В деле Роберта Кочаряна обозначился новый поворот. 25 июня Апелляционный суд Армении удовлетворил ходатайство генеральной прокуратуры по поводу освобождения экс-президента республики. Таким образом, Кочарян был снова арестован. На свободе он пробыл чуть более одного месяца.
Не будучи юристом, не хотелось бы давать какие-то оценки правовым аспектам «кейса Кочаряна». Впрочем, не надо быть правоведом, чтобы понять: это дело имеет не столько юридический, сколько политический контекст. Для главы армянского правительства Никола Пашиняна осуждение Кочаряна крайне важно с символической точки зрения. Этим шагом будет подведена некая черта под «проклятым прошлым». При этом споры вокруг дела экс-президента отвлекут общественное мнение от текущих проблем. Они, между тем, не уменьшаются. Правительство так и не предъявило гражданам внятного плана экономических действий. Урегулирование нагорно-карабахского конфликта также не приблизилось ни на йоту (хотя данная проблема носит системный характер, и вряд ли Пашинян или кто-то другой способен обеспечить быстрое решение). В этом контексте расчет с прошлым становится выгодным инструментом.
Стоит заметить, что на свободе экс-президент не собирался, мягко говоря, превращаться в политического пенсионера. В одном из интервью Кочарян заявил, что не считает себя виновным в гибели граждан Армении в ходе трагических событий 1 марта 2008 года (они по аналогии с 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге были названы «кровавой субботой»). По его словам, Никол Пашинян не менее виновен в трагической развязке кризиса одиннадцатилетней давности. «Дело Кочаряна», хотелось бы это кому-то или нет, превратило экс-президента Армении в одну из центральных фигур информпространства республики и де-факто единственным политиком, наиболее жестко и последовательно артикулирующим свое неприятие новой власти. При такой ситуации решение суда любой инстанции, даже если таковое принималось бы исключительно в рамках юридической логики, становилось бы политическим. И власти показали, что не готовы идти на компромисс по этому вопросу. «Дело Кочаряна» становится для нее делом принципа.
Между тем, преследование Кочаряна создает на перспективу, как минимум, две проблемы для нынешнего руководства Армении. Во-первых, создает прецедент уголовного преследования главы государства. Такой традиции ранее в республики не было. Прецедент обоюдоострый. Не факт, что преемники Пашиняна не захотят его обратить против него самого. Во-вторых, преследование Кочаряна создает трудности в отношениях с Россией. Можно не принимать во внимание консервативные установки Кремля и Старой площади, но от этого они не перестанут влиять на ситуацию.
Сергей Маркедонов
Не будучи юристом, не хотелось бы давать какие-то оценки правовым аспектам «кейса Кочаряна». Впрочем, не надо быть правоведом, чтобы понять: это дело имеет не столько юридический, сколько политический контекст. Для главы армянского правительства Никола Пашиняна осуждение Кочаряна крайне важно с символической точки зрения. Этим шагом будет подведена некая черта под «проклятым прошлым». При этом споры вокруг дела экс-президента отвлекут общественное мнение от текущих проблем. Они, между тем, не уменьшаются. Правительство так и не предъявило гражданам внятного плана экономических действий. Урегулирование нагорно-карабахского конфликта также не приблизилось ни на йоту (хотя данная проблема носит системный характер, и вряд ли Пашинян или кто-то другой способен обеспечить быстрое решение). В этом контексте расчет с прошлым становится выгодным инструментом.
Стоит заметить, что на свободе экс-президент не собирался, мягко говоря, превращаться в политического пенсионера. В одном из интервью Кочарян заявил, что не считает себя виновным в гибели граждан Армении в ходе трагических событий 1 марта 2008 года (они по аналогии с 9 января 1905 года в Санкт-Петербурге были названы «кровавой субботой»). По его словам, Никол Пашинян не менее виновен в трагической развязке кризиса одиннадцатилетней давности. «Дело Кочаряна», хотелось бы это кому-то или нет, превратило экс-президента Армении в одну из центральных фигур информпространства республики и де-факто единственным политиком, наиболее жестко и последовательно артикулирующим свое неприятие новой власти. При такой ситуации решение суда любой инстанции, даже если таковое принималось бы исключительно в рамках юридической логики, становилось бы политическим. И власти показали, что не готовы идти на компромисс по этому вопросу. «Дело Кочаряна» становится для нее делом принципа.
Между тем, преследование Кочаряна создает на перспективу, как минимум, две проблемы для нынешнего руководства Армении. Во-первых, создает прецедент уголовного преследования главы государства. Такой традиции ранее в республики не было. Прецедент обоюдоострый. Не факт, что преемники Пашиняна не захотят его обратить против него самого. Во-вторых, преследование Кочаряна создает трудности в отношениях с Россией. Можно не принимать во внимание консервативные установки Кремля и Старой площади, но от этого они не перестанут влиять на ситуацию.
Сергей Маркедонов
Дебаты демократических кандидатов
Два вечера подряд по десятке «кандидатов в кандидаты» в президенты США от Демократической партии провели первый из 12 запланированных раундов дебатов. Что у кого получилось.
Два явных победителя – сенаторы Элизабет Уоррен и Камала Харрис. Сенатору от Массачусетса повезло: в своей «десятке» она была единственной из фаворитов, задавала тон: атака на коррупцию и «богатых», план государственного медицинского страхования, красноречие – все при ней. Во второй день сенатор от Калифорнии (идущая четвертой в рейтингах) отличилась удачной атакой на фаворита Джо Байдена, в т.ч. – по расовой теме (упомянула, что была той самой черной девочкой, которая попала в хорошую школу только потому, что ввели бесплатные школьные автобусы, против которых Байден поколение назад возражал). Удачными дебаты сочли для двух аутсайдеров (пока?) – бывшего министра городского развития Кастро – за яркое выступление по теме миграции, и мэра Нью-Йорка Де Блазио. Их рейтинги скорее всего поднимутся.
Еще один явный победитель – левая повестка дня: медицинское страхование для всех, «Зеленый новый порядок» (экологичная экономика), бесплатное высшее образование. При сильно правом президенте все общество «полевело» (так в Америке бывает почти всегда – она «правела» при Обаме), а в Демократической партии эта повестка продолжает набирать популярность: почти с единой (но с существенными нюансами) программой выступают не только ее «пионер» Берни Сандерс, но и Уоррен, и Харрис, и Де Блазио. Умеренным – типа Байдена- трудно противостоять этой волне во внутрипартийном отборе, но для всеобщих выборов она может стать проблемой – на вкус американцев слишком «пахнет социализмом» .
А кто проиграл? Считавшийся перспективным Бепо О’Рурк, чуть не сотворивший прошлой осенью сенсацию на выборах губернатора Техаса: был неуверен в себе и неубедителен. Сандерса нельзя считать полным неудачником: он остается знаменосцем левой повестки, хотя вчера особо не отличился. Но главный неудачник – Джо Байден: он слишком давно в большой политике, ему припомнили и на нем «оттоптались» за многие давние решения, сегодня кажущиеся неправильными. Он и сам невольно подыграл оппонентам, часто вспоминая былые заслуги. Так что из трех «кандидатов за 70» удачно прошла первый раунд только Уоррен, но она, несмотря на возраст, в политику пришла с гарвардской кафедры недавно - в 2012 г. Так что запрос на «передачу факела новому поколению» (как сформулировал молодой оппонент, обращаясь к Байдену) – тоже одна из новостей дебатов.
По первому раунду далеко идущих выводов делать не следует. Посмотрим, как изменятся рейтинги, но отрыв Байдена пока столь велик, что одну неудачу он вполне переживет. Но запомним тренды, которые на этой неделе проявились.
Борис Макаренко
Два вечера подряд по десятке «кандидатов в кандидаты» в президенты США от Демократической партии провели первый из 12 запланированных раундов дебатов. Что у кого получилось.
Два явных победителя – сенаторы Элизабет Уоррен и Камала Харрис. Сенатору от Массачусетса повезло: в своей «десятке» она была единственной из фаворитов, задавала тон: атака на коррупцию и «богатых», план государственного медицинского страхования, красноречие – все при ней. Во второй день сенатор от Калифорнии (идущая четвертой в рейтингах) отличилась удачной атакой на фаворита Джо Байдена, в т.ч. – по расовой теме (упомянула, что была той самой черной девочкой, которая попала в хорошую школу только потому, что ввели бесплатные школьные автобусы, против которых Байден поколение назад возражал). Удачными дебаты сочли для двух аутсайдеров (пока?) – бывшего министра городского развития Кастро – за яркое выступление по теме миграции, и мэра Нью-Йорка Де Блазио. Их рейтинги скорее всего поднимутся.
Еще один явный победитель – левая повестка дня: медицинское страхование для всех, «Зеленый новый порядок» (экологичная экономика), бесплатное высшее образование. При сильно правом президенте все общество «полевело» (так в Америке бывает почти всегда – она «правела» при Обаме), а в Демократической партии эта повестка продолжает набирать популярность: почти с единой (но с существенными нюансами) программой выступают не только ее «пионер» Берни Сандерс, но и Уоррен, и Харрис, и Де Блазио. Умеренным – типа Байдена- трудно противостоять этой волне во внутрипартийном отборе, но для всеобщих выборов она может стать проблемой – на вкус американцев слишком «пахнет социализмом» .
А кто проиграл? Считавшийся перспективным Бепо О’Рурк, чуть не сотворивший прошлой осенью сенсацию на выборах губернатора Техаса: был неуверен в себе и неубедителен. Сандерса нельзя считать полным неудачником: он остается знаменосцем левой повестки, хотя вчера особо не отличился. Но главный неудачник – Джо Байден: он слишком давно в большой политике, ему припомнили и на нем «оттоптались» за многие давние решения, сегодня кажущиеся неправильными. Он и сам невольно подыграл оппонентам, часто вспоминая былые заслуги. Так что из трех «кандидатов за 70» удачно прошла первый раунд только Уоррен, но она, несмотря на возраст, в политику пришла с гарвардской кафедры недавно - в 2012 г. Так что запрос на «передачу факела новому поколению» (как сформулировал молодой оппонент, обращаясь к Байдену) – тоже одна из новостей дебатов.
По первому раунду далеко идущих выводов делать не следует. Посмотрим, как изменятся рейтинги, но отрыв Байдена пока столь велик, что одну неудачу он вполне переживет. Но запомним тренды, которые на этой неделе проявились.
Борис Макаренко
Современная Россия похожа на археологический раскоп с многочисленными культурными слоями, которые преподносят неожиданности.
Например, тема «власть-оппозиция». Вроде все понятно. Есть оппозиция, настаивающая на честных выборах, есть власть, использующая пресловутый административный ресурс. Силовики действуют против оппозиции – в результате одни ее активисты вынуждаются к эмиграции, а другие могут попасть под арест или платят большие штрафы.
Но в этой простой схеме есть следующий слой. Вице-губернатор, отвечающий за проведение выборов (а, значит, и за тот самый административный ресурс) – тоже фигура уязвимая. Если он не выстроил отношения с местными силовиками (как вариант – не дал нужных им показаний на своих начальников), то тоже может оказаться под ударом. При этом привычные «черные кассы» (когда он тратит деньги не на себя, а для политических интересов своего начальства) становятся доказательствами вины в уголовном деле. Самая показательная история была в Коми, где арест верхушки республики – включая и политуправленцев – произошел сразу же после очередных выигранных выборов. И здесь перспектива - не 15 суток, а несколько лет лишения свободы.
Еще один слой – бизнес, который все чаще становится крайним в условиях попыток навести порядок в стагнирующей экономике (что еще более бьет по этой экономике). Петров помогал либералам, Бойко-Великий – реакционерам, Якобашвили держался далеко от политики, а Калви вообще американец (утечки о его связях с дагестанскими дальнобойщиками выглядят крайне странно). Но ко всем ним пришли силовики. Как результат – один в СИЗО, один вышел оттуда под домашний арест, двое за границей.
В начале перестройки «Наутилус» пел о скованных одной цепью и первых, которые похожи на последних. Спустя десятилетие это снова становится актуальным.
Алексей Макаркин
Например, тема «власть-оппозиция». Вроде все понятно. Есть оппозиция, настаивающая на честных выборах, есть власть, использующая пресловутый административный ресурс. Силовики действуют против оппозиции – в результате одни ее активисты вынуждаются к эмиграции, а другие могут попасть под арест или платят большие штрафы.
Но в этой простой схеме есть следующий слой. Вице-губернатор, отвечающий за проведение выборов (а, значит, и за тот самый административный ресурс) – тоже фигура уязвимая. Если он не выстроил отношения с местными силовиками (как вариант – не дал нужных им показаний на своих начальников), то тоже может оказаться под ударом. При этом привычные «черные кассы» (когда он тратит деньги не на себя, а для политических интересов своего начальства) становятся доказательствами вины в уголовном деле. Самая показательная история была в Коми, где арест верхушки республики – включая и политуправленцев – произошел сразу же после очередных выигранных выборов. И здесь перспектива - не 15 суток, а несколько лет лишения свободы.
Еще один слой – бизнес, который все чаще становится крайним в условиях попыток навести порядок в стагнирующей экономике (что еще более бьет по этой экономике). Петров помогал либералам, Бойко-Великий – реакционерам, Якобашвили держался далеко от политики, а Калви вообще американец (утечки о его связях с дагестанскими дальнобойщиками выглядят крайне странно). Но ко всем ним пришли силовики. Как результат – один в СИЗО, один вышел оттуда под домашний арест, двое за границей.
В начале перестройки «Наутилус» пел о скованных одной цепью и первых, которые похожи на последних. Спустя десятилетие это снова становится актуальным.
Алексей Макаркин
За две недели после капитуляции молдавского олигархического режима и бегства его создателя Влада Плахотнюка прорисовываются первые черты политики новой власти, сформированной коалицией прозападного блока ACUM и пророссийской Партии социалистов президента Игоря Додона. В созданном правительстве у приверженцев курса на европейскую интеграцию Молдовы явное преобладание – 8 министров из 11. Лидеры блока ACUM Майя Санду и Андрей Нэстасе заняли ключевые посты премьер-министра и вице-премьера и министра внутренних дел. У представителей Партии социалистов два министерских поста: вице-премьера, отвечающего за реинтеграцию Молдовы, и министра юстиции. Стоит отметить, что три важных поста (министра иностранных дел, министра финансов и министра экономики и инфраструктуры) получили люди, до последнего времени работавшие на Западе. Да и сама Майя Санду окончила Гарвард и долго работала в структурах Всемирного банка.
В недавнем интервью изданию POLITICO Санду подчеркивала нацеленность своего правительства на выполнение условий Соглашения об ассоциации с Евросоюзом, подписанного в 2014 году, и на скорейшее возобновление программ финансовой и инфраструктурной помощи Молдове со стороны ЕС (эти программы были приостановлены в прошлом году после произвольной отмены результатов выборов мэра Кишинева, на которых победил Андрей Нэстасе). Вместе с тем, Санду отметила открытость правительства к поиску путей для улучшения торгово-экономических отношений с Россией. На практике именно на восстановлении нормальных связей с Россией сейчас наблюдается наибольшая активность. 24 июня Андрей Нэстасе голосовал на заседании ПАСЕ за возвращение России в организацию на полноправных условиях.
Вице-премьер Дмитрий Козак, внесший решающий вклад в создание коалиции социалистов и ACUM, 24-25 июня во второй раз за последний месяц посетил Кишинев. После его встреч с руководством страны было объявлено о «полномасштабной разморозке отношений». Вслед за этим делегация депутатов парламента Молдовы во главе со спикером Зинаидой Гречаной посетила Москву, где, в частности, провела переговоры с Дмитрием Медведевым.
Вместе с тем, не только лидеры блока ACUM, но и президент Додон дают понять, что активизация отношений с Россией не означает выдвижения в число первоочередных проблемы приднестровского урегулирования. Додон на днях отметил, что эта тема не будет на повестке дня в ближайшие год-полтора. По его словам, для решения этой проблемы необходим консенсус как внутри страны, так и на международном уровне. Приоритет Кишинева в отношениях с Москвой – обеспечить благоприятные условия для экспорта аграрной продукции и импорта энергоносителей.
Александр Ивахник
В недавнем интервью изданию POLITICO Санду подчеркивала нацеленность своего правительства на выполнение условий Соглашения об ассоциации с Евросоюзом, подписанного в 2014 году, и на скорейшее возобновление программ финансовой и инфраструктурной помощи Молдове со стороны ЕС (эти программы были приостановлены в прошлом году после произвольной отмены результатов выборов мэра Кишинева, на которых победил Андрей Нэстасе). Вместе с тем, Санду отметила открытость правительства к поиску путей для улучшения торгово-экономических отношений с Россией. На практике именно на восстановлении нормальных связей с Россией сейчас наблюдается наибольшая активность. 24 июня Андрей Нэстасе голосовал на заседании ПАСЕ за возвращение России в организацию на полноправных условиях.
Вице-премьер Дмитрий Козак, внесший решающий вклад в создание коалиции социалистов и ACUM, 24-25 июня во второй раз за последний месяц посетил Кишинев. После его встреч с руководством страны было объявлено о «полномасштабной разморозке отношений». Вслед за этим делегация депутатов парламента Молдовы во главе со спикером Зинаидой Гречаной посетила Москву, где, в частности, провела переговоры с Дмитрием Медведевым.
Вместе с тем, не только лидеры блока ACUM, но и президент Додон дают понять, что активизация отношений с Россией не означает выдвижения в число первоочередных проблемы приднестровского урегулирования. Додон на днях отметил, что эта тема не будет на повестке дня в ближайшие год-полтора. По его словам, для решения этой проблемы необходим консенсус как внутри страны, так и на международном уровне. Приоритет Кишинева в отношениях с Москвой – обеспечить благоприятные условия для экспорта аграрной продукции и импорта энергоносителей.
Александр Ивахник
Серия предстоящих отставок в Росгвардии может быть отзвуком прошлогодних разоблачений. Российская власть в очередной раз продемонстрировала свою стилистику – не принимать кадровых решений под непосредственным нажимом. Аналогия – уход Евкурова на прошлой неделе. Поэтому во время скандала со снабжением Росгвардии никого не уволили, а сейчас пошла волна. Тем более, что Алексей Навальный, похоже, был только транслятором компромата, связанного с аппаратной конкуренцией в силовых структурах. А Следственный комитет возбудил дело по поводу поставки гнилого картофеля для нужд Росгвардии.
Фактически речь идет об уходе из Росгвардии команды первого заместителя Золотова Сергея Меликова. Уходящий заместитель по тылу Сергей Милейко был замом Меликова в бытность того полпредом в СКФО. Статс-секретарь Сергей Захаркин был первым замом Меликова, когда тот командовал объединенной группировкой войск по проведению контртеррористических операций на территории Северного Кавказа. Проблема в том, что другой команды у Золотова сейчас нет. Отставка группы замов для «молодого» ведомства (Росгвардия образована в 2016 году) сама по себе является проблемой, а здесь речь идет об уходе «опорного» зама, которым является Меликов – с его опытом полпредства в самом сложном федеральном округе - и его людей. Компенсировать этот уход будет весьма непросто – так что аппаратные позиции Золотова могут ослабнуть.
Алексей Макаркин
Фактически речь идет об уходе из Росгвардии команды первого заместителя Золотова Сергея Меликова. Уходящий заместитель по тылу Сергей Милейко был замом Меликова в бытность того полпредом в СКФО. Статс-секретарь Сергей Захаркин был первым замом Меликова, когда тот командовал объединенной группировкой войск по проведению контртеррористических операций на территории Северного Кавказа. Проблема в том, что другой команды у Золотова сейчас нет. Отставка группы замов для «молодого» ведомства (Росгвардия образована в 2016 году) сама по себе является проблемой, а здесь речь идет об уходе «опорного» зама, которым является Меликов – с его опытом полпредства в самом сложном федеральном округе - и его людей. Компенсировать этот уход будет весьма непросто – так что аппаратные позиции Золотова могут ослабнуть.
Алексей Макаркин
Экономическая стагнация, нехватка средств, усталость и неуверенность в будущем приводят к срывам, причем на разных уровнях. Красноярский губернатор Александр Усс, один из наиболее опытных политиков из числа нынешних глав регионов, резко отвечает жительнице Канска, обвиняя ее в том, что она «качает права». А охранник в «Пятерочке» из подмосковного города Электросталь убивает покупателя, заподозренного в воровстве дешевых шампуней и гелей. Губернатор устал от требований, для выполнения которых у него нет средств – зато Москва в любой момент может спросить с него за неспособность помочь людям (но денег не даст). Потом ему приходится извиняться как любому политику в такой ситуации. Охранник ненавидит воришек, потому что если он пропустит кражу, то в лучшем случае его оштрафуют, а в худшем – уволят (а семью надо кормить, и в другое место устроиться сложно). В результате оказывается под арестом с перспективой длительного срока лишения свободы.
Россия все более становится раздраженной страной. Причем гнев россиян все сложнее направлять на врага внешнего, где губернатор может объединиться с недовольной жительницей, а охранник и воришка вместе будут ненавидеть супостатов. Антигрузинская кампания оказалась менее масштабной, чем предыдущие такого же рода – приоритетной для людей является внутренняя тематика.
Алексей Макаркин
Россия все более становится раздраженной страной. Причем гнев россиян все сложнее направлять на врага внешнего, где губернатор может объединиться с недовольной жительницей, а охранник и воришка вместе будут ненавидеть супостатов. Антигрузинская кампания оказалась менее масштабной, чем предыдущие такого же рода – приоритетной для людей является внутренняя тематика.
Алексей Макаркин
Лидерам стран Евросоюза на третий день саммита в Брюсселе все-таки, кажется, удалось преодолеть тупик в ключевом кадровом вопросе – согласования кандидатуры на пост главы исполнительного органа блока – Европейской комиссии. Судя по всему, президентом ЕК станет министр обороны ФРГ Урсула фон дер Ляйен. Эта номинация Евросовета еще должна будет получить поддержку большинства депутатов Европарламента. Такое кадровое решение стало неожиданным. После выборов в Европарламент консерваторы, образующие «Европейскую народную партию», настаивали на том, что главой ЕК должен стать их выдвиженец Манфред Вебер из баварского ХСС, поскольку ЕНП получила наибольшее число голосов на евровыборах.
Однако в новом составе Европарламента у ЕНП серьезно сократилось число мандатов, зато заметно продвинулись либералы (в союзе с партией Макрона) и зеленые. Социалисты и либералы в ЕП вступили в тактический союз против выдвиженца консерваторов. Одновременно против Вебера открыто выступил Макрон вместе с социалистическими премьер-министрами Португалии Антонио Коштой и Испании Педро Санчесом. Они настаивали на том, что номинант на главный пост в ЕС должен иметь опыт руководящей работы в исполнительной власти, которого нет у Вебера.
Незадолго до саммита стало ясно, что кандидатура Вебера не имеет шансов получить необходимую поддержку 21 члена Евросовета из 28. Макрон убедил в этом Ангелу Меркель, которая первоначально поддерживала своего соотечественника. На полях саммита G20 в Осаке Меркель, Макрон, Санчес и премьер Нидерландов Рютте пришли к соглашению, что номинантом Евросовета на пост главы ЕК должен стать вице-президент Комиссии, голландский социал-демократ Франц Тиммерманс. Вебер же должен был получить кресло председателя ЕП.
Однако на саммите ЕС в Брюсселе кандидатура Тиммерманса натолкнулась на широкое противодействие – не только со стороны обиженных консерваторов, но и со стороны лидеров, не входящих в ЕНП. «Вышеградская четверка» (Польша, Венгрия, Чехия и Словакия), Италия, Хорватия, Румыния, Латвия и Ирландия выступили решительно против. Находящихся у власти национал-популистов из Восточной Европы не устраивало прежде всего то, что Тиммерманс на своем нынешнем посту в ЕК жестко выступал против нарушения в этих странах верховенства права.
А кандидатура Урсулы фон дер Ляйен, которую вроде бы первым назвал Макрон, как выяснилось, устраивает достаточное большинство членов Евросовета. Естественно, Ангелу Меркель, поскольку фон дер Ляйен – ее ближайшая союзница, входила во все ее кабинеты. Европейских лидеров из ЕНП – как политик, входящий в ту же политическую семью. «Вышеградскую четверку» – поскольку, находясь на посту министра обороны с 2013 года, она была в стороне от проблем регулирования миграции и обеспечения верховенства права. А социал-демократы и либералы должны будут получить приемлемые компенсации в рамках готовящегося пакетного соглашения.
Александр Ивахник
Однако в новом составе Европарламента у ЕНП серьезно сократилось число мандатов, зато заметно продвинулись либералы (в союзе с партией Макрона) и зеленые. Социалисты и либералы в ЕП вступили в тактический союз против выдвиженца консерваторов. Одновременно против Вебера открыто выступил Макрон вместе с социалистическими премьер-министрами Португалии Антонио Коштой и Испании Педро Санчесом. Они настаивали на том, что номинант на главный пост в ЕС должен иметь опыт руководящей работы в исполнительной власти, которого нет у Вебера.
Незадолго до саммита стало ясно, что кандидатура Вебера не имеет шансов получить необходимую поддержку 21 члена Евросовета из 28. Макрон убедил в этом Ангелу Меркель, которая первоначально поддерживала своего соотечественника. На полях саммита G20 в Осаке Меркель, Макрон, Санчес и премьер Нидерландов Рютте пришли к соглашению, что номинантом Евросовета на пост главы ЕК должен стать вице-президент Комиссии, голландский социал-демократ Франц Тиммерманс. Вебер же должен был получить кресло председателя ЕП.
Однако на саммите ЕС в Брюсселе кандидатура Тиммерманса натолкнулась на широкое противодействие – не только со стороны обиженных консерваторов, но и со стороны лидеров, не входящих в ЕНП. «Вышеградская четверка» (Польша, Венгрия, Чехия и Словакия), Италия, Хорватия, Румыния, Латвия и Ирландия выступили решительно против. Находящихся у власти национал-популистов из Восточной Европы не устраивало прежде всего то, что Тиммерманс на своем нынешнем посту в ЕК жестко выступал против нарушения в этих странах верховенства права.
А кандидатура Урсулы фон дер Ляйен, которую вроде бы первым назвал Макрон, как выяснилось, устраивает достаточное большинство членов Евросовета. Естественно, Ангелу Меркель, поскольку фон дер Ляйен – ее ближайшая союзница, входила во все ее кабинеты. Европейских лидеров из ЕНП – как политик, входящий в ту же политическую семью. «Вышеградскую четверку» – поскольку, находясь на посту министра обороны с 2013 года, она была в стороне от проблем регулирования миграции и обеспечения верховенства права. А социал-демократы и либералы должны будут получить приемлемые компенсации в рамках готовящегося пакетного соглашения.
Александр Ивахник
Созданная в 1976 году войсковая часть № 45707 — отряд подводников для эксплуатации атомных глубоководных станций (АГС) – это аналог отряда космонавтов в ВМФ. Офицеры при поступлении в него проходят отбор по стандарту космонавтов. Отбор идет из числа наиболее перспективных подводников уровня командира боевой части или помощника командира лодки – поэтому в составе экипажа АС-12 не было младших офицеров.
У успешных офицеров-подводников в случае продолжения обычной карьеры (командование лодкой, затем дивизией лодок) есть хороший шанс дослужиться до адмиральских погон. В то же время поступление в «отряд гидронавтов» делает такую перспективу крайне маловероятной, офицеры, как правило, уходят в запас капитанами 1-го ранга (семь офицеров в этом звании погибли на АС-12). Однако престиж службы в этой элитной воинской части, занимающейся секретными спецоперациями, крайне высок - всего за всю ее историю не менее 27 офицеров получили звезды Героев Советского Союза и Героев России.
Алексей Макаркин
У успешных офицеров-подводников в случае продолжения обычной карьеры (командование лодкой, затем дивизией лодок) есть хороший шанс дослужиться до адмиральских погон. В то же время поступление в «отряд гидронавтов» делает такую перспективу крайне маловероятной, офицеры, как правило, уходят в запас капитанами 1-го ранга (семь офицеров в этом звании погибли на АС-12). Однако престиж службы в этой элитной воинской части, занимающейся секретными спецоперациями, крайне высок - всего за всю ее историю не менее 27 офицеров получили звезды Героев Советского Союза и Героев России.
Алексей Макаркин
Министр иностранных дел Армении 4 июля отправляется в Степанакерт на встречу с руководством непризнанной Нагорно-Карабахской республики. Поездками высших политических представителей Еревана в Степанакерт никого особо не удивишь. Несмотря на отсутствие официального признания Карабаха со стороны Армении, следует рассматривать эти два образования с разным статусом, как единый комплекс безопасности и дипломатии.
Однако нынешний визит Зограба Мнацаканяна представляет значительный интерес в силу нескольких причин. После того, как команда Никола Пашиняна пришла к власти, ее фирменным знаком на карабахском направлении стало продвижение тезиса о вовлечении НКР в переговорный процесс. И хотя эта цель не достигнута, а неучастие особой карабахской делегации не мешает ни премьеру, ни руководителю МИД общаться с азербайджанскими визави, Ереван всячески подчеркивает приверженность своему подходу. Как следствие, проведение консультаций в Карабахе после очередного раунда переговоров Мнацаканяна и главы азербайджанского МИД Эльмара Мамедьярова в Вашингтоне. Это своеобразный месседж Баку, странам-сопредседателям: мнение Степанакерта для Еревана не является просто фигурой речи.
Впрочем, весь этот внешнеполитический контекст не оттеняет и внутриармянской повестки. Речь в данном случае об отношениях между Арменией и НКР. Из-за «дела Роберта Кочаряна» они заметно обострились. И карабахское руководство, мягко говоря, считается в Ереване сложным партнером. Тем не менее, стороны не хотят нарушать «коабитацию», существующую сегодня, до выборов 2020 года в Карабахе. В этом плане визит Мнацаканяна – сигнал о том, что Ереван не станет (по крайней мере, без видимых причин) нарушать сложившийся статус-кво.
Сергей Маркедонов
Однако нынешний визит Зограба Мнацаканяна представляет значительный интерес в силу нескольких причин. После того, как команда Никола Пашиняна пришла к власти, ее фирменным знаком на карабахском направлении стало продвижение тезиса о вовлечении НКР в переговорный процесс. И хотя эта цель не достигнута, а неучастие особой карабахской делегации не мешает ни премьеру, ни руководителю МИД общаться с азербайджанскими визави, Ереван всячески подчеркивает приверженность своему подходу. Как следствие, проведение консультаций в Карабахе после очередного раунда переговоров Мнацаканяна и главы азербайджанского МИД Эльмара Мамедьярова в Вашингтоне. Это своеобразный месседж Баку, странам-сопредседателям: мнение Степанакерта для Еревана не является просто фигурой речи.
Впрочем, весь этот внешнеполитический контекст не оттеняет и внутриармянской повестки. Речь в данном случае об отношениях между Арменией и НКР. Из-за «дела Роберта Кочаряна» они заметно обострились. И карабахское руководство, мягко говоря, считается в Ереване сложным партнером. Тем не менее, стороны не хотят нарушать «коабитацию», существующую сегодня, до выборов 2020 года в Карабахе. В этом плане визит Мнацаканяна – сигнал о том, что Ереван не станет (по крайней мере, без видимых причин) нарушать сложившийся статус-кво.
Сергей Маркедонов
Начавший вчера заседания новый состав Европарламента сегодня избрал своего председателя. Им стал итальянский социалист Давид Сассоли. Интересно, что мучительно согласованный во вторник лидерами стран ЕС пакет кандидатур на руководящие посты в основных институтах союза включал рекомендацию избрать главой ЕП экс-премьера Болгарии, председателя Партии европейских социалистов Сергея Станишева. Однако Станишев почему-то отказался выдвигаться.
В итоге на голосование в Европарламенте своих кандидатов выдвинули четыре фракции. Социал-демократы – Давида Сассоли, «Зеленые» – немку Ска Келлер, евроскептическая фракция «Европейские консерваторы и реформисты», основу которой составляет польская правящая партия «Право и справедливость», – чеха Яна Заградила, леваки из группы «Европейские объединенные левые/Лево-зеленые Севера» – испанку Сиру Рего.
Показательно, что самая многочисленная фракция – консерваторы «Европейской народной партии» – своего кандидата не выдвинула, ориентируясь на пакетное соглашение лидеров стран ЕС, которое предусматривает, что первую половину пятилетнего срока полномочий Европарламент будет возглавлять социал-демократ, а вторую половину – представитель ЕНП (возможно, Манфред Вебер, которому пришлось расстаться с надеждами на пост президента Еврокомиссии).
В такой ситуации итоги голосования были легко предсказуемы, хотя для достижения абсолютного большинства потребовалось два тура. Во втором туре Давид Сассоли получил 345 голосов из 667 (в ЕП сейчас 751 депутат, но представители выходящей из ЕС Великобритании не голосовали). Обращает на себя внимание результат пришедшего вторым чеха Яна Заградила. За него проголосовали 160 депутатов – конечно, это не только члены его фракции, но разношерстные представители евроскептиков и национал-популистов, что дает представление об их электоральном ресурсе в новом составе ЕП. Немало набрала и «зеленая» Ска Келлер – 119 голосов.
Насколько авторитетным лидером европарламентариев станет Давид Сассоли – пока вопрос без ответа. В Италии он был популярен как телеведущий, но на европейской политической сцене мало известен. Впрочем, в предыдущем составе Европарламента он был одним из 14 вице-председателей и в этом качестве имеет опыт ведения пленарных заседаний в Страсбурге. Ясно, что с учетом значительно более разнообразного в идейно-политическом плане депутатского корпуса задачи председателя ЕП серьезно усложнятся. Первым испытанием для Сассоли станет проведение через парламент кандидатур из кадрового пакета Евросовета, по которым у многих депутатов есть сомнения.
Александр Ивахник
В итоге на голосование в Европарламенте своих кандидатов выдвинули четыре фракции. Социал-демократы – Давида Сассоли, «Зеленые» – немку Ска Келлер, евроскептическая фракция «Европейские консерваторы и реформисты», основу которой составляет польская правящая партия «Право и справедливость», – чеха Яна Заградила, леваки из группы «Европейские объединенные левые/Лево-зеленые Севера» – испанку Сиру Рего.
Показательно, что самая многочисленная фракция – консерваторы «Европейской народной партии» – своего кандидата не выдвинула, ориентируясь на пакетное соглашение лидеров стран ЕС, которое предусматривает, что первую половину пятилетнего срока полномочий Европарламент будет возглавлять социал-демократ, а вторую половину – представитель ЕНП (возможно, Манфред Вебер, которому пришлось расстаться с надеждами на пост президента Еврокомиссии).
В такой ситуации итоги голосования были легко предсказуемы, хотя для достижения абсолютного большинства потребовалось два тура. Во втором туре Давид Сассоли получил 345 голосов из 667 (в ЕП сейчас 751 депутат, но представители выходящей из ЕС Великобритании не голосовали). Обращает на себя внимание результат пришедшего вторым чеха Яна Заградила. За него проголосовали 160 депутатов – конечно, это не только члены его фракции, но разношерстные представители евроскептиков и национал-популистов, что дает представление об их электоральном ресурсе в новом составе ЕП. Немало набрала и «зеленая» Ска Келлер – 119 голосов.
Насколько авторитетным лидером европарламентариев станет Давид Сассоли – пока вопрос без ответа. В Италии он был популярен как телеведущий, но на европейской политической сцене мало известен. Впрочем, в предыдущем составе Европарламента он был одним из 14 вице-председателей и в этом качестве имеет опыт ведения пленарных заседаний в Страсбурге. Ясно, что с учетом значительно более разнообразного в идейно-политическом плане депутатского корпуса задачи председателя ЕП серьезно усложнятся. Первым испытанием для Сассоли станет проведение через парламент кандидатур из кадрового пакета Евросовета, по которым у многих депутатов есть сомнения.
Александр Ивахник
Новый всплеск конфронтации между Россией и Грузией продолжают широко обсуждать в журналистских и экспертных кругах. На сегодня, пожалуй, главной проблемой является вопрос о глубине падения двусторонних отношений. Ясно, что «нормализация», начавшаяся в 2012 году после прихода к власти «Грузинской мечты», новых импульсов не получит. Но не менее важно понимание, станет ли неизбежным откат в отношениях между странами на уровень если не 2008 года, то периода «позднего Михаила Саакашвили».
Если судить по недавним заявлениям представителей Москвы и Тбилиси, с двух сторон есть понимание необходимости остудить эмоции и восстановить прагматические подходы. В канун очередного раунда т.н. «Женевских консультаций (в нынешнем контексте сам факт их проведения крайне важен) заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин в интервью грузинской компании «Имеди» обозначил несколько важных тезисов. Так, по его словам, нынешняя ситуация, сложившаяся после событий 20-21 июня, «нежелательна для наших отношений». В то же самое время, он отметил, что антироссийские акции в Грузии» сыграли деструктивную роль. И потому «нужно определенное время». Тем не менее, дипломат подчеркнул, что необходимо лучшее понимание друг друга для преодоления наступившего кризиса.
Интересно, что незадолго до этого премьер-министр Грузии Мамука Бахтадзе также в интервью «Имеди» заявил о проработке вопроса о сохранении формата консультаций между Карасиным и грузинским спецпредставителем по связям с Россией Зурабом Абашидзе. Таким образом, к радикальному разрыву стороны не готовы. Однако удастся ли правящей партии в Грузии накануне главных выборов четырехлетия воздержаться от разыгрывания антироссийской карты в своем соревновании со сторонниками экс-президента Михаила Саакашвили? Ведь в отличие от «мечтателей» «националов» (и «европеистов») в проявлениях негативизма в отношении к Москве ничто и никто особо не сдерживает. Во многом от ответа на поставленный выше вопрос зависят перспективы двусторонней «нормализации». Сегодня имеются шансы на то, что данный процесс к доиюньской отметке, но и вероятность продолжения конфронтации, увы, остается высокой.
Сергей Маркедонов
Если судить по недавним заявлениям представителей Москвы и Тбилиси, с двух сторон есть понимание необходимости остудить эмоции и восстановить прагматические подходы. В канун очередного раунда т.н. «Женевских консультаций (в нынешнем контексте сам факт их проведения крайне важен) заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин в интервью грузинской компании «Имеди» обозначил несколько важных тезисов. Так, по его словам, нынешняя ситуация, сложившаяся после событий 20-21 июня, «нежелательна для наших отношений». В то же самое время, он отметил, что антироссийские акции в Грузии» сыграли деструктивную роль. И потому «нужно определенное время». Тем не менее, дипломат подчеркнул, что необходимо лучшее понимание друг друга для преодоления наступившего кризиса.
Интересно, что незадолго до этого премьер-министр Грузии Мамука Бахтадзе также в интервью «Имеди» заявил о проработке вопроса о сохранении формата консультаций между Карасиным и грузинским спецпредставителем по связям с Россией Зурабом Абашидзе. Таким образом, к радикальному разрыву стороны не готовы. Однако удастся ли правящей партии в Грузии накануне главных выборов четырехлетия воздержаться от разыгрывания антироссийской карты в своем соревновании со сторонниками экс-президента Михаила Саакашвили? Ведь в отличие от «мечтателей» «националов» (и «европеистов») в проявлениях негативизма в отношении к Москве ничто и никто особо не сдерживает. Во многом от ответа на поставленный выше вопрос зависят перспективы двусторонней «нормализации». Сегодня имеются шансы на то, что данный процесс к доиюньской отметке, но и вероятность продолжения конфронтации, увы, остается высокой.
Сергей Маркедонов
Как и можно было ожидать, новое поражение правящей партии на повторных выборах мэра Стамбула 23 июня сильно осложнило внутриполитическое положение президента Эрдогана. Стало ясно, что продавливание перевыборов в Стамбуле явилось грубым просчетом Эрдогана. Если на выборах 31 марта неудачи кандидатов в мэры от правящей партии в крупнейших городах Турции определялись прежде всего экономическими причинами (рецессия, обесценение лиры, высокая инфляция и безработица), то на перевыборах в Стамбуле большую роль сыграло недовольство явным произволом с отменой изначального результата.
Разрыв между кандидатом от оппозиционной Народно-республиканской партии Экремом Имамоглу и экс-премьером Бинали Йылдырымом увеличился с 13 тыс. голосов до 800 тыс. За Имамоглу проголосовало большинство даже в самых консервативных районах Стамбула. Серьезной ошибкой Эрдогана было и то, что он позиционировал перевыборы в Стамбуле как референдум о доверии своему правлению. Поэтому результат перевыборов был воспринят в стране как тяжелое поражение лично для турецкого авторитарного лидера.
Это сразу отразилось на снижении популярности Эрдогана. Один из последних опросов, проведенных надежной компанией Metropoll, показал, что доля недовольных политикой президента составляет 45,9% (рост на 2,7 п.п.), тогда как доля сторонников равняется 43,7%. Почти две трети возлагают на президента вину за все трудности, с которыми столкнулась страна. Но главное не в этом. Экрем Имамоглу, до выборов малоизвестный мэр одного из районов Стамбула, буквально в течение нескольких месяцев превратился в политического лидера общенационального масштаба. Многие в Турции считают, что на следующих президентских выборах он сможет составить серьезную конкуренцию Реджепу Эрдогану, которая отсутствовала многие годы.
В такой ситуации в правящей Партии справедливости и развития усиливается недовольство волюнтаристским стилем правления Эрдогана, игнорирующего чужие мнения, и продолжением линии на жесткое разделение общества между своими сторонниками и врагами страны, террористами и их пособниками. Ожидается, что уже в ближайшее время участвовавшие в основании ПСР бывший президент Абдула Гюль и экс-министр финансов Али Бабакан покинут ПСР и создадут новую партию, на которую переориентируются консерваторы, потерявшие доверие к президенту. Правда, у Эрдогана есть еще четыре года до следующих президентских выборов. Однако если ему не удастся добиться возобновления уверенного экономического роста, то политическая база его поддержки продолжит сужаться.
Александр Ивахник
Разрыв между кандидатом от оппозиционной Народно-республиканской партии Экремом Имамоглу и экс-премьером Бинали Йылдырымом увеличился с 13 тыс. голосов до 800 тыс. За Имамоглу проголосовало большинство даже в самых консервативных районах Стамбула. Серьезной ошибкой Эрдогана было и то, что он позиционировал перевыборы в Стамбуле как референдум о доверии своему правлению. Поэтому результат перевыборов был воспринят в стране как тяжелое поражение лично для турецкого авторитарного лидера.
Это сразу отразилось на снижении популярности Эрдогана. Один из последних опросов, проведенных надежной компанией Metropoll, показал, что доля недовольных политикой президента составляет 45,9% (рост на 2,7 п.п.), тогда как доля сторонников равняется 43,7%. Почти две трети возлагают на президента вину за все трудности, с которыми столкнулась страна. Но главное не в этом. Экрем Имамоглу, до выборов малоизвестный мэр одного из районов Стамбула, буквально в течение нескольких месяцев превратился в политического лидера общенационального масштаба. Многие в Турции считают, что на следующих президентских выборах он сможет составить серьезную конкуренцию Реджепу Эрдогану, которая отсутствовала многие годы.
В такой ситуации в правящей Партии справедливости и развития усиливается недовольство волюнтаристским стилем правления Эрдогана, игнорирующего чужие мнения, и продолжением линии на жесткое разделение общества между своими сторонниками и врагами страны, террористами и их пособниками. Ожидается, что уже в ближайшее время участвовавшие в основании ПСР бывший президент Абдула Гюль и экс-министр финансов Али Бабакан покинут ПСР и создадут новую партию, на которую переориентируются консерваторы, потерявшие доверие к президенту. Правда, у Эрдогана есть еще четыре года до следующих президентских выборов. Однако если ему не удастся добиться возобновления уверенного экономического роста, то политическая база его поддержки продолжит сужаться.
Александр Ивахник
По поводу визита Владимира Путина в Ватикан. Как обычно, журналисты обсуждают тему приезда папы в Россию. И как обычно, никаких сенсаций не происходит, визит носит протокольный характер.
Если смотреть опросы, то кажется, что особых проблем с приездом папы в Россию нет. Опрос Левада-центра, проведенный в 2013 году, показал, что 19% определенно за такой визит, и еще 52% - скорее за. Определенно против – 1 (один!)%, скорее против – 8%. Опрос ФОМа 2016 года показал забавную картину. Россияне плохо разбираются в главном отличии католиков от православных – вопросе о том, исходит ли Святой Дух только от Отца или от Отца и Сына. Лишь 10% дали «православный» ответ – только от Отца. 69% выбрали католический вариант. Понятно, что респондентам не сообщили заранее, какая церковь какой ответ считает верным – иначе большинство предпочли бы православный вариант. Но само такое незнание свидетельствует о том, что абсолютному большинству россиян ключевое богословское отличие (зафиксированное, между прочим, в Символе Веры, который верующие произносят вслух на каждой литургии) совершенно неинтересно.
Но проблема в том, что 1% категорических противников визита папы и немалая часть из 8%, которые «скорее против» - это в основном практикующие («воцерковленные») верующие. Опрос ФОМ 2014 года показал, что таковых в России 13% от числа православных (а всего к православию относят себя 68%). То есть всего 8-9% населения. То есть визит папы может всколыхнуть группу численно не очень большую, но активную и в церкви весьма влиятельную. Это и часть архиереев, и многие монашествующие, и постоянные прихожане, можно сказать, «живущие» в церкви. Ссориться с ними ни светские власти, ни патриарх Кирилл (которого церковные реакционеры давно подозревают в симпатиях к католикам) не хотят – поэтому папа Франциск в Москву и не приезжает.
Алексей Макаркин
Если смотреть опросы, то кажется, что особых проблем с приездом папы в Россию нет. Опрос Левада-центра, проведенный в 2013 году, показал, что 19% определенно за такой визит, и еще 52% - скорее за. Определенно против – 1 (один!)%, скорее против – 8%. Опрос ФОМа 2016 года показал забавную картину. Россияне плохо разбираются в главном отличии католиков от православных – вопросе о том, исходит ли Святой Дух только от Отца или от Отца и Сына. Лишь 10% дали «православный» ответ – только от Отца. 69% выбрали католический вариант. Понятно, что респондентам не сообщили заранее, какая церковь какой ответ считает верным – иначе большинство предпочли бы православный вариант. Но само такое незнание свидетельствует о том, что абсолютному большинству россиян ключевое богословское отличие (зафиксированное, между прочим, в Символе Веры, который верующие произносят вслух на каждой литургии) совершенно неинтересно.
Но проблема в том, что 1% категорических противников визита папы и немалая часть из 8%, которые «скорее против» - это в основном практикующие («воцерковленные») верующие. Опрос ФОМ 2014 года показал, что таковых в России 13% от числа православных (а всего к православию относят себя 68%). То есть всего 8-9% населения. То есть визит папы может всколыхнуть группу численно не очень большую, но активную и в церкви весьма влиятельную. Это и часть архиереев, и многие монашествующие, и постоянные прихожане, можно сказать, «живущие» в церкви. Ссориться с ними ни светские власти, ни патриарх Кирилл (которого церковные реакционеры давно подозревают в симпатиях к католикам) не хотят – поэтому папа Франциск в Москву и не приезжает.
Алексей Макаркин
2-3 июля в Женеве прошел очередной, уже сорок восьмой по счету раунд дискуссий по безопасности на Кавказе. Этот формат существует, начиная с осени 2008 года. За все это время он успел превратиться в дипломатическую рутину. И прорывов от него никто особо не ждет. Но было бы, как минимум, поспешно причислять эту переговорную площадку к неэффективным проектам.
Женевские консультации - единственный формат, где происходит встреча всех сторон, вовлеченных в конфликты в Абхазии и в Южной Осетии, включая и представителей частично признанных республик. Грузинские политики могут сколь угодно называть эти два региона оккупированными, но в Швейцарии они говорят с теми, кого «за глаза» могут называть «марионетками Кремля». И не просто говорят, они вовлечены в разрешение текущих проблем безопасности и гуманитарных сюжетов. В Женеве российские представители также могут обсудить кавказские проблемы с коллегами из ЕС, США, международных организаций.
Когда отношения Москвы и Тбилиси вступили в фазу новой резкой эскалации, сорок восьмой раунд Женевских дискуссий оказался под вопросом. Но в итоге все стороны согласились на проведение очередной встречи. Заметим, в канун ее были сделаны важные заявления, демонстрирующие готовность и Москвы и Тбилиси к поиску рациональных развязок кризиса. И то, что на переговорах в Швейцарии не удалось принять совместное устное заявление о приверженности сторон к неприменению силы, порождено не июньскими массовыми протестами в грузинской столице. К этому компромиссу стороны давно не могут прийти. Для России конфликт - это противоборство бывших грузинских автономий с Тбилиси, а для Грузии – российско-грузинское противостояние.
Разное понимание проблемы и разное видение ответственности за ее решение. Москва не хочет давать некие гарантии неприменения силы Тбилиси, а в свою очередь грузинские политики не видят смысла иметь дело с абхазами и осетинами, видя за их спинами Кремль. Получается, как в известной детской считалке, «на колу мочало, начинай сначала»! Сорок девятый раунд Женевских консультаций состоится, скорее всего, в октябре. До этого времени есть возможность хотя бы стабилизировать нынешнее положение, не дать скатиться к новому конфронтационному витку.
Сергей Маркедонов
Женевские консультации - единственный формат, где происходит встреча всех сторон, вовлеченных в конфликты в Абхазии и в Южной Осетии, включая и представителей частично признанных республик. Грузинские политики могут сколь угодно называть эти два региона оккупированными, но в Швейцарии они говорят с теми, кого «за глаза» могут называть «марионетками Кремля». И не просто говорят, они вовлечены в разрешение текущих проблем безопасности и гуманитарных сюжетов. В Женеве российские представители также могут обсудить кавказские проблемы с коллегами из ЕС, США, международных организаций.
Когда отношения Москвы и Тбилиси вступили в фазу новой резкой эскалации, сорок восьмой раунд Женевских дискуссий оказался под вопросом. Но в итоге все стороны согласились на проведение очередной встречи. Заметим, в канун ее были сделаны важные заявления, демонстрирующие готовность и Москвы и Тбилиси к поиску рациональных развязок кризиса. И то, что на переговорах в Швейцарии не удалось принять совместное устное заявление о приверженности сторон к неприменению силы, порождено не июньскими массовыми протестами в грузинской столице. К этому компромиссу стороны давно не могут прийти. Для России конфликт - это противоборство бывших грузинских автономий с Тбилиси, а для Грузии – российско-грузинское противостояние.
Разное понимание проблемы и разное видение ответственности за ее решение. Москва не хочет давать некие гарантии неприменения силы Тбилиси, а в свою очередь грузинские политики не видят смысла иметь дело с абхазами и осетинами, видя за их спинами Кремль. Получается, как в известной детской считалке, «на колу мочало, начинай сначала»! Сорок девятый раунд Женевских консультаций состоится, скорее всего, в октябре. До этого времени есть возможность хотя бы стабилизировать нынешнее положение, не дать скатиться к новому конфронтационному витку.
Сергей Маркедонов
Нынешнее британское правительство в последний месяц своего существования предпринимает весьма неловкие внешнеполитические действия. Ну, по поводу демаршей в отношении Гонконга и Китая еще как-то можно объяснить: чувствуют историческую ответственность за сохранение принципа «одна страна – две системы». А вот вчерашний захват британскими морскими пехотинцами иранского нефтяного супертанкера Grace 1 у берегов Гибралтара выглядит совсем странно.
Глава Форин-офиса Джереми Хант в Твиттере поздравил военных моряков, осуществлявших высадку на танкер с вертолета и моторных лодок, со «смелым шагом», направленным на выполнение антисирийских санкций. «Их быстрые действия лишили кровожадный режим Асада ценных ресурсов». Действительно, танкер вроде бы должен был доставить сырую нефть на нефтеперерабатывающий завод в Сирии. И действительно санкции ЕС в отношении правительства Башара Асада, введенные в 2011 году и продленные в мае этого года еще на 12 месяцев, включают эмбарго на поставки нефти. Но вообще-то эти санкции касаются европейских компаний, а не компаний третьих стран.
Особую пикантность ситуации придает тот факт, что речь идет об иранском танкере и иранской нефти. Великобритания, наряду с Францией, Германией и Евросоюзом в целом, является участником иранской ядерной сделки. Она вместе с партнерами осудила односторонний выход США из этой сделки и обещала Тегерану предпринимать шаги, направленные на нейтрализацию антииранских санкций Вашингтона. Нынешний же шаг вызвал естественное возмущение иранских властей.Один из высокопоставленных командиров КСИР пригрозил ответным захватом британского танкера.
Ситуация может привести к нарастанию конфронтации Ирана не только с США, но и с Западом в целом, и ускорить эрозию ядерной сделки. Кроме того, действия Великобритании вызвали раздражение в Мадриде, который считает воды вокруг Гибралтара своими территориальными водами. Глава МИД Испании Жозеп Боррель, являющийся официальным номинантом на пост главы европейской дипломатии, заявил, что Британия действовала по требованию Вашингтона и что Испания изучает обстоятельства операции на предмет нарушения ее суверенитета. Одним словом, нескладно всё получилось. Впрочем, то ли еще будет, когда примерно через месяц правительство Великобритании возглавит Борис Джонсон.
Александр Ивахник
Глава Форин-офиса Джереми Хант в Твиттере поздравил военных моряков, осуществлявших высадку на танкер с вертолета и моторных лодок, со «смелым шагом», направленным на выполнение антисирийских санкций. «Их быстрые действия лишили кровожадный режим Асада ценных ресурсов». Действительно, танкер вроде бы должен был доставить сырую нефть на нефтеперерабатывающий завод в Сирии. И действительно санкции ЕС в отношении правительства Башара Асада, введенные в 2011 году и продленные в мае этого года еще на 12 месяцев, включают эмбарго на поставки нефти. Но вообще-то эти санкции касаются европейских компаний, а не компаний третьих стран.
Особую пикантность ситуации придает тот факт, что речь идет об иранском танкере и иранской нефти. Великобритания, наряду с Францией, Германией и Евросоюзом в целом, является участником иранской ядерной сделки. Она вместе с партнерами осудила односторонний выход США из этой сделки и обещала Тегерану предпринимать шаги, направленные на нейтрализацию антииранских санкций Вашингтона. Нынешний же шаг вызвал естественное возмущение иранских властей.Один из высокопоставленных командиров КСИР пригрозил ответным захватом британского танкера.
Ситуация может привести к нарастанию конфронтации Ирана не только с США, но и с Западом в целом, и ускорить эрозию ядерной сделки. Кроме того, действия Великобритании вызвали раздражение в Мадриде, который считает воды вокруг Гибралтара своими территориальными водами. Глава МИД Испании Жозеп Боррель, являющийся официальным номинантом на пост главы европейской дипломатии, заявил, что Британия действовала по требованию Вашингтона и что Испания изучает обстоятельства операции на предмет нарушения ее суверенитета. Одним словом, нескладно всё получилось. Впрочем, то ли еще будет, когда примерно через месяц правительство Великобритании возглавит Борис Джонсон.
Александр Ивахник
Борис Макаренко об итогах международного парламентского форума «Развитие парламентаризма», прошедшего на минувшей неделе https://telegra.ph/Mezhparlamentskoe-sotrudnichestvovyzovy-i-otvety-07-09
Telegraph
Межпарламентское сотрудничество:вызовы и ответы
Статья председателя Государственной Думы В.В.Володина в сегодняшней «Российской газете» побудила вернуться к осмыслению итогов международного парламентского форума «Развитие парламентаризма», прошедшего на минувшей неделе. Казалось бы, дипломатия и шире –…
В статье Вячеслава Володина, посвященной прошедшему в Москве международному форуму «Развитие парламентаризма», подняты важные вопросы для функционирования законодательной власти в современном мире. Депутаты – это люди, избранные гражданами, они находятся в постоянном общении со своими избирателями и, как правило, хорошо чувствуют их запросы. Один из ключевых запросов общества – на отказ от конфронтационности во внешней политике, на диалог, на поиск тем, которые объединяют людей, а не усиливают конфликтность. В связи с этим парламентская дипломатия может стимулировать поиск таких тем и достижение взаимопонимания.
Очень важно, что в этом диалоге участвуют представители разных стран, живущих на различных скоростях. Кто-то уже в постиндустриальном мире, а кто-то продолжает жить по стандартам ХХ столетия. Нередко «общества на разных скоростях» существуют в рамках одной страны – сравним мегаполис и отдаленную деревню. Но везде живут люди, которые направляют представителей в парламенты своих стран с тем, чтобы они отстаивали их интересы. Например, проблема цифровой экономики – она важна для прогресса современного мира, но в то же время «цифра» может увеличить разрыв между передовыми и отстающими, между теми, кто может быстро ее освоить, и теми, кто превращается в еще больших аутсайдеров.
Активно обсуждается вопрос о кибервмешательстве во внутренние дела. В связи с бурным развитием информационных технологий чрезвычайно актуальна тема фейковых новостей, когда люди не могут самостоятельно ориентироваться в огромном объеме информации и верят недостоверным вбросам, сознательно распространяемым в традиционных или Интернет-СМИ, в социальных сетях.
Межпарламентский диалог исторически основан на компромиссе и согласовании интересов, когда можно и нужно слышать каждого. Такую возможность предоставляет проведение подобных форумов, в которых на равных участвуют представители различных стран, люди разных культур, исторических традиций и политических взглядов.
Алексей Макаркин
Очень важно, что в этом диалоге участвуют представители разных стран, живущих на различных скоростях. Кто-то уже в постиндустриальном мире, а кто-то продолжает жить по стандартам ХХ столетия. Нередко «общества на разных скоростях» существуют в рамках одной страны – сравним мегаполис и отдаленную деревню. Но везде живут люди, которые направляют представителей в парламенты своих стран с тем, чтобы они отстаивали их интересы. Например, проблема цифровой экономики – она важна для прогресса современного мира, но в то же время «цифра» может увеличить разрыв между передовыми и отстающими, между теми, кто может быстро ее освоить, и теми, кто превращается в еще больших аутсайдеров.
Активно обсуждается вопрос о кибервмешательстве во внутренние дела. В связи с бурным развитием информационных технологий чрезвычайно актуальна тема фейковых новостей, когда люди не могут самостоятельно ориентироваться в огромном объеме информации и верят недостоверным вбросам, сознательно распространяемым в традиционных или Интернет-СМИ, в социальных сетях.
Межпарламентский диалог исторически основан на компромиссе и согласовании интересов, когда можно и нужно слышать каждого. Такую возможность предоставляет проведение подобных форумов, в которых на равных участвуют представители различных стран, люди разных культур, исторических традиций и политических взглядов.
Алексей Макаркин
Парламентские выборы в Греции прошли почти незамеченными для России, что неудивительно. В 2015 году, когда впервые в истории страны на них победила левая партия СИРИЗА, в Москве надеялись, что «левацкий» вождь Алексис Ципрас, заняв пост премьера, заблокирует санкции Евросоюза в отношении России. И вообще начнет сближение с Москвой. Ничего подобного не произошло. СИРИЗА в считанные месяцы из левой стала левоцентристской, заняв в политическом пространстве Греции место, ранее принадлежавшее социалистам из партии ПАСОК (их греческое общество признало виновными в масштабном кризисе, чуть было не обрушившим экономику страны). Ципрас на посту премьера вел себя как обычный европейский политик, страна продолжала сотрудничество с международными финансовыми организациями.
А отношения с Россией были даже хуже, чем при его предшественниках из-за шпионского скандала и ограничений для священников из РПЦ при получении греческих виз. Ципрас сделал ставку на договоренности с Македонией (ныне Северная Македония), которые открыли этой стране дорогу в НАТО. В Москве к такой перспективе отнеслись однозначно негативно.
Но итоги нынешних выборов выглядят интересными. Ципрас проиграл, но его партия осталась на прочном втором месте с 31% голосов. Победили правоцентристы из «Новой демократии», уже многократно управлявшие Грецией. У них почти 40%, что дает возможность сформировать стабильное однопартийное правительство. Таким образом чередование лево- и правоцентристов в Греции продолжилось. ПАСОК, прошедшая ребрендинг и выступающая теперь под флагом «Движения перемен», удержалась в политике, но далеко отстала от лидеров, получив всего 8%. Избиратели не поверили в то, что социалисты могут предложить реальные перемены.
Коммунисты сохранили свои уже привычные 5%. Крайне левые некоммунистические избиратели, разочарованные в Ципрасе, проголосовали за движение МЕРА25, основанное Янисом Варуфакисом, недолго бывшим в 2015 году министром финансов в кабинете Ципраса и выступавшим за сближение с Россией. Она получила чуть больше 3%, что при 3%-ном избирательном барьере хватило для прохождения в парламент. А вот неофашистская «Золотая заря» полностью провалилась, набрав меньше 3%. Социально-экономическая ситуация в Греции стабилизировалась, страна отошла от края пропасти, эмоции уменьшились, компромисс с Северной Македонией не вызвал политического кризиса. В этих условиях радикализм неофашистов стал раздражать многих из тех, кто ранее голосовал за них. Они предпочли более умеренную новую правую партию «Греческое решение», выступающую за дружбу с Россией и перешедшую 3%-ный барьер.
В чем важность греческого опыта? В том, что не сбываются апокалиптические прогнозы в отношении краха западной цивилизации вообще и парламентской демократии в отдельных западных странах в частности.
Алексей Макаркин
А отношения с Россией были даже хуже, чем при его предшественниках из-за шпионского скандала и ограничений для священников из РПЦ при получении греческих виз. Ципрас сделал ставку на договоренности с Македонией (ныне Северная Македония), которые открыли этой стране дорогу в НАТО. В Москве к такой перспективе отнеслись однозначно негативно.
Но итоги нынешних выборов выглядят интересными. Ципрас проиграл, но его партия осталась на прочном втором месте с 31% голосов. Победили правоцентристы из «Новой демократии», уже многократно управлявшие Грецией. У них почти 40%, что дает возможность сформировать стабильное однопартийное правительство. Таким образом чередование лево- и правоцентристов в Греции продолжилось. ПАСОК, прошедшая ребрендинг и выступающая теперь под флагом «Движения перемен», удержалась в политике, но далеко отстала от лидеров, получив всего 8%. Избиратели не поверили в то, что социалисты могут предложить реальные перемены.
Коммунисты сохранили свои уже привычные 5%. Крайне левые некоммунистические избиратели, разочарованные в Ципрасе, проголосовали за движение МЕРА25, основанное Янисом Варуфакисом, недолго бывшим в 2015 году министром финансов в кабинете Ципраса и выступавшим за сближение с Россией. Она получила чуть больше 3%, что при 3%-ном избирательном барьере хватило для прохождения в парламент. А вот неофашистская «Золотая заря» полностью провалилась, набрав меньше 3%. Социально-экономическая ситуация в Греции стабилизировалась, страна отошла от края пропасти, эмоции уменьшились, компромисс с Северной Македонией не вызвал политического кризиса. В этих условиях радикализм неофашистов стал раздражать многих из тех, кто ранее голосовал за них. Они предпочли более умеренную новую правую партию «Греческое решение», выступающую за дружбу с Россией и перешедшую 3%-ный барьер.
В чем важность греческого опыта? В том, что не сбываются апокалиптические прогнозы в отношении краха западной цивилизации вообще и парламентской демократии в отдельных западных странах в частности.
Алексей Макаркин
Президентская избирательная кампания в Абхазии набирает обороты. После госпитализации одного из главных претендентов на победу Аслана Бжания выборы были перенесены на 25 августа. Оппоненты власти связывали болезнь этого политика с отравлением. Но на сегодня эта версия не стала окончательной. Как бы то ни было, неудобство властям вся эта история доставила. Казалось бы, они стали упускать инициативу.
Однако, похоже, оппозиция не смогла навязать власти своей игры. После долгих переговоров, споров и согласований ей так и не удалось выдвинуть единого кандидата. Аслан Бжания, который еще не восстановился и продолжает лечение, поддерживается партией «Единая Абхазия» (ее рассматривают, как силу экс-премьера и бывшего главы МИД республики) Сергея Шамбы. Но при этом партия «Амцахара» «(«Родовые огни», изначально это было ветеранское движение) заявила о поддержке своего лидера Алхаса Квициния.
Впрочем, в нынешних абхазских реалиях важны не только непосредственные участники президентской гонки, но и политики, сохраняющие значительное неформальное влияние. К таковым, прежде всего, относится, Александр Анкваб. В 2014 году он покинул пост главы республики в ходе массовых протестов, но в 2017 году вернулся в политику в качестве депутата. Из-за возрастных ограничений баллотироваться в президенты он не может. Но поддержать кого-то в его силах. Этот кто-то вполне может, став главой Абхазии, назначить Анкваба премьером. Тем самым, восстановив его пошатнувшиеся позиции. В начале июля стало известно, что Анкваб поддержал Олега Аршбу.
Идет на выборы и Алмас Джапуа. Свою известность он заработал инициативами по введению законодательных ограничений по продаже недвижимости для иностранцев. Джапуа также выступал против активного проникновения иностранного крупного бизнеса в республику. Его в свое время рассматривали, как представители «третьего пути». Как бы то ни было, он, скорее всего, будет играть на поле критиков власти.
Таким образом, как и в прежние годы, абхазские выборы станут сложным уравнением с заранее неизвестным результатом. Однако, оппозиция будет участвовать в них разными «колоннами», сочетая борьбу с действующей властью и конкуренцию между собой.
Сергей Маркедонов
Однако, похоже, оппозиция не смогла навязать власти своей игры. После долгих переговоров, споров и согласований ей так и не удалось выдвинуть единого кандидата. Аслан Бжания, который еще не восстановился и продолжает лечение, поддерживается партией «Единая Абхазия» (ее рассматривают, как силу экс-премьера и бывшего главы МИД республики) Сергея Шамбы. Но при этом партия «Амцахара» «(«Родовые огни», изначально это было ветеранское движение) заявила о поддержке своего лидера Алхаса Квициния.
Впрочем, в нынешних абхазских реалиях важны не только непосредственные участники президентской гонки, но и политики, сохраняющие значительное неформальное влияние. К таковым, прежде всего, относится, Александр Анкваб. В 2014 году он покинул пост главы республики в ходе массовых протестов, но в 2017 году вернулся в политику в качестве депутата. Из-за возрастных ограничений баллотироваться в президенты он не может. Но поддержать кого-то в его силах. Этот кто-то вполне может, став главой Абхазии, назначить Анкваба премьером. Тем самым, восстановив его пошатнувшиеся позиции. В начале июля стало известно, что Анкваб поддержал Олега Аршбу.
Идет на выборы и Алмас Джапуа. Свою известность он заработал инициативами по введению законодательных ограничений по продаже недвижимости для иностранцев. Джапуа также выступал против активного проникновения иностранного крупного бизнеса в республику. Его в свое время рассматривали, как представители «третьего пути». Как бы то ни было, он, скорее всего, будет играть на поле критиков власти.
Таким образом, как и в прежние годы, абхазские выборы станут сложным уравнением с заранее неизвестным результатом. Однако, оппозиция будет участвовать в них разными «колоннами», сочетая борьбу с действующей властью и конкуренцию между собой.
Сергей Маркедонов
Пока в Украине шумели страсти вокруг мертворожденной затеи с проведением телемоста между студиями каналов NewsOne Медведчука и "Россия 1", в Киеве малозаметно прошел очередной саммит ЕС-Украина. На первый взгляд, небольшое внимание к этому событию может показаться странным – ведь это был первый официальный саммит для нового президента Владимира Зеленского, и ему важно было продемонстрировать свою способность говорить на равных с европейскими лидерами.
Но, с другой стороны, сейчас и в ЕС, и на Украине одновременно проходят процессы трансформации власти. Приехавшие в Киев глава Евросовета Дональд Туск и президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер через несколько месяцев оставят свои посты. В Украине же 21 июля выборы в Верховную раду, и тогда уже можно будет говорить о новой конфигурации сил на верхних государственных этажах. А сейчас Зеленский, по сути, не имеет рычагов влияния на правительство, которое и вело подготовительную работу к саммиту с ЕС. Это, в частности, нашло свое выражение в подписании в Киеве пяти соглашений о финансовой поддержке Евросоюзом украинских реформ на общую сумму свыше 120 млн евро. Речь идет о таких направлениях, как децентрализация, дальнейшее развитие зоны свободной торговли, усиление борьбы с коррупцией, поддержка гражданского общества и инфраструктурное развитие на востоке Украины, т.е. те сферы, которые больше всего интересуют западных патронов Киева, но общая сумма помощи довольно скромная.
Непосредственно для Владимира Зеленского саммит в большей степени имел символическое значение. Ему важно было добиться обещаний дальнейшей поддержки Украины со стороны Европы при новой власти. Такие обещания прозвучали. «Украина может рассчитывать на ЕС», – заявил Дональд Туск на пресс-конференции. В принятом совместном заявлении, как обычно, говорится о неуклонной поддержке Европой независимости, суверенитета и территориальной целостности Украины в ее международно-признанных границах, осуждается «российская агрессия в Донбассе и аннексия Крыма», содержится призыв освободить арестованных в Керченском проливе украинских военных моряков и всех украинских политзаключенных в российских тюрьмах.
Из нового – осуждение выдачи российских паспортов украинским гражданам на неподконтрольных Киеву территориях Донбасса. Но о перспективах введения новых санкций в отношении России в совместном заявлении ничего не сказано, как и о судьбе "Северного потока-2", лишь в общем плане подтверждается важность Украины для транзита российского газа в Европу. В общем, никаких возможных прорывов обозначено не было, но все остались довольны собой и друг другом.
Александр Ивахник
Но, с другой стороны, сейчас и в ЕС, и на Украине одновременно проходят процессы трансформации власти. Приехавшие в Киев глава Евросовета Дональд Туск и президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер через несколько месяцев оставят свои посты. В Украине же 21 июля выборы в Верховную раду, и тогда уже можно будет говорить о новой конфигурации сил на верхних государственных этажах. А сейчас Зеленский, по сути, не имеет рычагов влияния на правительство, которое и вело подготовительную работу к саммиту с ЕС. Это, в частности, нашло свое выражение в подписании в Киеве пяти соглашений о финансовой поддержке Евросоюзом украинских реформ на общую сумму свыше 120 млн евро. Речь идет о таких направлениях, как децентрализация, дальнейшее развитие зоны свободной торговли, усиление борьбы с коррупцией, поддержка гражданского общества и инфраструктурное развитие на востоке Украины, т.е. те сферы, которые больше всего интересуют западных патронов Киева, но общая сумма помощи довольно скромная.
Непосредственно для Владимира Зеленского саммит в большей степени имел символическое значение. Ему важно было добиться обещаний дальнейшей поддержки Украины со стороны Европы при новой власти. Такие обещания прозвучали. «Украина может рассчитывать на ЕС», – заявил Дональд Туск на пресс-конференции. В принятом совместном заявлении, как обычно, говорится о неуклонной поддержке Европой независимости, суверенитета и территориальной целостности Украины в ее международно-признанных границах, осуждается «российская агрессия в Донбассе и аннексия Крыма», содержится призыв освободить арестованных в Керченском проливе украинских военных моряков и всех украинских политзаключенных в российских тюрьмах.
Из нового – осуждение выдачи российских паспортов украинским гражданам на неподконтрольных Киеву территориях Донбасса. Но о перспективах введения новых санкций в отношении России в совместном заявлении ничего не сказано, как и о судьбе "Северного потока-2", лишь в общем плане подтверждается важность Украины для транзита российского газа в Европу. В общем, никаких возможных прорывов обозначено не было, но все остались довольны собой и друг другом.
Александр Ивахник
Грузию накрыла новая волна потрясений. Вечером в воскресенье на одном из самых рейтинговых каналов страны «Рустави-2» вышла программа «Постскриптум». Ее ведущий Георгий Габуния не нашел ничего лучше, чем начать оскорблять президента России Владимира Путина с использованием отборной ненормативной лексики.
Возможно, эта некрасивая история, случись она в иных политических контекстах, и не привлекла бы к себе столь широкого внимания. Но, во-первых, злосчастная программа появилась на фоне очередного витка российско-грузинской конфронтации. Во-вторых, она вышла на оппозиционном канале, имеющем репутацию рупора Михаила Саакашвили. Как видим, противники «Грузинской мечты», почувствовав слабину со стороны властей, начали атаковать по всем фронтам, включая и медийное поле. Был отправлен сигнал: вот как представители оппозиции будут вести себя в случае их возвращения во власть. Не самая блестящая перспектива превращения провокаций в главный политический инструмент!
Но, кажется, эта выходка «Рустави-2» показала и очевидные ограничители для антироссийской риторики. Свидетельством чему стали массовые акции протеста в телекомпании. Туда пришли люди, недовольные «пробитием нового дна». Не исключено, что они также готовы рассматривать Россию, как «оккупанта и врага», но не считают любые методы для реализации борьбы с «рукой Москвы» дозволенными. Крайне негативную оценку вызвало поведение Габунии и у властей Грузии. Так премьер Мамука Бахтадзе назвал инцидент на «Рустави-2» «войной провокаторов» против его страны. Ведь как бы кто ни объяснял его выходку внутриполитическими резонами, резонанс дошел аж до Кремля и главы Чечни Рамзана Кадырова!
Что в сухом остатке? Увы, отношения России и Грузии стали заложником внутриполитических трений в закавказской республике. И непонятно, сколько еще таких «постскриптумов» должно появиться, чтобы понять, что провокациями ничего улучшить не получится. Опасность же в том, что власти Грузии не могут контролировать подобного рода «контент». Но его воспроизводство в той или иной форме сродни соли, которой обильно посыпают открытые раны.
Возможно, эта некрасивая история, случись она в иных политических контекстах, и не привлекла бы к себе столь широкого внимания. Но, во-первых, злосчастная программа появилась на фоне очередного витка российско-грузинской конфронтации. Во-вторых, она вышла на оппозиционном канале, имеющем репутацию рупора Михаила Саакашвили. Как видим, противники «Грузинской мечты», почувствовав слабину со стороны властей, начали атаковать по всем фронтам, включая и медийное поле. Был отправлен сигнал: вот как представители оппозиции будут вести себя в случае их возвращения во власть. Не самая блестящая перспектива превращения провокаций в главный политический инструмент!
Но, кажется, эта выходка «Рустави-2» показала и очевидные ограничители для антироссийской риторики. Свидетельством чему стали массовые акции протеста в телекомпании. Туда пришли люди, недовольные «пробитием нового дна». Не исключено, что они также готовы рассматривать Россию, как «оккупанта и врага», но не считают любые методы для реализации борьбы с «рукой Москвы» дозволенными. Крайне негативную оценку вызвало поведение Габунии и у властей Грузии. Так премьер Мамука Бахтадзе назвал инцидент на «Рустави-2» «войной провокаторов» против его страны. Ведь как бы кто ни объяснял его выходку внутриполитическими резонами, резонанс дошел аж до Кремля и главы Чечни Рамзана Кадырова!
Что в сухом остатке? Увы, отношения России и Грузии стали заложником внутриполитических трений в закавказской республике. И непонятно, сколько еще таких «постскриптумов» должно появиться, чтобы понять, что провокациями ничего улучшить не получится. Опасность же в том, что власти Грузии не могут контролировать подобного рода «контент». Но его воспроизводство в той или иной форме сродни соли, которой обильно посыпают открытые раны.
Сергей Маркедонов