Грабеж.

В CNN вышла статья, начинающаяся словами: «Европейский союз находится накануне принятия фундаментального решения, использовать ли замороженные российские активы для финансирования поддержки Украины. Беспрецедентный план, который вызвал столкновение между государствами, которые его поддерживают, и Бельгией, где находится львиная доля резервов». Как замечает CNN, «потенциальное использование активов вызывало большие противоречия. Критики утверждают, что такой вариант проблематичен с юридической точки зрения и рискует навлечь возмездие со стороны Москвы». Мягко сказано! Речь идёт о неприкрытом грабеже, который собираются предпринять для многомиллиардного финансирования одной из воюющих сторон – Украины, – чтобы позволить ей затянуть конфликт и убивать больше россиян.

Ну и что может Россия сделать? Центральный банк уже обратился с иском в российские судебные инстанции, где у него, вероятно, хорошие шансы. Но дальше нужно будет идти в международные суды, где России победить будет очень нелегко и любое разбирательство займёт долгое время. Что может, в конечном итоге, наказать Бельгию, у которой находится основная масса замороженных российских активов. Но в это же время Украину будут накачивать оружием. Однако кто сказал, что российский ответ должен быть симметричным? На псевдоюридические решения Евросоюза мы, дескать, должны отвечать в плоскости юридических контррешений? – это абсолютно нелогично. Когда тебя грабят, можно ли ожидать, что ты спокойно отдашь свою собственность в надежде, что дальше суд возместит ущерб и накажет преступников? Такие подходы часто рекламируются полицией западных государств – но это точно не русский подход.

Наш подход предполагает не только решительность, но и тщательный анализ возможностей вероятных рисков. К счастью, возможностей очень много – и у Верховного главнокомандующего будет широкий диапазон средств: от самых радикальных до более осторожных. Из числа радикальных упомяну вывод, что Россия достаточно долго терпела неприкрытую агрессивность со стороны прибалтийских республик, которые сумели на самых благоприятных условиях выйти из состава Советского Союза в силу поддержки со стороны правительства Ельцина. Сейчас эти страны уже много лет отвечают России злом на добро. Угрожают закрыть для России Балтийское море и отнять Калининград. И НАТО всё больше распространяет свою инфраструктуру на балтийских соседей, представляя растущую угрозу России и создавая ситуацию, когда промедление до 2029–2030 годов (которые НАТО открыто называет вероятными датами войны с Россией) потенциально будет очень дорого стоить.

Конечно, такие меры, как, например, закрыть Сувалкский коридор, вполне оправданные против врагов, несут серьёзные риски эскалации. И опасность вызвать недовольство таких дружественных стран, как Китай, Индия и страны Персидского залива. Но есть и менее радикальные, но достаточно эффективные действия. Осудить и объявить в розыск руководство Евросоюза. Максимально конфисковать активы стран ЕС в России и связанных с ней государствах, учитывая при этом интересы добросовестных инвесторов.

США неоднократно задерживали во всём мире россиян, которых они обвиняли в каких-то преступлениях, причём иногда речь шла даже о чётких провокационных подставах. Для России подобное беззаконие – не пример. Но там, где есть реальные преступления против России, когда речь идёт о тех, кто грабит российскую собственность, по нормам военного времени у нас есть все основания действовать аккуратно, но жёстко.

Я предвижу возражения против такого образа действий. И признаю, что эскалация, как правило, нежелательна. Но ключевой вопрос: а какова альтернатива в ситуации, когда все наши дипломатические усилия, когда все успехи российских вооружённых сил на Украине только возбуждают ярость наших европейских врагов, до сих пор не верящих, что они играют с огнём?

Глобалисты правят бал

Только что в Майами закончились очередные переговоры между американской и украинской делегациями. По сообщениям сторон, они согласились говорить и дальше. Сегодня в Майами прибывает российский переговорщик Кирилл Дмитриев, так что будет отличная возможность для обмена мнениями на высоком уровне. Но почему, всё-таки, за столько месяцев прогресс переговоров является весьма относительным? Вчера госсекретарь США Марко Рубио дал ответ, что это связано с тем, что Соединённые Штаты пытаются сблизить позиции России и Украины. И вынуждены считаться с тем, что без согласия обеих сторон мир невозможен. В этом, конечно, есть доля правды, но есть и большой элемент лукавства. При наличии политической воли Вашингтона переговоры бы быстро закончились успехом.

Как признал сам Рубио, Соединённые Штаты предоставили Украине вооружения на миллиарды долларов. И кстати, буквально на этой неделе, вопреки обещаниям Дональда Трампа не давать Украине за американский счёт больше оружия, Палата представителей, которую контролируют республиканцы, проголосовала за предоставление Украине в рамках военного бюджета 400 миллионов долларов ежегодно до 2027 года. И ни о какой оппозиции этому решению со стороны администрации — неизвестно.

Рубио также отметил, что Россия находится под санкциями, и что недавно президент США ввёл новые санкции против российских энергетических компаний. И Рубио подчеркнул, что этого хотели все: «И мы ввели санкции — президент ввёл санкции против Российской Федерации. Он ввёл нефтяные санкции. Все нефтяные санкции, которые все хотели, чтобы он ввёл, он ввёл их. Он ввёл их полтора месяца назад».

Конечно, на уровне Трампа и стратегической доктрины, разработанной Пентагоном, высказываются сомнения и о состоянии демократии в Европе, и о центральности Европы для американских внешнеполитических интересов. Но вот на уровне конкретной американской внешней политики трансатлантические глобалистские силы до сих пор часто правят бал.

Да, конечно, Соединённые Штаты играют роль модератора на переговорах между Россией и Украиной. В то же время очевидно, что без поддержки Соединённых Штатов Украина не могла бы долго продержаться. Что когда Трамп говорит Владимиру Зеленскому, что у него нет козырей, он имеет в виду, что у главы киевского режима нет козырей без поддержки США.

Понятно, что киевский режим рассчитывает на помощь европейских стран. Но эта поддержка возможна в сколько-нибудь серьёзных масштабах, лишь пока США продолжают продавать Европе оружие для Украины. Продолжают делиться с Украиной разведывательными данными, как вчера признал Марко Рубио.

И, наконец, самое главное. Европейцы позволяют такую дерзость в отношении России, потому что рассчитывают на иммунитет, якобы предоставляемый 5-й статьёй устава НАТО. Если бы администрация Трампа обратила внимание европейских стран на то, что они как прямые участники конфликта не подпадают под действие 5-й статьи, европейская дерзость быстро бы сошла на нет.

Уверен, что при таком изменении позиции США война на Украине, как неоднократно предсказывал Трамп, действительно, быстро бы закончилась.

Чего не может Европа

И снова Европа обостряет международную ситуацию, причитает об угрозе России и недостаточном понимании серьёзности ситуации со стороны США. История редко полностью повторяет себя. Но аналогии неизбежны. Ещё в конце 70-х годов канцлер ФРГ Гельмут Шмидт, в период относительной разрядки между Америкой и СССР, обнаружил «страшную угрозу» со стороны новых советских ракет средней дальности. Неважно, что ракеты в количественном отношении заменяли давно устаревшие советские системы. Неважно также, что они играли далеко не центральную роль в мировом стратегическом балансе, где основными были дальнобойные системы, способные достигать территории СССР и США. Но у новых советских ракет, известных на Западе как СС-20, было больше боеголовок. И Шмидт, и за ним весь европейский политический мейнстрим обнаружили «смертельную угрозу» своему выживанию (по крайней мере, своему суверенитету).

Когда у Генри Киссинджера спрашивали, как он относится к европейским озабоченностям, тот отвечал: а вы дайте мне адрес и телефон Европы, и я обязательно с ними свяжусь и посмотрю, что мы можем сделать.

Сегодня Евросоюз (и особенно его эстонская главная дипломатка Кая Каллас) претендует на то, что они — голос всей Европы. Однако многие европейские страны с этим категорически не согласны. Но тем не менее, евросоюзовская толпа постоянно рвётся к президенту США и пытается с помощью своих американских сторонников помешать ему договориться с Россией. Этим также занимаются вышедшие из Евросоюза, но полностью разделяющие его русофобию англичане.

Директор национальной разведки Тулси Габбард вынуждена была опровергнуть статью Reuters, где говорилось о том, что американские разведывательные структуры пришли к выводу, что Россия собирается захватить всю Украину и дальше начать войну против Европы. Напротив, подчеркнула Габбард, американская разведка исходит из того, что у России нет ни планов, ни возможностей идти на подобного рода вторжения. Возможно, в Reuters спутали американскую разведывательную службу с английской MI6, которую уже несколько месяцев возглавляет внучка украинского гитлеровского коллаборанта Блейз Метревели.
Метревели, как и её предшественник на посту главы MI6 Ричард Мур, известны своими гротескными предостережениями о чудовищных, агрессивных планах России.

И последнее. В моём возрасте хочется думать, что у тебя были какие-то значимые достижения. Но важно и помнить, когда ты был неправ. Так вот, я хорошо помню лето 1988 года, когда на заседании высокопоставленной группы по изучению американской стратегии, которая проходила в городе Аспене, штат Колорадо, поддавшись разочарованиям, что Соединённые Штаты не в состоянии играть конструктивную роль (в первую очередь из-за характера американской внутренней политики) в разрешении арабо-израильского конфликта, я сказал: а может быть, стоит понять и принять американские ограничения и передоверить хотя бы на время ведущую роль в переговорах о ближневосточном мире европейским союзникам? Председателем заседания являлся бывший помощник президента по национальной безопасности Брент Скаукрофт, которому предстояло снова занять эту роль у президента Буша Старшего. Я хорошо знал Скаукрофта. И он в прошлом был председателем консультативного совета моей маленькой программы в университете Джонса Хопкинса. А потом, снова став частным гражданином, играл ведущую роль в совете директоров возглавляемого тогда мною Центра национальных интересов. Но он явно был очень недоволен моим предложением. И хотел максимально предотвратить даже возможность дискуссии по этому вопросу. «Дмитрий, — сказал он, — нет пользы в том, что вы предлагаете. Европейцам нечего предложить, кроме своих претензий и своего самомнения. При всех ограничениях Америки мы должны принимать свои собственные решения и действовать на этой основе».

Очень хочется надеяться, что мудрый подход Скаукрофта разделяется сегодня президентом Трампом. Заключение мира на Украине зависит от наличия у него такого понимания.

«Покончить с иллюзиями»
https://www.kommersant.ru/doc/8339792

Знает ли Трамп, где остановиться?

В интервью американской телевизионной компании CBS Дональд Трамп заявил, что в отношении Ирана он добивается победы («The endgame is to win in Iran»). Когда его попросили объяснить, в чём победа должна состоять, он затруднился быть конкретным. Но предупредил, что его действия против иранского режима будут очень жёсткими – и тому придётся весьма плохо. Звучит как пустая похвальба. Но после того, что Трамп проделал в отношении Венесуэлы и всего несколько месяцев назад Ирана, воспринимать угрозы американского президента приходится серьёзно. У него нет чёткой картины, какой миропорядок он хотел бы создать – и какую цену он готов за это платить. Но зато у него есть не просто готовность, а склонность использовать жестокие силовые методы, чтобы добиваться своего. И Трамп испытывает не просто удовлетворение, а откровенное удовольствие, когда ему удаётся разгромить тех, кто стоит на его пути – если даже сами они врагами Америки себя никак не считают. Поэтому требования Трампа передать ему контроль над Гренландией нельзя игнорировать как пустую браваду. Присоединение Гренландии к США поставило бы Трампа в категорию американских президентов, своими завоеваниями создавшими современные Соединённые Штаты. Для Трампа это – новая вершина, и ему очень хочется на неё взобраться.

То, что такой характер действий как-то противоречит обещаниям, данным во время всех предыдущих избирательных кампаний Трампа, не ввязывать США в новые войны, не пересиливает его эпатажное желание получить Нобелевскую премию мира – премию, давно себя дискредитировавшую. И казалось бы, то, что её дали абсолютно ни за что (ещё до того, как он вступил в должность) Бараку Обаме, презираемому Трампом, должно снизить энтузиазм нынешнего президента США в стремлении к столь сомнительной почести. Но нет: как фанатик-альпинист Трамп жаждет взобраться на вершину самой высокой горы, потому что этого требует его натура. Однако спортсмена-альпиниста можно понять – и он действует от своего имени, в своих интересах и на свой собственный риск. А вот когда в подобного рода рискованные соревнования в глобальном нарциссизме Трамп втягивает Соединённые Штаты – это вызывает понятную озабоченность многих американских деятелей, не замеченных в изоляционизме и пацифизме.

Трамп, карьера которого включает индустрию развлечений, в числе прочего – впечатляющий актёр. И различить, где кончается игра и начинаются его реальные планы – не всегда легко. Скорее всего, он иногда и сам это не знает. Временами Дональд Трамп напоминает Наполеона Бонапарта, который использовал постановочные сцены гнева, чтобы произвести должное впечатление на иностранных послов, а иногда и на собственных советников. Беда в том, что на каком-то этапе Наполеон потерял ощущение реальности: где кончается изображение себя императором мира – и где начинается реальная мировая политика, с её ограничениями и опасностями?

Конечно, у Трампа пока нет ничего, напоминающего завоевания Наполеона. Очень хочется надеяться, что в ядерный век он будет знать, где остановиться. Что он не отбросит понимание, которым раньше делился со своими собеседниками, что Третья мировая война – недопустима. И, как минимум, скорее всего, покончила бы со всеми его остальными планами и с желанным местом в истории.

Строить отношения с такой великой державой, как Соединённые Штаты, и с таким выдающимся лидером, как Дональд Трамп, постоянно исходя из худшего – было бы себе дороже. Но мы также не можем себе позволить игнорировать весьма тревожные особенности характера американского президента – и не предпринимать по этому поводу адекватных предосторожностей. Как дипломатических, так и военных.
И меры эти должны, совершенно очевидно быть безотлагательными, масштабными и решительными.

Не стоить лить слёзы по Дании

Вчера в Вашингтоне после встречи с вице-президентом США Джей Ди Вэнсом и госсекретарём Марко Рубио министр иностранных дел Дании Ларс Лёкке Расмуссен с мрачнейшим выражением лица обиженно заявил: «У нас существуют самые продолжительные дипломатические отношения с США – самые долгие среди всех союзников США, 225 лет подряд». И тут – вот такое. Как заявила премьер-министр Дании Метте Фредериксен, «это была непростая встреча. Существуют фундаментальные разногласия, поскольку американские амбиции по захвату Гренландии остаются неизменными».

На первый взгляд, так и хочется выразить сочувствие бедной Дании, которую так незаслуженно обижают. Но есть американское выражение: it couldn’t have happened to more deserving people. То есть: они получили то, что заслужили. Если давность отношений определяла бы их современный характер, то Дания бы систематически и ревностно на протяжении последних более чем 25 лет не поддерживала бы русофобскую позицию НАТО. Хочу напомнить: основателем российской государственности считается выходец из Дании – Рюрик. У Дании были морские связи с Новгородом ещё в XII веке. Ещё Иван III в 1493 году заключил с датским королём Иоганном договор «О дружественном и вечном союзе». В конце XIX века цесаревич Александр Александрович, который впоследствии был коронован как Александр III, женился на датской принцессе Дагмаре. И Николай II был сыном Александра III и Дагмары – то есть наполовину датчанином. После революции Дагмара вернулась в Данию, где она имела в Копенгагене свой небольшой двор в изгнании.

Во время Второй мировой войны Советский Союз сыграл решающую роль в разгроме нацизма и, соответственно, в освобождении Дании от гитлеровского контроля. В начале 90-х годов советником-посланником (сначала СССР, а потом России) в Копенгагене был Юрий Ушаков, который впоследствии сделал блестящую карьеру: 10 лет служил в качестве российского посла в Соединённых Штатах, а сейчас уже много лет является помощником президента Путина по международным делам. А в начале 00-х послом России в Копенгагене был бывший помощник Ельцина по международным делам Дмитрий Рюриков (кстати, мой тесть).

И вот что важно: конечно, как между любыми державами (особенно которые не являлись союзниками), между Россией и Данией существовали какие-то вопросы. Но в Москве Дания никак не воспринималась как враждебная страна. И тем не менее Дания полностью присоединилась к агрессии НАТО против Сербии, которая в нарушение международного права привела к отсечению от Сербии Косова с последующим неформальным присоединением Косова к ЕС и НАТО. А в 2014 году Дания полностью поддерживала действия Соединённых Штатов и Евросоюза по организации государственного переворота на Украине, с тем чтобы отдалить Украину от России и поставить её под крыло ЕС и НАТО. И уже совсем недавно Дания присоединялась к попыткам Финляндии и Эстонии ограничить российскую свободу судоходства в Балтийском море.

И если так, то на что же Дании жаловаться? Только на то, что Трамп обращается с ней с той же бесцеремонностью, которую она в составе НАТО проявляла в отношении сначала Сербии, потом Украины, а теперь уже и России. Как заявил Сергей Лавров, «расшатывание всей системы международных отношений, замена международного права кулачным правом, естественно, не может быть поддержано Россией». Но в конкретном случае с Данией так и хочется сказать: как аукнется, так и откликнется.

Доколе терпеть наглость Лондона?

Пресс-секретарь президента Путина Дмитрий Песков заявил, что в отличие от таких европейских держав, как Италия, Франция и Германия, Великобритания «ни коим образом не желает вносить хоть какой-то вклад в дело налаживания мира и стабильности и предсказуемой ситуации на европейском континенте». А по сообщению американского издания Politico, глава британского МИД Иветт Купер отвергла саму идею возобновления дипломатических контактов с Москвой в поисках мира на Украине. Как заявила Купер, «нужны доказательства, что Путин действительно хочет мира, и на данный момент я этого не вижу». А пока, по мнению министра иностранных дел Великобритании, вместо переговоров следует «оказывать усиленное давление» на Россию, включая дальнейшую «военную поддержку Украины».

Что ж, саботаж дипломатии по Украине со стороны Великобритании – не новость. Это именно английский премьер Борис Джонсон, согласно многим информированным источникам, в апреле 2022 года убедил Владимира Зеленского отказаться от уже согласованного (хотя и не подписанного) договора с Россией о мирном урегулировании. Ещё живя в Вашингтоне, я спросил у информированных источников, хорошо знакомых с работой ЦРУ: не отвечает ли эта организация за наиболее дерзкие операции украинских спецслужб? Последовал ответ: скорее, это MI6.

Как известно, Великобритания является островом, существенно больше, чем США и страны ЕС, зависимым от безопасности своих морских и воздушных коммуникаций. Английский телевизионный канал Sky News утверждал, что у России есть «довольно хорошая карта сети подводных кабелей Великобритании». И, как говорят английские эксперты, эти «кабели обеспечивают критически важные коммуникации, включая поставки газа и электроэнергии, а часть из них имеет военные цели». Отмечается, что в случае повреждения отремонтировать кабели было бы весьма трудно, потому что они находятся на большой глубине. Ну и, помимо кабелей, Англия зависит от доставки по морю нефти и других критически важных для королевства грузов. И если бы речь зашла о большой войне, то у России, как напомнил Владимир Путин, есть подводный аппарат «Посейдон», способный создавать радиоактивное цунами.

Почему же такая уязвимая страна позволяет себе так нагло обращаться с Россией? Ответ очевиден: потому что в Лондоне не верят, что Москва решится на крайние меры. А почему не решится? Ответ тут очевидный и убедительный: удар по Англии даже на уровне кибератак, которые бы легко и эффективно закрыли её небо для воздушного сообщения, мог бы вызвать серьёзный английский ответ. Не такой разрушительный, как потенциальный удар России, но, тем не менее, достаточно неприятный для нормальной жизни страны. И есть опасность, что – при всей своей неприязни к английскому лево-глобалистскому премьеру Киру Стармеру – Дональд Трамп счёл бы необходимым заступиться за союзника по НАТО. И это, как минимум, могло бы помешать переговорам с Вашингтоном об урегулировании на Украине.

Это реальные и серьёзные соображения. Но, как и в случае любых соображений о международных возможностях и рисках, их вес зависит от обстоятельств. И в первую очередь – от уровня угрозы, которая существует для безопасности России. И если бы Великобритания действительно, как она обещает, начала перехватывать танкеры, перевозящие российскую нефть, посылать военные контингенты на территорию Украины и расширять своё военное присутствие в Эстонии (поблизости от Санкт-Петербурга), то баланс возможностей и рисков в случае конфликта с Великобританией, естественно, мог бы быть пересмотрен. Конечно, Трамп – не пример для России. Но он создаёт новые международные реальности, представляет прецеденты, о которых было бы полезно задуматься в Лондоне.

Республиканцы готовы воевать

Дональд Трамп, гордящийся своими заслугами в качестве миротворца, продолжает источать угрозы против широкого круга как врагов, так и неуступчивых союзников. За последнее время он упоминал возможности нанесения новых ударов по Ирану и Венесуэле, допускал применение военной силы, чтобы присоединить к США ныне принадлежащую Дании Гренландию; говорил о том, что может сурово наказать Колумбию. Допускал военные удары по вроде бы дружественной США Мексике. Ну и конечно — грозился окончательно решить вопрос с Кубой.

Эти угрозы полностью противоречат тому, как Трамп позиционировал себя во время избирательной кампании, когда он разоблачал претензии Джо Байдена на мировую гегемонию и заверял, что не будет развязывать новых войн. Отсюда неизбежный вопрос: а может ли Трамп позволить себе в контексте американской внутренней политики дальнейшие агрессивные действия? Последние опросы общественного мнения показывают, что вполне может. По крайней мере, если речь идёт об его основном республиканском электорате. По данным недавнего опроса, проведённого NPR/Ipsos, 67% против 23% республиканцев согласились с утверждением, что «Соединённые Штаты не должны опасаться использовать свою военную мощь». Причём интересно, что процент республиканцев, согласно другому опросу общественного мнения AP-NORC, которые хотят, чтобы США играли «менее активную роль» в мире, сократился с 53% в феврале 2024 года до 43% в марте 2025-го, до 34% в сентябре 2025-го, а теперь только до 26%. И дальше: опрос, проведённый два дня назад Marist College, даëт ещё более впечатляющие результаты. Процент республиканцев, которые поддержали бы военную акцию против: 1) Венесуэлы — 83%, 2) Ирана — 75%, 3) Мексики — 74%, 4) Кубы — 71%, 5) Гренландии — 57%.

Почему же значительная часть республиканских избирателей так изменила свой подход к американской международной роли? Ответить на этот вопрос нетрудно. Во-первых, хотя общая популярность Трампа в США сегодня ниже 40%, подавляющее большинство республиканцев по-прежнему и с энтузиазмом воспринимают Трампа как своего лидера. И готовы следовать предложенной им политической линии как внутри, так и вовне Соединённых Штатов. Но есть и вторая, не менее важная причина. И в случае Ирана, и в случае Венесуэлы Соединённые Штаты, пользуясь своим подавляющим превосходством в воздухе, наносили разрушительные удары по противнику, не потеряв ни одного американского военнослужащего. И в обоих случаях дело ограничивалось короткими ударами без сколько-нибудь продолжительного пребывания American boots — американских военнослужащих — на территории этих стран.

Также надо учитывать, что приведённые цифры говорят о поддержке Трампа именно республиканцами. Уже среди независимых избирателей, и особенно среди демократов, имеют место убедительные цифры оппозиции иностранным военным интервенциям. До какой степени это отсутствие широкой поддержки в стране, особенно когда недалеко промежуточные выборы уже в ноябре этого года, сможет удержать Трампа — предсказать трудно. В прошлом — и как бизнесмен, и как президент — он проявлял готовность применять силу, не слишком считаясь как с международным правом, так и со своими обещаниями избирателям. Но в то же время он обычно знал, где остановиться, и избегал конфликтов с другими великими державами, проявляя, как правило, подчёркнутое уважение к их лидерам. Но это было до успешных ударов по Ирану и Венесуэле — и, как известно, аппетит приходит во время еды. И кроме того, сам Трамп, которому вскоре исполнится 80 лет, по наблюдениям тех, кто его хорошо знает, стал более спонтанным и несдержанным в своих реакциях.

С паршивого Давоса хоть что-то полезное

Итак, Кирилл Дмитриев после долгого отсутствия россиян в Давосе отправляется на проходящий там Всемирный экономический форум. Цель — вести переговоры с командой Трампа о мире на Украине. Что ж, ради этого стоит съездить и в Давос. Хотя давосский форум — мероприятие, с моей точки зрения, преотвратительное. Лицемерное. Претенциозное. С лозунгом «привержены улучшению состояния мира» — ни много ни мало. Собирающиеся там миллиардеры, главы крупнейших компаний и их журналистское лоббистское сопровождение за много десятилетий существования форума ещё с 1971 года об «улучшении» состоянии мира заботились очень своеобразно. «Улучшение» состояло в том, чтобы праздновать в декадентской роскоши глобалистский либеральный порядок. И внушать друг другу, что это порядок в интересах бедных и обездоленных. И, конечно, «под шумок» заводить полезные знакомства. Там устраивались игры с  проходом через тёмное помещение, где рядом раздавались выстрелы, — чтобы гости могли лучше понять страдания беженцев. И прямо после этого — роскошный приём с дорогим французским шампанским. Ну а после приёма (кому интересно) — находившиеся там в изобилии девушки с пониженной социальной ответственностью.

Я помню, как в середине 90-х годов русские были очень популярны в Давосе. Нувориши из 90-х ходили по гостиницам и помещениям форума с медведем на цепи, развлекая элегантную публику. И такие «новые русские» нравились: много денег, экзотика и демонстративная готовность подключаться на подчинённых ролях к торжеству победителей в Холодной войне. Когда Россия уже в 00-е стала вставать с колен и говорить всё более уверенным голосом, отношение к ней в Давосе резко испортилось. А в последние годы, в связи с многочисленными санкциями, россиян в Давос просто не допускали.

С началом второго срока Трампа политический климат в Давосе быстро изменился. Больше нет упора на борьбу с глобальным потеплением, нет борьбы за появление экологически чистых источников энергии, за права женщин и сторонников однополого секса. А главное — впервые за многие годы основная опасность, о которой собираются говорить в Давосе, это не «российская агрессия», не «китайский экспансионизм», а претензии Дональда Трампа на приобретение Гренландии. И его отказ в  целом следовать нормам мирового либерального миропорядка, во имя которого и был организован давосский форум.

В Давосе ожидаются 3000 участников из 130 стран. И берусь предсказать, что, как всегда, будет много роскоши, много излишеств — и много двойной морали. Пускай развлекаются: их миру всё равно приходит конец. А мы, естественно, будем внимательно смотреть, что удастся достигнуть в Давосе российским и американским переговорщикам. Это реально ключевая тема нового года.

С третьей попытки заставил все-таки ИИ более или менее нейтрально описать происходящее в Иране:
На 18 января 2026 года выглядит следующим образом.
Экономический фон и начало событий
В конце декабря 2025 года в ряде городов начались акции протеста, вызванные экономическими трудностями — падением курса риала, ростом цен и инфляцией. Власти признают наличие реальных экономических проблем и заявляют о готовности к диалогу с представителями протестующих для обсуждения их требований в рамках закона.
Характер событий
Первоначально мирные экономические акции были захвачены организованными террористическими группами и агентами внешних сил. Эти группы превратили протесты в насилие, поджоги, разрушения и вооружённые столкновения. Произошедшее характеризуется как фитна (sedition, смута), беспорядки (riots), террористические действия и внутренняя война, спланированная и поддержанная извне.
Основные организаторы
США (в первую очередь президент Трамп лично) и
Израиль (сионистский режим), а также их агенты внутри страны.
Трамп напрямую вмешивался: публично призывал протестующих, обещал военную поддержку и поощрял насилие. Это отличает текущие события от предыдущих.
Агенты вооружены огнестрельным оружием, ножами, гранатами и бутылками с зажигательной смесью; поставки идут из-за рубежа.
Они убивали мирных граждан (включая детей, например, трёхлетнюю девочку), сотрудников сил безопасности, поджигали мечети (около 250), образовательные и научные центры (более 250), банки, больницы, линии электропередач и другую инфраструктуру.
Жертвы и ущерб
Власти признают гибель нескольких тысяч человек (several thousand), включая мирных граждан и силовиков. Часть погибших стала жертвами бесчеловечных и диких действий агентов смуты. Отдельно подчёркивается значительное число погибших и раненых среди сил безопасности (Basij, полиция, КСИР) — десятки и сотни мучеников (martyrs), включая раненых парамедиков и повреждённые машины скорой помощи. Ущерб огромен: разрушения общественной собственности, экономический вред.
Действия властей
Силы безопасности вмешались для восстановления порядка и защиты населения. Введены меры по обеспечению безопасности: ограничения связи (для предотвращения координации террористов), патрулирование, комендантский час в отдельных районах. Судебная система открыла дела против зачинщиков и исполнителей. Обещано строгое наказание (severe punishment), которое заставит их пожалеть. Обвинения включают мохаребе («война против Бога»), руководство беспорядками, убийства и разрушения. Власти подчёркивают, что казни касаются только террористов и тех, кто применял оружие, а не мирных протестующих. После пика событий (особенно после 12 января — «удара по смуте») ситуация стабилизировалась: улицы спокойны, протесты подавлены.
Народная поддержка
Миллионные марши в поддержку Исламской системы (включая акцию 12–13 января) продемонстрировали бдительность и преданность народа революции и руководству. Международная солидарность: заявления поддержки от Пакистана и других стран, осуждение США и Израиля.
Заявления ключевых фигур
Али Хаменеи (речи 9–17 января): смута спланирована и осуществлена США; Трамп — преступник, руки в крови иранского народа; народ Ирана нанёс удар по заговорщикам; огонь смуты потушен, но США должны ответить; Иран не отступит и не позволит уйти от ответственности внутренним и международным преступникам.
Судебные органы: полная ответственность за смерти и разрушения ляжет на зачинщиков; суровое наказание неизбежно.
СМИ (IRNA и др.): акцент на террористическом характере, иностранных агентах, жертвах среди силовиков и поддержке народа.
Это не внутренний кризис, а отбитая атака внешних врагов на Исламскую Республику. Народ и система победили, порядок восстановлен, виновные понесут наказание, а экономические вопросы будут решаться через диалог в рамках закона. Ситуация под контролем, бдительность сохраняется.

Военные амбиции Британии — не по Сеньке шапка

В Соединённом Королевстве наступает осознание, что амбиции оказались завышенными. Прошло полгода, а "британская оборона всё ещё испытывает трудности и выглядит немного потрёпанной", пишет The Economist.

Издание опросило десяток экспертов по текущему состоянию дел после выхода SDR. Ситуация плачевная. Основные проблемы следующие:

1. "Пропал без вести" План инвестиций в оборону (DIP). Это документ, содержащий перечень вооружений и платформ, которые британское МО намерено закупить в течение следующего десятилетия. Его публикация планировалась на осень 2025 года.

2. Нет денег на рост военных расходов. Теоретические обязательства кабмина потратить 2,6% ВВП на оборону к 2027 году и, в соответствии с планами союзников по НАТО, 3,5% к 2035 году остались на бумаге. Большая часть финансирования отложена и появится только в 2030-х годах.

3. Численность личного состава недостаточная. Развёртывание 7,5 тыс. человек на Украине — предел возможностей для острова. А ведь этот контингент надо менять каждые 6 месяцев. При этом 1000 человек уже направляются... в Эстонию с обещанием увеличить численность до бригады.

4. Катастрофически мало артиллерии, большую часть которой Британия отдала Украине, и средств ПВО.

5. Чрезмерная зависимость МО Британии от США. В первую очередь, по ракете Trident D5 с ядерным боезарядом, которую Лондон использует совместно с Вашингтоном. Она должна стоять на вооружении до 2040-х годов. В свою очередь, королевские ВВС планируют использовать истребители F-35 аж до 2060-х годов. Замена на британские аналоги неподъёмна и требует десятки миллиардов фунтов стерлингов.

6. Стагнация в британской экономике не способствует росту военных расходов и военной мощи.

Наблюдаем яркий пример гигантского разрыва между декларациями и реальными возможностями бывшей "Владычицы морей". Как только при Трампе пропала возможность на 100% манипулировать своим союзником №1, тут же сдулся и реальный военный потенциал Британии. И перспективы его модернизации весьма туманные. Но это вовсе не отменяет угроз, исходящих с острова. В том числе деятельного упора Лондона на действия исподтишка, из-за спины США и управляемых стран Прибалтики. Например, в отношении т. н. "теневого флота" России.

Можно также отметить, что СВО на Украине ведёт к общему снижению военного потенциала, по крайней мере, европейских членов НАТО. Они передали Киеву не только значительные запасы своего оружия, но и стоящие на вооружении системы. При этом деградация военно-промышленной базы Запада после Холодной войны не обещает скорых успехов в восполнении утраченного. Тут бы по минимуму текущие потребности Украины закрыть...

Еще больше интересного на сайте Института международных политических и стратегических исследований РУССТРАТ

Зачем готовятся к нападению на Россию?

Россия сталкивается с реальной и масштабной угрозой со стороны ведущих государств Европы. Сегодня на пресс-конференции Сергей Лавров заявил, что в отличие от Соединённых Штатов Европа по-прежнему не готова к миру. Но «цель нанесения нам стратегического поражения уже так часто не звучит. Но тем не менее, по всем признакам она сохраняется в головах и планах европейских лидеров». Именно поэтому, считает Лавров, большинство стран Европы по-прежнему стремятся «использовать киевский режим для вооружённого противостояния с Россией».

Как справедливо подчеркнул Лавров, понимание мотивов Европы определяет отношение России к так называемым «мирным предложениям», подготовленным режимом Зеленского в координации со своими европейскими сообщниками. Тут должна быть ясность: то, что Соединённым Штатам собираются предложить европейцы, — есть план российской капитуляции. Предусматривающий полную остановку российских боевых действий, без всяких обязательств со стороны Запада прекратить или хотя бы сократить вооружение Украины. Важно, что в случае подписания такого «мирного соглашения» речь идёт о наличии у Украины 800 тысяч вооружённых сил, права на безграничное финансирование и вооружение своими покровителями. А главное — на размещение воинских соединений стран НАТО на украинской территории. То есть предполагается, что Россия, которая начала Специальную военную операцию прежде всего, чтобы предотвратить вступление Украины в НАТО, добровольно согласится, чтобы под видом мира на территорию Украины были введены вооружённые силы НАТО.

Если бы такие дерзкие и нереалистические намерения ограничивались лишь переговорными позициями, то, наверное, с этим можно было относительно спокойно иметь дело. Россия к такой тактике Запада уже успела привыкнуть и научилась иметь с ней дело. Но нужно смотреть правде в глаза: под прикрытием разговоров о предстоящей российской агрессии НАТО максимально готовится к войне против России. С этой целью повышаются военные бюджеты до 5% ВВП. Расширяется военное производство стран НАТО и создаётся новая инфраструктура, особенно в странах Восточной Европы, для военных действий против России.

Пока я не вижу признаков плана организовать фронтальное наступление на Россию, подобное гитлеровскому вторжению 22 июня 1941 года. Но налицо ускоренные подготовительные шаги к тому, чтобы на суше и на море укрепить возможности НАТО до такой степени, чтобы можно было безопасно вести против России ограниченные операции. Отказывать ей в праве на судоходство, в праве на свободный экспорт своей нефти и других товаров. Создавать в России экономические затруднения, используя их для дестабилизации ситуации в стране. И при первых признаках такой дестабилизации — задействовать силовые ресурсы НАТО для смены режима в Москве. А если получится — то и для раздробления России.

Многие из конкретных мер, предпринимаемых НАТО, можно попытаться объяснить страхом перед Россией, соображениями собственной безопасности, требованиями внутренней политики. Но по совокупности, то, что НАТО готовит России, это реальная и, не побоюсь сказать, экзистенциальная угроза. Требующая самого серьёзного ответа. И ответа, учитывающего, что против России уже ведётся широкомасштабная ползучая агрессия, дающая нам все права, предусмотренные в таких случаях международными нормами.

Естественно, что, если генеральная линия европейской политики изменится, у России будет и возможность, и — я уверен — готовность ответить добром на добро.

Растущие амбиции Трампа: как вписывается в них Россия?

Информация, что завтра – 22 января – поздно вечером в Москву приедут дипломатический спецпредставитель президента Трампа Стив Уиткофф и зять Трампа Джаред Кушнер, не является неожиданной. Как сообщают, инициатива пригласить американских представителей и организовать их встречу с президентом Путиным исходила от российской стороны. Иными словами, приезд американских представителей меньше связан с переговорами о мире на Украине, которые Уиткофф и Кушнер вели с командой Зеленского и поддерживающими его европейскими лидерами (хотя это, конечно, важная и срочная тема). Но в первую очередь, он нужен, чтобы понять: в каком направлении сейчас движется Трамп на международной арене.

Перед своим вылетом на международный экономический форум в Давосе Трамп сказал сопровождающим его журналистам, что «это будет интересная поездка». И дальше: «я понятия не имею, что произойдёт». Трамп, скорее всего, имел в виду не только то, что предстоят важные дискуссии в Давосе и по Украине, и особенно по его амбициям присоединить Гренландию к США. Главное, как отмечают американские обозреватели, часто сам Трамп не до конца знает, что он собирается делать. Он бросает предложения по ключевым вопросам мировой политики, касающиеся коренных интересов как противников, так и союзников США, – даже сам их хорошенько не продумав. И полагая, что его талант, сила воли и мощь Соединённых Штатов позволят ему успешный экспромт.

У Трампа всегда было тяготение к экспромту, к неожиданным драматическим шагам. Но эта тенденция явно усилилась во время его второго срока. Особенно после успешных (по крайней мере, с точки зрения самого американского президента) ударов по Ирану и Венесуэле. И учитывая, что Трамп говорит о темах, очень важных для России (начиная, естественно, с Украины), в Москве важно понять – по крайней мере, предпринять все возможные усилия, чтобы понять, – что американский президент имеет в виду? И как он собирается этого добиваться? В частности, встаёт вопрос о том, как реагировать на приглашение, которое послал Трамп президенту Владимиру Путину, принять участие в так называемом «Board of Peace» («Совете мира»). Первоначально Трамп говорил, что «Совет» будет заниматься управлением и соблюдением прекращения огня в Газе после поражения ХАМАСа. Но постепенно риторика Трампа изменилась. И теперь он пригласил принять участие в «Совете» десятки мировых лидеров, в том числе – и не имеющих никакого отношения к Ближнему Востоку.

Были сообщения, что Трамп хочет, чтобы те, кто примут участие в «Совете», заплатили за это 1 миллиард долларов. Это немалые деньги. Но ещё более существенно разобраться: идёт ли речь об организации с конкретными реалистическими целями и задачами – или о какой-то престижной международной тусовке, которая в глазах всего мира (ну и, конечно, самого Трампа) будет показывать его беспрецедентное величие? Естественно, встаёт вопрос: предполагается ли, что новая структура будет подменять ООН? Организацию, которая плохо работает, – но пока была незаменимой. Особенно учитывая, что Россия и Китай могут там влиять на события через своё право вето.

Накануне приезда Трампа в Давос его министр финансов Скотт Бессент заявил, что Соединённые Штаты «не собираются передавать свою национальную безопасность под внешнее управление другим странам». Что ж, логично для сверхдержавы. Но такой подход естественен и для такой великой суверенной державы, как Россия. Посмотрим, до какой степени Трамп готов считаться с нашими интересами.

Что для России в плане мира Трампа?

Дональд Трамп сегодня в Давосе огласил свой план по созданию международного «Board of Peace» («Совета мира»). Амбиции американского президента велики. По словам Трампа, «"Совет мира" – это будет очень важный орган. Это не пустая трата времени. Раньше мы очень много времени тратили впустую на какие-то безнадёжные проекты, где никогда ничего не происходило реально. А теперь мы будем делать реальную работу».

Президент США также сообщил, что созданный им «Совет» будет каким-то образом то ли сотрудничать, то ли соперничать с ООН – то ли и то, и другое. Также было объявлено, что Трамп будет главой «Совета» и останется таковым даже после того, как истекут его полномочия в качестве президента США. Около двадцати государств уже выразили своё согласие присоединиться к «Совету». Некоторые уже сказали нет: такие, как союзники по НАТО Франция и Норвегия, у которых хорошо известные проблемы с Трампом. Проблемы, которые Трамп озвучивал даже на протяжении нескольких последних дней. Например, высмеивая вчера президента Макрона в своей речи на Давосском форуме.

Очень важны для будущего «Совета» те, кто пока не дали ответ. В первую очередь – Россия и Китай. Москва и Пекин получили приглашения, всерьёз рассматривают их, но хотят лучше понять, что имеется в виду, прежде чем принять окончательное решение.

А как же может быть иначе? При всех надеждах на российско-американское партнёрство, пока Соединённые Штаты никак не являются другом России. Они только что наносили удары по дружественным России государствам, таким как Иран и Венесуэла. Только вчера президент США обещал добиваться смены режима на Кубе. Ну и вообще, создание, как хочется Трампу, реально влиятельной глобальной организации по поддержанию мира без предварительных многосторонних консультаций – «по его хотению и щучьему велению» – выглядит, мягко говоря, достаточно проблематично. Соглашаться на самоназначение Трампа «правителем мира» ни Москва, ни Пекин явно не собираются.

В то же время, видя сомнительные аспекты нового глобального проекта Трампа, нельзя не заметить и привлекательные стороны для России. Он, как минимум, забивает гвоздь в гроб идеи международной изоляции нашей страны. Он создаёт дополнительные возможности российско-американского сотрудничества, которые было бы глупо недооценивать. У России – нравится это нам или нет – объективно происходит соревнование с европейскими глобалистами за внешнеполитический курс США. Естественно, не жертвуя фундаментальными интересами России, целесообразно избегать решений, которые бы могли подтолкнуть Трампа к нашим ослабленным (но далеко не бессильным) разъярённым европейским противникам.

Ну и последнее – однако немаловажное – соображение. Если бы новый «Совет» действительно мог бы как-то способствовать разрешению международных конфликтов, повышению стабильности в мире, было бы полезно проверить реальность такой возможности. Даже если она подаётся в типичной для Трампа экстравагантной оболочке его предсказуемых комплиментов собственному величию. А дальше уже – как получится…

В США постепенно набирает ход системная и масштабная демонизация Китая. Китай у Трампа вытесняет образ России как главного геополитического противника. Трамп либо на самом деле считает, либо делает вид, что Россия это не столь серьезно в качестве оппонента. Да и мы сами посылаем Трампу сигналы, что зла на него не держим. Например, ничего против аннексии Гренландии и даже Канады не имеем. У нас на то есть свои резоны. Но в любом случае разгулявшийся Трамп, угрожающий всему и всем (кроме Израиля), не Россию делает "козлом отпущения" своего буйства.
Более всего его сейчас раздражает Евросоюз, но это реакция на бунт подчиненных клерков или совсем незначительных миноритарных акционеров. Трамп всячески над ними издевается, всякий раз тщательно уничтожая любую претензию европейцев говорить с ним как "младшие партнеры". Гусь свинье не товарищ, дает понять Дональд Трамп и продолжает спектакль унижения Старого Света.
Но это не угроза, а объект для насмешек. (Украина в таком раскладе вообще исчезла из виду, воспринимаясь как жалкое недоразумение и совсем уже невменяемый придаток Европы.) А вот Китай — это серьезно.
Для Трампа, похоже, есть он и есть Китай. Россию (на самом деле, или для вида) он выносит за скобки, и полагает, что многополярность, БРИКС и вообще любое сопротивление его личной гегемонии — это дело рук Китая.
И в Гренландии он видит Китай, и в Венесуэле, и в Канаде (а Карни ему в том подыгрывает), и за спиной Европы, и в Иране, и в Африке.
Но злиться на Китай бесполезно, он, на самом деле, слишком силен. Поэтому Трамп, с одной стороны, последовательно формирует из Китая образ врага, а с другой, пока опасается вступать в лобовую конфронтацию и размышляет о сделке.
В любом случае Китай — это тот враг, который в сознании самого Трампа находится в той же весовой категрии, что и он сам.

The American Conservative: Пока БРИКС и ШОС не стали настоящей силой, США продолжат давить на весь мир

Санкции США против Ирана и Венесуэлы давно перестали быть временной мерой давления и превратились в постоянный режим удушения, цель которого — не столько добиться конкретных уступок, сколько держать эти страны в состоянии хронической экономической слабости, пишет Тед Снайдер из The American Conservative.

США действуют именно так, потому что экономическая война — это дешевле, безопаснее и эффективнее, чем военные кампании, утверждает автор. А значит, её можно вести годами. Отмечает аналитик и другое: расчёт Вашингтона на быстрый обвал режимов раз за разом не оправдывается. И всё же санкционная машина продолжает работать, потому что её задача — не победа за один ход, а медленное истощение.

Очевидный вывод, который делает Снайдер: пока у подвергнутой американским санкциям страны-мишени нет внешней опоры — не просто отдельного партнёра, а целой системы обхода рестрикций: с доступом к рынкам и альтернативным расчётам, с логистикой и страхованием, с политическим прикрытием и т. д. — США могут осуществлять такой прессинг очень долго и почти безнаказанно.

Любопытнее всего, что в качестве потенциальной меры противодействия санкциям Вашингтона автор обозначает... БРИКС и ШОС. По его мнению, они представляют собой политические оболочки формирования параллельного экономического контура, в котором западные санкции работают хуже. Но, подчёркивает Снайдер, в рамках этой логики "антисанкционные клубы" ценны не громкими декларациями, а реально работающей инфраструктурой: с банками, расчётами в нацвалютах, торговлей со скидками, "серыми схемами" и т. п.

Рассуждения резонные. О необходимости наполнить БРИКС и ШОС конкретным экономическим, промышленным, научным и проч. содержимым говорилось неоднократно. Само по себе наличие БРИКС и ШОС не лишает США рестрикционного инструментария. Возможно, санкции перестают ломать страны "с одного удара", но сохраняют функцию тормоза: ухудшают рост экономики, режут инвестиции, усложняют модернизацию, повышают издержки внешней торговли и технологического импорта. И помочь тут может только полноценная альтернатива замкнутой на США системы мировой торговли и финансов. С ударением на слове "полноценная".

Переход БРИКС и ШОС от политических деклараций к действенной экономической и финансовой системе — главная стратегическая тревога Вашингтона. Даже больше, чем сам Китай. Если оппонирующие США страны действительно объединятся, то "санкционное жало" Вашингтона потеряет эффективность. После чего Штаты сразу же окажутся в положении "как все", что для них синоним катастрофы.

«Орешником» по Марселю?

В Абу-Даби ведутся беспрецедентные трёхсторонние переговоры по миру на Украине с участием представителей Москвы, Вашингтона и Киева. Результат переговоров пока не ясен. Но очевидно, что Россия, с одной стороны, не согласится на формулу, которая бы ущемляла её фундаментальные интересы, – а с другой, учитывая характер военных действий и позицию США и их союзников, речь будет идти о компромиссе, а не о капитуляции режима Зеленского.

И приходится считаться с тем, что противники России – это не только Украина (и, отчасти, США с их неоднозначной позицией), а также большинство Евросоюза. И в этом большинстве есть страны, которые даже без американского прикрытия готовы рьяно лезть на конфронтацию с Россией. Пример – французский президент Эмманюэль Макрон. Он уже успел в Давосе обругать Дональда Трампа, который ответил ему, что «французский президент никому не нужен. Всё равно он скоро уйдёт». Полномочия Макрона истекают в мае 2027 года, и он не имеет права переизбираться на третий срок подряд. Однако пока Макрон правит в Париже и позволяет себе не только угрожать посылкой французских военных контингентов на Украину уже после заключения мирного соглашения, но прямо сейчас предпринимать агрессивные действия против России.

Только вчера в западном Средиземном море французские военные корабли с помощью Великобритании задержали нефтяной танкер «Grinch», который шёл вне территориальных вод Франции под флагом Коморских островов, – но не скрывая, что направлялся из Мурманска с российским грузом. Танкер был доставлен в порт Марселя. Макрон позволил себе подобную операцию без каких-либо контактов с Россией. И со странной ссылкой на международное право, имея в виду, что танкер нарушал санкции Евросоюза. Но санкции ЕС, враждебной России организации, не поддержанные Советом Безопасности ООН, не дают Макрону никакой правовой основы для захвата связанных с Россией кораблей.

Макрон, известный своей поверхностностью и хвастливостью, может думать, что раз Дональд Трамп захватывал танкеры, связанные с Венесуэлой, то и он может позволить себе нечто подобное. Но во-первых, захваченный американцами танкер «Bella» шёл из Венесуэлы, а не из России. И если Макрон не понимает разницу, то нам важно её убедительно продемонстрировать. И Франция – не Соединённые Штаты. А Макрон – не Трамп.

Речь идёт не просто о достоинстве России как великой державы. Но о чём-то куда более конкретном для наших интересов. Нет ничего более притягивающего, как магнит, агрессивные действия недругов, как слабая и нерешительная великая держава. На протяжении мировой истории это было наглядно продемонстрировано тем, что происходило с Римом, Византией, Оттоманской империей и Китаем. Россия сегодня находится на подъёме. Но это не устраняет необходимость идти на шаги, понятные даже для особо несознательных.

Естественно, Россия должна начать с требования немедленно освободить танкер. И предупредить, что рассматривает его задержание как акт агрессии. Но если дипломатия не сработает, можно вспомнить, что президент Путин говорил о готовности России (в случае необходимости) нанести «ошеломляющий удар». Значит – не только мощный, но и неожиданный для врагов и всего мира, показывающий, что с Великой Россией шутки плохи. Одним из вариантов мог бы быть удар «Орешника» по Марселю. И не только он, но и другие средства, доступные России. Чтобы обеспечить эффективность и наглядность удара.

Но естественно, «Орешник» — не единственное решение. Скорее, чем конкретные средства, важен подход неотвратимости наказания за «наезды» на Россию.

Ну а если легитимность нашего ответа — каким бы он не был — будет поставлена под сомнение с точки зрения международного права, можно будет получить соответствующее разрешение от Басманного суда. Которое будет иметь, по крайней мере, не меньший вес, чем международные санкции, на которые ссылается Макрон.

Лидерам Запада никогда и ни в чем нельзя верить. Все те, кто бросал Западу вызов, и одновременно полагался на договоренности с ним, жестоко поплатились. Любое несогласие с собой Запад рассматривает как восстание рабов. И жестоко его подавляет.
Каддафи, Хуссейн, Милошевич, Караджич, ХАМАС, Башар Асад, Хезболла, Иран. Запад никогда не держит своего слова и никогда не выполняет договоренностей. Вернее, он нарушает их в тот момент, когда понимает, что уже можно и ничего ему за это не будет.
В самой лучшей позиции те, кто это понимает и поступает также - т.е. нарушает все договоры, заключенные с Западом, пересекает любые красные линии, атакует без предупреждения, бьет в спину, проникает внутрь Запада и активно действует через пятую колонну, применяет двойные стандарты. То есть зеркалит сам Запад.
СССР продержался так долго именно потому, что систематически и последовательно проводил расчеловечивание Запада на идеологической основе. Как только от этой позиции отошли, СССР в скором времени рухнул.
С Западом можно только воевать. Как бы трудно это ни было.

Суть новой Стратегии нацобороны США: "Европейское НАТО" против России

"Министерство войны США сосредоточено на восстановлении мира с помощью силы", — в этой цитате из новой Стратегии национальной обороны США заключена вся её суть. А название самого министерства логично дорисовывает картину.

Перечислим основные пункты стратегии:

1. "Америка прежде всего!". Защита США — первостепенная задача. Особый интерес Штатов находится в Западном полушарии. Ключевые стратегические военные и коммерческие узлы для Вашингтона включают Панамский канал, "Американский" (Мексиканский) залив и Гренландию.

2. Сдерживание КНР в Индо-Тихоокеанском регионе "с помощью силы, а не конфронтации".

3. Усиление разделения бремени с союзниками и партнёрами США. Это не стратегия американской изоляции. Альянсы и партнёры Америки призваны сыграть важную роль в Индо-Тихоокеанском регионе, Европе и других точках Земного шара, но не в качестве зависимых лиц.

4. Усиление военно-промышленной базы США. Возрождение американской промышленности, возвращение стратегических отраслей на территорию США.

О нашей стране сказано так: "В обозримом будущем Россия останется постоянной, но управляемой угрозой для восточных членов НАТО. Хотя Россия страдает от целого ряда демографических и экономических трудностей, продолжающаяся война на Украине показывает, что она по-прежнему сохраняет значительные запасы военной и промышленной мощи. Россия также продемонстрировала, что у неё есть национальная решимость, необходимая для ведения затяжной войны в ближнем зарубежье".

Признаётся, что Россия "обладает крупнейшим в мире ядерным арсеналом, который она продолжает модернизировать и диверсифицировать. Также она наращивает подводный, космический и кибернетический потенциал, который может быть использован против территории США".

Согласно новой стратегии, США продолжат играть жизненно важную роль в НАТО, даже если будут "корректировать расстановку сил и свою деятельность на Европейском ТВД, чтобы лучше учитывать российскую угрозу американским интересам, а также собственные возможности союзников".

Кроме того, в стратегию введён термин Европейское НАТО: "Москва не в том положении, чтобы претендовать на европейскую гегемонию. Европейское НАТО превосходит Россию по масштабам экономики, численности населения и, следовательно, скрытой военной мощи".

Таким образом, США продолжат заниматься делами Европы, но приоритетное внимание будет всё-таки уделено "защите родины и сдерживанию Китая".

Практически по всем принципиальным моментам новая стратегия повторяет выступление главы Пентагона Пита Хегсета на заседании Контактной группы по обороне Украины 12 февраля 2025 года. Это один из признаков того, что стратегическое целеполагание было сформулировано в Вашингтоне ещё до формального вступления Трампа в должность президента США.

При этом Североатлантический альянс сохраняется, и, как заявляется, Америка продолжит играть в нём жизненно важную роль. Это выглядит так, словно России Вашингтон намерен подсунуть войну с "Европейским НАТО". При этом официально, похоже, хочет ограничиться восточными членами блока.

Тем не менее, пункт 10 "Основ государственной политики РФ в области ядерного сдерживания" звучит очень однозначно: "Агрессия любого государства из состава военной коалиции (блока, союза) против Российской Федерации и (или) её союзников рассматривается как агрессия этой коалиции (блока, союза) в целом".Так что прямая военная конфронтация с США в случае войны в Европе неизбежна. Поэтому администрации Трампа не стоит питать иллюзий на переговорном фоне.

Случится ли ядерная «перегрузка»?

В мире, ежедневно сотрясаемом новостями о войнах, кризисах и катастрофах, по самому главному вопросу царит абсолютная, почти оглушительная тишина. По поводу истекающего Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (ДСНВ) нет ни пресс-конференций, ни экстренных заявлений. Россия официально подтверждает: «конкретных контактов» с США по ДСНВ не ведётся. Эти слова Марии Захаровой, пресс-секретаря МИД РФ, прозвучали сухо и буднично, но за ними – кризис всей международной системы ядерной безопасности.

Через несколько дней, 5 февраля 2026 года, этот договор – последний официальный механизм чёткого контроля над крупнейшими ядерными арсеналами планеты – просто исчезнет. Впервые с 1972 года, когда Никсон и Брежнев поставили подписи под ОСВ-1, на стратегические ядерные силы США и России не будет наложено никаких юридически обязывающих ограничений. Мир окажется перед лицом неизвестности – давно позабытой эпохи, где две страны, вместе обладающие более чем 90% всех ядерных боеголовок Земли, смогут свободно наращивать свои арсеналы.

Президент США Дональд Трамп, вновь занявший Овальный кабинет, отмахнулся от вопроса о договоре с характерной для него прямотой: «Если он истечёт, то истечёт. Мы всегда можем заключить лучшую сделку». Эти слова прозвучали как вызов: России, Китаю, всей системе, выстроенной десятилетиями трудом политиков и дипломатов двух сверхдержав.

Россия, как и всегда, верна заключённым договорам. Не только букве, но и духу. Владимир Путин ещё в сентябре 2025 года подчеркнул, что страна готова взаимно соблюдать ключевые ограничения ДСНВ ещё год после формального его истечения — до февраля 2027 года. Однако, протянутую Москвой руку в Вашингтоне пока не решились пожать.

Читать дальше: https://telegra.ph/Sluchitsya-li-yadernaya-peregruzka-DSNV-vot-vot-istechyot-01-24

Источник на английском языке: https://www.rt.com/news/631408-silence-before-arms-race-start/