В США вновь резко усилилось внимание к теме деятельности на территории страны «секретных полицейских участков» Китая. Эта тема широко обсуждалась прошлой осенью, когда появились сведения, что Министерство общественной безопасности (МОБ) КНР в десятках стран, в т.ч. и в США, создало нелегальные полицейские центры, задачей которых является слежка за проживающими в этих странах беглецами из Китая, в частности, политическими активистами. В ноябре директор ФБР Кристофер Рей, выступая на слушаниях в Сенате, сообщил, что его служба ведет расследование по этому вопросу. А 17 апреля агенты ФБР арестовали в Нью-Йорке двух граждан США китайского происхождения, которые якобы управляли «секретным полицейским участком», находившимся в офисном здании в чайнатауне Манхэттена.
Этот участок, по данным следствия, был образован в феврале 2022 г. и работал под руководством МОБ Китая. Он был закрыт в октябре после обыска ФБР. Арестованным грозят обвинения в сговоре, направленном на действия в качестве агентов правительства Китая без регистрации в Минюсте США, и в воспрепятствовании правосудию, поскольку они удалили в своих смартфонах информацию о контактах с китайским начальником. Пока оба подследственных выпущены под залог. Объявлено, что участок в Нью-Йорке помогал властям КНР обнаружить местоположение китайского демократического активиста, живущего в Калифорнии. Чиновники Минюста заявили, что произведенные аресты являются первыми в своем роде в мире, но они – лишь часть жестких мер, направленных на пресечение действий Пекина по преследованию диссидентов за рубежом.
Китай во вторник ожидаемо отверг все обвинения как «беспочвенные». Официальный представитель МИД Китая Ван Вэньбинь заявил: «Соответствующие утверждения не имеют под собой фактической основы. Не существует такой вещи, как зарубежный полицейский участок. Китай решительно выступает против клеветы и политических манипуляций со стороны США, которые злонамеренно сфабриковали историю о так называемом трансграничном подавлении». Китайские власти утверждали и продолжают утверждать, что вне КНР созданы центры оказания услуг, в которых работают местные волонтеры, а не полицейские, и задача которых – оказание помощи находящимся там китайским гражданам в таких делах, как обновление водительских прав и других документов или предоставление консультаций.
Однако подобным заявлениям в мире мало кто верит. В сентябре прошлого года базирующаяся в Мадриде правозащитная расследовательская группа Safeguard Defenders выпустила доклад, согласно которому Китай с 2016 г. начал создавать за рубежом так называемые «центры оказания услуг», которые работают под руководством Министерства общественной безопасности КНР и помимо оформления различных документов осуществляют полицейские функции. В частности, они выслеживают, оказывают давление и вынуждают возвращаться в Китай тысячи людей, сбежавших оттуда по различным причинам. В основной своей массе это люди, которых китайские власти считают экономическими преступниками и онлайн-мошенниками, но немало среди них и политических противников режима. Чаще всего на них давят через оставшихся в Китае родственников. В сентябрьском докладе Safeguard Defenders заявили о выявлении 54 таких полицейских центров, а в декабрьском – уже о 102 в 53 странах мира, в т.ч. в США, Канаде, Австралии, Новой Зеландии и многих странах Европы. В 13 западных странах сейчас идут расследования в отношении таких центров. 18 апреля заместитель помощника госсекретаря по делам Китая и Тайваня Рик Уотерс заявил, что США тесно сотрудничают с партнерами по этому вопросу. Можно ожидать продолжения этой детективной истории, грозящей дальнейшим нарастанием напряженности в отношениях между Западом и Китаем.
Александр Ивахник
Этот участок, по данным следствия, был образован в феврале 2022 г. и работал под руководством МОБ Китая. Он был закрыт в октябре после обыска ФБР. Арестованным грозят обвинения в сговоре, направленном на действия в качестве агентов правительства Китая без регистрации в Минюсте США, и в воспрепятствовании правосудию, поскольку они удалили в своих смартфонах информацию о контактах с китайским начальником. Пока оба подследственных выпущены под залог. Объявлено, что участок в Нью-Йорке помогал властям КНР обнаружить местоположение китайского демократического активиста, живущего в Калифорнии. Чиновники Минюста заявили, что произведенные аресты являются первыми в своем роде в мире, но они – лишь часть жестких мер, направленных на пресечение действий Пекина по преследованию диссидентов за рубежом.
Китай во вторник ожидаемо отверг все обвинения как «беспочвенные». Официальный представитель МИД Китая Ван Вэньбинь заявил: «Соответствующие утверждения не имеют под собой фактической основы. Не существует такой вещи, как зарубежный полицейский участок. Китай решительно выступает против клеветы и политических манипуляций со стороны США, которые злонамеренно сфабриковали историю о так называемом трансграничном подавлении». Китайские власти утверждали и продолжают утверждать, что вне КНР созданы центры оказания услуг, в которых работают местные волонтеры, а не полицейские, и задача которых – оказание помощи находящимся там китайским гражданам в таких делах, как обновление водительских прав и других документов или предоставление консультаций.
Однако подобным заявлениям в мире мало кто верит. В сентябре прошлого года базирующаяся в Мадриде правозащитная расследовательская группа Safeguard Defenders выпустила доклад, согласно которому Китай с 2016 г. начал создавать за рубежом так называемые «центры оказания услуг», которые работают под руководством Министерства общественной безопасности КНР и помимо оформления различных документов осуществляют полицейские функции. В частности, они выслеживают, оказывают давление и вынуждают возвращаться в Китай тысячи людей, сбежавших оттуда по различным причинам. В основной своей массе это люди, которых китайские власти считают экономическими преступниками и онлайн-мошенниками, но немало среди них и политических противников режима. Чаще всего на них давят через оставшихся в Китае родственников. В сентябрьском докладе Safeguard Defenders заявили о выявлении 54 таких полицейских центров, а в декабрьском – уже о 102 в 53 странах мира, в т.ч. в США, Канаде, Австралии, Новой Зеландии и многих странах Европы. В 13 западных странах сейчас идут расследования в отношении таких центров. 18 апреля заместитель помощника госсекретаря по делам Китая и Тайваня Рик Уотерс заявил, что США тесно сотрудничают с партнерами по этому вопросу. Можно ожидать продолжения этой детективной истории, грозящей дальнейшим нарастанием напряженности в отношениях между Западом и Китаем.
Александр Ивахник
«Мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном реалистично, если обе страны четко, без двусмысленности и уловок признают территориальную целостность друг друга и обязуются сегодня и навсегда не предъявлять друг другу территориальных претензий». Данные тезисы были озвучены премьер-министром Николом Пашиняном во время правительственного отчета в Национальном собрании республики.
Ожидаемо «апрельские тезисы» главы армянского кабмина оказались растиражированными. Они поднимают сразу несколько сложнейших проблем. И самая главная из них — политическая идентичность армян и Армении. В постсоветский период долгие годы Карабах был цементирующим элементом нового армянского государства. Признание границ между Арменией и Азербайджаном на основе тех рубежей, что сложились в советские времена, это по факту — отказ от борьбы за «миацум», пересмотр фундаментальных основ не только внешней, но и внутренней политики. Конечно же, «апрельские тезисы» Пашиняна — это и про урегулирование армяно-азербайджанского конфликта, и про региональную безопасность. Ведь появись новая реальность в Закавказье, роли Турции, России, Запада (США и ЕС), Ирана подвергнутся существенным изменениям.
Но претендует ли выступление премьер-министра Армении на политическую сенсацию? Если отвлечься от эмоций, но, скорее всего, нет. О том, что «планку требований» по Карабаху нужно снизить, а любой мир хуже доброй ссоры (включая и признание Алма-Атинской формулы 1991 года, основанной на принципах uti possidetis juris) проговаривались Пашиняном и его соратниками не раз. Как минимум, с апреля прошлого года с завидной регулярностью. В бытность свою оппозиционным журналистом нынешний премьер не раз поднимал вопрос о цене Карабаха для граждан Армении.
В то же самое время нельзя не заметить и ряд нюансов. Тот же Пашинян требует и от Азербайджана признать границы Армении, но начиная с весны 2021 года приоритетным вопросам стала делимитация госграницы. И по мнению Еревана, Баку нарушает армянскую территориальную целостность. Без исправления этой ситуации затрудняется возможность и подписания мирного договора. Пашинян также перемежает свою мирную риторику с нападками на Баку. Вот и 20 апреля, через два для после своего выступления в Нацсобрании премьер заявил, что «цель провокационных заявлений Азербайджана заключается в том, чтобы Армения поддалась на них и втянулась в игру, задуманную Баку. Этот план всем известен. Цель азербайджанских провокаций кроется именно в этом, чтобы вызвать эскалацию».
И хотя заявления Пашиняна не привели к массовым протестам в Ереване, определенная фронда в Степанакерте уже появилась. Хотя без поддержки оппозиции изнутри Армении она вряд ли имеет большие шансы. Сложное переосмысление карабахского фактора продолжается.
Сергей Маркедонов
Ожидаемо «апрельские тезисы» главы армянского кабмина оказались растиражированными. Они поднимают сразу несколько сложнейших проблем. И самая главная из них — политическая идентичность армян и Армении. В постсоветский период долгие годы Карабах был цементирующим элементом нового армянского государства. Признание границ между Арменией и Азербайджаном на основе тех рубежей, что сложились в советские времена, это по факту — отказ от борьбы за «миацум», пересмотр фундаментальных основ не только внешней, но и внутренней политики. Конечно же, «апрельские тезисы» Пашиняна — это и про урегулирование армяно-азербайджанского конфликта, и про региональную безопасность. Ведь появись новая реальность в Закавказье, роли Турции, России, Запада (США и ЕС), Ирана подвергнутся существенным изменениям.
Но претендует ли выступление премьер-министра Армении на политическую сенсацию? Если отвлечься от эмоций, но, скорее всего, нет. О том, что «планку требований» по Карабаху нужно снизить, а любой мир хуже доброй ссоры (включая и признание Алма-Атинской формулы 1991 года, основанной на принципах uti possidetis juris) проговаривались Пашиняном и его соратниками не раз. Как минимум, с апреля прошлого года с завидной регулярностью. В бытность свою оппозиционным журналистом нынешний премьер не раз поднимал вопрос о цене Карабаха для граждан Армении.
В то же самое время нельзя не заметить и ряд нюансов. Тот же Пашинян требует и от Азербайджана признать границы Армении, но начиная с весны 2021 года приоритетным вопросам стала делимитация госграницы. И по мнению Еревана, Баку нарушает армянскую территориальную целостность. Без исправления этой ситуации затрудняется возможность и подписания мирного договора. Пашинян также перемежает свою мирную риторику с нападками на Баку. Вот и 20 апреля, через два для после своего выступления в Нацсобрании премьер заявил, что «цель провокационных заявлений Азербайджана заключается в том, чтобы Армения поддалась на них и втянулась в игру, задуманную Баку. Этот план всем известен. Цель азербайджанских провокаций кроется именно в этом, чтобы вызвать эскалацию».
И хотя заявления Пашиняна не привели к массовым протестам в Ереване, определенная фронда в Степанакерте уже появилась. Хотя без поддержки оппозиции изнутри Армении она вряд ли имеет большие шансы. Сложное переосмысление карабахского фактора продолжается.
Сергей Маркедонов
С 17 по 21 апреля состоялся визит в Ереван и в Баку заместителя помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии Эрики Олсон. Главная цель миссии: помощь «в достижении долгосрочного мира». Фактически Олсон активизирует тезисы, обозначенные во время Мюнхенской конференции по безопасности ее шефом Энтони Блинкеном. Напомним, что в феврале 2023 года в баварской столице госсекретарь США провел переговоры с лидерами Азербайджана и Армении Ильхамом Алиевым и Николом Пашиняном. Основной пафос тогдашнего выступления главного американского дипломата заключался в том, что обе стороны конфликта должны «самостоятельно» искать пути к миру. По факту же, речь шла о минимизации российской модерации в переговорный процесс.
Впрочем, не Карабахом единым. Обращает на себя внимание тот факт, что в течение первых двух недель апреля Армению посетили 4 (!) американских делегации с торгово-экономической специализацией. В ходе переговоров вице-премьера Армении Мгера Григоряна с заместителем министра финансов США Уолли Адейемо обсуждался и вопрос о возможном непрямом подключении Еревана к антироссийским санкциям. 21 апреля после заседания правительства республики министр экономики Ваган Керобян в беседе с журналистами особо подчеркнул, что существует реальный риск вторичных санкций в отношении его страны со стороны США и Евросоюза.
Когда по итогам второй карабахской войны Москве удалось достичь компромисса между Ереваном и Баку, многие эксперты выступили с поспешными выводами об уходе американцев с Кавказа. И, действительно, к концу 2020 года США не препятствовали особой роли России в урегулировании армяно-азербайджанского конфликта. Но с началом СВО концепция поменялась. И сегодня Штаты готовы к жесткой конкуренции с Россией в Евразии в целом, и на Кавказе в частности. Отсюда и попытки выйти на первые роли в мирном процессе, и оказание давления на Ереван в плане возможной минимизации влияния Москвы на Армению.
В сегодняшних условиях, когда нарастающая конфронтация между США и РФ во многом определяет аналитический стиль, трудно удержаться и от эмоций, и от неких неряшливых генерализаций. Однако трудно отрицать американскую наступательность в Евразии. Важно понимать, что Кавказ не является для Вашингтона жизненно важным регионом, его приоритетность — это не столько Тбилиси, Ереван и Баку, сколько Москва, Анкара и Тегеран. Конечно, Штаты не спешат и с тем, чтобы возложить все бремя ответственности за мир на Кавказе на себя. В этом плане они были готовы поделиться с тем же ЕС. Но, наблюдая явное пробуксовывание брюссельского формата, а также осечки миссии Евросоюза на армяно-азербайджанской границе (апрельский инцидент у села Тех), Вашингтон, похоже, решил активизироваться, что называется, «в личном качестве».
Сергей Маркедонов
Впрочем, не Карабахом единым. Обращает на себя внимание тот факт, что в течение первых двух недель апреля Армению посетили 4 (!) американских делегации с торгово-экономической специализацией. В ходе переговоров вице-премьера Армении Мгера Григоряна с заместителем министра финансов США Уолли Адейемо обсуждался и вопрос о возможном непрямом подключении Еревана к антироссийским санкциям. 21 апреля после заседания правительства республики министр экономики Ваган Керобян в беседе с журналистами особо подчеркнул, что существует реальный риск вторичных санкций в отношении его страны со стороны США и Евросоюза.
Когда по итогам второй карабахской войны Москве удалось достичь компромисса между Ереваном и Баку, многие эксперты выступили с поспешными выводами об уходе американцев с Кавказа. И, действительно, к концу 2020 года США не препятствовали особой роли России в урегулировании армяно-азербайджанского конфликта. Но с началом СВО концепция поменялась. И сегодня Штаты готовы к жесткой конкуренции с Россией в Евразии в целом, и на Кавказе в частности. Отсюда и попытки выйти на первые роли в мирном процессе, и оказание давления на Ереван в плане возможной минимизации влияния Москвы на Армению.
В сегодняшних условиях, когда нарастающая конфронтация между США и РФ во многом определяет аналитический стиль, трудно удержаться и от эмоций, и от неких неряшливых генерализаций. Однако трудно отрицать американскую наступательность в Евразии. Важно понимать, что Кавказ не является для Вашингтона жизненно важным регионом, его приоритетность — это не столько Тбилиси, Ереван и Баку, сколько Москва, Анкара и Тегеран. Конечно, Штаты не спешат и с тем, чтобы возложить все бремя ответственности за мир на Кавказе на себя. В этом плане они были готовы поделиться с тем же ЕС. Но, наблюдая явное пробуксовывание брюссельского формата, а также осечки миссии Евросоюза на армяно-азербайджанской границе (апрельский инцидент у села Тех), Вашингтон, похоже, решил активизироваться, что называется, «в личном качестве».
Сергей Маркедонов
В Европарламенте уже чувствуется подготовка к очередным выборам, которые состоятся через год, после чего пройдет и обновление состава Еврокомиссии. Европарламентарии торопятся принять решения, которые они смогут представить избирателям в ходе будущей избирательной кампании. В четверг они одобрили несколько решений, касающихся одной из самых застарелых и болезненных проблем – неупорядоченной внешней миграции. После мощнейшего миграционного кризиса 2015-16 годов эта проблема вызвала острые противоречия между странами средиземноморского побережья (Грецией, Италией, Испанией), куда прибывали беженцы, и странами Центральной и Восточной Европы, которые наотрез отказывались принимать их у себя. В результате союзная система регулирования миграции оказалась в ступоре. В 2020 г. Еврокомиссия представила «Новый пакт по миграции и предоставлению убежища», но он в условиях пандемии коронавируса, когда острота миграционной проблемы снизилась, остался без движения. Сейчас приток мигрантов вновь резко увеличился: в 2022 г. было зарегистрировано около 330 тыс. незаконных пересечений границ ЕС – самый высокий показатель после 2016 г. И это вдобавок к почти 5 млн. беженцам из Украины, получившим в ЕС статус временной защиты.
Так что не удивительно, что Европарламент решил вернуться к этому пакту и подкрепить его своим авторитетом. Причем если раньше европарламентарии критиковали ужесточение миграционной политики, происходившее и в отдельных странах ЕС, и в недрах евробюрократии, то сейчас наблюдается их сдвиг от ценностных к прагматичным подходам. В частности, законодатели одобрили новые правила регистрации незаконных мигрантов, предусматривающие их более быструю и полную верификацию. Эти правила нацелены на то, чтобы ускорить депортацию тех мигрантов, кому отказано в предоставлении убежища, и затруднить их перемещение между странами ЕС. Показательно, что за день до этого Европарламент принял резолюцию, которая поддерживает выделение средств из бюджета ЕС на укрепление внешних границ союза. Впрямую об использовании общих средств ЕС для строительства пограничных стен и заборов, в резолюции не сказано, но эта идея, еще недавно с порога отвергавшаяся Еврокомиссией, находит все более широкую поддержку. Интересно также, что руководство фракций социал-демократов и либералов выступало против указанной резолюции, но немало депутатов из этих фракций ее поддержали.
Наибольшее внимание в четверг привлек вопрос о том, какую позицию Европарламент займет по самой острой проблеме – о взаимодействии между государствами ЕС в деле размещения нелегальных мигрантов для снижения нагрузки на страны прибытия. Эта позиция оказалась компромиссной. Законодатели выступили за то, чтобы в обычных обстоятельствах члены ЕС добровольно устанавливали себе квоты по количеству соискателей убежища, которых они посчитают возможным принять. Но в чрезвычайных ситуациях, которые определяются как «массовый и внезапный наплыв мигрантов» в конкретную страну, Еврокомиссия должна получить полномочия вводить в действие кризисный механизм и определять квоты для перемещения мигрантов в другие страны в соответствии с их населением и размером ВВП. Такой подход поддержали три самые крупные фракции Европарламента: консервативная Европейская народная партия, левоцентристские социал-демократы и либералы, а также крайне правые депутаты из Италии.
Однако это не значит, что возможность обязательного перемещения соискателей убежища между странами будет в конечном итоге принята на уровне ЕС. Европарламент теперь должен будет согласовывать свои решения с Евросоветом, объединяющим правительства всех 27 членов ЕС. Практически наверняка найдутся страны (в первую очередь, Венгрия и Польша, возможно, страны Балтии), которые выступят против. Так что вовсе не факт, что до новых выборов в Европарламент у ЕС появится внятная и эффективная миграционная политика.
Александр Ивахник
Так что не удивительно, что Европарламент решил вернуться к этому пакту и подкрепить его своим авторитетом. Причем если раньше европарламентарии критиковали ужесточение миграционной политики, происходившее и в отдельных странах ЕС, и в недрах евробюрократии, то сейчас наблюдается их сдвиг от ценностных к прагматичным подходам. В частности, законодатели одобрили новые правила регистрации незаконных мигрантов, предусматривающие их более быструю и полную верификацию. Эти правила нацелены на то, чтобы ускорить депортацию тех мигрантов, кому отказано в предоставлении убежища, и затруднить их перемещение между странами ЕС. Показательно, что за день до этого Европарламент принял резолюцию, которая поддерживает выделение средств из бюджета ЕС на укрепление внешних границ союза. Впрямую об использовании общих средств ЕС для строительства пограничных стен и заборов, в резолюции не сказано, но эта идея, еще недавно с порога отвергавшаяся Еврокомиссией, находит все более широкую поддержку. Интересно также, что руководство фракций социал-демократов и либералов выступало против указанной резолюции, но немало депутатов из этих фракций ее поддержали.
Наибольшее внимание в четверг привлек вопрос о том, какую позицию Европарламент займет по самой острой проблеме – о взаимодействии между государствами ЕС в деле размещения нелегальных мигрантов для снижения нагрузки на страны прибытия. Эта позиция оказалась компромиссной. Законодатели выступили за то, чтобы в обычных обстоятельствах члены ЕС добровольно устанавливали себе квоты по количеству соискателей убежища, которых они посчитают возможным принять. Но в чрезвычайных ситуациях, которые определяются как «массовый и внезапный наплыв мигрантов» в конкретную страну, Еврокомиссия должна получить полномочия вводить в действие кризисный механизм и определять квоты для перемещения мигрантов в другие страны в соответствии с их населением и размером ВВП. Такой подход поддержали три самые крупные фракции Европарламента: консервативная Европейская народная партия, левоцентристские социал-демократы и либералы, а также крайне правые депутаты из Италии.
Однако это не значит, что возможность обязательного перемещения соискателей убежища между странами будет в конечном итоге принята на уровне ЕС. Европарламент теперь должен будет согласовывать свои решения с Евросоветом, объединяющим правительства всех 27 членов ЕС. Практически наверняка найдутся страны (в первую очередь, Венгрия и Польша, возможно, страны Балтии), которые выступят против. Так что вовсе не факт, что до новых выборов в Европарламент у ЕС появится внятная и эффективная миграционная политика.
Александр Ивахник
В Нагорном Карабахе очередное обострение обстановки
23 апреля на дороге, связывающей непризнанную республику с Арменией, появился азербайджанский КПП. Официальный Баку настаивает на законности этого шага, мотивируя его необходимостью пресечения каналов поставок вооружений из Еревана в Степанакерт. Армянская же сторона обвиняет Азербайджан в организации теперь уже двойной блокады НКР. Впрочем, пафос заявлений МИД Армении по данному вопросу обращен не только (и даже не столько) к Баку. Официальный Ереван призывает Россию — главного гаранта Трехстороннего заявления от 9 ноября 2020 года — прекратить блокаду Лачинского коридора и способствовать возобновлению движения по нему.
Назвать эту эскалацию сюрпризом вряд ли возможно. Азербайджан после второй карабахской войны никогда не скрывал, что воссоздание новой «заморозки» конфликта (пускай и на более выгодных для него условиях) для него неприемлемо. И статус Карабаха высшие представители этой страны не считают реально существующей проблемой. Как следствие — растущее давление на Степанакерт и на Ереван. Тем более, армянское руководство под давлением всех этих обстоятельств демонстрирует готовность к уступкам. Таковая перемежается с жесткими заявлениями, но общий вектор — не в пользу реванша.
На позицию Баку влияет и то, что все ключевые внешние игроки по разным причинам не хотят портить отношения с азербайджанским руководством. Значение Азербайджана (и не в последнюю очередь его главного союзника Турции) для России в условиях непрекращающейся конфронтации с Западом выросло, а США и ЕС, напротив, видят в нем «надежного партнера» в деле энергетического обеспечения Европы и, не исключено, в «сдерживании Ирана». Конечно, Баку пользуется открывшимися возможностями.
В понедельник 24 апреля многие армянские информагентства выстроили свои репортажи и сообщения на основе своеобразного компаративистского анализа. Они рассматривали заявления официальных лиц США, Франции, России. Делались многочисленные выводы о том, что стиль американских, французских дипломатов и политиков был не в пример жестче по сравнению с тезисами их российских коллег. Не ушла из поля зрения и инициатива конгрессмена Адама Шиффа о признании независимости НКР.
Эмоции в таком случае более, чем понятны. Однако важно понимать, что инициативу о независимости Карабаха, скорее всего не поддержит... само армянское руководство. Никол Пашинян уже не раз ссылался на Алма-Атинские принципы 1991 года. Не в его планах резкая эскалация.
Также можно вспомнить, как за признание Арцаха в ноябре 2020 года голосовали французские сенаторы (в соотношении 305 голосов за против 1). Но продвинулся ли процесс обретения карабахской государственности с того момента хотя бы на миллиметр? Риторический вопрос. Впрочем, ни яркие твиты президента Эммануэля Макрона, ни призывные слова теперь уже экс-спикера Палаты представителей Конгресса Нэнси Пелоси не предотвратили ни «экоакцию» азербайдажнской стороны, ни установление КПП.
Сложнейший этнополитический конфликт может быть урегулирован только ценой непростых компромиссов, в которых не риторические приемы, а жесткая прагматика будет выдвинута на первый план. Однако в информационном обществе забывать о своем имидже и его всестороннем продвижении — непозволительная роскошь. И Москве стоило бы более активно работать в этом направлении.
Сергей Маркедонов
23 апреля на дороге, связывающей непризнанную республику с Арменией, появился азербайджанский КПП. Официальный Баку настаивает на законности этого шага, мотивируя его необходимостью пресечения каналов поставок вооружений из Еревана в Степанакерт. Армянская же сторона обвиняет Азербайджан в организации теперь уже двойной блокады НКР. Впрочем, пафос заявлений МИД Армении по данному вопросу обращен не только (и даже не столько) к Баку. Официальный Ереван призывает Россию — главного гаранта Трехстороннего заявления от 9 ноября 2020 года — прекратить блокаду Лачинского коридора и способствовать возобновлению движения по нему.
Назвать эту эскалацию сюрпризом вряд ли возможно. Азербайджан после второй карабахской войны никогда не скрывал, что воссоздание новой «заморозки» конфликта (пускай и на более выгодных для него условиях) для него неприемлемо. И статус Карабаха высшие представители этой страны не считают реально существующей проблемой. Как следствие — растущее давление на Степанакерт и на Ереван. Тем более, армянское руководство под давлением всех этих обстоятельств демонстрирует готовность к уступкам. Таковая перемежается с жесткими заявлениями, но общий вектор — не в пользу реванша.
На позицию Баку влияет и то, что все ключевые внешние игроки по разным причинам не хотят портить отношения с азербайджанским руководством. Значение Азербайджана (и не в последнюю очередь его главного союзника Турции) для России в условиях непрекращающейся конфронтации с Западом выросло, а США и ЕС, напротив, видят в нем «надежного партнера» в деле энергетического обеспечения Европы и, не исключено, в «сдерживании Ирана». Конечно, Баку пользуется открывшимися возможностями.
В понедельник 24 апреля многие армянские информагентства выстроили свои репортажи и сообщения на основе своеобразного компаративистского анализа. Они рассматривали заявления официальных лиц США, Франции, России. Делались многочисленные выводы о том, что стиль американских, французских дипломатов и политиков был не в пример жестче по сравнению с тезисами их российских коллег. Не ушла из поля зрения и инициатива конгрессмена Адама Шиффа о признании независимости НКР.
Эмоции в таком случае более, чем понятны. Однако важно понимать, что инициативу о независимости Карабаха, скорее всего не поддержит... само армянское руководство. Никол Пашинян уже не раз ссылался на Алма-Атинские принципы 1991 года. Не в его планах резкая эскалация.
Также можно вспомнить, как за признание Арцаха в ноябре 2020 года голосовали французские сенаторы (в соотношении 305 голосов за против 1). Но продвинулся ли процесс обретения карабахской государственности с того момента хотя бы на миллиметр? Риторический вопрос. Впрочем, ни яркие твиты президента Эммануэля Макрона, ни призывные слова теперь уже экс-спикера Палаты представителей Конгресса Нэнси Пелоси не предотвратили ни «экоакцию» азербайдажнской стороны, ни установление КПП.
Сложнейший этнополитический конфликт может быть урегулирован только ценой непростых компромиссов, в которых не риторические приемы, а жесткая прагматика будет выдвинута на первый план. Однако в информационном обществе забывать о своем имидже и его всестороннем продвижении — непозволительная роскошь. И Москве стоило бы более активно работать в этом направлении.
Сергей Маркедонов
История с высказываниями китайского посла во Франции Лю Шае нельзя вырывать из контекста — как ситуативного, так и политического
Ситуативный контекст заключался в том, что речь шла не о продуманном монологе, а об интервью, причем очень жестком и конфликтном. Французский журналист затронул самую болезненную тему для современного Китая — о независимости Тайваня — и стал отстаивать право Тайваня на самоопределение. Лю Шае, разумеется, стал отвечать, настаивая на том, что статус Тайваня как неотъемлемой части Китая закреплен в международно-правовых документах, напомнив о Каирской декларации 1943 года (где, в частности, заявлялось, что Тайвань, контролировавшийся тогда Японией, будет возвращен Китайской республике) и Потсдамской декларации 1945 года, в которой подтверждалось, что «условия Каирской декларации будут выполнены и японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и теми менее крупными островами, которые мы укажем». Обе декларации были приняты Великобританией, Китаем и США, к Потсдамской присоединился СССР.
В этой истории есть немаловажный нюанс — речь шла о возвращении Тайваня Китайской республике во главе с Чан Кайши. Но и Чан Кайши, и Мао Цзэдун, при всем их антагонизме, исходили из того, что Тайвань — это неотъемлемая часть Китая (такой же позиции сейчас продолжают придерживаться и Гоминьдан, и Компартия Китая). Чан Кайши уже во время пребывания на Тайване продолжал считать себя президентом всей страны, вынужденно и временно находящимся в одной из ее провинций, когда остальная часть страны занята мятежниками.
Но обсуждение различных нюансов ни журналиста, ни его аудиторию не интересовало — для них принцип самоопределения людей, желающих жить при демократии, безусловно превалирует над любыми документами прошлого. И журналист нанес удар, прямо назвав Мао Цзэдуна — основателя современного китайского государства — преступником. И тогда посол сорвался. Он заявил, что независимость стран бывшего СССР не основана на международном соглашении — в отличие опять-таки от принадлежности Тайваня Китаю. Тогда французский журналист прямо спросил про Крым — и китайский посол жестко дал понять, что эту тему нельзя ставить в один ряд с Тайванем, так как Крым ранее был в составе России и его передали Украине во времена СССР.
И здесь уже начинается политический контекст. Лю Шае в поиске контраргументов сказал то, о чем думают в китайском истеблишменте, нарушив принцип, что дипломат должен говорить правду, только правду, но не всю правду. Причем сделал это в крайне неудачный момент. Во-первых, Китай сейчас позиционирует себя как миротворец, равноудаленный от позиций России и Украины — а здесь он в полемике сблизился с российской позицией без минимального реверанса в украинскую сторону. Во-вторых — и это еще важнее — Китай сейчас делает одну из ставок на выстраивание отношений с Европой в условиях соперничества с США (об этом свидетельствует и недавний визит Макрона в Китай). В отношении Китая Запад не консолидирован — и Пекин стремится это использовать. После интервью Лю Шае этот курс не изменится — но диалог с европейцами на какое-то время может быть осложнен. Но не отменен, так как сохраняются серьезные политические и экономические интересы.
Китай «приоткрылся» и теперь стремится компенсировать негативный эффект. Поэтому его МИД заявил, что Китай уважает суверенитет всех республик, входивших в состав СССР, пресс-служба китайского посольства во Франции заявила, что слова посла — это не политические декларации, а выражение личного мнения, а текст интервью исчез из официальных посольских соцсетей.
Алексей Макаркин
Ситуативный контекст заключался в том, что речь шла не о продуманном монологе, а об интервью, причем очень жестком и конфликтном. Французский журналист затронул самую болезненную тему для современного Китая — о независимости Тайваня — и стал отстаивать право Тайваня на самоопределение. Лю Шае, разумеется, стал отвечать, настаивая на том, что статус Тайваня как неотъемлемой части Китая закреплен в международно-правовых документах, напомнив о Каирской декларации 1943 года (где, в частности, заявлялось, что Тайвань, контролировавшийся тогда Японией, будет возвращен Китайской республике) и Потсдамской декларации 1945 года, в которой подтверждалось, что «условия Каирской декларации будут выполнены и японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и теми менее крупными островами, которые мы укажем». Обе декларации были приняты Великобританией, Китаем и США, к Потсдамской присоединился СССР.
В этой истории есть немаловажный нюанс — речь шла о возвращении Тайваня Китайской республике во главе с Чан Кайши. Но и Чан Кайши, и Мао Цзэдун, при всем их антагонизме, исходили из того, что Тайвань — это неотъемлемая часть Китая (такой же позиции сейчас продолжают придерживаться и Гоминьдан, и Компартия Китая). Чан Кайши уже во время пребывания на Тайване продолжал считать себя президентом всей страны, вынужденно и временно находящимся в одной из ее провинций, когда остальная часть страны занята мятежниками.
Но обсуждение различных нюансов ни журналиста, ни его аудиторию не интересовало — для них принцип самоопределения людей, желающих жить при демократии, безусловно превалирует над любыми документами прошлого. И журналист нанес удар, прямо назвав Мао Цзэдуна — основателя современного китайского государства — преступником. И тогда посол сорвался. Он заявил, что независимость стран бывшего СССР не основана на международном соглашении — в отличие опять-таки от принадлежности Тайваня Китаю. Тогда французский журналист прямо спросил про Крым — и китайский посол жестко дал понять, что эту тему нельзя ставить в один ряд с Тайванем, так как Крым ранее был в составе России и его передали Украине во времена СССР.
И здесь уже начинается политический контекст. Лю Шае в поиске контраргументов сказал то, о чем думают в китайском истеблишменте, нарушив принцип, что дипломат должен говорить правду, только правду, но не всю правду. Причем сделал это в крайне неудачный момент. Во-первых, Китай сейчас позиционирует себя как миротворец, равноудаленный от позиций России и Украины — а здесь он в полемике сблизился с российской позицией без минимального реверанса в украинскую сторону. Во-вторых — и это еще важнее — Китай сейчас делает одну из ставок на выстраивание отношений с Европой в условиях соперничества с США (об этом свидетельствует и недавний визит Макрона в Китай). В отношении Китая Запад не консолидирован — и Пекин стремится это использовать. После интервью Лю Шае этот курс не изменится — но диалог с европейцами на какое-то время может быть осложнен. Но не отменен, так как сохраняются серьезные политические и экономические интересы.
Китай «приоткрылся» и теперь стремится компенсировать негативный эффект. Поэтому его МИД заявил, что Китай уважает суверенитет всех республик, входивших в состав СССР, пресс-служба китайского посольства во Франции заявила, что слова посла — это не политические декларации, а выражение личного мнения, а текст интервью исчез из официальных посольских соцсетей.
Алексей Макаркин
Франция идет на Кавказ
Министр иностранных дел Пятой республики Катрин Колонна планирует посетить три закавказские государства в период с 26 по 28 апреля. На официальном сайте французского МИД цели визита гостьи определяются как поддержка переговоров Армении и Азербайджана для достижения мирного решения, а также содействие процессу реформ в Грузии.
В чем важность визита Катрин Колонна? И какими ресурсами сегодня обладает Париж для решения кавказских проблем? Франция — сопредседатель Минской группы ОБСЕ. И хотя МГ с прошлого года в своем традиционном формате сопредседательского трио не работает, Париж продолжает идентифицировать себя как один из ключевых игроков в деле армяно-азербайджанского урегулирования. Что же касается Тбилиси, то со времен «пятидневной войны» и соглашений Медведев-Саркози от 13 августа 2008 года, то к Франции имеется особое отношение в политических элитах Грузии.
Впрочем, кавказская оптика Франции сильно отличается от тех же российских приоритетов. Для Парижа важны не столько сами страны региона. Франция, особенно в президентскую каденцию Эммануэля Макрона, стремится к лидерству внутри ЕС. Неслучайно в программе Катрин Колонна намечено посещение штаб-квартиры европейских наблюдателей в Армении. Притом, что у Парижа с Баку «все сложно», предстоящий визит французского министра призван сгладить острые углы, которые обозначились после второй карабахской войны. Если же говорить о Грузии, то в условиях, когда прозападный вектор внешней политики этой страны подвергается, как минимум, серьезному переосмыслению, Колонна важно зафиксировать, что углубления противоречий не планируется. Как говорят американские бейсболисты, «it is time to touch the base». Стране, претендующей на лидерство в ЕС, крайне важно показать свой ресурс для удержания Тбилиси в прозападной орбите.
Во всех трех столицах французский министр встретится с лидерами государств и правительств Азербайджана, Армении и Грузии. Повестка дня весьма интенсивная. Ждать от визита резких перемен геополитического дизайна Кавказа не стоит. Однако попытки укрепления европейского влияния в сложном постсоветском регионе налицо.
Сергей Маркедонов
Министр иностранных дел Пятой республики Катрин Колонна планирует посетить три закавказские государства в период с 26 по 28 апреля. На официальном сайте французского МИД цели визита гостьи определяются как поддержка переговоров Армении и Азербайджана для достижения мирного решения, а также содействие процессу реформ в Грузии.
В чем важность визита Катрин Колонна? И какими ресурсами сегодня обладает Париж для решения кавказских проблем? Франция — сопредседатель Минской группы ОБСЕ. И хотя МГ с прошлого года в своем традиционном формате сопредседательского трио не работает, Париж продолжает идентифицировать себя как один из ключевых игроков в деле армяно-азербайджанского урегулирования. Что же касается Тбилиси, то со времен «пятидневной войны» и соглашений Медведев-Саркози от 13 августа 2008 года, то к Франции имеется особое отношение в политических элитах Грузии.
Впрочем, кавказская оптика Франции сильно отличается от тех же российских приоритетов. Для Парижа важны не столько сами страны региона. Франция, особенно в президентскую каденцию Эммануэля Макрона, стремится к лидерству внутри ЕС. Неслучайно в программе Катрин Колонна намечено посещение штаб-квартиры европейских наблюдателей в Армении. Притом, что у Парижа с Баку «все сложно», предстоящий визит французского министра призван сгладить острые углы, которые обозначились после второй карабахской войны. Если же говорить о Грузии, то в условиях, когда прозападный вектор внешней политики этой страны подвергается, как минимум, серьезному переосмыслению, Колонна важно зафиксировать, что углубления противоречий не планируется. Как говорят американские бейсболисты, «it is time to touch the base». Стране, претендующей на лидерство в ЕС, крайне важно показать свой ресурс для удержания Тбилиси в прозападной орбите.
Во всех трех столицах французский министр встретится с лидерами государств и правительств Азербайджана, Армении и Грузии. Повестка дня весьма интенсивная. Ждать от визита резких перемен геополитического дизайна Кавказа не стоит. Однако попытки укрепления европейского влияния в сложном постсоветском регионе налицо.
Сергей Маркедонов
История с изгнанием с Fox News Такера Карлсона интересна феноменом «двойника» и отношением к нему целевой аудитории. То есть когда статусная личность говорит одно, а думает другое. Выяснилось, что когда Карлсон накручивал свою аудиторию, уверяя, что результаты президентских выборов 2020 года подтасованы, он не верил аргументам радикальных трампистов и весьма скептически относился к самому Трампу. Но продолжал талантливо играть, повышая рейтинги своей программы и привлекая симпатии антиэлитных бунтарей, которыми и являются трамписты. Правда, эта азартная игра привела к потере Fox News почти 800 млн долларов по делу о распространении ложной информации в отношении компании Dominion Voting Systems, которую трамписты обвиняли в подтасовке результатов голосования. После этого Карлсона уволили.
В эпоху модерна обнародование фактов о «двойном дне» в позиции журналиста оттолкнуло бы от него большинство сторонников. Сейчас же постмодерн распространился и на тех, кто хочет возврата к славному прошлому. У многих трампистов нет иллюзий в отношении даже самого Трампа — и относятся они к нему весьма непросто. Поддерживают, когда он выступает с антимигрантских и изоляционистских позиций, воспринимая его как борца с «глубинным государством». Но как только он высказывался в поддержку вакцинации, то они «затыкали уши», игнорируя его советы — но при этом не переставая поддерживать, так как в остальных вопросах были с ним согласны.
И Трамп, и Карлсон выражают сильную эмоцию немалой части американского общества, причем делая это не занудно, а ярко и талантливо. А то, что Трамп в личной жизни не соответствует высоким моральным критериям, а Карлсон не верит в часть из того, что говорит (но в другую часть верит — все же он идеологический консерватор, хотя и не такой отвязанный, каким хочет казаться), сейчас является глубоко второстепенным для их целевых аудиторий. Кстати, из этого же ряда и многолетний успех Владимира Жириновского в России — когда ЛДПР несмотря ни на что неизменно проходила в Думу.
Алексей Макаркин
В эпоху модерна обнародование фактов о «двойном дне» в позиции журналиста оттолкнуло бы от него большинство сторонников. Сейчас же постмодерн распространился и на тех, кто хочет возврата к славному прошлому. У многих трампистов нет иллюзий в отношении даже самого Трампа — и относятся они к нему весьма непросто. Поддерживают, когда он выступает с антимигрантских и изоляционистских позиций, воспринимая его как борца с «глубинным государством». Но как только он высказывался в поддержку вакцинации, то они «затыкали уши», игнорируя его советы — но при этом не переставая поддерживать, так как в остальных вопросах были с ним согласны.
И Трамп, и Карлсон выражают сильную эмоцию немалой части американского общества, причем делая это не занудно, а ярко и талантливо. А то, что Трамп в личной жизни не соответствует высоким моральным критериям, а Карлсон не верит в часть из того, что говорит (но в другую часть верит — все же он идеологический консерватор, хотя и не такой отвязанный, каким хочет казаться), сейчас является глубоко второстепенным для их целевых аудиторий. Кстати, из этого же ряда и многолетний успех Владимира Жириновского в России — когда ЛДПР несмотря ни на что неизменно проходила в Думу.
Алексей Макаркин
О внешнеполитическом позиционировании Казахстана
1. Казахстан увеличивает экспорт нефти в обход России после поручения президента Касым-Жомарта Токаева найти альтернативные маршруты для продажи сырья. Об этом пишет Reuters со ссылкой на статистику перевозок и источник в отрасли. В первом квартале 2023 года казахстанские нефтяники поставили на внешние рынки 163,4 тыс. тонн нефти по транскаспийскому морскому маршруту — из порта Актау в Баку. В результате экспорт в обход России увеличился в шесть раз. Ранее Казахстан поставлял всю нефть на экспорт через порт Новороссийска.
2. Власти Казахстана работают над тем, чтобы не содействовать обходу западных санкций против России, все необходимые меры принимаются. Об этом рассказала председатель Агентства по регулированию и развитию финансового рынка Казахстана Мадина Абылкасымова, передает ТАСС. По ее словам, банки и финансовые организации значительно усилили соответствующие процедуры. Речь идет и об использовании иностранной валюты в расчетах, и о работе с санкционными лицами, которые включены в те или иные списки.
3. Представитель Министерства иностранных дел (МИД) Казахстана Айбек Смадияров пригрозил тюрьмой 23-летнему казахстанцу Маргулану Бекенову, служащему в ЧВК «Вагнер». Слова политика передает агентство NewTimes.kz. Он добавил, что власти Казахстана направили все соответствующие запросы в органы Российской Федерации и поддерживают контакт с родителями бойца. На родине ему грозит срок от 5 до 9 лет лишения свободы.
4. В январе 2023 года в Казахстане лишили мандата депутата Азамата Абильдаева за высказывания в поддержку СВО. Пленум национального совета партии «Ак жол» решил, что его слова противоречат партийной и депутатской этике и исключил его из партии. В тот же день Центральная избирательная комиссия Казахстана признала утрату полномочий депутата в связи с исключением из партии.
Алексей Макаркин
1. Казахстан увеличивает экспорт нефти в обход России после поручения президента Касым-Жомарта Токаева найти альтернативные маршруты для продажи сырья. Об этом пишет Reuters со ссылкой на статистику перевозок и источник в отрасли. В первом квартале 2023 года казахстанские нефтяники поставили на внешние рынки 163,4 тыс. тонн нефти по транскаспийскому морскому маршруту — из порта Актау в Баку. В результате экспорт в обход России увеличился в шесть раз. Ранее Казахстан поставлял всю нефть на экспорт через порт Новороссийска.
2. Власти Казахстана работают над тем, чтобы не содействовать обходу западных санкций против России, все необходимые меры принимаются. Об этом рассказала председатель Агентства по регулированию и развитию финансового рынка Казахстана Мадина Абылкасымова, передает ТАСС. По ее словам, банки и финансовые организации значительно усилили соответствующие процедуры. Речь идет и об использовании иностранной валюты в расчетах, и о работе с санкционными лицами, которые включены в те или иные списки.
3. Представитель Министерства иностранных дел (МИД) Казахстана Айбек Смадияров пригрозил тюрьмой 23-летнему казахстанцу Маргулану Бекенову, служащему в ЧВК «Вагнер». Слова политика передает агентство NewTimes.kz. Он добавил, что власти Казахстана направили все соответствующие запросы в органы Российской Федерации и поддерживают контакт с родителями бойца. На родине ему грозит срок от 5 до 9 лет лишения свободы.
4. В январе 2023 года в Казахстане лишили мандата депутата Азамата Абильдаева за высказывания в поддержку СВО. Пленум национального совета партии «Ак жол» решил, что его слова противоречат партийной и депутатской этике и исключил его из партии. В тот же день Центральная избирательная комиссия Казахстана признала утрату полномочий депутата в связи с исключением из партии.
Алексей Макаркин
«Трампу с 2016 года удаётся сохранить базу твёрдых, даже горячих сторонников внутри Республиканской партии, и большая часть республиканских избирателей последует за ней. Обвинения против Трампа только укрепляют мотивацию твердых сторонников, что поможет ему выиграть праймериз, но вот на самих президентских выборах добавит проблем»
Борис Макаренко о шансах Дональда Трампа на выборах 2024 — https://publico.ru/opinions/pri-inercionnom-razvitii-sobytiy-vernut-sebe-prezidentskoe-kreslo-trampu-budet-nelegko
Борис Макаренко о шансах Дональда Трампа на выборах 2024 — https://publico.ru/opinions/pri-inercionnom-razvitii-sobytiy-vernut-sebe-prezidentskoe-kreslo-trampu-budet-nelegko
В Британии не сходит с политической повестки вынужденная отставка 21 апреля заместителя премьер-министра и министра юстиции Доминика Рааба. Отставка была вызвана итогами независимого расследования юриста Адама Толли в отношении жалоб министерских служащих на буллинг с стороны Рааба. Жалобы стали появляться одна за другой в конце прошлого года, привлекли большое внимание СМИ, и премьер Риши Сунак был вынужден отреагировать, поручив Толли провести расследование, а Рааб пообещал уйти в отставку, если обвинения в буллинге подтвердятся. Расследование не выявило «убедительных свидетельств» того, что он кричал или ругался на сотрудников в Минюсте. Но вот когда Рааб при Борисе Джонсоне до сентября 2021 г. возглавлял МИД, то он «действовал запугивающим образом» и был «неоправданно и устойчиво агрессивен в контексте встречи на рабочем месте». Толли добавляет: «Его поведение также включало злоупотребление властью таким образом, который подрывает или унижает достоинство. Я полагаю, что он должен был отдавать себе в этом отчет».
Вообще-то буллинг – не такая уж редкость в британских коридорах власти. В 2020 г. к похожим выводам пришло расследование в отношении тогдашней главы МВД Прити Пател. Но тогда Джонсон прикрыл свою верную соратницу. На этот раз премьер Сунак не стал вмешиваться, а Рааб сдержал слово и покинул пост. Но бывший вице-премьер и министр юстиции ушел, громко хлопнув дверью. Он открыто выразил несогласие с результатами расследования. В письме Сунаку Рааб отметил, что эти результаты «создают опасный прецедент для осуществления хорошего управления, устанавливая порог для буллинга так низко». Другими словами, Рааб подразумевал, что слабонервные государственные служащие были просто не способны справляться с теми высокими требованиями, которые он к ним предъявлял. Затем в статье, опубликованной в Daily Telegraph, он охарактеризовал всю свою историю, как «кафкианскую сагу».
Дальше – больше. В последовавших интервью в разных изданиях Рааб перенес свои обличения на всю британскую гражданскую службу, т.е. правительственную бюрократию, которая, как издавна заведено, выполняет свои функции на нейтральной, внепартийной основе. Кстати, напряженность в отношениях между правительством и гражданской службой возникла еще в 2016 г., поскольку многие тори подозревали высших чиновников в том, что они настроены против брексита и вставляют палки в колеса. Рааб начал утверждать, что стал жертвой заговора Уайтхолла, в котором «объединенные в профсоюзы чиновники целились в меня и других министров». В интервью BBC он заявил: «Мы столкнулись с риском того, что незначительное меньшинство крайне активистски настроенных гражданских служащих, которому не нравятся некоторые реформы, эффективно пытается блокировать работу правительства». Позицию Рааба поддержали массовые правые издания. Daily Express вышла с заголовком: «Изгнанный за то, что хотел лучшего для Британии». Daily Mail задалась вопросом: «Был ли это день [отставки Рааба], когда Британия стала неуправляемой?». Некоторые депутаты-тори тоже выразили солидарность с бывшим вице-премьером.
В свою очередь, профсоюз FDA, объединяющий старших гражданских служащих, выдвинул требование о пересмотре системы рассмотрения жалоб, подаваемых чиновниками на министров. Его генеральный секретарь Дэйв Пенман заявил, что отставка Рааба – это не подтверждение состоятельности существующей системы, а «изобличение неадекватности процесса, который полагается только на желание действующего премьера обеспечить соблюдение стандартов». Собственное расследование профсоюза выявило, что только за последние 12 месяцев каждый шестой старший чиновник сталкивался с неправомерными действиями министров. А бывший глава гражданской службы Британии лорд Керслейк призвал Риши Сунака публично высказаться против «потока оскорблений в адрес гражданской службы», запущенного Раабом, в противном случае в Уайтхолле возникнет «токсичная атмосфера».
Александр Ивахник
Вообще-то буллинг – не такая уж редкость в британских коридорах власти. В 2020 г. к похожим выводам пришло расследование в отношении тогдашней главы МВД Прити Пател. Но тогда Джонсон прикрыл свою верную соратницу. На этот раз премьер Сунак не стал вмешиваться, а Рааб сдержал слово и покинул пост. Но бывший вице-премьер и министр юстиции ушел, громко хлопнув дверью. Он открыто выразил несогласие с результатами расследования. В письме Сунаку Рааб отметил, что эти результаты «создают опасный прецедент для осуществления хорошего управления, устанавливая порог для буллинга так низко». Другими словами, Рааб подразумевал, что слабонервные государственные служащие были просто не способны справляться с теми высокими требованиями, которые он к ним предъявлял. Затем в статье, опубликованной в Daily Telegraph, он охарактеризовал всю свою историю, как «кафкианскую сагу».
Дальше – больше. В последовавших интервью в разных изданиях Рааб перенес свои обличения на всю британскую гражданскую службу, т.е. правительственную бюрократию, которая, как издавна заведено, выполняет свои функции на нейтральной, внепартийной основе. Кстати, напряженность в отношениях между правительством и гражданской службой возникла еще в 2016 г., поскольку многие тори подозревали высших чиновников в том, что они настроены против брексита и вставляют палки в колеса. Рааб начал утверждать, что стал жертвой заговора Уайтхолла, в котором «объединенные в профсоюзы чиновники целились в меня и других министров». В интервью BBC он заявил: «Мы столкнулись с риском того, что незначительное меньшинство крайне активистски настроенных гражданских служащих, которому не нравятся некоторые реформы, эффективно пытается блокировать работу правительства». Позицию Рааба поддержали массовые правые издания. Daily Express вышла с заголовком: «Изгнанный за то, что хотел лучшего для Британии». Daily Mail задалась вопросом: «Был ли это день [отставки Рааба], когда Британия стала неуправляемой?». Некоторые депутаты-тори тоже выразили солидарность с бывшим вице-премьером.
В свою очередь, профсоюз FDA, объединяющий старших гражданских служащих, выдвинул требование о пересмотре системы рассмотрения жалоб, подаваемых чиновниками на министров. Его генеральный секретарь Дэйв Пенман заявил, что отставка Рааба – это не подтверждение состоятельности существующей системы, а «изобличение неадекватности процесса, который полагается только на желание действующего премьера обеспечить соблюдение стандартов». Собственное расследование профсоюза выявило, что только за последние 12 месяцев каждый шестой старший чиновник сталкивался с неправомерными действиями министров. А бывший глава гражданской службы Британии лорд Керслейк призвал Риши Сунака публично высказаться против «потока оскорблений в адрес гражданской службы», запущенного Раабом, в противном случае в Уайтхолле возникнет «токсичная атмосфера».
Александр Ивахник
Британское правительство Риши Сунака во внутренней политике продолжает делать одну из главных ставок на резкое ужесточение курса в отношении нелегальных мигрантов. В среду законопроект «О незаконной миграции», внесенный в парламент в начале марта, был одобрен Палатой общин в третьем чтении 289 голосами против 230. Этот законопроект в принципе не позволяет людям, прибывающим на британские берега через Ла-Манш на небольших лодках, подавать прошение об убежище. Он обязывает МВД задерживать таких людей, содержать их в специальных центрах и затем возможно скорее выдворять в родную страну или «безопасную третью страну» (например, в Руанду, с которой в апреле 2022 г. было подписано соответствующее соглашение). В дальнейшем депортированные лишатся права снова попасть в Британию.
Законопроект с самого начала вызвал острую критику по моральным и юридическим основаниям со стороны оппозиционных партий, правозащитников и профильных экспертов. Однако влиятельное правое крыло правящей Консервативной партии тоже осталось недовольно – но недостаточной радикальностью предложений правительства. Особенно правые тори опасались, что решения по депортации нелегалов будут вязнуть в бесконечных судебных разбирательствах. И кабинет Сунака, стремясь избежать открытых протестов в ходе третьего чтения, пошел на ряд уступок, ужесточающих документ. Наибольшее внимание привлекла правительственная поправка, дающая главе МВД Сьюэлле Брэверман право игнорировать временные предписания ЕСПЧ (известные как Правило 39), запрещающие объявленные депортации просителей убежища до полного рассмотрения их дел в судах. Именно такое предписание ЕСПЧ заблокировало первую попытку Лондона прошлым летом депортировать незаконных мигрантов в Руанду. Вторая важная поправка предусматривает, что британские суды также не смогут препятствовать выдворению конкретного мигранта за исключением тех случаев, когда это лицо сталкивается с «реальным, неизбежным и предвидимым риском серьезного и необратимого вреда».
С другой стороны, ряд умеренных тори тоже высказались критически. Около 20 депутатов настаивали на ограничении возможностей задерживать детей, прибывающих на лодках без сопровождения взрослых, и на том, чтобы правительство предложило «безопасные и легальные пути» для получения убежища в Британии. Экс-премьер Тереза Мэй возмутилась тем, что законопроект снимает временную защиту от депортации с тех, кто подходит под определение жертв современного рабства и контрабанды людей. Правительство обещало учесть эти замечания в ходе работы с законопроектом в Палате лордов. Также некоторые члены обеих палат высказали несогласие с очередным хлестким заявлением министра внутренних дел Брэверман, которая выражает позиции жестких брекситеров и в целом откровенно правого крыла партии. В среду она подчеркнула, что нелегальные мигранты «несут ценности, которые противоречат нашей стране», они связаны с «повышенным уровнем преступности», «быстро вовлекаются в наркоторговлю, проституцию, другие формы эксплуатации». Критики отмечали, что подобные заявления, проникнутые расовыми предрассудками, помимо всего прочего отталкивают центристских избирателей, в которых сейчас так нуждается партия тори.
Противники законопроекта возлагают надежды на Палату лордов, где его рассмотрение начнется 10 мая. Известно, что многие лорды настроены критически. Они не могут отвергнуть законопроект, но способны смягчить его наиболее вызывающие положения. Премьер Сунак стремится к тому, чтобы билль обрел силу закона до ухода парламента на летние каникулы. Поэтому правительство, видимо, согласится на некоторые уступки. Но принципиальные положения документа останутся прежними, что влечет серьезные внешнеполитические проблемы. Агентство ООН по делам беженцев уже заявило, что билль «явно нарушает» международную Конвенцию по правам беженцев. Игнорирование предписаний ЕСПЧ чревато осложнением отношений Лондона с ведущими странами ЕС. Такие сигналы уже поступают от брюссельских дипломатов. И это в то время, когда Сунак предпринял ряд шагов по смягчению противоречий, оставленных брекситом.
Александр Ивахник
Законопроект с самого начала вызвал острую критику по моральным и юридическим основаниям со стороны оппозиционных партий, правозащитников и профильных экспертов. Однако влиятельное правое крыло правящей Консервативной партии тоже осталось недовольно – но недостаточной радикальностью предложений правительства. Особенно правые тори опасались, что решения по депортации нелегалов будут вязнуть в бесконечных судебных разбирательствах. И кабинет Сунака, стремясь избежать открытых протестов в ходе третьего чтения, пошел на ряд уступок, ужесточающих документ. Наибольшее внимание привлекла правительственная поправка, дающая главе МВД Сьюэлле Брэверман право игнорировать временные предписания ЕСПЧ (известные как Правило 39), запрещающие объявленные депортации просителей убежища до полного рассмотрения их дел в судах. Именно такое предписание ЕСПЧ заблокировало первую попытку Лондона прошлым летом депортировать незаконных мигрантов в Руанду. Вторая важная поправка предусматривает, что британские суды также не смогут препятствовать выдворению конкретного мигранта за исключением тех случаев, когда это лицо сталкивается с «реальным, неизбежным и предвидимым риском серьезного и необратимого вреда».
С другой стороны, ряд умеренных тори тоже высказались критически. Около 20 депутатов настаивали на ограничении возможностей задерживать детей, прибывающих на лодках без сопровождения взрослых, и на том, чтобы правительство предложило «безопасные и легальные пути» для получения убежища в Британии. Экс-премьер Тереза Мэй возмутилась тем, что законопроект снимает временную защиту от депортации с тех, кто подходит под определение жертв современного рабства и контрабанды людей. Правительство обещало учесть эти замечания в ходе работы с законопроектом в Палате лордов. Также некоторые члены обеих палат высказали несогласие с очередным хлестким заявлением министра внутренних дел Брэверман, которая выражает позиции жестких брекситеров и в целом откровенно правого крыла партии. В среду она подчеркнула, что нелегальные мигранты «несут ценности, которые противоречат нашей стране», они связаны с «повышенным уровнем преступности», «быстро вовлекаются в наркоторговлю, проституцию, другие формы эксплуатации». Критики отмечали, что подобные заявления, проникнутые расовыми предрассудками, помимо всего прочего отталкивают центристских избирателей, в которых сейчас так нуждается партия тори.
Противники законопроекта возлагают надежды на Палату лордов, где его рассмотрение начнется 10 мая. Известно, что многие лорды настроены критически. Они не могут отвергнуть законопроект, но способны смягчить его наиболее вызывающие положения. Премьер Сунак стремится к тому, чтобы билль обрел силу закона до ухода парламента на летние каникулы. Поэтому правительство, видимо, согласится на некоторые уступки. Но принципиальные положения документа останутся прежними, что влечет серьезные внешнеполитические проблемы. Агентство ООН по делам беженцев уже заявило, что билль «явно нарушает» международную Конвенцию по правам беженцев. Игнорирование предписаний ЕСПЧ чревато осложнением отношений Лондона с ведущими странами ЕС. Такие сигналы уже поступают от брюссельских дипломатов. И это в то время, когда Сунак предпринял ряд шагов по смягчению противоречий, оставленных брекситом.
Александр Ивахник
Исключение депутата Мосгордумы Евгения Ступина из партии и фракции КПРФ и уход Олега Шеина с поста руководителя астраханского отделения «Справедливой России» вписываются в общий контекст нынешнего функционирования партий парламентской оппозиции. Для них главное — это выживание. Каждый делает это со своими нюансами. «Справедливая Россия» еще до начала СВО объединилась с партией Захара Прилепина в СРЗП (а еще раньше были планы взаимодействия с Константином Малофеевым) — так что сближение с Евгением Пригожиным является частью ее эволюции. Только накал риторики у партии Сергея Миронова сильнее, чем у коммунистов, потому что СРЗП надо доказывать свой патриотизм. Российская политическая культура исторична — и «турбопатриоты» время от времени припоминают партии, до прошлого года входившей в Социнтерн, белые ленты более чем десятилетней давности. Но такая риторика и система союзов крайне некомфортна для тех, кто в свое время сознательно создавал социально ориентированную левоцентристскую партию.
Коммунистам же надо доказывать не «турбопатриотам» (для них у КПРФ есть железный аргумент — партия с самого начала своего существования выступала за возрождение СССР, чему есть масса документальных подтверждений), а власти. Именно КПРФ была главным бенефициаром стратегического (то есть за наименее неприятную для них проходную партию) голосования российских либеральных избирателей, вплоть до думских выборов 2021 года. Официально партия такую поддержку не принимала, но от нее и не отказывалась — кстати, и Ступин в Мосгордуму был избран именно таким образом. После начала СВО такой механизм утратил актуальность, либералы ушли, что стало одной из причин снижения рейтинга КПРФ (другая причина противоположна — отход от партии наиболее лояльных власти избирателей в условиях «сплочения вокруг флага»). Так что реального выбора между отношениями с властью и ушедшим электоратом у КПРФ просто нет. Поэтому Ступина исключают, а нехаризматичный, но полностью лояльный Зюганов-младший становится кандидатом в мэры.
Что дальше? Думается, что ничего неожиданного. В партийной системе, где партийных брендов крайне невелико (и КПРФ — вторая по раскрутке партия, а СРЗП — четвертая; как и пять, и десять лет назад), стратегия выживания мало что меняет. Коммунисты, согласно текущему опросу ВЦИОМа, вторые (10,7%), СРЗП — четвертая (5,7%) — оба показателя от всех избирателей, так что обе партии в «проходной зоне». На большее они и не претендуют.
Алексей Макаркин
Коммунистам же надо доказывать не «турбопатриотам» (для них у КПРФ есть железный аргумент — партия с самого начала своего существования выступала за возрождение СССР, чему есть масса документальных подтверждений), а власти. Именно КПРФ была главным бенефициаром стратегического (то есть за наименее неприятную для них проходную партию) голосования российских либеральных избирателей, вплоть до думских выборов 2021 года. Официально партия такую поддержку не принимала, но от нее и не отказывалась — кстати, и Ступин в Мосгордуму был избран именно таким образом. После начала СВО такой механизм утратил актуальность, либералы ушли, что стало одной из причин снижения рейтинга КПРФ (другая причина противоположна — отход от партии наиболее лояльных власти избирателей в условиях «сплочения вокруг флага»). Так что реального выбора между отношениями с властью и ушедшим электоратом у КПРФ просто нет. Поэтому Ступина исключают, а нехаризматичный, но полностью лояльный Зюганов-младший становится кандидатом в мэры.
Что дальше? Думается, что ничего неожиданного. В партийной системе, где партийных брендов крайне невелико (и КПРФ — вторая по раскрутке партия, а СРЗП — четвертая; как и пять, и десять лет назад), стратегия выживания мало что меняет. Коммунисты, согласно текущему опросу ВЦИОМа, вторые (10,7%), СРЗП — четвертая (5,7%) — оба показателя от всех избирателей, так что обе партии в «проходной зоне». На большее они и не претендуют.
Алексей Макаркин
Внутри коалиционного правительства Германии вновь обострились противоречия – на этот раз в связи с планами Китая расширить свои инвестиции в инфраструктуру страны. Канцлер Олаф Шольц в отношениях с Китаем – крупнейшим торговым партнером Германии – ставит на первое место экономические интересы немецкого бизнеса. Партнеры СДПГ по правящей коалиции – «Зеленые» и либеральная Свободная демократическая партия – склонны больше прислушиваться к предупреждениям из Вашингтона и Брюсселя о том, что внешнеэкономические действия Китая надо рассматривать под углом зрения его общей геостратегической экспансии.
В данном случае речь идет о намерении китайского государственного судоходного и портового гиганта COSCO приобрести долю в одном из трех контейнерных терминалов Гамбургского порта. Компания COSCO уже владеет долями в двух крупнейших европейских портах – Роттердаме и Антверпене и контролирует порт Пирей в Греции. Сделка о приобретении COSCO 35% акций терминала Tollerort вчерне была согласована еще при правительстве Меркель. Канцлер Шольц осенью прошлого года с энтузиазмом пытался довести ее до завершения. Стоит напомнить, что Шольц в 2011-2018 годах был бургомистром Гамбурга, а нынешний мэр города Петер Ченчер является его близким союзником. Логика привлечения инвестиций COSCO в гамбургский терминал, очевидно, состояла в том, что это притянет туда другие китайские судоходные компании. Однако намерения Шольца натолкнулись на решительное сопротивление шести министерств его правительства, в т.ч. возглавляемых социал-демократами, которые аргументировали свою позицию интересами национальной экономической безопасности. В конце октября был достигнут компромисс: было решено, что доля COSCO в капитале терминала составит 24,9%, т.е. ниже блокирующего пакета.
И вот 12 апреля стало известно, что Федеральное управление Германии по информационной безопасности включило терминал Tollerort в перечень «критической инфраструктуры». А это значит, что условия пока официально не заключенной сделки снова подлежат пересмотру. Представляющий «Зеленых» министр экономики Роберт Хабек 26 апреля сообщил журналистам: «Мы сейчас рассматриваем, какое воздействие новая оценка безопасности проекта может оказать на решение по его одобрению». Есть информация о том, что скептически относящиеся к сделке министры будут настаивать на снижении доли, которую может получить COSCO, до 9,9%.
Вместе с тем, канцлер Шольц, по словам двух анонимных собеседников издания Politico из СДПГ, стремится протолкнуть сделку с китайской компанией на прежних условиях. Косвенно это подтверждают слова члена комитета Бундестага по внешней политике от СДПГ Адиса Ахметовича: «С моей точки зрения, миноритарная доля в 24,9% не представляет угрозы для нашей критической инфраструктуры или для общественного порядка и безопасности». Заинтересованность Шольца в сохранении согласованных с COSCO параметров сделки, возможно, объясняется и тем, что 20 июня ему предстоит вести в Берлине правительственные переговоры с китайским премьером Ли Цянем. На этих переговорах он хотел бы добиться расширения возможностей на китайском рынке для немецких компаний, в первую очередь, автомобилестроительных.
Позиция канцлера вызывает раздражение у его партеров по коалиции, особенно у «Зеленых». Депутат Бундестага от этой партии Феликс Банашак заявил: «Классификация терминала Tollerort как критической инфраструктуры изменила ситуацию. Целью всего германского правительства должно стать предотвращение участия COSCO в терминале или его сведение к минимуму. Я также ожидаю ясности от канцлера». Замруководителя фракции «Зеленых» Андреас Одретч подчеркнул: «Вход китайской государственной компании в порт Гамбурга является частью целенаправленной инвестиционной стратегии, с помощью которой Китай хочет поставить инфраструктуру по всей Европе под свое влияние. В такой ситуации Германия не может себе позволить проявлять наивность». Можно ожидать, что в течение ближайшего времени в правительстве Германии состоится непростое выяснение отношений по этому вроде бы частному, но принципиальному вопросу.
Александр Ивахник
В данном случае речь идет о намерении китайского государственного судоходного и портового гиганта COSCO приобрести долю в одном из трех контейнерных терминалов Гамбургского порта. Компания COSCO уже владеет долями в двух крупнейших европейских портах – Роттердаме и Антверпене и контролирует порт Пирей в Греции. Сделка о приобретении COSCO 35% акций терминала Tollerort вчерне была согласована еще при правительстве Меркель. Канцлер Шольц осенью прошлого года с энтузиазмом пытался довести ее до завершения. Стоит напомнить, что Шольц в 2011-2018 годах был бургомистром Гамбурга, а нынешний мэр города Петер Ченчер является его близким союзником. Логика привлечения инвестиций COSCO в гамбургский терминал, очевидно, состояла в том, что это притянет туда другие китайские судоходные компании. Однако намерения Шольца натолкнулись на решительное сопротивление шести министерств его правительства, в т.ч. возглавляемых социал-демократами, которые аргументировали свою позицию интересами национальной экономической безопасности. В конце октября был достигнут компромисс: было решено, что доля COSCO в капитале терминала составит 24,9%, т.е. ниже блокирующего пакета.
И вот 12 апреля стало известно, что Федеральное управление Германии по информационной безопасности включило терминал Tollerort в перечень «критической инфраструктуры». А это значит, что условия пока официально не заключенной сделки снова подлежат пересмотру. Представляющий «Зеленых» министр экономики Роберт Хабек 26 апреля сообщил журналистам: «Мы сейчас рассматриваем, какое воздействие новая оценка безопасности проекта может оказать на решение по его одобрению». Есть информация о том, что скептически относящиеся к сделке министры будут настаивать на снижении доли, которую может получить COSCO, до 9,9%.
Вместе с тем, канцлер Шольц, по словам двух анонимных собеседников издания Politico из СДПГ, стремится протолкнуть сделку с китайской компанией на прежних условиях. Косвенно это подтверждают слова члена комитета Бундестага по внешней политике от СДПГ Адиса Ахметовича: «С моей точки зрения, миноритарная доля в 24,9% не представляет угрозы для нашей критической инфраструктуры или для общественного порядка и безопасности». Заинтересованность Шольца в сохранении согласованных с COSCO параметров сделки, возможно, объясняется и тем, что 20 июня ему предстоит вести в Берлине правительственные переговоры с китайским премьером Ли Цянем. На этих переговорах он хотел бы добиться расширения возможностей на китайском рынке для немецких компаний, в первую очередь, автомобилестроительных.
Позиция канцлера вызывает раздражение у его партеров по коалиции, особенно у «Зеленых». Депутат Бундестага от этой партии Феликс Банашак заявил: «Классификация терминала Tollerort как критической инфраструктуры изменила ситуацию. Целью всего германского правительства должно стать предотвращение участия COSCO в терминале или его сведение к минимуму. Я также ожидаю ясности от канцлера». Замруководителя фракции «Зеленых» Андреас Одретч подчеркнул: «Вход китайской государственной компании в порт Гамбурга является частью целенаправленной инвестиционной стратегии, с помощью которой Китай хочет поставить инфраструктуру по всей Европе под свое влияние. В такой ситуации Германия не может себе позволить проявлять наивность». Можно ожидать, что в течение ближайшего времени в правительстве Германии состоится непростое выяснение отношений по этому вроде бы частному, но принципиальному вопросу.
Александр Ивахник
«В Стамбул, так в Стамбул!», - такова была реакция Андрея Кураева на вступившее в силу решение о лишении его сана протодиакона. Он сообщил, что обсуждал вопрос о подаче апелляции с константинопольским патриархом Варфоломеем еще год назад, но тот сказал, что не может принять ее, пока нет окончательного решения РПЦ. Теперь оно есть — и хотя Андрей Кураев заявляет, что он не обязательно воспользуется этой опцией, но такую возможность за собой оставляет.
До разрыва между Москвой и Константинополем в 2018 году решение о лишении сана можно было оспорить только в рамках РПЦ. Теперь же появилась «опция» обращения в Константинополь, который исходит из того, что вселенский патриарх может рассматривать жалобы «чужих» клириков. В Москве это право не признают, считая его проявлением «восточного папизма». До 2018 года Константинополь прислушивался к мнению Москвы, но после разрыва это неактуально.
Прецедент уже создан — в феврале нынешнего года патриарх Варфоломей восстановил в сане пятерых клириков литовской епархии РПЦ, лишенных сана митрополитом Иннокентием, и восстановил их в сане. Эти клирики могли апеллировать к церковному суду РПЦ, но выбрали Константинополь. Затем Варфоломей объявил о возможности создания собственной «параллельной» РПЦ церковной структуры в Литве — экзархата. Организационное оформление экзархата еще происходит, но уже сейчас обнародована информация, что в нем будут служить и пятеро «восстановленных» клириков, и двое священников, эмигрировавших из Беларуси.
Алексей Макаркин
До разрыва между Москвой и Константинополем в 2018 году решение о лишении сана можно было оспорить только в рамках РПЦ. Теперь же появилась «опция» обращения в Константинополь, который исходит из того, что вселенский патриарх может рассматривать жалобы «чужих» клириков. В Москве это право не признают, считая его проявлением «восточного папизма». До 2018 года Константинополь прислушивался к мнению Москвы, но после разрыва это неактуально.
Прецедент уже создан — в феврале нынешнего года патриарх Варфоломей восстановил в сане пятерых клириков литовской епархии РПЦ, лишенных сана митрополитом Иннокентием, и восстановил их в сане. Эти клирики могли апеллировать к церковному суду РПЦ, но выбрали Константинополь. Затем Варфоломей объявил о возможности создания собственной «параллельной» РПЦ церковной структуры в Литве — экзархата. Организационное оформление экзархата еще происходит, но уже сейчас обнародована информация, что в нем будут служить и пятеро «восстановленных» клириков, и двое священников, эмигрировавших из Беларуси.
Алексей Макаркин
6 мая пройдет коронация Карла III
Опрос, проведенный для Times, показал: 62% британцев считают, что Карл III будет хорошим королем. Для сравнения, в марте 2022 года такого мнения придерживались 39% респондентов. Кроме того, опрос показал, что 60% опрошенных британцев выступают за сохранение монархии, и лишь 26% хотят, чтобы главу государства избирали. Больше всего сторонников монархии — среди людей старше 65 лет, меньше всего — в возрастной группе между 18 и 24 годами.
Это означает, что за год к королю привыкли, его стали воспринимать не только как сына Елизаветы II, а как личность, обладающую собственной идентичностью. Хотя год назад покойная королева, бывшая одним из символов Великобритании в течение многих десятилетий, многим казалась незаменимой, а другие смотрели на принца Уильяма как на лучшую замену своему отцу с пиаровской точки зрения.
Однако пиар отличается своей относительной краткосрочностью и направлен на решение конкретных задач (например, повышение рейтинга), тогда как традиции могут носить многовековой характер и быть укорененными в обществе — как это и происходит с британской монархией. А любая монархия основана на принципе легитимизма — то есть законной передачи власти следующему представителю династии, а не самому популярному. Конечно, в современном мире могут быть исключения — если легитимный преемник по своим морально-нравственным качествам совершенно не соответствует обязанностям монарха. Но к королю Карлу это не относится. Да и вообще второй Георг IV — бывший королем в течение десятилетия, несмотря на скандальную репутацию и затяжной конфликт с не допущенной на коронацию супругой — в нынешней Европе просто невозможен.
И про молодежь — да, в ее среде монархия пользуется наименьшей популярностью. В немалой степени поэтому и целый ряд популярных музыкальных исполнителей отклонили приглашение поучаствовать в коронации. Означает ли это, что Великобритания через пару поколений станет республикой? Совсем необязательно, и не только потому, что с возрастом люди нередко становятся более консервативными. Дело еще и в том, что вопрос об избираемости главы государства может столкнуться с непопулярностью политиков — и на этом фоне монарх может выглядеть более успешным объединителем нации не только для пожилых людей.
Алексей Макаркин
Опрос, проведенный для Times, показал: 62% британцев считают, что Карл III будет хорошим королем. Для сравнения, в марте 2022 года такого мнения придерживались 39% респондентов. Кроме того, опрос показал, что 60% опрошенных британцев выступают за сохранение монархии, и лишь 26% хотят, чтобы главу государства избирали. Больше всего сторонников монархии — среди людей старше 65 лет, меньше всего — в возрастной группе между 18 и 24 годами.
Это означает, что за год к королю привыкли, его стали воспринимать не только как сына Елизаветы II, а как личность, обладающую собственной идентичностью. Хотя год назад покойная королева, бывшая одним из символов Великобритании в течение многих десятилетий, многим казалась незаменимой, а другие смотрели на принца Уильяма как на лучшую замену своему отцу с пиаровской точки зрения.
Однако пиар отличается своей относительной краткосрочностью и направлен на решение конкретных задач (например, повышение рейтинга), тогда как традиции могут носить многовековой характер и быть укорененными в обществе — как это и происходит с британской монархией. А любая монархия основана на принципе легитимизма — то есть законной передачи власти следующему представителю династии, а не самому популярному. Конечно, в современном мире могут быть исключения — если легитимный преемник по своим морально-нравственным качествам совершенно не соответствует обязанностям монарха. Но к королю Карлу это не относится. Да и вообще второй Георг IV — бывший королем в течение десятилетия, несмотря на скандальную репутацию и затяжной конфликт с не допущенной на коронацию супругой — в нынешней Европе просто невозможен.
И про молодежь — да, в ее среде монархия пользуется наименьшей популярностью. В немалой степени поэтому и целый ряд популярных музыкальных исполнителей отклонили приглашение поучаствовать в коронации. Означает ли это, что Великобритания через пару поколений станет республикой? Совсем необязательно, и не только потому, что с возрастом люди нередко становятся более консервативными. Дело еще и в том, что вопрос об избираемости главы государства может столкнуться с непопулярностью политиков — и на этом фоне монарх может выглядеть более успешным объединителем нации не только для пожилых людей.
Алексей Макаркин
История с осуждением Протасевича (вне зависимости от того, помилует его Лукашенко или нет) напоминает об особенностях советского правосудия, в котором конкурировали полезность и ригоризм. Конечно, если речь шла о серьезных обвинениях, включая государственные преступления, а не о сравнительно мелких делах, по которым проходили социально близкие граждане — их государство рассчитывало исправить («перековать») с помощью труда.
А по серьезным делам обвиняемый стремился доказать, что не только искренне и деятельно раскаялся, но и готов принести пользу родной стране. Хоть в шахте, хоть в штрафбате, хоть в тылу врага. А государственная сторона сомневалась. И не только из вполне прагматичных опасений, что и из шахты можно сбежать, а отправка на передовую и тем более в тыл врага больше похожа на бросание Братца Кролика в терновый куст (перебежит ведь сразу), но и из ригористичных соображений.
Среди советского начальства раннесоветского времени было распространено представление о том, что новому обществу нужен новый человек, а старый (своекорыстный, двоедушный, готовый при случае предать) должен быть обезврежен разными способами, вплоть при необходимости до самых радикальных, в рамках очищения общества. Потом многие из этих начальников сами погибли в ходе очередных чисток или были уволены за «невозможностью использования» (была такая официальная формулировка, также связанная с государственной пользой) — но представления остались. И уже на закате СССР очередное поколение начальников, уже не верившее в светлое будущее, все равно внутренне инерционно исходило из ригористических установок. Такая инерция сохраняется у советских поколений (Лукашенко — яркий пример) до сих пор — психология меняется куда медленнее, чем политика и экономика.
Алексей Макаркин
А по серьезным делам обвиняемый стремился доказать, что не только искренне и деятельно раскаялся, но и готов принести пользу родной стране. Хоть в шахте, хоть в штрафбате, хоть в тылу врага. А государственная сторона сомневалась. И не только из вполне прагматичных опасений, что и из шахты можно сбежать, а отправка на передовую и тем более в тыл врага больше похожа на бросание Братца Кролика в терновый куст (перебежит ведь сразу), но и из ригористичных соображений.
Среди советского начальства раннесоветского времени было распространено представление о том, что новому обществу нужен новый человек, а старый (своекорыстный, двоедушный, готовый при случае предать) должен быть обезврежен разными способами, вплоть при необходимости до самых радикальных, в рамках очищения общества. Потом многие из этих начальников сами погибли в ходе очередных чисток или были уволены за «невозможностью использования» (была такая официальная формулировка, также связанная с государственной пользой) — но представления остались. И уже на закате СССР очередное поколение начальников, уже не верившее в светлое будущее, все равно внутренне инерционно исходило из ригористических установок. Такая инерция сохраняется у советских поколений (Лукашенко — яркий пример) до сих пор — психология меняется куда медленнее, чем политика и экономика.
Алексей Макаркин
Опрос ВЦИОМа, приуроченный ко Дню Победы, показал, что перестроечный и постсоветский нарратив, связывающий огромные потери советского народа с тем, что сталинское руководство не считалось с жертвами, а советское командование было слабым и неумелым, в настоящее время локализован в рамках резко уменьшившейся численно вестернизированной части общества.
При жестком условии — возможности выбрать только один ответ о причинах потерь — вариант, обличающий сталинское руководство, выбрали 12%, а советское командование — 4%. В сумме 16%. В 2001 году, соответственно, 25 и 12% — в сумме 37%, то есть более трети общества. Даже в 2016-м, то есть после присоединения Крыма и резкого охлаждения отношений с Западом — 20% и 7% — то есть в сумме 27% — больше четверти респондентов.
Нарратив о слабости командования всегда был существенно менее популярен — и в перестройку, и в 90-е годы государство противопоставляло Сталину маршала Жукова (вспомним открытие ему памятника у Исторического музея к 50-й годовщине Победы), а популярный тогда тезис о том, что Победа была одержана вопреки Сталину, не противоречил позитивной оценке деятельности советских военачальников. Сейчас же представление об ошибках командования полностью маргинализировано.
В то же время примечательно, что тезис о том, что СССР мог победить без поддержки союзников, доминировал даже в 2001 году — тогда его поддерживали 76% россиян, даже больше, чем сейчас (66%). Представление о том, что в коалиционных войнах союзники исторически являлись для России в лучшем случае обузой, а в худшем — угрозой — восходит еще к предвоенным годам. Вспомним фильм «Суворов» (1940 год), в котором оба австрийских офицера, прикомандированных к штабу Суворова во время итальянской кампании 1799 года и последующего швейцарского похода, оказались предателями. Причем одного разоблачили, а второй (Вейротер) затаился, чтобы вредить дальше — видимо, уже под Аустерлицем.
В период послевоенной борьбы с космополитизмом это представление резко усилилось — и «перебило» позитив, связанный с антигитлеровской коалицией военного времени. Тем более, что и в послесталинское время холодная война продолжалась — и представление о неверных союзниках перешло из сталинского фильма «Секретная миссия» 1950 года в «Семнадцать мгновений весны», вышедших на экраны уже в брежневское время. Если отношение к Сталину в разные периоды советской истории существенно менялось, то скептическое отношение к союзникам после 1946 года было неизменным. В обществе прочно укоренилось представление о том, что они не умели «по-настоящему» воевать и были готовы предать СССР, чему воспрепятствовал архетипичный Штирлиц.
А снижение числа уверенных в том, что СССР мог победить без поддержки союзников, связано с многократно обсуждавшимся поколенческим вопросом. Среди россиян от 18 до 24 лет большинство (хотя и незначительное) считает, что без союзников СССР не победил бы (соотношение — 44 к 47%), среди 25-34-летних несколько преобладают сторонники советского подхода (50 к 41%). Для сравнения — в поколении 45-59 лет 74% считают, что без англичан и американцев вполне можно было бы обойтись.
Алексей Макаркин
При жестком условии — возможности выбрать только один ответ о причинах потерь — вариант, обличающий сталинское руководство, выбрали 12%, а советское командование — 4%. В сумме 16%. В 2001 году, соответственно, 25 и 12% — в сумме 37%, то есть более трети общества. Даже в 2016-м, то есть после присоединения Крыма и резкого охлаждения отношений с Западом — 20% и 7% — то есть в сумме 27% — больше четверти респондентов.
Нарратив о слабости командования всегда был существенно менее популярен — и в перестройку, и в 90-е годы государство противопоставляло Сталину маршала Жукова (вспомним открытие ему памятника у Исторического музея к 50-й годовщине Победы), а популярный тогда тезис о том, что Победа была одержана вопреки Сталину, не противоречил позитивной оценке деятельности советских военачальников. Сейчас же представление об ошибках командования полностью маргинализировано.
В то же время примечательно, что тезис о том, что СССР мог победить без поддержки союзников, доминировал даже в 2001 году — тогда его поддерживали 76% россиян, даже больше, чем сейчас (66%). Представление о том, что в коалиционных войнах союзники исторически являлись для России в лучшем случае обузой, а в худшем — угрозой — восходит еще к предвоенным годам. Вспомним фильм «Суворов» (1940 год), в котором оба австрийских офицера, прикомандированных к штабу Суворова во время итальянской кампании 1799 года и последующего швейцарского похода, оказались предателями. Причем одного разоблачили, а второй (Вейротер) затаился, чтобы вредить дальше — видимо, уже под Аустерлицем.
В период послевоенной борьбы с космополитизмом это представление резко усилилось — и «перебило» позитив, связанный с антигитлеровской коалицией военного времени. Тем более, что и в послесталинское время холодная война продолжалась — и представление о неверных союзниках перешло из сталинского фильма «Секретная миссия» 1950 года в «Семнадцать мгновений весны», вышедших на экраны уже в брежневское время. Если отношение к Сталину в разные периоды советской истории существенно менялось, то скептическое отношение к союзникам после 1946 года было неизменным. В обществе прочно укоренилось представление о том, что они не умели «по-настоящему» воевать и были готовы предать СССР, чему воспрепятствовал архетипичный Штирлиц.
А снижение числа уверенных в том, что СССР мог победить без поддержки союзников, связано с многократно обсуждавшимся поколенческим вопросом. Среди россиян от 18 до 24 лет большинство (хотя и незначительное) считает, что без союзников СССР не победил бы (соотношение — 44 к 47%), среди 25-34-летних несколько преобладают сторонники советского подхода (50 к 41%). Для сравнения — в поколении 45-59 лет 74% считают, что без англичан и американцев вполне можно было бы обойтись.
Алексей Макаркин
Осталось 10 дней до президентских выборов в Турции. Там впервые за 20 лет правление Реджепа Эрдогана находится под реальной угрозой. Рисунок предвыборной кампании, в ходе которой столкнулись президент-автократ и единый кандидат от оппозиции, лидер кемалистской Республиканской народной партии (РНП) Кемаль Кылычдароглу, практически не меняется. Трудно найти двух более разительно отличающихся соперников. 69-летний Эрдоган – зажигательный оратор, большой мастер публичных кампаний. Его взрывная риторика основана на противопоставлении своего курса, априорно выражающего интересы большинства турок, позициям оторванных от национальной почвы противников, которые губительны для страны. Эрдоган фокусируется на защите исламской идентичности, семейных ценностей и обвиняет своих противников в сговоре с курдскими террористами, империалистическим Западом, мутными международными финансистами и подрывающими моральные основы ЛГБТ-организациями. Всё это сопровождается демонстративными репрессивными действиями. Так, в конце апреля в 21 провинции были задержаны 143 человека, среди которых политики, юристы, журналисты и гражданские активисты, 48 из них были арестованы по обвинениям в связях с терроризмом. В начале мая задержания продолжились. Прокурдская левая Демократическая партия народов (ДПН) – третья по численности сила в парламенте – постоянно преследуется властями за якобы тесные связи с запрещенной Рабочей партией Курдистана и сейчас находится под угрозой закрытия.
74-летний Кылычдароглу, финансист по образованию и бывший чиновник, член парламента с 2002 г. и лидер РНП с 2010 г., непритязателен и сдержан. Он умеет выступать на публике, но делает ставку не на напор, а на аргументацию. В ходе кампании предпочитает общаться с избирателями через распространяемые в соцсетях видео, которые он записывает у себя дома на скромной кухне. В политике Кылычдароглу имеет репутацию человека терпеливого, примиряющего, склонного к поиску компромиссов и достижению согласия. Во многом благодаря этим качествам лидера РНП шесть основных и очень разных партий оппозиции после сложных переговоров смогли объединиться в Национальном альянсе и выступить на выборах единой силой. Кылычдароглу также сумел заручиться поддержкой прокурдской ДПН. В своей кампании объединенная оппозиция делает акцент на необходимости демонтировать «режим одного человека». Она предлагает избавиться от президентского авторитаризма и вернуться к парламентской демократии с ее разделением властей, правами и свободами, обеспечить независимость судебной системы и освободить многочисленных политических заключенных. А лично Кылычдароглу подчеркивает, что он идет только на один президентский срок, а став главой государства, обоснуется в старом небольшом президентском дворце, а не в огромном здании из 1150 комнат, которое выстроил для себя Эрдоган.
Конечно, для большинства турецких избирателей на первом плане – не местопребывание будущего президента и не полномочия различных органов власти, а резкий рост стоимости жизни. Хотя инфляция в последние месяцы несколько снизилась, в апреле в годовом исчислении она составила 44%. Стоимость медобслуживания увеличилась на 67%, стоимость продовольствия – на 54%. Но оппозиция стремится связать в сознании людей эти проблемы с всевластием Эрдогана, волюнтаристская финансовая политика которого и привела к огромной инфляции и обесценению лиры.
Противники Эрдогана надеялись, что его внезапная болезнь, видимо, ставшая следствием перенапряжения после многочисленных митингов, подорвет его имидж несгибаемого политика. Однако Эрдоган быстро оправился и уже через три дня возобновил публичные выступления. Он продолжает в прежнем духе, утверждая, что оппозицию поддерживают террористы, а враждебная позиция Запада в отношении него означает враждебную позицию в отношении турецкого народа. Устойчивая база поддержки национал-популиста Эрдогана достаточно широка, особенно в глубинной Турции. Усредненные данные опросов говорят о том, что сейчас рейтинг Кылычдароглу составляет 47%, а Эрдогана – 46%. Так что второго тура скорее всего не избежать.
Александр Ивахник
74-летний Кылычдароглу, финансист по образованию и бывший чиновник, член парламента с 2002 г. и лидер РНП с 2010 г., непритязателен и сдержан. Он умеет выступать на публике, но делает ставку не на напор, а на аргументацию. В ходе кампании предпочитает общаться с избирателями через распространяемые в соцсетях видео, которые он записывает у себя дома на скромной кухне. В политике Кылычдароглу имеет репутацию человека терпеливого, примиряющего, склонного к поиску компромиссов и достижению согласия. Во многом благодаря этим качествам лидера РНП шесть основных и очень разных партий оппозиции после сложных переговоров смогли объединиться в Национальном альянсе и выступить на выборах единой силой. Кылычдароглу также сумел заручиться поддержкой прокурдской ДПН. В своей кампании объединенная оппозиция делает акцент на необходимости демонтировать «режим одного человека». Она предлагает избавиться от президентского авторитаризма и вернуться к парламентской демократии с ее разделением властей, правами и свободами, обеспечить независимость судебной системы и освободить многочисленных политических заключенных. А лично Кылычдароглу подчеркивает, что он идет только на один президентский срок, а став главой государства, обоснуется в старом небольшом президентском дворце, а не в огромном здании из 1150 комнат, которое выстроил для себя Эрдоган.
Конечно, для большинства турецких избирателей на первом плане – не местопребывание будущего президента и не полномочия различных органов власти, а резкий рост стоимости жизни. Хотя инфляция в последние месяцы несколько снизилась, в апреле в годовом исчислении она составила 44%. Стоимость медобслуживания увеличилась на 67%, стоимость продовольствия – на 54%. Но оппозиция стремится связать в сознании людей эти проблемы с всевластием Эрдогана, волюнтаристская финансовая политика которого и привела к огромной инфляции и обесценению лиры.
Противники Эрдогана надеялись, что его внезапная болезнь, видимо, ставшая следствием перенапряжения после многочисленных митингов, подорвет его имидж несгибаемого политика. Однако Эрдоган быстро оправился и уже через три дня возобновил публичные выступления. Он продолжает в прежнем духе, утверждая, что оппозицию поддерживают террористы, а враждебная позиция Запада в отношении него означает враждебную позицию в отношении турецкого народа. Устойчивая база поддержки национал-популиста Эрдогана достаточно широка, особенно в глубинной Турции. Усредненные данные опросов говорят о том, что сейчас рейтинг Кылычдароглу составляет 47%, а Эрдогана – 46%. Так что второго тура скорее всего не избежать.
Александр Ивахник
Во время Великой Отечественной войны представителей стран-союзниц по антигитлеровской коалиции многое разделяло — и политические системы, и экономические модели, и представление о желаемом будущем. Но, кроме понятного стремления к победе над общим врагом, объединяющим фактором было понимание важности прогресса и культуры. Разумеется, понятие прогресса интерпретировалось по-разному, но ни одна из стран-союзниц не считала, что он принципиально опасен для общества. Равно как при очень разных интерпретациях культурных символов было единство в понимании их значимости для общественного развития. Таким образом очень разные страны в «зоне консенсуса» могли говорить на одном языке, отложив очевидные и принципиальные разногласия.
Один из многочисленных примеров — торжественное заседание Академии наук СССР, посвященное 250-летию со дня рождения Вольтера. Оно состоялось 25 ноября 1944 года в Московском Доме ученых. Заседание открыл вице-президент Академии наук Абрам Федорович Иоффе. С докладами выступили академик Вячеслав Петрович Волгин (который, говоря о гуманизме Вольтера, мягко намекнул на различие интерпретаций, но не концентрировал на этом внимания: «Именно этот его активный, воинствующий гуманизм при всем различии эпох и классовых позиций делает его образ вечно живым и привлекательным») и профессор Милица Васильевна Нечкина (она говорила о связях Вольтера с Россией).
Характерно вступительное слово президента Академии наук СССР Владимира Леонтьевича Комарова. Сам он по состоянию здоровья не присутствовал — выступление было зачитано от его имени — но в тексте были расставлены все необходимые акценты: «В наши дни, в дни борьбы за торжество разума и свободы, творения великого сына французского народа Вольтера приобретают особое значение. Вольтер — целая эпоха мировой культуры. Имя его — символ разума, и оно бессмертно, как бессмертен человеческий разум. Непримиримый враг насилия, несправедливости. расовых предрассудков, Вольтер глубоко уважал культуру, язык, историю народов мира. Глубокий интерес питал он к России, к той эпохе русской истории, которая была отмечена царствованием Петра I. Народ, давший миру Вольтера, ныне в кровопролитной борьбе освободился от немецкого ига. И так же, как ненавидели Вольтера мрачные тени средневековья, так ныне ненавидят его современные фашистские мракобесы. Мы же в день юбилея Вольтера обращаем все свои мысли к светлому празднику окончательной победы над врагом, когда человечество освободившись от мрачных и кровавых изуверств, придет дальше по пути прогресса, под знаменем разума и справедливости».
Среди присутствовавших были представитель Временного правительства Французской республики Роже Гарро и глава французской военной миссии в СССР генерал Эрнест Пети (позднее сенатор от компартии и президент ассоциации «Франция-СССР»). После войны СССР и Франция разошлись по разным военно-политическим блокам — но во время нее Вольтер (как и Дидро, и другие просветители) помогал обеим странам находить общий язык.
Алексей Макаркин
Один из многочисленных примеров — торжественное заседание Академии наук СССР, посвященное 250-летию со дня рождения Вольтера. Оно состоялось 25 ноября 1944 года в Московском Доме ученых. Заседание открыл вице-президент Академии наук Абрам Федорович Иоффе. С докладами выступили академик Вячеслав Петрович Волгин (который, говоря о гуманизме Вольтера, мягко намекнул на различие интерпретаций, но не концентрировал на этом внимания: «Именно этот его активный, воинствующий гуманизм при всем различии эпох и классовых позиций делает его образ вечно живым и привлекательным») и профессор Милица Васильевна Нечкина (она говорила о связях Вольтера с Россией).
Характерно вступительное слово президента Академии наук СССР Владимира Леонтьевича Комарова. Сам он по состоянию здоровья не присутствовал — выступление было зачитано от его имени — но в тексте были расставлены все необходимые акценты: «В наши дни, в дни борьбы за торжество разума и свободы, творения великого сына французского народа Вольтера приобретают особое значение. Вольтер — целая эпоха мировой культуры. Имя его — символ разума, и оно бессмертно, как бессмертен человеческий разум. Непримиримый враг насилия, несправедливости. расовых предрассудков, Вольтер глубоко уважал культуру, язык, историю народов мира. Глубокий интерес питал он к России, к той эпохе русской истории, которая была отмечена царствованием Петра I. Народ, давший миру Вольтера, ныне в кровопролитной борьбе освободился от немецкого ига. И так же, как ненавидели Вольтера мрачные тени средневековья, так ныне ненавидят его современные фашистские мракобесы. Мы же в день юбилея Вольтера обращаем все свои мысли к светлому празднику окончательной победы над врагом, когда человечество освободившись от мрачных и кровавых изуверств, придет дальше по пути прогресса, под знаменем разума и справедливости».
Среди присутствовавших были представитель Временного правительства Французской республики Роже Гарро и глава французской военной миссии в СССР генерал Эрнест Пети (позднее сенатор от компартии и президент ассоциации «Франция-СССР»). После войны СССР и Франция разошлись по разным военно-политическим блокам — но во время нее Вольтер (как и Дидро, и другие просветители) помогал обеим странам находить общий язык.
Алексей Макаркин
Если простые британцы в пятницу были поглощены деталями предстоящей коронации Карла III, то политический класс обсуждал постепенно появлявшиеся результаты муниципальных выборов в Англии. Повышенный интерес к этому событию объясняется тем, что это последнее массовое голосование до следующих парламентских выборов, которые должны пройти до конца 2024 года. Голосование в четверг позволяло примерно уяснить, насколько большое преимущество лейбористов над консерваторами при опросах соответствует электоральному поведению.
Всего переизбиралось около 8000 муниципальных советников в 230 советах. Правящие консерваторы не ждали ничего хорошего от этих выборов и заранее пытались снизить ожидания. Председатель партии Грег Хэндс говорил, что тори могут потерять до тысячи мест. На самом деле результаты превзошли самые худшие прогнозы: партия лишилась 1061 советника и контроля в 48 советах. Премьер-министр Риши Сунак назвал итоги выборов «неутешительными». Хотя после прихода на пост лидера тори и главы кабинета в октябре Сунак сумел снизить сумятицу в партийных рядах и стабилизировать работу правительства, это не увеличило привлекательность партии. Продолжающийся высокий рост стоимости жизни, тяжелый кризис Национальной службы здравоохранения вследствие долгого недофинансирования, непрекращающиеся массовые забастовки и наконец общая усталость от консерваторов, находящихся у власти уже 13 лет, отталкивают от партии многих прежних сторонников. Когда масштаб поражения партии в пятницу стал очевиден, некоторые союзники Бориса Джонсона среди депутатов заговорили о неэффективности Сунака и о возможности новой смены лидера. Напротив, сторонники Сунака возложили вину на бывших премьеров Джонсона и Лиз Трасс и на тот хаос, который царил в партии в прошлом году. Серьезная атака на Сунака сейчас маловероятна, поскольку большинство депутатов понимают, что у тори нет вызывающих широкое доверие альтернативных фигур, да и вообще затевать новую борьбу за пост лидера незадолго до парламентских выборов контрпродуктивно. Тем не менее, в рядах тори растут досада, раздражение и страх перед неминуемой потерей власти. Такая атмосфера сокращает шансы Сунака сохранить достигнутое перемирие между различными внутрипартийными группировками.
Напротив, среди лейбористов в пятницу царило воодушевление. Число их муниципальных советников увеличилось на 536, а подконтрольных советов – на 22. Лейбористы добились значительных побед над консерваторами как на севере Англии и в Мидлендсе, так и в ряде мест на юге страны. Имея теперь на территории Англии (исключая Лондон, где выборы не проходили) почти 2700 муниципальных советников (у консерваторов – менее 2300), лейбористы стали крупнейшей партией в местном управлении, чего не случалось с начала нулевых годов. «Не сомневайтесь, мы на пути к лейбористскому большинству на следующих всеобщих выборах», – заявил лидер лейбористов Кир Стармер. Партия либеральных демократов, переживавшая тяжелый спад после неудачного опыта участия в коалиционном правительстве с консерваторами в 2010-2015 годах, в пятницу также праздновала победу. Она добавила 409 мест в муниципальных советах и теперь имеет 1613. Либеральные демократы отобрали у тори контроль в 12 советах, включая Виндзор и Стратфорд-на-Эйвоне. Также рекордного для себя увеличения числа муниципальных советников (почти на 250) добилась Зеленая партия.
Специалисты BBC сделали проекцию результатов выборов 4 мая в Англии на всю Великобританию. У них получилось, что электоральная доля лейбористов составила бы 35%, консерваторов – 26% и либеральных демократов – 20%. Если подобный расклад повторился бы на парламентских выборах, то расчеты дают большинство в Палате общин лейбористам, но не абсолютное, а относительное. В таком случае решающую роль играли бы депутаты от Партии либеральных демократов и от Шотландской национальной партии. При их поддержке лейбористы могли бы сформировать правительство меньшинства. Впрочем, прямые параллели между местными и всеобщими выборами весьма условны.
Александр Ивахник
Всего переизбиралось около 8000 муниципальных советников в 230 советах. Правящие консерваторы не ждали ничего хорошего от этих выборов и заранее пытались снизить ожидания. Председатель партии Грег Хэндс говорил, что тори могут потерять до тысячи мест. На самом деле результаты превзошли самые худшие прогнозы: партия лишилась 1061 советника и контроля в 48 советах. Премьер-министр Риши Сунак назвал итоги выборов «неутешительными». Хотя после прихода на пост лидера тори и главы кабинета в октябре Сунак сумел снизить сумятицу в партийных рядах и стабилизировать работу правительства, это не увеличило привлекательность партии. Продолжающийся высокий рост стоимости жизни, тяжелый кризис Национальной службы здравоохранения вследствие долгого недофинансирования, непрекращающиеся массовые забастовки и наконец общая усталость от консерваторов, находящихся у власти уже 13 лет, отталкивают от партии многих прежних сторонников. Когда масштаб поражения партии в пятницу стал очевиден, некоторые союзники Бориса Джонсона среди депутатов заговорили о неэффективности Сунака и о возможности новой смены лидера. Напротив, сторонники Сунака возложили вину на бывших премьеров Джонсона и Лиз Трасс и на тот хаос, который царил в партии в прошлом году. Серьезная атака на Сунака сейчас маловероятна, поскольку большинство депутатов понимают, что у тори нет вызывающих широкое доверие альтернативных фигур, да и вообще затевать новую борьбу за пост лидера незадолго до парламентских выборов контрпродуктивно. Тем не менее, в рядах тори растут досада, раздражение и страх перед неминуемой потерей власти. Такая атмосфера сокращает шансы Сунака сохранить достигнутое перемирие между различными внутрипартийными группировками.
Напротив, среди лейбористов в пятницу царило воодушевление. Число их муниципальных советников увеличилось на 536, а подконтрольных советов – на 22. Лейбористы добились значительных побед над консерваторами как на севере Англии и в Мидлендсе, так и в ряде мест на юге страны. Имея теперь на территории Англии (исключая Лондон, где выборы не проходили) почти 2700 муниципальных советников (у консерваторов – менее 2300), лейбористы стали крупнейшей партией в местном управлении, чего не случалось с начала нулевых годов. «Не сомневайтесь, мы на пути к лейбористскому большинству на следующих всеобщих выборах», – заявил лидер лейбористов Кир Стармер. Партия либеральных демократов, переживавшая тяжелый спад после неудачного опыта участия в коалиционном правительстве с консерваторами в 2010-2015 годах, в пятницу также праздновала победу. Она добавила 409 мест в муниципальных советах и теперь имеет 1613. Либеральные демократы отобрали у тори контроль в 12 советах, включая Виндзор и Стратфорд-на-Эйвоне. Также рекордного для себя увеличения числа муниципальных советников (почти на 250) добилась Зеленая партия.
Специалисты BBC сделали проекцию результатов выборов 4 мая в Англии на всю Великобританию. У них получилось, что электоральная доля лейбористов составила бы 35%, консерваторов – 26% и либеральных демократов – 20%. Если подобный расклад повторился бы на парламентских выборах, то расчеты дают большинство в Палате общин лейбористам, но не абсолютное, а относительное. В таком случае решающую роль играли бы депутаты от Партии либеральных демократов и от Шотландской национальной партии. При их поддержке лейбористы могли бы сформировать правительство меньшинства. Впрочем, прямые параллели между местными и всеобщими выборами весьма условны.
Александр Ивахник