Алиев-Путин: возвращение к нормальности?

1. «Они сошлись, волна и камень….» Главная евразийская новость дня! Президенты Азербайджана и России встретились в Душанбе и публично обсудили один из самых эмоционально сложных моментов двусторонних отношений.
2. Несколько уточняющих деталей. Встреча Ильхама Алиева и Владимира Путина стала первой в 2025 году. Мимолетные кивки «на полях» саммита ШОС в Китае не в счет! Но в данной ситуации важен не сам факт затянувшегося молчание, хотя до трагической истории с самолетом главного азербайджанского авиаперевозчика лидеры двух государств общались довольно часто. Похолодание в отношениях сопровождалось довольно жестокой риторикой. Прежде всего, с азербайджанской стороны. Москва вела себя сдержаннее, как минимум, на уровне первого лица. Но лица более низких уровней недовольство выражали, и довольно громко!
3. И вот мы видим изменение политической погоды. Владимир Путин демонстрирует готовность к обсуждению щепетильной проблемы инцидента с бортом компании AZAL, а Ильхам Алиев- готовность принять российскую линию поведения. Хардлайнеры с обеих сторон будут недовольны, к Кассандре не ходи. Но, похоже, Москва и Баку приняли решение купировать последствия «заморозков».
4. И пока хардлайнеры негодуют, в Баку готовятся к встрече трехсторонней группы в составе РФ, Азербайджан и Иран по развитию коридора «Север-Юг», ждут в гости российского вице-премьера Алексея Оверчука. Явно не экспромт! Незадолго до этого в нашей «северной столице» имела место четвертая по счету встреча командующих военно-морскими силами стран Прикаспия. С азербайджанским участием!
5. Что же, переходим в формат «трубы затрубили»? Теперь все, как прежде? Увы, но «конца истории» не планируется, жизнь продолжается. И в ней есть разночтения во взглядах Москвы и Баку на развитие и Кавказа, в частности, и Евразии в целом. Взять хотя бы идеи по милитаризации ОТГ. Вряд ли и украинский, и натовский факторы испарятся как «сон, как утренний туман». Любая нормализация должна получать импульсы, иначе она просто выдыхается. Наверное, в Москве ожидают разблокировку работы Русского дома в Баку или конструктивных решений азербайджанских судебных инстанций по арестованным российским журналистам. Посмотрим, останется все это лишь в области ожиданий или будет позитивные изменения.
6. Однако деэскалация и прагматизация - это уже кое- что. Конфликты лишь множат риски и усиливают непредсказуемость. Главное, чтобы наши интересы при этом были в приоритете! Впрочем, убежден на все 100, что мои коллеги в Баку также думают про интересы Азербайджана!

Протестный потенциал Тбилиси, грузинский Дэн Сяопин и возможность прагматизации российско-грузинских отношений
Экспертный комментарий для Российского совета по международным делам (РСМД)

1. Для оценки того или иного события или процесса полезно посмотреть на него с определенной дистанции. Пускай и короткой. Не по горячим следам, а хотя через пару дней. Излагаю краткие тезисы своего экспертного комментария.
2. В Грузии 4 октября 2025 года состоялись муниципальные выборы, в том числе в Тбилиси, что имеет решающее значение, так как значительная часть избирателей (порядка трети от общего числа) проживает именно в столице. Эта электоральная кампания стала первым серьезным испытанием для правящей партии «Грузинская мечта» после острого внутриполитического кризиса, вызванного парламентскими выборами 2024 года.
3. Внутриполитический кризис в Грузии совпал с углублением противоречий этой страны с Западом, в особенности с Европейским союзом. Победа «Грузинской мечты» на выборах 2024 года была интерпретирована на Западе не просто как нарушение демократических норм, но и как успех пророссийских сил, хотя лидеры правящей партии неоднократно подчеркивали свое несогласие с «оккупацией» (в грузинской интерпретации) Абхазии и Южной Осетии (последнюю официально в Тбилиси именуют «Цхинвальским регионом»).
4. Примечательно, что, в отличие от ЕС, НАТО и США заняли позицию «доброго следователя», дистанцируясь или наблюдая со стороны за процессами в Грузии. Администрация Дональда Трампа не относит «грузинский вопрос» к числу приоритетных, не проявляет особого интереса к нему.
5. Несмотря на победу «Грузинской мечты», протестный потенциал никуда не исчез, и не исчезнет в обозримой перспективе. Оппозиционные настроения остаются сильны, особенно в крупных городах и в первую очередь в Тбилиси. Радикальная оппозиция (ЕНД/Единое национальное движение, его союзники и попутчики) анонсировала «мирную смену власти», а попытка штурма дворца президента (фигуры в значительной степени символической) продемонстрировала готовность к силовым действиям. Попытка оказалась неудачной, но желание поменять власть в определенных средах сохраняется, а любая ошибка властей станет поводом для активизации этого процесса. Формально власть в Грузии принадлежит парламенту и правительству, при этом ключевым неформальным лидером остается основатель «Грузинской мечты» Бидзина Иванишвили, не занимающий никаких политических должностей, которого называют «грузинским Дэном Сяопином». Его радикальные противники не хотят мириться с таким положением дел.
6. Подводя итоги выборов, следует отметить, что «Грузинская мечта» прошла стресс-тест и укрепила свои позиции. Власть понимает, легче спорить с Евросоюзом, чем лишиться контроля над страной — его потеря чревата чередой вызовов вплоть до экзистенциальных проблем. Рассматривавшийся вариант запрета ЕНД может не решить проблему протеста в корне, а лишь привести к появлению новых оппозиционных структур.
7. Победа «Грузинской мечты» не означает разворот в сторону России, как минимум до конца 2025 года. Фактор России остается внутриполитически чувствительным. Любой резкий шаг, например, встреча лидера партии Ираклия Кобахидзе с Владимиром Путиным, способен спровоцировать новую волну протестов. Стратегия «Грузинской мечты» между Азией и Европой. Власть сама загнала себя в ловушку жестких формулировок по вопросам Абхазии и Южной Осетии. Однако прагматизм диктует необходимость диалога. Несмотря на отсутствие дипломатических отношений, Россия остается важным экономическим партнером Грузии, особенно в сфере туризма и торговли.
8. До следующих парламентских выборов в 2028 года у сторон есть окно возможностей для нормализации.
9. Полный текст комментария см.: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/protestnyy-potentsial-tbilisi-gruzinskiy-den-syaopin-i-vozmozhnost-pragmatizatsii-rossiysko-gruzinsk/

Интервью Мовсуну Гаджиеву для проекта «Эхо Баку»

1. Искусство заголовка. Редко соглашаюсь с редакциями по этому вопросу. Здесь у нас разные интересы. Журналистам важна «кликабельность», в их фокусе- читательский и зрительский интерес. Мне же важнее нюансировки. Однако в случае с интервью для Мовсуна Гаджиева не могу не признать его умения найти среди обилия дискуссионных вопросов наиболее важный. «Зачем Вы, азербайджанцы, натягиваете на себя украинскую шинель?», - приводит он мою цитату и выбирает ее для заголовка.
2. И действительно, в ходе нашей беседы мы много говорили о пресловутой «солидарности» постсоветских государств на фоне «боязни России». Хотя сам этот «страх», скажем честно, надежно и основательно инструментализирован («секьюритизирован», говоря словами Барри Гордона Бузана). Вот мой простой вопрос азербайджанскому визави: «У Вашей страны 4 соседа, 4 границы. С кем из них она полностью демаркирована, делимитирована, подписан соответствующий договор?» Правильно, с РФ. Еще в 2010 году. С другими странами таких соглашений нет. Бойтесь тогда Иран или Грузию! Никак не могут наши соседи изжить пресловутую методологию «za naszą i waszą wolność». Как по мне слоган, уходящий корнями к польскому восстанию 1830-1831 гг., содержит в себя изрядную дозу лукавства и лицемерия. На практике же он сначала ведет к полному забвению прагматики в отношениях с Россией, институционализации троллинга РФ, искусственному раздуванию фобий. Чтобы потом в случае ответного «медвежьего рыка» из Москвы патетически восклицать: «Мы же Вас предупреждали!» Непраздный вопрос, зачем в эти игры играть Азербайджану.
3. Наша беседа началась с обсуждения встречи Владимира Путина и Ильхама Алиева в Душанбе. Рассмотрели фактическую канву событий, постарались проанализировать системные основания кризиса в межгосударственных отношениях. Постарался выдержать свои ответы в стиле реалиста, излишний оптимизм не уместен, а алармизм- не наш метод. Многое связывает Баку и Москву, повторять здесь что именно смысла нет, можно посмотреть видео. Но в то же время многое нас и разделяет, трудно не видеть этого. И понимать уже здесь и сейчас, новые проблемы в будущем не только возможны, но и неизбежны. Важно понимать, как купировать риски и возможные издержки вместо клятв о вечной любви. Управлять кризисами, выходить из них- вот что необходимо. И если получиться профилактировать «заморозки», а еще лучше их избегать, опять же при всех системных разночтениях.
4. Отдельно остановился на тезисе моего азербайджанского коллеги Ризвана Гусейнова о выдавливании России из мирного процесса в Закавказье. Странный аргумент! Из мирных процессов никто официально никого не исключает, интересы остаются. Разве можно сказать Азербайджану, ребята, не интересуйтесь Ираном, Грузией, каспийскими странами и Сирией? Так и России невозможно указать на дверь! И штатовское миротворчество не детерминировано навсегда, и ослабление российского влияния в отдельно взятом регионе не означает полного ухода из него. Ну перехватили Штаты инициативу, такое и раньше бывало, и, не исключено, будет. Но Россия не оставит вниманием окружающие страны, ибо без безопасного «ближнего зарубежья» нет и внутренней безопасности, не говоря уже о международных амбициях.
5. Полную запись см. здесь: https://www.youtube.com/watch?v=a5UzKp-mc54

СНГ и российско-азербайджанские отношения
Обсуждение на канале РБК в программе «Что это значит?»

1. Вместе с коллегой Василием Кашиным из Вышки обсудили два вопроса. Понятное дело, душанбинское турне Владимира Путина в канун уикенда оказалось в центре внимания. Здесь многоплановый интерес. Российско-таджикистанская повестка, саммит (второй по счету) «Россия-Центральная Азия», переговоры с Ильхамом Алиевым (первые в этом году) и, наконец, саммит СНГ.
2. Наше включение с 20-й минуты. Обозначу свои тезисы. Относиться к СНГ надо как к процессу. Организация, начиная с декабря 1991 года и до наших дней менялась. Это- часть трансформации всего бывшего советского, а ныне постсоветского пространства. Были у СНГ и свои заслуги, особенно в 1991-2000 гг., но были (и остаются) пределы и ограничители. Как ни крути, а из инструмента, пускай цивилизованного, но развода семью не построишь. И потому появлялись разные мини-СНГ (ОДКБ, ЕЭАС) или СНГ+ (тот же ШОС еще задолго до объявления о собственно Содружества с плюсом в октябре 2025 года). Но, как ни крути, все евразийские проекты вышли, как из гоголевской «Шинели», из СНГ.
3. Российско-азербайджанские отношения – тоже процесс, а не отдельный акт. Были за три десятилетия с лишним после распада Союза у нас и взлеты, и падения. И после «исторической встречи» в Душанбе могут быть, без иллюзий. «Украинофильство» Баку также появилось не в 2024-2025 гг., а намного раньше. И останется, ибо принципы «территориальной целостности» и «территориально-целостной» солидарности у Азербайджана сродни светскому символу веры. Значит наряду с визитами в Москву, договорами и соглашениями, будут и пасы в сторону Киева, к бабке ходить не надо. «Кризис эмоций» - интересное определение. Но эмоции просто так не возникают, значит есть разночтения. И значит их надо купировать, переводить все в области прагматики и взаимной выгоды.
4. Запись видео см.: https://tv.rbc.ru/archive/chez/68e93a622ae596ebf86264e3

Дискуссия в двух частях с Александром Искадаряном для проекта «РусАрмИнфо»

1. Продолжаем обсуждать итоги душанбинского саммита СНГ, особенно его поля». Две части нашей беседы- это в общей сложности чуть более получаса.
2. В своих фрагментах остановился на наиболее важных итогах встреч в Душанбе (переговоры Владимира Путина и Ильхама Алиева, саммит «Россия-Центральная Азия»). Обговорили также влияние российско-азербайдажнского «потепления» на кавказский региональный контекст.
3. Не могу сказать, что с моим собеседником у нас значительные расхождения, скорее разная в чем-то нюансировка. Он более критичен и скептичен в отношении стратегического влияния России на Кавказе. Мне представляется, что еще рано «сливать воду», за присутствие в регионе, имеющем стратегическое значение, еще можно и нужно побороться. Другой вопрос, что ресурсов на все не хватает, приоритеты пока не складываются так, что Кавказ- это центральный сюжет российской внешней политики.
4. В принципе оба оратора согласны с тем, что «кризис эмоций» в отношениях Баку и Москвы имел свои пределы уже с первой минуты его развития, стороны не были заинтересованы в его углублении. Но и о полном тождестве интересов говорить не приходится, есть целый ряд разночтений. Посткарабахская реальность заставляет многое менять, что называется «по ходу пьесы».
5. Честно сказать, не в диком восторге от заголовков, но смотрите дальше, чем прочтение названий материалов. Видео здесь (две ссылки): https://youtu.be/NAH62pV6HdM?si=QycrM8uDpk96YooG
https://youtu.be/R2OJi4JMKzw?si=9hNCkVBet17z4IVI

Под рубрикой «Возвращаясь к написанному»

1. Этот текст был написан в начале июля 2025 года. И опубликован в «Русском Форбсе». Выводы, обозначенные тогда, остались актуальными и сегодня. И главное, что душанбинская встреча Владимира Путина и Ильхама Алиева полностью подтвердила тот прогноз. Поэтому не откажусь от приятного самоцитирования.
2. Железной предопределенности к сценарию полного разрыва между двумя странами нет. Отношения удерживают несколько «якорей». Во-первых, общая граница и общие вызовы безопасности. От того, что Баку и Москва ссорятся друг с другом, религиозная радикализация никуда не исчезнет, для экстремистов светские режимы в России и в Азербайджане — одинаковые враги. Во-вторых, фактор диаспоры, которая, конечно же, не едина. Вряд ли этнический азербайджанец из Южного Дагестана, трудовой мигрант из азербайджанского Хачмаза, приезжий из грузинского Гардабани или человек, родившийся в Москве или Санкт-Петербурге, — это один и тот же социальный типаж. Но укорененность в России многих выходцев из Азербайджана или азербайджанцев с российскими паспортами — то, что связывает два государства. Хотя подобные связи не только приносят выгоды, но и имеют очевидный конфликтный потенциал. В-третьих, у Москвы и Баку есть заинтересованность друг в друге на международной арене. Азербайджанские власти не могут не понимать роли России, например, в процессе демаркации границы с Арменией. Конечно же, стоит упомянуть и то, что первые лица двух стран стараются воздерживаться от прямого участия в информационных войнах. И последнее — по порядку, но не по важности. Отношения двух стран в прошлом — цепочка частых кризисов и выходов из них. Так что накопился опыт.
3. Но в той июльской статье был сделан еще один, не менее важный вывод. Сегодня он актуален для того, чтобы не впасть из одной крайности- алармистской в другую- триумфалистскую. Снова немного самоцитирования. Но все эти факторы не повод для благостных картинок. Очевидно, что идея «поменять Армению на Азербайджан» в качестве «главного друга» на Кавказе не состоятельна, отношения Москвы с Баку и Ереваном имеют свою собственную ценность и специфику. Никто не отменяет и системных противоречий, Россия и Азербайджан по-разному представляют себе мир на Кавказе, с этой реальностью надо научиться работать. И понимать, что нынешний кризис может оказаться не последним и не самым тяжелым. Тем паче, что инерционные сценарии поведения в этом важнейшем регионе Евразии близки к исчерпанию.

Саммит мира или наступление мира?

1. Специалисты-востоковеды наверняка дадут более детализированные и выверенные оценки саммиту, который состоялся в египетском Шарм-аль-Шейхе. Выскажусь, как педагог, читающий базовые курсы по истории международных отношений, современной мировой политике и внешней политике России в ведущих российских вузах. От студенческих и аспирантских вопросов не уйти, а в каждую аудиторию не приведешь академика Наумкина.
2. Итак, что имеем в условии задачи? Лидеры США, Египта, Катара и Турции подписали соглашение о прекращении огня в секторе Газа. Конфликт, который, начиная с 7 октября 2023 года, был одним из центральных пунктов мировой повестки, объявлен завершенным. «Вместе мы достигли того, что все считали невозможным. Наконец-то на Ближнем Востоке наступил мир», — заявил 47-й (он же в недавнем прошлом 45-й) президент США Дональда Трамп в своей речи перед двумя десятками лидеров стран, которые собрались на саммите в Египте.
3. Попробуем сделать несколько осторожных выводов. Вывод первый. Любой конфликт- не линейка. В нем, как правило, не бывает «конца истории». И методологию, которая настаивает на некоем раз и навсегда данном решении-урегулировании, следует признать непригодной. Хочу напомнить, что в 1994 году Ясир Арафат (1929-2004), Ицхак Рабин (1922-1995) и Шимон Перес (1923-2016) уже удостаивались Нобелевской премии мира за усилия по достижению мира на Ближнем Востоке, прежде всего за работу над Соглашениями Осло. Еще раньше, в 1978 году «нобелевку» получили Анвар Садат (1918-1981) и Менахем Бегин (1913-1992) за подписание соглашений в Кэмп-Дэвиде. Но за все эти годы количество не перешло в качество, мир на Ближнем Востоке так и не наступил. Причина банальна! Слишком различны представления ключевых игроков в этом турбулентном регионе о том, что считать миром. Тем более, что за последние полвека выросла роль негосударственных игроков, теперь уже подписей лидеров стран-членов ООН под документами недостаточно. ХАМАС сегодня многие хоронят, но не исключено ведь появление «честолюбивых дублеров». Да и противоречия между Израилем и Турцией, Израилем и Катаром, всеми ими вместе и каждым по отдельности с Ираном никто не отменял. Как никто не отменил и сложные этно-демографические процессы, которые за рамками научных кабинетов и обсуждать-то всякий раз опасно, столько неполиткорректного выльется не уши неподготовленных людей. Хотя и подготовленным мало не покажется! Словом, история продолжается. Но чисто по-человечески понятное возвращение заложников домой к своим близким не может быть синонимом прочного мира.
4. Вывод второй. Чрезвычайно вредна экспертно-аналитическая поспешность, небрежность и подмена анализа пропагандой и wishful thinking-ом. Уж сколько раз отечественные «творцы смыслов» твердили: Запад в упадке, многополярный мир уже стучится во все двери, «Глобальный Юг» правит. И что? И приехали представители этого «Юга» (да еще такие «ревизионисты» и «хулиганы», как Турция) в Египет, как миленькие. И согласились с модерацией США. Так может не будем уже заниматься убаюкиванием самих себя? Лучше жесткая правда, чем сладкая иллюзия! Можно смеяться над примирением «Абебаржана с Албанией», «Армении с Камбоджей» и над эстетически отталкивающим нарциссизмом хозяина Белого дома. Но факты остаются фактами. Штаты не хотят терять роль мирового лидера и обладателя «золотых карт» в отдельно взятых регионах. От этого многие устали? Да, конечно! И здесь для России открываются широкие коридоры возможностей. Вот только пользоваться ими надо по уму, не подменяя реалий сладкозвучными напевами!

Управление гневом: о чем говорят итоги встречи Путина и Алиева в Душанбе?
Статья в журнале «Профиль»

1. У Саммита СНГ, прошедшего в Душанбе 10 октября 2025 года, было мало шансов привлечь серьезное внимание политиков, журналистов и экспертов. От Содружества уже давно не ждут никаких интеграционных прорывов, «инструмент цивилизованного развода» по определению не может создать крепкую семью. Однако за несколько дней вокруг, казалось бы, рутинного дипломатического формата, обозначилась интересная интрига. Были анонсированы переговоры президентов России и Азербайджана Владимира Путина и Ильхама Алиева. Переговорам предшествовало серьезное охлаждение в двусторонних отношениях, жесткая риторика и взаимные обвинения, а также затянувшаяся пауза в личном общении президентов. Их встреча в Душанбе стала первой в 2025 году.
2. Владимир Путин, говоря о проблемах в российско-азербайджанских отношениях, назвал их не кризисом межгосударственного взаимодействия, а «кризисом эмоций». Действительно, государственные деятели - не машины, ничто человеческое им не чуждо. Тем более, в нынешнее турбулентное время, когда ставки на международной арене взвинчены. Но верно и то, что накал страстей тем выше, чем выше уровень и значимость проблем для того или иного государства. Поэтому для эксперта крайне важно определить причины этой повышенной эмоциональности, не поддаваясь при этом перепадам настроения.
3. В комментариях журналистов, взявшихся оценивать итоги душанбинской встречи, к сожалению, лейтмотивом стало выяснение, кто «моргнул первым» и в итоге уступил собеседнику. Путин напомнил Алиеву, что после крушения самолета азербайджанской авиакомпании AZAL принес извинения «за то, что трагедия произошла в небе России». Можно ли из этого делать далекоидущие выводы? Вряд ли. Сам Алиев приносил извинения в 2020 и в 2023 годах в связи с гибелью российских военных на нахичеванском участке армяно-азербайджанской границы и в Нагорном Карабахе. Так что тема эта не новая и не может служить основанием для рассуждений об усилении позиций одного из лидеров на международной арене.
4. Сегодня стали общим местом рассуждения о том, что наш мир меняется и никогда уже не будет прежним. Но утрата коллективным Западом положения гегемона – не единственное проявление этих перемен. Наряду с «закатом США» (который, на деле не столько закат, сколько лишь «начало конца») мы наблюдаем резкую активизацию «средних держав», имеющих экономические ресурсы, серьезные внешнеполитические амбиции и не готовых вписаться в логику «биполярного мира 2.0». Если говорить в этом контексте о Баку, то он формирует (и формулирует) новую пост-карабахскую реальность. В ней прежние статусы (формальные и неформальные) опрокинуты.
5. За последние пять лет Азербайджан прошел через несколько «кризисов эмоций». Вспомним хотя бы превращение Баку в антиколониальный хаб для национальных движений заморских департаментов Франции. В этом же ряду «кризис эмоций» в отношениях с Ираном после террористической атаки на азербайджанское посольство в Тегеране в январе 2023-го. Да и администрацию Джо Байдена Баку обличал, не особо стесняясь в выражениях. Поэтому «кризис эмоций» в отношениях с Россией не надо рассматривать, как нечто из ряда вон выходящее. Этот кризис стал частью программы утверждения новой роли Баку на мировой арене. Роль эта может нравится или нет, но она обеспечена военным успехом 2020-2023 годов, стратегической связкой с Анкарой и интересом к «обновленному Азербайджану» со стороны и Запада, и Ирана, и России, и КНР.
6. Значит ли это, что после встречи в Душанбе все вернется на круги своя? Большие перемены на Кавказе (да и во всем мире) продолжаются – стало быть и от новых эмоциональных всплесков и конфликтов никто не застрахован. В этих условиях надо не тешить себя иллюзиями по поводу вечной дружбы или столь же вечной вражды, а концентрироваться на том, чтобы политика была рациональной, а не эмоциональной.
7. Полный текст статьи см.: https://profile.ru/politics/upravlenie-gnevom-o-chem-govoryat-itogi-vstrechi-putina-i-alieva-v-dushanbe-1767510/

Закат «серого кардинала»: дело Рамиза Мехтиева

1. Во второй вторник октября Сабаильский районный суд города Баку октября вынес решение: отправить под домашний арест на 4 месяца Рамиза Мехтиева. Случись такое лет 10 или 15 назад, мы бы обсуждали главную сенсацию азербайджанской внутренней политики. Но сегодня об этой новости говорят люди, так или иначе следящие за положением дел в прикаспийской республике. Но, скажем честно, их не так уж и много.
2. Рамиз Мехтиев перешел в разряд почетных пенсионеров пять лет назад. 23 октября 2019 года президент Ильхам Алиев своим распоряжением отправил в отставку главу своей администрации. Но были ведь и другие времена! Мехтиев занимал пост руководителя президентского офиса на протяжении 24 лет! Но карьера этого политика и управленца стартовала еще в советский период, когда в июне 1980 года он был утвержден завотделом науки, а через полгода получил должность руководителя отдела организационно-партийной работы ЦК КП Азербайджана.
3. Экскурс в позднесоветскую историю в случае с Мехтиевым - не просто досужее любопытство. Деятельность отца действующего президента страны на этом посту в современном Азербайджане рассматривается, как своеобразная подготовка будущей независимости. И в этом процессе ключевая роль принадлежала, конечно же, Рамизу Мехтиеву. Он сохранил верность шефу в то время, когда тот в период «перестройки» оказался в «опале». Мехтиев же помогал возвращению Алиева-старшего во власть в 1993 году, а затем сыграл важную роль в трансфере власти от президента-отца к сыну. О нем долгие годы говорили, как о «сером кардинале» азербайджанской политики. И в самом деле, Мехтиев был эффективным управленцем, исполнял функции административного и политического медиатора между разными группами влияния. Но по мере укрепления силы и авторитета Ильхама Алиева опека со стороны «политического тяжеловеса» становилась обременительной. Что уж говорить о пост-карабахском периоде, когда речь зашла о месте в будущем учебнике национальной истории!
4. Сегодня много желающих порассуждать о «заговоре Мехтиева» или готовившемся им госперевороте. Праздное дело! Примерно, как дискуссии о «польско-японско-британских» шпионах в 1937-1938 гг. На наш взгляд, гораздо более продуктивен разговор о трансформациях национальной азербайджанской управленческой элиты. В 1990-х – начале 2000-х годов власть в республике строилась на основе двух региональных групп влияния –нахичеванской и «еразовской/арменистанской» (так называют в Азербайджане этнических азербайджанцев – выходцев из Армении).
5. С приходом к власти Ильхама Алиева в 2003 голу ситуация стала меняться. Нахичеванско-еразовская монополия была нарушена представителями других регионов страны. В дальнейшем можно было говорить о сосуществовании двух групп, выстроенных, скорее, не по региональному, а по «хронологическому» принципу: тех, кто сделал карьеру при отце действующего президента, и тех, кто осуществил свое политическое восхождение после прихода к власти Ильхама Алиева. Среди вторых стоит особо отметить «пашаевцев» (девичья фамилия супруги президента и первого вице-президента Мехрибан Алиевой - Пашаева). Примерно с 2018 года начался закат первой из двух групп. В апреле 2018 года свой пост покинул премьер-министр Артур Расизаде. В октябре 2019 года по этой же траектории пошли преемник Расизаде Новруз Мамедов (в возрасте 72 года) и 2 вице-премьера, 75- летний Гаджибула Абуталыбов и 71-летний Али Гасанов. В ноябре того же года другой Али Гасанов (по сути, главный идеолог власти) покинул пост помощника президента по общественно-политическим вопросам. «Чистка элит» была запущена задолго до «самолетного инцидента» -2024 и до кризиса в российско-азербайджанских отношениях. Не стоило бы, рассуждая о кейсе Мехтиева делать акцент на «большой геополитике». Даже, если с ее помощью что-то пытаются объяснять. Ильхам Алиев во внутренней политике действует, как ракета. Он постепенно отбрасывает ступени, которые вывели его на орбиту.

Кипрский маятник
Полемические заметки по итогам президентских выборов в непризнанной Турецкой республике Северного Кипра

1. В непризнанной Турецкой республике Северного Кипра (ТРСК) 19 октября прошли президентские выборы. И уже в первом туре победу со значительным перевесом (62,8%) одержал Туфан Эрхюрман (в сентябре он отметил свой 55-летний юбилей). СМИ подают эту новость, как сенсацию. И на первый взгляд, с журналистами трудно спорить! Победу одержал оппозиционер, он выиграл у действующего главы республики Эрсина Татара, политика, известного своими симпатиями к президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану и тесными связями с последним. Оба этих политика поддерживали идею «двух кипрских государств», предлагая, по сути, закрепить разделение острова по этническому принципу. Но Эрхюрман в этом вопросе занимает более гибкую позицию, выступает за переговоры и возможное объединение двух частей разделенного Кипра на федеративной основе. Снова эмоции захлестывают. Многие видят в электоральном успехе Эрхюрмана, прежде всего, поражение Эрдогана. Кто-то уже спешит предречь успех мирному процессу и скорый конец многолетнему правлению «турецкого султана».
2. Но не стоит искать легких путей в аналитике. Посмотрим на некоторые важные факты и нюансы. Про Эрхюрмана в последние пару дней пишут почти исключительно, как про оппозиционера. Между тем, он (юрист, специалист в области государственного права) имеет немалый практически опыт переговорщика в президентскую каденцию Мехмета Али Талата. В 2018-2019 гг. Эрхюрман также занимал пост премьер-министра в коалиционном правительстве Северного Кипра во время правления президента Мустафы Акынджи.
3. Заметим,Эрхюрман далеко не первый лидер ТРСК, кто выступает за объединение острова и завершение застарелого этнополитического конфликта. Отцом-основателем Северного Кипра считается Рауф Денкташ (1924-2012), который возглавлял ее с ноября 1983 по апрель 2005 гг. Конечно, он был одним из тех, кто непосредственно участвовал в конфликте и тех, кто создавал инфраструктуру непризнанной республики. В 2004 году Денкташ четко и жестко выступил против плана генсека ООН Кофи Анана (1938-2018) по объединению Кипра. Но турки-киприоты тогда проголосовали «за», а многолетнего «отца» ТРСК вскоре сменил на выборах Мехмет Али Талат, выступавший как раз за переговоры и компромиссы. Однако через 5 лет маятник качнулся в другую сторону. Талата сменил Дервиш Эроглу, сторонник жесткой линии и идеи «двух Кипров». Прошло еще 5 лет. И на смену Эроглу пришел Мустафа Акынджи, который двинул корабль ТРСК в сторону мирного процесса. За время своего президентсва он успел даже войти в клинч с Реджепом Эрдоганом. Как видим, два карьерных пика нынешнего триумфатора президентских выборов пришлись как раз на сроки Талата и Акынджи. Впрочем, в 2020 году Акынджи уступил пост президента Эрсину Татару, верному соратнику «султана» и стороннику «двух Кипров». Политический маятник в действии! Самое время появиться турко-киприотскому Семену Франку и написать некую региональную версию «По ту сторону правого и левого».
4. В 2025 году избиратели ТРСК выбрали «голубя мира» Эрхюрмана вместо tough guy Татара. Но никто не гарантирует от движения маятника в обратном направлении. Отсутствие явного прогресса в переговорном процессе может снова открутить стрелки часов на прежнее место. Так было уже не раз на протяжении последних двух десятилетий. Ведь скажем честно, не все зависит исключительно от доброй воли «голубей» из ТРСК! План Аннана, если кто забыл, похоронила именно греческая община. Да и грекам-киприотам консоциальная демократия a la Ливан также не сильно улыбается. Тем более, что в 1960-1970-х гг. она не спасла остров ни от гражданского противостояния, ни от внешнего вторжения.
5. Между тем, МИД Турции в своем пресс-релизе сообщает: «Мы поздравляем г-на Туфана Эрхюрмана, председателя Республиканской турецкой партии, который, согласно неофициальным результатам, победил на выборах». Собственно, и патрон Эрсина Татара Эрдоган поздравил победителя президентской гонки в ТРСК. Жизнь продолжается!

Говорит и показывает Бишкек
Круглый стол на «Спутник-Кыргызстан» (параллельно с видео-мостом с Астаной)

1. Сегодня обсудили проблемы Большой Евразии, интеграционные проекты, их конкуренцию на пространстве бывшего СССР+. Ведь как бы ни относится к идее, предложенной на саммите СНГ в Душанбе, о проекте СНГ+, есть одна неоспоримая вещь. Просторы Центральной Азии, Закавказья, европейской части постсоветского пространства становятся площадками взаимодействия, конкуренции и конфронтации с участием т.н. «внерегиональных игроков». Вот хотят они в игру, даже если не всегда соответствуют неким критериям «местных».
2. В круглом столе принимали участие помимо автора этого комментария кыргызский эксперт Кубатбек Рахимов, политолог из Казахстана Максим Крамаренко, начинающие исследователи из МГИМО аспиранты Матвей Царев и Назар Курбанов. Для двух представителей нового поколения это был вообще первый прямой эфир! Такое не забывается! И начинать когда-то надо!
3. Начали разговор с общих вводных, касающихся мировой политики. И сфокусировались на трех расхожих представлениях. Первое. Pax Americana стремительно деградирует, многоцентричный мир не за горами или уже наступил. Жаль, что американцам и представителям ЕС про это не рассказали, он-то все войны останавливают или пытаются наносить «стратегическим поражения» «вероятным противникам». Иронию в сторону, уходить с предстала никто не спешит. Второе. Мир становится многообразным и многоцветным, мы наблюдаем «бунт средних держав», попытки самоутвердиться в отдельно взятом регионе (или нескольких сразу). И это подталкивает к поискам интеграции. Третье. Интеграцию у нас не ругает только ленивый, «национальный эгоизм» провозглашен мерой всех вещей. Однако к разным интеграционным проектам проявляют интерес и Штаты, и КНР, и Индия, и Иран с Турцией (в последнем случае одна ОТГ чего стоит!). Значит и евразийскую интеграцию хоронить рановато! Другой вопрос, как пройти в оценках ее текущего состояния и будущего потенциала между двумя крайностями: «шеф, все пропало, грузите апельсины в бочках», и «все хорошо, прекрасная маркиза».
4. Все обстоит далеко не блестяще, проблемы есть изрядные, инерция былого испаряется на глазах, поводов для радостного оптимизма не так уж много.Но «весла сушить» преждевременно. Надо просто научиться включать рациональные резоны, убирать истерику, когда говорим о сложных сюжетах в спектре от военной. интеграции до миграции. «Не плакать, не смеяться, понимать», слава Спинозе!
5. Как это у нас получилось, судить Вам! Запись мероприятия здесь: https://vkvideo.ru/video-212418633_456239350

Концепция Большой Евразии: геополитические изменения и потенциал интеграции
Эфир на радио «Спутник-Кыргызстан»

1. Провели дискуссию в рамках авторской программы Кубата Рахимова «Об экономике и не только». Помимо нас в обсуждении принимали участие молодые исследователи из МГИМО Артём Баранов и Никита Тихонов.
2. Сегодня мир переживает глубокую трансформацию: формируется новая архитектура международных отношений, появляются разные центры силы, стремящиеся к самостоятельной роли на мировой арене. Все чаще в научных и политических кругах звучит понятие «Большая Евразия»— как идея объединения стран континента на основе общих интересов, экономических связей и культурного взаимодействия.
3. Что подразумевает концепт «Большой Евразии»? Возможна ли реальная интеграция в таком формате и какие формы она может принять? Почему формат «Центральная Азия +» становится одним из ключевых инструментов сотрудничества в регионе? Вот круг вопросов, который мы обсудили.
4. Начали с вопросов политгеографии и политгеографического конструктивизма. Как и кто понимает Евразию, какой смысл вкладывают в эту дефиницию. Далее посмотрели на два уровня интеграционных процессов: международный, в котором большие игроки проецируют свои намерения в регионы и региональный, где сами страны отдельных частей этого мира пытаются организовать комфортное соседство, безопасность и взаимодействие между друг другом и внешними акторами. Обсудили, среди прочего, реалии и перспективы и СНГ+ и СНГ-, теоретические и прикладные аспекты.
5. Слушайте аудиозапись: https://ru.sputnik.kg/20251024/1097391617.html?ysclid=mh5yszjlyo716715377

Москва - Баку. Примирение состоялось - противоречия остались?
Дискуссия на «Эхо Баку»

1. Россия-Азербайджан: «нормализация» продолжается? Завершен ли «кризис эмоций» или все намного сложнее? Попытались дать ответы на эти вопросы вместе с Тофиком Зульфугаровым. Обсудили текущую повестку двусторонних отношений, попытались рассмотреть уроки, которые необходимо извлечь из недавнего «похолодания». Мой собеседник- известный дипломат, четвертый по счету глава МИД постсоветского Азербайджана в марте 1998- октябре 1999 гг., а позднее- посол в двух прибалтийских республиках (Латвии и Эстонии).
2. В чем отличие нашей дискуссии от других аналогичных форматов? Выделю два момента. Мы не свели все к личным отношениям между Владимиром Путиным и Ильхамом Алиевым, хотя персональный фактор в постсоветской политике вообще и в российско-азербайджанских отношениях крайне важен. Но наша беседа охватывала и общественные умонастроения, и медийные мифы, и состояние дел в гуманитарной науке в России и в Азербайджане. По многим пунктам мы не пришли к единому мнению (впрочем, вряд ли это было вообще возможно). Тем не менее, наш спор носил рациональный характер, без переходов на личности, основывался исключительно на предположениях, подкрепленных фактами.
3. Важно то, что и автор этого поста, и мой визави пытались не только критиковать противоположную сторону (хотя и критики хватало), но и понять мотивацию Баку и Москвы. Скажем честно, такое не часто увидишь. Мой собеседник откровенно признался, что понимает российскую озабоченность перспективами Срединного коридора и американским вовлечением в кавказские дела. Естественно, не было и речи, что он полностью солидаризируется с моими выводами.
4. Наша общая позиция: Россия и Азербайджан, несмотря на «кризис эмоций», не были заинтересованы в углублении конфронтации («кризиса эмоций»). Но в то же время новая роль Баку на Кавказе и в Евразии в целом, укрепление позиций Турции и попытки США «держать руку на пульсе» сохраняют возможности для новых коллизий как минимум. Наши разногласия касались оценок состояния постсоветских исследований и пропаганды в наших двух странах. Пересказывать смысла не имеет, лучше послушать, аргументов там хватает с двух сторон.
5. Не могли пройти мимо и армяно-азербайджанского мирного процесса. Здесь особых открытий не было. Но со своей стороны скажу: подверг критике концепцию конфликта, как «российского крюка». Также считаю (и повторил данный тезис еще раз): всплеск нынешнего «миролюбия» не случился бы без изменений «на земле» в 2020-2023 гг. Не проговаривать это значит лукавить. Не наш метод!
6. Полную запись дискуссии см.: https://www.youtube.com/watch?v=1R8QvcXXs2o

Европейское «гнездо» и страны Южного Кавказа: «все сложно»

1. На сайте Европейского парламента объявление. В период с 28 по 30 октября в Ереване на площадке Национального собрания пройдет очередная, двенадцатая по счету сессия парламентской ассамблеи «Евронест».
2. Несколько слов об этом формате. Учредительный акт Ассамблеи был подписан 3 мая 2011 года. Одним из ее первых медийно «раскрученных инициатив» стала резолюция от 3 апреля 2012 года, обращенная к Киеву. Она содержала требование скорректировать украинский национальный УК в контексте «кейса Юлии Тимошенко». Цель данного проекта- повышение уровня координации парламентариев из стран ЕС и государств-участников Восточного партнерства.
3. Октябрьская сессия стартует сегодня в столице Армении. И не случайность. Ереван 4 мая 2026 года (то есть фактически за месяц до главной кампании пятилетия- парламентской) примет VIII саммит Европейского политического сообщества (ЕПС). Не исключено, что там правящая партия «Гражданский договор» получил приз в виде безвиза в страны Шенгена. И это может стать одним из козырей уже во внутриполитической игре, власти покажут некий success story на путях евроинтеграции. Что, конечно же, не приблизит Армению к членству в ЕС, ведь там в очереди уже такие евроинтеграционные «ветераны», как Сербия, Северная Македония или хотя бы Грузия с Молдовой и Украиной. И с ними «все сложно».
4. Впрочем, а кому сейчас легко? Если Ереван с большой помпой принимает «Евронест», то Грузия отказывается от участия в форуме. По словам спикера парламента республики Шалвы Папуашвили, формат «Европейского гнезда» уже не соответствует его первоначальным интенциям. «Сам факт того, что на этом заседании будут представлены только две страны- принимающая сторона Армения и, кроме нее, Украина - уже говорит о том, что Европарламент действует неправильно», - резюмирует политик. Он имеет в виду отсутствие на форуме нескольких участников Восточного партнерства, созданного в 2008-2009 гг., как некий «подготовительный класс» для вступления в Евросоюз. В октябре-2025 в Ереване не будет Белоруссии (после 2020 года понятно почему). Не приедет в столицу Армении и грузинская делегация. Причина также проста. Европарламент не признает легитимности выборов в Грузии, а значит и действующего правительства. Напротив, в Ереване ждут лидеров грузинской оппозиции. «Европарламент показывает нам, кого он считает представителями Грузии. Они считают голосом Грузии „Нацдвижение “»,- говорит Папуашвили! Именно так, в Брюсселе хотели бы видеть в Тбилиси более сговорчивых и покладистых проводников евроинтеграционных проектов.
5. Не будет в Ереване и азербайджанских представителей. Кто-то скажет: «Предсказуемо, ведь конфликт с Арменией до конца не урегулирован». Это и так и не так одновременно! Неразрешенность застарелого противостояния не стала препятствием для недавнего гражданского форума представителей НПО Азербайджана и Армении, который прошел меньше недели назад в Ереване. Понятное дело, что без согласия властей двух стран «общественники» не встретились бы. И не подавали бы этот формат как новый уникальный прорыв на пути к миру. Руководитель азербайджанской делегации в «Евронесте» Таир Миркишили заявил, что его страна не будет представлена в Ереване в связи с заявлениями Европарламента, которые «подрывают мирный процесс». Впрочем, европарламентарии не раз и не два принимали разные жесткие резолюции по Азербайджану. И далеко не только в контексте конфликта, но и по внутриполитическим вопросам.
6. Впрочем, сессия все равно состоится. На Южном Кавказе, где из трех стран представлена лишь одна. И на постсоветском пространстве, где из шести стран-партнеров ЕС на сессии «Евронеста» присутствует лишь половина от списочного состава. Но разве это помешает новым декларациям о progress, success and democracy? Риторический вопрос!

Тюркская интеграция: от «фестивальной» к реальной?
Интервью Азизу Пиримкулову для «Eurasia Today»

1.На фоне недавнего саммита Организации тюркских государств (ОТГ) в Габале, где обсуждались вопросы экономического сотрудничества и возможного военного формата, тема тюркской интеграции вновь оказалась в центре внимания международной политики. Страны региона активно ищут баланс между символическим объединением и реальными стратегическими интересами, включая и военные аспекты.
2.С образованием Тюркского Совета в 2009 году многие комментаторы скептически воспринимали эту организацию, определяли ее как «фольклорно-выставочную». Но события 2020–2021 годов придали тюркской интеграции новые импульсы. Что же случилось в 2020-2021 году?
3. Слом военно-политического статус-кво в Нагорном Карабахе (он держался там с мая 1994 года, с момента вступления в силу Соглашения о бессрочном прекращении огня) случился в ноябре 2020 года.
Поддержка Турцией Азербайджана во всех аспектах конфликта стала демонстрацией силы, влияния и способности проецировать влияние не только в кабинетах. И это, конечно, повлияло и на потенциал интеграционных проектов под эгидой Анкары. Заметим, что Тюркский Совет трансформировался в Организацию тюркских государств в ноябре 2021 года! Ровно через год после «второй карабахской» войны.
4.Сегодня ОТГ находится на этапе переосмысления формата интеграции. Фестивальный и символический этап прошел, организация делает шаги к более серьезной политической роли, хотя этот процесс пока, скорее, на начальном этапе. Чтобы стать «рабочей» организацией, нужны институциональные шаги: создание полноценного штаба с постоянными миссиями, формирование бюджета для совместных проектов и регулярные координационные механизмы.Исторические успехи Турции и Азербайджана в Карабахе показывают, что интеграция возможна не только символически, но и в практической сфере — военной, дипломатической, экономической. Пока же ОТГ находится на стадии транзита, со стремлением превратить «фестиваль» в инструмент реальной политики.
5. Тюркская интеграция сегодня многоуровневая и разнонаправленна. Для стран Центральной Азии — это прежде всего культурно-экономический вектор. Для Азербайджана — уже и военно-политический. Турция же через этот тандем с Баку стремится продемонстрировать свою независимость не только от России, но и от Ирана, а также от Запада. Анкара пытается капитализировать своё особое положение между Востоком и Западом, превращая роль посредника в элемент политического капитала.
6. Чтобы не пересказывать все интервью, размещаю полный текст здесь: https://eurasiatoday.ru/tyurkskaya-integratsiya-ot-festivalnoj-k-realnoj-ekspert-o-budushhem-organizatsii-tyurkskih-gosudarstv/

Нас ОТГ волнует как инструмент для наращивания контактов между Центральной Азией, Азербайджаном и Западо
Интервью Кириллу Кривошееву для проекта POLITIK Центральная Азия

1. После публикации вчерашнего интервью по тематике тюркской интеграции получил несколько писем и звонков. Например, мой уважаемый коллега из Казахстана, авторитетный исследователь-международник спрашивал, не переоцениваю ли я вызов со стороны ОТГ и вообще насколько для России опасны идеи тюркской солидарности? Ответ и прост и сложен одновременно. Рискну предположить, что нашей стране опасны не народы, не интеграции как таковые. Опасения возникают в связи с попыткой создания региональных или трансрегиональных объединений, которые нацелены на минимизацию российского влияния в разных сферах. Риски есть и из-за попыток внешних акторов инструментально использовать недовольство Москвой по тому или иному поводу для такой «диверсификации», которая де-факто тождественна снижению влияния РФ. Увы, опыт последних трех десятилетий на постсоветском пространстве (на весь мир не стану замахиваться) показывает, что такие опасения совсем не беспочвенные, а напротив, имеют основания!
2. В контексте таких вопросов интервью с моим земляком Кириллом Кривошеевым мне представляется весьма полезным. Мы в нашем разговоре словно предвосхитили интерес и коллеги из Казахстана, и других исследователей из стран СНГ, ЕАЭС, ОДКБ (того что мы называем пространством Большой Евразии).
3. У Турции здесь очень непростая роль. Да, это единственная страна НАТО, которая не ввела санкции против России, но из самого НАТО она не уходит и уходить не собирается. И более того, когда возникают сложности, Турция всегда любит позиционировать себя как часть коллективного Запада. Например, возникает миграционный кризис 2015 года — и Турция объявляет Евросоюзу, что делает его работу, сдерживая мигрантов. А сбив российский самолёт в Сирии, турецкие политики первым делом вспомнили про 5-ю статью НАТО — о коллективной защите. Много также известно о турецко-британском сотрудничестве. Или пресловутый Срединный коридор. Это ведь популярная тема в ОТГ сейчас, но это, мягко говоря, не то, что нужно России. А вот про нужный России маршрут Север-Юг они почему-то не говорят. Есть и ревность, на мой взгляд, обоснованная. Казахстан и Кыргызстан — это союзники России, представленные в ОДКБ. Узбекистан там не представлен, но он важный партнер Москвы на двусторонней основе, как и Азербайджан. И потому вызывают вопросы, например, транспортные коммуникации без российского участия, на запуск которых средства будут, скорее всего, искать на Западе. 
4. Полная версия беседы: https://politik.uz/politika/nas-otg-volnuet-kak-instrument-dlya-narashhivaniya-kontaktov-mezhdu-czentralnoj-aziej-azerbajdzhanom-i-zapadom-sergej-markedonov

Возможно, предложат безвизовый Шенген, но не уверен, что это поможет процессу примирения
Интервью Айку Дерзяну (программа «Триггер», проект 168.am, Армения)

1. Наша беседа состояла из нескольких блоков. Начали с «украинского вопроса». Сейчас практически все разговоры о проблематике постсоветского пространства начинаются с Украины. Не так важно, что конкретно разбираем, Казахстан или Армению, Молдавию или Киргизию. Высказал несколько важных тезисов. Во-первых, не надо сверх меры «геополитизировать» проблему. Не Трамп и не Си будут решающими фигурами в развязке СВО, а положение дел «на земле», а не в Овальном кабинете или в Форин офис. Во-вторых, сам украинский конфликт имеет много уровней. И остановка военного противостояния сама по себе без урегулирования других проблем (от территорий до статуса Украины на международной арене). И если уж в конфликте имеется идентитарный момент, то как и на Ближнем Востоке, и на Кипре, и на Индийском субконтиненте, скорой развязки не жди.
2. Следующая часть беседы была посвящена российско-азербайджанским отношениям. Отметив важность персональной дипломатии президентов двух стран и «личную химию» в их отношениях, высказал два важных соображения. Нельзя недооценивать общественный фактор (медиа, блоггеры, образование и прочее) в контексте смены поколений. Алиев Алиевым, а есть представления о России, как просто об одном из иностранных государств среди азербайджанской молодежи. Уже дает о себе знать работа национальной «политики памяти», школьных учебников, фактор широкой интеграции с Турцией. Конечно, нельзя забывать и о переформатировании статус-кво на Кавказе, особенно в 2020-2023 гг. И про другие «кризисы эмоций» Азербайджана с западными странами, в том числе. Есть системные основания для будущих коллизий, важно уметь управлять ими.
3. Мирный процесс. Рассмотрел его как конкурентную площадку, проанализировал инструментальные аспекты миротворчества. Попытался ответить на вопрос: «Что такое программа мира для Армении». Не только во внешнеполитическом контексте, но и, прежде всего, во внутриполитическом.
4. Армения-ЕС. Позади сессия «Евронеста» в Ереване, а впереди- саммит ЕПС в будущем году. Скорее всего, Евросоюз «подарит» Армении безвизовый Шенген в надежде на выборы-2026. Это тоже будет инструментом не только в «большой геополитике», но и во внутриармянской борьбе за власть.
5. Полная запись интервью:https://ru.168.am/2025/10/31/36392.html

Новое вино и старые мехи
Молдавская версия


«И притчу сказал им: никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из новой ткани; иначе и новую раздерет, и к старой не подойдет заплата от новой. И никто не вливает вина молодого в мехи ветхие; а иначе молодое вино прорвет мехи, и само вытечет, и мехи пропадут».
Лк. 5:36–39



1. В первый день ноября у Молдавии появился новый премьер-министр. Президент Майя Санду приняла присягу главы кабмина и членов его правительства. Парадокс в том, что обновление исполнительной власти происходит в старой системе, которая работает уже более четырех лет. Выиграв в ноябре 2020 года во втором туре президентские выборы, Майя Санду столкнулась с нелояльным парламентом и перспективами двоевластия. Посчитав такой сценарий неблагоприятным для себя, она инициировала досрочные парламентские выборы. И выиграв их, начала процесс политической гомогенизации в стране. Перечислять этапы этого «большого пути» не будем, они в целом известны и изучены. Заметим лишь, что в 2024-2025 гг. Санду и ее команда повторили комбинацию предыдущего электорального цикла. И закрепили свои предыдущие успехи. По всей видимости, как минимум, на следующие 4 года.
2. Когда ЦИК Молдавии объявил об итогах парламентской кампании, стало ясно, правящая партия не просто победила. Получив 55 из 101 мандатов, она приобрела право формировать правительство без создания поствыборных коалиций. И вот здесь открылась новая интрига. Верный президенту и идеологически целостный премьер Дорин Речан, занимавший должность главы кабмина с 16 февраля 2023 года, объявил о своей отставке. Понятное дело, такие экспромты, как правило, основываются на «домашних заготовках». На смену «агитатору-горлану-главарю» (это, если что, цитата из Владимира Маяковского) пришел тихий и непубличный «технократ» Александр Мунтяну.
3. Практически нулевой опыт в публичной политике Молдавии (и это к 61 году!), но немалый стаж в бизнесе и консалтинге за рубежами республики. 20 лет из них в соседней Украине. Настоящий гражданин мира, как минимум Румынии и США. Сам Мунтяну называет себя «американцем молдавского происхождения». Про роль диаспоры в электоральных кампаниях в Молдавии в последние годы написаны уже тома литературы. Количество перешло в качество. Englishman in New York Не наш человек в Киеве и в Штатах был предложен на пост премьера. Выступил с программой, был утвержден и принес присягу. В общем, смотрите, кто пришел!
4. Впрочем, хорошо бы еще понимать с чем и как он пришел! За кандидатуру Александра Мунтяну проголосовали 55 сандовцев. Оппозиционные фракции (представляющие широкий спектр разнообразных политических сил) не принимали участие в голосовании. Снова и снова молдавская власть игнорирует многосоставность, укрепляет линии общественно-политических разломов, назойливо продвигая свою повестку как единственно правильную. Между тем, в состав мунтяновского кабинета не был включен глава (башкан) Гагаузии, хотя это и положено по Конституции. Излишне говорить, что Евгения Гуцул находится сегодня далеко от властных кабинетов... Зато Мунтяну аттестовал себя как активного поборника евроинтеграции. И даже анонсировал отставку при условии, что к 2028 году, его правительство не добьется заветного членства Молдавии в ЕС.
5. И здесь начинается самое интересное. Система Санду укрепилась сверх прежнего. Во главе кабмина поставлен человек без опыта публичной политики, «технократ», а не трибун. Но в то же время нельзя не заметить, что молдавская власть просто железной хваткой связала себя с евроинтеграцией. Перефразируя того же Маяковского, в Кишиневе отныне Майя Санду и евроинтеграция- «близнецы-сестры». И любые проблемы (и тем более провалы) на этом пути будут отбрасывать тень и на правительство, и на продвигаемые им проекты. Ожидания высоки, авансов много, чего не скажешь о реальных ресурсах, возможностях и качестве политэлиты. Тем паче, что про сладкие перспективы сближения с ЕС власти говорят охотно в отличие от таких болевых узлов, как Приднестровье, Гагаузия, сельское хозяйство и «социалка».

Барев, Ереван
Интервью с Геворгом Меликяном в ереванской студии для программы «Status Quo» (проект «Euromedia 24»)

1. С журналистом Геворгом Меликяном мы знакомы уже более пятнадцати лет. За нашими плечами совместный опыт интервью, бесед, дискуссий. Всегда они посвящены острым вопросам. Мы часто не сходимся в оценках, а мой визави, конечно же, не поклонник моего «империализма с человеческим лицом». Однако всегда отдавал и отдаю должное мастерству Геворга-интервьюера. Он никогда не пытается перебивать, продвигать какие-то нотации, ему интересно разговорить собеседника и представить его (то есть мой) взгляд. Любите или ненавидьте, но вот он какой Сергей Маркедонов при ответах на вопросы интервью!
2. Сегодняшней нашей темой стали российско-армянские отношения, их современные состояние. Казалось бы, тема избитая и изъезженная вдоль и поперек. Отношения сложны, они не те, что пять или десять лет назад. Про Армению у нас много говорят как про страну, уходящую на Запад. Или уже ушедшую под водительством премьера Никола Пашиняна. О России в Армении многие говорят как про «большого брата», забывшего «брата малого», а потому толкнувшего меньшего на путь злосчастной диверсификации.
3. Начал свой ответ на вопрос с фокусировки на фундаментальной проблеме. Армения (и этот процесс начался еще до «бархатной революции») начала перезагружать свой национальный проект, менять сложившиеся идентитарные основы, переосмысливать такие традиционалистские принципы своей внутренней и внешней политики, как Карабах, «спюрк» (диаспора), Армянская апостольская церковь. Предлагая и обсуждая идею «Реальной Армении», власти и общество республики, неизбежно подходят к вопросу о месте и значении России в обновленном дизайне. И все это в условиях, когда наша страна многое переосмысливает (и себя, прежде всего), пытается бороться за многоцентричный мир (не обещающий нам рая, просто новый набор проблем, рисков и вызовов). Говоря словами Дмитрия Тренина, мы наблюдаем «переиздание Российской Федерации» . В общем, «все сложно».
4. В этих непростых контекстах ключевая проблема (она же трудность)- целеполагание. Имея сложности в двусторонних отношениях, мы должны задаться вопросом. Надо ли нам переосмысливать наши ошибки, преодолевать кризис доверия или опрокидывать стратегическое союзничество? Собственно, наша беседа и стала попыткой ответа на этот фундаментальной вопрос.
5. Полную запись нашей беседы см.: https://youtu.be/wdwlmyTdLI0?si=aL1gAUkKjIwDNwwX

О мифологизации TRIPP (The Trump Route for Peace and Prosperity) Комментарии «на полях» Форума Центра Орбели

1. Вскоре после того, как был парафирован мирный договор между Арменией и Азербайджаном, практически по горячим следам, находясь в Вашингтоне, премьер-министр Армении Никол Пашинян в интервью «Fox News» сказал, что это замечательный проект, к которому присоединится и Россия, и Иран, и есть возможности для этого. Более того, вскоре после этого на встрече с президентом Ирана Масудом Пезешкианом премьер Армении пытался убедить его в том, что ничего страшного, никакой угрозы проект, который инициирован Соединенными Штатами, не несет. Позволю себе немножко сарказма - а Трампу уже рассказали про содержание интервью Никола Пашиняна? Он в курсе, что его инициатива принесет выгоды Москве и Тегерану?
2.На фоне дефицита информации TRIPP стал неким пиар-проектом, который воспринимают как что-то эксклюзивное и новое. Но это не так, соответствующий пункт есть в трехстороннем заявлении 2020 года, документ о разблокировке подписывали в январе 2021 года в Москве. Кроме того, до 2022 года президент РФ Владимир Путин, глава МИД Сергей Лавров, вице-премьер Алексей Оверчук предлагали разблокировать коммуникации, оставив спорные вопросы о статусе на потом. Складывается ощущение, что происходит некая мифологизация, якобы появился некий универсальный план, универсальная отмычка, которая все проблемы региона решит. Но сама идея разблокировали транспортных коммуникаций- не ноу-хау Трампа, Россия до него говорила об этом, как минимум 4 с лишним года!
3.Сегодня очень много говорится о мире как альтернативе войне. Однако, любой мир, любая война всегда выстраиваются вокруг чьих-то интересов. Поэтому делать вид, что какой-то абстрактный мир выстраивается в космосе, где нет конкуренции, нет борьбы, что Кавказ - это уникальная некая точка, которая оторвана от Украины, от Юго-Восточной Азии, от Ближнего Востока - это, мягко говоря, не научно и не экспертно.
4.Сегодня много говорится о том, что Армения и Азербайджан сделали шаг вперед. Про эти «прорывы» я слышу много лет, «прорывов» очень много. Но Армения говорит, что «коридор» — это недопустимое слово. Азербайджан же, устами первого лица, говорит о том, что предпочел бы не видеть армянских пограничников в этом самом коридоре. Вы хотите сказать, что это мир, что все вопросы сняты?
5. Полная версия материала: https://am.sputniknews.ru/20251104/ssha-altruizmom-ne-zanimayutsya-markedonov-o-mifologizatsii-tripp--95462908.html