Не смог удержаться и не поддаться соблазну составить десятку основных фильмов, в которые попадал Дадли Мур. Сначала три лучших. Затем, если он вам понравился, ещё четыре американских из восьмидесятых. «Артур 2» по темпу и живости даже выигрывает у первого. И три в дуэте со своим комическим напарником из начала (английской) карьеры Питером Куком (Брэндан Фрейзер в ремейке Bedazzled от Гарольда Рамиса четвертьвековой давности с Элизабет Хёрли вместо Ракел Уэлч.)

1. Десятка (10) / Блэйк Эдвардс 1979
2. Микки + Мод (Micki + Maude) / Блэйк Эдвардс 1984
3. Артур (Arthur) / Стив Гордон 1981
4. Артур 2: На мели (Arthur 2: On the Rocks) / Бад Йоркин 1988
5. Клянусь в неверности (Unfaithfully Yours) / Хауард Зифф 1984
6. Санта Клаус (Santa Claus) / Жанно Сварк 1985
7. Яблочко от яблоньки (Like Father Like Son) / Род Дэниэл 1987
8. Ослеплённые блеском (Bedazzled) / Стэнли Донен 1967
9. Другой ящик (The Wrong Box) / Брайан Форбс 1966
10. Бросок в Монте-Карло (Monte Carlo or Bust!) / Кен Эннакин 1969

#юбилей #Дадли_Мур #персональная_подборка

В шестидесятые годы было создано не менее трёхсот фильмов второго плана с их «скромным очарованием». У каждого любителя кино есть свой лучший фильм второго порядка, для меня лично – «Мученики любви», «Шесть чёрных девушек», уже упомянутых ранее в разборе чешской весны, а также несомненный шедевр «Тупик» или «Ловушка» (Cul-de-sac) 1966-го года одиночки Романа Полянского.

Каждый его фильм стоит как бы особняком от всего того, что делается в тот момент в кинематографе. Картины Полянского часто повисают во времени, чтобы неожиданно всплыть позднее, на много лет опережая события. Возьмите «Ребёнок Розмари» (Rosemary’s Baby, 1968) и «Девятые врата» (The Ninth Gate, 1999) и вот вам портрет того, что происходит сейчас в Голливуде.

На меня «Тупик» произвёл неизгладимое впечатление ещё до того, как увидел его в институте. Статейку о нём прочёл в газете «За рубежом», где автор, известный политолог, всячески поносил за космополитизм и декадентство. Смесь, мол, Хичкока с театром абсурда, и заимствование из фильмов французской новой волны, и ещё нескольких недостатков, которые при просмотре оказались достоинствами.

Мы долгое время учились по пересказам западных фильмов. Лучшим описателем в прессе был киновед, не буду называть его по фамилии. Идёт как-то он по коридору института и спрашивает у студентки, откуда она. Узнав, что из Узбекистана, выдает на ходу: «Узбечка, узбечка, где твоя уздечка?» Остроумнейший человек. Студенты его обожали, студентки – особенно. Профессор был порядочным ловеласом, никогда не мстил за отказ.

В странное время живут киношники на западе: возьмёт, бывало, какой-нибудь режиссёр актрису за коленку, за что лет через двадцать получит срок, за талию, кажется, – тоже. У нас ещё можно брать женщин за талию, ибо таковы первичные условия продолжения рода. Трудно представить актёрскую среду без подобного проявления внимания: специфика профессии такова.

У героини фильма Полянского «Отвращение» (Repulsion, 1965) патологический страх перед прикосновениями мужчин. Продолжая тему несовместимости существования людей друг с другом, идея «Тупика» исходила из его «Отвращения» с участием Катрин Денёв, но не с точки зрения интеллектуалов, кои становятся в позу презрения при упоминании о фильме. Что же им там пришлось не по нраву? Тот самый сдвиг в некую условность и юмор, не позволяющую погрузиться в ужас существования – излюбленного настроения экзистенциалистов. Фильм слишком хорошо сделан, чтобы они приняли его за своё.

Всё в нём продумано до мелочей. Чего стоят только игры с оружием! Жена кричит мужу «сделай же что-нибудь, ты же был на войне танкистом» с гангстером, вторгшихся в дом, на что муж вполне резонно объясняет невозможность противостояния, что там он был защищён броней и против револьвера бессилен. Такой фильм мог создать только человек, побывавший на войне в качестве зайца, бегущего по полям, как и показано в «Пианисте» (The Pianist, 2002).

#кинематограф_чешской_весны + #мнения
#Роман_Полянский #Тупик
(Продолжение последует...)

Вторжение двух гангстеров в замкнутый мирок и без того неблагополучной жизни обитателей замка вызывает бурю эмоций, как у преступников, так и у жертв. Все персонажи в фильме живут только эмоциями, что и приводит к трагедии. Особую роль в произошедшем играет худшая сторона женской сущности: любопытство и вздорность. Не добившись успеха в заигрывании с гангстером, жена начинает требовать от мужа геройского поступка, что и приводит к убийству, к тому времени уже не актуального.

Все персонажи подвержены приступам страха и вспышкам ярости, и даже брутального вида бандит показывает акты агрессии, скорее из страха, чем по необходимости. В ярости от того, что вместо ожидаемого вертолёта в небе пролетает рейсовый самолет, он стреляет в него из револьвера, от которого сам вскоре погибнет

Выполняя своё назначение, здесь каждый предмет стреляет. Кофейная чашка, брошенная в красавца петуха, распустившего крылья в окне, пример животного страха гангстера. Метафора подобная в несколько ином ключе броску кота на крысу в «Виридиане» с последующим за тем ответом хозяина дома на призывную позу служанки.

В «Тупике» многое чего от Бунюэля.
Образ, воплощённый Франсуазой Дорлеак, сестрой Катрин Денёв, копирующей манеру её поведения, создаёт некую путаницу у несведущих зрителей, полагающих, что перед ними Катрин. Чаще всего сёстры играют женщин, скажем так, «с причудами». В «Тупике» Дорлеак получает порку от бандита, соответствующую наклонностям героини «Дневной красавицы» в исполнении Катрин Денёв, предпочитающей наказание от грубияна в борделе более, чем акт обладания ею, показом чего не воспользовался Бунюэль.

Прославленный режиссёр, вопреки своей репутации бунтаря и сюрреалиста очень осторожен в показе пороков на экране. Обе сестры похожи на Сильвию Пиналь, актрису, играющую главную роль в «Виридиане». Катрин Денёв в свою очередь изобразила в «Тристане» уже обольщенную Виридиану. Если использовать ещё одну коннотацию, то Сильвия Пиналь попадает вместе со всеми в ловушку замкнутой системы в «Ангеле-истребителе», а затем исполняет роль дьявола в «Симеоне столпнике», в женском облике приходящему к св. Антонию.

Не случайное кружение образов. В жизни Полянского тематика картины «Ребёнок Розмари» обернулась убийством его жены Шэрон Тейт, попавшую как бы в сюжет его фильма. В парад красавиц определенного типа, рождённого образами 60-х годов, можно включить Брижит Бардо, Милен Демонжо – непревзойденную миледи, Сенту Бергер, а также всеми нами обожаемую Марину Влади и Беату Тышкевич, не только за красоту, но и за сходство ролей, так разнообразно ими исполняемые.

Имеются иные типы актрис, привязанных к тем же шестидесятым годам, но эти особенные. Ещё один отличительный признак, всякий раз отмечаемый советскими критиками, все они в том или ином фильме показали голые попы. Но не более того, в отличие от актрис следующего поколения. Можно, было использовать одну из них на роль дьяволицы в «Девятых вратах», но все они сошли со сцены по возрасту, а подобных в 99-ом уже не нашлось. Эммануэль Сенье старательно изображает позу умолчания, свойственную Денёв, но её уровня не достигает.

«Тупик» требует тщательного анализа, недоступного в рамках предоставленных мне возможностей размера заметки, чем, возможно, займутся любители кино, заинтересовавшиеся его тайнами. Во время просмотра последнего фильма Полянского «Дворец» (The Palace, 2023) меня охватило чувство раздражения наплывом безвкусицы, и вдруг пришло понимание, что это – свиное рыло современного европейского общества без прикрас, без преувеличения и условности. Вот вам – реализм в чистом виде! Своеобразная месть обществу, в котором его судили за то, что сами творили в несоизмеримых масштабах.

#кинематограф_чешской_весны + #мнения
#Роман_Полянский #Тупик

Фил Спектор (Phil Spector) / Дэвид Мамет 2013

Поскольку в какой-то момент выяснилось, что Дэвид Мамет – не просто сионист, любящий использовать в своих пьесах расовый сленг, но ещё и республиканец-трампист-проган-антиваксер, работы в толерантном Голливуде в последнее десятилетие у него не было.
"Фил Спектор" – последний на данный момент его фильм, в котором он не только лучше всего проявил себя как режиссёр, но и дал наконец ответ – чего же не хватало всем его предыдущим сценариям. Героя.

Мамет никогда не писал интересных персонажей, либо использовал их как функцию, либо просто отдавал в руки уважаемых актёров, своим масштабом их в себе растворявших. Но тут, отгородившись дисклеймером, что происходящее – выдумка, он нарушил этот принцип, сделав из легендарного музыкального продюсера мифическую фигуру старого кино – нечто среднее между Нормой Десмонд с бульвара Сансет и доктором Франкенштеном, закрывшуюся от мира в замке-музее имени самого себя, блестяще сыгранную Аль Пачино, здорово противопоставившего мямлящий призрак настоящего с кадрами хроники, где он даёт классического Пачино Девяностых. А его полную утрату связи с реальностью Мамет ловко подчеркивает как в доме Спектора с его готическим освещением и жутковатой меморабилией, перегружающей кадр, так и за его пределами, пуская вместо звука спродюсированные героем песни.

Набрав ход, Мамет и тут умудрился ввернуть пьесу внутри пьесы, придумав герою тренировочный перекрёстный допрос, ну а сцена финального прибытия продюсера в суд, возможно, лучший его саспенс-момент в карьере.
Удивительно, но в итоге фильм получился не столько про убийство и приговор, сколько грустной историей человека, потерявшегося в собственном прошлом, вызывая к Спектору – известно мерзкому товарищу, не сочувствие, но брезгливую жалость, что уже немало.

#юбилей #Эл_Пачино
#Дэвид_Мамет #Фил_Спектор
#лучшие_телевизионные_фильмы
#альманах_Сиповича #2013_год