Пришли в комментарии защитники пти-Пелевина.
Тут дело такое - нравится и нравится, на вкус и цвет, как говорится.
Некоторым моим друзьям-фронтовикам тоже нравятся иные стихи пти-Пелевина, они находят их как минимум забавными.
Тут боец один - пишущий, и местами очень неплохо, обозначил так: "Тыловые поэты зачастую мастеровитее нас, но они создают контент. А мы в нашей ситуации можем только поэзию..."
К сожалению, эта военная поэзия почти не известна читателям, и те же зет-поэты не сделали ничего, чтобы привлечь к ней внимание - скорее даже наоборот.

Ну а что касается моего отношения - зная, в каких обстоятельствах находятся мои талантливые военные друзья, я не могу снисходительно смотреть на самодовольные пьяные "кружки" из фестивальных турпоездок тыловых зет-поэтов.
Что-то коробит, если вы понимаете, о чем я

С праздником Успения Пресвятой Богородицы!

Эта иконка осталась от старой хозяйки квартиры, очень хорошей женщины. Один из моих любимых образов: Семистрельная.
Обращаюсь к Ней, когда трудно или когда дорогие мне люди в опасности.

Пресвятая Матерь Божия, храни Россию и добрых людей!

Сегодня ещё и День военных медиков. Поздравляю всех представителей этой благородной и мужественной профессии, особенно - тех, с кем доводилось сотрудничать и у кого учиться: медслужбу батальона "Восток", военфельдшеров-инструкторов Кислорода и Александра, доктора и депутата Госдумы Бадму Башанкаева, а также моего отца.

По ссылке - материал о работе медслужбы "Востока" в ходе боёв за Мариуполь

О литературе, войне и человеческом достоинстве

Поклонники пти-Пелевина, которые сегодня пришли в комментарии и начали хамить мне, а затем моему товарищу-фронтовику - мелочь, но мелочь довольно показательная.

Зет-поэт Караулов недавно написал панегирик организатору фестиваля на Сахалине Вячеславу Коновалову, сравнив того с Миклухо-Маклаем: "только Маклай жил среди папуасов, а Коновалов возится с писателями".

Это, в общем, все, что надо понимать о самоуважении современных писателей, об их уважении к своему делу и о месте литературы в восприятии ее "менеджеров".
Писатели - "дети природы", без царя в голове, с которыми "возятся" серьезные люди.

Пушкин бы за такое стрелялся, наверное.

Но есть и более серьезные вещи.
С утра включила телевизор. Шел сюжет г-на Соловьева, как он приехал к военным во взятую уже Авдеевку.
Разговаривая с бойцами и даже офицерами, г-н Соловьев включал московского барина - говорил с военнослужащими в покровительственном тоне и всем им, напропалую, "тыкал". Даже командиру бригады "тыкал" - при том, что офицер ни разу не сказал ему "ты, Володя".
То есть они не накоротке.
Правда, и "вы" не произнес - вообще избегал местоимений, что выдавало его неловкость.

В нашей армии заведено, что вышестоящие говорят подчинённым "ты", но не наоборот. Мне эта практика не очень нравится, тотальное "вы" между офицерами (вне приятельского общения) было бы более естественным. Или - "ты" и по отчеству, как в некоторых подразделениях с ополченской ещё историей: Петрович, Сергеевич - или в имперском флоте времён школы Нахимова, которого его комендоры называли - Павел Степанович.

Так или иначе, федеральный журналист этим "тыканьем" боевым офицерам подчеркивал свой статус и принижал их статус.
Военные люди, живущие в строгой иерархической системе, к подобному очень чувствительны.

Как-то так у нас повелось, что каждая столичная медиазвезда - ну или так, звёздочка, метеор - просверкнул в инфополе, набрал подписчиков - считает себя пупом земли.
И даже его/ее группиз считают себя завиточками этого пупа.
Сделал удачный гешефт на патриотике - и вперёд, хамить и фамильярничать с людьми, которые делали и делают очень сложную, очень тяжелую, с постоянным риском для жизни - боевую работу.
Человеческое достоинство которых закалилось от постоянного взгляда в глаза смерти и смирения перед Богом.

А тут - г-н Соловьев с "тыканьем" и барскими ухватками, будто граф Аракчеев приехал инспектировать военные поселения. Эполеты не тяжелы ли?..

Или группиз пти-Пелевина, один из которых назвал моего товарища, фронтовика - "сынок", покровительственно, а затем - бранными словами.
А не охренел ли ты, "батя"? - хочется спросить.

Но ответ на поверхности: когда люди не уважают себя, свое дело, то они и других уважать не способны.

Так и будут - изображать папуаса перед "белым господином", и "господина" - перед теми, кого хотели бы счесть за "папуаса".
Ну, вот такая у них логика, такие представления.

Будто не русские, ей-богу.

Этот стих был написан несколько лет назад, накануне большой войны.
Мне кажется, я не погрешила против его интенции

***
Я буду держать тебя за руку, утишая грозу
Я буду держать, когда караул устал
Я буду стоять рядом, как щит с мечом
Как волна, что плещется о причал

Не нужно, пожалуйста, мне объяснять -
Зачем
Ты сделал так, что звёзды горят на дне
Морская звезда, распластанная в огне
Твоя ладонь
Ее ты доверил мне.

И эта жизнь, которую я держу
И буду держать, пока не погаснет свет
Меж нами;
А что с ним случится?
Нет,
Того не случится,
пока мы движемся по лучу.

Когда вровень плечи,
Когда, так случилось - брат
Стал тот, кого не знала вчера
С которым так трудно и весело рядом стоять
Сгорая в пламени одного костра

Поскольку люди с твёрдой гражданской позицией и конкретно камрад пти-Пелевин написали выше всякого разного, отвечу здесь, чохом.

Когда я подмечаю какие-то особенности бытования современной патриотической литературы, у меня нет выраженной антипатии к конкретным фигурам.
Уже нет.
Тот же Пелевин просто очень характерный, потешный персонаж, который хорошо ложится в текст как иллюстрация.
Вопреки его представлениям о себе и о моих мотивах - ничего личного.

Чтобы показать разницу нашего восприятия, остановлюсь лишь на одном пункте из его объяснительной записки в комментариях.

Вот Пелевин пишет, что он меня в какой-то момент "послал".
А дело было так: после убийства Макса Фомина Пелевин публично призвал к "русскому террору" (скрин прилагаю). Поскольку мы тогда не были в ссоре, я поступила дипломатично и написала ему в личку, что это сильно чересчур.
Ну, я центрист, стараюсь быть гуманистом и не люблю террор - случается такое с людьми.
На это Пелевин нахамил и пожелал мне всего плохого.
В его картине мира это выглядит как то, что я к нему приставала с нравоучениями, а он меня "послал".
Ну, ладно...
(Да, личная переписка у меня тоже заскринена - на всякий случай)

Что касается "людей с твёрдой гражданской позицией", то их ко мне антипатия и мое к ним скептическое отношение основываются на том, что они понимают - я прекрасно помню времена, когда их твёрдая гражданская позиция была не столь твёрдой.
Как они протаскивали в финал Григорьевской поэтической премии (Санкт-Петербург) некую киевлянку, волонтерку АТО, авторку стишков о том, как украинка режет горло москалю.
Как в то время, когда я ездила в Донецк, они мотались в Киев в поисках неких возможностей (был 2017 или 2018 год).
Как отпускали едкие комментарии по поводу Прилепина и его донбасской эпопеи - а теперь готовы мыть ему ноги и с них воду пить.

И хрен бы с ними, люди меняются и хорошо, когда в лучшую сторону - но с таким бэкграундом неплохо бы вести себя несколько скромнее.

По поводу того, зачем я работаю на Донбассе, у этих людей были вопросы и тогда, и сейчас.
В своих заметках, которые вызвали у них бурю негодования, я нигде не говорила о себе - читатели заметили.
Но, раз уж мои мотивы подверглись столь пристальному анализу - поясню.

Поначалу меня привёл на Донбасс не столько даже патриотизм, сколько потребность разобраться в ситуации. Творческий и профессиональный поиск, если угодно.
А в 2022м уже было попросту невозможно остаться в стороне. Герои моих публикаций, некоторые из которых стали моими друзьями, были вовлечены в активные боевые действия. И я чувствовала, что должна быть с ними в этой лодке.
А ещё я уже весной 2022 понимала, что быстро всё не закончится, и на следующем этапе воевать пойдут уже мои земляки - как и случилось, Дима "Вожак" Филиппов самый яркий тому пример.
То есть отсиживаться в Питере на этом фоне я не рассматривала даже как вариант.

Насколько я была полезной на фронте и около - каждый может составить представление по моим статьям и моей документальной прозе, а также по свидетельствам моих военных товарищей.
Так вышло, что "люди с твёрдой гражданской позицией" эти публикации, видимо, не читали - они ведь не читатели, а писатели, и сами всё прекрасно напишут.
Как и стихи о войне, которой толком не видели.

Что касается моей, якобы, мотивации "изображать Анку-пулеметчицу в камуфляже" и вертеться при военных мужиках - да, мужики здесь действительно огонь, и это весьма тонизирует - даже на уровне дружеских отношений.
Не завидуйте 😉
А вот фоток "на броне, волосы назад" - у меня нет, сорян.
И жопа, кстати, не толстая - другой тип фигуры 🤷‍♀️

Всем хорошего дня, Победа будет за нами

А теперь посмотрите на кого-то хорошего, на нашу русскую молодежь.
Мои земляки из Петербурга - боец, доброволец с позывным "Шашка" и его невеста Арина.
Девушка приехала в Донецк, молодые люди собирались пожениться, но из-за бюрократических превратностей свадьбу пришлось отложить.

Кстати, Шашка тоже не чужд литературе, вот ссылка на канал с его стихами и заметками

«Кто на войне за Россию - тот счастливый человек»
Андрей Платонов

На самом деле, в нынешней архисложной ситуации, тотально не видимой или игнорируемой людьми из не затронутых боевыми действиями регионов, совершенно не хочется дополнительных конфликтов.
Но как быть, если о том или ином общественном явлении не расскажешь без живописного, характерного примера?
И примеры эти лучше брать из гражданской жизни, по ряду причин.

Вот, писатели возбудились на то, что кто-то из них оказался выведен в неприглядном свете - и никто из них не прочёл, что заметка вчерашняя была об уважении и самоуважении.
О том, в какой ситуации находятся фронтовики, о доблести и славе которых кричат из каждого утюга, о которых и от лица которых ваяют репортажи и художественные тексты, делают себе реноме - а, собственно, людей с их взглядом, мыслями, трагедиями - предпочитают, в массе, не замечать.
Или, того хуже - посматривать на них свысока.

Была такая история в 2022 году - в Донбассе открывали после реконструкции мемориал Саур-Могила, посвященный в том числе боям за высоту в 2014-м, и на торжественный концерт "забыли" позвать непосредственных участников обороны.
Праздник в честь защитников Саур-Могилы - без защитников Саур-Могилы.
Этот случай - квинтэссенция нынешнего околовоенного "творчества".

Одни люди сидят в окопах или идут в атаку, другие открывают мемориалы в их честь и пишут о них стихи и песни.
При этом мнением реально воевавших или воюющих людей редко кто интересуется, и вообще - связь между этими двумя мирами - хуже, чем весной 2022 в каком-нибудь полку резервистов, с парой Баофенгов на роту.

Порефлексирую ещё немного.

После нашествия в мой маленький уютный канал "талантов и поклонников" зет-движения - всерьез задумываешься: а для кого ты, вообще, пишешь - ну, за пределами аудитории в 4 тысячи человек, минус читающие меня укропы, плюс родственники и друзья-знакомые вне телеги?

В массе современные люди, не настроенные на волну конкретного автора, вылавливают из любого текста три составляющие:
- ту, что касается их самих
- ту, что соответствует их картине мира
- ту, что их возмущает

Если интенция высказывания не пересекается ни с одним из этих фреймов, она не считывается.
Ее просто нет.

А, задавая вопрос - люди уже держат в голове устраивающий их ответ, и другого ответа они не просто не примут - он даже не заставит их задуматься.

Летом занималась в том числе редактурой своей книги о Донбассе, написанной ещё до начала СВО.
То и дело возникала мысль: а нужно ли пытаться донести до читателей свой непростой опыт и ещё более сложный опыт своих героев в относительной полноте?
Не будет ли это, извините, бисером перед свиньями?
Возможно, разумнее ограничить текст до привычных большинству рамок - ведь то, что за их пределами, все равно не будет воспринято или будет воспринято с предвзятой бездумностью?

Читала сегодня реплики иных читателей и особенно бывших коллег - и моя природная демократичность казалась все более сомнительным кредо.

Такие дела.

А позывной - пусть тебе будет - Победа
Сказал пожилой ополченец на КПП

Затем мы долго с комбатом ехали
Абрикосовым цветом усыпанной партизанской тропе

На полигоне под терриконом - мальчишки и старики
Добровольцы.

Когда и мне автомат положили в ладони -
Все правила журналиста вышли из головы.

На этой войне не получится быть сторонней

Волонтерское по делу

Снова трагедия в Белгороде.

Ощущение, что противник некоторое время назад поменял тактику стрельбы по мирному населению.
Первые года полтора СВО, когда от обстрелов жестоко страдал Донецк, это были постоянные, но не всегда массированные обстрелы - условно, каждые сутки по полпакета ракет раза три-четыре, в разные точки города. Плюс ствольная и минометы, куда достанут.
Такие обстрелы приносят регулярные жертвы и разрушения, психологически изматывают, но медийный эффект со временем давать почти перестают: жертвы постоянные, но разово их количество не поражает обывателя, к тому же народ привыкает минимизировать, например, перемещение по улицам, и убить сразу много гражданских у противника получается редко.

Теперь, такое ощущение, неприятель делает более длительные паузы между атаками, зато они более массированные, идут по заведомо оживлённым районам и наносят разом крупные человеческие потери. Это не только в Белгороде - вспоминается и зимняя атака рынка в Донецке, когда разом погибло 27 человек.

Какие из этого сделать выводы, кроме тех, что противник пытается не только убить и покалечить людей, но и максимально эффективно нас деморализовать?
Разве что пожелать бдительности и удачи бойцам ПВО

Пожалуй, уберу смеющийся смайлик из реакций.
Слишком часто его используют не по назначению

Под Донецком освобождён поселок Карловка

Чем дальше, тем с большей любовью дончане вспоминают Батю. Сегодня 6 лет с тех пор как убили Александра Владимировича Захарченко.
Он не был Че, Фиделем или "в белом венчике из роз Иисус Христос". И, конечно, неизвестно как бы всё было, если б он остался жив, говорили б о нем сейчас с любовью или нет?.. И всё же... Для нас всех, кто остался в Донецке в 14, он особенный. Близкий и родной, за правду, пусть и по понятиям, но никогда по беспределу.

Покойся с миром, Батя. Пусть цветут, заложенные тобой сады.

ТРИДЦАТЬ ПЕРВОЕ АВГУСТА

В прощальном августе имперском
Жар обращается в золу,
И луч оттачивает блеском
Адмиралтейскую иглу.

Здесь умирать совсем не ново:
Ждёт постояльцев «Англетер»,
И за трамваем Гумилёва
Бледнеет облачный партер.

Оград мерцающие сплетни
Не заслоняют пустоту,
И Летний сад сегодня летний,
Увы, последний раз в году.

И зелень утром на бульваре
Конногвардейском – уж не та,
И об ушедшем Государе
Не вспомнят Царские врата.

Но музыка, перебивая,
Вдруг тронет тронный сон ветвей,
И Медный Всадник выплывает
Навстречу смертности твоей.