — на минимуме.

Промышленность, особенно энергоемкие отрасли и металлургия, не выдерживают цен на энергоресурсы и логистические проблемы.

Экспорт также будет снижаться, включая сельхозпродукцию — из-за плохого урожая 2024 года и исчерпания складских запасов.

Задолженность предприятий теплокоммунэнерго перед НАК "Нафтогаз Украины" за газ превысила 100 миллиардов гривен. Об этом сообщил вице-премьер Алексей Кулеба.

Он признал масштаб проблемы, но конкретных шагов по её решению не озвучил. Зато привычно перевёл ответственность на местные власти и громады, напомнив, что финансирование подготовки к отопительному сезону должно вестись за счёт 4% НДФЛ, которые якобы направляются целевым образом на инфраструктуру.

По сути, это означает, что верхушка власти снимает с себя обязательства и перекладывает всё на регионы, которым банально не хватает средств. На фоне энергетического кризиса и изношенных теплосетей это выглядит не как антикризисный подход, а как признание банкротства. О

сенью 2023 года долг составлял 95 миллиардов, из которых 36 миллиардов — это разница в тарифах, которую правительство пообещало компенсировать, но так и не утвердило соответствующее решение. Прошло больше полугода, а обещания остались на бумаге. Какой будет следующий отопительный сезон — никто точно не знает. Но уже известно одно: платить за провалы власти снова будут обычные граждане.

Заявление Трампа вызвало истерику у украинских политиков — в Киеве уже начали понимать, что США постепенно выходят из игры.

Нардеп Гончаренко комментируя пост Трампа, рассматривает ситуацию как «дипломатическое поражение» Украины, потому что президент США дал понять: условия мира будут обсуждаться между двумя сторонами. Без Штатов, без коллективного Запада, без посредников.

Это и есть настоящая новость — Вашингтон больше не хочет быть гарантом ничьих обещаний. Киев оказался наедине с реальностью, от которой годами прятался за внешней поддержкой. Риторика «стоять до конца» в итоге оставила Украину у стола переговоров с тем, кого она сама называла «агрессором».

«Таблетка памяти» для Зеленского: Шесть лет назад он в своей инаугурационной речи клялся, что готов на всё ради мира на Донбассе. Говорил, что не боится потерять рейтинги и власть, лишь бы не гибли люди. Тогда он обещал диалог, уважение к русскоязычным, снижение тарифов и рост пенсий.

Прошло шесть лет — и всё стало с точностью до наоборот. Война вышла далеко за пределы Донбасса, диалог заменили репрессиями, русскоязычные оказались под подозрением, а высокие цены/тарифы и бедность превратились в норму.

Сам Зеленский за это время сосредоточил всю власть в своих руках и превратился из «президента от народа» в главу закрытой военной пирамиды. Его обещания сегодня звучат как горькая ирония. Мир так и не наступил. Зато наступило разочарование.

В Бурштыне собираются потратить 330 миллионов гривен на водопровод, но за этими цифрами скрывается классическая схема: завышенные цены в смете, липовый подрядчик и откаты, прикрытые словами о «жизненно важной инфраструктуре».

Компания «ИФ-Капиталстрой» получила контракты без конкуренции и при минимальном опыте — подтверждение только один договор на 655 тысяч. Сравнение цен показывает переплату от 40 до 75% практически по всем позициям: трубы, бетон, люки, арматура — всё заложено в сметах по цифрам, которые превышают рыночные в разы.

Труба, которую на рынке продают по 1100–1300 грн, здесь стоит 2640. Люк, который можно купить за 4–5 тысяч, оценивается почти в 12. Щебень по 700–800 грн вписан за две с лишним тысячи. Даже асфальт — и тот дороже на 25–45%. Вся система выглядит так, словно её создали исключительно ради освоения бюджета.

В графике работ заложено всего по 2 тысячи гривен на земельные работы — то есть делать реально начнут не сейчас, а потом, в 2026 году. Но деньги осваиваются уже. И всё это в регионе, где половина сетей в аварийном состоянии, а вода по составу давно не соответствует нормам.

Подрядчик — фирма без сотрудников и без доходов за прошлый год. Владелец — экс-депутат от «Свободы», а директор связан с мутной земельной схемой в районе аэропорта Одессы.

Пока Киев живет под сигналами тревог, чиновники продолжают демонстрировать устойчивость — правда, не в обороне, а в накоплении активов.

Руслан Кандибор, директор департамента транспортной инфраструктуры КГГА, за последние годы уверенно нарастил автопарк, вложился в недвижимость и успел передать дочери десятки тысяч долларов. Всё это — на фоне войны, разрухи и постоянных заявлений властей о нехватке средств. За прошлый год он получил 1,15 миллиона гривен официальной зарплаты, но в декларации значатся Mercedes-Benz GLC за 664 тысячи, мотоцикл Suzuki, несколько ретроавтомобилей и ещё один Mercedes, купленный в разгар военных действий.

Вся семья — жена, дочь, даже свояки — оформлены как владельцы участков, квартир, летней кухни и долей в жилых объектах. Деньги хранят в кэше: более 90 тысяч долларов на троих, плюс почти 30 тысяч — на счетах. Дочь получила миллион от продажи недвижимости, а также часть имущества, формально оформленного как дарение. Всё это сопровождается арендой квартиры в Киеве, которая позволяет сохранять видимость скромности.

Кандибор не стал уникальным исключением — он типичный представитель новой волны чиновничества, для которого война — лишь фон для обогащения. НАПК не спешит с проверкой, а в Киеве по-прежнему рассказывают, что каждый вложенный доллар идет в оборону. Но факты говорят об обратном — система кормит своих, пока остальные выживают.

Военный конфликт в Украине продолжается уже третий год, а система трудоустройства людей с инвалидностью так и не появилась. Более трёх миллионов человек — официально зафиксированные инвалиды, из них работает лишь 16%. Это около 420 тысяч человек. Остальные — за бортом, без перспектив, без механизмов вовлечения, без поддержки.

В Минсоцполитики любят сравнивать Украину с Европой, где занятость среди людей с ограничениями превышает 50%, но делают это не для самокритики, а ради имитации прогресса.

Министр Жолнович рапортует о неких новых «философиях поддержки», но за красивыми формулировками нет ни программ, ни реальных стимулов для бизнеса. Всё, что предлагается — декларации и законодательные лозунги, не подкреплённые экономикой. Между тем уже сейчас растёт количество людей, ставших инвалидами из-за войны, а о них в отчётах и вовсе не вспоминают. Ветераны с ампутациями, травмами, ПТСР — они возвращаются в гражданскую жизнь и попадают в ту же пустоту, что и все остальные.

Преступники стали воровать больше денег с банковских карт украинцев.

В 2024 году украинцы потеряли рекордную сумму на банковских картах — более 1,1 миллиарда гривен. Количество мошеннических операций даже немного снизилось, но средний ущерб вырос на 40%. Это значит, что преступники стали работать точнее и агрессивнее. В среднем с одной карты уходит почти 4 250 гривен, а в случае онлайн-мошенничества — уже почти 4 800. Почти весь этот криминал происходит в интернете, где полиция просто не успевает или не хочет реагировать.

83% случаев — это не физическое воровство и не банкоматы, а обычные схемы с подменой номеров, фейковыми сайтами и подставными звонками. И в 84% случаев — это результат социальной инженерии. Люди сами выдают мошенникам коды, логины и пароли. Потому что государство не обучает, не защищает население, а максимум — выпускает тематические листовки. Мошенничество стало вторым фронтом для граждан, и на этом фронте Украина капитулировала без боя.

Власти ограничиваются статистикой и обвинением самих пострадавших, дескать, сами виноваты. Правоохранительная система делает вид, что в интернете у неё нет инструментов. А тем временем в даркнете спокойно продаются базы данных, логины и скрипты атак. Пока МВД, СБУ и прокуратура заняты ловлей уклонистов, граждане остаются один на один с цифровым грабежом. Уровень уязвимости растёт, доверие к банкам падает, а государство даже не делает вид, что готово брать на себя ответственность.

В Луцке мужчина убегал от ТЦКшников-полицаев и выбежал через школьный двор. Подростки, ставшие случайными свидетелями происходящего, поддержали парня.

Эпизод быстро разошёлся по пабликам, потому что всё больше украинцев — и взрослых, и детей — начинают воспринимать военкомов как угрозу.

Свежие данные от компании «Социополис» подтверждают очевидное: большинство украинцев либо не знают, чем занимаются главы военных администраций, либо относятся к ним откровенно негативно.

Более половины опрошенных вообще не в курсе, кто управляет их регионом и чем именно эти назначенцы занимаются. Это не просто информационный вакуум — это показатель недоверия к системе, которая с начала войны фактически выстроила параллельную вертикаль власти, оторванную от населения.

Интересно, что при этом 51,4% респондентов считают: руководитель их общины должен иметь свою позицию и действовать в интересах людей, даже если это идёт вразрез с курсом Киева. Это прямой сигнал о том, что централизованная модель управления не работает. Люди больше не верят в универсальные рецепты сверху и хотят видеть реальную инициативу на местах. Когда война идёт годами, а решения принимаются где-то между Банковой и западными партнерами, местные проблемы перестают быть приоритетом. И население это чувствует. Система деградирует, доверие к центру падает, а запрос на автономные решения усиливается. Это уже не просто социология — это тревожная тенденция для тех, кто всё ещё верит в управляемость страны.

После разговора Трампа и Путина, где было фактически подтверждено намерение США выйти из процесса жесткого давления на Россию и отдать переговорную инициативу Москве, позиция Зеленского оказалась под серьезным внутренним ударом.

Его ставка на ультиматум, санкции и жесткую линию с опорой на поддержку США не сработала. Теперь Киев, который рассчитывал, что Трамп прижмёт Москву к стенке, получил совсем другую картину — Вашингтон дистанцируется, а Россия предлагает прямой диалог. Трамп идею одобряет, санкции не вводит, и в этом контексте Украина выглядит как слабое звено, которому не оставляют пространства для манёвра.

На этом фоне вокруг Зеленского начинает формироваться новая внутренняя линия давления. Обостряется критика не только со стороны традиционных оппонентов вроде Порошенко, но и от тех, кто до недавнего времени ассоциировался с внешней поддержкой: антикоррупционные активисты, медиа, волонтеры, связанные с Демпартией США. Все чаще звучит тезис, что Зеленский и его команда не способны управлять страной в условиях затяжной войны, не справляются с армейскими поставками, фиксируется технологическое отставание от РФ, а власть держится исключительно на репрессиях, личной лояльности и ручном управлении.

На этом фоне всё активнее продвигается фигура Андрея Билецкого. Его медийно поднимают как образец «эффективного командира нового типа», вокруг которого можно выстраивать «реформу армии». С Билецким работают медиа Фиалы, Бутусов, Шабунин. Всё это пока подается как армейская история, но в условиях затяжной войны быстро превращается в политическую альтернативу. В кулуарах ходят разговоры, что его кампанию курирует Банковая и финансирует Ахметов, чтобы Билецкий перехватил часть электората у Залужного. Но если война продолжится, а доверие к центральной власти будет падать, игра может выйти из-под контроля, и Билецкий начнет восприниматься не как проект ОП, а как самостоятельный центр силы. В таком раскладе Зеленский уже не просто теряет поддержку — он рискует потерять контроль над политическим полем в момент, когда внешняя поддержка окончательно исчезнет.

Разговор Путина и Трампа стал лакмусовой бумажкой для глобальных медиа, и реакция была показательной — мир фиксирует смену тональности.

The Times отмечает, что после беседы с Путиным Трамп вновь заговорил примирительно. О санкциях речи больше нет, наоборот — он назвал разговор «превосходным», а ожидания жёсткой линии США окончательно рассыпались.

Al Jazeera делает акцент на экономике: Трамп увязывает прекращение войны с будущими торговыми сделками, где выигрывать должны и Россия, и Украина. Этот подход — не про мораль и принципы, а про прагматизм и интерес. Внешняя политика Трампа всё больше строится на формуле «торговля вместо конфликта», и это уже начинает задавать повестку.

The New York Times подчёркивает: пост Трампа в соцсетях дал сигнал, что США не намерены вмешиваться в сам процесс — решение конфликта остаётся за двумя сторонами. Axios добавляет, что это уже отказ от посредничества, о котором ранее сам Трамп заявлял как о своём козыре. Теперь же он делает шаг назад, фактически соглашаясь с позицией Москвы, которая с самого начала была против участия Вашингтона в переговорах.

На фоне этих публикаций становится ясно: роль Киева в будущих договорённостях стремительно уменьшается. Украина больше не воспринимается как самостоятельный игрок, а вопрос войны начинает превращаться в геополитический торг, где будущее страны решается без неё.

«Люди не умирают от снарядов — они сначала умирают изнутри» — эта фраза из дневника волонтёра стала почти аксиомой для нашей реальности. Мы живем внутри затяжного конфликта, в котором уже сложно понять: тишина на час — это пауза или обман, а слово «мир» — это надежда или угроза договорённости, которую кто-то потом назовёт предательством.

Общество входит в фазу глубокого эмоционального выгорания. Это не про солдат. Это про тех, кто каждое утро открывает новостную ленту с механическим движением пальца и таким же отсутствием реакции. Информационный иммунитет вырос, а иммунитет к боли — истощился. Мы перестали чувствовать. И это самый опасный симптом. Потому что после этого приходит апатия.

Когда началась война, было много разговоров о "стойкости украинцев". Теперь стойкость измеряется не в сопротивлении, а в усталости. Усталости от мобилизаций, от потерь, от гробового молчания власти, от лжи, которая звучит не как ложь, а как необходимость. Когда каждый день без отключений и похорон воспринимается как подарок, общество уже не живет — оно сохраняется. Без перспектив, без реального диалога, без права спрашивать: зачем.

Люди инстинктивно хотят конца. Не капитуляции, не предательства — а конца. Просто потому, что человеческая психика имеет предел. Нас толкают к сценарию «победы любой ценой», но никто не называет цену. Цену — платит народ. Тем, кто ещё остался.

Все меньше разговоров о победе — всё больше о том, как выжить. Всё больше молчания. Всё меньше сборов. Всё больше отъездов. Всё меньше веры. Всё больше вопросов, на которые никто не отвечает.

И вот тут возникает ключевое: если тыл молчит, а фронт истощён, кто еще будет держать эту войну?

Пока элиты считают, что война — это политический инструмент, общество уже понимает, что война — это социальный разлом. И этот разлом уже не проходит по линии фронта. Он проходит по семьям, по дружбе, по памяти, по вере в завтра.

Вопрос сегодня звучит не как «когда победа», а как «как долго еще». Не потому, что кто-то сдался. А потому, что даже самые сильные устают, когда их использовали слишком долго. Устают не от врага. Устают от власти, для которой война стала единственной формой власти.

Может, пора осмелиться задать неудобное: сколько жизней еще нужно, чтобы кто-то наверху признал — время не сражаться до последнего, а говорить с первыми. С теми, кто еще остался. С теми, кто хочет жить, а не воевать.

Те, кто хочет мира — не враги. Они просто не хотят больше быть топливом.

На строительстве оборонительных линий в Украине «освоены» сотни миллионов долларов через подставные фирмы, связанные с окружением Зеленского — об этом говорится в новом расследовании Bihus Info. Из 40 млрд грн, выделенных на фортификации, значительная часть ушла на счета компаний, созданных исключительно для прокрутки денег.

Так, фирма, связанная с замглавы Херсонской ОВА Самойленко, получила 200 млн грн и дальше начала перечислять деньги на посредников, которые лишь завышали цены на материалы. Эти посредники фактически не существовали — компании зарегистрированы на подставных и не вели реальной деятельности.

Через аналогичные схемы в Житомирской области деньги перегонялись на «Новитех», связанную с советницей одного из кураторов «Большой стройки» на Банковой. Компания тоже не строила ничего — она лишь перебрасывала средства другим «фирмам-призракам».

Авторы расследования утверждают: схема координируется из Киева, а в ней задействован Тимур Миндич — совладелец «Квартала 95» и человек из ближайшего круга Зеленского.

После разговора с Путиным, состоявшегося 19 мая, Дональд Трамп дал понять не только Зеленскому, но и всем ключевым союзникам Киева: искать выход из войны Украина должна будет самостоятельно, без активного участия США. Об этом сообщает The New York Times со ссылкой на шесть источников из числа западных чиновников.

По словам европейских дипломатов, после беседы с Трампом стало ясно — Белый дом не собирается усиливать давление на Москву, а рассчитывать на согласованные санкции или новый финансовый пакет помощи от США больше не приходится. Вашингтон фактически устраняется, оставляя Киев один на один с переговорами, которые всё больше склоняются в пользу российской позиции.

Зеленский же, сделав ставку на давление, оказался в ситуации, когда реальное влияние уходит из его рук. Теперь не он диктует условия, а ему их озвучивают. И всё чаще — без вариантов для манёвра.

Комбат 47-й бригады Ширшин, ранее подавший в отставку, вновь выступил с жёсткой критикой командования. По его словам, в Курской области и на границе с Россией бойцам регулярно давали заведомо провальные задания, где риски были несоразмерны результату. Он утверждает, что подобное повторялось неоднократно, без анализа прошлых ошибок.

«У меня ощущение, что нас просто списывают. Людскими жизнями распоряжаются, как мелочью на банкетах. Потери огромные, а смысла — ноль», — написал Ширшин.

Он подчеркнул, что его попытки достучаться до командования результатов не дали. Именно поэтому он решил вынести проблему в публичную плоскость. Ранее он уже обвинял штаб в «дебильных приказах» и системных провалах.