чет сидел сейчас и думал что кажется я борщанул сестры и братья. щитпост про культурку — это героин.

хз, как часто тут что-то будет появляться, но что-то, наверное будет.

если тут еще вообще кто-то остался

На фестивале «Окно в Европу», который уже на днях стартует в Выборге, пройдет премьера новой картины Никиты Миклушова «Времена любви». Публикуем эксклюзивный фрагмент работы и делимся прямой речью автора о производстве, формальных решениях и щепетильной теме фильма.

15 лет назад не стало одной из лучших актрис европейского кино за последние лет 30, по иронии судьбы — меланхоличной русской женщины Екатерины Голубевой.

«Три дня», «Пола Икс», «29 пальм» — фильмы, в которых её экзистенциалистскому масштабу не помешали эго режиссёров и деление мира на административные округа. И уход её из кадра подчас был большим событием, чем непосредственное появление. Как бы не любили её мужчины-режиссеры — Шарунас Бартас и Леос Каракс, — ни урезонить психофизику Голубевой нарративом, ни сочинить для оной драматургический эквивалент никому не вышло.

Ее карьера таки сохранилась невоплощенным совершенством поломки, самонаводящейся не носителя деструкции. Об этом же прекрасный док Наталии Ю «Я — Катя Голубева».

Выступить базовичком?

Генерировать клипы с помощью ИИ — норм.

Генерировать тексты с помощью ИИ — норм.

Использовать нейросети в кинокритике — бессмысленно.

Все таки, как бы там ни шагали вперед технологии, рецепция качества производимого контента с т.з. художественных критериев запаздывает. Да и не выработаны никакие свойства для суждений о том, где хороший ИИ-фильм, а где плохой. Т.к. итоговая оценка не может быть связана напрямую со способностями конкретных нейросетей; так же и значение фильма не определяется, скажем, удобоваримостью спецэффектов, аналоговым материалом и проч. Дважды два четыре.

Ну очевидно же, что ответ на вопрос «как?» имеет смысл искать в зазорах между целеполаганием автора, потребительской стратегией и механизмами атрибутирования изображений/звуков/промптов. Интересен не отдающий нейросети творчество на аутсорс, но а) выискивающий способы эмансипироваться от её фантазии, последнюю представив во всеоружии (как ни странно, это все еще трудная задача); б) подбирающий ракурс для взгляда на продуцируемые ею причинно-следственные связи; в) способный по ходу пьесы менять регистры: тут ИИ — краски, здесь — холст, там — то и другое. Трижды три девять.

Кинокритика же, что не удивительно, но тревожно, перескочила этап, на котором следовало бы формировать пресловутые критерии качества силами «слишком человеческого» понятийного аппарата. С нейросетями поспешили разговаривать на их языке, лишив тех, кто не встал в авангарде этого процесса, вменяемого дискурсивного поля. Отсюда — рессентимент, а-ля «слопы съедят наших детей».

Плюс ко всему, несмотря на высокий средний уровень гуманитарного образования внутри профессии, коллеги, использующие Perplexity для, допустим, «фактчекинга», все еще видят какую-то пользу от «информационной функции» текстов о кино. Для журналистики это имеет смысл. В рамках критики же информировать кого-то о чем-либо, кроме вонючей способности культуры сопровождать наши худшие проявления и лучшие из надежд — бессмысленно. Значит, в случае лучших представителей ремесла, ты из разу в раз пишешь один и тот же текст, варьируемый твоими представлениями о цайтгайсте, контекстом и уровнем кортизола. Почти никогда, в идеале, собеседником, но так редко бывает.

Т.ч., прежде чем решать вопрос о том, разумно ли рецензии перепоручать Гроку, стоит озаботиться собственной мотивацией.

Если автор когда-либо пытался использовать ИИ в написании т.н. «аналитического текста о кино» (в любом жанре, будь то рецензия, колонка, книга), ему и так понятно: нейросети умеют, да, производить интересную (почти никогда, правда, не причудливую!) форму. Однако они наглухо лишены возможности провоцировать случайные ассоциативные цепочки, без которых, собственно, теоретизация эстетики превращается в мусор. Про стилистику вообще не говорю. На ошибки высокого пошиба все ещё сподобятся в этой профессии единицы, а ИИ в работе с текстами по прежнему подогнан под уравниловку.

https://daily.afisha.ru/cinema/33502-vse-tochki-nad-ii-kak-kinokritiki-i-kinozhurnalisty-ispolzuyut-v-svoey-rabote-neyroseti/

31 августа в киноцентре «Октябрь» вместе с Ларисой Малюковой проведем обсуждение фильма «Космос как предчувствие» Алексея Учителя.

Чудного, с одной стороны, артефакта из иной эпохи, корпускулярно заевших нулевых. С другой — злободневной ревизии взломанной изнутри утопии. Словом, разговор пойдет о выкрутасах на канатной дороге над бездной.

Выпускают дорогие друзья из кинопрокатной компании Vereteno.

Выселками и неправдами материализовался в Выборге (через улицу Некрасова, понятно, и сплит-скрин вместо зрения как следствие бессонной ночи).

Барабанить по клаве начну, наверное, завтра, и все же вот чего жду от «Окна в Европу»:

— новой версии «Любви» Никиты Миклушова, предыдущая итерация которой меня поймала в разгар бракоразводного процесса и, закономерно, ощипала до крови (кадр оттуда стащил для поста);

— новой работы Виталия Суслина, которую программный директор Андрей Апостолов поставил на последний день конкурсных показов, а «Окно в Европу» обычно финализируется если не лучшим фильмом, то артовым крауд-плизером, ну и кредит доверия к автору запредельный;

— фильма по сценарию Сандрика Родионова (без лишних комментариев);

— ответа на вопрос: можно ли превратить пластмассовый роман Тюльбашевой «Лес» в хотя бы пристойного кач-ва кино?;

— полнометражного дебюта Никиты Давыдова, чей к/м «Торбасса» пару лет назад там сям показывал сам, а еще интригует, разумеется, раздвоение Евгения Николаева на актёра и монтажера единовременно.

Также веселит логотип «Искусства кино» на каждом перешейке, вытатуировать такое на ландшафте славного города Выборга — занимательная авантюра.

И светлая память человеку, подспудно вдохновлявшему меня годами.

(Прекрасный текст Кристины Матвиенко для «ИК»)

Пусть «Лето будет общим»: дарим билеты на премьеру и фестивальный мерч

Разыгрываем билеты на большую премьеру фильма «Лето будет общим» — черно-белого ностальгического роуд-муви, покорившего сердца зрителей и критиков и получившего специальный диплом жюри на фестивале «Горький фест 2026».

Душевное путешествие трех друзей на море, прощание с детством, поиски героизма, песни под гитару и яркие звездные камео — все это случится 14 августа в киноцентре Каро 11 «Октябрь» при поддержке проекта КАРО/АРТ.

После показа фильм можно будет обсудить с актерами и создателями — Даниилом Меркуловым, Микой Липманом, Олегом Ершовым, Анной Савранской и Марком Богатыревым.

Чтобы принять участие в розыгрыше, нужно:
🔸 подписаться на каналы Дефект Кулешова, Киноревизор, Мемуары Улитки, Парни из Читальни, Усы Никандера, Я видел свечение экрана, кинокомпании Personality
🔸 нажать кнопку «Участвовать»
🔸 дождаться 10 августа

Три победителя получат: по 2 билета на премьеру, классный постер фильма с автографами создателей, книги от издательства «Альпина нон-фикшн» и подарки прямиком с фестиваля «Горький фест 2026».

А если не привыкли уповать на удачу и хотите точно попасть на уникальный показ — билеты здесь.

Участников: 127
Призовых мест: 3
Дата розыгрыша: 18:00, 10.08.2026 MSK (завершён)

Победители розыгрыша:
1. EvilDisco - 5l7439
2. Blaizer - 5l9uab
3. Ал Бо - 5lb8bc

Экранизация «Леса» Тюльбашевой эквивалентна книги по степени беспомощности материала перед реальностью. И, что совсем беспрецедентно, фильм даже хуже первоисточника по уровню воплощения.

Вот режиссер Гамлет Дульян совокупностью решений — маразматическим саундтреком, неуместным ежесекундно монтажом и частотностью кринжмейкинга силами актерских и режиссерских же перформансов — будто скормил зрителю все свои козявки единоразово. Не осуждаю: велик, видимо, соблазн авторский всех этих НЕдрейнеров, НЕхипстеров, НЕлибералов выслать в тьмутаракань на прокормку домотканой русской хтони. Прожорливой уже настолько, что визуальные клише и скатывание оппозиции «людь-нелюдь» в кэмп перевариваются без единого приступа подлинности на лице Н. Кологривого.

Тонизирует разве что желание отсечь сценарную логику и превратить фильм в крипи-пасту, игрушку, самое себя разоблачающую и сходящую за пачку скрепышей на кассе в «Магните». В противном случае, ну, обязательно же — считывается за каждым ходом этой косолапой картины — нужно напомнить русскому человеку (обитающему, исходя из представлений авторов о мире, исключительно за кассами сетевых продуктовых) о том, что он закабален, раз бросается туда, где ему всегда рады. В чащобу, куда ход — раскольничеству, этике язычеств-варварств, кровавой семейственности. Зрителя торопятся (подспудно, но угрозами) убедить в том, что русский — значит леший. Отседова рудиментарная привычка то ли окопаться по периметру национального сознания, то ли позволить внешнему актору заплутать в потемках русской души, как герои фильма в галлюцинаторных всполохах матери природы.

Метафора, простите, нелепая, как и любые притязания фильма на жанровую состоятельность. В лес, убеждающий меня даже не в тотальности своей, а в повсеместной, раскидистой лубочности, я не попрусь.

Неожиданно разочаровывающий, после к/м «Торбаса», полнометражный дебют Никиты Давыдова.

«Семь дней счастья» рассказывают о мытарствах 27-летнего Прокопия, мужчины с особенностями развития, живущего в якутской деревне с матерью.

«Якутское чудо» подевалось известно куда: в незамысловатую материальность, предметно-вещную среду, заместившую скопом символомов эмпатию к героям и пространству.

Разве может быть кино, если речь не об аналоговых носителях, излишне материальным? Угу, если двигается в сторону не тактильности в бытописании, но спекуляции на объеме каждой бедной-несчастной детальки.

Всякий раз, когда у фильма должен, вот-вот, появиться флоу, приходят закавыки. То кто-то запляшет, омг, «Болеро» (понимаю, Саха вне времени, но должно же когда-то нам, всем миром разом, стать западло). То усталая камера изводит ракурсами из дверных проемов, беспощадно предсказуемыми. То темпоритмической организации ни с того ни сего выдают автономию от экранного действа.

Веселила на протяжении всего хрона, разве что, цветовая драматургия: намечают конфликты и расставляют акценты здесь пользуясь наработками попеременно «Звёздного часа» с Супоневым и аниме с АДСКИМ УЧИТЕЛЕМ НУБЭ. Именно так, капс локом.

Сочиняя дискурс фильма (скорее даже — К фильму) заглавными буквами, режиссер не замечает, что Ctrl выковырян, клавиша торчит в глазу у зрителя. Сами попробуйте в таком бардаке нащупать авторскую пунктуацию!

Сандрик Родионов — гений.

Кто бы сомневался, но столь подчеркнуто виляющей на границе между фикшном и документальным театром речи (театр DOC в анамнезе естесн) я в российском кино не слышал давным-давно.

Подробнее о «За нашим домом» (напрашивающаяся с кулиджановским «Домом, в котором» параллель тоже никак не аморфна) позже. По режиссуре не все вышло, и пусть, зато текст циклопического масштаба.

В «ИК» вышел сборный материал про опыты экранизации «Грозового перевала».

И сочинился, лично для меня, повод наконец закрыть пробел — один из немногих оставшихся — в фильмографии Бунюэля. Его «Бездна страсти» (1954) получилась, разумеется, историей не преступной страсти, но отсутствия климат-контроля в и без того нечеловеческих условиях.

За участие мерси:

— Александру Гвоздеву;
— Егору Козкину;
— Анастасии Леоновой.

Лёшины тексты об анимации — вообще единственные тексты об анимации, которые мне нравятся. При известном моем недостатке, т.е. настороженности по отношению к, снова же, анимации.

Не вижу причин пропускать этот подкаст!

Я проснулся с первыми словами этого материала в голове — и с температурой.

Вторая не помешала, кажется, отразить аффект от столкновения с фильмом.

Ну и, да, я впервые может в этом признаюсь, но мне было страшно писать этот текст. Не публиковать, отнюдь — собирать по фазам боль и ярость, которые все время перебивали мысли. И, чего уж там, пытались оккупировать эфир.

Буду рад, если вы почитаете.

Максим Добромыслов — русский Роджер Корман.