24 декабря вновь избранный президент Молдавии Майя Санду вступает официально в свою должность. Но еще до этого на этапе «пересменки» и перехода власти от одного главы государства к другому стало ясно: легкой первая легислатура Санду точно не будет. За месяц после ее избрания лидера Партии действия и солидарности пытались «на вырост» лишить части полномочий. Депутаты оставили ей в наследство ряд законов, которые сама Санду, скорее всего, никогда бы не инициировала.
Но в последний день перед инаугурацией будущий президент столкнулся с еще одним вызовом- отставкой правительства. Ион Кику, ставший премьером в ноябре прошлого года, заявил об уходе в отставку. В соответствии с молдавскими законами отставка премьера автоматически означает уход и всего кабинета. Сторонники Майи Санду в полемическом задоре называют Кику «человеком Додона», хотя это и не совсем так. Его утверждение премьером стало результатом сложных многоходовых комбинаций между социалистами и демократами. С одной целью – достижение отставки тогдашнего премьера Майи Санду. Той самой, что 24 декабря получает президентские полномочия.
Что же дальше? Один из вариантов Ион Кику уже обозначил: досрочные парламентские выборы. Другой вариант озвучил уходящий президент Игорь Додон. Речь о формировании переходного кабинета. Выборов это не отменит, но, как минимум, обеспечит преемственность в работе властных институтов. Интересная деталь. Выборов парламента хотят и Санду, и Додон. В случае успеха вновь избранного президента она получает большинство в высшем законодательном органе страны и, возможно лояльный кабинет министров. И значит консолидированную политику. Не факт, что надолго. Однако шанс для этого хотя бы теоретически появляется. Если же победит Додон, то велика вероятность его возвращения на молдавский Олимп уже в качестве премьера, то есть с полномочиями, не меньшими, чем были у него во времена его президентской легислатуры. Прежний состав парламента был избран в «эру Плахотнюка», политика, от которого сегодня в Кишиневе спешат, как минимум, публично отвернуться и правые, и левые. Хотя к укреплению позиций и тех, и других, опальный олигарх причастен.
Таким образом, в досрочных парламентских выборах парадоксальным образом заинтересованы оппоненты. Но с разными целями. Однако стратегического курса по преодолению нынешнего бедственного положения в Молдавии пока что не просматривается.
Сергей Маркедонов
Но в последний день перед инаугурацией будущий президент столкнулся с еще одним вызовом- отставкой правительства. Ион Кику, ставший премьером в ноябре прошлого года, заявил об уходе в отставку. В соответствии с молдавскими законами отставка премьера автоматически означает уход и всего кабинета. Сторонники Майи Санду в полемическом задоре называют Кику «человеком Додона», хотя это и не совсем так. Его утверждение премьером стало результатом сложных многоходовых комбинаций между социалистами и демократами. С одной целью – достижение отставки тогдашнего премьера Майи Санду. Той самой, что 24 декабря получает президентские полномочия.
Что же дальше? Один из вариантов Ион Кику уже обозначил: досрочные парламентские выборы. Другой вариант озвучил уходящий президент Игорь Додон. Речь о формировании переходного кабинета. Выборов это не отменит, но, как минимум, обеспечит преемственность в работе властных институтов. Интересная деталь. Выборов парламента хотят и Санду, и Додон. В случае успеха вновь избранного президента она получает большинство в высшем законодательном органе страны и, возможно лояльный кабинет министров. И значит консолидированную политику. Не факт, что надолго. Однако шанс для этого хотя бы теоретически появляется. Если же победит Додон, то велика вероятность его возвращения на молдавский Олимп уже в качестве премьера, то есть с полномочиями, не меньшими, чем были у него во времена его президентской легислатуры. Прежний состав парламента был избран в «эру Плахотнюка», политика, от которого сегодня в Кишиневе спешат, как минимум, публично отвернуться и правые, и левые. Хотя к укреплению позиций и тех, и других, опальный олигарх причастен.
Таким образом, в досрочных парламентских выборах парадоксальным образом заинтересованы оппоненты. Но с разными целями. Однако стратегического курса по преодолению нынешнего бедственного положения в Молдавии пока что не просматривается.
Сергей Маркедонов
Транспортный хаос, который происходит сейчас у английского порта Дувр, наглядно демонстрирует, что произошло бы, если бы торговое соглашение между ЕС и Великобританией не было достигнуто. В районе порта скопились многие тысячи грузовиков, которые должны были пересечь Ла-Манш на паромах или по Евротоннелю и добраться до французского Кале. Водители этих грузовиков из различных европейских стран, намеревавшиеся встретить Рождество дома, оказались заблокированными на побережье графства Кент. Причиной стало решение французских властей в воскресенье закрыть границу после того, как в Британии было объявлено об обнаружении нового штамма коронавируса.
В результате на трассах, ведущих к Дувру и к въезду в Евротоннель, скопились многокилометровые очереди из фур. Несколько тысяч из них были отведены на взлетное поле неиспользуемого аэродрома Мэнстон. Дальнобойщики были вынуждены ночевать в кабинах своих грузовиков, причем в первые дни отсутствовала еда и питьевая вода, как и информация о том, что их ждет.
Во вторник Еврокомиссия рекомендовала странам ЕС отменить полный запрет на транспортное сообщение с Великобританией. В ответ Франция в среду согласилась принимать на своей территории грузовики из Британии, но только при условии, что их водители должны представить отрицательный результат теста на COVID-19. Но для того, чтобы развернуть тестирование тысяч людей в походных условиях, потребовалось время. Британские власти направили в район Дувра около 1100 военнослужащих для проведения тестирования и помощи в ликвидации заторов. Своих людей для тестирования прислали также Франция и Польша. Постепенно было налажено снабжение водителей горячим питанием и напитками. К этому подключились многочисленные волонтеры.
Между тем даже тех водителей, кто прошел тестирование с отрицательным результатом, не удается оперативно переправлять во Францию. Мощностей порта Дувр не хватает для перевозки такого огромного количества автотранспорта. В четверг на паромы было погружено около полутора тысяч грузовиков и 738 легковых машин. Но около 5 тысяч дальнобойщиков встретили Рождество в своих фурах в ожидании очереди. По оценкам властей, для ликвидации невиданного затора потребуется несколько дней.
Однако нынешнее транспортное столпотворение – дело все-таки кратковременное, вызванное коронавирусной конъюнктурой. А вот если бы Британия и Евросоюз встретили 1 января без торгового соглашения, то подобные заторы стали бы постоянной картиной. Несмотря на громкие заявления Бориса Джонсона о готовности к выходу из единого рынка и таможенного союза ЕС без сделки, ни в Британии, ни во Франции не была подготовлена достаточная для огромного товаропотока таможенная инфраструктура, и нормализация положения заняла бы не дни, а многие месяцы.
Александр Ивахник
В результате на трассах, ведущих к Дувру и к въезду в Евротоннель, скопились многокилометровые очереди из фур. Несколько тысяч из них были отведены на взлетное поле неиспользуемого аэродрома Мэнстон. Дальнобойщики были вынуждены ночевать в кабинах своих грузовиков, причем в первые дни отсутствовала еда и питьевая вода, как и информация о том, что их ждет.
Во вторник Еврокомиссия рекомендовала странам ЕС отменить полный запрет на транспортное сообщение с Великобританией. В ответ Франция в среду согласилась принимать на своей территории грузовики из Британии, но только при условии, что их водители должны представить отрицательный результат теста на COVID-19. Но для того, чтобы развернуть тестирование тысяч людей в походных условиях, потребовалось время. Британские власти направили в район Дувра около 1100 военнослужащих для проведения тестирования и помощи в ликвидации заторов. Своих людей для тестирования прислали также Франция и Польша. Постепенно было налажено снабжение водителей горячим питанием и напитками. К этому подключились многочисленные волонтеры.
Между тем даже тех водителей, кто прошел тестирование с отрицательным результатом, не удается оперативно переправлять во Францию. Мощностей порта Дувр не хватает для перевозки такого огромного количества автотранспорта. В четверг на паромы было погружено около полутора тысяч грузовиков и 738 легковых машин. Но около 5 тысяч дальнобойщиков встретили Рождество в своих фурах в ожидании очереди. По оценкам властей, для ликвидации невиданного затора потребуется несколько дней.
Однако нынешнее транспортное столпотворение – дело все-таки кратковременное, вызванное коронавирусной конъюнктурой. А вот если бы Британия и Евросоюз встретили 1 января без торгового соглашения, то подобные заторы стали бы постоянной картиной. Несмотря на громкие заявления Бориса Джонсона о готовности к выходу из единого рынка и таможенного союза ЕС без сделки, ни в Британии, ни во Франции не была подготовлена достаточная для огромного товаропотока таможенная инфраструктура, и нормализация положения заняла бы не дни, а многие месяцы.
Александр Ивахник
Обвинения в коррупции, которые Михаил Ходорковский выдвинул против Анатолия Чубайса в связи с президентской кампанией 1996 года, символизируют разлом между «внесистемной» оппозицией и системными либералами. Для Ходорковского Чубайс, возможно, уже более неприятен, чем силовики (возможно, исключая Игоря Сечина по понятным причинам). Потому что многие из них уже под санкциями и неприемлемы для Запада, с ними если и ведут переговоры, то по необходимости, если это обусловлено российской стороной и в рамках повестки, которой переговоры посвящены. Чубайс же остается для Запада persona grata, так что с его помощью российская власть может проводить разного рода зондажи – с учетом его официального статуса президентского спецпредставителя, при этом не находящегося на госслужбе.
Расхождение связано не только с эмоциональным фактором, когда одни оказались в эмиграции или под угрозой уголовного преследования (прецедент Юлии Галяминой), а другие продолжают трудиться внутри системы. Главное – это вполне рациональный подход, обусловленный противоположными задачами. Для оппозиции важно сохранение и усиление санкционного давления на российскую элиту, связанную с властью. В свою очередь, традиционные месседжи системных либералов (еще, кстати, с советского времени, когда тоже проводились зондажи) связаны с прямо противоположным – что усиление давления приводит только к росту влияния в России антизападных сил и дальнейшему распространению изоляционистских настроений. Поэтому для оппозиции важно заранее сделать неприемлемыми для Запада возможные «зондажные» фигуры.
Алексей Макаркин
Расхождение связано не только с эмоциональным фактором, когда одни оказались в эмиграции или под угрозой уголовного преследования (прецедент Юлии Галяминой), а другие продолжают трудиться внутри системы. Главное – это вполне рациональный подход, обусловленный противоположными задачами. Для оппозиции важно сохранение и усиление санкционного давления на российскую элиту, связанную с властью. В свою очередь, традиционные месседжи системных либералов (еще, кстати, с советского времени, когда тоже проводились зондажи) связаны с прямо противоположным – что усиление давления приводит только к росту влияния в России антизападных сил и дальнейшему распространению изоляционистских настроений. Поэтому для оппозиции важно заранее сделать неприемлемыми для Запада возможные «зондажные» фигуры.
Алексей Макаркин
Премьер-министр Армении Никол Пашинян допустил проведение в стране досрочных парламентских выборов. 25 декабря он заявил, что начнет консультации с различными политическими силами для обсуждения вопроса о подготовке к избирательной кампании в 2021 году. Как можно трактовать этот жест? Это проявление слабости премьера и его команды? Или попытка выиграть время и перенести решение вопроса о власти в более благоприятные времена? Но наступят ли они в будущем году?
После того, как 10 ноября глава правительства Армении принял условия перемирия в Карабахе, он столкнулся с невиданной доселе протестной активностью. Военное поражение Азербайджану, казалось, поставило крест на карьере Пашиняна. Все его предшественники говорили во время дипломатических встреч об уступках. Но никто из них не принимал на себя реальную политическую ответственность за «сдачу территорий». Поэтому рост недовольства премьером после согласие на передачу семи районов и части бывшей НКАО под контроль Азербайджана был легко предсказуем. Но одно дело семнадцать оппозиционных партий. И совсем другое фронда со стороны президента, представителей армянского духовенства, включая католикоса Гарегина II. Не вырос рейтинг Пашиняна и в «спюрке «(диаспоре). Делать вид, что ничего не происходит, несмотря на сохранение парламентского большинства, более не представлялось никакой возможности.
В этом контексте проведение выборов досрочно выглядит, как жест Пашиняна, нацеленный на недопущение противоправных действий и нелегальной смены власти. Он сам по факту отдает народу Армении вопрос о выборе нового лидера. Но очевидно, что до дня голосования (если таковое состоится в 2021 году) есть время для обсуждения вариантов различных «разменов» и гарантий безопасности премьеру и близким ему людям. Да и острота восприятия «сдачи» будет не столь велика. Впрочем, последний тезис не столь очевиден. Впереди у армянской власти решение вопроса о демаркации и делимитации границ с Азербайджаном уже без карабахского буфера в его прежнем виде. И тут ответственность может быть не меньшей, если не большей чем в случае с Шушой и районами вокруг НКАО. Значимости этой проблемы не может не понимать ни Пашинян, ни его оппоненты. И не исключено, что ответственность за эту часть компромиссов с Баку премьер был бы не против переложить на других. Как бы то ни было, а вопрос о новых выборах получает новый импульс.
Сергей Маркедонов
После того, как 10 ноября глава правительства Армении принял условия перемирия в Карабахе, он столкнулся с невиданной доселе протестной активностью. Военное поражение Азербайджану, казалось, поставило крест на карьере Пашиняна. Все его предшественники говорили во время дипломатических встреч об уступках. Но никто из них не принимал на себя реальную политическую ответственность за «сдачу территорий». Поэтому рост недовольства премьером после согласие на передачу семи районов и части бывшей НКАО под контроль Азербайджана был легко предсказуем. Но одно дело семнадцать оппозиционных партий. И совсем другое фронда со стороны президента, представителей армянского духовенства, включая католикоса Гарегина II. Не вырос рейтинг Пашиняна и в «спюрке «(диаспоре). Делать вид, что ничего не происходит, несмотря на сохранение парламентского большинства, более не представлялось никакой возможности.
В этом контексте проведение выборов досрочно выглядит, как жест Пашиняна, нацеленный на недопущение противоправных действий и нелегальной смены власти. Он сам по факту отдает народу Армении вопрос о выборе нового лидера. Но очевидно, что до дня голосования (если таковое состоится в 2021 году) есть время для обсуждения вариантов различных «разменов» и гарантий безопасности премьеру и близким ему людям. Да и острота восприятия «сдачи» будет не столь велика. Впрочем, последний тезис не столь очевиден. Впереди у армянской власти решение вопроса о демаркации и делимитации границ с Азербайджаном уже без карабахского буфера в его прежнем виде. И тут ответственность может быть не меньшей, если не большей чем в случае с Шушой и районами вокруг НКАО. Значимости этой проблемы не может не понимать ни Пашинян, ни его оппоненты. И не исключено, что ответственность за эту часть компромиссов с Баку премьер был бы не против переложить на других. Как бы то ни было, а вопрос о новых выборах получает новый импульс.
Сергей Маркедонов
Президент Белоруссии Александр Лукашенко подписал в понедельник указ о созыве 11-12 февраля 2021 года VI Всебелорусского народного собрания. Согласно указу, на обсуждение участников собрания будут вынесены основные положения программы социально-экономического развития Белоруссии на 2021-2025 годы и направления общественно-политического развития страны.
Численность участников и гостей VI Всебелорусского народного собрания составит 2,7 тыс. человек. Участники форума от различных областей и Минска избираются с учетом норм представительства районными и городскими советами депутатов и наиболее многочисленными общественными объединениями. Это нечто среднее между староевропейским авторитарным корпоративизмом и азиатским курултаем. Иными словами, никакой оппозиции на этом мероприятии не будет – кроме той, которую захочет допустить сам Лукашенко. Прошлое собрание состоялось в 2016 году и запомнилось его участникам прежде всего подарками – каждому вручили планшет Samsung Galaxy Tab A 7.0. Обрадованные делегаты, разумеется, не были склонны задавать лишних неудобных вопросов – например, о том, были ли выполнены задачи, поставленные на Всебелорусском народном собрании 2010 года.
На собрание Лукашенко намерен вынести конституционные изменения, главная задача которых – сохранить его власть. Либо как президента (если очень попросит народ в лице общественных объединений – официальных профсоюзов, ветеранов, женщин, молодежи), либо как главы Всебелорусского народного собрания (если обязательно надо будет выполнять неформальные обещания, данные России). Понятно, что оппозиция не признает ни одного из этих вариантов – а, значит, противостояние продолжится. Лукашенко будет делать ставку на затухание оппозиционной активности, оппозиция – на расшатывание режима.
Алексей Макаркин
Численность участников и гостей VI Всебелорусского народного собрания составит 2,7 тыс. человек. Участники форума от различных областей и Минска избираются с учетом норм представительства районными и городскими советами депутатов и наиболее многочисленными общественными объединениями. Это нечто среднее между староевропейским авторитарным корпоративизмом и азиатским курултаем. Иными словами, никакой оппозиции на этом мероприятии не будет – кроме той, которую захочет допустить сам Лукашенко. Прошлое собрание состоялось в 2016 году и запомнилось его участникам прежде всего подарками – каждому вручили планшет Samsung Galaxy Tab A 7.0. Обрадованные делегаты, разумеется, не были склонны задавать лишних неудобных вопросов – например, о том, были ли выполнены задачи, поставленные на Всебелорусском народном собрании 2010 года.
На собрание Лукашенко намерен вынести конституционные изменения, главная задача которых – сохранить его власть. Либо как президента (если очень попросит народ в лице общественных объединений – официальных профсоюзов, ветеранов, женщин, молодежи), либо как главы Всебелорусского народного собрания (если обязательно надо будет выполнять неформальные обещания, данные России). Понятно, что оппозиция не признает ни одного из этих вариантов – а, значит, противостояние продолжится. Лукашенко будет делать ставку на затухание оппозиционной активности, оппозиция – на расшатывание режима.
Алексей Макаркин
Штурм силовиками Среднеуральского монастыря и задержание бывшего схиигумена Сергия (ныне отлученного от церкви гражданина Николая Романова) чем-то похожи на морскую экспедицию на Афон против имяславцев в 1913 году. Тогда часть афонских монахов русского происхождения стали отстаивать теорию «о незримом присутствии Бога в Божественных именах», которая была осуждена русским и константинопольским Синодами как еретическая. От богословской дискуссии перешли к практическим действиям – по решению Русского Синода и с согласия греков на Афон была направлена рота 50-го Белостокского полка, которая взяла штурмом Пантелеимонов монастырь, скрутила отбивавшихся монахов и доставила их на пароходе в Россию.
Кстати, в афонскую экспедицию против имяславцев Синод направил, пожалуй, самого консервативного иерарха того времени, архиепископа Никона (Рождественского). Он должен был попытаться переубедить монахов, но в этом не преуспел и дал санкцию на штурм. Здесь же екатеринбургским архиереем только что назначен митрополит Евгений (Кульберг), в молодости, еще будучи алтарником московского храма, громивший выставку «Осторожно, религия». И никаких либералов и масонов - ревнителям противостоят твердые консерваторы.
Есть и отличия. Во-первых, массовость – на Афоне были арестованы около 600 монахов. Здесь масштаб существенно меньше. Во-вторых, политический фактор. В афонской истории монахи-«имяславцы» были лоялистами. Широко известен их предводитель, иеросхимонах Антоний (в миру Александр Булатович), бывший гвардейский офицер, путешествовавший в Абиссинию и хорошо знакомый петербургскому свету. Уральская история иная – схиигумен Сергий резко выступил против не только духовной, но и светской власти, что и привело к силовому вмешательству. В-третьих, конфликт вокруг имяславия сопровождался интеллектуальными богословскими спорами, тогда как история с Сергием не связана с богословием, а его фундаменталистские и антисемитские взгляды в совокупности с уважением к Сталину не идут ни в какое сравнение с идеями приверженцев имяславия, которыми интересовались знаменитые русские философы и математики.
Алексей Макаркин
Кстати, в афонскую экспедицию против имяславцев Синод направил, пожалуй, самого консервативного иерарха того времени, архиепископа Никона (Рождественского). Он должен был попытаться переубедить монахов, но в этом не преуспел и дал санкцию на штурм. Здесь же екатеринбургским архиереем только что назначен митрополит Евгений (Кульберг), в молодости, еще будучи алтарником московского храма, громивший выставку «Осторожно, религия». И никаких либералов и масонов - ревнителям противостоят твердые консерваторы.
Есть и отличия. Во-первых, массовость – на Афоне были арестованы около 600 монахов. Здесь масштаб существенно меньше. Во-вторых, политический фактор. В афонской истории монахи-«имяславцы» были лоялистами. Широко известен их предводитель, иеросхимонах Антоний (в миру Александр Булатович), бывший гвардейский офицер, путешествовавший в Абиссинию и хорошо знакомый петербургскому свету. Уральская история иная – схиигумен Сергий резко выступил против не только духовной, но и светской власти, что и привело к силовому вмешательству. В-третьих, конфликт вокруг имяславия сопровождался интеллектуальными богословскими спорами, тогда как история с Сергием не связана с богословием, а его фундаменталистские и антисемитские взгляды в совокупности с уважением к Сталину не идут ни в какое сравнение с идеями приверженцев имяславия, которыми интересовались знаменитые русские философы и математики.
Алексей Макаркин
Новый президент Молдовы Майя Санду закончила политический год консультациями с парламентскими фракциями на предмет проведения досрочных парламентских выборов. В принципе все согласились с такой необходимостью. Да и трудно возражать, поскольку в глазах населения парламент дискредитирован массовыми и небескорыстными перебежками депутатов из одних фракций в другие.
Однако в позициях различных партий есть нюансы. Сама Санду и ее партия «Действие и солидарность» хотят быстрейшего проведения выборов, поскольку, не имея парламентского большинства, новый президент мало чего может добиться. Партия социалистов экс-президента Игоря Додона теперь тоже выступает за ускорение процесса. Додон во вчерашнем интервью ТАСС заявил, что опасно затягивать до осени политическую дестабилизацию. В качестве возможной даты выборов он назвал 9 мая – День Победы, который приходится на воскресенье.
При этом команда Додона стремится максимально усложнить Санду условия для ведения будущей предвыборной кампании. Премьер Ион Кику накануне инаугурации Санду заявил об отставке правительства, а затем объявил, что с 1 января он и три ключевых экс-министра – финансов, экономики и здравоохранения – перестанут исполнять свои обязанности. Данный шаг очень похож на сознательный саботаж. Ведь, по молдавскому законодательству, отставленное, но исполняющее обязанности правительство не может пополняться со стороны. Сейчас социалисты призывают Санду выдвинуть кандидатуру нового премьера, который создаст переходное правительство, и даже вроде бы готовы поддержать его при утверждении в парламенте. Расчет очевиден: в период тяжелого пандемического и экономического кризиса взвалить на Санду всю ответственность за происходящее в стране до парламентских выборов. В частности, возложить на новое правительство бремя реализации откровенно популистских, не обеспеченных финансово законов (о повышении зарплат, снижении пенсионного возраста), наскоро принятых додоновско-шоровским большинством. Понятно, что Санду попасть в такую западню не хочет. Вчера она заявила, что правительство, назначенное социалистами, остается исполнять обязанности, а должность премьера займет кто-то из нынешних министров (президент может назначить его своим указом).
Единственной фракцией, которая в ходе встречи с Санду заявила о готовности взять на себя ответственность за выдвижение компетентного премьера и правительства, оказалась платформа Pentru Moldova, в которую входит партия «Шор» и еще 7 депутатов. Однако ясно, что это просто эффектный жест для использования в будущей предвыборной кампании. Президент обязан выдвинуть в премьеры кандидата, предложенного официально оформленным парламентским большинством. Но соцпартия на оформление перед выборами токсичной для себя коалиции с шоровцами не пойдет. А парламент, видимо, будет распущен одним из двух предусмотренных Конституционным судом способов: либо если в течение 90 дней окажется невозможным сформировать новое правительство, либо если в течение тех же 90 дней депутаты не примут ни одного решения.
Александр Ивахник
Однако в позициях различных партий есть нюансы. Сама Санду и ее партия «Действие и солидарность» хотят быстрейшего проведения выборов, поскольку, не имея парламентского большинства, новый президент мало чего может добиться. Партия социалистов экс-президента Игоря Додона теперь тоже выступает за ускорение процесса. Додон во вчерашнем интервью ТАСС заявил, что опасно затягивать до осени политическую дестабилизацию. В качестве возможной даты выборов он назвал 9 мая – День Победы, который приходится на воскресенье.
При этом команда Додона стремится максимально усложнить Санду условия для ведения будущей предвыборной кампании. Премьер Ион Кику накануне инаугурации Санду заявил об отставке правительства, а затем объявил, что с 1 января он и три ключевых экс-министра – финансов, экономики и здравоохранения – перестанут исполнять свои обязанности. Данный шаг очень похож на сознательный саботаж. Ведь, по молдавскому законодательству, отставленное, но исполняющее обязанности правительство не может пополняться со стороны. Сейчас социалисты призывают Санду выдвинуть кандидатуру нового премьера, который создаст переходное правительство, и даже вроде бы готовы поддержать его при утверждении в парламенте. Расчет очевиден: в период тяжелого пандемического и экономического кризиса взвалить на Санду всю ответственность за происходящее в стране до парламентских выборов. В частности, возложить на новое правительство бремя реализации откровенно популистских, не обеспеченных финансово законов (о повышении зарплат, снижении пенсионного возраста), наскоро принятых додоновско-шоровским большинством. Понятно, что Санду попасть в такую западню не хочет. Вчера она заявила, что правительство, назначенное социалистами, остается исполнять обязанности, а должность премьера займет кто-то из нынешних министров (президент может назначить его своим указом).
Единственной фракцией, которая в ходе встречи с Санду заявила о готовности взять на себя ответственность за выдвижение компетентного премьера и правительства, оказалась платформа Pentru Moldova, в которую входит партия «Шор» и еще 7 депутатов. Однако ясно, что это просто эффектный жест для использования в будущей предвыборной кампании. Президент обязан выдвинуть в премьеры кандидата, предложенного официально оформленным парламентским большинством. Но соцпартия на оформление перед выборами токсичной для себя коалиции с шоровцами не пойдет. А парламент, видимо, будет распущен одним из двух предусмотренных Конституционным судом способов: либо если в течение 90 дней окажется невозможным сформировать новое правительство, либо если в течение тех же 90 дней депутаты не примут ни одного решения.
Александр Ивахник
2020 год оказался самым сложным для России с 1991 года и самым тяжелым для личного и семейного благополучия с 1998 года. Согласно результатам опроса Левада-центра, впервые с 1991 года 88% россиян назвали уходящий год более трудным для страны, чем предыдущий. 65% опрошенных заявили, что этот год был более тяжелым, чем предыдущий лично для них и для их семей, что в свою очередь стало самым высоким показателем с 1998 года (года дефолта, когда казалось, что рушится и экономика, и жизнь), когда 79% сказали, что год был труднее для личного и семейного благополучия.
50% респондентов назвали 2020 год плохим или очень плохим, хорошим - только 10%. Это рекордный показатель с 1998 года, когда о плохом годе заявили 65% опрошенных. Для сравнения, в 2019 году лишь 15% назвали уходящий год плохим, а 18% - хорошим.
Внешне 2020-й, разумеется, отличается от 1991-го – тогда был тотальный дефицит, сейчас, несмотря на уменьшение ассортимента в магазинах, ничего подобного нет. Но вместе с тем выросло новое поколение, которому уже недостаточно, что в магазинах просто есть продукты – дефицита оно просто не видело. И формулировки типа «лишь бы не было войны» и «жила бы страна родная и нету других забот» ему непонятны и чужды.
Конечно, основная причина такой негативной оценки 2020 года – пандемия. Причем не только и уже не столько ее медицинские последствия, сколько социальные. Потеря работы (уровень безработицы превысил даже по официальным данным 6%), падение доходов, перегруженность системы здравоохранения и страхи перед всеобщим укоренением дистанционного обучения. Но не менее важно и другое. Еще до пандемии российское общество выглядело усталым и разочарованным – свою роль в этом сыграли и многолетняя экономическая стагнация, и повышение пенсионного возраста, и исчерпание «крымской» и в целом геополитической тематики.
Теперь же рост внешнего негатива стимулирует негативизм внутренний, но при ощущении безнадежности протеста, так как лбом стену не прошибешь. И нет ощущения «черно-белой» биполярности, когда непопулярным бюрократам и коррупционерам в публичном пространстве противостоят честные защитники простых людей – скорее действует принцип «чума на оба ваших дома». Сейчас он выгоден власти – потому что она ориентирована на статус-кво для себя и демонстрирует предновогодним всплеском охранительного законотворчества, что готова отстаивать его жесткими методами.
Но у этого законотворчества есть и оборотная сторона – такие законы, не только реакционные, но и размытые, допускающие расширительные толкования, не принимают, будучи полностью уверенными в своих силах. Хабаровский и белорусский протесты показали, что переход от угрюмой усталости к выходу на улицы может быть стремительным, причем даже при отсутствии или дефиците ярко выраженных лидеров - это же потом становится и уязвимым местом таких протестов.
Алексей Макаркин
50% респондентов назвали 2020 год плохим или очень плохим, хорошим - только 10%. Это рекордный показатель с 1998 года, когда о плохом годе заявили 65% опрошенных. Для сравнения, в 2019 году лишь 15% назвали уходящий год плохим, а 18% - хорошим.
Внешне 2020-й, разумеется, отличается от 1991-го – тогда был тотальный дефицит, сейчас, несмотря на уменьшение ассортимента в магазинах, ничего подобного нет. Но вместе с тем выросло новое поколение, которому уже недостаточно, что в магазинах просто есть продукты – дефицита оно просто не видело. И формулировки типа «лишь бы не было войны» и «жила бы страна родная и нету других забот» ему непонятны и чужды.
Конечно, основная причина такой негативной оценки 2020 года – пандемия. Причем не только и уже не столько ее медицинские последствия, сколько социальные. Потеря работы (уровень безработицы превысил даже по официальным данным 6%), падение доходов, перегруженность системы здравоохранения и страхи перед всеобщим укоренением дистанционного обучения. Но не менее важно и другое. Еще до пандемии российское общество выглядело усталым и разочарованным – свою роль в этом сыграли и многолетняя экономическая стагнация, и повышение пенсионного возраста, и исчерпание «крымской» и в целом геополитической тематики.
Теперь же рост внешнего негатива стимулирует негативизм внутренний, но при ощущении безнадежности протеста, так как лбом стену не прошибешь. И нет ощущения «черно-белой» биполярности, когда непопулярным бюрократам и коррупционерам в публичном пространстве противостоят честные защитники простых людей – скорее действует принцип «чума на оба ваших дома». Сейчас он выгоден власти – потому что она ориентирована на статус-кво для себя и демонстрирует предновогодним всплеском охранительного законотворчества, что готова отстаивать его жесткими методами.
Но у этого законотворчества есть и оборотная сторона – такие законы, не только реакционные, но и размытые, допускающие расширительные толкования, не принимают, будучи полностью уверенными в своих силах. Хабаровский и белорусский протесты показали, что переход от угрюмой усталости к выходу на улицы может быть стремительным, причем даже при отсутствии или дефиците ярко выраженных лидеров - это же потом становится и уязвимым местом таких протестов.
Алексей Макаркин
Евросоюз, переживший крайне тяжелый год в связи с пандемией, вязкими переговорами по брекситу, препятствиями на пути утверждения семилетнего бюджета и создания фонда поддержки экономики, хочет завершить его на оптимистичной ноте. 30 декабря в ходе видеоконференции глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, председатель Евросовета Шарль Мишель, канцлер Германии Ангела Меркель, президент Франции Эммануэль Макрон и председатель КНР Си Цзиньпин согласовали основные пункты широкого инвестиционного соглашения между ЕС и Китаем, которое значительно облегчает доступ европейских компаний на китайский рынок.
Переговоры по инвестиционной сделке велись с 2013 г. и не раз находились на грани срыва ввиду нежелания Китая идти на реальные шаги по либерализации крайне жесткого режима прямых инвестиций для европейских компаний. И даже в последние недели возникла угроза откладывания сделки, когда администрация избранного президента Байдена заявила о необходимости координации политики ЕС и США в отношении Пекина, а ряд европейских лидеров выразили обеспокоенность проблемой прав человека в Китае, в частности, принудительным трудом в уйгурских лагерях.
Но китайское руководство срочно пошло на уступки, согласившись на включение в текст соглашения обязательства ратифицировать конвенции МОТ о запрете принудительного труда. Необычная гибкость Пекина объясняется сохраняющейся экономической конфронтацией с США и стремлением после ухода Трампа не допустить формирования между США и Европой антикитайского альянса. Кроме того, председатель Си, вероятно, хочет сгладить широко распространившуюся в Европе тревогу в отношении чрезвычайно напористого китайского внешнеполитического курса. А с европейской стороны мощным толкачом достижения сделки выступила Ангела Меркель, которая провозгласила углубление стратегических отношений с Китаем важнейшей целью полугодового председательства Германии в ЕС.
В итоге все страны ЕС согласились с заключением сделки. Соглашение предусматривает отмену на китайском рынке ряда ограничений для прямых инвестиций европейских компаний, например, императивного создания совместных предприятий и практики обязательной передачи технологий. Расширяются возможности доступа на китайский рынок в таких секторах, как машиностроение, в т.ч. производство электромобилей, строительство, реклама, финансовые услуги, воздушный транспорт, морские перевозки и телекоммуникации. Согласованы обязательства об увеличении прозрачности в сфере госсубсидирования китайских компаний и о недопущении дискриминационных практик при покупке услуг госкомпаниями. Со своей стороны, ЕС обязуется сохранять относительную открытость своего рынка для китайских инвесторов и расширить доступ для них на рынок энергетики. Предусмотрены механизмы правоприменения и арбитража.
Правда, согласованные основные положения сделки еще нуждаются в детализации в полноценном юридическом тексте и в подписании и ратификации сторонами. Этот процесс может занять около года. Тем не менее, для ЕС достигнутые официальные договоренности с важнейшим, но крайне несговорчивым партнером, несомненно, являются большим успехом.
Александр Ивахник
Переговоры по инвестиционной сделке велись с 2013 г. и не раз находились на грани срыва ввиду нежелания Китая идти на реальные шаги по либерализации крайне жесткого режима прямых инвестиций для европейских компаний. И даже в последние недели возникла угроза откладывания сделки, когда администрация избранного президента Байдена заявила о необходимости координации политики ЕС и США в отношении Пекина, а ряд европейских лидеров выразили обеспокоенность проблемой прав человека в Китае, в частности, принудительным трудом в уйгурских лагерях.
Но китайское руководство срочно пошло на уступки, согласившись на включение в текст соглашения обязательства ратифицировать конвенции МОТ о запрете принудительного труда. Необычная гибкость Пекина объясняется сохраняющейся экономической конфронтацией с США и стремлением после ухода Трампа не допустить формирования между США и Европой антикитайского альянса. Кроме того, председатель Си, вероятно, хочет сгладить широко распространившуюся в Европе тревогу в отношении чрезвычайно напористого китайского внешнеполитического курса. А с европейской стороны мощным толкачом достижения сделки выступила Ангела Меркель, которая провозгласила углубление стратегических отношений с Китаем важнейшей целью полугодового председательства Германии в ЕС.
В итоге все страны ЕС согласились с заключением сделки. Соглашение предусматривает отмену на китайском рынке ряда ограничений для прямых инвестиций европейских компаний, например, императивного создания совместных предприятий и практики обязательной передачи технологий. Расширяются возможности доступа на китайский рынок в таких секторах, как машиностроение, в т.ч. производство электромобилей, строительство, реклама, финансовые услуги, воздушный транспорт, морские перевозки и телекоммуникации. Согласованы обязательства об увеличении прозрачности в сфере госсубсидирования китайских компаний и о недопущении дискриминационных практик при покупке услуг госкомпаниями. Со своей стороны, ЕС обязуется сохранять относительную открытость своего рынка для китайских инвесторов и расширить доступ для них на рынок энергетики. Предусмотрены механизмы правоприменения и арбитража.
Правда, согласованные основные положения сделки еще нуждаются в детализации в полноценном юридическом тексте и в подписании и ратификации сторонами. Этот процесс может занять около года. Тем не менее, для ЕС достигнутые официальные договоренности с важнейшим, но крайне несговорчивым партнером, несомненно, являются большим успехом.
Александр Ивахник
Дискуссии по поводу пандемии развиваются иногда в неожиданном направлении. Есть стереотип – священники хотят, чтобы в период пандемии прихожане почаще ходили в церковь, а врачи, наоборот, считают, что такое поведение повышает риски для здоровья. Чаще всего этот стереотип срабатывает, но не всегда.
Глава отдела внешних церковных связей митрополит Волоколамский Иларион посоветовал пожилым людям не посещать в Рождество храмы из-за пандемии коронавируса и следить за богослужением через прямые трансляции – благо технические возможности для этого имеются. А врач и телеведущий Александр Мясников высказал противоположную мысль – о том, что изоляция является существенным фактором риска смерти для старшего поколения и подрывает волю к жизни. В этой ситуации вера для них остается важной опорой в жизни, которой они не должны лишаться. Так что пожилые люди в такой ситуации должны делать выбор сами, «они прожили жизнь и вправе решать, что им делать, а что нет. От смерти никто не ушел, а вот Душа — вечна!».
Нетрудно заметить, что митрополит не запрещает пожилым людям посещать храмы, а лишь советует в предстоящее Рождество воздержаться от этого. Никто не выгонит из храма пришедшего на ночную службу пенсионера. Однако во время праздника в храмах ожидается скопление людей, что повышает риски заражения, особенно опасные для пожилых людей. Заявление митрополита призвано решить важную задачу – объяснить пожилому человеку, верящему в Бога, но боящемуся заболеть, что его неучастие в рождественском богослужении не является грехом, что церковь не поставит ему этого в вину. Более того, тех прихожан, у кого нет возможности прийти в храм на рождественское богослужение, священник может посетить на дому.
А вот заявление доктора Мясникова выглядит на этом фоне весьма странным, так как оно, напротив, может смутить пожилых людей. Формально декларируется свобода выбора, но фактически подсказывается предпочтительный вариант - противоположный по сравнению с рекомендацией владыки Илариона. Остается надеяться на то, что пенсионеры не воспримут его слишком серьезно – особенно с учетом того, что целый ряд прошлогодних прогнозов доктора не сбылись. Например о том, что уже вскоре коронавирус станет обычным ОРЗ.
Алексей Макаркин
Глава отдела внешних церковных связей митрополит Волоколамский Иларион посоветовал пожилым людям не посещать в Рождество храмы из-за пандемии коронавируса и следить за богослужением через прямые трансляции – благо технические возможности для этого имеются. А врач и телеведущий Александр Мясников высказал противоположную мысль – о том, что изоляция является существенным фактором риска смерти для старшего поколения и подрывает волю к жизни. В этой ситуации вера для них остается важной опорой в жизни, которой они не должны лишаться. Так что пожилые люди в такой ситуации должны делать выбор сами, «они прожили жизнь и вправе решать, что им делать, а что нет. От смерти никто не ушел, а вот Душа — вечна!».
Нетрудно заметить, что митрополит не запрещает пожилым людям посещать храмы, а лишь советует в предстоящее Рождество воздержаться от этого. Никто не выгонит из храма пришедшего на ночную службу пенсионера. Однако во время праздника в храмах ожидается скопление людей, что повышает риски заражения, особенно опасные для пожилых людей. Заявление митрополита призвано решить важную задачу – объяснить пожилому человеку, верящему в Бога, но боящемуся заболеть, что его неучастие в рождественском богослужении не является грехом, что церковь не поставит ему этого в вину. Более того, тех прихожан, у кого нет возможности прийти в храм на рождественское богослужение, священник может посетить на дому.
А вот заявление доктора Мясникова выглядит на этом фоне весьма странным, так как оно, напротив, может смутить пожилых людей. Формально декларируется свобода выбора, но фактически подсказывается предпочтительный вариант - противоположный по сравнению с рекомендацией владыки Илариона. Остается надеяться на то, что пенсионеры не воспримут его слишком серьезно – особенно с учетом того, что целый ряд прошлогодних прогнозов доктора не сбылись. Например о том, что уже вскоре коронавирус станет обычным ОРЗ.
Алексей Макаркин
О ходе вакцинации.
Вакцинация во время второй волны пандемии необычна (во время всплесков заболеваний ее обычно не проводят – вспомним, что вакцинация от гриппа происходит осенью, до начала «сезона»), но вполне понятна, так как промедление – это новые заражения и смерти. Однако темпы все равно отстают от запланированных – так в США пока вакцинировали 4 миллиона, хотя ожидалось, что до конца года удастся привить 20 миллионов. Хотя темпы вакцинации и растут (в тех же США в новом году прививают в среднем полмиллиона человек в день), но все равно до коллективного иммунитета далеко.
Поэтому власти разных стран рассматривают различные варианты ускорения вакцинации. Среди них «вакцина-лайт», то есть введение только первой дозы (озвучено в России, правда, пока применительно к поставкам в другие страны; сейчас об «уполовинивании» доз заговорили и в США применительно к вакцине от Moderna в случае ее использования молодыми и здоровыми людьми). И увеличение интервала между введением первой и второй дозами (Великобритания, где мутировавший вирус ускорил свое распространение).
Есть обнадеживающие новости – опасения, связанные с температурными условиями хранения вакцин, оказались преувеличенными (самую «капризную» из уже используемых, от Pfizer, уже получили миллионы людей). С безопасностью тоже ситуация некритическая – на форумах продолжают «перепевать» историю о смерти шести человек, вакцинированных в ходе испытаний Pfizer, забывая уточнить, что четверо из них получили плацебо, а смерть двоих с вакциной не связана. С тех пор зафиксированы новые, крайне немногочисленные, случаи смертей после введения вакцины, но «после» совсем не обязательно является синонимом «вследствие» (речь идет о нескольких пожилых людях с тяжелыми болезнями). Количество госпитализаций в связи с тяжелыми аллергическими реакциями тоже невелико – и аллергиков сейчас будут прививать с большей осторожностью (в России такие формы аллергии с самого начала являются основанием для отказа в вакцинации).
В России сложилась парадоксальная ситуация – провластные СМИ подчеркивают проблемы у Pfizer и при этом продвигают вакцину от Гамалеи. Это способствует тому, что у населения сохраняется высокий уровень недоверия к вакцинированию в целом. Немалая часть решившихся вакцинироваться – это либерально настроенные москвичи, более информированные (имеющие инсайды об эффективности и безопасности вакцины от Гамалеи) и менее конспирологичные. С конца декабря, когда разрешили вакцинироваться людям старше 60 лет, стали подтягиваться пенсионеры-лоялисты.
Алексей Макаркин
Вакцинация во время второй волны пандемии необычна (во время всплесков заболеваний ее обычно не проводят – вспомним, что вакцинация от гриппа происходит осенью, до начала «сезона»), но вполне понятна, так как промедление – это новые заражения и смерти. Однако темпы все равно отстают от запланированных – так в США пока вакцинировали 4 миллиона, хотя ожидалось, что до конца года удастся привить 20 миллионов. Хотя темпы вакцинации и растут (в тех же США в новом году прививают в среднем полмиллиона человек в день), но все равно до коллективного иммунитета далеко.
Поэтому власти разных стран рассматривают различные варианты ускорения вакцинации. Среди них «вакцина-лайт», то есть введение только первой дозы (озвучено в России, правда, пока применительно к поставкам в другие страны; сейчас об «уполовинивании» доз заговорили и в США применительно к вакцине от Moderna в случае ее использования молодыми и здоровыми людьми). И увеличение интервала между введением первой и второй дозами (Великобритания, где мутировавший вирус ускорил свое распространение).
Есть обнадеживающие новости – опасения, связанные с температурными условиями хранения вакцин, оказались преувеличенными (самую «капризную» из уже используемых, от Pfizer, уже получили миллионы людей). С безопасностью тоже ситуация некритическая – на форумах продолжают «перепевать» историю о смерти шести человек, вакцинированных в ходе испытаний Pfizer, забывая уточнить, что четверо из них получили плацебо, а смерть двоих с вакциной не связана. С тех пор зафиксированы новые, крайне немногочисленные, случаи смертей после введения вакцины, но «после» совсем не обязательно является синонимом «вследствие» (речь идет о нескольких пожилых людях с тяжелыми болезнями). Количество госпитализаций в связи с тяжелыми аллергическими реакциями тоже невелико – и аллергиков сейчас будут прививать с большей осторожностью (в России такие формы аллергии с самого начала являются основанием для отказа в вакцинации).
В России сложилась парадоксальная ситуация – провластные СМИ подчеркивают проблемы у Pfizer и при этом продвигают вакцину от Гамалеи. Это способствует тому, что у населения сохраняется высокий уровень недоверия к вакцинированию в целом. Немалая часть решившихся вакцинироваться – это либерально настроенные москвичи, более информированные (имеющие инсайды об эффективности и безопасности вакцины от Гамалеи) и менее конспирологичные. С конца декабря, когда разрешили вакцинироваться людям старше 60 лет, стали подтягиваться пенсионеры-лоялисты.
Алексей Макаркин
В мире пандемии всё относительно. В 125-миллионной Японии к концу декабря было зафиксировано 223 тыс. случаев заболевания COVID-19 и 3,3 тыс. смертей, ежедневно выявлялось 2400 новых заболевших. В России и в других крупных странах могли бы позавидовать таким показателям. А вот японцы недовольны и считают, что правительство не справляется с эпидемией коронавируса.
Когда в середине сентября Ёсихидэ Суга сменил своего заболевшего патрона Синдзо Абэ в качестве лидера правящей Либерально-демократической партии и главы правительства, его рейтинг поддержки составлял высокие 74%. Суга – сын крестьянина с аграрного севера Японии – воспринимался как человек, добившийся всего сам и за 8 лет на посту генсекретаря кабинета ставший опытным политическим менеджером. Но этого оказалось недостаточно, чтобы стать популярным лидером. Опрос, опубликованный 28 декабря, показал, что деятельность Суги одобряют лишь 42% японцев. За три с половиной месяца рейтинг поддержки премьера снизился на 32 п.п. И главной причиной падения стало то, что около 60% жителей не одобряют действия правительства в сфере борьбы с коронавирусом. В частности, люди недовольны тем, что вакцинирование в Японии начнется не раньше конца февраля.
Многие японцы считают, что Суга ставит на первое место интересы бизнеса и оживления экономики, а не здоровье граждан. Наиболее яркое подтверждение этого они видели в упорной поддержке премьером запущенной летом программы субсидирования внутреннего туризма, которая покрывала 50% расходов путешественников. Жители страны стали связывать с этой программой заметный рост заражений осенью. В начале декабря почти 70% опрошенных высказались за ее приостановку. Но Суга лишь в середине декабря заявил о том, что программа будет приостановлена – пока на время новогодних праздников. Не в пользу премьера играет активное продвижение им идеи проведения в 2021 г. Олимпийских игр в Токио – большинство японцев настроены на дальнейшее откладывание или вообще отмену игр.
Падению популярности Суги способствовали и некоторые его личные поступки. В декабре правительство настоятельно призывало граждан не собираться в местах общепита группами больше пяти человек, а лиц старше 65 лет вообще оставаться дома. А Суга, которому 72 года, в это время дважды посетил ужины в эксклюзивном стейк-хаусе столицы с десятком бизнесменов и знаменитостей. Наконец, по имиджу Суги ударил ряд скандалов, связанных с коррупцией и скупкой голосов. Хотя эти скандалы возникли еще до премьерства Суги и вообще являются обычными для японской политической верхушки, но тут они наложились на другие негативные факторы.
В сентябре Суге предстоит пройти через еще одни выборы лидера правящей партии, а затем и через парламентские выборы. Его положение осложняется тем, что он не принадлежит ни к одной из влиятельных фракций внутри ЛДП и соответственно не имеет прочной базы внутри партии. Если рейтинг правительства к сентябрю резко не повысится, то Суга может оказаться кратковременной фигурой во главе ЛДП и правительства, как и многие другие до него.
Александр Ивахник
Когда в середине сентября Ёсихидэ Суга сменил своего заболевшего патрона Синдзо Абэ в качестве лидера правящей Либерально-демократической партии и главы правительства, его рейтинг поддержки составлял высокие 74%. Суга – сын крестьянина с аграрного севера Японии – воспринимался как человек, добившийся всего сам и за 8 лет на посту генсекретаря кабинета ставший опытным политическим менеджером. Но этого оказалось недостаточно, чтобы стать популярным лидером. Опрос, опубликованный 28 декабря, показал, что деятельность Суги одобряют лишь 42% японцев. За три с половиной месяца рейтинг поддержки премьера снизился на 32 п.п. И главной причиной падения стало то, что около 60% жителей не одобряют действия правительства в сфере борьбы с коронавирусом. В частности, люди недовольны тем, что вакцинирование в Японии начнется не раньше конца февраля.
Многие японцы считают, что Суга ставит на первое место интересы бизнеса и оживления экономики, а не здоровье граждан. Наиболее яркое подтверждение этого они видели в упорной поддержке премьером запущенной летом программы субсидирования внутреннего туризма, которая покрывала 50% расходов путешественников. Жители страны стали связывать с этой программой заметный рост заражений осенью. В начале декабря почти 70% опрошенных высказались за ее приостановку. Но Суга лишь в середине декабря заявил о том, что программа будет приостановлена – пока на время новогодних праздников. Не в пользу премьера играет активное продвижение им идеи проведения в 2021 г. Олимпийских игр в Токио – большинство японцев настроены на дальнейшее откладывание или вообще отмену игр.
Падению популярности Суги способствовали и некоторые его личные поступки. В декабре правительство настоятельно призывало граждан не собираться в местах общепита группами больше пяти человек, а лиц старше 65 лет вообще оставаться дома. А Суга, которому 72 года, в это время дважды посетил ужины в эксклюзивном стейк-хаусе столицы с десятком бизнесменов и знаменитостей. Наконец, по имиджу Суги ударил ряд скандалов, связанных с коррупцией и скупкой голосов. Хотя эти скандалы возникли еще до премьерства Суги и вообще являются обычными для японской политической верхушки, но тут они наложились на другие негативные факторы.
В сентябре Суге предстоит пройти через еще одни выборы лидера правящей партии, а затем и через парламентские выборы. Его положение осложняется тем, что он не принадлежит ни к одной из влиятельных фракций внутри ЛДП и соответственно не имеет прочной базы внутри партии. Если рейтинг правительства к сентябрю резко не повысится, то Суга может оказаться кратковременной фигурой во главе ЛДП и правительства, как и многие другие до него.
Александр Ивахник
Про Трампа, Лукашенко и тайны.
Когда стали открываться архивы рухнувших тоталитарных режимов, то историки бросились в них в поисках сенсаций. Действительно, было найдено немало документов, раскрывающих многие механизмы функционирования властной машины. Но самого «вкусного» обнаружено не было – как именно разрабатывались приказы на совершение злодейств. Есть расстрельные списки с визами вождей – но нет протоколов обсуждения, кого и за что надо казнить. Все основные приказы разрабатывались в предельно узком кругу, участники которого не доверяли бумагам. А уже исполнители или получали на руки расстрельный список, или приказ им передавался в устной форме. Даже если какой-нибудь перебежчик и рассказал бы о том, как все было, он не смог бы представить исчерпывающих доказательств – слово было бы против слова.
Но сейчас даже устная форма не спасает от громких разоблачений, основанных не на слухах, а на звукозаписях. Бельгийское издание EUObserver обнародовало запись обсуждения покушений на противников Лукашенко, проживающих за рубежом. Главный фигурант – бывший председатель КГБ Беларуси Вадим Зайцев, занимавший этот пост в 2008-2012 годах. Речь в записи идет о бывшем сотруднике управления по борьбе с коррупцией Вячеславе Дудкине, экс-начальнике минского СИЗО Олеге Алкаеве, бывшем командире бригады спецназа Владимире Бородаче, а также о журналисте Павле Шеремете. Запись беседы, как утверждается, была сделана 11 апреля 2012 года. Шеремет позднее был убит, хотя с «белорусским следом» это преступление тогда не связали – да и произошло оно спустя четыре года, когда Зайцев давно был в отставке.
Запись появилась именно тогда, когда Лукашенко перевел дух и задумался о путях сохранения своего режима, в том числе и возможностях нормализации отношений с Западом. Теперь же и политическому классу Запада, и общественному мнению напомнили о криминальном характере этого режима и о том, что убийства 1990-х годов (Юрия Захаренко, Виктора Гончара, Анатолия Красовского, Дмитрия Завадского) не были только давними эпизодами, а жестокое насилие – это имманентный признак режима. Вне зависимости от того, удалось ли в конкретных случаях довести планы до конца, или же нет.
В демократиях разоблачения происходят быстрее. В Беларуси один из силовиков бежал с записью, а потом долгое время придерживал ее в ожидании подходящего момента. В США все прошло значительно быстрее. Дональд Трамп плохо усвоил старую мудрость – «бойся гнева терпеливого человека». Он и его сторонники так сильно давили на секретаря штата Джорджия Брэд Раффенспергера (кстати, республиканца), а потом и оскорбляли его, что тот не выдержал и обнародовал запись своего разговора с президентом. В ходе которого Трамп потребовал от него обеспечить пересмотр результатов выборов в штате, где с небольшим перевесом победил Джо Байден. При этом Трамп косвенно угрожал секретарю, а также давал понять, что для него, Трампа, достаточно лишь обеспечить небольшой перевес над Байденом. То есть беспокоился не о полном и объективном подведении итогов выборов, а о том, как их выиграть любой ценой.
Раффенспергер терпел, но когда после разговора Трамп публично обвинил его в неспособности обеспечить проведение честных выборов, то взорвался. Обнародование записи уже привело к обращению демократов к директору ФБР с призывом начать расследование разговора. Так что технический прогресс и глобализация ведут к тому, что все больше тайного – и даже не доверенного бумаге – становится явным.
Алексей Макаркин
Когда стали открываться архивы рухнувших тоталитарных режимов, то историки бросились в них в поисках сенсаций. Действительно, было найдено немало документов, раскрывающих многие механизмы функционирования властной машины. Но самого «вкусного» обнаружено не было – как именно разрабатывались приказы на совершение злодейств. Есть расстрельные списки с визами вождей – но нет протоколов обсуждения, кого и за что надо казнить. Все основные приказы разрабатывались в предельно узком кругу, участники которого не доверяли бумагам. А уже исполнители или получали на руки расстрельный список, или приказ им передавался в устной форме. Даже если какой-нибудь перебежчик и рассказал бы о том, как все было, он не смог бы представить исчерпывающих доказательств – слово было бы против слова.
Но сейчас даже устная форма не спасает от громких разоблачений, основанных не на слухах, а на звукозаписях. Бельгийское издание EUObserver обнародовало запись обсуждения покушений на противников Лукашенко, проживающих за рубежом. Главный фигурант – бывший председатель КГБ Беларуси Вадим Зайцев, занимавший этот пост в 2008-2012 годах. Речь в записи идет о бывшем сотруднике управления по борьбе с коррупцией Вячеславе Дудкине, экс-начальнике минского СИЗО Олеге Алкаеве, бывшем командире бригады спецназа Владимире Бородаче, а также о журналисте Павле Шеремете. Запись беседы, как утверждается, была сделана 11 апреля 2012 года. Шеремет позднее был убит, хотя с «белорусским следом» это преступление тогда не связали – да и произошло оно спустя четыре года, когда Зайцев давно был в отставке.
Запись появилась именно тогда, когда Лукашенко перевел дух и задумался о путях сохранения своего режима, в том числе и возможностях нормализации отношений с Западом. Теперь же и политическому классу Запада, и общественному мнению напомнили о криминальном характере этого режима и о том, что убийства 1990-х годов (Юрия Захаренко, Виктора Гончара, Анатолия Красовского, Дмитрия Завадского) не были только давними эпизодами, а жестокое насилие – это имманентный признак режима. Вне зависимости от того, удалось ли в конкретных случаях довести планы до конца, или же нет.
В демократиях разоблачения происходят быстрее. В Беларуси один из силовиков бежал с записью, а потом долгое время придерживал ее в ожидании подходящего момента. В США все прошло значительно быстрее. Дональд Трамп плохо усвоил старую мудрость – «бойся гнева терпеливого человека». Он и его сторонники так сильно давили на секретаря штата Джорджия Брэд Раффенспергера (кстати, республиканца), а потом и оскорбляли его, что тот не выдержал и обнародовал запись своего разговора с президентом. В ходе которого Трамп потребовал от него обеспечить пересмотр результатов выборов в штате, где с небольшим перевесом победил Джо Байден. При этом Трамп косвенно угрожал секретарю, а также давал понять, что для него, Трампа, достаточно лишь обеспечить небольшой перевес над Байденом. То есть беспокоился не о полном и объективном подведении итогов выборов, а о том, как их выиграть любой ценой.
Раффенспергер терпел, но когда после разговора Трамп публично обвинил его в неспособности обеспечить проведение честных выборов, то взорвался. Обнародование записи уже привело к обращению демократов к директору ФБР с призывом начать расследование разговора. Так что технический прогресс и глобализация ведут к тому, что все больше тайного – и даже не доверенного бумаге – становится явным.
Алексей Макаркин
Решение судьи Центрального уголовного суда Лондона Ванессы Барайтсер об отказе американским властям в экстрадиции Джулиана Ассанжа следует рассматривать комплексно. С одной стороны, из текста решения следует, что Ассанж для судьи – совсем не герой. Он не честный журналист, а хакер, взломавший компьютеры американских учреждений и обнародовавший похищенные документы полностью, с сохранением упомянутых в них фамилий. В результате жизни более чем 100 человек из разных стран мира, работавших на правительство США или сотрудничавших с ним, оказались под угрозой. Больше 50 человек, чьи имена были указаны в обнародованных Ассанжем секретных документах, были вынуждены просить убежища в Соединенных Штатах. Если бы Ассанж украл документы в Англии, то можно не сомневаться, что судья Барайтсер осудила бы его на длительный срок лишения свободы.
Судья Барайтсер отвергла также аргумент о том, что Ассанж не может рассчитывать на справедливое и беспристрастное рассмотрение своего дела в США. То есть судья не восприняла всерьез позицию защиты, основанную на глубоком недоверии к американской судебной системе.
С другой стороны, судья Барайтсер не решилась рисковать жизнью столь неприятного для нее человека. По ее мнению, у Ассанжа, страдающего депрессией, расстройством аутистического спектра и синдромом Аспергера, могут вновь появиться суицидальные мысли. А доверие судьи к американской судебной системе не распространяется на тюремную, которая не смогла предотвратить самоубийство Джеффри Эпштейна – фигуранта не менее громкого дела. Поэтому судья Барайтсер решила, что Ассанж не должен быть выдан в Америку (ее решение не означает, что теперь любой арестант может в аналогичной ситуации пригрозить самоубийством – ему надо еще иметь «букет» диагнозов как у Ассанжа).
Подлинная независимость суда заключается в том, чтобы защитить законный интерес – в данном случае, право на жизнь – даже очень неприятного для судьи человека. В данном случае этот принцип был соблюден.
Алексей Макаркин
Судья Барайтсер отвергла также аргумент о том, что Ассанж не может рассчитывать на справедливое и беспристрастное рассмотрение своего дела в США. То есть судья не восприняла всерьез позицию защиты, основанную на глубоком недоверии к американской судебной системе.
С другой стороны, судья Барайтсер не решилась рисковать жизнью столь неприятного для нее человека. По ее мнению, у Ассанжа, страдающего депрессией, расстройством аутистического спектра и синдромом Аспергера, могут вновь появиться суицидальные мысли. А доверие судьи к американской судебной системе не распространяется на тюремную, которая не смогла предотвратить самоубийство Джеффри Эпштейна – фигуранта не менее громкого дела. Поэтому судья Барайтсер решила, что Ассанж не должен быть выдан в Америку (ее решение не означает, что теперь любой арестант может в аналогичной ситуации пригрозить самоубийством – ему надо еще иметь «букет» диагнозов как у Ассанжа).
Подлинная независимость суда заключается в том, чтобы защитить законный интерес – в данном случае, право на жизнь – даже очень неприятного для судьи человека. В данном случае этот принцип был соблюден.
Алексей Макаркин
Русская православная церковь оказалась к Рождеству 2021 года в непростой ситуации. Был тяжелый год с множеством человеческих потерь среди пастырей и прихожан. Но не только это. Весной, во время первой волны пандемии, выяснилось, что церковные интересы мало значат для государства – и перед Пасхой храмы закрывали санитарные врачи. Выяснилось также, что для большого числа прихожан посещение храмов не является приоритетом – и даже на спаде пандемии многие ушедшие весной не возвращались в храмы. А это прямо влияет и на духовное состояние церкви, и на ее материальное положение.
Ситуация усугубляется и проблемами, непосредственно с пандемией не связанными. Церковь утратила неформальный статус «неприкасаемой» в общественном мнении – претензии к ней растут. Одни недовольны повышающимися вместе с инфляцией «ценниками», другие – подчеркнутым консерватизмом церкви, третьи – богатством части (на самом деле, очень небольшой) духовенства. В обществе появился феномен антиклерикализма, несвойственный ранее современной России – в первую очередь, он распространяется среди молодежи.
В этой ситуации церковь переходит от развития к выживанию – за счет конкретных общин с пастырями, которых уважают прихожане. Но и тут есть проблемы, связанные с тем, что пастырь может быть добрым (таких немало и среди либеральных, и среди консервативных батюшек), а может играть роль самозванного гуру. К чему это приводит, видно на печальном опыте бывшего схиигумена Сергия.
Вот такие непраздничные размышления. Но вспомним и другое. Со сходными проблемами церковь сталкивалась более ста лет назад – в предреволюционные годы. А когда настал период испытаний, закрывались, а потом и рушились храмы, арестовывали и расстреливали пастырей и прихожан, то церковь спасли люди, в которых ранее не видели ничего героического. Образованные архиереи и немудрящие сельские пастыри, монахи и «белые платочки», приходские активисты и небольшой «ручеек» верующей молодежи, не иссякавший в годы гонений.
И церковь выстояла, несмотря на весь скепсис относительно ее дальнейшей судьбы. И в самые трудные годы в рождественскую ночь люди пели праздничный тропарь: «Рождество Твое, Христе Боже наш, воссия мирови свет разума; в нем бо звездам служащий звездою учахуся Тебе кланятися, Солнцу правды, и Тебе ведети с высоты востока. Господи, слава Тебе».
Нынешние испытания церковь тоже выдержит – вопрос, с какими издержками. А пока будем радоваться светлому рождественскому празднику. И не забывать при этом, как говорил Антоний Сурожский, что «Христос стал Человеком для того, чтобы все мы, все без остатка, включая тех, которые в себя потеряли всякую веру, знали, что Бог верит в нас, верит в нас в нашем падении, верит в нас, когда мы изверились друг во друге и в себе, верит так, что не боится стать одним из нас. Бог в нас верит, Бог стоит стражем нашего человеческого достоинства. Бог – хранитель нашей чести, и ради того, чтобы мы могли в это поверить, это увидеть воочию, наш Бог становится обездоленным, беспомощным Человеком».
Алексей Макаркин
Ситуация усугубляется и проблемами, непосредственно с пандемией не связанными. Церковь утратила неформальный статус «неприкасаемой» в общественном мнении – претензии к ней растут. Одни недовольны повышающимися вместе с инфляцией «ценниками», другие – подчеркнутым консерватизмом церкви, третьи – богатством части (на самом деле, очень небольшой) духовенства. В обществе появился феномен антиклерикализма, несвойственный ранее современной России – в первую очередь, он распространяется среди молодежи.
В этой ситуации церковь переходит от развития к выживанию – за счет конкретных общин с пастырями, которых уважают прихожане. Но и тут есть проблемы, связанные с тем, что пастырь может быть добрым (таких немало и среди либеральных, и среди консервативных батюшек), а может играть роль самозванного гуру. К чему это приводит, видно на печальном опыте бывшего схиигумена Сергия.
Вот такие непраздничные размышления. Но вспомним и другое. Со сходными проблемами церковь сталкивалась более ста лет назад – в предреволюционные годы. А когда настал период испытаний, закрывались, а потом и рушились храмы, арестовывали и расстреливали пастырей и прихожан, то церковь спасли люди, в которых ранее не видели ничего героического. Образованные архиереи и немудрящие сельские пастыри, монахи и «белые платочки», приходские активисты и небольшой «ручеек» верующей молодежи, не иссякавший в годы гонений.
И церковь выстояла, несмотря на весь скепсис относительно ее дальнейшей судьбы. И в самые трудные годы в рождественскую ночь люди пели праздничный тропарь: «Рождество Твое, Христе Боже наш, воссия мирови свет разума; в нем бо звездам служащий звездою учахуся Тебе кланятися, Солнцу правды, и Тебе ведети с высоты востока. Господи, слава Тебе».
Нынешние испытания церковь тоже выдержит – вопрос, с какими издержками. А пока будем радоваться светлому рождественскому празднику. И не забывать при этом, как говорил Антоний Сурожский, что «Христос стал Человеком для того, чтобы все мы, все без остатка, включая тех, которые в себя потеряли всякую веру, знали, что Бог верит в нас, верит в нас в нашем падении, верит в нас, когда мы изверились друг во друге и в себе, верит так, что не боится стать одним из нас. Бог в нас верит, Бог стоит стражем нашего человеческого достоинства. Бог – хранитель нашей чести, и ради того, чтобы мы могли в это поверить, это увидеть воочию, наш Бог становится обездоленным, беспомощным Человеком».
Алексей Макаркин
Возможные среднесрочные последствия американских событий
Общественный конфликт будет внешне ослабевать, переходя в латентную фазу. Драматизация политики (где главным актором был Трамп со своим твиттером) будет снижаться. Трамписты лишаются центра притяжения в Белом доме. Вопрос о возвращении Трампа в 2024 году перестал рассматриваться всерьез. Захват трампистами Конгресса настолько беспрецедентен, что консолидирует против Трампа элиту и отпугнет колеблющихся избирателей и умеренную часть республиканцев.
Демократы получают контроль над Сенатом в результате выборов в Джорджии. Но этот контроль основан на минимальном большинстве — голосе вице-президента (Камалы Харрис). Он даст администрации Байдена возможность опираться на обе палаты Конгресса при проведении внутренней и экономической политики. Но при этом умеренная часть демократов будет сопротивляться слишком радикальным инициативам (например, увеличению количества судей в Верховном суде).
Еще до отчаянного бунта трампистов наметились возможности для восстановления двухпартийного взаимодействия – когда республиканские нотабли стали признавать победу Байдена. Теперь такие возможности могут расширяться – с учетом того, что Байден привык действовать в рамках консенсуса и считает его нормой (а события последних лет с жестким противостоянием партий – девиацией).
Двухпартийное взаимодействие будет подвергаться атакам справа и слева. С одной стороны, в Республиканской партии развернется борьба за наследство Трампа – не случайно, что группа из семи сенаторов продолжала оспаривать победу Байдена в Пенсильвании. На роль неформального лидера правых республиканцев выдвинулся сенатор Круз, соперник, а затем союзник Трампа. С другой стороны, на Байдена будут давить левые демократы, от Сандерса до Окасио-Кортес, требуя радикализации курса.
Один из ключевых вызовов, стоящих перед Байденом – противоречие между «защитой отечественного производителя» (запрос «ржавого пояса») и проведением «зеленой политики», на которой настаивает значительная часть либерального электората крупных городов.
Ближайшие индикаторы отношения общества к Байдену будут связаны с тем, удастся ли весной взять хотя бы под частичный контроль пандемию, а также уровень восстановительного роста в 2021 году. Эти вопросы тесно взаимосвязаны.
Алексей Макаркин
Общественный конфликт будет внешне ослабевать, переходя в латентную фазу. Драматизация политики (где главным актором был Трамп со своим твиттером) будет снижаться. Трамписты лишаются центра притяжения в Белом доме. Вопрос о возвращении Трампа в 2024 году перестал рассматриваться всерьез. Захват трампистами Конгресса настолько беспрецедентен, что консолидирует против Трампа элиту и отпугнет колеблющихся избирателей и умеренную часть республиканцев.
Демократы получают контроль над Сенатом в результате выборов в Джорджии. Но этот контроль основан на минимальном большинстве — голосе вице-президента (Камалы Харрис). Он даст администрации Байдена возможность опираться на обе палаты Конгресса при проведении внутренней и экономической политики. Но при этом умеренная часть демократов будет сопротивляться слишком радикальным инициативам (например, увеличению количества судей в Верховном суде).
Еще до отчаянного бунта трампистов наметились возможности для восстановления двухпартийного взаимодействия – когда республиканские нотабли стали признавать победу Байдена. Теперь такие возможности могут расширяться – с учетом того, что Байден привык действовать в рамках консенсуса и считает его нормой (а события последних лет с жестким противостоянием партий – девиацией).
Двухпартийное взаимодействие будет подвергаться атакам справа и слева. С одной стороны, в Республиканской партии развернется борьба за наследство Трампа – не случайно, что группа из семи сенаторов продолжала оспаривать победу Байдена в Пенсильвании. На роль неформального лидера правых республиканцев выдвинулся сенатор Круз, соперник, а затем союзник Трампа. С другой стороны, на Байдена будут давить левые демократы, от Сандерса до Окасио-Кортес, требуя радикализации курса.
Один из ключевых вызовов, стоящих перед Байденом – противоречие между «защитой отечественного производителя» (запрос «ржавого пояса») и проведением «зеленой политики», на которой настаивает значительная часть либерального электората крупных городов.
Ближайшие индикаторы отношения общества к Байдену будут связаны с тем, удастся ли весной взять хотя бы под частичный контроль пандемию, а также уровень восстановительного роста в 2021 году. Эти вопросы тесно взаимосвязаны.
Алексей Макаркин
Капитолийский дебош поставил в сложное положение европейских национал-популистов. Ведь Дональд Трамп был для них кумиром, образцом для подражания и знаменосцем борьбы с ненавистным глобализмом. Но никто из них не мог предположить, что наплевательское отношение Трампа к демократическим институтам в конечном счете дойдет до подстрекательства к вторжению буйной толпы в здание Конгресса. Ведущие мейнстримные лидеры Европы, и прежде всего, Ангела Меркель, не только выразили свою тревогу и осуждение сцен насилия в Капитолии, но и недвусмысленно возложили вину за произошедшее на не желающего уходить президента. Среди легально действующих европейских крайне правых, выражающих приверженность законности и электоральным процедурам, не нашлось никого, кто бы одобрил столь своеобразное проявление прямой демократии по-американски. Тем более, что среди мятежных сторонников Трампа были и те, на майках которых красовались надписи «Лагерь Аушвиц» и аббревиатура 6MWE («Шести миллионов [убитых евреев] было недостаточно»). Но и впрямую осуждать Трампа за разжигание беспорядков они не готовы.
Примером являются заявления главной соперницы Эммануэля Макрона на будущих президентских выборах во Франции, лидера партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен. В интервью телеканалу France 2 она сказала: «Ясно, что я крайне шокирована сценами насилия. Я думаю, что в демократии мы должны защищать право на протест, но мирный протест. Любое насильственное действие, ставящее целью подорвать демократический процесс, недопустимо». Вместе с тем, Ле Пен подчеркнула, что не следует смешивать «сотни экстремистов, которые попытались сорвать демократические процедуры» с 70 миллионами американцев, проголосовавших за Трампа. По ее словам, Трамп лишь «не взвесил влияние своих слов на часть из этих людей, опечаленных поражением».
В том же духе высказались итальянские национал-популисты. Джорджия Мелони, лидер крайне правой партии «Братья Италии», вызвала град насмешек, когда 6 января написала в Твиттере: «Я надеюсь, что насилие по просьбе президента Трампа будет немедленно прекращено». Марко Дзанни, глава фракции правопопулистской партии «Лига» в Европарламенте, осудил насилие в Капитолии, но подчеркнул, что его партия «разделяет многие политические решения, принятые Белым домом за последние четыре года». Вместе с тем, крайне правому политическому флангу в Европе придется смириться с тем, что Дональд Трамп уходит бесславно, и его имя едва ли впредь будет служить мобилизующим электоральным фактором для евроскептических групп населения.
Александр Ивахник
Примером являются заявления главной соперницы Эммануэля Макрона на будущих президентских выборах во Франции, лидера партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен. В интервью телеканалу France 2 она сказала: «Ясно, что я крайне шокирована сценами насилия. Я думаю, что в демократии мы должны защищать право на протест, но мирный протест. Любое насильственное действие, ставящее целью подорвать демократический процесс, недопустимо». Вместе с тем, Ле Пен подчеркнула, что не следует смешивать «сотни экстремистов, которые попытались сорвать демократические процедуры» с 70 миллионами американцев, проголосовавших за Трампа. По ее словам, Трамп лишь «не взвесил влияние своих слов на часть из этих людей, опечаленных поражением».
В том же духе высказались итальянские национал-популисты. Джорджия Мелони, лидер крайне правой партии «Братья Италии», вызвала град насмешек, когда 6 января написала в Твиттере: «Я надеюсь, что насилие по просьбе президента Трампа будет немедленно прекращено». Марко Дзанни, глава фракции правопопулистской партии «Лига» в Европарламенте, осудил насилие в Капитолии, но подчеркнул, что его партия «разделяет многие политические решения, принятые Белым домом за последние четыре года». Вместе с тем, крайне правому политическому флангу в Европе придется смириться с тем, что Дональд Трамп уходит бесславно, и его имя едва ли впредь будет служить мобилизующим электоральным фактором для евроскептических групп населения.
Александр Ивахник
Садыр Жапаров одержал триумфальную победу на выборах президента Киргизии, получив чуть меньше 80% голосов в первом же туре. На проходившем одновременно референдуме почти столько же участников высказались за переход к президентской республике, на чем настаивал Жапаров. Победитель уже заявил, что при условии политической стабильности можно за 2-3 года побороть бедность, а за 3-4 года – вывести страну из экономического кризиса. Правда, тут же оговорившись, что в ближайшие пару лет населению будет нелегко – причем в это время страна постарается полностью избавиться от внешнего долга.
Тема киргизского долга – не популистский лозунг, как может показаться на первый взгляд, а вполне реальная и острая проблема. Он достигает 4,8 млрд долларов, что составляет более половины ВВП страны. Деньги брал в основном экс-президент Алмазбек Атамбаев на популярные инфраструктурные проекты, но как их отдавать, он не подумал. Свыше 40% этой суммы приходится на Китай, который, в отличие от России, является строгим кредитором по отношению даже к лояльным странам. Реструктурировать долг Китай отказался, согласившись только на стандартную отсрочку. С 1 января Киргизия должна выплачивать проценты – а денег в казне нет.
За счет ресурсов киргизской экономики погасить долг невозможно. Самая популярная и поддерживаемая населением мера – конфискация средств коррупционеров. Этот процесс уже начался, но полученные суммы несопоставимы с масштабом долга. Можно попытаться навести порядок на таможне – но, во-первых, и здесь сразу невозможно получить миллиарды, а, во-вторых, практика показывает, что под флагом наведения порядка одних коррупционеров сменяют другие. Так что затягивать пояса придется населению.
А попутно Жапаров укрепляет свою власть плебисцитарными методами. До лета он обещал провести очередной референдум – по принятию новой Конституции, которая должна закрепить его полномочия. Избранный президент спешит, пока у него есть кредит доверия. Действует и традиционный формат легитимации – один из киргизских историков обнародовал документы о том, что Жапаров является потомком волостного управляющего Султанкула бин Алибая, занимавшего этот пост в позапрошлом веке. А дедом Султанкула был влиятельный киргизский старшина Бирназар бий.
Жапаров обещает наказывать за коррупцию всех, включая своих родственников. Но пока что два родича нового президента назначены на выгодные должности главы госпредприятия «Унаа» (занимается регистрацией транспортных средств) и руководителя Государственной службы миграции.
Алексей Макаркин
Тема киргизского долга – не популистский лозунг, как может показаться на первый взгляд, а вполне реальная и острая проблема. Он достигает 4,8 млрд долларов, что составляет более половины ВВП страны. Деньги брал в основном экс-президент Алмазбек Атамбаев на популярные инфраструктурные проекты, но как их отдавать, он не подумал. Свыше 40% этой суммы приходится на Китай, который, в отличие от России, является строгим кредитором по отношению даже к лояльным странам. Реструктурировать долг Китай отказался, согласившись только на стандартную отсрочку. С 1 января Киргизия должна выплачивать проценты – а денег в казне нет.
За счет ресурсов киргизской экономики погасить долг невозможно. Самая популярная и поддерживаемая населением мера – конфискация средств коррупционеров. Этот процесс уже начался, но полученные суммы несопоставимы с масштабом долга. Можно попытаться навести порядок на таможне – но, во-первых, и здесь сразу невозможно получить миллиарды, а, во-вторых, практика показывает, что под флагом наведения порядка одних коррупционеров сменяют другие. Так что затягивать пояса придется населению.
А попутно Жапаров укрепляет свою власть плебисцитарными методами. До лета он обещал провести очередной референдум – по принятию новой Конституции, которая должна закрепить его полномочия. Избранный президент спешит, пока у него есть кредит доверия. Действует и традиционный формат легитимации – один из киргизских историков обнародовал документы о том, что Жапаров является потомком волостного управляющего Султанкула бин Алибая, занимавшего этот пост в позапрошлом веке. А дедом Султанкула был влиятельный киргизский старшина Бирназар бий.
Жапаров обещает наказывать за коррупцию всех, включая своих родственников. Но пока что два родича нового президента назначены на выгодные должности главы госпредприятия «Унаа» (занимается регистрацией транспортных средств) и руководителя Государственной службы миграции.
Алексей Макаркин
Отец-основатель партии «Грузинская мечта» Бидзина Иванишвили заявил о своем окончательном уходе из политики. В своем обращении к согражданам он заявил: «Среди всех существующих сегодня политических субъектов, правящая команда действительно лучшая и безальтернативная. Убежден, что команда в составе этих людей сможет достойно заменить мой труд, авторитет и навыки». Скорее всего, правящую партию, взявшую большинство в парламенте после очередных выборов в 2020 году, возглавит 42-летий Ираклий Кобахидзе. У него за плечами немалый опыт, в ноябре 2016-июне 2019 года он был спикером национального парламента Грузии. Именно его считали фаворитом Иванишвили, отставленным на второй план на фоне массовых протестных выступлений после пресловутой «ночи Гаврилова»., чтобы в удобный момент снова вернуть себе былые позиции.
Похоже, такое время для Кобахидзе настало. Но насколько серьезны намерения Иванишвили покинуть грузинскую политику? Такие вопросы не выглядят праздными. Дело в том, что, еще в бытность свою оппозиционным лидером и борцом против Михаила Саакашвили он обещал: «Через пару лет я покину политику, и если вернусь, то только как оппозиционер». И действительно, в ноябре 2013 года, через год после взятия власти Иванишвили покинул политический Олимп страны. Он ушел с поста премьер-министра и формально не занимал официальных позиций. Хотя и оппозиционером не стал. Более того, влиял на все ключевые решения, принимаемые кабмином и парламентским большинством. Более того, в мае 2018 года создатель «Грузинской мечты» был избран ее председателем. И уже в этом качестве курировал и выборы президента, и парламентскую кампанию, которые завершились победой представителей «партии власти». Впервые в постсоветской истории Грузии одна партия смогла выиграть три избирательных гонки кряду. Таким образом, прецеденты ухода и возвращения олигарха в политику уже имели место. И не факт, что в час Х Иванишвили не решит тряхнуть стариной и в том или ином качестве включиться в определение вектора будущего Грузии.
Резонный вопрос, зачем основатель ныне правящей партии принял решение об уходе «здесь и сейчас». Очевидно, что итоги парламентских выборов, несмотря на успех «Грузинской мечты» не разрешили те бурлящие противоречия между властью и оппозицией, что определяли внутриполитическую повестку последних двух лет. И налицо попытка представить уход мэтра, как обновление, выдвижение «новых лиц». Хотя с Кобахидзе такая метафора и выглядит более, чем сомнительно. Зная темперамент Иванишвили, трудно представить его в роли императора-затворника. Скорее всего, кулуарное влияние на принятие решение сохранится, но оно не будет столь интенсивным. Таким образом, власть и внутри страны и для внешнего потребления стремится представить некий проект обновления с тем, чтобы разрядить обстановку. И это может иметь определенный результат. Как минимум, тактический. Но стратегия- дефицитный товар не только в Грузии, но и на всем постсоветском пространстве в целом.
Сергей Маркедонов
Похоже, такое время для Кобахидзе настало. Но насколько серьезны намерения Иванишвили покинуть грузинскую политику? Такие вопросы не выглядят праздными. Дело в том, что, еще в бытность свою оппозиционным лидером и борцом против Михаила Саакашвили он обещал: «Через пару лет я покину политику, и если вернусь, то только как оппозиционер». И действительно, в ноябре 2013 года, через год после взятия власти Иванишвили покинул политический Олимп страны. Он ушел с поста премьер-министра и формально не занимал официальных позиций. Хотя и оппозиционером не стал. Более того, влиял на все ключевые решения, принимаемые кабмином и парламентским большинством. Более того, в мае 2018 года создатель «Грузинской мечты» был избран ее председателем. И уже в этом качестве курировал и выборы президента, и парламентскую кампанию, которые завершились победой представителей «партии власти». Впервые в постсоветской истории Грузии одна партия смогла выиграть три избирательных гонки кряду. Таким образом, прецеденты ухода и возвращения олигарха в политику уже имели место. И не факт, что в час Х Иванишвили не решит тряхнуть стариной и в том или ином качестве включиться в определение вектора будущего Грузии.
Резонный вопрос, зачем основатель ныне правящей партии принял решение об уходе «здесь и сейчас». Очевидно, что итоги парламентских выборов, несмотря на успех «Грузинской мечты» не разрешили те бурлящие противоречия между властью и оппозицией, что определяли внутриполитическую повестку последних двух лет. И налицо попытка представить уход мэтра, как обновление, выдвижение «новых лиц». Хотя с Кобахидзе такая метафора и выглядит более, чем сомнительно. Зная темперамент Иванишвили, трудно представить его в роли императора-затворника. Скорее всего, кулуарное влияние на принятие решение сохранится, но оно не будет столь интенсивным. Таким образом, власть и внутри страны и для внешнего потребления стремится представить некий проект обновления с тем, чтобы разрядить обстановку. И это может иметь определенный результат. Как минимум, тактический. Но стратегия- дефицитный товар не только в Грузии, но и на всем постсоветском пространстве в целом.
Сергей Маркедонов
Deutsche Bank намерен простить Дональду Трампу долг в размере $300 млн, чтобы как можно скорее разорвать все контакты с ним. Прекратить сотрудничество с Трампом намерен и нью-йоркский Signature Bank, в совет директоров которого в прошлом входила дочь президента Иванка Трамп. Signature выпустил заявление, в котором призвал Трампа уйти с поста главы государства в интересах страны. После беспорядков в Вашингтоне 6 января Signature закрыл два личных счета Трампа, на которых было около $5,3 млн.
До этого три крупнейших банка США - JPMorgan Chase, Goldman Sachs и Citigroup - временно отказались жертвовать собственные средства и деньги сотрудников американским политикам, независимо от их партийной принадлежности. Понятно, что банки не хотят быть обвиненными политической ангажированности и не хотят отказывать в поддержке только одной партии. Но фактически это предупреждение республиканцам, что Трамп слишком токсичен, и дальнейшая идентификация с ним может ударить по партийному бюджету. В то же время для демократов это решение не очень опасно – токсичного эффекта в их случае нет, выборы прошли, следующие только осенью 2022-го, поэтому в столь значительном финансировании они не нуждаются.
Таким образом Трампа блокируют не только в социальных сетях, но и в деловом мире. Фактически его выталкивают из политической жизни, стимулируя республиканцев к изгнанию Трампа – что не означает заката «трампистских» идей (просто их могут выражать более системные и предсказуемые политики). Трамп в этой ситуации может начать битву за партию – это угрожает сильнейшим внутренним конфликтом. Может начать создавать новую партию – и расколет республиканский электорат. Оба этих варианта выгодны демократам перед непростыми промежуточными выборами 2022 года.
Республиканцы могут надеяться на третий сценарий – Трамп отходит в сторону, партия не проявляет публичной жесткости в его отношении, спонсоры постепенно возвращаются. Но захочет ли Трамп стать таким альтруистом для партии, которая уже начала дистанцироваться от него? Тем более, что противники будут стремиться добить Трампа – а обороняться ему выгоднее в качестве действующего политика, а не отставника, общественный интерес к которому существенно снизится.
Алексей Макаркин
До этого три крупнейших банка США - JPMorgan Chase, Goldman Sachs и Citigroup - временно отказались жертвовать собственные средства и деньги сотрудников американским политикам, независимо от их партийной принадлежности. Понятно, что банки не хотят быть обвиненными политической ангажированности и не хотят отказывать в поддержке только одной партии. Но фактически это предупреждение республиканцам, что Трамп слишком токсичен, и дальнейшая идентификация с ним может ударить по партийному бюджету. В то же время для демократов это решение не очень опасно – токсичного эффекта в их случае нет, выборы прошли, следующие только осенью 2022-го, поэтому в столь значительном финансировании они не нуждаются.
Таким образом Трампа блокируют не только в социальных сетях, но и в деловом мире. Фактически его выталкивают из политической жизни, стимулируя республиканцев к изгнанию Трампа – что не означает заката «трампистских» идей (просто их могут выражать более системные и предсказуемые политики). Трамп в этой ситуации может начать битву за партию – это угрожает сильнейшим внутренним конфликтом. Может начать создавать новую партию – и расколет республиканский электорат. Оба этих варианта выгодны демократам перед непростыми промежуточными выборами 2022 года.
Республиканцы могут надеяться на третий сценарий – Трамп отходит в сторону, партия не проявляет публичной жесткости в его отношении, спонсоры постепенно возвращаются. Но захочет ли Трамп стать таким альтруистом для партии, которая уже начала дистанцироваться от него? Тем более, что противники будут стремиться добить Трампа – а обороняться ему выгоднее в качестве действующего политика, а не отставника, общественный интерес к которому существенно снизится.
Алексей Макаркин
Президент Эрдоган, похоже, осознал, что напряженность между Турцией и Евросоюзом зашла слишком далеко, особенно с учетом плачевного экономического положения страны, и решил сдать назад. В субботу он провел видеопереговоры с президентом Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен и главой европейской дипломатии Жозепом Боррелем, в ходе которых постарался послать позитивные месседжи относительно стремления Анкары к преодолению разногласий.
2020 год стал на редкость плохим для отношений между Европой и Турцией несмотря на формальное партнерство в рамках НАТО. Здесь и недовольство ЕС произвольными действиями Турции в Сирии и Ливии, и эскалация конфликта с Грецией и Кипром по поводу разведки углеводородов турецкими судами в Восточном Средиземноморье, и резкая словесная конфронтация Эрдогана и президента Макрона в октябре относительно положения ислама во Франции. Дело дошло до того, что на декабрьском саммите ЕС по требованию Греции и Кипра было решено составить список турецких объектов, подлежащих санкциям.
И вот теперь Эрдоган предложил «открыть новую страницу в отношениях с союзом в новом году». Он подчеркнул, что Турция считает приоритетными связи с ЕС и видит свое будущее в Европе. Он также отметил важность возобновления регулярных двусторонних саммитов и постоянного диалога на высоком уровне. Эрдоган охарактеризовал нынешнюю ситуацию как неприемлемую, но не удержался от того, чтобы связать ее с «капризами и искусственными проблемами, создаваемыми некоторыми странами ЕС», очевидно, имея в виду Грецию, Кипр и Францию. В качестве первоочередных тем для обсуждения между сторонами президент Турции назвал обновление соглашения 2016 года о противодействии незаконной миграции в Европу через Эгейское море, модернизацию действующего с 1996 года таможенного союза и либерализацию визового режима для турецких граждан.
Едва ли в ЕС готовы пойти навстречу Анкаре по всем этим темам, и уж точно не по вопросу о визовой либерализации. Но возвращение к конструктивному взаимодействию там приветствуют. «Состоялся хороший обмен мнениями с турецким президентом», – написала в Твиттере фон дер Ляйен. «Мы готовы продолжать выстраивать диалог с Турцией», – в свою очередь, отметил Боррель. Он сообщил, что 21 января будет вести переговоры в Брюсселе с главой МИД Турции Мевлютом Чавушоглу. А уже сегодня Чавушоглу будет беседовать в Анкаре с послами стран ЕС. Ожидается, что с ними встретится и президент Эрдоган.
Зримое оживление диалога с ЕС по инициативе турецкой стороны, вероятно, связано, помимо прочего, и со сменой президента США. У администрации Трампа были сложные отношения с Анкарой, но сам Трамп оттягивал применение санкций за покупку российских С-400 и сквозь пальцы смотрел на массовые нарушения прав человека в Турции. Позиция администрации Байдена может стать существенно более жесткой.
Александр Ивахник
2020 год стал на редкость плохим для отношений между Европой и Турцией несмотря на формальное партнерство в рамках НАТО. Здесь и недовольство ЕС произвольными действиями Турции в Сирии и Ливии, и эскалация конфликта с Грецией и Кипром по поводу разведки углеводородов турецкими судами в Восточном Средиземноморье, и резкая словесная конфронтация Эрдогана и президента Макрона в октябре относительно положения ислама во Франции. Дело дошло до того, что на декабрьском саммите ЕС по требованию Греции и Кипра было решено составить список турецких объектов, подлежащих санкциям.
И вот теперь Эрдоган предложил «открыть новую страницу в отношениях с союзом в новом году». Он подчеркнул, что Турция считает приоритетными связи с ЕС и видит свое будущее в Европе. Он также отметил важность возобновления регулярных двусторонних саммитов и постоянного диалога на высоком уровне. Эрдоган охарактеризовал нынешнюю ситуацию как неприемлемую, но не удержался от того, чтобы связать ее с «капризами и искусственными проблемами, создаваемыми некоторыми странами ЕС», очевидно, имея в виду Грецию, Кипр и Францию. В качестве первоочередных тем для обсуждения между сторонами президент Турции назвал обновление соглашения 2016 года о противодействии незаконной миграции в Европу через Эгейское море, модернизацию действующего с 1996 года таможенного союза и либерализацию визового режима для турецких граждан.
Едва ли в ЕС готовы пойти навстречу Анкаре по всем этим темам, и уж точно не по вопросу о визовой либерализации. Но возвращение к конструктивному взаимодействию там приветствуют. «Состоялся хороший обмен мнениями с турецким президентом», – написала в Твиттере фон дер Ляйен. «Мы готовы продолжать выстраивать диалог с Турцией», – в свою очередь, отметил Боррель. Он сообщил, что 21 января будет вести переговоры в Брюсселе с главой МИД Турции Мевлютом Чавушоглу. А уже сегодня Чавушоглу будет беседовать в Анкаре с послами стран ЕС. Ожидается, что с ними встретится и президент Эрдоган.
Зримое оживление диалога с ЕС по инициативе турецкой стороны, вероятно, связано, помимо прочего, и со сменой президента США. У администрации Трампа были сложные отношения с Анкарой, но сам Трамп оттягивал применение санкций за покупку российских С-400 и сквозь пальцы смотрел на массовые нарушения прав человека в Турции. Позиция администрации Байдена может стать существенно более жесткой.
Александр Ивахник