Совершенно отдельное место в чешском кинематографе занимает самая загадочная картина «Мы едим плоды райских деревьев» Веры Хитиловой. Прошу также обратить внимание на то, что в написании сценария принимала участие Эстер Крумбахова, декоратор и сценарист лучших фильмов чешской волны. Уже по «Мученикам любви» и «Маргариткам» от двух мастериц можно ожидать очередного шедевра. Единственная ошибка в фильме - затянувшаяся увертюра, которую следует сократить в три раза. Заглянуть так далеко вглубь времён никто до них не решился, не считая многочисленных картин на тему Библии, в сущности, более коммерческих, чем исторических. Жанр картины, как это часто бывает в чешском кино, определить невозможно, напрашивается некая аллегория, границы её расплываются, но и реалистической картину нельзя назвать. Необходимо согласиться на условие, предложенное самой Хитиловой, рассмотреть содержание фильма как нечто одновременно условно-реальное и сугубо условное. Условное заключается в теме предполагаемого происхождения человека от Адама и Евы, а содержание помещено в современность, слегка стилизованную в рамках эстетики тех лет. Для чего воспользуемся частой фразой «как если бы», что позволяет избавиться от сусальности при экранизации Ветхого Завета. Скорее всего, это не религиозная позиция самой Хитиловой, она пользуется тем, что является общим достоянием человечества. Одними это рассматривается, как Истина, а другим представляется явлением культуры. Во всяком случае, она имеет дело с хорошо прописанными персонажами первой пьесы в истории человечества. В санатории с определённой парой повторяются условия грехопадения Адама и Евы, поскольку в каждом отдельном взятом субъекте происходит познание Добра и Зла. Полагаю, наши прародители не были изгнаны из Рая, ушёл из него Господь, и сад пришел в запустение, как и показано в фильме.
Вот герои картины расположились под райским деревом, в кадре присутствует мужчина и женщина, в руке у неё яблоко. Реальное дерево, в реальном санатории с искусно созданным антуражем райского дерева – как бы. Они застыли в ожидании. Условность происходящего позволяет задать несколько дерзких вопросов, пояснённых невероятным количеством высказываний теологов всех времён и народов, так что можно запутаться. В Раю первые люди были безгрешными, не знали различия между добром и злом, поскольку были, как дети. Спрашивается тогда, какая ответственность может быть у детей? Огромное количество интерпретаций всё объясняет, но, как бы мы не объясняли происхождение человека, всегда остается нечто необъяснимое. Господь дал Адаму и Еве возможность дать имена всему, что они видят вокруг. Без любознательности сие невозможно. Что же является обратной стороной процесса познания? Любопытство. Дело в том, что все грехи были уже заранее определены, достаточно было на них посмотреть с любопытством. Оказалось, что нагота совершенно непристойна, если взглянуть на нее иными глазами, как и всё остальное, что стало выглядеть запретным. Взглянули на мир глазами человека, познавшего законы добра и зла, и началась История! Всеобщая и камерная в фильме Хитиловой.
Роль Змея выполнил предполагаемый маньяк-убийца, всё в фильме намекает на то, что именно он – убийца, но ни одного убийства он не совершает, однако, пытается. Загадочная личность. В какой-то момент вдруг начинает тащить непомерной тяжести камень на вершину холма. Прошу обратить внимание на ритуал, имеющий отношение к мифическому Сизифу, но для объяснения каждого образа у Хитиловой одной версии недостаточно и к этой абсолютно бессмысленной сцене придётся вернутся после попытки определения функции данного персонажа в истории, как хитиловской, так и всеобщей.
#кинематограф_чешской_весны #Вера_Хитилова
#Мы_едим_плоды_райских_деревьев
(Продолжение последует…)

Все в фильме несколько спутано. Вот полуобнаженная пара лежит на постели в виде иероглифа или орнамента, обозначающего вечную загадку связи между мужчиной и женщиной. На каком этапе, выдержав соблазн, человекам была бы предоставлена возможность безгрешно «плодиться и размножаться» или они так бы и остались в раю без детей, будучи сами, как дети? «Ничего не понятно, восклицает героиня, что происходит на самом деле». Загадка, правда, выходящая за пределы фильма, а в нем самом загадка в загадке, в которой нет ответа.
Пока муж спит, а мужья всегда спят, отдыхая перед охотой (мастерством ныне утерянным), она от нечего делать (вот и грех безделья проявился) без разрешения мужа (еще один грех) отправляется в сад, несмотря на то, что знает: маньяк бродит вокруг. В риске ведь тоже есть ощущение, близкое к понятно какому, хотя это прерогатива мужчины скорее, и вот еще один грех. Плод давно уже съеден, уже совершенно понятно, что нельзя делать, а хочется хотя бы увидеть, что это там спрятано в кустах. Почему, спрашивается? Потому что дьявол везде развешивает знаки своего присутствия, совершенные пустышки, дешевые, но действующие обманки. Не сам расставляет, а с помощью маньяка, выполняющего функцию хозяина, который, как известно, существо духовное, бестелесное. Впрочем, по фильму Хитиловой нельзя сказать в точности, маньяк – олицетворение дьявола в лице человека или он сам явился на землю под прикрытием. Чего там такой странный человек проделывает с женщинами, обучая их столь нелепым смешным способам катания на велосипеде? «Почему не меня?» Вопроса нет, а жгучее подсознательное желание выйти и посмотреть имеется. Ох, какая веселая жизнь оказывается! У нее, разумеется, есть муж, но зависть – явление подсознательное. Один раз допустила, считай, что попала в плен, завтра увидела новую шляпу у подруги, и зависть входит в привычку. Мелочи, мелочи жизни, но их бесчисленное множество. Что объединяет маньяка, его предполагаемую жертву? Багровый символический оттенок их одежды и ярко-пунцовый цвет пустого портфеля с предполагаемой тайной. Цвет страсти, к тому же на пустом месте. Для чего героиня роет землю в саду, извлекая плоды моркови, петрушки? Для приготовления мужу, как она говорит, а затем выбрасывает. Нет, не алхимики открыли всякие снадобья для приворотов, а женщины по запаху, исходящему от растений. Любая женщина уловит запах духов от писем, приходящих мужьям. Вот и грех ревности подкрадывается, особенно после того, как муж начинает уклончиво отвечать на вопрос, от кого письмо. Еще не соврал, но уже солгал своим молчанием. Для современного человека слово «грех» - нечто неприемлемое, но мы находимся в райском саду с его законами. Каковы же последствия незаметного воздействия дьявола на человека? Вот один из примеров, показанный во фрагменте вначале. Спокойное времяпровождение на пляже нарушается появлением субъекта в багровом халате, он подбрасывает мяч и вскоре все отдыхающие запрыгали, заплясали и… забесновались. «Кто не скачет, тот москаль!» Лучшая сцена в фильме, впрочем, все сцены лучшие. Но как же смотреть фильм, состоящий из загадок? Часть мы уже разобрали, остаются еще несколько.
#кинематограф_чешской_весны #Вера_Хитилова
#Мы_едим_плоды_райских_деревьев
(Окончание следует...)

Действие в фильме проходит, как уже говорилось, на двух планах, которые перетекают из одного в другой, образуя некое третье пространство – театрализованное. Псевдо-детектив превращается в психологическую драму, переходящую в аллегорию, требующую ярких визуальных и звуковых образов. Как в театре добиваются выражения отчаяния? В фильме - игрой героини на барабанах, что оправдано. Вполне возможно присутствие на чердаке санатория музыкальных инструментов и атрибутов театрального закулисья.
Вернемся к камню, который тащит маньяк. Человек вообще несет на себе тяжесть проживания, но в фильме маньяк сбрасывает камень, достигнув вершины, и сталкивает его вниз, чтобы вновь тащить его вверх. Что это за камень такой особенный в форме яйца? В яйце, как вы помните, находится жизнь Кащея. В данном случае, это окаменевшее сердце, которое верный исполнитель своего потустороннего хозяина вынужден таскать на себе в качестве ритуала уже на земле, как Сизиф на том свете в царстве Аида. «Камень, отторгнутый строителями, окажется во главе угла». Где же оказывается камень, до которого добралась героиня? В трясине? Вот, куда заводит её маньяк! Вспомните, похожую на танец попытку сохранить равновесие, которую испытывает героиня на камне, подставленном в трясину, маньяком, словно акробатка на проволоке по пути в бездну. Спасает её муж. Казалось бы, вот где якорь спасения, в семье, ан нет, страсть побеждает. Возникает ничем, казалось, не объяснимая завороженность мужа убийцей и содействие его поступкам и оправдание даже. Не замечает, что маньяк пользуется даже ангелом для попытки убить её – статуей, во всяком случае, которую сталкивает на нее из окна. Получив удовольствие от совершения преступления, маньяки попадают под защиту неведомой силы, потому их так трудно поймать. Наступает, однако, такой момент, когда они уже никакого удовольствия не испытывают, но вынуждены расплачиваться с хозяином за оказанную помощь. Вот откуда берутся спящие с широко открытыми глазами персонажи «Дела для начинающего палача». Игровую дуэль, которую использует маньяк, оборачивает против него. Кто-то обязательно должен погибнуть, и он погибает, заигравшись, поскольку героиня очнулась от сна наяву.
#кинематограф_чешской_весны #Вера_Хитилова
#Мы_едим_плоды_райских_деревьев

Внимание, смертельный номер! Живая легенда вестернов и патриотического американского кино Клинт Иствуд - в комедии классика итальянского неореализма Витторио Де Сики!

Казалось бы, что общего может быть у двух таких славных, но разных джентльменов? А тем не менее - пять “Оскаров” у одного, и четыре - у второго…

Впрочем, несмотря на железную кинохватку, несмотря на участие Сильваны Мангано, несмотря на финансовую поддержку ее мужа - всемогущего Дино де Лаурентиса, “Самый обычный вечер” и сегодня остается для многих поклонников Иствуда белым пятном в его фильмографии.

Конечно, важную роль здесь играет то, что он вышел в составе киноантологии “Ведьмы” 1967 года, которая должна была по задумке продюсера стать бенефисом для его супруги. Судя по всему, главный сбой произошел при работе над первым эпизодом в постановке Висконти, куда был смещен весь смысловой “вес”, из-за чего фильм в целом производит “смазанный” эффект.

Однако куда более драматическую роль в его судьбе сыграл запрет компании United Artists, владевшей правами на “Долларовую трилогию” и приложившей усилия для того, чтобы не допустить демонстрации “Ведьм” за пределами Европы.

Причина - роль Клинта Иствуда в финальном эпизоде антологии под названием “Самый обычный вечер”, где культовый ковбой предстает в сатирическом образе самого скучного и занудного мужа на свете, чью жену поглощают фантазии околоэротического содержания.

#кино_по_итальянски #юбилей