Проект Евразия
Часть 2.

11 лет назад в 2013 году в Казахстане задумали пробурить в научных целях для изучения потенциала углеводородного сырья самую глубокую в мире скважину в 15 км. Проект назвали Евразией.

Проект разделили в 3 этапа:

1 этап. Сбор и анализ имеющих геол данных, финансируемый из госбюджета по линии государственного геологического изучения недр (ГосГИН). Где-то $6 млн.

2 и 3 этапы. Непосредственно работы за счет денег частных инвесторов. Где-то $500 млн.

Твердых обязательств по финансированию 2 и 3 этапа не было никогда изначально.

Если Кольскую скважину бурили всем Союзом более 20 лет, то евразийскую хотели - за немыслимые 7 лет.

В итоге, проект закономерно заглох и забыт. Никто из инвесторов не рискнул выделить сотни миллионов долларов в малопонятное коммерчески мероприятие. Даже в консорциуме.

Ответственность за мифический проект, за ненужные траты из бюджета на то, что не было изначально твердо обеспечено деньгами с сомнительной перспективой и целесообразностью без четко выраженной потребности, никто не понес. Но их как-то обосновали в самом начале выделения.

Кроме того, сами научные инициаторы и выступили подрядчиками в со-освоении бюджетных $6 млн., судя по имеющимся материалам.

Этот проект должен стать уроком, чтобы понять, как бессмысленно тратились деньги из бюджета на мероприятия ГосГИН.

Для сравнения, создание современной электронной системы хранения геологических данных, доступа к ним и кадастровой системы в недрах, например, в провинциях Канады, обходилось в среднем в $1 млн. Та база, которая так остро нужна стране и всей отрасли уже очень давно.

Законопроект о недрах (Рау/Авершин)

Сегодня в Мажилисе случился тщательно организованный скандал.

Депутат Авершин презентовал поправки в Кодекс о недрах, закрывающие все «лазейки» для манипуляций, фаворитизма и кулуарных решений в доступе недрам и скрытой добыче при геологоразведке.

Поправки разработаны на основе поручений Главы государства, данных в соответствии с Посланиями народу Казахстана 1 сентября 2021 года и 1 сентября 2022 года, пунктов Общенационального плана мероприятий к этим Посланиям (отрывок ниже в скриншоте). Запрет кулуарности о доступе к недрам, завершение реформы Плана Нации по недрам (принцип первый пришел) и создание Национальной геологической службы.

С учетом целей закрыть все «лазейки» законопроект встретил сильное сопротивление старожил отрасли. Ключевая вырвавшаяся фраза депутата Измухамбетова:

«Мы собрали рабочую группу, начали обсуждать. Но вы ставите нас перед фактом, что этот вопрос согласован с правительством. … без моего ведома всё делаете…».

Претензия 1. Депутат возмущается законной процедуре. Рау и Авершин инициировали законопроект, руководствуясь проблемами кулуарности, которые озвучил Президент давно и распорядился провести ревизию. Любой Законопроект депутатов по процедурам должен сперва получить заключение Правительства (об этом согласовании выше и идет речь) и далее рассматриваться в Мажилисе. Но Измухамбетова не спросили…Сегодня было первое рассмотрение.

Претензия 2. Измухамбетов утверждает, что законопроект лоббирует некие интересы, но не может назвать их. Не сможет, потому что там «лоббируется» прозрачность и конкурентный доступ к недрам без возможности фаворитизма. Отсюда вывод, что Измухамбетов в действительности выступает как раз против этой открытости, зная, что доступ к ресурсам должен «контролироваться» такими старожилами.

Претензия 3. Депутат Измухамбетов утверждает, что хранение и работа с геологическими данными государства якобы передается какому-то АО - оператору, и за ним стоят некие лица.

Это АО - Национальная Геологическая Служба (НГС) создана как раз по поручению Президента в Послании 2021 года (п.8) на примере передовых мировых служб (USGS, WAGS, GSC) и принадлежит на 100% Минпрому (государству). Поправка меняет старое название в тексте Кодекса АО «Национальный банк данных минеральных ресурсов» на НГС. Более того, НГС создана на базе государственной Казеоинформ, которая всегда хранила и работала с госгеологическими данными. В этом смысле ничего не поменялось.

Итог. Истинной целью нападков является сохранение непрозрачного статуса-кво для фаворитов под контролем старожил и прочих лиц.

Любой желающий может ознакомиться с законопроектом и провести собственный анализ его истинных целей, убедившись, что раскритиковавшие депутаты намеренно саботируют достижение прозрачности в доступе к недрам.

Если в целом, ситуация подтверждает как сильно идет сопротивление реформам внутри Парламента среди конкретных лиц.

Компетентность Базарбека в недрах

Во время презентации законопроекта о прозрачности и конкуренции в недрах горнорудного сектора, нападки прилетели и от депутата Базарбека. Все также тщательно организовано. Когда он зачитывал свои вопросы и претензии, рядом с ним держали камеру телефона, чтобы моментально выложить в соцсеть. И, конечно, ответы на его вопросы никто не выкладывал.

Депутат известен юридическим опытом в земельных вопросах. Но его вопросы о недрах очень хорошо показывают на сколько он погружен в эту сферу.

Вопрос 1. Нападки полетели в госорган, объяснивший про общераспространенные полезные ископаемые (ОПИ). Базарбек утверждал, что в Кодексе о недрах (п. 4 ст. 12) давно уже нет ОПИ, и они заменены понятием «базовые строительные материалы».

Понятие «Базовые строительные материалы» было в проекте Кодекса. В его принятой версии используются ОПИ. Депутат просто открыл в Адилете не сам Кодекс, а постановление Правительства об утверждении ПРОЕКТА Кодекса в 2017 году 😂. Там и базовые. Используя неверные вещи, он «прошелся» по госоргану.

Вопрос 2. Депутата возмущает максимальная площадь разведки твердых полезных ископаемых (ТПИ) в рамках одной лицензии слишком большая в 200 блоков.

Он не в курсе, что эта норма действует 6 лет, что максимальная площадь по углеводородам (УВС), например, 2400 блоков.

Он не в курсе, что блоки, это не земельные участки, что а лишь территория на земной поверхности, чтобы изучать недра, тратить деньги. Он не в курсе механизмов, заставляющих сбрасывать блоки в разведке ТПИ и много прочего.

Вопрос 3. Базарбек предлагает снизить планку предоставления инвест преференций и госгарантий стабильности условий при строительстве новых крупных производств переработки ТПИ для малого и среднего бизнеса.

Он не в курсе, что заводы по переработке добытых ТПИ не могут быть малым бизнесом. Что преференции и гарантии нельзя раздавать на право и на лево, что это для реально больших инвестиций. Об этом даже ГГ сколько раз говорил.

Вопрос 4. Базарбека возмущает принцип «первый пришел» (кто первый, того и тапочки). Он не в курсе, что этот механизм работает уже 6 лет, что это прямое поручение ГГ, фундамент реформы, которая уже принесла $1 млрд инвестиций в геологоразведку, что это мировая практика везде.

Вопрос 5. Базарбек называет гарантии стабильности условий от изменений законодательства неконституционными, не зная, что эта законодательно обеспеченная практика существует уже 25 лет в защиту инвестиций.

Вопрос 6. Базарбек хочет, чтобы госорганы запрашивали у заявителей по недрам информацию, которая есть в базах данных госорганов, ссылаясь на некую конфиденциальность и нерабочий механизм. Он не в курсе, что этот принцип давно продвигается МЦРИАП.

На все 8 вопросов Базарбек получил ответ, но это вне его камер.

Как видно, претензии депутата построены на недостоверных данных и знаниях, преследуя лишь одну цель - публично на камеру «торпедировать» законопроект о борьбе с фаворитизмом и кулуарностью в недрах.

Фактическая цель законопроекта о недрах

На телеканале Жибек Жолы Телерадиокомплекса Президента Республики Казахстан вышло разъяснение законопроекта о недрах, который подвергся травле со стороны узкой группы заинтересованных лиц.

К сожалению, не существует иного рецепта борьбы с популистическими уловками, кроме как разъяснения здравого смысла. Но в настоящее время в Парламенте он в меньшинстве, продолжая наводить страх на предпринимателей и разрушать бизнес среду и страну.

Никто из профессионалов и предпринимательского инвестиционного сообщества не стал оппонировать громким заявлениям.

Важно различать, кто в действительности желает прозрачности и справедливой конкуренции в недрах, а кто сохранить за собой контроль над ограниченными ресурсами.

С Праздником! Пусть в нашей стране процветает образованность, закон и порядок. Тогда мы все преодолеем

https://www.youtube.com/watch?v=9Qt42djiOtY

Competence matters

Министр Минпромстрой дал интервью Euronews

https://youtu.be/c5Iu0Kc1OOg?si=aMvPo3MGMEOIOkxF

Ключевые аспекты:

1. Наличие критических элементов не значит надежность их поставок. Казахстан надежный партнер. В этом его отличие от других.

2. 220 тыс человек трудится в ГМК Казахстана, от разведки до металлургии. 99% это граждане Казахстана, что отличает от сектора углеводородов. Министр подтверждает, что компетенции в ГМК наиболее развиты и самодостаточны в Казахстане в сравнении с другими секторами [это значит, мы просто обязаны выходить на внешние рынки со своими компетенциями].

3. ГМК дает до 15% ВВП страны.

4. Страна пытается продавать не концентрат, а металлы.

5. В прошлом году только геологоразведка принесла $200 млн инвестиций. Геологоразведка позволяет развивать региональную экономику в труднодоступных местах, а не только центровые города [благодаря реформе недропользования 2018 года].

Впервые в истории базовой отрасли Казахстана, министр свободно говорит на английском, о распространенности элемента и его экономической извлекаемости.

Сдвиг в определении ОТП

Если помните, определение отечественного товаропроизводителя (ОТП) возникло в Казахстане давно, и применялось в двух формах господдержки:

1. льготы в чем бы то ни было; и

2. принудительное/искусственное создание рынка сбыта товаров ОТП в гос и квазигос секторах, в ГМК и нефтегазе через регулирование закупок.

Закономерно возникли махинации с тем, кто может считаться ОТП, чтобы выбить себе поддержку через рентные закупки и/или льготы. Это расплодило множество иждивенцев и проходимцев, считающих себя ОТП. Это расплодило множество фиктивного бизнеса и производства в принципе.

Отсюда истории с паленными СТ-KZ и индустриальными сертификатами. Отсюда же сейчас третья попытка подойти к определению ОТП через реестр. Главное сделать все прозрачно и вдумчиво.

Однако кто-то гениально (искренне) догадался повысить ставки прозрачности и реалистичности ОТП, предоставив им 10% КПН (в проекте нового Налогового кодекса) вместо общих для всех 20%.

Это меняет правила игры от слова совсем. Теперь плохой или фиктивный ОТП - это не отдельный случай потерь бюджета в рамках конкретной льготы, и не только головная боль закупщиков, а это теперь вопрос всех налогоплательщиков Казахстана, фискальных органов и Минэк.

Ведь если ОТП неэффективный или, еще хуже, нереалистичный, то это массовые потери бюджета и недофинансирование соц сектора, доп деньги из фонда.

В общем, роль реестра ОТП и значимость его фильтра в определении ОТП теперь сложно недооценить. На кону сотни миллиардов тенге.

Если после принятия НК количество ОТП вырастит в разы очень стремительно, то вся вина ляжет на Минторг/Минпром и конкретные личности за дырявый реестр.

Если будет расти постепенно, значит все получилось и институциональная смекалка сработала.

Но этот shift не только в стане правительства. Он еще и в стане бизнеса. Теперь мифический ОТП это и проблема реального ОТП.

Важно следить за поправкой в НК. Кто пролоббирует уравнение КПН для ОТП с общим режимом, тот, по сути, пролоббирует оставление статуса кво для мифических ОТП, выявляемых от случая к случаю.

Официальное подтверждение результатов

Сегодня Президент РК на Совете иностранных инвесторов подтвердил, что за 6 лет действия только лишь измененного законодательства по ведению геологоразведки в горнорудном секторе в рамках принятого в 2018 году Кодекса о недрах в страну пришло более 1 млрд долларов США в эту геологоразведку.

Это результат только лишь измененного законодательства без создания информационной инфраструктуры в геологии, ускоряющей инвестиции и принятие решений.

Это беспрецедентная цифра в истории страны и на пространстве СНГ. Единственная за 10 лет реформа в реальном секторе Казахстана, давшая конкретный результат.

Напомним, в рамках реформы по новым лицензиям были снесены все советские и коррупционные механизмы/барьеры: ЦКРР, ГКЗ, экспертизы рационального и комплексного использования недр, утверждения ежегодных планов.

Ухудшение режима геологоразведки и добычи любыми поправками снизит темп инвестиций, если не спровоцирует их отток.

Дальнейшие попытки восстановить старые механизмы/издержки или привнести новые ухудшающие, то есть то, что не приносило результата, фактически означает проведение целенаправленной работы по подрыву инвестиционной политики.

Адм реформа подведомственных

В начале мая 2022 года Президент утвердил реформу квазигоссектора на Высшем совете по реформам. Чтобы ее не исказили, все идеи и направления реформы были зафиксированы в специальном постановлении.

Например, реформа сулила масштабную декорпоратизацию подведомственных организаций, устранение бессмысленных госзакупок среди них, оптимизацию и объединение их функционала для обслуживания нескольких министерств.

Реформа должна была потащить за собой реформу госуправления.

Сейчас это помогло бы сэкономить финансовые ресурсы и одновременно укрепить кадровые в госсекторе.

Однако в лучших традициях реформу утопили и фрагментировали через 2 месяца. Именно в ней нужна жесткая рука

Старательская добыча золота в Узбекистане

Видео на выходные

https://youtu.be/VyPCbkRYpjs?si=_9Z0GSGbdhJie3CA

Старательство в Казахстане

Для чего это видео про старательство в Узбекистане? Для сравнения.

Старательство в независимом Казахстане ввели еще в 1992 году, но через 3 года отменили.

Новая попытка позволить гражданам (только гражданам) добывать золото не промышленными масштабами и «обелить» рынок была предпринята реформой недропользования в 2018 году.

Ввели лицензию на старательство для граждан РК и спец ограничения в работах, отдали акимам курировать выдачу лицензий (но политика все равно за МПС).

Кроме закона необходимо было выстроить реализационную часть по сбыту добытого. Разумеется, ее не сделали.

В итоге: попытка «обелить» провалилась, поскольку было выдано приличное количество лицензий, но по которым все еще нет сведений о добыче. Никто не мониторит ситуацию на центральном уровне, не координирует акимов, не выстраивает логистику по приему и проверке добытого. Естественно, добыча идет, и люди сплавляют это все на черный рынок.

Кроме того, сама выдача лицензий в областях оказалась непрозрачной, а контроль соблюдения параметров старательства на местах отсутствует. Лицензию без «мотивации» не получишь.

Узбекистан внедрил аналогичную лицензию 3 года назад, продумав официальный сбыт. И вы видите эффект на предыдущем видео. Казахстан ограничился лишь изменением закона.

В РК был образован Союз вольных старателей, который попытался выправить ситуацию, поднимая проблемы. Разумеется, они стремятся расширить параметры добычи, не предлагая взамен механизмов контроля. На это нельзя соглашаться. Жалуются на высокие фин требования по рекультивации (восстановления земли), но не предлагают, альтернативу и иной механизм того, как заставить старателя прибрать за собой. Государство не может за всеми бегать. Столько инспекторов нет.

Но прислушаться к проблемам сбыта, получения лицензий очень нужно. Иначе получается, государство узаконило старательство, чтобы узаконить черное.

Старательство дает рабочие места, позволяет добывать золото и другие россыпи там, где промышленности не интересно, стимулирует сокращение теневого рынка.

Очень важно, чтобы МПС плотнее занялся политикой в старательстве, анализе данными в старательстве, активнее координировал акиматы, развязал непрозрачные процедурные узлы поправками, в том числе включив все в цифровую систему Единый портал.

Таукен Алтыну, как гос компании необходимо открыть по одному приемочному отделению в ключевых регионах старательства для приема россыпей (не коренное золото).

Добыча коренного золота без химии невозможна. Использование химии в старательстве запрещено. То есть добыча коренного в старательстве запрещена

Нефть не наша

В последнее время в информационном пространстве и Парламенте часто звучит фраза «нефть не наша» в контексте трех крупнейших нефтегазовых проектов нашей страны. С точки зрения технологий популизма фраза продуманная.

Нефть наша. Иное неправда.

Во-первых, в стране не только 3 СРП, их больше. Но фраза звучит целенаправленно только в отношении трех СРП. Фраза звучит предвзято. Особенно с уст тех, кто связан (или был) с другими СРП.

Во-вторых, недра и ее ресурсы не находятся в собственности недропользователей, в том числе по СРП. Им недра предоставлены на время, чтобы найти ресурсы в ней и добыть - временное пользование. Нефть переходит в собственность недропользователя только с момента поднятия и выхода на поверхность.

В-третьих, СРП это тоже контракт на недропользование, по которым государство дает на время часть недр для разведки и добычи из них разведанного ресурса: нефти, газа, золота, меди.

В-четвертых, СРП отличается от обычного контракта на недра, по сути, двумя ключевыми аспектами: (1) по СРП налог платится в виде натуральной нефти или выручкой в долларах от ее продажи, а по обычному контракту только в тенге; (2) по обычному контракту перечень расходов на работы по недропользованию, которые относят на вычеты и уменьшают налог, строго урегулированы Налоговым кодексом, а по СРП - механизм «вычетов» «вшит» в сами контракты в виде возмещаемых затрат, причем такие вычеты не распределяются по годам постепенно как по обычному контракту, а приоритетно пока не будут покрыты все понесенные расходы.

В-пятых, с учетом вышеизложенного, то же самое применимо к любым другим контрактам на золото, медь, уголь и прочее. Если с этим не согласиться и последовать популизму, тогда в пору говорить, что нефть Казмунайгаза тоже не наша. Она тех, кто купил квартиры в Дубае.

Говорить «нефть не наша», это все равно что считать, что квартира, сданная в аренду не ваша. Она ваша, вы можете ее вернуть в любое время, выгнать арендатора, наплевать на договор аренды, но за это придется заплатить арендатору, возместив ему убытки/ушерб от того, что вы его выгнали раньше времени. В том числе по суду.

Поэтому Казахстан всегда может выгнать любого недропользователя, но у этой меры есть своя цена 💲Как с досрочно расторгнутой арендой квартиры.

Не позволяйте собой манипулировать

Нефть не наша

Часть 2

Таким образом, фраза «нефть не наша», судя по риторике, употребляется в качестве гиперболы, чтобы заострить внимание слушателя на проблеме увеличения отдачи/прибыли государства от трех крупнейших проектов и создать общественно-политическое давление.

Но давление на кого? На недропользователей или переговорщиков от государства и кабинет? Если на первых, то вряд ли это действенно. Если на вторых, то спикеры не понимают, в какое положение ставят переговорщиков и кабинет.

Не является ли этот трюк слишком хорошо читаемым? Однозначно.

Во-первых, он адресный, а не всеобщий. Они не говорят откройте все 6 СРП в стране, все старые контракты на недра, все протоколы прямых переговоров, кто подписывал и согласовывал эти контракты и СРП, кому что и кто выдавал ранее.

Во-вторых, переговоры и споры между сторонами коммерческие, как неоднократно подчеркивал министр энергетики. Прибегать на них к таким приемам значит сказать, что у тебя нет хороших и веских карт в рукаве, и ты лишь используешь говорящие головы и Кантар только как повод. Это не серьезно. Международный арбитраж с такими расходами на него не иск в казахстанский районный суд. Если претензии заявлены, значит скорее всего есть весомые аргументы. А «нефть не наша» - это всего лишь фон, не добавляющий прагматизма.

Переговорщики от компаний могут легко сказать: «слушайте, мы выплатили в бюджет миллиарды, люди, работая с нами, стали более компетентны, у нас никто не умирал пачками, у нас стоят современные технологии, но вы же терпели других очень долго, когда у вас пачками гибли люди под землей и вы получили от них гораздо меньше денег, но много грязи и изношенных производств.».

Казахстан отличает от других стран в первую очередь надежность. Если каждый раз страна будет использовать политические изменения в качестве пересмотра договоров и предоставленных прав, то наш климат превратиться в хлам. Привлечение капитала в силу полит рисков станет очень дорогим и мы будем вынуждены поднимать рубли где-то на Мосбирже. Послушайте внимательно интервью министра промышленности для Евроньюс. Н - надежность.

Да и сравнивать Казахстан со странами залива, как минимум, неуместно. Они были фактически колонией англо-саксонских государств и после обретения суверенитета вполне закономерно объявили суверенитет над своими недрами. Мы же заключали контракты добровольно через несколько лет после независимости. Кантар не привнес изменения в суверенитете, а в содержании политической системы. Это разные вещи.

В общем, создание такого фона, нагнетание фразы «Нефть не наша» - это не серьезно и вредно для страны. Она несет страх лишения прав всем, против кого можно направить фразу и то, что она подразумевает, в любое время и против кого угодно.

Если есть основание для иска и нужны переговоры, то это другое дело, и к ним надо подходить со всей серьезностью и усердием, а не через СМИ и ток-шоу.

Государственное геологическое изучения недр (ГосГИН)

Часть 1. История

В продолжение печальной истории с проектом Евразия по линии ГосГИН важно понять как вообще возникла эта система и схема бюджетных освоений на такие мероприятия.

История берет свое начало с советских времен. ГосГИН существовал безальтернативно и был единственным инструментом изучения недр, поиска перспективных участков, открытий месторождений и постановки их запасов на гос баланс. Объяснение простое - частной геологоразведки не существовало. Советский Союз.

С обретением независимости появилась частная собственность и частное пользование недрами, (геолого)разведка и добыча. Роль государства переформатировалась с функции собственника производственных процессов в функцию их регулятора. То же самое в отношении процессов в геологоразведке.

С мая 1992 года по январь 1996 года, когда действовал первый Кодекс о недрах, в функцию государства ГосГИН вообще не входил. Государство было только регулятором отношений по геологическому изучению (геологоразведке).

В 1996 году приняли Закон о недрах. В нем впервые в независимом Казахстане и в условиях уже частных производств и геологоразведки появилось определение ГосГИН.

Государственное геологическое изучения недр (ГосГИН)

Часть 2. Начало развала

Тогда в 1996 году суть ГосГИН заключалась в геологических исследованиях, определением перспектив, созданием геологических карт, все вместе «составляющих информационную основу» для коммерческого недропользования (разведки и добычи).

В общепринятом смысле тогдашний ГосГИН представлял собой geological survey - та самая некоммерческая и научная геология, которой занимаются правительства всех передовых стран в лице их национальных геологических служб для привлечения внимания инвесторов-недропользователей.

Но такая геология не приносила конкретную прибыль. Поэтому тогда принимается решение превратить ГосГИН в геологоразведку коммерческих стадий, то есть в geological exploration, которую должны были проводить приватизированные для этого и к тому моменту геологоразведочные региональные партии и базы.

Так, к началу нулевых провели приватизацию партий, в 2004 году расширили ГосГИН до поисковых и поисково-оценочных стадий, а с 2010 го - до поисково-разведочных - самые «жирные» по затратам стадии. Приватизацию партии подготовили к получению заказов по ГосГИН.

С учетом именно этой задумки в нулевых ГосГИН начал получать гос финансирование. См. на состав подрядчиков по ГосГИН за 20 лет.

Так им образом, научно-исследовательская роль государственной геологии стала, по сути, геологоразведочной и дублировать частную геологоразведку недропользователей.

Коммерциализация ГосГИН стала началом заката/деградации госгеологии в целом (как если бы Академия наук ушла в консалтинг). Добил ее контрольно-инспекционный функционал (об этом позже).

По различным оценкам на ГосГИН с того момента государство потратило около $500 млн.

Однако практических результатов не было. В действительности, они и не предполагались. И вот почему …

Государственное геологическое изучения недр (ГосГИН)

Часть 3. Бесследный ГосГИН

Безрезультативность растрат на ГосГИН весьма предсказуема по двум причинам:

1. фактическое проведенние всего объема работ и оплата за них из бюджета не могут быть проверены гос аудиторами, никем. То есть никто не может выехать на поле и посмотреть сколько метров пробурено по факту, почему бурили, почему именно те или иные работы провели, и провели ли, почему приняли. Для проверки нужны специальные знания хотя бы, следы работ и ресурсы. Например, ранее утверждалось, что кернов от бурения ГосГИН не сохраняли (якобы негде хранить). Это очень сильно отличает, например, растраты на строительство дорог. Если деньги потратили, а дороги нет или она крошится, то это визуально видно всем, это очевидно.

2. Если во время работы по ГосГИН найдено что то интересное, то бессмысленно говорить об этом государству. Легче потом забрать самим через ранее действовавшие лазейки бокового (без конкуренции) входа в недра: проекты ГПИИР и приоритетное право Казгеологии/Таукен.

Таким образом, вся конструкция ГосГИН с момента переформатирования ее в геологоразведку была направлена на освоение денег и, при возможности, на поиск и разведку перспектив средствами государства для собственных интересов.

Этот вывод должен был подтверждиться итогами проверки Генпрокуратуры 3-4 года назад в отношении Комитета геологии. Говорилось, что ГосГИН устроен и проводился бессистемно, непонятно по каким критериям и результатам. Это же и подтверждал ранее Счетный.

Со временем, некоторые частные недропользователи по мере исследования площадей проведениях былых работ по ГосГИН так и не смогли обнаружить или подтвердить их результаты.

Если помните, в прошлом году авторитеты просили Главу государства увеличить финансирование ГосГИН с текущих 8 до 80 млрд в год, обосновывая это различными предлогами (самый недостоверный из них: «инвесторы приходят на готовое, никто не проводит изучение больших площадей»). Тогда, получается Фортескью, Рио и другие местные и ино инвесторы просто так берут лицензии на разведку гринфилдов, чтобы подержать. Причина предлога понятна.

ГосГИН нуждается в неотложном переформатировании в сторону geological survey - декоммерциализации. Причем через научные организации, а не приближенные подрядные и консалтинговые компании. Так прикладной опыт и авторский контроль институтов будет «оседать» с пользой для подрастающего поколения геологов. Именно так и устроена модель многих мировых передовых геологических служб.

В противном случае сейчас это бессмысленные ежегодные траты, растраты бюджета, исчисляемые миллиардами тенге, которые можно было бы сэкономить и потратить на насущное.

Например, который год Минпром сталкивается с проблемой финансирования цифровизации доступа к геологической информации, карты недропользования и прочей информационной и научной инфраструктуры, составляющей основу для инвестирования в недра.

Контроль над недрами
Часть 1. Базовое понимание

Очень часто в последнее всплывает тема контроля в сфере недропользования. Слово «контроль» очень расплывчатое. Важно понимать объект контроля (что именно контролировать) и не поддаваться невежеству.

Итак, контроль, с точки зрения структуры законодательства употребляется в следующих направлениях:

I. Контроль получения участков недр от государства (заключение контрактов или выдача лицензий) или от других лиц в результате сделок.

Государство полностью контролирует это направление и может отказать любому лицу по причине национальной безопасности без объяснения мотивов.

Поэтому все вопросы, когда государство позволяет различным «неугодным» лицам и организациям получить доступ к казахстанским недрам, сводятся к коррупции или геополитике.

II. Контроль информации
Государство объявило, что вся информация о недрах, будь то геологическая информация или информация о предоставленных правах недропользования (условия лицензий и контрактов, отчетность по ним, бенефициары и прочее) являются открытыми.

Это сделано во избежание информационной ассиметрии, в целях борьбы с коррупцией и общественного контроля. Вопрос национальной безопасности сводится к ограниченным случаям, когда государство секретит информацию о ресурсном потенциале в части некоторых элементов. Чем больше секретов, тем меньше инвестиций, и тем больше возможностей для коррупции.

Все, что не под грифом секретности или конфиденциальности, должно быть в открытом доступе. Когда не секретная и не конфиденциальная информация есть только в госаппарате, но недоступна другим - это информационная асимметрия и почва для коррупции.

III. Контроль деятельности
…

1. Контроль деятельности УВС:

- экологической безопасности (эмиссии, сера, отходы, ликвидация последствий);

- промышленной безопасности (увечья здоровью, вред имуществу третьих лиц);

- технологических и экономических параметров разведки и разработки месторождений (запасы, КИН и прочее);

- сжигания газа, его использования и утилизации;

- цен и продажи добытого сырья;

- выполнения физического объема работ;

- закупок и соблюдения местного содержания;

- найма иностранных кадров;

- расходов на НИОКР, обучение кадров и социально-экономическое развитие региона;

- контроль налогов, пошлин и других платежей в бюджет.

…

Результат сверх контроля в УВС

Подстать вчера прошли слушания в Мажилисе о состоянии нефтяной отрасли.

Слушатели возмущаются, что компании не инвестируют в новые технологии и неохотно идут в геологоразведку.

Это возмущение либо от искреннего незнания либо от …. Ведь парламентарии сами с социал-популистической риторикой и нескончаемым потоком запретительных и ограничительных поправок, стремлением законтролировать (выше перечень) все аспекты бизнеса убивают отрасль, сводя к нулю свободу предпринимателя, желание рисковать и вкладываться на долгие годы.

Иными словами, уровень созданных рисков, ценовых, коррупционных и адм издержек перекрывает потенциальную маржу, лишая страну новых больших открытий. Уровень зарегулированности и рисков покрывает только давно найденные запасы на сейчас - корова худеет.

В действительности, отрасль больше не может работать без преференций. А надо лишь убрать издержки и преференции.

В целенаправленно созданной среде с множеством издержек и нестабильностью инвестировать в отрасль будут только в межгосударственные проекты (под защитой от нестабильности законодателя) и только соседи, со всеми вытекающими последствиями.

Парадоксально (но на самом деле закономерно) значимые инвестиции в развитие нефтяных проектов пришлись только на защищенные от нестабильности проекты.

И последнее, если вслушаться в ответы министра, падение нефти придется гораздо раньше, а не через 15 лет.

2. Контроль деятельности в ТПИ:

- экологической безопасности (эмиссии, отходы, ликвидация последствий);

- промышленной безопасности (увечья здоровью, вред имуществу третьих лиц);

- технологических параметров потерь при добыче и утверждение запасов (через гос функцию ведения учета у Комгео);

- цен и продажи металлов по перечню (для вертикально интегрированных предприятий);

- выполнения физического объема работ (для старых контрактов);

- выполнения расходов на добычу (для новых лицензий);

- закупок и соблюдения местного содержания;

- найма иностранных кадров;

- расходов на НИОКР, и обучение кадров;

- расходов на социально-экономическое развитие региона (для старых контрактов);

- налогов, пошлин, арендных (для новых лицензий вместо соц отчислений) и других платежей в бюджет.

3. Контроль деятельности в ОПИ:

- экологической безопасности (эмиссии, отходы, ликвидация последствий);

- промышленной безопасности (увечья здоровью, вред имуществу третьих лиц);

- выполнения физического объема работ (для старых контрактов);

- выполнения расходов на добычу (для новых лицензий);

- налогов и других платежей в бюджет.