Нобелевские лауреаты по экономике 2022 г. создали научные основы для понимания функционирования банковской системы и ее ключевой роли в экономике, и для формирования современного банковского регулирования. Их открытия помогли справиться с крупнейшими глобальными кризисами 2008 и 2020 гг.

Премию разделили трое американских экономистов. Бен Бернанке – более известный как бывший глава ФРС, но в действительности еще и влиятельный ученый – на примере Великой депрессии показал, что экономический коллапс был следствием банковского краха, а не наоборот, как считалось прежде (в 2008 г. ему пришлось непосредственно применять полученный вывод на практике, заливая банки ликвидностью для противодействия рецессии). Работы Дугласа Даймонда и Филипа Дибвига начала 1980-х легли в основу современной теории банковского дела – и применимы также к современным конкурентам банков, появившимся благодаря развитию технологий.

https://econs.online/articles/ekonomika/mir-budet-stalkivatsya-s-ugrozoy-finansovykh-krizisov/

Вопреки распространенному мнению, более низкий уровень неравенства в Европе в сравнении с США нельзя объяснить тем, что в Европе выше налоги и перераспределение: наоборот, в США богатые платят больше, а доля национального дохода, перераспределяемого в пользу 50% более бедных граждан, выше. Но неравенство при этом ниже в Европе.

• В целом Европа перераспределяет 47% национального дохода против 28% в США.

• Однако соотношение налоговой нагрузки топ-10% населения по уровню доходов и нижних 50% в абсолютном большинстве европейских стран одинаково и даже ниже, а в США – выше на 70%.

• Нижние 50% в США получают порядка 11% национального дохода в виде трансфертов, в Европе – от 5% до 10%.

• В Европе доходы 10% самых богатых выше доходов 50% бедных в 6-10 раз, в США – в 17.

• Наиболее высоко неравенство в самой нижней и в самой верхней части доходного распределения. Самые богатые американцы (топ-0,001%) богаче самых богатых европейцев в 10 раз. Доходы самых бедных американцев (нижние 20%) втрое ниже, чем самых бедных жителей Северной Европы, и сопоставимы с доходами самых бедных жителей наиболее бедных стран Восточной Европы.

Европа остается регионом с самым низким уровнем неравенства в мире благодаря не столько налогово-перераспределительной системе, сколько более справедливому распределению доходов до налогообложения – «предраспределению», показало исследование французских экономистов.

Это политика, направленная на обеспечение равного доступа к образованию, здравоохранению и хорошим рабочим местам и позволяющая людям из «низов» получать более высокооплачиваемую работу.

Подробнее об исследовании:
https://econs.online/articles/ekonomika/skrytye-istoki-neravenstva/

Один из трех со–лауреатов Нобелевской премии по экономике 2022 г., Бен Бернанке хорошо выучил уроки коллапса денежного предложения времен Великой депрессии. Впечатление от «самой страшной экономической катастрофы в американской истории» – как он ее определил – Бернанке пронес сквозь профессиональную карьеру и оказался в нужное время в нужном месте. Он известен как руководитель ФРС, одного из крупнейших центральных банков, спасавших глобальную экономику от финансового кризиса 2007–2009 гг. Однако, прежде чем Бернанке стал финансовым реаниматологом, ему пришлось самолично познать природу банков, что и определило его нобелевскую награду «за исследование банков и финансовых кризисов».

Подробнее о Бене Бернанке и его исследованиях – в колонке Сергея Моисеева, советника первого заместителя председателя Банка России:
https://econs.online/articles/opinions/ben-bernanke-nuzhnyy-chelovek-v-nuzhnoe-vremya/

Несмотря на все усилия центробанков, их коммуникации, направленные на широкую общественность, часто не достигают адресатов. К такому выводу пришли эксперты во главе с бывшим вице-президентом ФРС Аланом Блиндером, одним из самых влиятельных мировых экономистов, проанализировав пул научных исследований о коммуникациях центробанков за последние 15 лет.

💬 Домохозяйства и нефинансовый бизнес могут быть рационально невнимательными, особенно если долго жили в условиях низкой инфляции. В этом смысле успешная монетарная политика порождает невнимательность.

💬 Более высокую инфляцию домохозяйства часто интерпретируют как плохие новости в отношении своих реальных доходов – такое представление об инфляции эксперты назвали бы стагфляционным. В результате домохозяйства, ожидающие высокой инфляции, могут, например, скорее снизить свои расходы, чем повысить их.

💬 Эффективная коммуникация требует как отправителя, так и получателя, однако большая часть населения, имея ограниченные знания о работе центрального банка, не испытывает большого желания восполнить этот пробел.

💬 Чтобы коммуникации имели эффект, сигналы центробанка должны быть не только получены, но и поняты реципиентами. Здесь возникает два разнонаправленных риска: «слишком сложно» и «слишком примитивно» – первое породит, скорее, дополнительное недопонимание, а второе может ухудшить доверие со стороны экспертного сообщества.

«Достучаться» до людей не так-то просто. Однако когда усилия успешны, они оправдывают себя: инфляционные ожидания лучше заякорены в том случае, если люди более осведомлены о монетарной политике, свидетельствуют исследования.

Подробнее: https://econs.online/articles/opinions/kommunikatsii-tsentrobanka-s-shirokoy-obshchestvennostyu-slozhno-no-perspektivno/

По данным Банка России, число DDoS-атак на финансовые организации в России в третьем квартале выросло вдвое, атак с использованием вредоносного ПО – на четверть, в сравнении с тем же периодом прошлого года, сообщил сегодня на форуме «Цифротех» заместитель председателя Банка России Герман Зубарев.

Растущие киберриски вошли в топ-3 главных рисков, которые будут влиять на общество в следующие 5-10 лет, показал опрос экспертов в 60 странах, проведенный Ipsos. Финансовые институты и инфраструктура финансовых рынков в особой зоне риска: потенциальные потери от кибератак на финансовую систему могут достигать порядка 5% ВВП, оценили центральные банки, опрошенные Банком международных расчетов.

Подробнее об опросе центральных банков о рисках кибербезопасности:
https://econs.online/articles/techno/tsentralnye-banki-i-riski-kiberbezopasnosti/

Люди склонны обесценивать даже потенциально выгодные для них предложения, если полагают, что те исходят от антагонистов. Это когнитивное искажение – реактивная девальвация – может препятствовать сотрудничеству и разрешению споров.

Как только оба участника спора определяют себя в качестве антагонистов, они, скорее всего, будут относиться к проблемам, включенным в их спор, как к игре с нулевой суммой – где выигрыш одного означает проигрыш другого. И будут считать, что любая выгода оппонента станет потерей для них самих, а любые его издержки, напротив, станут их выигрышем.

В некоторых случаях реактивная девальвация может возникать под влиянием изменения в предпочтениях и не зависеть от антагонистических отношений: люди могут отвергать или обесценивать все, что им доступно, а желать и стремиться к тому, в чем им отказано.

Подробнее о феномене «реактивной девальвации» и способах ее преодоления:
https://econs.online/articles/coffee-break/pochemu-sporshchikam-byvaet-trudno-dogovoritsya/

В Европе во время пандемии действовали две одинаковые программы ЕЦБ по выкупу активов. Первая была запущена еще в 2015 г. с целью повысить инфляционные ожидания, а вторую запустили в 2020 г. с целью снизить разрывы в стоимости долга для стран еврозоны. Удивительным образом, хотя программы фактически идентичны, каждая достигала именно своих заявленных целей: первая повлияла на инфляционные свопы, но не на долговые спреды, а вторая – на долговые спреды, но не на инфляционные свопы.

Экономисты Sciences Po и Банка Франции, рассмотрев семь версий того, почему одинаковые инструменты действуют по-разному, остановились на таком варианте: хотя центробанк покупает одни и те же виды бумаг, различия в заявленных им целях формируют разные ожидания, решения и реакции участников финансового рынка. Другими словами, одни и те же инструменты центробанка могут влиять либо на одни, либо на другие показатели благодаря коммуникации регулятора. «В более общем смысле – что центральный банк предпочитает сообщить в качестве цели политики, то и влияет на реакцию участников финансового рынка», – заключают исследователи.

Подробнее:
https://econs.online/articles/monetarnaya-politika/povest-o-dvukh-programmakh-tseli-i-slova-tsentrobanka/

Последние десятилетия связь дохода и человеческого капитала родителей и детей активно изучалась экономистами: межпоколенческая мобильность – возможность для детей повысить свой социально-экономический статус в сравнении с родительским – важный фактор сглаживания неравенства.

Однако, похоже, все исследования завышали межпоколенческую мобильность, и особенно сильно – для детей из неблагополучных семей: новая работа нобелевского лауреата Джеймса Хекмана и его коллег из Чикагского университета и Rockwool Foundation показывает, что экономические результаты родителей и детей связаны гораздо более тесно, чем считалось ранее.

Это значит, что предыдущие исследования упускали из виду значительную часть сохраняющегося межпоколенческого неравенства.

▫️Исследования межпоколенческой мобильности обычно основаны на средних доходах родителей и детей в одном и том же определенном возрасте (например, в 30-35 лет). В этом и ловушка для исследователей, обнаружили Хекман и соавторы: принимая решения об инвестициях в навыки и образование своих детей, родители оперируют не текущим доходом, а ожидаемым ими на протяжении всей жизни.

▫️Но родители не знают достоверно, каким будет доход их семьи, предстоят ли им безработица и тяжелые времена, – они могут только предполагать.

▫️Эти ожидания – на которые влияет неопределенность в отношении будущего – связаны с последующими экономическими результатами детей (доходом, уровнем образования) в несколько раз сильнее, чем текущий доход родителей.

Традиционный анализ, оперирующий располагаемыми ресурсами, завышает межпоколенческую мобильность более чем в полтора раза.
https://econs.online/articles/opinions/dokhody-roditeley-i-ikh-detey-novoe-obyasnenie-svyazi/

В 2013 г. в одной из газет вышла колонка, посвященная изменениям медианной зарплаты в США за 2000–2013 гг. Данные выглядели парадоксально: по всей стране медианная зарплата выросла, однако если полную выборку разделить на подгруппы по уровню образования работников, то в каждой из подгрупп медианная зарплата снизилась. Каким образом, если все части выборки показывают снижение, сама выборка в целом показывает рост? Некоторые читатели решили, что автор колонки просто ошибся.

Однако это не так: такой парадокс возник потому, что относительный размер образовательных групп в выборке сильно изменился - доля людей с высшим образованием (и самым высоким заработком) увеличилась, что и привело к росту зарплаты по выборке в целом. Этот парадокс называется «эффект Симпсона» – по имени британского статистика, описавшего его в середине ХХ века.

Этот и еще два десятка других парадоксов и ловушек статистики объясняют Дэвид и Том Чиверсы в книге «Цифры врут. Как не дать статистике обмануть себя» – недавно книга вышла в переводе на русский язык в издательстве Individuum. Рассказываем о некоторых ловушках, описанных в книге – «ошибке выжившего», «ошибке коллайдера» и «законе Гудхарта»:👇🏻
https://econs.online/articles/bookshelf/tsifry-vrut-kak-chitat-chisla-i-ne-popast-v-lovushku-statistiki/

В 2020 г. историк экономики Пауль Шмельцинг опубликовал исследование, показавшее, что реальные процентные ставки снижаются уже семь столетий подряд, с XIV в. Один из выводов, сделанных тогда, - что крайне низкие ставки периода после кризиса 2008 г. – это норма. Однако новое исследование, где соавтором Шмельцинга выступил Кеннет Рогофф, один из самых влиятельных мировых экономистов, на тех же данных показало, что это не совсем так:

• Реальные ставки действительно снижаются 700 лет, с момента зарождения финансовых рынков, со средней скоростью 1,6% в столетие.

• Но бывают отклонения от этого тренда вниз – т.е. периоды сверхнизких ставок.

• Эти периоды носят временный характер, каждый раз завершаясь коррекцией, т.е. повышением ставок.

Таким образом, сверхнизкие ставки после глобального финансового кризиса, скорее всего, не были нормой – нормой будет их возврат на уровень многовекового тренда.

Подробнее: https://econs.online/articles/ekonomika/sem-vekov-snizheniya-stavok-2-otkloneniya-ot-trend%D0%B0/

Теория гравитации гласит, что материальные предметы притягиваются друг к другу с силой, прямо пропорциональной их массе и обратно пропорциональной расстоянию между ними. Но гравитация существует не только в физике, но и в экономике. И так же, как и в физике, ее действие носит объективный характер.
Как это можно учитывать в экономической политике? Читайте в колонке экономистов Банка России Александра Морозова и Ирины Богачевой:

https://econs.online/articles/opinions/teoriya-gravitatsii-v-ekonomike-vyvody-dlya-rossii/

Доля атомной энергии в мировом производстве электроэнергии в 2021 г. впервые сократилась до менее 10%, став минимальной за четыре десятилетия и впервые уступив доле электроэнергии из возобновляемых источников, которая превысила 10%, говорится в октябрьском отчете World Nuclear Industry Status Report.

• На середину 2022 г. в 33 странах насчитывалось 411 эксплуатируемых атомных реакторов – на четыре меньше, чем в прошлом году.

• К «атомным странам» добавились трое «новичков» – Турция, Бангладеш и Египет, строящие свои первые АЭС. Во всех трех странах проекты реализуются с участием России.

• В Китае строится больше всего реакторов (21 на середину 2022 г.). В то же время производство электроэнергии из возобновляемых источников в стране растет быстрее, чем из любых других.

• Россия доминирует на международном рынке атомной энергетики как поставщик технологий: на середину 2022 г. она строила 20 энергоблоков, из которых только три – внутри страны.

Об этих и других фактах об атомной энергетике мира читайте в статье
https://econs.online/articles/details/atomnaya-energiya-mira/

и смотрите в фотогалерее
https://econs.online/articles/photo/atomnye-strany/

В мире идет дискуссия относительно возможностей и способов регулирования DeFi – децентрализованных финансов. Из-за их анонимности и глобальности каждый из трех подходов к регулированию – нейтральный, мягкий и жесткий – имеет свои ограничения. О возможных подходах к регулированию DeFi, обсуждаемых на международном уровне, – колонка советника первого заместителя председателя Банка России Евгении Кочновой.
https://econs.online/articles/opinions/regulirovanie-defi-vozmozhnye-podkhody

Доля китайского юаня в глобальных резервах в З% смотрится очень «бледно» на фоне доллара (60%) и евро (20%). Считается, что юань не может развиваться как международная резервная валюта, пока Китай не проведет полную либерализацию счета операций с капиталом.

Но это необязательно, считают Барри Эйхенгрин, один из самых авторитетных экспертов по международной валютно-финансовой системе, и его соавторы:

✔️уже сейчас наблюдается закономерность: чем больше у страны импорт из Китая, тем больше доля юаня в ее резервах;

✔️заключенные своп-линии с Народным банком Китая дают уверенность в том, что юани будут получены от него даже в случае отсутствия ликвидности на рынках ценных бумаг, номинированных в юанях;

✔️развитие офшорных рынков юаня дает центральным банкам основание ожидать, что они смогут конвертировать юани в доллары по предсказуемым и стабильным ценам.

В свою очередь, стабильность и предсказуемость требуют от Китая регулирования обменного курса юаня к доллару. А для этого Китаю требуются резервы в долларах.

Это позволяет предположить, что усиление роли юаня в качестве резервной валюты не приведет к автоматическому снижению роли доллара. Скорее Китаю придется держать резервы в долларах, чтобы другие страны охотно держали резервы в юанях.

Подход Китая к интернационализации своей валюты приведет не к доминированию юаня, а, скорее всего, к многополярному миру ключевых валют, в котором будут сосуществовать доллар, евро и юань.

https://econs.online/articles/opinions/yuan-netraditsionnyy-put-k-statusu-rezervnoy-valyuty/

Некоторые риски криптовалют выглядят очень знакомыми: по иронии судьбы криптоэкосистема, которая позиционируется как альтернатива традиционным финансам, сталкивается со многими из классических проблем, которые в свое время приходилось решать традиционным финансам.

Это отсутствие кредитора последней инстанции, проблема сопутствующего ущерба, формирование «порочного круга», валютная привязка, разбирает «старые проблемы новых активов» эксперт Банка Англии.

https://econs.online/articles/finansy/starye-problemy-novykh-aktivov/

Считается, что ослабление курса национальной валюты может стимулировать экономический рост за счет преимуществ, которые в такой ситуации получают экспортеры. Но это не работает, если реальный эффективный курс валюты сильно отклоняется от равновесного уровня, показало новое исследование Банка Италии на данных 54 стран за 35 лет.

Недооценка, равно как и «переукрепление» валюты, ведет к перераспределению трудовых ресурсов в низкопроизводительные сектора из высокопроизводительных. Это сокращает общую производительность в экономике и тормозит ее рост.

https://econs.online/articles/ekonomika/neratsionalnyy-kurs/

Доллар США укрепился по отношению к валютам развитых и развивающихся стран до максимумов с 2000 г. Исторически циклы укрепления доллара сопровождаются замедлением глобального экономического роста.

Сильный доллар усиливает инфляционное давление за пределами США, затрудняет обслуживание внешнего долга странам-заемщицам и финансирование инвестиций, ведет к оттоку капитала – в большей степени все эти проблемы характерны для развивающихся рынков.

Некоторые из стран идут «против тренда» укрепления доллара – в том числе Россия в силу высоких цен на экспортируемые углеводороды при падении импорта из-за санкций, и ряд стран СНГ из-за притока капитала из России на фоне релокации российских граждан.

https://econs.online/articles/ekonomika/silnyy-dollar/

Анализ более 200 млн ходов в шахматных партиях показал, как могут приниматься сложные жизненные решения: «Сложность и шахматы идут рука об руку». На качество решений основное влияние оказывает не число возможных альтернатив, а их сочетание. А преимущества опыта могут исчезать в условиях цейтнота.

https://econs.online/articles/coffee-break/vid-s-shakhmatnoy-doski-chto-pomogaet-prinimat-slozhnye-resheniya/

Госпредприятия Ирана в период пика санкций в отношении страны сыграли роль «социального демпфера», поддержав занятость и зарплаты работников при падении собственных доходов и производительности.

• Несмотря на сравнительно небольшое число госпредприятий в Иране, они намного крупнее частных во всех отраслях и используют намного больше и капитала (в 1,7 раза), и труда (в 5 раз).

• Доходы и прибыль иранских предприятий на пике санкций сократились на 20% и 30% соответственно, занятость и зарплата – на 15%.

• При этом на госпредприятиях доходы упали на 40%, а прибыль – вдвое, тогда как занятость возросла на 0,4%, а зарплата – на 6,4%.

• Госпредприятия менее требовательны к навыкам работников и предпочитают работников-мужчин: в среднем за 2009–2013 гг. в госкомпаниях на каждого 21 мужчину была принята на работу 1 женщина против 9 в частных компаниях.

• Как и уровень занятости, зарплата иранских мужчин намного выше, чем женщин: в среднем в частных компаниях мужчины зарабатывали в 10 раз больше женщин, в государственных – в 23 раза больше.

Подробнее о том, как иранские предприятия адаптировались к санкциям: https://econs.online/articles/ekonomika/kak-predpriyatiya-irana-adaptirovalis-k-sanktsiyam/

Возвращение экономик к прежнему росту после рецессий не предопределено – оно зависит от глубины спада, показал анализ последствий экономических кризисов в 24 странах за 50 лет. Негативные последствия сильных рецессий устойчивы и долгосрочны.

Постоянные издержки, последствия которых сказывались на динамике ВВП и спустя 10 лет, несли 20% всех рецессий: после них экономики так и не возвращались на прежнюю траекторию роста. Самые глубокие «шрамы» оставались после самых глубоких рецессий, когда падение экономики составляло в среднем около 5%.

Результаты исследования несут непосредственные выводы для политики, считают его авторы:

✔️ Первый и главный заключается в том, что сильные экономические потрясения могут замедлять рост ВВП на протяжении долгих лет, поэтому основные усилия должны быть сосредоточены на предотвращении глубоких экономических спадов.

✔️ Второй вывод: если серьезная рецессия произошла, не следует ожидать, что экономика скоро вернется к докризисному тренду.

https://econs.online/articles/ekonomika/dlinnye-shramy-glubokikh-retsessiy/

«Много знает лиса, ёж же одно – но важное»: несмотря на множество стратегий, которые использует лиса, чтобы напасть на ежа, он во всех случаях спасается единственным, но неизменно эффективным способом – сворачиваясь в колючий клубок. Применительно к рынку труда «ежами» называют специалистов в одной области, «лисами» – универсалов, обладающих широким спектром навыков и опыта в различных дисциплинах.

🦔 Между заработком и специализацией на рынке труда есть положительная связь, показало исследование на данных США и Норвегии: «ежи» зарабатывают больше.

🦊 Однако «ежи» больше всех страдают в случае вынужденных увольнений: если знания работника сосредоточены в одной сфере, длительное пребывание в такой профессии может ограничивать перспективы его трудоустройства в последующем.

🔎Например, «смежные профессии», по которым может трудоустроиться специалист-психолог, в совокупности занимают на рынке труда 0,2% всех рабочих мест, а рабочие места, подходящие намного более универсальному администратору сферы образования – 23% (данные по США).

При новом трудоустройстве после вынужденного увольнения работники с более специализированным человеческим капиталом оказываются в «тупике»:
▪️ они, во-первых, сталкиваются с более ограниченным количеством рабочих мест, где могли бы использовать свои знания и навыки,
▪️а во-вторых, такие рабочие места имеют более низкое качество по сравнению с их прежним рабочим местом.

В итоге «ежи» несут потери в уровне трудового дохода, которые оказываются невосполнимыми даже спустя несколько лет.

https://econs.online/articles/ekonomika/proklyatie-ezha-na-rynke-truda/