Говорит и показывает Бишкек
Круглый стол на «Спутник-Кыргызстан» (параллельно с видео-мостом с Астаной)

1. Сегодня обсудили проблемы Большой Евразии, интеграционные проекты, их конкуренцию на пространстве бывшего СССР+. Ведь как бы ни относится к идее, предложенной на саммите СНГ в Душанбе, о проекте СНГ+, есть одна неоспоримая вещь. Просторы Центральной Азии, Закавказья, европейской части постсоветского пространства становятся площадками взаимодействия, конкуренции и конфронтации с участием т.н. «внерегиональных игроков». Вот хотят они в игру, даже если не всегда соответствуют неким критериям «местных».
2. В круглом столе принимали участие помимо автора этого комментария кыргызский эксперт Кубатбек Рахимов, политолог из Казахстана Максим Крамаренко, начинающие исследователи из МГИМО аспиранты Матвей Царев и Назар Курбанов. Для двух представителей нового поколения это был вообще первый прямой эфир! Такое не забывается! И начинать когда-то надо!
3. Начали разговор с общих вводных, касающихся мировой политики. И сфокусировались на трех расхожих представлениях. Первое. Pax Americana стремительно деградирует, многоцентричный мир не за горами или уже наступил. Жаль, что американцам и представителям ЕС про это не рассказали, он-то все войны останавливают или пытаются наносить «стратегическим поражения» «вероятным противникам». Иронию в сторону, уходить с предстала никто не спешит. Второе. Мир становится многообразным и многоцветным, мы наблюдаем «бунт средних держав», попытки самоутвердиться в отдельно взятом регионе (или нескольких сразу). И это подталкивает к поискам интеграции. Третье. Интеграцию у нас не ругает только ленивый, «национальный эгоизм» провозглашен мерой всех вещей. Однако к разным интеграционным проектам проявляют интерес и Штаты, и КНР, и Индия, и Иран с Турцией (в последнем случае одна ОТГ чего стоит!). Значит и евразийскую интеграцию хоронить рановато! Другой вопрос, как пройти в оценках ее текущего состояния и будущего потенциала между двумя крайностями: «шеф, все пропало, грузите апельсины в бочках», и «все хорошо, прекрасная маркиза».
4. Все обстоит далеко не блестяще, проблемы есть изрядные, инерция былого испаряется на глазах, поводов для радостного оптимизма не так уж много.Но «весла сушить» преждевременно. Надо просто научиться включать рациональные резоны, убирать истерику, когда говорим о сложных сюжетах в спектре от военной. интеграции до миграции. «Не плакать, не смеяться, понимать», слава Спинозе!
5. Как это у нас получилось, судить Вам! Запись мероприятия здесь: https://vkvideo.ru/video-212418633_456239350

Концепция Большой Евразии: геополитические изменения и потенциал интеграции
Эфир на радио «Спутник-Кыргызстан»

1. Провели дискуссию в рамках авторской программы Кубата Рахимова «Об экономике и не только». Помимо нас в обсуждении принимали участие молодые исследователи из МГИМО Артём Баранов и Никита Тихонов.
2. Сегодня мир переживает глубокую трансформацию: формируется новая архитектура международных отношений, появляются разные центры силы, стремящиеся к самостоятельной роли на мировой арене. Все чаще в научных и политических кругах звучит понятие «Большая Евразия»— как идея объединения стран континента на основе общих интересов, экономических связей и культурного взаимодействия.
3. Что подразумевает концепт «Большой Евразии»? Возможна ли реальная интеграция в таком формате и какие формы она может принять? Почему формат «Центральная Азия +» становится одним из ключевых инструментов сотрудничества в регионе? Вот круг вопросов, который мы обсудили.
4. Начали с вопросов политгеографии и политгеографического конструктивизма. Как и кто понимает Евразию, какой смысл вкладывают в эту дефиницию. Далее посмотрели на два уровня интеграционных процессов: международный, в котором большие игроки проецируют свои намерения в регионы и региональный, где сами страны отдельных частей этого мира пытаются организовать комфортное соседство, безопасность и взаимодействие между друг другом и внешними акторами. Обсудили, среди прочего, реалии и перспективы и СНГ+ и СНГ-, теоретические и прикладные аспекты.
5. Слушайте аудиозапись: https://ru.sputnik.kg/20251024/1097391617.html?ysclid=mh5yszjlyo716715377

Москва - Баку. Примирение состоялось - противоречия остались?
Дискуссия на «Эхо Баку»

1. Россия-Азербайджан: «нормализация» продолжается? Завершен ли «кризис эмоций» или все намного сложнее? Попытались дать ответы на эти вопросы вместе с Тофиком Зульфугаровым. Обсудили текущую повестку двусторонних отношений, попытались рассмотреть уроки, которые необходимо извлечь из недавнего «похолодания». Мой собеседник- известный дипломат, четвертый по счету глава МИД постсоветского Азербайджана в марте 1998- октябре 1999 гг., а позднее- посол в двух прибалтийских республиках (Латвии и Эстонии).
2. В чем отличие нашей дискуссии от других аналогичных форматов? Выделю два момента. Мы не свели все к личным отношениям между Владимиром Путиным и Ильхамом Алиевым, хотя персональный фактор в постсоветской политике вообще и в российско-азербайджанских отношениях крайне важен. Но наша беседа охватывала и общественные умонастроения, и медийные мифы, и состояние дел в гуманитарной науке в России и в Азербайджане. По многим пунктам мы не пришли к единому мнению (впрочем, вряд ли это было вообще возможно). Тем не менее, наш спор носил рациональный характер, без переходов на личности, основывался исключительно на предположениях, подкрепленных фактами.
3. Важно то, что и автор этого поста, и мой визави пытались не только критиковать противоположную сторону (хотя и критики хватало), но и понять мотивацию Баку и Москвы. Скажем честно, такое не часто увидишь. Мой собеседник откровенно признался, что понимает российскую озабоченность перспективами Срединного коридора и американским вовлечением в кавказские дела. Естественно, не было и речи, что он полностью солидаризируется с моими выводами.
4. Наша общая позиция: Россия и Азербайджан, несмотря на «кризис эмоций», не были заинтересованы в углублении конфронтации («кризиса эмоций»). Но в то же время новая роль Баку на Кавказе и в Евразии в целом, укрепление позиций Турции и попытки США «держать руку на пульсе» сохраняют возможности для новых коллизий как минимум. Наши разногласия касались оценок состояния постсоветских исследований и пропаганды в наших двух странах. Пересказывать смысла не имеет, лучше послушать, аргументов там хватает с двух сторон.
5. Не могли пройти мимо и армяно-азербайджанского мирного процесса. Здесь особых открытий не было. Но со своей стороны скажу: подверг критике концепцию конфликта, как «российского крюка». Также считаю (и повторил данный тезис еще раз): всплеск нынешнего «миролюбия» не случился бы без изменений «на земле» в 2020-2023 гг. Не проговаривать это значит лукавить. Не наш метод!
6. Полную запись дискуссии см.: https://www.youtube.com/watch?v=1R8QvcXXs2o

Европейское «гнездо» и страны Южного Кавказа: «все сложно»

1. На сайте Европейского парламента объявление. В период с 28 по 30 октября в Ереване на площадке Национального собрания пройдет очередная, двенадцатая по счету сессия парламентской ассамблеи «Евронест».
2. Несколько слов об этом формате. Учредительный акт Ассамблеи был подписан 3 мая 2011 года. Одним из ее первых медийно «раскрученных инициатив» стала резолюция от 3 апреля 2012 года, обращенная к Киеву. Она содержала требование скорректировать украинский национальный УК в контексте «кейса Юлии Тимошенко». Цель данного проекта- повышение уровня координации парламентариев из стран ЕС и государств-участников Восточного партнерства.
3. Октябрьская сессия стартует сегодня в столице Армении. И не случайность. Ереван 4 мая 2026 года (то есть фактически за месяц до главной кампании пятилетия- парламентской) примет VIII саммит Европейского политического сообщества (ЕПС). Не исключено, что там правящая партия «Гражданский договор» получил приз в виде безвиза в страны Шенгена. И это может стать одним из козырей уже во внутриполитической игре, власти покажут некий success story на путях евроинтеграции. Что, конечно же, не приблизит Армению к членству в ЕС, ведь там в очереди уже такие евроинтеграционные «ветераны», как Сербия, Северная Македония или хотя бы Грузия с Молдовой и Украиной. И с ними «все сложно».
4. Впрочем, а кому сейчас легко? Если Ереван с большой помпой принимает «Евронест», то Грузия отказывается от участия в форуме. По словам спикера парламента республики Шалвы Папуашвили, формат «Европейского гнезда» уже не соответствует его первоначальным интенциям. «Сам факт того, что на этом заседании будут представлены только две страны- принимающая сторона Армения и, кроме нее, Украина - уже говорит о том, что Европарламент действует неправильно», - резюмирует политик. Он имеет в виду отсутствие на форуме нескольких участников Восточного партнерства, созданного в 2008-2009 гг., как некий «подготовительный класс» для вступления в Евросоюз. В октябре-2025 в Ереване не будет Белоруссии (после 2020 года понятно почему). Не приедет в столицу Армении и грузинская делегация. Причина также проста. Европарламент не признает легитимности выборов в Грузии, а значит и действующего правительства. Напротив, в Ереване ждут лидеров грузинской оппозиции. «Европарламент показывает нам, кого он считает представителями Грузии. Они считают голосом Грузии „Нацдвижение “»,- говорит Папуашвили! Именно так, в Брюсселе хотели бы видеть в Тбилиси более сговорчивых и покладистых проводников евроинтеграционных проектов.
5. Не будет в Ереване и азербайджанских представителей. Кто-то скажет: «Предсказуемо, ведь конфликт с Арменией до конца не урегулирован». Это и так и не так одновременно! Неразрешенность застарелого противостояния не стала препятствием для недавнего гражданского форума представителей НПО Азербайджана и Армении, который прошел меньше недели назад в Ереване. Понятное дело, что без согласия властей двух стран «общественники» не встретились бы. И не подавали бы этот формат как новый уникальный прорыв на пути к миру. Руководитель азербайджанской делегации в «Евронесте» Таир Миркишили заявил, что его страна не будет представлена в Ереване в связи с заявлениями Европарламента, которые «подрывают мирный процесс». Впрочем, европарламентарии не раз и не два принимали разные жесткие резолюции по Азербайджану. И далеко не только в контексте конфликта, но и по внутриполитическим вопросам.
6. Впрочем, сессия все равно состоится. На Южном Кавказе, где из трех стран представлена лишь одна. И на постсоветском пространстве, где из шести стран-партнеров ЕС на сессии «Евронеста» присутствует лишь половина от списочного состава. Но разве это помешает новым декларациям о progress, success and democracy? Риторический вопрос!

Тюркская интеграция: от «фестивальной» к реальной?
Интервью Азизу Пиримкулову для «Eurasia Today»

1.На фоне недавнего саммита Организации тюркских государств (ОТГ) в Габале, где обсуждались вопросы экономического сотрудничества и возможного военного формата, тема тюркской интеграции вновь оказалась в центре внимания международной политики. Страны региона активно ищут баланс между символическим объединением и реальными стратегическими интересами, включая и военные аспекты.
2.С образованием Тюркского Совета в 2009 году многие комментаторы скептически воспринимали эту организацию, определяли ее как «фольклорно-выставочную». Но события 2020–2021 годов придали тюркской интеграции новые импульсы. Что же случилось в 2020-2021 году?
3. Слом военно-политического статус-кво в Нагорном Карабахе (он держался там с мая 1994 года, с момента вступления в силу Соглашения о бессрочном прекращении огня) случился в ноябре 2020 года.
Поддержка Турцией Азербайджана во всех аспектах конфликта стала демонстрацией силы, влияния и способности проецировать влияние не только в кабинетах. И это, конечно, повлияло и на потенциал интеграционных проектов под эгидой Анкары. Заметим, что Тюркский Совет трансформировался в Организацию тюркских государств в ноябре 2021 года! Ровно через год после «второй карабахской» войны.
4.Сегодня ОТГ находится на этапе переосмысления формата интеграции. Фестивальный и символический этап прошел, организация делает шаги к более серьезной политической роли, хотя этот процесс пока, скорее, на начальном этапе. Чтобы стать «рабочей» организацией, нужны институциональные шаги: создание полноценного штаба с постоянными миссиями, формирование бюджета для совместных проектов и регулярные координационные механизмы.Исторические успехи Турции и Азербайджана в Карабахе показывают, что интеграция возможна не только символически, но и в практической сфере — военной, дипломатической, экономической. Пока же ОТГ находится на стадии транзита, со стремлением превратить «фестиваль» в инструмент реальной политики.
5. Тюркская интеграция сегодня многоуровневая и разнонаправленна. Для стран Центральной Азии — это прежде всего культурно-экономический вектор. Для Азербайджана — уже и военно-политический. Турция же через этот тандем с Баку стремится продемонстрировать свою независимость не только от России, но и от Ирана, а также от Запада. Анкара пытается капитализировать своё особое положение между Востоком и Западом, превращая роль посредника в элемент политического капитала.
6. Чтобы не пересказывать все интервью, размещаю полный текст здесь: https://eurasiatoday.ru/tyurkskaya-integratsiya-ot-festivalnoj-k-realnoj-ekspert-o-budushhem-organizatsii-tyurkskih-gosudarstv/

Нас ОТГ волнует как инструмент для наращивания контактов между Центральной Азией, Азербайджаном и Западо
Интервью Кириллу Кривошееву для проекта POLITIK Центральная Азия

1. После публикации вчерашнего интервью по тематике тюркской интеграции получил несколько писем и звонков. Например, мой уважаемый коллега из Казахстана, авторитетный исследователь-международник спрашивал, не переоцениваю ли я вызов со стороны ОТГ и вообще насколько для России опасны идеи тюркской солидарности? Ответ и прост и сложен одновременно. Рискну предположить, что нашей стране опасны не народы, не интеграции как таковые. Опасения возникают в связи с попыткой создания региональных или трансрегиональных объединений, которые нацелены на минимизацию российского влияния в разных сферах. Риски есть и из-за попыток внешних акторов инструментально использовать недовольство Москвой по тому или иному поводу для такой «диверсификации», которая де-факто тождественна снижению влияния РФ. Увы, опыт последних трех десятилетий на постсоветском пространстве (на весь мир не стану замахиваться) показывает, что такие опасения совсем не беспочвенные, а напротив, имеют основания!
2. В контексте таких вопросов интервью с моим земляком Кириллом Кривошеевым мне представляется весьма полезным. Мы в нашем разговоре словно предвосхитили интерес и коллеги из Казахстана, и других исследователей из стран СНГ, ЕАЭС, ОДКБ (того что мы называем пространством Большой Евразии).
3. У Турции здесь очень непростая роль. Да, это единственная страна НАТО, которая не ввела санкции против России, но из самого НАТО она не уходит и уходить не собирается. И более того, когда возникают сложности, Турция всегда любит позиционировать себя как часть коллективного Запада. Например, возникает миграционный кризис 2015 года — и Турция объявляет Евросоюзу, что делает его работу, сдерживая мигрантов. А сбив российский самолёт в Сирии, турецкие политики первым делом вспомнили про 5-ю статью НАТО — о коллективной защите. Много также известно о турецко-британском сотрудничестве. Или пресловутый Срединный коридор. Это ведь популярная тема в ОТГ сейчас, но это, мягко говоря, не то, что нужно России. А вот про нужный России маршрут Север-Юг они почему-то не говорят. Есть и ревность, на мой взгляд, обоснованная. Казахстан и Кыргызстан — это союзники России, представленные в ОДКБ. Узбекистан там не представлен, но он важный партнер Москвы на двусторонней основе, как и Азербайджан. И потому вызывают вопросы, например, транспортные коммуникации без российского участия, на запуск которых средства будут, скорее всего, искать на Западе. 
4. Полная версия беседы: https://politik.uz/politika/nas-otg-volnuet-kak-instrument-dlya-narashhivaniya-kontaktov-mezhdu-czentralnoj-aziej-azerbajdzhanom-i-zapadom-sergej-markedonov

Возможно, предложат безвизовый Шенген, но не уверен, что это поможет процессу примирения
Интервью Айку Дерзяну (программа «Триггер», проект 168.am, Армения)

1. Наша беседа состояла из нескольких блоков. Начали с «украинского вопроса». Сейчас практически все разговоры о проблематике постсоветского пространства начинаются с Украины. Не так важно, что конкретно разбираем, Казахстан или Армению, Молдавию или Киргизию. Высказал несколько важных тезисов. Во-первых, не надо сверх меры «геополитизировать» проблему. Не Трамп и не Си будут решающими фигурами в развязке СВО, а положение дел «на земле», а не в Овальном кабинете или в Форин офис. Во-вторых, сам украинский конфликт имеет много уровней. И остановка военного противостояния сама по себе без урегулирования других проблем (от территорий до статуса Украины на международной арене). И если уж в конфликте имеется идентитарный момент, то как и на Ближнем Востоке, и на Кипре, и на Индийском субконтиненте, скорой развязки не жди.
2. Следующая часть беседы была посвящена российско-азербайджанским отношениям. Отметив важность персональной дипломатии президентов двух стран и «личную химию» в их отношениях, высказал два важных соображения. Нельзя недооценивать общественный фактор (медиа, блоггеры, образование и прочее) в контексте смены поколений. Алиев Алиевым, а есть представления о России, как просто об одном из иностранных государств среди азербайджанской молодежи. Уже дает о себе знать работа национальной «политики памяти», школьных учебников, фактор широкой интеграции с Турцией. Конечно, нельзя забывать и о переформатировании статус-кво на Кавказе, особенно в 2020-2023 гг. И про другие «кризисы эмоций» Азербайджана с западными странами, в том числе. Есть системные основания для будущих коллизий, важно уметь управлять ими.
3. Мирный процесс. Рассмотрел его как конкурентную площадку, проанализировал инструментальные аспекты миротворчества. Попытался ответить на вопрос: «Что такое программа мира для Армении». Не только во внешнеполитическом контексте, но и, прежде всего, во внутриполитическом.
4. Армения-ЕС. Позади сессия «Евронеста» в Ереване, а впереди- саммит ЕПС в будущем году. Скорее всего, Евросоюз «подарит» Армении безвизовый Шенген в надежде на выборы-2026. Это тоже будет инструментом не только в «большой геополитике», но и во внутриармянской борьбе за власть.
5. Полная запись интервью:https://ru.168.am/2025/10/31/36392.html

Новое вино и старые мехи
Молдавская версия


«И притчу сказал им: никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из новой ткани; иначе и новую раздерет, и к старой не подойдет заплата от новой. И никто не вливает вина молодого в мехи ветхие; а иначе молодое вино прорвет мехи, и само вытечет, и мехи пропадут».
Лк. 5:36–39



1. В первый день ноября у Молдавии появился новый премьер-министр. Президент Майя Санду приняла присягу главы кабмина и членов его правительства. Парадокс в том, что обновление исполнительной власти происходит в старой системе, которая работает уже более четырех лет. Выиграв в ноябре 2020 года во втором туре президентские выборы, Майя Санду столкнулась с нелояльным парламентом и перспективами двоевластия. Посчитав такой сценарий неблагоприятным для себя, она инициировала досрочные парламентские выборы. И выиграв их, начала процесс политической гомогенизации в стране. Перечислять этапы этого «большого пути» не будем, они в целом известны и изучены. Заметим лишь, что в 2024-2025 гг. Санду и ее команда повторили комбинацию предыдущего электорального цикла. И закрепили свои предыдущие успехи. По всей видимости, как минимум, на следующие 4 года.
2. Когда ЦИК Молдавии объявил об итогах парламентской кампании, стало ясно, правящая партия не просто победила. Получив 55 из 101 мандатов, она приобрела право формировать правительство без создания поствыборных коалиций. И вот здесь открылась новая интрига. Верный президенту и идеологически целостный премьер Дорин Речан, занимавший должность главы кабмина с 16 февраля 2023 года, объявил о своей отставке. Понятное дело, такие экспромты, как правило, основываются на «домашних заготовках». На смену «агитатору-горлану-главарю» (это, если что, цитата из Владимира Маяковского) пришел тихий и непубличный «технократ» Александр Мунтяну.
3. Практически нулевой опыт в публичной политике Молдавии (и это к 61 году!), но немалый стаж в бизнесе и консалтинге за рубежами республики. 20 лет из них в соседней Украине. Настоящий гражданин мира, как минимум Румынии и США. Сам Мунтяну называет себя «американцем молдавского происхождения». Про роль диаспоры в электоральных кампаниях в Молдавии в последние годы написаны уже тома литературы. Количество перешло в качество. Englishman in New York Не наш человек в Киеве и в Штатах был предложен на пост премьера. Выступил с программой, был утвержден и принес присягу. В общем, смотрите, кто пришел!
4. Впрочем, хорошо бы еще понимать с чем и как он пришел! За кандидатуру Александра Мунтяну проголосовали 55 сандовцев. Оппозиционные фракции (представляющие широкий спектр разнообразных политических сил) не принимали участие в голосовании. Снова и снова молдавская власть игнорирует многосоставность, укрепляет линии общественно-политических разломов, назойливо продвигая свою повестку как единственно правильную. Между тем, в состав мунтяновского кабинета не был включен глава (башкан) Гагаузии, хотя это и положено по Конституции. Излишне говорить, что Евгения Гуцул находится сегодня далеко от властных кабинетов... Зато Мунтяну аттестовал себя как активного поборника евроинтеграции. И даже анонсировал отставку при условии, что к 2028 году, его правительство не добьется заветного членства Молдавии в ЕС.
5. И здесь начинается самое интересное. Система Санду укрепилась сверх прежнего. Во главе кабмина поставлен человек без опыта публичной политики, «технократ», а не трибун. Но в то же время нельзя не заметить, что молдавская власть просто железной хваткой связала себя с евроинтеграцией. Перефразируя того же Маяковского, в Кишиневе отныне Майя Санду и евроинтеграция- «близнецы-сестры». И любые проблемы (и тем более провалы) на этом пути будут отбрасывать тень и на правительство, и на продвигаемые им проекты. Ожидания высоки, авансов много, чего не скажешь о реальных ресурсах, возможностях и качестве политэлиты. Тем паче, что про сладкие перспективы сближения с ЕС власти говорят охотно в отличие от таких болевых узлов, как Приднестровье, Гагаузия, сельское хозяйство и «социалка».

Барев, Ереван
Интервью с Геворгом Меликяном в ереванской студии для программы «Status Quo» (проект «Euromedia 24»)

1. С журналистом Геворгом Меликяном мы знакомы уже более пятнадцати лет. За нашими плечами совместный опыт интервью, бесед, дискуссий. Всегда они посвящены острым вопросам. Мы часто не сходимся в оценках, а мой визави, конечно же, не поклонник моего «империализма с человеческим лицом». Однако всегда отдавал и отдаю должное мастерству Геворга-интервьюера. Он никогда не пытается перебивать, продвигать какие-то нотации, ему интересно разговорить собеседника и представить его (то есть мой) взгляд. Любите или ненавидьте, но вот он какой Сергей Маркедонов при ответах на вопросы интервью!
2. Сегодняшней нашей темой стали российско-армянские отношения, их современные состояние. Казалось бы, тема избитая и изъезженная вдоль и поперек. Отношения сложны, они не те, что пять или десять лет назад. Про Армению у нас много говорят как про страну, уходящую на Запад. Или уже ушедшую под водительством премьера Никола Пашиняна. О России в Армении многие говорят как про «большого брата», забывшего «брата малого», а потому толкнувшего меньшего на путь злосчастной диверсификации.
3. Начал свой ответ на вопрос с фокусировки на фундаментальной проблеме. Армения (и этот процесс начался еще до «бархатной революции») начала перезагружать свой национальный проект, менять сложившиеся идентитарные основы, переосмысливать такие традиционалистские принципы своей внутренней и внешней политики, как Карабах, «спюрк» (диаспора), Армянская апостольская церковь. Предлагая и обсуждая идею «Реальной Армении», власти и общество республики, неизбежно подходят к вопросу о месте и значении России в обновленном дизайне. И все это в условиях, когда наша страна многое переосмысливает (и себя, прежде всего), пытается бороться за многоцентричный мир (не обещающий нам рая, просто новый набор проблем, рисков и вызовов). Говоря словами Дмитрия Тренина, мы наблюдаем «переиздание Российской Федерации» . В общем, «все сложно».
4. В этих непростых контекстах ключевая проблема (она же трудность)- целеполагание. Имея сложности в двусторонних отношениях, мы должны задаться вопросом. Надо ли нам переосмысливать наши ошибки, преодолевать кризис доверия или опрокидывать стратегическое союзничество? Собственно, наша беседа и стала попыткой ответа на этот фундаментальной вопрос.
5. Полную запись нашей беседы см.: https://youtu.be/wdwlmyTdLI0?si=aL1gAUkKjIwDNwwX

О мифологизации TRIPP (The Trump Route for Peace and Prosperity) Комментарии «на полях» Форума Центра Орбели

1. Вскоре после того, как был парафирован мирный договор между Арменией и Азербайджаном, практически по горячим следам, находясь в Вашингтоне, премьер-министр Армении Никол Пашинян в интервью «Fox News» сказал, что это замечательный проект, к которому присоединится и Россия, и Иран, и есть возможности для этого. Более того, вскоре после этого на встрече с президентом Ирана Масудом Пезешкианом премьер Армении пытался убедить его в том, что ничего страшного, никакой угрозы проект, который инициирован Соединенными Штатами, не несет. Позволю себе немножко сарказма - а Трампу уже рассказали про содержание интервью Никола Пашиняна? Он в курсе, что его инициатива принесет выгоды Москве и Тегерану?
2.На фоне дефицита информации TRIPP стал неким пиар-проектом, который воспринимают как что-то эксклюзивное и новое. Но это не так, соответствующий пункт есть в трехстороннем заявлении 2020 года, документ о разблокировке подписывали в январе 2021 года в Москве. Кроме того, до 2022 года президент РФ Владимир Путин, глава МИД Сергей Лавров, вице-премьер Алексей Оверчук предлагали разблокировать коммуникации, оставив спорные вопросы о статусе на потом. Складывается ощущение, что происходит некая мифологизация, якобы появился некий универсальный план, универсальная отмычка, которая все проблемы региона решит. Но сама идея разблокировали транспортных коммуникаций- не ноу-хау Трампа, Россия до него говорила об этом, как минимум 4 с лишним года!
3.Сегодня очень много говорится о мире как альтернативе войне. Однако, любой мир, любая война всегда выстраиваются вокруг чьих-то интересов. Поэтому делать вид, что какой-то абстрактный мир выстраивается в космосе, где нет конкуренции, нет борьбы, что Кавказ - это уникальная некая точка, которая оторвана от Украины, от Юго-Восточной Азии, от Ближнего Востока - это, мягко говоря, не научно и не экспертно.
4.Сегодня много говорится о том, что Армения и Азербайджан сделали шаг вперед. Про эти «прорывы» я слышу много лет, «прорывов» очень много. Но Армения говорит, что «коридор» — это недопустимое слово. Азербайджан же, устами первого лица, говорит о том, что предпочел бы не видеть армянских пограничников в этом самом коридоре. Вы хотите сказать, что это мир, что все вопросы сняты?
5. Полная версия материала: https://am.sputniknews.ru/20251104/ssha-altruizmom-ne-zanimayutsya-markedonov-o-mifologizatsii-tripp--95462908.html

Об откатах и поворотах
Сложные траектории грузинской внешней политики

1. После прошлогодних парламентских выборов идея о «геополитическом развороте» Грузии получила в отечественной публицистике и политической аналитике немалое число приверженцев. Авторы охотно цитируют премьер-министра Ираклия Кобахидзе и в особенности спикера парламента Шалву Папуашвили, которые не скупятся на критику в адрес Евросоюза, говорят об иностранном заговоре против их страны и изобличают «пятую колонну» внутри. Риторика весьма популярная на топовых российских каналах. Но насколько правильно применять теорию «идеологической близости» к анализу грузинского кейса? Ответ, мягко говоря, не однозначен. Особенно, если принять во внимание один важный момент: внешнее стилистическое сходство тех или иных лозунгов не гарантирует тождество политических позиций и подходов.
2. Начнем с того, что не Грузия является инициатором «заморозки» отношений с ЕС, а Евросоюз. Его структуры, будь то Еврокомиссия (ЕК) или Европарламент (ЕП) множат день ото дня документы и резолюции, камня на камне не оставляющие от действующего правительства и правящей партии «Грузинская мечта». Вот и 4 ноября, в День нашего народного единства ЕК опубликовала доклад о перспективах расширения «единой Европы». И Грузии экзаменаторы из Брюсселя поставили жирную двойку. Здесь всякое лыко было в строку. И откат от демократии, и преследования СМИ с гражданским обществом, и отсутствие диалога с оппозицией. Интересно что, когда прежние властители Грузии «баловались» разгоном митингов (как это было в 2007 или в 2011 гг., второй раз пожарные машины даже смывали кровь с центральных улиц в канун торжественных мероприятий по случаю Дня независимости с участием западных послов), реакция стражей «европейской демократии» была куда как более сдержанной. Сегодня же госпожа Марта Кос, Верховный комиссар Евросоюза по вопросам расширения называет новый доклад ЕК худшим за всю историю «кандидатского стажа» Грузии. Ах да, забыл, это же «другое», в 2007 или в 2011 году у Тбилиси еще не было кандидатского статуса.
3. Итак, Грузию, ее кабмин, провластную партию клеймят. Что же власти этой страны? «Мы надеемся, что постоянный регресс, который сегодня переживает европейское пространство, как в плане демократии, прав человека, так и экономики, повернет вспять. Мы хотим стать членом именно такого повернувшегося Евросоюза, а не того Евросоюза, который видим сегодня, - заявил, реагируя на публикацию доклада ЕК, премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе журналистам. В общем, товарищ Сталин, «произошла чудовищная ошибка». Это лучше Саакашвили? Кто бы спорил! Только к «разрыву с ЕС» данный подход не имеет отношения. Это борьба за «европеизм с человеческим лицом».
4. У всякого текста есть контекст. И у каждого выступления есть время и место. Где же доклад ЕК получил резкую отповедь со стороны батоно Ираклия? В Шанхае, в КНР. В последние годы Грузия и Китай резко нарастили объем контактов. Но нас в данном случае интересует Грузия, ее официальная мотивация. В подходах КНР Тбилиси особо выделяет «поддержку территориальной целостности». Про это Кобахидзе сказал и в Шанхае, где он провел переговоры с Ли Цзяном, китайским премьером. При этом глава грузинского кабмина продолжил свою мысль: «Грузия поддерживает принцип единого Китая и территориальную целостность КНР». Заметим, что критику в адрес России за ее признание Абхазии и Южной Осетии Грузия не отменила, тот же Кобахидзе время от времени напоминает об этом.
5. Краткое резюме. Европейская дверь для Тбилиси не закрыта, она приоткрыта (о, великий русский язык!). И сами грузинские власти не готовы ее захлопывать. Кризис в отношениях Грузии и ЕС - следствие евро-большевизма Брюсселя, а не желания «Грузинской мечты» преобразоваться в мечту евразийскую. Отход от Запада не означает автоматически поворот в сторону России. Нельзя все процессы измерять линейками «холодной войны». Многоцентричный мир предполагает и вариативный выбор. Похоже, китайский вектор в Тбилиси рассматривают, как потенциально выгодный вариант на фоне «заморозки» отношений с Западом.

Власти Армении и Армянская Апостольская церковь: тактические и стратегические аспекты

1.Армянские власти пытаются погасить потенциальные очаги внутреннего недовольства перед выборами и одновременно ослабить влияние ААЦ, сведя ее роль к формату не слишком влиятельного конфессионального объединения.
2., Действия властей в отношении церкви обусловлены как тактическими, так и стратегическими целями. Тактически власти пытаются обеспечить политическую устойчивость перед выборами.
3. Бывшие президенты Серж Саргсян, Роберт Кочарян и в меньшей степени Левон Тер-Петросян — сегодня обладают невысокими электоральными шансами. Однако в церковной среде стали возникать новые движения, способные при определенные условиях консолидировать общественное недовольство. Наиболее заметным из них стало движение архиепископа Баграта Галстаняна.
4. При этом подобный курс имеет и более глубокие, стратегические мотивы. Речь идет фактически о перезапуске армянского национально-государственного проекта, в рамках которого формируется концепция "реальной Армении", противопоставляемая "исторической Армении". Эта идеологическая перестройка затрагивает и вопросы, ранее считавшиеся фундаментальными для национального самосознания. В новом политическом дискурсе переосмысливается тема Нагорного Карабаха: идея возвращения карабахских армян на прежние места проживания теперь нередко воспринимается как деструктивная для армянского государства и его граждан. Переосмыслению подвергаются и такие вопросы, как диаспора, политика исторической памяти. И даже проблема геноцида армян в Османской империи в начале ХХ века.
5. Полный текст см.: https://am.sputniknews.ru/20251106/vlasti-pytayutsya-pogasit-nedovolstvo-i-prevratit-aats-v-nizkuyu-tserkov-markedonov--95554566.html

Самарканд-Вашингтон-Транзит
Несколько тезисов по итогам саммита «С5+1»

1. Появилось немалое число публикаций о «новой эре» и «американском веке» для Центральной Азии. И естественно о том, как Россия теряет стратегически важный для нее регион, как же без этого.
2. Поводом для дискуссий о «Большой игре-2.0». стал саммит в формате «С5+1» («Центральная Азия плюс США»), состоявшийся в Вашингтоне. Попробуем разобраться в значении этого события без алармизма и без напускного равнодушия.
3. Немного предыстории. Все начиналось десять лет назад в формате министериала. Джон Керри (американский госсекретарь в 2013-2017 гг.) провел переговоры с главами МИД пяти центральноазиатских государств в жемчужине Узбекистана Самарканде. Собственно, тогда и определились рамки проекта «С5+1». Пересказывать истории последующих министериалов не будем, зафиксируем лишь, что их число перевалило за десяток. В сентябре 2023 года неформальный статус «С5+1» был повышен. 46-й президент США Джо Байден встретился с главами пяти республик Центральной Азии на полях 78-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. И вот, наступил ноябрь 2025 года. Предшественник и одновременно преемник (вот они, парадоксы американской политики) Байдена Дональд Трамп принял в Белом доме лидеров Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана.
4. Оставим за скобками велеречивые беседы, наполненные комплиментами и славословиями в адрес хозяина саммита. Посмотрим на содержательные моменты. Их, как минимум три!
5. Момент первый. Как бы Трамп ни ругал предыдущую администрацию, многие ее инициативы он продолжает. Это относится и к выдавливанию России из мирного процесса на Кавказе (а равно и из инфраструктурных коммуникаций в регионе), и к наращиванию связей с Центральной Азией за счет интересов РФ и КНР. По словам Эндрю Качинса (в 2019-2021 гг. президента Американского университета в Центральной Азии), «США крайне скептически и критически отвечали на любые попытки продвижения евразийской интеграции без американского участия, не будучи в состоянии предложить привлекательную и убедительную альтернативу в эпоху после окончания “холодной войны”». В Стратегии национальной безопасности США (2022, часть III) недвусмысленно формулируется цель Вашингтона: «Мы будем уделять первостепенное внимание сохранению устойчивого конкурентного преимущества перед КНР, одновременно сдерживая крайне опасную Россию». Они и сдерживают по всем имеющимся азимутам. Nothing personal, just national interest.
6. Момент второй. Отечественные комментаторы наперебой рассказывают нам о прелестях многополярного мира и закате «гегемонии США». Вопрос. А Трампу уже про это рассказали? Похоже, он никуда закатываться не собирается, включая и территории нашего «ближнего зарубежья». Только за последние три месяца Трамп провел два саммита в Белом доме, охватив 7 постсоветских государств из двух стратегически важных для России регионов! Да, он пока еще путает Албанию с Арменией, а Абебаржан с Камбоджей. Но давайте смотреть на вещи без внешних спецэффектов. Трамп и К наращивают присутствие на постсоветском пространстве. И пресловутый TRIP (пускай хотя бы и в планах!), и ресурсные проекты по Центральной Азии, и «детант» с Белоруссией (4 ноября Управление по контролю за иностранными активами министерства финансов США/OFAC исключило из санкционного списка авиакомпанию «Белавиа») - звенья одной цепи. Про Украину мы уже и не говорим!
7. Момент третий. Сами постсоветские страны категорически не хотят делать окончательный геополитический выбор. Это может нравиться, а может вызывать изжогу, но такова реальность. Какие бы резоны мы им ни излагали, и как бы правильно ни формулировали наши претензии (а они бывают ох как обоснованы!), наши партнеры и союзники стремятся к сохранению многовекторности. И такие тренды возникли отнюдь не в 2014 или в 2022 гг.! Вспомним хотя бы реакцию стран СНГ и ОДКБ на события 2008 года на Кавказе. Значит при таком раскладе, если полный «разворот» невозможен, крайне важно, чтобы акценты этой комплементарности были бы в пользу России. И здесь уже с нашей стороны предстоит серьезная работа!

Путин-Алиев-Пашинян: трехстороннее заявление и противоречивые итоги второй карабахской войны
Пять лет спустя

1. Вторая карабахская война, разразившаяся утром 27 сентября 2020 года, завершилась после того, как увидело свет совместное заявление президентов России и Азербайджана Владимира Путина, Ильхама Алиева и премьер-министра Армении Никола Пашиняна. Москва снова, как это бывало уже ранее, вышла на первый план в качестве посредника. Самостоятельно, не как часть Минской группы ОБСЕ. И не в формате «четверки» или «пятерки», то есть с участием Турции и/или Ирана, хотя такие варианты до публикации текста заявления активно обсуждались в СМИ и в экспертных кругах. Да и представители Анкары намекали на это более, чем откровенно.
2. Идея о том, что конфликт между Азербайджаном и Арменией, если не дело рук Москвы, то прямая выгода для нее, не нова. Ей столько же, сколько и самому этнополитическому противостоянию. Понимаю, что для тех, у кого демиургическая роль Москвы во всех конфликтах - это «символ веры», мои аргументы не сработают. Но перечислю их для другой аудитории. Той, которая не любит готовых ответов в виде клише и идеологизированных оценок.
3. Москва не раз и не два в мае 1994, ноябре 2008, апреле 2016 и июле 2020 года смогла сделать то, с чем не справлялись международные организации, отдельные государства - остановить кровопролитие, зафиксировать новый статус-кво и тем самым дать возможность решить застарелый конфликт уже за столом переговоров. Соглашение о бессрочном прекращении огня (а затем и о мерах по его укреплению), Майендорфская декларация, «Казанская формула», «план Лаврова» и «план Ховаева» неопровержимо свидетельствуют: Россия предлагала многое и сделала многое. И не ее вина, что участники конфликта стремились к реализации максималистских требований, а россияне не могли (да и не могут) стать бОльшими армянами или азербайджанцами. С детства не люблю лукавить. Давайте признаемся честно, хотя история и «не знает слова “если”». Победи (или хотя бы не проиграй) в 2020 году Армения, мы бы и сейчас слышали призывы из Еревана, что Арцах- это точка и запятая, и все знаки препинания…
4. Можно ли было рассматривать ноябрьский документ-2020, как некое принципиально новое слово в процессе мирного урегулирования конфликта в Карабахе? На первый взгляд, ответ очевиден. Между ним и «обновленными Мадридскими принципами», которые в течение одиннадцати лет были своеобразной Конституцией переговорного процесса, имелся целый ряд принципиальных отличий. В совместном трехстороннем заявлении о будущем статусе Нагорного Карабаха ничего не было.
5. В то же самое время согласно ноябрьскому заявлению-2020 миротворческие силы вошли на территорию непризнанной Нагорно-Карабахской республики. Естественно, таких топонимов в тексте не было. И быть не могло! Но по факту это было так! Они расположились в той точке, которая на международном уровне признавалась частью Азербайджана, но в которой эффективный контроль Баку на тот момент еще не был установлен. И предполагалось, что статусные вопросы будут отложены на потом, а мирный процесс будет сфокусирован на разблокировке транспортных коммуникаций. Привет почитателям Дональда Трампа! Его идеи были открыты почти за пять лет до вашингтонского саммита в Белом доме!
6. Предвижу возражения (и даже заранее готов согласиться с многими из них). После 9-11-2020 многое пошло не так. И фактор СВО, и новый виток конфронтации между Западом и Россией, и недооцененная многими, включая и нас, новая роль Турции и Азербайджана. Все это сработало против компромиссов, а поиск мира превратило фактически в punishment for peace. Но призвал бы не поддаваться ходульным объяснительным схемам. И тем более сбрасывать со счетов все, что было сделано Россией для урегулирования конфликта. Штаты сильно рвутся в лидеры мирного процесса, не до конца осознавая, что лидерство- синоним ответственности. Посмотрим, насколько Вашингтону удастся быть более эффективным на кавказских просторах.

Абхазия: выборы местные, проблемы общенациональные

1. Муниципальные выборы в Абхазии прошли без мощного информационного сопровождения. После досрочной кампании по избранию президента республики, абхазские сюжеты будто бы ушли из российской повестки. Если кто помнит ТВ-картинку времен марта-апреля 2025 года, то в обобщенном и слегка упрощенном виде она выглядела примерно так: протесты закончились, политическая стабильность наступила окончательно и бесповоротно. Однако Абхазия в очередной раз ломает стереотипы.
2. Выборы депутатов местных собраний. Почему эта тема вдруг оказалась важной? Во-первых, не вдруг и не в одночасье. Местная политика и раньше открывала многим абхазским деятелям дверь на общереспубликанский уровень, а кампании в том же Гальском районе (да и вообще на Востоке Абхазии) всегда выходили за рамки починки дорог и налаживания ЖКХ, они были вопросом о полноценной интеграции многосоставного абхазского социума. Во-вторых, муниципальные выборы-2025 стали первой кампанией после избрания Бадры Гунбы президентом. И многие абхазские комментаторы справедливо говорили: это будет тестом и для него, и для республиканского политикума в целом.
3. Экзамен сдан? Пока что ответ на данный вопрос повис в воздухе. Начнем с того, что голосование прошло 8 ноября, а к утру 10 ноября Центризбирком еще не огласил весь список окончательных итогов. Это, как говорится, наводит на размышления. Не исключаю, что в скором времени мы все узнаем. Вдруг прямо сейчас или завтра? Но сама пауза… Между тем, итоги выборов уже оцениваются с противоположным знаком. Высказаны тезисы и о сокрушительной победе власти, и о ее же сокрушительном поражении. И даже по оценкам явки ведутся споры. Есть публикации, в которых она называется и самой низкой, и более высокой, чем прошлые аналогичные кампании. Прямо за пару дней выстроились параллельные реальности! Постмодернизм по-абхазски!
4. Не станем строить «сплетни в виде версий». Зафиксируем то, что уже имеется! Не обошлось, увы, без скандалов. Одной из главных тем была «роль московских политтехнологов». Сюжет не новый, но осенью 2025 года он заиграл дополнительными красками, как абхазские деревья в «бархатный сезон». Протестов не случилось, как и очередной «бархатной революции». Но это не означает, что такие ключевые для республики проблемы, как общественное единство (точнее его дефицит), проблема доверия (точнее, недоверия) исчезли.
5. Паки и паки. Выборы в маленькой Абхазии (к тому же местного масштаба) ставят большие (и бОльшие, чем несколько муниципалитетов) проблемы. Электоральные кампании- это не только про технологии и рационализм. Здесь еще неплохо понимать «почву», учитывать настроения (включая, порой и откровенно, иррациональные) и проводить умелую профилактику конфликтов. Вот этим сейчас, похоже и будут заниматься и власти, и оппозиция, и ЦИК. Результаты все равно станут явью, и политикам (избранным и не получившим заветных мандатов) придется строить общую страну, а нам, России помогать своему союзнику взрослеть политически с минимальными издержками!

Россия-Казахстан: не только декларация

1. По итогам переговоров президентов РФ и Казахстана Владимира Путина и Касыма-Жомарта Токаева 12 ноября 2025 года была подписана Декларация о переходе отношений России и Казахстана на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства и союзничества. Все заявления, необходимые согласно дипломатическому этикету, сделаны. Попробуем посмотреть на отношения Москвы и Астаны за рамками одного госвизита.
2. Не будет преувеличением назвать отношения РФ и Казахстана одной из главных опор евразийской безопасности. Наши страны имеют самую протяженную в мире непрерывную межгосударственная границу (7598,8 км); ее линия приходится на 9 административных субъектов со стороны Казахстана и 11 областей с российской стороны. Любой конфликт или даже острая проблема в этой части постсоветского пространства могут иметь крайне опасные последствия не только для двух стран, но и для всей Евразии. Ставки высоки, стабильность и предсказуемость двусторонних российско-казахстанских отношений ценится и в Москве, и в Астане (а также в Пекине, Бишкеке, Ташкенте, Душанбе) на вес золота.
3. В сентябре 2014 года автор этих строк написал полемический текст под названием «Почему Казахстан не Украина» И по прошествии 11 лет актуальность данной темы не утрачена! Позволю немного самоцитирования: «Одним из политических последствий нынешнего украинского кризиса стало обсуждение сценариев возможного повторения казуса Крыма в других точках бывшего Советского Союза. Старые европейско-американские стереотипы и фобии по поводу «имперского возрождения России» (подогреваемые не в меру ретивыми отечественными «патриотами») исходят из того, что, единожды пойдя на пересмотр границ, установленных между бывшими союзными республиками, Москва не остановится. Но, пожалуй, наиболее интенсивно кандидатом на роль «второй Украины» номинируется Казахстан».
4. И сегодня мы видим схожие идеологические ветры. Российские внешнеполитические устремления стигматизируются, их представляют как нечто, лишенное рационального содержания. Увы, но некоторые отечественные «творцы смыслов» volens nolens подыгрывают подобным «размышлизмам». Взять хотя бы реакцию на недавнее обращение Касым-Жомарта Токаева к Дональду Трампу! Сколько было комментариев о «геополитическом развороте» Астаны. И, скорее всего, их и еще будет немало, история ведь 12-11-2025 не закончилась!
4. Что в этом контексте важно особо подчеркнуть? В ноябрьской Декларации Россия и Казахстан закрепили такой важный тезис, как построение многоцентричного мира и создание архитектуры равной и неделимой безопасности в Евразии. Здесь, как мне кажется, и есть ключ к разгадке тех вопросов, которые обсуждаются уже последние 11 лет (хотя разве в 2008 году про них не говорили в контексте «пятидневной войны» на Кавказе?). Наши соседи могут обращаться со словами благодарности к лидерам США, стран ЕС и НАТО, выстраивать с ними выгодные экономические связи, не в этом проблема! Москву беспокоят две угрозы. Во-первых, строительство в соседних странах такой модели национальной государственности, которая основывается на постепенной, но неуклонной ликвидации многосоставности и идеологии «бегства от России. Во-вторых, превращение территории соседа в полигон для недружественных альянсов (курс на вступление НАТО или, как в случае с прибалтийскими республиками евро-атлантическая интеграция, как свершившийся факт). Непраздный вопрос, когда на наших границах с Латвией, Литвой и Эстонией было тревожнее? До их присоединения к недружественному Альянсу в 2004 году или после?
5. Малые и средние державы устроены иначе, чем «великие». Они не хотят и не могут делать финального «геополитического выбора». Для них характерно стремление к сложному маневрированию на международной арене. Они, как правило, непростые партнеры и союзники. Но если эти страны не хотят превращать свои территории в арены регионального и глобального противостояния, не стремятся к такой самоцели, как «окончательный уход» от России, Москва, что называется, открыта для предложений. И готова их сделать сама! И никакого «ревизионизма»!

«Двадцатый год- прощай, Россия!»
Сто пять лет «белому исходу» из Крыма


Трижды
землю
поцеловавши,
трижды
город
перекрестил.
Под пули
в лодку прыгнул…
— Ваше
превосходительство,
грести?
- Грести!
В.В. Маяковский

1. В ноябре 1920 года, 105 лет назад началась последняя операция белого войска в Крыму. Из портов полуострова уходили военнослужащие Русской армии генерала Петра Врангеля (1878-1928), гражданские лица, сочувствующие ей. 126 кораблей, 150 тыс. человек. Гражданская война в европейской части бывшей Российской империи завершалась поражением белых. «Главный вопрос всякой революции, вопрос о государственной власти» был решен в пользу большевиков. Впрочем, ничего вечного не бывает, события начала 1990-х гг. это воочию продемонстрировали.
2. Эстетически белое движение начали, если не оправдывать, то понимать (и почти прощать) еще в советские времена. Чего стоят только такие яркие киновоплощения, как гвардеец Говоруха-Отрок (в исполнении Олега Стриженова), генерал Ковалевский, поручик Брусенцов, штабс-капитан Овечкин, полковник Турбин (блестяще сыгранные Владиславом Стржельчиком, Владимиром Высоцким, Арменом Джигарханяном и Андреем Мягковым). С тех пор много воды утекло, а «архивная революция» рубежа XX-XXI вв. сняла табу на ранее запретные темы.
3. Но при этом в политическом плане про белых говорят почти исключительно как о жертвах. Жертвах обстоятельств, собственной политической близорукости, непрактичности, наивности. Получается, как у педагога из «Доживем до понедельника»: в истории русской контрреволюции «орудовали одни двоечники». Но стоило бы, наверное, признавая историческое поражение «белого дела», не выплескивать с водой и ребенка, ставя под сомнение и мотивацию, и идеалы людей, выбравших для себя ту сторону истории, которая у нас долгое время считалась «неправильной».
4. Начнем с того, что отождествлять белое и антибольшевистское движение нельзя. Белыми мы не назовем махновцев Гуляйполя и антоновцев Тамбовщины, лидеров многочисленных националистических движений и национальных (квази)государств распавшейся империи, а также метавшуюся между двумя полюсами братоубийственной войны «демократическую контрреволюцию» (по меткому выражению Ивана Майского, 1884-1975). И даже сторонников гетмана Павла Скоропадского (1873-1945) и атамана Петра Краснова (1869-1947) трудновато подвести под общий белый знаменатель.
5. Сегодня у нас модно говорить о большевиках, как о патриотах-преобразователях страны. Но это, скажем честно, постфактическая реконструкция. Действительно, взяв власти ленинцы, шаг за шагом постепенно начали отделение России от «Интернационала» (говоря словами Василия Шульгина, 1878-1976). Хотя, скажем честно, этот процесс и в 1991 году не завершился полностью. Что уж говорить про 1917-1918 гг. прошедшие под аккомпанемент «братаний с немцами» и подписание Брестского мира. При этом новая власть не слишком заботилась о соблюдении прав и свобод. Взять хотя бы пресловутый «усталый караул», поставивший точку в истории российской Конституанты.
6. Два источника, две составные части были у белого движения. Людей влекла туда борьба против уничтожения собственной страны и против попрания свободы. Та еще коалиция! Все это предопределило и непоследовательность мероприятий, проводимых белыми правительствами, и пресловутое «непредрешенчество». Добавим к этому то, что Шульгин назвал «нашествием серых» в белые ряды. Но давайте за всеми ошибками, провалами и просчетами увидим и патриотизм тех, кто отверг капитулянтство Брест-Литовска. Узрим и нежелание заключать гешефты с этнократами, рвавшими на куски некогда общее Отечество. Увидим и попытки (пускай, половинчатые) выстроить основы законности в условиях братоубийственной гражданской войны. Не забудем и про любовь к Родине, сохраненную даже в изгнании! И не будем высокомерно выносить скоропалительных приговоров в отношении тех, кто между революцией и контрреволюцией выбрал вторую сторону!

«Широко шагает Азербайджан»…в Центральную Азию

1. «Мы построим прочный мост между Центральной Азией и Южным Кавказом, проложим путь к формированию единого пространства сотрудничества, что, безусловно, усилит стратегическую взаимосвязанность и устойчивость обоих регионов». Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, глава государства, принимающего в Ташкенте VII Консультативную встречу центральноазиатских лидеров не скупился на комплименты и позитивные оценки. Впрочем, повод для этого имелся. 16 ноября в столице Узбекистана на упомянутом выше форуме Азербайджан присоединился к формату консультативных встреч в качестве полноправного участника.
2. Центральная Азия всегда была важным регионом с экономической и стратегической точки зрения, сотрудничество со странами этого региона выстраивают практически все крупные игроки на международной арене. Но в контексте недавних событий только ленивый не написал о своеобразном вступлении Азербайджана в центральноазиатский региональный клуб. К сожалению, очень часто не только журналисты, но и эксперты оказываются заложниками «свежих новостей» и стремятся подать как нечто уникально-сенсационное.
3. Между тем, выход Азербайжана на центральноазиатскую арену – не новость. У Баку на этом направлении наработан уже богатый стаж. Азербайджан входит в «каспийскую пятерку», где помимо него, России и Ирана было представлено два государства Центральной Азии Казахстан и Туркменистан. На разрешение всего комплекса политэкономических проблем моря-озера потребовался не один год. И все это время Азербайджан был volens nolens погружен в центральноазиатские дела. Во время знакового саммита в Актау в августе 2018 года, Азербайджан вместе с Казахстаном и Туркменистаном подписал Конвенцию о правовом статусе Каспийского моря, которую затем стали называть «Конституцией Каспия».
4. Но не Каспием единым. Не следует сбрасывать со счетов экономические связи, у Азербайджана они были особенно хорошо налажены с Казахстаном. Баку также еще до слома старого статус-кво в Нагорном Карабахе стремился поддерживать взаимодействие со странами исламского Востока для поддержки своей позиции по конфликту с Арменией. Особая история- тюркский солидаризм. В Тюркском совете, созданном в 2009 году и переименованном в ноябре 2021 года в Организацию тюркских государств центральноазиатское представительство также весьма значимо.
5. Однако нельзя не заметить, что в последние несколько лет проникновение Азербайджана в Центральную Азию заметно усилилось, приобрело новое качество. В 2023 году президент Ильхам Алиев принял участие в формате центральноазиатской «пятерки» в Душанбе, а на следующий год - в Астане. Тогда, правда, как почетный гость. Сегодня он уже перешел в категорию полноправных участников, «пятерка» стала «шестеркой. Впрочем, речь не только о многостороннем формате. Только в 2023 году Алиев дважды посетил Душанбе, а лидер Таджикистана Эмомали Рахмон побывал в Баку в мае 2024 года (ранее он посещал Азербайджан только в августе 2018 года). В августе 2024 года Ильхам Алиев совершил государственный визит в Ташкент. Оценивая его итоги, Шавкат Мирзиёев заявил тогда: «Азербайджан наш важный стратегический партнер и союзник».
6. Таким образом, помимо географической близости у Азербайджана в Центральной Азии есть экономические интересы, а также политические мотивы, общие как для стран региона, так и для Баку. Но дело не только в этом. После победы во второй карабахской войне Азербайджан ощущает себя как самостоятельного и самоценного игрока в Евразии, которому в рамках Закавказья уже тесно. Отсюда и стремление к расширению внешнеполитического «меню» за счет не только Центральной Азии, но и Ближнего Востока, Черноморского региона. Фактически предпринимается попытка перехода в другую лигу международной политики, во многом воспроизвести на новом витке спирали турецкий паттерн. Не зря азербайджанские специалисты-международники все чаще аттестуют свою страну, как «среднюю державу». Впрочем, всегда остается открытым вопрос, насколько достаточно у Баку ресурсов и возможностей для такого масштабного переформатирования.

Вагаршапатская электоральная увертюра

1. Армения вступила в очередной электоральный цикл. Нет ли здесь ошибки? Выборы в Национальное собрание (парламент) республики (главная кампания пятилетия) назначены только на 7 июня 2026 года. Действительно, они, скорее всего, пройдут впервые за многие годы в штатном режиме. Но предисловие к главному выборному сценарию пишется уже сегодня. Впрочем, обо всем по порядку.
2. Премьер-министр Никол Пашинян заявил о своем участии в кампании будущего года 3 ноября. Политики, конечно, любят экспромты, но предпочитают готовить их заранее. От дотошных наблюдателей не ушел тот факт, что свое заявление премьер сделал менее, чем за две недели до выборов в Совет старейшин (городской парламент) Вагаршапата.
3. Этот муниципалитет более известен широкой публике (особенно за пределами Армении), как Эчмиадзин. Там находится резиденция Католикоса всех армян. И долгие годы именно Эчмиадзин являлся центром (и символом) духовной жизни Армении. Сегодня конфликт властей республики с иерархами Армянской апостольской церкви (ААЦ) – один из ключевых вопросов внутриполитической повестки, но в то же время- часть более широких проблем.
4. С начала 2025 года многие отечественные (а также армянские и международные) наблюдатели фиксировали: рейтинги Никола Пашиняна и его партии падают, достигают самых низких показателей со времен т.н. «бархатной революции». Увы, но для многих вопрос личных симпатий-антипатий оказывается выше, чем аналитическая скрупулезность. Между тем, в таком деле эмоциям не место. Действительно, популярность Пашиняна снижается! Но (!) это не дает автоматического прироста для его оппонентов. Добавим к этому методики нынешнего правительства. Потерпев чувствительные поражения на муниципальных выборах в Гюмри и в Паракаре, власти, похоже, решили, что далее отступать становится просто опасным. И потому выборам в Вагаршапате было уделено особое внимание. 20 июня правительство решило объединить общин Вагаршапат и Хой Армавирской области фактически в новый субъект, чтобы не допустить преимущества оппонентов правительства в «малом Эчмиадзине». Затем было обеспечено медийное преимущество.
5. Почему так важен Эчмиадзин? Мы уже говорили о символическом значении и беспрецедентном прессинге властей на ААЦ. Со времен ранних большевиков такого в Армении не было. С 1940-х гг., а особенно с момента интронизации Католикоса Вазгена I (1908-1994) в 1955 году советские власти и ААЦ установили некий modus vivendi. Но сегодня церковь видится как один из препонов на пути к пересборке армянского национально-государственного проекта под лозунгом «Реальной Армении». Но дело не только в ААЦ. Напомню, что именно с Эчмиадзина, с т.н. «дела генерала Манвела [Григоряна] Пашинян и его команда начали «антикоррупционные кампании», а фактически санацию внутриполитического поля страны.
6. В итоге из восьми политических сил, боровшихся за мандаты в Совете старейшин, 16 ноября, только три получили «входные билеты». Правительственная партия набрала 48, 5% голосов (19 мандатов из 33). На втором месте блок «Победа» с 31, 9% и 12 мандатами. Замыкает тройку «Мать Армения» (5, 4% и всего 2 мандата). Наглядное пособие как выигрывать выборы. Прежде всего, сочетанием электоральных и (в)неэлекторальных методов, включая пресловутый административный ресурс. Ведь наблюдая за судьбами победителей в Гюмри и в Паракаре Вардана Гукасяна и Володи Григоряна многие задумаются, а стоит ли игра свеч. Никого не хочу обвинять, права такого не имею, просто фиксирую.
7. Сейчас намерено ухожу от анализа внешнеполитического фактора, хотя он также имеет значение. Но пока мы видим, что власти республики смогли извлечь уроки из трудностей и неудач. Сможет ли оппозиция организоваться, проявить мудрость и грамотно выстроить свои сценарии на будущий год? Увидим ответ на этот вопрос уже в ближайшее время. Пока же власть может праздновать победу на промежуточном финише, хотя окончательные итоги будут определены в июне 2026 года!

Интервью Андрею Петрику для программы «Экспертиза» («Спутник-Молдова»)

1. Начну с медийного парадокса. Журналист из Кишинева по идее (согласно утвердившимся стереотипам) должен быть более нюансированным, осторожным и политически корректным, а российский эксперт- «глаголом жечь сердца людей» a la Первый канал или канал «Россия», как минимум. Но в нашем случае ситуация перевернута upside down. Интервьюер сыплет направо-налево медийно-сетевыми клише и жесткими оценками, а московский гость старается придать «цветущей сложности» проблеме.
2. Главной темой беседы стала поствыборная ситуация в Молдавии. Обозначил несколько важных тезисов. Да, у власти в Кишиневе откровенно антироссийские силы. Они стремятся в ЕС (НАТО в уме, а внутриполитическая санация уже в практике), пытаясь совершить «бегство от России». Но было бы упрощенчеством рассматривать сандовскую PAS исключительно, как результат внешнего вмешательства и внешнего же «конструирования». Корни внутренние, уровень поддержки внутри Молдавии тоже имеется, не стоит все сводить к фактору диаспоры и поддержки из Брюсселя.
3. Проблема не только во власти, но и в оппозиции. Да, совокупно ее потенциал по итогам выборов мало чем уступил провластному объединению. По форме все правильно, но ведь по сути – издевательство! Как в одну телегу впрячь Усатого и Воронина, Додона и Костюка. Разные же силы! Здесь и идеологические, и личностные разногласия! Хотя в молдавской политике в разные годы одни и те же люди успели побывать и «русофилами», и «русофобами». Более того, победи в сентябре условные «русофилы», смогли бы они перебороть в текущих (гео)политических обстоятельствах мейнстрим? Не уверен! Вот и мой собеседник со мной согласился! Если уже в 2003 году команда коммунистов во главе с Владимиром Ворониным «бортанула» «план Дмитрия Козака». Так тогда европейское засилье влияние было в разы меньшим, чем сейчас.
4. Разобрали выборы-2024 и особенно кампанию-2025 не как конкуренцию идеологий и проектов будущего, а как борьбу страхов. Страх пророссийский против страха проевропейского. Иррационализация молдавской политики как вызов! Впрочем, не только политики, но и структур «повседневности».
5. Поговорили про возможности возвращения к прагматике. И речь ведь не о том, что в таком случае Кишинев и Москва сойдутся в экстазе любви и дружбы. Проблемы останутся, но для России предпочтительнее иметь дело с Молдавией, ориентированной на собственные цели и задачи, а не на фантомы «европейского единства»,
6. Полную запись см. по ссылке. Настоятельно рекомендую читать и смотреть дальше заголовков! https://md.sputniknews.ru/20251117/moldova-v-rukakh-globalistov-narod-lishen-suvereniteta---za-nego-vybirayut-vremenschiki-68353975.html