Новый посредник между Азербайджаном и Арменией или геополитический дебютант на Кавказе?

1. Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси посетил Баку и Ереван. В ходе беседы с президентом Армении Ваагном Хачатуряном египетский лидер заявил, что у его страны «нейтральная позиция в отношении армяно-азербайджанского конфликта, и в этом смысле, если вы принимаете наше посредничество и хотели бы, чтобы мы посредничали или взяли на себя такую роль, то мы готовы». Означает ли это, что у России, США, Европейского Союза в целом и Франции, как одного из членов ЕС появляется новый конкурент на ниве миротворчества?
2. Ранее Каир не был слишком активен на кавказском направлении. Более того, Абдель Фаттах ас-Сиси посетил Баку и Ереван впервые. И понимая, что мирное урегулирования застарелого конфликта и для Азербайджана, и для Армении – важнейший приоритет, он пытается закрепить свой позитивный имидж в обеих странах. Но дипломатический протокол и реальные дела далеко не всегда и не во всем совпадают. Так что же Египет ищет на Кавказе? Что толкает его активизировать свои действия на этом направлении?
3. В последнее десятилетие египетские интересы не раз пересекались с турецкими. В 2013 году, после того, как в Египте военные во главе с ас-Сиси свергли президента Мухаммеда Мурси, Анкара разорвала отношения с Каиром. Идеологически Мурси был близок президенту Эрдогану, а исламистская оппозиция, разгромленная египетскими «силовиками», обосновалась в Турции. Далее Каир и Анкара столкнулись в Ливии (ас-Сиси и Эрдоган поддерживали разные силы, противостоящий друг другу в этой африканской стране). Не сошлись они и по поводу перспектив Сирии (Египет был за Башара Асада, а Турция- категорически против). В общем, проблем в двусторонних отношениях накопилось немало, хотя и попытки нормализации также время от времени предпринимались.
4. После второй карабахской войны 2020 года Турция значительно усилила свои позиции на Кавказе. И пытается искать «пакетных решений», связывая кейсы Сирии, Карабаха, Ливии в один сложный геополитический узел. Сам Кавказ переживет процесс «истернизации», взаимосвязь региона с Ближним Востоком укрепляется. Имеются резоны понять эти процессы, лучше их воспринять и подготовиться к ним. Тот же Азербайджан – важный военно-политический партнер Израиля, с которым у Египта свои особые отношения. Армения- союзник России, а у Каира имеется заинтересованность в углублении контактов с Москвой. Скорее всего, для египетской внешней политики кавказское направление будет ценно не само по себе, а в более широких ближневосточных контекстах. К тому же Египет на международном уровне последовательно продвигает свой имидж, как успешного государства- посредника.
5. Есть у Каира интересы и помимо геополитики. Азербайджан имеет самую сильную экономику в Закавказье, а Армения- член ЕАЭС, ставшая своеобразным «шлюзом» для России в условиях непрекращающегося санкционного давления Запада. Каир не стремится вести борьбу с Москвой. Напротив, ему интересны различные схемы сохранения партнерства. И кавказское окно ЕАЭС может оказаться полезным.
6. Таким образом, видеть в Египте нового регионального «челленджера» для Закавказья пока что не представляется возможным. Но интерес к расширению своих возможностей на евразийском направлении очевиден.

Грузия между Россией и Украиной: международные и внутриполитические аспекты

1. Если попытаться одним словом охарактеризовать грузино-российские и грузино-украинские отношения, то парадокс будет самым емким определением. Судите сами.
2. У Москвы и Тбилиси нет дипломатических отношений, грузинское общество считает Россию ответственной за утрату Абхазии и Южной Осетии, а РФ опасается вступления Грузии в НАТО. Грузия в 2009 году создала прецедент выхода из СНГ, а сегодня она считает США и ЕС своими стратегическими союзниками. Однако Россия по итогам 2022 года- второй после Турции торговый партнер Грузии. Грузинский экспорт в РФ за прошлый год вырос почти на 9%. Более $2 млрд. переводов из России в Грузию за предыдущий год. Рост грузинского ВВП в прошлом году вырос почти на 10%, и российский вклад здесь весом.
3. В 2023 году исполняется 30 лет с момента подписания грузино-украинского Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Обе страны синхронно получили приглашение в НАТО в апреле 2008 года. Грузия и Украина были «модельными» странами для «цветных революций». Они вместе создавали ГУАМ (Организацию за демократию и экономическое развитие), практически синхронно подписывали Ассоциацию с ЕС, получали друг за другом безвизовый Шенген, стали «трио отличников» (вместе с Молдавией) в проекте «Восточное партнерство». Однако с началом СВО на Украине Грузия, присоединившись к некоторым санкциям, не вводила своих специальных антироссийских санкционных мер. Она отказалась «капитализировать» свои отношения с Западом ценой ухудшения отношений с северным соседом. Как следствие, Тбилиси в отличие от Киева и Кишинева отказали в статусе кандидата в члены ЕС. При этом представители официального Киева (Владимир Зеленский, Давид Арахамия) все чаще стали выступать с идеей «смены грузинского режима».
4. Как объяснить эти парадоксы?
5. Грузия в своем «бегстве от России» всегда избегала тотальности. Здесь ее принципиальное отличие от Украины. Даже после «пятидневной войны» 2008 года российское бизнес-присутствие в Грузии не уменьшилось, а увеличилось. Сегодня это кажется странным, но именно Михаил Саакашвили отменил для россиян въездные визы. А уж после его ухода была сделана заявка на «нормализацию без пересечения красных линий» (Абхазия и Южная Осетия). И вот тут парадокс парадоксов. В грузинском обществе есть запрос на лучшие отношения с северным соседом, а вот запроса на субстантивный разговор с бывшими автономиями по большому счету нет (размышления Мамуки Арешидзе, Ивлиана Хаиндравы и ряда блестящих интеллектуалов- это отдельная история, она не за «весь Тбилиси»). Но и абхазы, и южные осетины- не крепостные, чтобы передавать их от хозяина к хозяину, тут все сложнее, как минимум.
6. Внешнеполитические приоритеты Тбилиси сильно зависят от внутренних раскладов. С 2011-2012 гг. «нервом» грузинской политики является противостояние Михаила Саакашвили и Бидзины Иванишвили. И экс-президент Грузии, переживший в своей жизни «украинский» период, принимает на себя все трудности и неоднозначности в отношениях между Киевом и Тбилиси. Перефразируя слова известного уроженца имеретинского городка Багдати, «мы говорим Саакашвили, подразумеваем Украина». Для лидеров ныне правящей партии «Грузинская мечта» фигура третьего президента Грузии и украинские интересы стали во многом тождественными. Зря, что ли, Саакашвили, то майку в «жовто-блакитной» гамме наденет, то затянет «Державний гімн України».
7. Грузинский внешнеполитический прагматизм сегодняшнего дня- отрадное явление. Но он не должен создавать благостной картинки. Оппозиция действующему правительству настроена весьма проукраински, как и президент Саломе Зурабишвили (хотя в парламентской республике ее полномочия и ограничены). И оппоненты власти намерены действовать! Плюс добавим к этому внешнее давление. Не считаться с ним правительство и «грузинский Дэн Сяопин» Иванишвили не могут, даже если бы сильно этого хотели.

Борис Ельцин и российская внешняя политика (полемические размышления к дню рождения первого президента России)

Вместо предисловия
Противопоставление первого и действующего президентов России- общее место в сегодняшних выступлениях отечественных политиков. Оставляя за скобками все соображения кроме прагматических и циничных, хочется задать вопрос: «Кто выдвинул Владимира Путина на авансцену российской политики, всячески его поддерживал и опекал?» И если ответ ясен, то стоит ли разрушать самое ценное, что есть в любом государственном строительстве- преемственность власти. Убери ее, и из водоворота революций и постоянных пересмотров прошлого в ущерб будущему и настоящему, не выбраться. Если уж не о демократии, так о государственности стоит подумать! Тем паче, что Россия и в 1990-х гг., и сейчас стояла во многом перед схожими внешними вызовами.

1. Считаю некорректными противопоставления «слабака Бориса» «сильному» Владимиру. Начнем с того, что недовольство расширением НАТО на Восток Москва обозначила еще в 1994 году после того, как саммит Альянса в Брюсселе поставил эту задачу в актуальную повестку дня. Еще на саммите СБСЕ (тогда еще не ОБСЕ) в декабре 1994 года Ельцин заявил, что на смену «холодной войне приходит холодный мир», и что расширение НАТО на Восток подрывает систему европейской безопасности. Речь была вполне себе программная. Далее, в сентябре 1995 года тот же Б.Н. назвал военную операцию НАТО в Боснии «разжиганием войны в Европе». За 31 год с момента распада СССР у России и НАТО было 3 кризиса. И первый случился в 1999 году во время бомбардировок Югославии. За 7, 5 лет до Мюнхенской речи Путина. К слову сказать, тогда приостановка отношений прошла по инициативе РФ в отличие от кризисов 2008 и 2014 гг. И в своих мемуарах «гуманитарную операцию» Запада на Балканах Ельцин сравнил с разбойными действиями. Далее, речь Ельцина на Стамбульском саммите ОБСЕ в 1999 году. Почитайте, посмотрите первоисточник. Тезис о том, что у Запада нет права критиковать Россию за Чечню.
2. Денуклеаризация. Москве удалось достичь статуса безъядерных Украины, Белоруссии и Казахстана. Да, она смогла в этом плане опираться на понимание США. Но цель была достигнута, факт налицо. А наши интересы с Штатами иной раз парадоксально совпадали, чего стоят только события 1861-1865 или 1941-1945 гг.
3. Именно Россия в первой половине 1990-х годов без помощи США и Европейского союза остановила 6 вооруженных конфликтов на территории бывшего ССС. Заключенные Россией договоренности: Дагомысское соглашение 1992 года по Южной Осетии, Московское соглашение по Абхазии 1994 года, Московский меморандум 1997 года по Приднестровью – позволили наладить миротворческий процесс и создать предпосылки для мирного урегулирования. В Таджикистане в 1997 году именно Россией и в Москве была предложена эффективная модель постконфликтного урегулирования. Перемирие в Нагорном Карабахе 26 лет держалось на одном единственном основании – Соглашении о прекращении огня, достигнутом при решающей роли ельцинской России.
4. Стратегическое взаимодействие с Китаем начато именно при Ельцине. Именно в Пекине Ельцин заявил, что «друг Билл забыл, что Россия- ядерная держава». И если кто запамятовал, то помимо «холодной войны» с Западом у СССР была жесткая и затяжная конфронтация с КНР, чем Штаты прекрасно пользовались. В «перестройку» пошла нормализация на китайском треке, но выходы на стратегические уровни взаимодействия с Поднебесной пошли при Ельцине.

Постскриптум
Как бы ни оценивались деяния Ельцина внутри страны и вовне, стоит иметь в виду. Ни один его политический оппонент от Горбачева до Зюганова, от Руцкого до Лужкова и Лебедя, от Хасбулатова до Примакова не закончил в тюрьме или опале. Эти люди по большей части сохранили себя в политике, науке, бизнесе. Журналисты спокойно ругали БН, сатирики делали целый цикл «Куклы» с ним в главной роли. Но он не был мелочным и злопамятным. Дефицит благородной снисходительности к оппонентам в нашей нынешней политике .

Армения: социологическое зеркало для России

1. В последний январский день руководитель армянского представительства Gallup International Association Арам Навасардян огласил результаты социологического исследования. Ряд замеров фиксируют, что в армянском обществе сократилось число респондентов, которые «полностью положительно» оценивали бы российскую миротворческую миссию в Нагорном Карабахе (18,3 %, тогда как в ноябре 2020 года- 37, 8%, притом, что скорее негативно- 18,3% против 4, 6% в ноябре 2020 года). Пребывание 102-й базы в Гюмри «полностью положительно» оценили 24, 3 %, «скорее положительно» - 29, 1 %, «скорее отрицательно» - 14, 8%, «совершенно отрицательно» - 22, 6 %. При этом более половины респондентов (50, 7%) одобряют решение премьер-министра Никола Пашиняна отменить учения ОДКБ на территории Армении в 2023 году. Как трактовать эти цифры? Какие тренды они фиксируют?
2. Начнем с того, что любая социология не абсолютна, а общественное мнение – не константа. Судите сами. В ноябре 2022 года 44, 6% респондентов выступали за развитие равновесных отношений Армении с разными центрами силы, в июне 2020 года доля таковых была 27, 6%. Сегодня она составляет 29%. Я к тому, что запрос на многовекторность появился совсем не в сентябре 2022 года, как многие нам вещают. При этом, если в ноябре 2022 года за пророссийский вектор были 17,4 % (под влиянием эскалации на границе произошел известный спад), то в январе 2022 года этот показатель вырос до 22, 7%, хотя уровня 2020 года (25, 1%) достичь не удалось.
3. Можем ли мы говорить о «повороте на Запад» на основании опубликованных данных? При ответе на вопрос социолога «От кого нашей стране следует ждать военно-политического содействия?» больше всего поддержки получил Иран (40, 1%), потом Франция (34, 1%), тройку замкнула Россия (30%). Россия ухудшила свои позиции по сравнению с 2021-2022 гг., но и «мода» на Францию отошла в тень. На фоне усложнения ирано-азербайджанских отношений «популярность» Тегерана устремилась вверх.
4. Означает ли это, что Иран или Франция (не воображаемые, а реальные) вдруг реально займут место России как главного гаранта безопасности Армении и миротворца в Карабахе? Нет, конечно. Никаких доказательств того, что иранцы или французы готовы к такой ответственности нет (да и не будет). Для ИРИ не Кавказ, а Ближний Восток- приоритет, а Франция рассматривает Армению и кавказское направление через «очки» своих отношений с Турцией, политики в Средиземноморье, европейские амбиции и внутреннюю повестку. Самоценности Армении и Карабаха там нет. Соглашусь с коллегой Александром Искандаряном: «Я не думаю, что в данный момент речь может идти о смене зонтика безопасности. Во-первых, это, в принципе, вообще так не работает. Это довольно серьезный и долгий процесс, и думаю, что это как сменить рубашку, открыв гардероб».
5. Но! Важный нюанс. Обществу может казаться иначе. Перефразируя героя моего любимого романа «Хождение по мукам», тетя Грануш и дядя Ашот не читали Маркедонова, Искандаряна и кого-то там еще, и потому не готовы следовать их занудным рациональным аналитическим выкладкам. Они иначе чувствуют. Общество может ошибаться? Тысячи раз может! И каждый индивид и все скопом сразу! Возможно впасть в иллюзии завышенных ожиданий? Да сколько угодно!
6. Что делать то будем? Из кабинетов поглядывая, станем пальчиком крутить у виска или грозить «неразумным» тетям и дядям из Еревана или Гюмри? Можно и так, конечно. Но лучше принять во внимание и работать с общественным мнением. Засучив рукава! Объясняя и просвещая, не жалея на это человеческих и материальных ресурсов. Тревожные цифры на самом деле не так уж тревожны (простите за тавтологию), если их проанализировать с умом, сделать выводы, подвергнуть коррекции собственные дела. Только в этом случае можно получить иную социологию, которая не будет вызывать у ответственных товарищей беспокойный сон.

Приднестровский узел: развязать или разрубить?

«Нельзя ставить на сцене заряженное ружье, если никто не имеет в виду выстрелить из него».
А.П. Чехов

1. Молдавский парламент на своем заседании 2 февраля утвердил поправки в Уголовный кодекс (УК). Среди важнейших новелл- введение специальной статьи «Сепаратизм» и наказаний за него. Впереди подписание документа президентом Майей Санду. Однако шансов на то, что глава государства отклонит его не слишком много. Сегодня власть в Молдавии, как никогда ранее, консолидирована.
2. Политика - дело символичное. Вдруг вспомнилось выступление известного молдавского эксперта и политика Оазу Нантоя на одной из конференций в июне 2005 года: «Жителям Приднестровья нужно либо прочитать Конституцию Республики Молдова и найти там свое место, либо прочитать Уголовный кодекс, и найти там свое место, либо искать счастья за пределами этого региона». И хотя автор данной цитаты - не президент и не премьер Республики Молдова, его с полной уверенностью можно отнести к влиятельным «творцам политических смыслов». Да простят меня за тавтологию, таких смыслов, весь смысл которых в гомогенизации молдавской политики, ее приведении к единому знаменателю. Закономерно, что 2 февраля 2023 года Оазу Нантой уже в качестве депутата от правящей партии «Действие и солидарность» стал одним из фронтменов поправок к УК. Он уже раздает комментарии о том, как приднестровских лидеров можно будет привлечь «по статье».
3. Подобные идеи в Кишиневе возникли не вчера (см. пункт выше). Но пока молдавская политика была многоукладной (идеологи молдавской идентичности спорили с прорумынским «унионизмом», левые коммунисты и социалисты, популисты- с либералами, европеисты – с «евразийцами», поборники конституционного нейтралитета с «атлантистами»), все это и оставалось на уровне «отдельных мнений». Сегодня эти «сто цветов» блекнут на глазах. И не надо иллюзий, будто бы всему виной российская СВО на Украине. Спецоперация обострила процессы гомогенизации, ускорила их, но поворотным пунктом стала победа Санду на президентских выборах в ноябре 2020 года. Едва встретившись с «несвоим» составом парламента, ее команда повела борьбу против полиархии.
4. Почему опасны анти-сепаратистские инициативы? Прежде всего, они ломают сложившийся статус-кво. Как вести переговоры с Тирасполем, если все его лидеры подпадут под действие обновленного УК? Заметим, что Молдавия долгие годы признавала Приднестровье в качестве партнера по переговорам, вокруг этого де-факто признания строилась вся логика мирного урегулирования. Более того, единственным путем во внешний мир для того же Вадима Красносельского является аэропорт Кишинева. Одесское окошко начало закрываться еще в 2014 году, а уж в 2022 было наглухо заколочено. Также возникает коллизия с рядовыми приднестровцами, порядка 280 тыс. человек с левого берега Днестра и из Бендер имеют паспорта Республики Молдова.
5. Но не Приднестровьем единым. Принятие поправок к УК в Молдавии- модель того, как гетерогенность (многосоставность) воспринимается в элитах постсоветских государств, как вызов. С ней борются, вместо того, чтобы интегрировать разные уклады. Не приведи Бог федерализм, упаси Господь от разделенного суверенитета! Не оправдывая политику России, скажу: ее вмешательство в конфликты на просторах бывшего СССР- это следствие разрушения многоукладности. Можно спорить, всегда ли обосновано поведение Москвы, безупречна ли ее мотивация. Все далеко не безупречно, мягко говоря! Но отрицать опасность «выравнивания» гетерогенной политии под предлогом строительства «западной демократии» недальновидно. И потому наиболее проницательные молдавские интеллектуалы, такие как Марк Ткачук (заметим, в прошлом советник президента Владимира Воронина, обладавший «титулом» «врага приднестровской государственности») бьют в тревожный колокол. Почитайте блестящий памфлет «Я-сепаратист», он многое объясняет лучше моих «советов постороннего». https://telegra.ph/YA--SEPARATIST-01-31-2

Российско-армянские отношения: кризис, упадок или балансирование интересов?

1. Начну с аксиоматики. В двусторонних отношениях проблемы и взаимное недовольство партнерами есть всегда. И в этом плане отношения Москвы и Еревана в феврале 2023 года не уникальны.
2. «Воинственные и армянофобские заявления президента Азербайджана не удостаиваются соответствующей реакции со стороны партнеров по ОДКБ, что могло бы удержать авантюрные стремления азербайджанского руководства». Кто автор этой цитаты? Когда она была произнесена? Не спешите увидеть за этими строчками профиль Никола Пашиняна. Эти слова произнес президент Серж Саргсян в диалоге с Николаем Бордюжей в октябре 2014 года.
3. Не стоит и недавние слова Сергея Лаврова (2 февраля 2023 года) о «возвращении районов» Азербайджаном воспринимать, как некий «поворот» или «разворот» Москвы. Опытный армянский дипломат и эксперт, переговорщик по Карабаху Жирайр Липаритян справедливо заметил в одном из своих интервью: «Никто в мире не ожидал, что мы будем удерживать эти семь районов. Они всегда ожидали их возвращения, под теми или иными условиями». И Россия всегда разделяла проблемы собственно Армении, статуса непризнанной НКР и оккупированных (не нравится это слово, пускай будут занятые) районов. И все (!) армянские лидеры от Левона Тер-Петросяна до Пашиняна обсуждали модальности их возвращения, это все не придумал Лавров в 2023 году! «Я готов был носить клеймо предателя, но решить вопрос», - говорил Серж Саргсян. И знаменитая «казанская формула-2011» была именно про уступки.
4. У Еревана и Москвы задолго до сегодняшнего дня имелись системные проблемы, к каковым мы можем отнести, во-первых, недовольство Армении российским лавированием между ней, Азербайджаном и Турцией (это проявлялось и в 2016 году во время «апрельской войны», и в ходе саммитов ОДКБ до того), а во-вторых ревность России в связи армянским «комплементаризмом» (история с отказом Еревана от подписания Ассоциации с ЕС).
5. В 2018 году к этому добавились расхождения относительно природы армянской власти. И хотя Никол Пашинян признал стратегический характер двусторонних отношений, эмоционально-психологически он его команда были для Москвы непонятными, другой стиль, другое поколение политиков.
В 2020 году двусторонние отношения омрачились поражением Армении во «второй карабахской войне». Одно дело воспринимать российское балансирование пока у тебя полная колода козырей в руке, и совсем другое- относиться к нему, когда проигрался вдрызг.
В 2022 году с началом СВО на Украине произошла резкая перефокусировка приоритетов, конфликт России и Запада стал одной из главных линий мировой политики. Отсюда и определенное спрямление, упрощение повестки дня.
6. Отношения Еревана и Москвы диспропорциональные. В армянских соцсетях и ТГ-каналах слова Лаврова обсуждают уже несколько дней. У нас только такие зануды и узкие специалисты, как автор этих строк их анализируют.
7. Россия не всегда четко и последовательно объясняет свои действия и порой вынужденную пассивность, боится показаться слабой, а когда выглядит таковой, впадает в чрезмерный дидактизм. Но и армянский политикум, очевидно, не будучи готовым ответить на ключевой вопрос своей национально-государственной идентичности «Зачем нам Карабах и наш ли он?», стремится перекладывать ответственность за НКР и за безопасность самой Армении на Россию. А если не получается, то искать себе новых патронов, которые защитят и помогут. Но без ответа на основной вопрос армянской постсоветской истории такие попытки обречены на провал. В этом плане показательны слушания в Нацсобрании республики по Лачинскому кризису. Сами армянские политики спорят друг с другом, стоит ли трем миллионам граждан Армении рисковать ради 120 тыс. арцахцев. Но ни Путин, ни Макрон, ни Хаменеи, ни Байден не могут стать бОльшими армянами, чем сами армяне. И потому Еревану и Москве нужен баланс интересов, а не разрушение старого ради новых фантомов.
8. Полезная ссылка. https://www.youtube.com/watch?v=AK0vBkH2FAU&t=135s Обсуждаем проблемы отношений Армении и России с Александром Искандаряном и Аршалуйсом Мгдесяном.

Авиасообщение между Россией и Грузией: возобновлять нельзя откладывать

1. Увидим ли мы в обозримой перспективе сообщения информационных агентств с пометкой «молния» о возобновлении авиасообщения между Россией и Грузией? Для десятков и даже тысяч граждан двух государств это была бы радостная новость. Но не все так просто. Вопросы такого рода пока что не решаются на основании пассажирских преференций.
2. На протяжении неполного месяца (18 января и 2 февраля) министр иностранных дел России Сергей Лавров дважды похвалил правительство Грузии за мужество в отстаивании национальных интересов страны и неуступчивость Западу.
3. Однако, оценивая подобные высказывания, надо иметь в виду и тот факт, что российско-грузинские отношения асимметричны. И события, которые в повестке дня России находится даже не в первой десятке по значимости, в Грузии – главные. В этом контексте важно понимать, что похвалы Лаврова многими участниками внутригрузинской политики оцениваются совсем не со знаком плюс. Против нормализации отношений с Москвой президент Саломе Зурабишвили. Ее полномочия невелики (парламентская республика как никак!), но голос по-прежнему звонок. Против нормализации «здесь и сейчас» (она воспринимается как де-факто уступка России) оппозиция, в особенности «Единое национальное движение». С помощью «дела Саакашвили» ее сторонники пытаются вернуть себе власть. И, конечно, российское лыко здесь приходится в грузинскую строку. Тем паче, что «националы» заявляют о смене приоритетов, о переходе от парламентской к уличной тактике борьбы.
4. Конечно же, внешний фактор нельзя выбрасывать из этого уравнения. Вот и посол США Келли Дегнан (вероятно, крупный социолог, ибо так уверенно говорит от имени «большинства грузин») утверждает, что граждане Грузии предпочли бы вывод российских военных баз из Абхазии и Южной Осетии возобновлению авиасообщения.
5. Все эти факторы в совокупности и каждый по отдельности заставят правительство Грузии и правящую партию «Грузинская мечта» сто раз подумать перед тем, как открыть зеленый свет для перелетов из Москвы в Тбилиси, Кутаиси, Батуми и обратно. При этом не забываем, что два Ираклия Гарибашвили и Кобахидзе, а также их крестный отец Бидзина Иванишвили ратуют за евро-атлантический выбор, нормализация с Россией- тактика, а не стратегия. Хотя среди тех, кто полетят на самолетах, и их потенциальные избиратели, они спасибо скажут. Однако их влияние намного меньше тех, кто уверенно поддерживает «мнение большинства грузин» (sic!). Кстати, речь не только о после Штатов, но и персонах грузинского политикума. 6.Почему же тогда и Москва осторожничает (слова Григория Карасина о "танго для двоих")? Для российского руководства важно, чтобы правительство Грузии обеспечило бы "фактическую бумажку" о возобновлении перелетов, а не колебалось бы, единожды решившись на такой непростой шаг. 7. Какой итог? Приходится действовать по известному ленинскому принципу «шаг вперед и два шага назад». В реальности бывает, что и три.

Кто за кем наблюдает? Цели миссии ЕС в Армении: интерпретация от Никола Пашиняна

1. Премьер-министр Армении высказался о цели и задачах миссии ЕС в Армении. Месседжи главы кабмина республики диалектически противоречивы. С одной стороны, считает он, в миссии Евросоюза нет геополитического подтекста. В то же самое время, по его словам, «на Западе Азербайджан представлял Армению в качестве участника агрессивной политики России, а в России - в качестве участника западного заговора. Мы же сказали - приезжайте и сами проведите мониторинг, чтобы узнать, соответствуют ли эти утверждения действительности или нет». Выходит, что для Еревана мнение Запада - приоритет. И фактически армянское руководство расписывается в невозможности убедить своих партнеров из ЕС в отсутствии у их страны неких агрессивных намерений.
2. В российских СМИ и социальных сетях поспешили заявить о геополитическом развороте Армении. Такие комментарии всякий раз появляются после тех или иных заявлений представителей армянского руководства о взаимодействии Еревана с Западом. Однако стоит увидеть, что тему неких совместных планов России и Армении как потенциальной угрозы Пашинян поднимает не впервые. В январе, вскоре после новогодних праздников он говорил о российском присутствии в Армении и в Карабахе как факторе риска для его страны именно из- за того, что Запад, воспринимая Ереван как союзника Москвы, не доверяет армянской стороне.
3. Но если оставить за скобками свойственный Пашиняну популизм, то мы увидим, что в его словах есть и рациональное зерно. Говорит то он, прежде всего, о восприятии Запада, а не Армении. В условиях непрекращающейся конфронтации с Россией там, как и у нас более востребованной становятся черно- белая карлика мира. И в ней не до нюансов. Есть опасный «ревизионист- империалист». И ты хоть сотни томов пиши про то, что в Евразии у России нет универсальных подходов, работают разные варианты, устоявшийся мейнстрим не переломить. Отсюда и объяснительные модели от Пашиняна.
4. Обращение на Запад- это не только желание стать его частью. Таковое в Ереване в определены кругах имеется, но не столько оно двигает премьером. Россия в силу многих причин и обстоятельств не может стать для Армении аналогом Турции для Азербайджана, а в армянском обществе и политикуме именно такой запрос.
5. В чем изъяны пашиняновского подхода? Они а том, что надежды на успешные «проверки» тщетны. Ок, миссия ЕС на 300 процентов убедится, что Россия и Армения никого не собираются атаковать. И? Сразу признают Нагорный Карабах? Поставят своих миротворцев, которые будут в сотни раз эффективнее российских? Нет и еще раз нет! Вопросы сплошь риторические, ответы ясны. Но способов как эффективно преодолеть фрустрацию и последствия катастрофы 2020 года, похоже, не предлагается. Ностальгию о «золотом»допашиняновском веке армянское общество поддерживать не хочет, а создать новый золотой век без кавычек не может. Пока, по крайней мере.

Смотрите, кто пришел! В Молдавии будет новое правительство

1. «Республика Молдова больше не может полагаться только на инструменты внешней политики, одним из которых является нейтралитет. Она должна перейти непосредственно к развитию обороноспособности, но здесь нужно, чтобы гражданин поддерживал этот подход, который правительство осознает, понимает, что это критично для выживания государства». Процитированный выше фрагмент- часть выступления Дорина Речана (до сего дня советника президента Молдавии Майи Санду в области обороны и национальной безопасности, секретаря Высшего совета безопасности) на "круглом столе" на круглом столе «Консолидация устойчивости Молдовы» 26 сентября 2022 года. Сегодня, 10 февраля глава Молдавского государства выдвинула его на пост главы правительства.
2. Этому шагу предшествовало заявления теперь уже бывшего премьера Натальи Гаврилицы об уходе ее и всего кабинета в отставку. Интересна мотивация ухода с высокого поста, она многое объясняет. По словам Гаврилицы, с внешней поддержкой у ее команды проблем не было, но внутри Молдавии оценка ее деятельности гражданами была не столь однозначной. Впрочем, экс-премьер не лукавила, когда говорила о перманентном кризисе в работе правительства. За все время работы команды Гаврилицы (с августа 2021 года) на ее долю пришлись и экономические сложности, и проблемы геополитики (одно влияние СВО на молдавские сюжеты чего стоит!).
3. Когда новости о переменах на молдавском политическом Олимпе попали в сообщения информагентств, у автора этих строк не было недостатка в предложениях как-то прокомментировать события. В голосе вопрошавших читались надежды. А вдруг в молдавской и внутренней и внешней политике наступит поворот. Если не в сторону Москвы, то хотя бы в направлении прагматизации. Честно сказать, с первой минуты, скептически оценивал такой сценарий.
4. Смена лиц вряд ли приведет к «смене вех». Речан- последовательный «европеист». И в нынешних условиях, пожалуй, что и «атлантист». Он среди первых высших представителей республики начал критиковать молдавский нейтралитет, как условие, недостаточное для нацбезопасности. И сейчас Речан анонсирует три основных направления работы нового кабинета. Но все они (порядок в госучреждениях, экономика и безопасность), по его мнению, должны выстраиваться вокруг «главной идеи». Таковой объявлена «евроинтеграция. «Мы должны ускорить процесс гармонизации законодательства, мы должны выполнить все условия». Что же, поживем увидим (интонацией мамы Жени Лукашина).

Трагический юбилей. 105 лет со дня смерти атамана А.М. Каледина

1. 11 февраля (29 января по старому стилю) 1918 года донской атаман генерал А.М. Каледин собрал заседание войскового правительства. «Господа! Положение наше безнадежное, почти все окружные станицы находятся в руках большевиков, боевых частей нет, население не только нас не поддерживает, но настроено к нам враждебно», - резюмировал он. Когда же его ближайшие сподвижники начали предлагать разные варианты выхода из критической ситуации (нельзя сказать, что они отличались высокой степенью реалистичности), атаман сказал, как отрубил: «Довольно говорить, господа! От болтовни Россия погибла!» После этого в своем кабинете Алексей Максимович продиктовал свой последний приказ начальнику штаба В.И. Сидорину (полному тезке Ленина), написал прощальное письмо генералу М.В. Алексееву. И покончил с собой….
2. Биография Каледина была насыщена драматичными поворотами. Как природный донской казак он выбрал для себя военную карьеру, окончил Николаевскую академию Генштаба, служил начальником Новочеркасского казачьего юнкерского училища. 8-я армия под его командованием отлично зарекомендовала себя в Луцком прорыве 1916 года во время Первой мировой войны. В политику не лез, был классным офицером, эдакий «слуга царю, отец солдатам». Февральскую революцию он не принял, в особенности проекты по «демократизации армии». По словам генерала А.А. Брусилова «духа времени» герой Луцкого прорыва «не понимал».
3. Однако именно Каледин стал первым казачьим атаманом, выбранным на Войсковом круге после отмены этой процедуры Петром Великим в 1709 году. После «корниловского мятежа» он на своем примере напомнил стародавнее правило «С Дона выдачи нет!» Войсковое правительство отказалось выполнять приказ об аресте атамана. Впоследствии Глава Временного правительства А.Ф. Керенский отменил решение своего военного министра.
4. Когда-то еще в студенческие годы мне попалась книга советского историка В.Д. Поликарпова «Пролог гражданской войны в России». И хотя она увидела свет в 1976 году и все необходимые кивки по поводу «единственно верного учения» в ней были там, где им и положено было быть, работа отличалась от выходивших тогда многочисленных томов литературы. И прежде всего тем, что показывала, как неохотно политические лидеры и «белых», и «красных» принимали логику гражданской войны. И как шаг за шагом она захватывала их вплоть до точки невозврата… В том историческом контексте значение фигуры Каледина трудно недооценить.
5. «Кто хочет, может присоединиться к Добровольческой армии, кто хочет, может перейти на положение обывателя и скрыться. Этим я открываю фронт с единственной целью: не подвергать город [Новочеркасск] всем ужасам гражданской войны», - говорил в своем последнем приказе генерал. И это не было демонстрацией слабости или проявлением малодушия. Сегодня у нас в моде примитивно-мачистские (даже скорее псевдо-мачистские) демонстрации. Они особенно эффектны в камуфляжах с ТВ-экранов и с диванов. Каледин не был человеком робкого десятка, на фронтах, внутреннем и внешним он не раз и не два это доказал. Но он раньше других осознал неприятную истину, впоследствии мастерски описанную в пьесе М.А. Булгакова: «Народ не с нами. Он против нас. Значит, кончено! Гроб! Крышка!» Офицерская честь и любовь к России и Дону оказалась для атамана выше личных и карьерных амбиций. Народ, к слову сказать, может ошибаться в своем выборе, чему в истории тьма примеров. Однако 105 лет назад народные симпатии были не на стороне Каледина и его соратников.

Quo vadis, постсоветское пространство?

Распад СССР заставил бывшие союзные республики искать свое место в новых реалиях. Целью создания СНГ было решение возможных разногласий между уже независимыми государствами и появление нового интеграционного объединения. Что получилось в этом направлении, а что нет? К чему пришли страны — участницы Содружества за 30 с лишним лет? Ответы на эти вопросы в моем интервью (в трех частях) для проекта RuBaltiс.ru.
Главная идея в следующем: внешнеполитические изменения в новых независимых государствах постсоветского пространства, их постоянные трансформации - это скорее общая черта, чем что-то индивидуальное. А вот про особенности см. по ссылке ниже. Не могу сказать, что в восторге от первого заголовка, но Вы читайте дальше него! Заголовок второй части уже гораздо лучше!

Часть первая

https://www.rubaltic.ru/article/politika-i-obshchestvo/20230212-lichnaya-zainteresovannost-ili-otsutstvie-perspektiv-mayya-sandu-khochet-vyvesti-moldovu-iz-sng/

Часть вторая

https://www.rubaltic.ru/article/politika-i-obshchestvo/20230214-tango-tantsuyut-dvoe-gotova-li-rumyniya-poglotit-moldovu/

Часть третья

https://www.rubaltic.ru/article/politika-i-obshchestvo/20230217-chast-ukrainskogo-pazzla-politika-moldovy-v-otnoshenii-rossii-i-pridnestrovya-diktuetsya-zapadom/

Миссия невыполнима. Полемические заметки о судьбе Минских соглашений

1. Восемь лет назад, 11 февраля 2015 года в Минске начался неформальный саммит «нормандской четверки» (Россия, Украина, Германия и Франция). После семнадцати часов переговоров был подписан документ, который официально назывался Комплексом мер по выполнению Минских соглашений. Тем самым подчеркивалось, что данный документ- не нечто новое, он детализировал и развивал положения Минского протокола от 5 сентября 2014 года и Минского меморандума от 19 сентября 2014 года.
2. После начала российской СВО на Украине этот корпус документов стал достоянием истории. Но кто сказал, что история- это только «преданья старины глубокой». Разобраться в том, почему Минские соглашения так и остались несколькими листами бумаги чрезвычайно важно.
3. За период с 2015 по 2022 гг. словосочетание «Минские соглашения» стало широко распространенной фигурой речи. Однако многие политики и эксперты, выступающие поборниками их скорейшей и безотлагательной имплементации, зачастую говорили не о конкретных пунктах документов, а о том, что им было бы желательно увидеть в качестве определенной политической перспективы. В итоге возникли две параллельные реальности: сами соглашения – и обращение к ним как к некоему основательно подзабытому и не прочитанному «с карандашом» тексту.
4. В противном случае можно было бы обнаружить, что из двадцати пяти пунктов (12 в первом документе и 13 во втором) к России напрямую не обращен ни один! Косвенные кивки в сторону Москвы были. Но! Она не называлась ни агрессором, ни стороной конфликта.
5. А как же быть с текстом декларации «нормандской четверки», в котором были подтверждены «полное уважение суверенитета и территориальной целостности Украины»? Сам же Комплекс отдавал недвусмысленный приоритет украинскому национальному законодательству при проведении выборов в «отдельных районах Донецкой и Луганской областей» и восстановлением полноценного контроля над госграницей?
6. Резонные вопросы. Только надо иметь в виду, что приоритет «единства и неделимости» Украины не является в «Минске-1» и в «Минске-2» безусловным. Напротив, эти пункты обставлены многочисленными условиями. То же восстановление контроля над российско-украинской границей предполагалось завершить лишь «после всеобъемлющего политического урегулирования». Но самое главное (внимание!) «в консультациях и по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы». Минские соглашения в первом и втором их изводе ничего не говорят о силовом подавлении «сепаров». Они обуславливали интеграцию «особых районов» путем переговоров и, между прочим, восстановления социально-экономических отношений, а не посредством блокад.
7. Почему Киев фактически с первой минуты стал саботировать Минские соглашения? Да потому, что реализуй он их, вся система политических ценностей постмайданной Украины, основанная де-факто на лояльности новой власти, главного бенефициара событий 2013-2014 годов, была бы с успехом сдана в архив. Стань Минские принципы реальностью, украинское государство было бы по факту федералистским и многоукладным, зависящим не только от Запада, но и от России. Этого политическая элита Украины не хотела. Почему- тема отдельной монографии.
8. Зачем Запад потакал Киеву? Автору этих строк еще в конце 2015 году все четко и по полочкам разложил австрийский дипломат Мартин Сайдик в кулуарах конференции в Венской дипломатической академии. По его словам, США и ЕС не могли принять договоренности, на которые Киев пошел бы под давлением Москвы. Если бы сами украинские власти захотели, то так и быть, одобрили бы, а если нет, то прессинг России для Вашингтона, Брюсселя и других европейских столиц был неприемлемым. «Киев должен сохранить лицо, а Москва не должна почувствовать свою безнаказанность», - резюмировал австриец. Мой вопрос, а разве главной задачей является спасение чьего-то лица, а не урегулирование опасного конфликта, вызвал лишь вежливую улыбку.

Армяно-турецкая нормализация: прорыв или продолжение нелинейного примирения? К итогам визита Арарата Мирзояна в Турцию

1. Переговоры министров иностранных дел Армении и Турции Арарата Мирзояна и Мевлюта Чавушоглу прошли 15 февраля. И в канун этого события, и сразу после него в СМИ не было недостатка в оптимистических комментариях. Спецпредставитель Евросоюза по Южному Кавказу Тойво Клаар даже назвал визит Арарата Мирзояна в Анкару «историческим». Однако переговоры завершились. И кроме очередных заявлений о «стремлении» к полному открытию сухопутной границы и установлению дипломатических отношений мы ничего не услышали. Снова возгонка завышенных ожиданий, экспертный wishful thinking? Или двусторонние отношения действительно улучшаются шаг за шагом, а любое искусственное ускорение этого процесса не нужно?
2. Визит Арарата Мирзояна радикально отличался от его прошлогоднего посещения Турции. Эта страна пережила страшное землетрясение, событие, которое вместило в себе и человеческую трагедию, и социальные бедствия, и общественно-политические вызовы. В этих условиях Ереван не стал отмалчиваться, в соседнюю страну были отправлены гуманитарные грузы и спасатели. Уже находясь в Анкаре Мирзоян принес соболезнования турецким гражданам и властям этой страны. Затем он встретился с участниками армянской спасательной группы, которая ведет работы в пострадавшем Адыямане на юго-востоке Турции. Жесты со стороны Еревана были позитивно восприняты и в Анкаре.
3. Эмоционально-психологический фон - важное условие для успешных переговоров, достижения взаимовыгодны компромиссов и уступок. Однако в политике только этим все не определяется. Армения и Турция – соседи. Нормализация для них – не роскошь, а важнейшее условие для безопасности и развития. Но на сегодня между государствами нет дипотношений, зато есть фактически закрытая границы и многолетняя традиция взаимной вражды.
4. В сообщениях новостных агентств, многочисленных экспертных комментариях сегодняшнего дня говорилось о «первой волне» нормализации, стартовавшей в 2008 году с т.н. «футбольной дипломатии». Но это не совсем так. Первые подходы к этому снаряду были сделаны сразу же после распада СССР. В июне 1992 года первый армянский президент Тер-Петросян даже встретился с тогдашним турецким премьер-министром Сулейманом Демирелем. Казалось бы, с завершением «холодной войны», исчезновением идеологической конфронтации Запада и Востока у Еревана и Анкары появляется шанс. Но в реальности одни проблемы ушли, а другие появились. И наряду с трагическими страницами истории первой четверти ХХ века Армению и Турцию развели по разные стороны актуальные события- военные столкновения в Нагорном Карабахе. «Вторая волна» нормализации в 2008- начала 2010 гг. во многом и была попыткой отделить собственно армяно-турецкую повестку от армяно-азербайджанской. Не вышло! Да и как бы могло выйти, если в Турции численность азербайджанцев оценивается в 3 миллиона человек. Это- и избиратели, и активные граждане, фактор не только большой геополитики, но и внутриполитический сюжет.
5. «Третья волна» нормализации стартовала в 2021 году. И продолжается сегодня. Что принципиально отличает ее от двух предыдущих? Первая проходила в условиях, когда Турция (именно как республика, а не Османская империя) возвращалась в кавказскую геополитическую игру. Осторожно и наощупь. Вторая была в условиях старого карабахского статус-кво (1994-2020), когда Армения могла какие-то условия если не диктовать, то хотя бы выдвигать. Сегодня Турция «ногою твердой» стала на Кавказе, а после катастрофического поражения Армении во второй карабахской войне она считает себя в праве диктовать правила игры. И здесь иллюзий не нужно. Любые самые гуманные (и оправданные именно в силу человеческого содержания) жесты Армении не отменят турецкой наступательности. Анкара не откажется ни от поддержки Баку, ни от увязки условий нормализации и примирения с Арменией с армяно-азербайджанским мирным процессом. Все это в геополитическом меню Турции останется.

Абхазия в России или Россия в Абхазии?

1. В последние несколько дней (особенно в контексте визита Аслана Бжания в Москву) в СМИ активно циркулируют «версии» и «предположения» о скором включении Абхазии в состав РФ. Вероятен ли такой сценарий? Наверное, пару лет назад я бы с железобетонной уверенностью сказал, что нет. Но сегодня… был бы осторожнее с любыми прогнозами. Вряд ли бы Сергей Шамба, абхазский политический «тяжеловес» и секретарь республиканского Совбеза стал бы просто так комментировать данный сюжет (предполагая, что инкорпорирование Абхазии невозможно), если бы это был бы обычный фейк и не более того. Значит, если не дым и огонь, дымок и огонек в головах некоторых ответственных товарищей имеют место быть.
2. Готов заранее согласиться с мнением о «вбросах» и «пробросах». Но и в этом случае пару важных тезисов хотел бы обозначить.
3. Идея об инкорпорировании Абхазии представляется весьма рискованной. Во-первых, ее реализация убьет предпосылки для нормализации отношений с Грузией, которые сейчас складываются. Посмотрите на заявление представителей «Грузинской мечты» по поводу резолюции Европарламента. Но будь принято решение о включении Абхазии в состав РФ, данный тренд изменится. В возвращение Саакашвили я особо не вверю, но шансы его сторонников на реванш резко повышаются. А с ними и вероятность открытия второго антироссийского фронта на Кавказе. Добавлю политически корректно. Азербайджан и Турция будут не в восторге от такого «территориального приращения». Со всеми вытекающими. При таком повороте Армения лишь усилит желание диверсифицировать свой внешнеполитический курс. Ладно, на США и коллективный Запад нам наплевать. Но Китай, Иран и Индия, то есть ключевые партнеры России наверняка не поддержат решение о включении Абхазии в состав РФ. Даже если дипломатично промолчат, в содержательном плане такое решение ими не будет принято!
4. Однако не геополитикой единой. В отличие от Южной Осетии или донбасских республик в Абхазии нет стремления войти в состав России. «Мы не хотим быть районом Большого Сочи», – сказал мне в личной доверительной беседе пару лет назад один большой чиновник из Сухума. Россию любят, ей благодарны, но независимость для Абхазии – важнейшая ценность. И не только для крупных чиновников, но и для обывателей. Даже если таковая независимость нам в Москве кажется ходульной. Эти настроения никуда не делись и сегодня. И на пустом месте создавать проблемы в пророссийском образовании- та еще доблесть!
5. Суммируем. В разных де-факто республиках и в различных пост(конфликтных) кейсах нужен индивидуальный подход. Иначе не обойтись без потерь. Граблей вокруг стало слишком много, а риски от попадания под их воздействие возросли многократно!

Блинкенная суббота. К итогам трехсторонних переговоров по армяно-азербайджанскому урегулированию

1. На полях ежегодной Мюнхенской конференции по безопасности состоялась трехсторонняя встреча премьер-министра Республики Армения Никола Пашиняна, государственного секретаря США Энтони Блинкена и президента Азербайджана Ильхама Алиева.
2. Год назад Россия впервые за 20 лет отказалась участвовать в форуме в столице Баварии. В 2023 году о таком участии уже не могло идти и речи. По сути, Мюнхенская конференция превратилась в политическую демонстрацию единства коллективного Запада перед лицом «российской угрозы». Этот общий контекст не мог не наложить отпечатка и на восприятие переговоров американского госсекретаря с азербайджанским и армянским лидерами. Однако для понимания всей «цветущей сложности» проблемы не следует ограничивать ее анализ одними лишь контекстами. Как не следует и искать новизны там, где ее нет.
3. Надо отдавать себе отчет в том, что США не новичок в деле армяно-азербайджанского урегулирования. И тема заключения мирного договора возникла в повестке Вашингтона не вчера. 7 ноября 2022 года Блинкен организовал прямые переговоры министров иностранных дел Армении и Азербайджана Арарата Мирзояна и Джейхуна Байрамова в резиденции Блэр-Хаус «для содействия прогрессу в направлении достижения долгосрочного мирного соглашения». И дело даже не в том, что после начала СВО на Украине США и Россия перестали координировать свои усилия, как сопредседатели Минской группы ОБСЕ. Штаты (наряду с Москвой) проводили переговоры представителей конфликтующих сторон во время второй карабахской войны 2020 года. Да и если покопаться тщательно, то можно вспомнить про переговоры в Ки-Уэсте (Флорида) в далеком 2001 году. Поэтому нет оснований представлять американскую активность, как неофитство. Для США Кавказ всегда имел значение, пускай и не столь важное, как для России.
4. Повестка мирного договора- не нечто такое, что жестко противопоставляет подходы Москвы и Вашингтона. На пленарной сессии дискуссионного клуба «Валдай» в октябре 2022 года президент РФ Владимир Путин заявил: «Вопрос урегулирования, о мирном договоре: наша позиция заключается в том, что этот мирный договор, конечно, нужен. И мы поддерживаем мирное урегулирование, так же, как и делимитацию границы и полное урегулирование пограничного вопроса - мы за это».
5. Различия начинаются с нюансов. Для Москвы мирный договор- финал усилий по демаркации, делимитации, компромиссов по Карабаху, разблокированию транспортных коммуникаций. Штаты бы были готовы ускорить подписание некоей «окончательной и фактической бумажки», которая подвела бы черту под конфликтом. И… под военным присутствием России в Армении и в непризнанной НКР. Будет мир, к чему иностранные державы в регионе. Такова примерно логика.
6. Где возникают острые проблемы? Саму бумагу подписать не так уж сложно. Вопрос в выполнении ее условий. И поэтому Штаты, крайне заинтересованные в вытеснении России из Закавказья, опасаются ответственности за реализацию договоренностей. Ведь в случае ухода Москвы им придется выслушивать постоянные склоки Еревана и Баку, взаимные жалобы и попытки «дать окончательный ответ» с кем Вы, мастера-американцы. Этой «добавленной стоимости» в Вашингтоне хотели бы по минимуму. И поэтому неслучайно Блинкен, с одной стороны, сказал про «историческую возможность» для Армении и Азербайджана заключить мир, а с другой намекнул на необходимость совместных действий с «друзьями» Америки и…. «с другими международными партнерами». Адресов и явок этих «других» госсекретарь предпочел не называть….

Ходатайство, разбудившее Кавказ: к 35-летию знаменитого обращения облсовета НКАО

1. «Идя навстречу пожеланиям трудящихся НКАО, просить Верховный Совет Азербайджанской ССР и Верховный Совет Армянской ССР проявить чувство глубокого понимания чаяний армянского населения Нагорного Карабаха и решить вопрос о передаче НКАО из состава Азербайджанской ССР в состав Армянской ССР…» По форме типичный документ советской эпохи. Но по содержанию- нечто совершенно противоположное. Думали ли депутаты сессии совета Нагорно-Карабахской автономной области, что их решение станет одним из триггеров распада Советского Союза? Наверное, однозначного ответа на этот вопрос быть не может. Однако это ходатайство имело революционное значение потому, что ранее ставить вопросы о смене статуса того или иного субъекта СССР могла лишь Москва. Кстати, Указ Президиума Верховного Совета СССР о статусе Крыма в составе УССР был подписан 19 февраля 1954 года, еще одна годовщина. 20 февраля 1988 года областные депутаты покусились на эту прерогативу Центра.
2. Сегодня многие материалы в СМИ, интернете, телеграме открываются заголовками: «35 лет назад начался нагорно-карабахский конфликт». В этой оценке все не так! Во-первых, документ, принятый в феврале 1988 года, не открыл армяно-азербайджанского противостояния. Почему возникли требования смены статуса НКАО? Было недовольство управленческими решениями Центра начала 1920-х гг. Но сами эти решения возникли после сурового противостояния «первых республик» Армении и Азербайджана, возникших в мае 1918 года на обломках Российской империи. К моменту своего провозглашения они уже были обременены взаимной враждой и этнополитическими спорами (конфликты в Шуше, Баку, Эриване, Тифлисе). И «первые республики» оказались не готовы к разрешению противоречий между ними. Политическим «геодезистом» за них выступила Москва. Она провела "генеральное межевание", оставив Нахичевань и Нагорный Карабах за Азербайджаном, а Зангезур- за Арменией. Хотя во всех трех случаях население спорных регионов было полиэтничным. Во-вторых, конфликт не был ограничен нагорно-карабахской географией и тогда, и сейчас. Степанакерт разбудил Ереван и Баку (многотысячные митинги стали реальностью в двух столицах). Сумгаит, Шаумян, Геташен тоже были за пределами тогдашней НКАО, а сегодня вопрос о демаркации и делимитации границы, споры о «Западном Азербайджане», Сюнике, эксклавах Газахского района становятся не менее актуальны, чем финальный статус Карабаха.
3. За 35 лет появилось немало планов урегулирования армяно-азербайджанского противостояния. Комитет особого управления (известный, как комитет Аркадия Вольского), Республиканский комитет по Карабаху в Баку (известный, как комитет Виктора Поляничко). Поддержка «демократических требований» армян, с одной стороны, и поддержка территориальной целостности Азербайджана, с другой. И все это в рамках единого Союза. Неудивительно, почему пациент по имени СССР так и не выжил после предписанного лечения, слишком уж противоречивы были рекомендации от «лекарей» из Политбюро и ЦК.
4. Но и после того, как Советский Союз прекратил свое существование «как субъект международного права и геополитическая реальность», лучше не стало. «Пакетный план», «поэтапный план», «общее государство», «план Пола Гобла», «казанская формула и план Сергея Лаврова», планы Шарля Мишеля и Энтони Блинкена, план Игоря Ховаева. Проекты Москвы, Брюсселя, Вашингтона, Минской группы ОБСЕ. «Все побывали тут», как по Лермонтову. Только совместных планов Баку и Еревана не видно. Проектов, которые были бы ориентированы на взаимовыгодные компромиссы. Поражение противника, его капитуляция- да, но не уступки. Борьба за «свою землю», понимаемую как этническая собственность. Тогда в 1988, и сейчас в 2023.

Вовлечение без признания: белорусская версия

1. После того, как 26 августа 2008 года Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии, Европейский союз провозгласил курс на «engagement without recognition». То есть «вовлечение без признания». Большими энтузиастами этого подхода были спецпредставители ЕС по Южному Кавказу шведский дипломат Питер Семнеби, француз Филипп Лефор и немец Герберт Зальбер. Всех их в разное время подозревали в потакании «сепаратистам», хотя они лишь пытались выполнять в меру сил свою работу. Профессионально и прагматично, не в пример нынешней идеократической когорте евро-чиновников. Сегодня та идея потеряла свой прежний блеск, она не в тренде...
2. Москва долгие годы ждала, когда ближайший ее союзник, Минск (Белоруссия ведь наряду с РФ образует еще и Союзное государство) признает две бывшие автономии Грузинской ССР самостоятельными государствами. Но время шло, белорусский президент под разными предлогами откладывал такое решение. Иной раз при этом сетовал, что политика «предопределения» будет чревата мощными западными санкциями против его страны, а россиянам требуется проявить понимание мотивов стратегического партнера. Или, если решение неизбежно, то помочь материально, возместив «выпадающие статьи».
3. После событий 2020 года белорусская многовекторность ушла из актуальной повестки Минска (не скажу навсегда, в политике ничего навечно не бывает). По факту сегодня Белоруссия- единственный член ОДКБ и ЕАЭС, который практически полностью принял позицию России по СВО. Пространство для внешнеполитического маневра сузилось подобно шагреневой коже.
4. Эти изменения не могли не сказаться и на кавказских приоритетах Минска. В конце сентября 2022 года Александр Лукашенко впервые в качестве главы государства посетил Абхазию (правда, дело ограничилось пицундской госдачей). И тем не менее, прецедент был создан. 20 февраля 2023 года уже абхазский лидер Аслан Бжания побывал в Минске. Отношения названы дружескими. Более того, «Батька» даже укоризненно высказался в адрес грузинских властей. Он посетовал на непонимание с их стороны простых человеческих отношений лидеров Абхазии и Белоруссии.
5. Таких отношений между Минском и Сухумом ранее не было. Значит Белоруссия – следующее государство, которое признает абхазскую и югоосетинскую независимость? Не стал бы спешить с выводами. По трем причинам.
6. Во-первых, каждое (!) постсоветское государство весьма щепетильно при рассмотрении вопросов изменения границ и их легитимации. Просто в силу недостаточного опыта самостоятельной государственной независимости. Опасаются, а вдруг потом их рубежи кто-то когда-то оспорит. Пусть не здесь и не сейчас, а в принципе… Во-вторых, любое малое государство стремится к аккуратному балансированию и сохранению диверсифицированных связей. Это крупные державы могут позволить себе размашистые шаги. Малые же действуют по принципу не семь, а семьсот семь раз отмерь. В-третьих, Александр Григорьевич многократно всем доказал, что предпочитает иметь свободу рук. Даже тогда, когда пространство этой свободы ограничено. И потому- дружба, экономические обмены, студенческие программы будут всячески поощряться, а вот заветный указ о признании может быть отложен на потом, до «лучших дней». «Мы очень хорошие отношения поддерживали и поддерживаем, насколько это возможно, с Тбилиси», - сказал Лукашенко, приветствуя своего абхазского коллегу в Минске. Все по-честному.

Не госминистр, но политик? Пять тезисов об отставке Рубена Варданяна

1. Рубен Варданян более не является госминистром (данный пост- аналог позиции премьера) непризнанной Нагорно-Карабахской Республики. Решение по этому поводу обнародовано главой НКР Араиком Арутюняном. Должность госминистра предложена генеральному прокурору Гургену Нерсисяну. На своем посту Варданян проработал порядка пяти месяцев. Как оценивать это событие? К каким последствиям оно может привести?
2. Прежде всего, хотелось бы избежать трансляции каких-либо конспирологических версий. Что можно утверждать с большей или меньшей определенностью? Противоречия между Рубеном Варданяном и Араиком Арутюняном были заложены системно с первого дня появления в Степанакерте нового госминистра. Слишком разный масштаб фигур. И дело не в том, что плох один или другой очень хорош. Они просто по-разному воспринимают политику и политическую борьбу. Здесь ключевая причина того, что их тандем не сложился.
3. Налицо серьезный управленческий кризис в непризнанной республике. 23 ноября 2022 года в отставку ушли девять министров НКР, а в январе 2023 года- опытнейший секретарь Совбеза Виталий Баласанян. Статус республики висит на волоске, прессинг Азербайджана нарастает, перекрыта единственная артерия, связывающая Нагорный Карабах с Арменией. Слишком узкое пространство для маневра. И всякие попытки его расширить крайне опасны. Тут уж не до конфликта хорошего с плохим, тут выбор между ужасным, скверным и просто опасным. Варданян пытался придать арцахской политике какую-то осмысленность и стратегию. Он вознамерился спутать карты очень многим игрокам. Не вышло. Но могло ли выйти? Вопрос совсем не риторический. И кейс с отставкой, скорее подтвердил, чем опроверг старый трюизм: политика- искусство возможного.
4. Означает ли отставка Варданяна то, что он перестает быть политиком? Отвечу вопросом на вопрос: «А разве уход Бориса Ельцина или Гейдара Алиева в свое время стал синонимом их политического заката?» Варданян за какие-то несколько месяцев получил немало симпатизантов в армянском мире. И в самом Карабахе, и в Армении, и в спюрке (диаспоре). Что он сделает с этим капиталом? Ответов может быть множество. Может конвертировать свой карабахский опыт в участие в армянской политике, а может и взяться за мемуары. Тут и его собственная воля играет роль, и другие факторы. К риску он готов. Проблема в том, что далеко не все армяне в той же НКР готовы. И, напротив, его оппонент Ильхам Алиев демонстрирует готовность повышать ставки.
5. Пока же зафиксируем: очередной поход представителя крупного бизнеса с постсоветского пространства в постсоветскую же власть не увенчался успехом. Все-таки в «наших Палестинах» на просторах бывшего СССР не финансовый успех, а нечто иное остается главным мерилом. Впрочем, в случае с Варданяном рано говорить о «конце истории». Госминистр непризнанной республики- не единственная из возможных политических опций.

Вспоминая генерала Александра Лебедя

Вчера вышел очередной документальный фильм в рамках проекта «Редакция» Алексея Пивоварова. Он посвящен жизни, военной и политической карьере Александра Лебедя. В нем несколько моих включений. Про этнополитические конфликты позднесоветского периода, про Новочеркасск в личной истории генерала. Не всё, увы, из записанного вошло, но в любом случае спасибо за приглашение. В наше время дефицит на содержательную журналистику. https://youtu.be/8fxhTn05OVY

СВО: год спустя. Размышления вне (без) большой геополитики

26 февраля 2022 года написал. И сегодня не вычеркнул бы ни слова из оценки годичной давности.
1. Прямое военное вмешательство России в украинский конфликт резко повысило ставки для нашей страны. По многим направлениям. Не уверен, что этому решению не было альтернативы, а сделанный выбор наилучший. Также не считаю, что понимание украинских реалий в Москве полностью удовлетворительно.
2. Однако нынешнюю стигматизацию моей страны нахожу неоправданной, считаю оценку ее действий предвзятой и однобокой. Сам конфликт начался не в феврале 2022, а восемью годами ранее, сейчас он вышел на новый виток.
3. Своей стране и своей армии я не буду желать поражения, Последствия такового сценария были бы катастрофическими.
4. И последнее по порядку, но не по важности. Я честно пробовал вести нормальную дискуссию по сложившейся ситуации. Не получается, время не пришло. Эмоции и ругань отнимают время, силы. Конструктива за редким исключением не получается, рассудочность не востребована. Постить непроверенные факты, сообщения тг- каналов, фотки и видео не имею ни желания, ни возможности. Не хочу вовлекаться в информационную войну и становиться ее солдатом. Надеюсь, что в более спокойной обстановке мы ещё вернёмся к обсуждению того, что это было.
5. Теперь из 2023 года добавлю один пункт. Более спокойные времена все не наступают. И потому задача эксперта хотя бы не привносить в обсуждение нотки истеричности и непрофессионализма. О большем и просить ныне невозможно.

Сумгаитская трагедия: тридцать пять лет спустя

1. Тридцать пять лет назад, в конце февраля 1988 года в активный политический словарь тогда еще советского человека вошло слово «погром». Ранее школьники и студенты из СССР использовали этот термин, обращаясь к наследию «мрачных времен», говоря о царской России или "хрустальной ночи" в Германии. В февральские дни 1988 года он наполнился не отвлеченным, а актуальным общественно-политическим смыслом.
2. Армянские погромы в Сумгаите тридцатипятилетней давности (они начались 26 февраля, достигли своего пика 28 февраля и прекратились 29 февраля) стали не просто человеческой и национальной трагедией. Они сломали несколько фундаментальных идеологических мифов и обозначили целый ряд сложных и неприятных вопросов, не потерявших своей актуальности и сегодня. Прежде всего, они показали неготовность (и организационную, и идеологическую) центральной власти тогдашнего СССР к профилактике кризисов и эффективному реагированию на них. По горячим следам этих событий на заседании Политбюро ЦК КПСС генсек (первый человек в руководстве огромной страной) Михаил Горбачев риторически вопрошал: «500 писем в ЦК было получено за три года по вопросу о Нагорном Карабахе. Обратил ли кто внимание на это? Была у нас рутинная реакция». Он же сетовал и на «опоздание армии». Не армия опоздала, а властная Система (военные были лишь частью госаппарата).
3. В результате мы стали свидетелями формирования и цементирования двух противостоящих друг другу нарративов — армянского и азербайджанского. Как справедливо отмечал известный российский историк и политолог Дмитрий Фурман, «в эпоху "перестройки" впервые Азербайджан громко заявляет о себе и вторгается в российское сознание ужасом сумгаитского погрома». Спору нет, трагические истории Сумгаита в 1988 году, а затем в январе 1990 года в Баку еще долгие годы будут черными пятнами на репутации нового Азербайджана. Однако нельзя не видеть и того, что армянские лидеры, замышлявшие проект «миацума» (объединения Карабаха с Арменией), не слишком задумывались, во-первых, о возможных последствиях его реализации, а во-вторых, не интересовались судьбой азербайджанцев в Армении и в самом Нагорном Карабахе.
4. Этническая «чистота» как принцип тридцать пять лет назад одержал верх. И Сумгаит, в котором прошли армянские погромы, стал символом победы этого принципа. За Сумгаитом последовали другие армянские погромы в Азербайджане, «деарменизация» этой республики, а также исход азербайджанцев из Армении, а потом и из карабахских земель.
5. Но, пожалуй, главным итогом сумгаитской трагедии стало формирование особой социальной психологии двух конфликтующих обществ. Ее основными чертами является повышенная чувствительность к своим трагедиям и нечувствительность к трагедиям противника (даже готовность отрицать эту трагедию просто потому, что она "чужая"). Автору этого комментария не раз приходилось отвечать на вопросы азербайджанских журналистов о роли КГБ (ЦРУ, мировой армянской закулисы) в трагедии «горячего февраля» 1988 года и не соглашаться с их версиями, и в то же время спорить с армянскими коллегами по поводу того, что трагедия другого февраля (1992 года в Ходжалы) не является выдумкой азербайджанской пропаганды.