***

На обочине спим - посапывая друг в друга
Баба-Яга не пришла - потому что такая вьюга
Не летает черт, на приколе кузнец Вакула
Русская императрица зря черевички обула.

В мутном небе степи - поиски наши напрасны
Мы ушли на базу, не сделав то небо ясным.
И когда-то, позже -
Товарищей зло не минует.

А сейчас - пулемет из окна торчит
И сталь его ждёт, тоскует.

Помню у Гудвина заметку о том, что в этой войне победу одержит тот, кто перестанет стрелять по группам эвакуации. Поразилась тогда, что человек в пекле войны сохранил трезвую голову и гуманизм.

К слову, наши поначалу не стреляли по эвакогруппам. Потом война людей ожесточила.

Ёжик пишет, что при эвакуации тел Эрнеста и Гудвина погиб один боец, несколько человек получили ранения. Пошли сами, никто не гнал.

Ну и - к вопросу о том, какая в Лесовке "вторая-третья линия". Даже сейчас

Пишет Людмила Бентли

Поскольку боевые действия продолжаются, людей необходимо ротировать, а добровольцев на это дело то ли не хватает, то ли как-то иначе они организованы - вопрос новой мобилизации становится попросту вопросом времени.
Это реальность.
Другая часть реальности - это материально-техническое обеспечение пополнения, его обучение и руководство людьми.
Очевидно, что сейчас все эти три пункта в нашей армии вызывают вопросы.

Не мое дело советовать военным, так что просто наблюдение: по загадочной причине у нас в воюющей армии крайне низкая вертикальная мобильность, и это при довольно высоких потерях среди младшего комсостава, да и среди среднего комсостава потерях нередких.
Все мы помним истории о юных капитанах, молодых майорах, полковниках и даже генералах, которые "выросли" в ходе Великой Отечественной. Переподготовка, краткосрочные офицерские курсы - все это было тогда задействовано.

Сейчас у нас люди за 2,5 года СВО приобретают боевой опыт, получают награды, но остаются в тех же званиях и на плюс-минус тех же должностях. Причем многие из этих людей - с высшим образованием, некоторые - ещё и с опытом руководящей работы на гражданке. Более того! Кадровые офицеры, в том числе средний комсостав, не находившиеся на момент начала СВО "в рядах", зачастую воюют на сержантских должностях или должностях младших офицеров - как покойный Эрнест, который был, на минуточку, подполковником Российской армии.
Чем вызвана подобная туговыйность нашей системы - неведомо.

Что касается обучения.
Раненые младшие офицеры и сержанты у нас зачастую отправляются недолеченными на фронт (так же, как и рядовые) или зависают на месяцы в резерве, просто ходят отмечаться, затем возвращаются на ту же должность.
Что мешает на время реабилитации направить людей на курсы переподготовки, повышения квалификации, или, наоборот, привлечь в качестве инструкторов для обучения новобранцев?
Опять загадка!...

Вот и получается, что людей набирают, но распоряжаются этим ресурсом весьма, что ли, примитивно. Мобилизованные воюют два года практически без ротаций, роста кадров внутри системы не происходит, переводы после ранений на инструкторские/штабные должности - единичны.

При такой странной кадровой политике, далёкой не только от гуманизма, но и от элементарной целесообразности - наше высшее руководство не торопится с принятием решения о новой волне мобилизации. И я его отлично понимаю.
Потому что мотивация людей идти в ряды сейчас куда ниже, чем два года назад - и вызвано это негативным опытом предыдущих мобилизованных и добровольцев.

Зафиксируем для истории, так сказать.
Ответ Кати-Вали о погибших Эрнесте, Гудвине и товарищах: "они вели себя как трусы".

Люди пошли на задачу, предполагая, что там погибнут, и погибли - так, по версии Кати-Вали, выглядит трусость.

Отдельный вопрос - куда делось все оборудование отряда Эрнеста-Гудвина; при их контактах с волонтерами у них не могло не быть тех же тепловизоров. Мне случилось как-то выезжать на охоту за "Бабой-Ягой" с военными; при наличии тепловизора и РПК (да даже и автомата), ты - охотник, без теплака ты превращаешься в жертву.
Насколько я понимаю, у Димы "Гудвина", который стоял на "глазах", когда прилетел ночной дрон-бомбардировщик, тепловизора не было.

Я очень стараюсь быть сдержанной в эмоциях, но цинизм этих дам переходит все границы

У Михаила Полынкова появилась запись интервью с Сергеем Викторовичем Грицаем, "Эрнестом", сделанная, судя по знаку, для канала Юрия Котенка (на канале Котенка этого видео нет или оно не ищется по имени).
Рекомендую посмотреть, чтобы получить представление о человеке.
Дмитрий "Гудвин" Лысаковский, так вышло, более известен - а вот Эрнест несколько в тени.

И немного личного впечатления.
Пересекались с Эрнестом несколько раз. По нему сразу было понятно, что это человек совершенно в военном смысле системный, грамотный и очень ответственный. Меня несколько опечалило тогда, что он зашел через батальон Стрелкова - потому что Игорь Иванович очень уж многих успел восстановить против себя, флер этот тянется и за его соратниками.
При этом Эрнест доброволец именно 2022-го, не четырнадцатого, и в этом его "системность" проявляется тоже.

Совершенно неподвластна здравому смыслу ситуация, когда опытного кадрового офицера Российской армии, подполковника, некогда - начштаба полка, в ходе боевых действий - командира высокотехнологичного отряда БПЛА, гонят вместе с подчинёнными, словно Иванушку-дурачка - "пойди туда не знаю куда", без снаряжения под украинские дроны.

Я понимаю (хоть и не могу принять) долю недоверия или скорее непонимания российскими кадровыми военными - командиров, выросших из ополченцев.
Но в случае Эрнеста и других подобных случаях идейных кадровых офицеров, такое ощущение, система просто рубит себе руки - плоть от плоти ее.
Умелые, верные руки.

Эту самоубийственную практику необходимо прекратить.

Несмотря на трудности наши и потери, фронт противника в ДНР сыпется.
Наметился целый ряд охватов, по последним сообщениям - Российская армия начала штурмовые действия в Угледаре.

"Воевать уменьем, а не числом" - по слову непобедимого Александра Суворова

Донбасс - бои за Угледар. В город вошли русские воины, их поддерживает артиллерия

@OpenUkraine

Угледарское направление, архивный сюжет августа 2023-го года. Позиции батальона "Восток". Добираться до них приходилось по ночной просёлочной дороге, с выключенными фарами, при скорости от 60 и выше. На буханке. Водитель смотрел на дорогу через натянутый на глаза "ночник" ПНВ. Несмотря на эти предосторожности, тем не менее укропы нас все равно "срисовали" с воздуха и приветствовали по пути "артиллерийским салютом". Короче путешествие на позиции запомнилось как эмоционально волнительное. Одного из героев репортажа, с позывным "Слоник", уже нет в живых - он вскоре погиб от удара "кассетами" на тех же позициях...

Сейчас, когда Угледарская эпопея похоже идёт к развязке, решил вспомнить события годичной давности, которые этому предшествовали. Вспомнить вклад живых и мертвых бойцов родного мне батальона "Восток", в то, чтобы укропов там не было.

Сказ о русской правде, русской литературе, народе и богатырях

…Когда погиб Андрей Морозов, мне на ум пришла формула: в тот момент, когда в России исчезнет подобный человеческий тип, придет конец классическому русскому роману.
Классический текст русской литературы схлопнется, не находя оснований в реальности.
Мне известно, что Андрей был для кого-то непростым человеком, мог словом несправедливо обидеть и почти уничтожить. Но этот человеческий тип, устремленный к нематериальному, последовательно отворачивающийся от личного блага в поисках общего блага и справедливости для всех и каждого – пронизывает и одухотворяет русскую культуру, делает ее непохожей на остальные и по сей день удивляет остальной мир.
Русская литература переходного, как сейчас уже понятно, постсоветского периода потому и была, в массе, такой анемичной, что лишилась одновременно и подобной устремленности, и опоры на подобный тип героя. В обществе, которое мы строили, ему могла быть отведена разве что роль юродивого – в то время, как в традиции это один из основных ее проводников, без которого литература обречена блуждать меж трех сосен: трикстеров, лишних людей и вечно пьяненьких собственной пост-иронией интеллигентов.
Не случайно наиболее полнокровные русские тексты этого периода были написаны или о людях других эпох, или об отщепенцах, выламывающихся из общественной парадигмы. Намеренно не упоминаю названия, чтобы не обидеть кого-то невниманием…

Но, если трагедия Морозова воспринимается через код классического русского романа XIX века, будем честны – по большинству подзабытого современниками дискурса из школьной программы, то гибель отряда Эрнеста-Гудвина бьет в лоб обухом архетипа воинского эпоса. Богатыри, идущие на смерть, следуя клятве и подчиняясь приказу… На краю могилы – обращаясь к народу… И все это – в воюющей стране.
Остроту и боль этой истории люди ощущают буквально спинным мозгом. Народ, натурально, взвыл. У него откромсали огромный шмат веры в справедливость, вырвали кусок сердца и воинского духа – наживую, в реальном времени.
Возмущение, разлитое сейчас среди народа, вызвано олицетворением многих несправедливостей - в истории конкретных, еще недавно живых людей, у которых есть лица, имена, позывные. И чувством, что эта несправедливость отнимает у них веру, отнимает у них силу.
Люди требуют не крови виновников даже, не наказания – они требуют возвращения своей веры. Потому что чувствуют – без этой веры и победа наша ставится под сомнение… ее смысл ставится под сомнение. Потому что в русской культуре, русском духе победа неразрывно связана с правотой, с правдой она связана. И если мы сами творим неправду над лучшими своими людьми – а в чем бы ни был конфликт Эрнеста и Гудвина с командованием, свою правду, свою искренность они доказали своей жертвой – то чем мы заслуживаем победу? Как мы можем иметь на нее право?

Люди, может, и не формулируют эти вопросы буквально, но чуют их на уровне сейсмических колебаний, дрожи земли под ногами.
Именно поэтому вбросы от журналиста Коца о ходе расследования, где погибшие то ли сами виноваты в своей гибели, то ли в ней виноват подлый враг, а, значит, не виноват никто – ведь враг он на то и враг, чтобы пытаться наших воинов убить – действуют как попытки тушить пожар бензином.

…В русской былине князь Владимир Красно Солнышко, во гневе на Илью Муромца, кидает богатыря в подземелье… Тот сдается сам. Илья должен умереть в подземелье без пищи и воды, но его спасает княжна. Перед лицом татарской напасти князь освобождает Илью – и тот идет биться, отказываясь от княжеских даров, за родную землю. Но друзья-богатыри не хотят присоединиться к Илье – крепко обижены они на князя…

В русском богатырском характере – биться за землю, за народ, даже претерпев несправедливость.
Но и народ русский защищает своих богатырей.
И не терпит, по отношению к ним, несправедливости.
Даже к погибшим.
Тем более к погибшим.

Щёлкнула Шахтерскую площадь по дороге домой.
Киевский район Донецка в 21 час уже пустынен, но - тихо, фонари горят и даже отдельные магазины работают.
Не как зимой 2022-23 года, когда как-то раз меня привезла сюда последняя - семичасовая, кажется, - маршрутка, водитель остановился перед стеной канонады и сказал, что дальше он не едет... Я стояла на темной площади у памятника шахтёру, долго и безнадежно вызывая такси. Затем пошла на запад, в сторону гула орудий.
Пройдя с километр, дозвонилась соседу из района, прилегающего к фронту - он иной раз подтаксовывал. Тот присвистнул, выехал... Мчались по западу города, слегка притормаживая на блокпостах.
Канонада стихла; в звёздном небе тихо плыли огни дальних ракет, висели беспилотники, иной раз ночь разрывал треск ударов "Града" - будто над ухом одним резким движением разодрали кусок брезента.

🩸ДОНЕЦК! Раненому бойцу нужна наша помощь!🙏

Игорь Новиков получил ранение ноги под Украинском, нужна срочная операция, не хватает крови в пунктах переливания. Нужна 2+
Дело срочное!

Перед сдачей крови необходимо взять направление в больнице по адресу:
г. Донецк, ул. Артема 106 (РТЦ)
Главный корпус, 1 подъезд, 4 этаж, 3 отделение, 5 палата.

Подойти и сказать: необходимо направление для сдачи крови для Новикова Игоря Александровича, 20.08.1996

Далее пройти в пункт переливания крови по адресу: г. Донецк, ул. Розы Люксембург, 61.

Кровь можно сдать до понедельника, край — вторник.

Не забывайте про правила поведения доноров:

•За 48 часов до сдачи крови не следует употреблять алкоголь. Особенно не желательно принимать аспирин в течение 3-5 дней до донации. Если применение каких-либо лекарственных средств имеет место, то до сдачи крови донору следует получить консультацию у медработников станции переливания крови.
•Перед процедурой кроводачи следует воздержаться от курения в течение 2-х часов.
•Кровь нужно сдавать будучи здоровым, сытым и отдохнувшим.
•Ни в коем случае не нужно сдавать кровь натощак. Завтрак обязательно должен быть. Накануне из рациона исключают жирную пищу, молочные продукты, яйца и масло. Рекомендуется употреблять фрукты, овощи, продукты из муки грубого помола (сушки, сухари), макоронные изделия и каши на воде без масла. Из питья полезней будут соки, компоты, морсы, минеральная вода.

СПАСИБО ВСЕМ НЕРАВНОДУШНЫМ

Знаете, еще до войны мне довелось побывать в образцово-показательном селе на западе Украины, куда Польша, в рамках программы добрососедства, вложила смешные, по российским меркам, деньги.

Что там было? Приличные школа и детский сад, миленькое здание мэрии, футбольное поле с искусственным покрытием, детские площадки, дорога.

На контрасте с другими украинскими селами, это выглядело потрясающе и всяк, кто бывал там, понимал, что с поляками дружить ВЫГОДНО.

И буквально всюду там висели таблички, посягающие, что эти вот блага цивилизации украинцам подарили поляки. И каждый ребенок в округе знал, что поляк не жалеет денег.

Ребенок, а не чиновник.

Вместе с тем Польша всегда прогибала Украину по ключевым для нее темам УПА, Бандеры, Волынской резни и прочей кровавой мерзости. То есть у себя там думайте, что хотите, но мы эту гадость видеть не должны.

То есть, с одной стороны, понятные блага для простого человека с вот такими гигантскими табличками, чтобы никто не ошибся, а с другой жесткие наезды по любому поводу.

Притом, что поляков на западе страны лютейше ненавидели со времен дедов-прадедов, их терпели, улыбались и слово поперек боялись сказать.

А тут одни портрет детоубийцы м террориста из музея убирать не хотят, другие русскоязычных детей учителями кошмарят, а потом хамят через МИД и просят еще денежков.

Странный подход. Извините.