Герой Сорди изо всех сил пытается навязать остальным представление о некой “универсальной” морали, которая так же невозможна, как и “абстрактный гуманизм” — без разговора о конкретном человеке в каждой отдельной ситуации никакого гуманизма не существует.

В ироническом ключе эту мысль обыгрывает сцена свидания начальника Агустино с начинающей актрисой, которая пытается пробиться на экран за счёт фильма с легким намеком на интим: “Все случаи — особые”. Эта же актриса безошибочно улавливает суть претензий Агустино: “Его глаза не пронзают, а раздевают”.

Тут же начинает трещать по швам и главный аргумент «Союза “За нравственность”» — петиции от “матерей семейств Рима”. Материнская забота оказывается обоюдоострым орудием, которое легко оборачивается против запретителей, когда речь касается успеха их собственных дочерей. Более того — ради такого родное чадо, оказывается, можно чуть ли не продать по частям “большому начальнику”.

Не понимает (или только делает вид?) Агустино и того, что чем сильней он критикует сравнение стриптиза с искусством, тем больше распаляет желание попробовать свои силы в скрещивании этих “жанров” у режиссёров, а критика античных статуй за обнажёнку окончательно дискредитирует “его борьбу” — совсем не за горами арт-эксперименты с эротикой у Пазолини, Висконти и Мартино.

Попытка же поймать других на их личных страстях оборачивается грандиозным фокусом-надувательством по созданию Великой Всеобщей Морали с единственным исключением для себя любимого (ведь “мы должны посещать эти места, как врач посещает лепрозорий”) — и вуаля!

Стандарт, применяемый в 99,999% случаев действительно может напоминать монолит Абсолютной Правды. До первой трещинки и первого сквозняка, который неизбежно перерастает в ураган — чем строже система, тем больше вероятность, что малейший толчок приведёт к растущему по спирали каскаду проблем: кто сеет ветер — пожнёт бурю.

К тому же, чем дальше, тем очевиднее становится и то, что роль цензора — лишь прикрытие для Агустино, чьи глубокие познания по финансовой части шоу-бизнеса “для взрослых” становится всё сложнее оправдывать “папиным” контрабасом. “Кто что охраняет — тот то и имеет”.

И вот уже сама мораль, а точнее — собственноручно созданный образ борца за всё хорошее — становится лишь ещё одним объектом потребления, который рано или поздно окажется в мусорном ведре, так и не дав Агустино ключа к тому, что хорошо и что плохо для него самого.

…“и пошёл дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое”...

#кино_по_итальянски

Возвращение домой (Coming Home, 1978)

Жена солдата, уехавшего воевать, влюбляется в ветерана — колясочника.

Тема вьетнамской войны, скользившая по периферии лучших работ Эшби в этом фильме стала центральной, но то, что он с ней сделал меня не впечатлило: слишком жирно, слишком слезливо, слишком по-оскарбэйтовски.

Длинноволосый подкачанный колясочник Войт больше напоминает не солдата, а одного из рок-певцов, чей поток сопливых песен на саундтреке никак не иссякает (на два часа - двадцать с лишним треков) и смотрится нелепо рядом с Трэвисом Биклом или майором Рэйном из "Раскатов грома", про стоуновских инвалидов я вообще не говорю.

Ну и особый отрыв от реальности — выдать ему в партнёрши Ханой Джейн, ненавидимую в те годы всеми настоящими военными. Их лавстори на фоне воюющего на фронте мужа выглядит фальшиво, ничем не трогая.

Причём снято вполне компетентно, но уж очень манипулятивно. То как персонажи счастливо хипуют как-то чересчур инфантильно, а чтобы избежать малейшей нравственной дилеммы для зрителя, дембельнувшийся супруг оказывается максимально неприятным товарищем, который даже ранения не смог получить героически.

В итоге, пытаясь снять одновременно и про любовь, и про то, как людей калечит война, у Эшби не получилось ни того, ни другого.

#Хэл_Эшби #Возвращение_домой
#Джон_Войт #Джейн_Фонда #Брюс_Дерн
#альманах_Сиповича

«Свет далёкой звезды», режиссер Иван Александрович Пырьев, киностудия Мосфильм, 1964 год.

В представлении многих людей, Иван Алексеевич закончился как популярный режиссер на «Кубанских казаках». Такие достойные картины, как «Испытание верности», «Белые ночи», «Наш общий друг» и обозреваемый в данной публикации фильм, прошли незаметно. Исключением, правда, стал «Идиот» («Настасья Филипповна»), довольно тепло принятый критикой.

В дальнейшем Пырьев, ведя себя довольно независимо, в качестве лауреата шести Сталинских премий, неожиданно для самого себя, стал объектом различных нападок со стороны «прессы» и не только. Сначала в 1960-м был по указанию ЦК снят с должности председателя Союза работников кинематографии СССР (СРК) (им же и созданного). Затем последовал «прилет» за «искаженную» картину советского села в «Нашем общем друге». На это режиссер парировал тем, что, к сожалению, показал все как есть. И отметил, что во времена «Кубанских казаков» дела в реальном селе были гораздо лучше… Такая пикировка не была пропущена, и после «Света далекой звезды» в «Известиях» (печатный орган Верховного совета) вышел фельетон «Звезды близкие, и далекие», в которой Пырьев был обвинен в «площадном мате» на съемках, и в том, что давно не платит профсоюзные взносы...

Разумеется, не только Пырьев ругался на съемках, и не в традициях советской печати было выносить на публику внутреннюю кухню в какой-либо области. Просто, пытались таким образом «поставить на место».

К счастью, режиссер «по-сибирски» не терял сил и ему удалось, в результате, «ответить» недоброжелателям своей последней картиной «Братья Карамазовы» в 1968 году. Лента, ставшая классикой не только среди экранизаций Достоевского, была удостоена номинации на «Оскар», получив призы Японской ассоциации любителей кино и МКФ.

Фильм «Свет далекой звезды» снят по одноименной повести известного советского писателя Александра Борисовича Чаковского. Также лауреата Сталинской премии, основателя журнала «Иностранная литература», а затем бессменного главреда «Литературной газеты». Материал повести богатый — острые вопросы оттепели, героизм советской авиации, восстановление страны после войны, самоотверженный труд, высокая мораль настоящей любви. Пырьевский стиль узнаваем — яркие человеческие образы, несдерживаемые искренние эмоции, быстрое движение по сюжету без оглядок на то, что зрителю якобы что-то непонятно. Мощный актерский ансамбль отлично справляется с ритмом фильма. Главные герои — молодые Лионелла Скирда (Пырьева) и актер МХАТа Николай Алексеев, при «поддержке» Евгения Вестника, Алексея Баталова, Владимира Коренева, и заслуженных мастеров Алексея Абрикосова, Ольги Викланд, Нины Сазоновой, Софьи Пилявской, мастерски реализуют широкий взгляд режиссера на людей и жизнь последних десятилетий.

Такой ансамбль в малоизвестном фильме смотрится неожиданно, но Пырьев никогда не терял своего уровня, даже при неблагоприятной обстановке. На его взгляд можно рассчитывать. Мнение настоящего патриота, опытного человека, глубоко знающего жизнь, и не предававшего искусства, знать уместно и поучительно. Надеюсь, что вы полюбите этот фильм, как и я. В нем мудрость жизни и уважение к согражданам, сила страны и борьба в единстве.

PS: К большому сожалению, фильм представлен в плохих копиях. Надеюсь, до него доберутся архивисты и реставраторы.

#unknown_soviet #barnfind
#Иван_Пырьев #Свет_далёкой_звезды

Оказаться на месте (Being There, 1979)

Садовник с психическим расстройством, всю жизнь не покидавший дома хозяина, после его смерти вынужден выйти на улицу.

Эшби наконец вернулся от оскарбейта к тому, что знает — к сатире про странных отчуждённых людей. Возможно, этот самобытнейший фильм и заигрывается с концепцией, переодически повторяя одну и ту же шутку, но при этом он переполнен толковыми мыслями. Начиная с того, что люди готовы слушать любой бред от человека с серьёзным лицом в дорогом костюме и с готовностью будут искать второй смысл там, где нет первого, заканчивая отсутствием эмпатии у того, кого растит один телевизор.

Хочется воспеть оду сделавшему неочевидный выбор Питеру Селлерсу — который не стал изображать идиота или даже шутить, построив вместо этого то ли образ блаженного, то ли став подсмотренным с телеэкрана кривым зеркалом человеческой жизни. С каким достоинством и умом он говорит глупость или банальщину, а окружающие в этой пустоте видят то, что хотят, попутно поднимая его персонажа раз за разом по социальной лестнице!

Похвалить надо и режиссёра, проявившего удивительную для себя сдержанность и выдержавшего тон до конца, сумев ради этого отказаться от любимых многозначительных песен на саундтреке. Несмотря на некоторую неторопливость и даже монотонность тут есть несколько очень ярких сцен, среди которых особенно выделяется постельная, ну и, конечно, сработавший на этот раз превосходно перевернутый финал его предыдущего фильма «Возвращение домой».

#Хэл_Эшби #Оказаться_на_месте
#Питер_Селлерс #Ширли_Маклейн #Джек_Уорден
#альманах_Сиповича #лучшие_фильмы_в_мире

A bit of inspiration

The West Wing (1999-2006, Aaron Sorkin)
Brazil (1985, Terry Gilliam)
The Apartment (1960, Billy Wilder)
L.A. Confidential (1997, Curtis Hanson)
Eyes Wide Shut (1999, Stanley Kubrick)
The Bishop’s Wife (1947, Henry Koster)
You’ve Got Mail (1998, Nora Ephron)
While You Were Sleeping (1995, Jon Turteltaub)
Dead of Night (1945)
Metropolitan (1990, Whit Stillman)

#daydreams_предметы