ПЕРВЫЙ МАВИК ПОШЁЛ!

К нашим парням солнцепекарям, повелителям огромного гусеничного аэрогриля мы с писателем Игорем Малышевым ехали только от Донецка  восемь часов. Привезли старлинк, мощный РЭБ, тепловизионный прицел, коллиматор, коптер, медицину, двадцать коробок гигиены, вкусностей, чая, кофе от "Маскировка Питер" и 10 антитепловизионных пончо от наших девочек из "Золотые руки ангела". Доехали под вечер, встретили нас как родных. А потом до ночи, не поверите, но мужики в форме читали нам стихи, пели песни, а мы чувствовали себя в кругу самых родных. Я немного подскис в последние недели, а тут вновь захотелось жить и дождаться победы.

Случилось то, чего я опасался. Многоуважаемый Сбер заблокировал мои счета. Слава Богу, мы успели купить вторую ночную птицу (она на фото), но больше ничего купить не успели, хотя планировали. Что ж, будем разбираться! Надеюсь, команда Сбера отреагирует оперативно и доступ к счетам будет восстановлен. Но вообще, с такими друзьями никаких врагов не надо. Блин!

Карта разблокирована, работаем дальше! Команде Сбера спасибо за оперативное решение вопроса!

У Саши Пелевина случилась днюха! С чем мы его и поздравляем! 36 - хорошая цифра, еще не трагичная для русской литературы, но уже не детская, с таким налётом мудрости, уверенности в своих силах. Саша, пиши, твори, бери новые вершины и побеждай! Ура!

С очередным отчётом и словами благодарности от сапёров! Спасибо всем подписчикам моего канала и канала "Писатели - фронту", а также лично писателю Даниэлю Орлову!

Враг будет разбит!
Победа будет за нами!

Сорян) Всем хорошего вечера!

Как показали комментарии к предыдущему посту, самые воинственные бойцы почему то сидят дома. Ну, ок, тут выбор у каждого свой. Никого не осуждаю и не ругаю. Но пояснить необходимо! Картинка показалась мне весёлой, потому что полностью отражает и настроения людей, воюющих уже два года, и реакцию государства на эти настроения. Никто не ноет, все понимают, что демобилизация будет только тогда, когда позволит политическая и военная обстановка на фронте. Предпосылок для этого пока не наблюдается. Поэтому работаем дальше, война сама себя не закончит. Но это не значит, что вопрос ротаций и отдыха военнослужащих устраняется за ненадобностью. Краткосрочные отпуска этот вопрос не закрывают. А в остальном - да, мы будем воевать дальше, потому что приказ, присягу и долг никто не отменял. Ну, и еще мы опытные😄

Сегодня день рождения у талантливой Анны Ревякиной! Шахтерская дочь, муза Донбасса. Война всегда приносит огромное горе и боль. И чтобы не сойти с ума, эту боль необходимо зафиксировать в русском Слове, в русской поэтической речи. И вот обычная/необычная девушка, дончанка, взялась эту боль описать, проговорить, зашептать. И Слово ее послушалось, поддалось. Её стихи, конечно же, будут изучать в школе. Потому что перед нами большой русский Поэт. С днём рождения, Ань! Горжусь знакомством!

Мариуполь

Есть у русских качество наживное.
Коль потоп, добудут чертёж адмирала Ноя.
И построят ковчег, настоящий ковчег для всех.
Над страной моей летит близорукий снег.

Где страна моя кончится, там она и начнётся.
Над Азовским морем восходит солнце,
над азовским горем взойдёт окровавленная пшеница.
Господи, доведётся ли помириться?

Мариуполь мой, бездыханное твоё тело,
сколько дней оно тлело, плавилось и болело.
Сколько дней твои люди – тусклые свечи –
до чего же хрупок мариупольский человечек.

Это новый вид, ещё не известный Homo,
обречённый выжить под обломками дома.
Обречённый смотреть на хлеб и глазам не верить.
Обречённый хранить ключи от сорванной с петель двери.

Мариуполь мой, на два берега поделённый,
принимавший в себя смертельные батальоны,
отдававший людей через узкие коридоры.
О тебе на высоком небе ведутся переговоры.

А с небес, как водится, горе заметно ближе.
Вот Азовское море берег песчаный лижет.
Вот стоит мальчонка на берегу – прогоревший факел.
Это брат мой двоюродный по отцу – Володя Ревякин.

Где-то далеко под Запорожьем. И сюда отвезли. Огромное спасибо "маскировке Питер" за медицину, нижнее белье, жгуты и сладости, а "Золотым рукам Ангела" за антитепловизионные пончо.

Конечно, нужна новая мобилизация, это объективная необходимость. Но вопрос в другом: сможет ли нынешнее военное руководство сформировать из мобилизованных боеспособные подразделения, полностью укомплектованные не столько по штату, сколько по средствам ведения современной войны. Это вопрос. Насколько эффективным будет обучение мобилизованных тактике ведения боевых действий в условиях именно современной войны - вопрос второй. Вообще, вопрос наставничества, передачи опыта сейчас стоит очень остро. Приходят парни на контракт, проводят боевое слаживание, отправляются "за ленточку" и в первом же штурме теряют минимум треть батальона. А во втором штурме еще треть. Я такое видел прошедшей зимой под Авдеевкой. Вместо усиления и докомплектации существующих рот, батальонов, появляются новые, полностью необстрелянные. Результат предсказуем. У каждого такого "стратегического просчета" есть имя, фамилия и звание. Кто-то ответил за смерти парней? Нет. Никто. Вдовы и матери просто порыдали на могилах, на том и все. Пока в войсках по отношению к пополнению не вернется принцип "Салага, делай как я!", потери, которых могло и не быть, не прекратятся. Я не лезу с советами к военным людям с широкими лампасами, только напоминаю базовые, мировоззренческие основы науки побеждать и искусства сберегать людей. Это ведь не просто "личный состав", это демографический ресурс страны. Это они основа будущего нации, а не приезжие "квалифицированные специалисты". А так да, мобилизация, увы, необходима. Страна в окружении, начало большой войны - дело времени. Надо успеть раньше врага и убедительно победить. Возможно, тогда останется шанс.

18 миссия
"Писатели - фронту!" начинают готовить 18-ю миссию. На этот раз мы опять повезём РЭБ, который успел великолепно зарекомендовать себя непосредственно вблизи передовой, сажая без разбору весь летучий вражеский паноптикум. Опять закупаем оборудование Starlink и индивидуальные дрон-детекторы. Кроме того, нам в октябре предстоит приобрести разведывательный дрон Мавик 3-Т, потому собирать начинать сбор на него надо уже сейчас. Игрушки всё сплошь дорогие. Всякий раз, когда манифестируем сбор, нет уверенности, что сдюжим. Иногда на какое-то оборудование приходится собирать по три месяца, но, всё равно, рано или поздно получается отвезти парням. Если дроны - это расходный материал, приблизительно как картриджи у офисного принтера, которые меняют раз в три месяца, то РЭБ теоретически живет дольше. Однако время от времени его нужно усовершенствовать, добавляя в конструкцию дополнительные модули подавления по новым частотным диапазонам. Такие модули мы заказываем в Китае и едут они месяца два-три. Сейчас с платежами в китай и с логистикой стало труднее. Чтобы к декабрю отвезти парням актуальное оборудование, заказывать и оплачивать надо уже сейчас. По мелочам даже не хочу писать. Это антенны на FPV, всевозможные усилители, провода, выносы, сбросы и много еще чего. Этот список постоянно пополняется и сказать, что именно сейчас мы собираем конкретно вот на "это" нельзя. Мы собираем на то, что от нас ждут наши подшефные подразделения. Иногда в срочном порядке приходится отложить всё и покупать что-то остро необходимое. Но в принципе, работа планомерная. Стараемся по возможности избегать авралов. Стараемся. Но не получается... Друзья, мы без вас не сможем. Вы нам нужны, нужна ваша помощь. И по возможности, делайте репост этой записи.

Ваш Даниэль Орлов, прозаик, драматург, член "Союза 24 Февраля", Русского ПЕН-Центра, СП СПб и Союза Писателей ДНР.

Помощь принимается на карту МИР Сбер 2202203601365333 Даниэль Всеволодович О.

Ни добавить, ни убавить 👇

Сказ о русской правде, русской литературе, народе и богатырях

…Когда погиб Андрей Морозов, мне на ум пришла формула: в тот момент, когда в России исчезнет подобный человеческий тип, придет конец классическому русскому роману.
Классический текст русской литературы схлопнется, не находя оснований в реальности.
Мне известно, что Андрей был для кого-то непростым человеком, мог словом несправедливо обидеть и почти уничтожить. Но этот человеческий тип, устремленный к нематериальному, последовательно отворачивающийся от личного блага в поисках общего блага и справедливости для всех и каждого – пронизывает и одухотворяет русскую культуру, делает ее непохожей на остальные и по сей день удивляет остальной мир.
Русская литература переходного, как сейчас уже понятно, постсоветского периода потому и была, в массе, такой анемичной, что лишилась одновременно и подобной устремленности, и опоры на подобный тип героя. В обществе, которое мы строили, ему могла быть отведена разве что роль юродивого – в то время, как в традиции это один из основных ее проводников, без которого литература обречена блуждать меж трех сосен: трикстеров, лишних людей и вечно пьяненьких собственной пост-иронией интеллигентов.
Не случайно наиболее полнокровные русские тексты этого периода были написаны или о людях других эпох, или об отщепенцах, выламывающихся из общественной парадигмы. Намеренно не упоминаю названия, чтобы не обидеть кого-то невниманием…

Но, если трагедия Морозова воспринимается через код классического русского романа XIX века, будем честны – по большинству подзабытого современниками дискурса из школьной программы, то гибель отряда Эрнеста-Гудвина бьет в лоб обухом архетипа воинского эпоса. Богатыри, идущие на смерть, следуя клятве и подчиняясь приказу… На краю могилы – обращаясь к народу… И все это – в воюющей стране.
Остроту и боль этой истории люди ощущают буквально спинным мозгом. Народ, натурально, взвыл. У него откромсали огромный шмат веры в справедливость, вырвали кусок сердца и воинского духа – наживую, в реальном времени.
Возмущение, разлитое сейчас среди народа, вызвано олицетворением многих несправедливостей - в истории конкретных, еще недавно живых людей, у которых есть лица, имена, позывные. И чувством, что эта несправедливость отнимает у них веру, отнимает у них силу.
Люди требуют не крови виновников даже, не наказания – они требуют возвращения своей веры. Потому что чувствуют – без этой веры и победа наша ставится под сомнение… ее смысл ставится под сомнение. Потому что в русской культуре, русском духе победа неразрывно связана с правотой, с правдой она связана. И если мы сами творим неправду над лучшими своими людьми – а в чем бы ни был конфликт Эрнеста и Гудвина с командованием, свою правду, свою искренность они доказали своей жертвой – то чем мы заслуживаем победу? Как мы можем иметь на нее право?

Люди, может, и не формулируют эти вопросы буквально, но чуют их на уровне сейсмических колебаний, дрожи земли под ногами.
Именно поэтому вбросы от журналиста Коца о ходе расследования, где погибшие то ли сами виноваты в своей гибели, то ли в ней виноват подлый враг, а, значит, не виноват никто – ведь враг он на то и враг, чтобы пытаться наших воинов убить – действуют как попытки тушить пожар бензином.

…В русской былине князь Владимир Красно Солнышко, во гневе на Илью Муромца, кидает богатыря в подземелье… Тот сдается сам. Илья должен умереть в подземелье без пищи и воды, но его спасает княжна. Перед лицом татарской напасти князь освобождает Илью – и тот идет биться, отказываясь от княжеских даров, за родную землю. Но друзья-богатыри не хотят присоединиться к Илье – крепко обижены они на князя…

В русском богатырском характере – биться за землю, за народ, даже претерпев несправедливость.
Но и народ русский защищает своих богатырей.
И не терпит, по отношению к ним, несправедливости.
Даже к погибшим.
Тем более к погибшим.

Архивное из Карловки. По тексту песня не совсем подходит, но по настроению, мне кажется, попала. К сожалению, почти все освобождённые поселки и села выглядят именно так. Противник цепляется за них зубами. Приходится выбивать эти зубы.

Мой позывной - Вожак.
Враг будет разбит!
Победа будет за нами!

Потрясающие стихи от Натальи Тебелевой. Каждое слово отдаётся узнаванием.

Авдеевка - наша!

https://xn--r1a.website/zakharprilepin/23984

Родились они под Запорожьем.
В Советском Союзе.
Двое братьев, казачьи потомки, Иван с Николаем.
Гоняли в футбол они, прятались в кукурузе,
А соседский пес на них заливался лаем.

Подросли - разъехались.
Иван - под Херсоном,
Николай - под Донецком, работал на шахте в забое.
А потом началась война по своим законам.
Затянула и поволокла Николая с собою.

С автоматом стареньким он зашагал по фронту -
Чтоб сберечь ту землю, что он нарек своею.
И кружили вороны над линией горизонта,
И бойцы застывали, как памятники, каменея.

А Иван женился, родился сынок Илюша.
Не летели бомбы - только неумолимо
Шло чужое, свирепое, всю Украину утюжа,
Ни единого из человек не оставив мимо.

Сыну в садике говорили: убей вражину.
И в России враги, и в Донецке, где дядя Коля.
А Иван хватался за голову: мы ж дружили.
Мы совсем иное в своей изучали школе.

Мы же были одним народом, одной страною,
Как же это, что же такое случилось с нами?
И катились судьбы, изломанные войною.
Николай поливал своей кровью старое знамя.

Ранен был три раза, женился на медсестричке
Из Луганска. Увидел ее на больничной койке
И запомнил навек эти скулы и эти реснички,
На войне - любовь? Случается и такое.

А потом, через восемь лет стрельбы, бомбежек, окопов,
Подошла Россия, и фронт покатился на запад.
Шел вперед Николай, раненье едва заштопав.
Думал: "Может, увижу могилы мамы и папы.

Как там брат? Поменял телефон, не звонит, не пишет.
Восемь лет мы были с ним в разных враждебных странах".
Занесло Николая на юг. На заправке вышел -
И лицо к лицу увиделся он с Иваном.

Восемь лет разделенности, тихого кровного зова,
Восемь лет молчания, древнего, мира старше
Позади оказались. И, не говоря ни слова,
Братья крепко обнялись.
Не знаю, что было дальше.

Анна Долгарева | Стихи | Подписаться

И снова слова благодарности за предоставленную гуманитарную помощь. Коллектив 93 школы Пушкинского района Санкт-Петербурга приобрел для нас три генератора, на оставшиеся средства с предыдущего сбора был приобретён РЭБ от фпв дронов (202 тыр.) и усиленные батарейки для Мавика в количестве 4 штук (152 тыр.). От друзей нашего боевого товарища Механика - комплект зимней резины на буханку и еще два генератора!
Спасибо вам, родные!

Мой позывной - Вожак.
Враг будет разбит!
Победа будет за нами!

÷÷÷
Город сморщен, по краям обуглился.
Мы его сжигаем, как письмо.
Дымом задохнувшиеся улицы
мусорным самумом занесло.

Падал батальон за батальоном
замертво у этих чёрных врат.
Город будто был заговорённым:
от стены отскакивал снаряд.

Чародей под вечер слал ворону,
и ворона каркала во тьме:
"Русский воин, позабудь дорогу
в неприступный город на холме.

Здесь тебе прожгут затылок оловом,
немочью обвяжут, как ремнем".
Командир закуривал и сплёвывал:
"Ничего, ещё раз поднажмём".

Поднажали. Рухнуло заклятье,
и сквозь чёрный холод, чёрный жар
с четырёх сторон заходят братья
в обречённый город Угледар.

Сдаться в плен считайте высшим благом,
если жизнь хоть как-то дорога.
Хорошо горит под русским флагом
гордость неуёмного врага.

БМП елозит пыльным траком
по костлявым пальцам колдуна,
и немногим выжившим собакам
мы даём иные имена.