Forwarded from Тут картины показываем
«Четыре свободы»
Норман Роквелл, 1943
Музей Нормана Роквелла, Стокбридж
В 1941-м президент США Франклин Рузвельт в своём обращении к Конгрессу произнёс важную речь. В ней он говорил о четырёх свободах, на которых должно строиться общество. Норман Роквелл 2 года спустя проиллюстрировал эти четыре свободы в серии работ.
1. «Свобода слова»
2. «Свобода вероисповедания»
3. «Свобода от нужды»
4. «Свобода от страха»
Ценности свобод были как никогда актуальны. Ведь нацисты и фашисты отстаивали совершенно другие приоритеты: важность государства, культ личности вождя, право силы.
Рузвельт сказал: «Это не видение далёкого тысячелетия. Это основа для мира, который может быть построен уже на наших глазах. Мира, который является прямой противоположностью так называемого «нового порядка» тирании, которую диктаторы пытаются создать с помощью бомб».
@artsedu
Норман Роквелл, 1943
Музей Нормана Роквелла, Стокбридж
В 1941-м президент США Франклин Рузвельт в своём обращении к Конгрессу произнёс важную речь. В ней он говорил о четырёх свободах, на которых должно строиться общество. Норман Роквелл 2 года спустя проиллюстрировал эти четыре свободы в серии работ.
1. «Свобода слова»
2. «Свобода вероисповедания»
3. «Свобода от нужды»
4. «Свобода от страха»
Ценности свобод были как никогда актуальны. Ведь нацисты и фашисты отстаивали совершенно другие приоритеты: важность государства, культ личности вождя, право силы.
Рузвельт сказал: «Это не видение далёкого тысячелетия. Это основа для мира, который может быть построен уже на наших глазах. Мира, который является прямой противоположностью так называемого «нового порядка» тирании, которую диктаторы пытаются создать с помощью бомб».
@artsedu
👍23🔥4
Forwarded from PAN CAUCASUS
Caucasia. H. M. Stationery office, London, 1920.
Весной 1917 года министерство иностранных дел Великобритании создало специальный отдел, ответственный за подготовку справочной информации для британских дипломатов. Кавказ занимает 54-е место в серии из более чем 160 исследований, подготовленных этой секцией, большинство из которых были опубликованы после завершения Парижской мирной конференции 1919 года.
Книга включает разделы по географии, политической истории, социально-экономическим условиям Кавказа. В части политической истории говорится о постепенном расширении Россией в XVIII и XIX веках своего присутствия в этом регионе посредством войн и дипломатии.
В исследовании дается обзор возникновения движений за независимость в России после революции 1917 года. Отмечается также, что в 1908 г. кавказские нефтяные промыслы давали около 22% всей мировой добычи нефти, подчеркивается большое политическое и экономическое значение нефтяной промышленности региона для Европы.
Источник: The Library of Congress
Весной 1917 года министерство иностранных дел Великобритании создало специальный отдел, ответственный за подготовку справочной информации для британских дипломатов. Кавказ занимает 54-е место в серии из более чем 160 исследований, подготовленных этой секцией, большинство из которых были опубликованы после завершения Парижской мирной конференции 1919 года.
Книга включает разделы по географии, политической истории, социально-экономическим условиям Кавказа. В части политической истории говорится о постепенном расширении Россией в XVIII и XIX веках своего присутствия в этом регионе посредством войн и дипломатии.
В исследовании дается обзор возникновения движений за независимость в России после революции 1917 года. Отмечается также, что в 1908 г. кавказские нефтяные промыслы давали около 22% всей мировой добычи нефти, подчеркивается большое политическое и экономическое значение нефтяной промышленности региона для Европы.
Источник: The Library of Congress
👍2
Forwarded from Pax Iranica
ТАБАЧНЫЕ БУНТЫ
Первыми по-настоящему массовыми протестами в Иране были выступления против табачной монополии. С середины XIX в. шах Насир ад-дин начал выдавать европейским предпринимателям концессии – права на эксклюзивную разработку природных ресурсов, промыслов или создание различных предприятий. Подобные права давались, например, на разработку рыбных промыслов, организацию телеграфного сообщения... Взамен иностранцы выплачивали в пустующую иранскую казну определенную сумму денег.
Одной из таких концессий стало исключительное право на производство, продажу и экспорт иранского табака сроком на 50 лет, выданное в 1890 г. британцу Тальботу. Как известно, табак не был автохтонной культурой для этого региона, однако очень прижился в Иране. Иранский табак очень высоко ценился в Европе, да и сами иранцы пристрастились к курению. Европейские наблюдатели саркастично отмечали, что даже в Рамадан первым делом после молитвы иранец закуривает. Десятилетие спустя знаменитый иранский ученый Али Акбар Деххода в одном из своих фельетонов предлагал бороться с табачной зависимостью при помощи опиума и других наркотиков.
Выданная шахом концессия позволяла Тальботу самостоятельно определять цены на покупку и продажу табака. Этим были недовольны представители торговой элиты Ирана и люди, связанные с базаром. В табачной промышленности работало около 200 тысяч человек, что в условиях невыгодных для производителей цен грозило массовой безработицей. Монополия Тальбота всерьез угрожала и благосостоянию базара, и продуктивности табачной отрасли, что в итоге и привело к народным волнениям.
Базар в Иране – это не просто рынок в привычном для европейца понимании. Это целый институт, вокруг которого работает множество людей: от крупнейших торговцев до рядовых носильщиков. Элита базари – «людей базара» – была прочно связана с шиитским духовенством. Купцы делали большие пожертвования в пользу религиозных институтов, а духовенство оказывало им свое покровительство. Связи между базари и шиитскими авторитетами скреплялись в том числе и брачными узами, поэтому вопрос доходов от табака волновал очень многих.
Духовенство отреагировало на растущее возмущение, постановив, что данная концессия противоречит шариату, поскольку торговцев принуждали к продаже и покупке табака по фиксированным ценам. Это решение привело к серьезным последствиям – в 1891 г. несколько крупнейших производителей табака договорились сжечь весь свой годовой урожай. В Тегеране, Тебризе и Ширазе начались протесты против монополии, в которых принимали участие в том числе представители духовенства. Так, Сеййед Али Акбар, известный ширазский мулла, в своих проповедях негативно отзывался о концессии, за что был выслан из страны указом шаха.
Перед отъездом Сеййед Али Акбар написал письмо знаменитому исламскому реформатору Джамал ад-дину ал-Афгани, в котором попросил того обратиться к ведущему шиитскому авторитету Ирана Мирзе Хасану Ширази. Ширази внял просьбе и сначала отправил шаху личное послание, осуждая выдачу концессий иностранцам. Затея успехом не увенчалась, однако протесты при поддержке духовных лиц ширились. В крупных городах закрывались базары и медресе. В декабре 1891 г. Ширази нанес еще один удар по концессии, выпустив фетву, в которой приравнял курение табака к вражде с сокрытым имамом. После обнародования этой фетвы иранцы стали массово отказываться от табака – доходило до того, что слуги шахского гарема отказывались подавать ему табак, ссылаясь на религиозные предписания. Протест распространялся по всей территории Ирана, а шах ничего не мог с этим поделать.
В начале 1892 г. Насир ад-дин отменил концессию Тальбота с условием выплаты британцу большой компенсации. Эти события больно ударили и по престижу монарха, и по казне – в результате шах был вынужден обратиться к России за займом. После отзыва концессии Ширази отменил свою фетву, а иранцы вернулись к своему излюбленному занятию. Исследователи же отмечают, что табачные бунты показали эффективность массовых выступлений и продемонстрировали, как религиозный авторитет духовенства трансформируется в политическое влияние.
Первыми по-настоящему массовыми протестами в Иране были выступления против табачной монополии. С середины XIX в. шах Насир ад-дин начал выдавать европейским предпринимателям концессии – права на эксклюзивную разработку природных ресурсов, промыслов или создание различных предприятий. Подобные права давались, например, на разработку рыбных промыслов, организацию телеграфного сообщения... Взамен иностранцы выплачивали в пустующую иранскую казну определенную сумму денег.
Одной из таких концессий стало исключительное право на производство, продажу и экспорт иранского табака сроком на 50 лет, выданное в 1890 г. британцу Тальботу. Как известно, табак не был автохтонной культурой для этого региона, однако очень прижился в Иране. Иранский табак очень высоко ценился в Европе, да и сами иранцы пристрастились к курению. Европейские наблюдатели саркастично отмечали, что даже в Рамадан первым делом после молитвы иранец закуривает. Десятилетие спустя знаменитый иранский ученый Али Акбар Деххода в одном из своих фельетонов предлагал бороться с табачной зависимостью при помощи опиума и других наркотиков.
Выданная шахом концессия позволяла Тальботу самостоятельно определять цены на покупку и продажу табака. Этим были недовольны представители торговой элиты Ирана и люди, связанные с базаром. В табачной промышленности работало около 200 тысяч человек, что в условиях невыгодных для производителей цен грозило массовой безработицей. Монополия Тальбота всерьез угрожала и благосостоянию базара, и продуктивности табачной отрасли, что в итоге и привело к народным волнениям.
Базар в Иране – это не просто рынок в привычном для европейца понимании. Это целый институт, вокруг которого работает множество людей: от крупнейших торговцев до рядовых носильщиков. Элита базари – «людей базара» – была прочно связана с шиитским духовенством. Купцы делали большие пожертвования в пользу религиозных институтов, а духовенство оказывало им свое покровительство. Связи между базари и шиитскими авторитетами скреплялись в том числе и брачными узами, поэтому вопрос доходов от табака волновал очень многих.
Духовенство отреагировало на растущее возмущение, постановив, что данная концессия противоречит шариату, поскольку торговцев принуждали к продаже и покупке табака по фиксированным ценам. Это решение привело к серьезным последствиям – в 1891 г. несколько крупнейших производителей табака договорились сжечь весь свой годовой урожай. В Тегеране, Тебризе и Ширазе начались протесты против монополии, в которых принимали участие в том числе представители духовенства. Так, Сеййед Али Акбар, известный ширазский мулла, в своих проповедях негативно отзывался о концессии, за что был выслан из страны указом шаха.
Перед отъездом Сеййед Али Акбар написал письмо знаменитому исламскому реформатору Джамал ад-дину ал-Афгани, в котором попросил того обратиться к ведущему шиитскому авторитету Ирана Мирзе Хасану Ширази. Ширази внял просьбе и сначала отправил шаху личное послание, осуждая выдачу концессий иностранцам. Затея успехом не увенчалась, однако протесты при поддержке духовных лиц ширились. В крупных городах закрывались базары и медресе. В декабре 1891 г. Ширази нанес еще один удар по концессии, выпустив фетву, в которой приравнял курение табака к вражде с сокрытым имамом. После обнародования этой фетвы иранцы стали массово отказываться от табака – доходило до того, что слуги шахского гарема отказывались подавать ему табак, ссылаясь на религиозные предписания. Протест распространялся по всей территории Ирана, а шах ничего не мог с этим поделать.
В начале 1892 г. Насир ад-дин отменил концессию Тальбота с условием выплаты британцу большой компенсации. Эти события больно ударили и по престижу монарха, и по казне – в результате шах был вынужден обратиться к России за займом. После отзыва концессии Ширази отменил свою фетву, а иранцы вернулись к своему излюбленному занятию. Исследователи же отмечают, что табачные бунты показали эффективность массовых выступлений и продемонстрировали, как религиозный авторитет духовенства трансформируется в политическое влияние.
👍9❤1🔥1🤔1