Вследствие сказаннаго положения, крестьяне, чтобы уплачивать выкупную ссуду, взыскание которой производится с энергией, достойной лучшей участи, за землю, которая не оплачивает даже ссуды и которую многие крестьяне вынуждены держать, лишь благодаря круговой поруке, выдуманной недобрыми людьми.

Нам, мужикам, сдается, что мы живем, как будто, не так, как должны жить люди великой страны. Мы мужики, хотя смутно, но все-таки сознаем, что земли в нашей стране много, так много, как нигде, но пахать народу нечего; лесов много, так много, как нигде, а зимой народу топить печи нечем и дети мерзнут в худо отопленных полуразвалившихся избах; хлеба много, так много, как нигде, а народ так худо питается, как нигде.

Что-то странное происходит в нашей русской земле.

Немало найдется на Руси образованных, истинно любящих свою родину людей, которые и дадут нелицемерный совет, чему учить детей наших. Конечно, люди эти не земские начальники, которые за всё своё многолетнее существование принесли такую пользу, качество которой пусть определит их собственная совесть и совесть тех, кто нам дал их.

Причиной нашей бедности является малоземелье, так как многие из нас, в особенности молодое поколение, совсем лишены земельного надела, и та высокая аренда, которую с нас берут землевладельцы; поэтому мы требуем все земли частновладельческие, казенные, удельные, монастырские и церковные передать в руки народа, а землей должен пользоваться тот, кто в состоянии сам обрабатывать ее без наемных рабочих.

Необходимо: немедленное введение обязательного бесплатного народного образования на счет государства; уничтожение сословий и уравнение перед законом всех без исключения; замена косвенных налогов прогрессивно-подоходным налогом и отмена выкупных платежей.

Защитников у нас нет. Земские начальники — не защитники наши. Они поставлены к нам главным образом лишь для того, чтобы судить нас в пользу удела да получать от него за то награды. Волостное правление служит не нам, а мы принуждены служить ему; когда мы вздумали заявить о нужде нашей земской управе …

Нам дали почти наполовину семян невсхожих, что нам грозит и на будущий год неурожай, что становые да урядники за подати и штрафы готовы последний кусок хлеба у полуголодных ребятишек наших изо рта вырвать, — так что с нами хотят сделать земский начальник с волостным правлением? Он приказал арестовать нашего уполномоченного, собирать подати, он обещал засадить в холодную всех, подписавших эту бумагу! А писарь с прочими сочинил ложный приговор о хороших озимях и устроил так, что некоторые из нас подписались под ним… Это значит, что у нас, у холодных, у голодных, у темных вырывают кусок хлеба и в то же время не дают никакой возможности никому голоса своего подать.

Нас сознательно толкают в могилу от голодной смерти, а мы слова не могли сказать против этого!

Нет, будет, натерпелись мы всяких притеснений и суделок над нами! Еще в прошлом году мы постановили — сократить жалованье своим дармоедам: писарю и всей канцелярии правленской. Но что сделали с нашими постановлениями? Плюнули и ногами попрали; земский начальник, по словам казначея, выдумал обморочить нас, что Губернское присутствие приказало выдавать захребетникам нашим прежнее жалованье. Никто не имеет права распоряжаться и отменять наши постановления — постановления волостного схода.

Мы объявляем теперь всем, что нашими кровными денежками распоряжаемся только мы, что на нашей спине крестьянской сидят десятки тысяч разных прихлебателей.

Убрать земских начальников за их дармоедство и за утеснение ими нас.
Вместо теперешнего волостного правления, зависящего от земского начальника, устроить правление, зависящее от нас, крестьян, не на бумаге, а на деле.
Устроить волостной сход такой, в который бы входили все, без различия сословий и званий.
Сравнять крестьянское сословие в правах со всеми другими. Мы, труженики, — кормильцы и содержатели целого дворянского сословия! Привилегии дворян — это Отнятые у нас наши права.

Кроме того, владимирская губерния имеет множество фабрик, заводов и прочих коммерческих предприятий, но и тут в центре России главные обязанности до сих пор занимают иностранцы, а нам местным жителям, и детям нашим приходится довольствоваться обязанностями чернорабочих с такой платой, чтобы только не умереть с голода. Исполнять лучшие работы нас не научили.

Как крестьяне, сверх вышеизложенного, мы требуем освобождения всех наших братьев-крестьян, пострадавших за крестьянские беспорядки. Не преступная воля, а нужда и голод заставляла их идти на разбой.
Не их нужно ссылать в Сибирь, а тех, кто довел землю русскую до такого разорения.

Быв сего числа на общем сходе, имели суждение о причинах, который привели русский народ к невежеству, нищете, голоду, японской войне с ее позорным миром и, наконец, к неслыханным до сего волнениям, смуте и кровавому междоусобию. По нашему искреннему и глубокому убеждению, перечисленные невзгоды и несчастия произошли оттого, что все без исключения трудящиеся массы Российского государства до сего времени не только не пользовались никакой поддержкой правительства, а, наоборот, целиком были отданы в полный и безотчетный произвол небольшой группы господствующих классов — дворян, чиновников и богатых капиталистов.

В заключение при нашей деревенской необразованности дерзаем напомнить вашему сиятельству наши три излюбленные крестьянские пословицы: сухая ложка рот дерет, голодное брюхо к учению глухо и что нам чины, когда нету у нас ветчины. Великая вещь свобода, но лишь при условии порядка и труда, а без этого цена свободе медный грош и все сведется к буйству, беззаконию и общему крушению.

Мы все теперь переживаем страшное время на Руси: по всей нашей родине льется ни в чем не повинная кровь, слышны стоны и плач избитых, израненных и ограбленных правительственными опричниками: казаками, полицией и черносотенцами; слышны стоны борцов за свободу, находящихся в тюрьмах и ссылке; слышны стоны голодающих и вымирающих с голоду; слышны стоны нашей многострадальной армии, оставленной нашим кровавым правительством на произвол: умирают от болезней, холода и голода; а здесь, на родине, напрасно заставили страдать жён и детей запасных. Доколе мы все это будем терпеть? И когда этому будет конец? Но его нам добровольно не дают и не дадут, мы должны его взять сами; мы должны неустанно бороться против сказанного зла и словом и делом.

На наши деньги строят школы для богачей, платят по 144 тысячи жалованья на год чиновникам, а нам хороших школ не дают, нарочно держат нас в невежестве, даже правдивых книг не пускают в деревню и после всего этого нас называют невежественными, грязными и с презрением от нас отворачиваются. Как же нам сделаться разумными и чистыми, если нужда и голод заставляют нас все время работать на богачей, чистить и холить их!

Мы, крестьяне, д. Жукова, Тарасовской волости, собрались обсудить свои нужды и тяготы крестьянские, порешили, что первая наша нужда в том состоит, что все лучшие земли, без которых крестьянину невозможно вести свое хозяйства, без которых голодать нам приходится, захватили дворяне-помещики, а крестьянину остались нищенские наделы, прокормиться на которых нет никакой возможности. Поэтому необходимо, чтобы все помещичьи земли, удельные, монастырские были переданы в руки крестьян, которые на них работают целый век и кормят их, а сами из-за них голодают.

Знайте, дорогие наши представители, — мы с Вами! и что вы избраны и посланы всей нашей многострадальной и голодной, но золотой нашей Родиной, то Вы и должны просьбу народа всю исполнить.

Мы не в силах далее переживать все большее и большее разорение крестьянства от голодухи, безземелья и полицейского произвола. Мы не в силах видеть страданий от безработицы городского рабочего населения!
Мы не в силах больше терпеть! Правительство, разорившее трудовой народ преступной и позорной войной с Японией, снова объявило войну внутреннюю всему русскому народу.

Министры говорят, что в Азии где-то есть много свободной земли и можно нас туда переселить. А мы понимаем эти дела так: спокон веков у нас заведен обычай, что на новое место идет старший брат, а младший остается на корню. Так пускай и теперь поедут в Сибирь или в Азию наши старшие братья, господа помещики-дворяне и богатейшие землевладельцы, а мы, младшие, хотим остаться на корню, здесь в России.

Думаем мы так, что никогда Государь наш батюшка, который не раз говорил, что нужда крестьянская близка Его милосердному сердцу, не отказал бы нам в куске хлеба и не дал бы земли, неужели тысячи помещиков, получивших землю без кровного труда, милее и дороже сердцу Царя нашего, чем 100 миллионов крестьян, для которых и дан нам Господом Богом, помазанный им, Царь-Государь.

Не поверим мы, что Царь, чтобы накормить тысячи, стал бы морить голодом всю Россию. Не верим этому и никогда не поверим. Отказ нам дал не Царь, а его министры, которые отделили народ от престола царского, которым не близка наша народная нужда, сердце которых глухо к мольбам нашим, которые более гонятся за своей властью да за своим благом, чем за благом родины, вспоившей и вскормившей их своими потом и кровью и без которой не быть бы им и министрами. А они возомнили в гордости своей, что народ русский существует для них, а не они для народа, и взяли себе в своем ослеплении тяжелый грех на душу — пошли против воли народной, заявленной им думой в ответ на слово Царское, сказанное 27 апреля в день открытия государственной думы».

Землю и леса у помещиков необходимо взять и отдать крестьянам, а то, что же — у помещиков огромные площади и не обрабатываются, и не сдаются, а крестьяне голодают, лес они имеют, а крестьянам не дают.

О подножном корме для скота и говорить нечего; селение наше с двух сторон окаймлено помещичьей собственностью и собственностью землевладельцев (мелких), так что за каждый выход из черты надела не только скота приходится отбывать штрафы, и прежде сего сильная нужда является в неимении своих лесов, хотя бы для отопления. Благодаря диким условиям жизни, голодовки у нас стали хроническими. Поднять благосостояние можно только путем даровой прирезки земли к нашим душевым наделам до «4-х» десятин на каждую наличную мужскую душу. А потому единогласно ПОСТАНОВИЛИ: просить Государственную Думу в будущей своей законодательной работе положить в основание следующие начала:
1. Честно провести в жизнь конституционные гарантии, возвещенные в Высочайшем Манифесте 17 октября 1905 года.
2. Отобрать принудительно все земли помещиков, казны, удела, монастырей и государственных имуществ и наделить таковой всех граждан в равной пропорции.
3. Установить подоходный прогрессивный налог в одинаковом размере со всех сословий.
4. Постепенно отменить косвенные налоги на предметы первой необходимости и заменить их подоходным налогом, частью возложить на предметы роскоши.
5. Завести всеобщее народное образование за счет казны и открыть одно среднее учебное заведение в небольшом по пространству округе и чтобы школы давали знания, необходимые для жизни. Ввести повсеместно сельские школы и расширить программу их.
6. Духовенство должно быть на жалованье и с отменою всех поборов, разрушающих религию

Поэтому мы все единогласно постановили: заявить нашим депутатам и всей думе, что ответа министров мы не принимаем и без земли и воля остаться не желаем, о чем и просим наших депутатов довести до сведения нашего Государя Императора и просим Его уволить этих министров, которые не хотят выполнять воли народной, а мы депутатов поддержим всеми мерами и сами все, как единый человек, встанем на защиту их заявлений, потому что умирать все равно один раз, что от голода, что от пули, и терять нам, значит, нечего, в чем и подписуемся.

При всем старании, усердии к труду ввиду малоземелья, горьких вечных обид, несправедливостей мы вынуждены терпеть всевозможные лишения, холод, голод, нищету; дети наши навсегда лишены просвещения, они растут в темноте, грязи, нищете; поколение сменяется поколением, а нищета и рабство неизменно господствуют.

Мы, нижеподписавшиеся Костромской губернии, Макарьевского уезда, Сокольской волости, выборные крестьяне домохозяева, в числе 57 человек, от 998 домохозяев, состоящих в волости, имели суждение о следующем: наша волость состоит из 57 селений крестьян, бывших помещичьих. При освобождении нас от крепостной зависимости мы получили в надел земли пахотной, сенокосной, усадебной и др., удобной и неудобной 24 селения по 4 1/2 десятины и 30 селений по 4 десятины на ревизскую душу. Все доходные статьи как-то: торговая площадь в с. Сокольском, рыбные ловли, расположенные среди нашей земли, остались за помещиком. В настоящее время население увеличилось почти в два раза. Земельных угодий и тогда было недостаточно, а теперь наступил прямо земельный голод. Хлеба для пропитания семей нам хватает лишь на несколько месяцев в году, арендовать пашни совсем негде. Кормов для скота с надельных земель собираем столько, что не прокормить одну лошадь и корову. Арендная плата за сенокосы настолько повысилась, что накошенная еще трава превышает стоимость сена в других местах.

Мы твердо уверены, что все дума сделает на пользу народу и если вас разгонят, то мы вас сумеем поддержать. Знайте, голод на все способен. Жить так больше невозможно.

Требуйте земли для тех, кто целые века, не разгибая спины и не покладая рук, трудится над ее обработкой и всегда принужден большую часть труда отдавать другим, а самому голодать из года в год.

Правительство довело страну до полного истощения. Народ обнищал, кровью его правительство залило города и села, тысячи безработных выкинуты на улицу, в деревнях голод и нищета, полное бесправие царит над всей землей, правительственные шпионы-провокаторы царствуют и безнаказанно совершают свои гнусные дела. Чиновники, губернаторы, градоначальники присвоили себе полную власть, и если еще так будет продолжаться у нас, то народ выйдет из терпения и кровавой революцией добудет всю землю и всю волю.

Выражаем полное согласие с думой. Желаем нашим избранникам продолжать деятельную работу на пользу всего народа. Уста ваши говорят истину за миллионы бесправных и голодных людей. Не возвращайтесь, не добившись земли, воли, амнистии. Мы сдавлены помещиками, как железными тисками. Нет больше сил, задыхаемся; не отступайте ни на шаг от ваших требований. Мы вас поддержим.

Мы видим, что правительство, вместо требуемых земли и воли, по-прежнему предлагает народу голод и неволю. Но вы, избранники народа, не падайте духом, именем народа требуйте улучшения его положения, требуйте сносного человеческого существования, боритесь за полную политическую амнистию, за отмену позорной смертной казни, недостойной культурного государства, за прекращение погромов, позорящих всю страну, и за прекращение чиновничьего произвола, под гнетом которого стонет русский народ.
«Земля и воля!» — вот современный клич 100-миллионного народа.

Мы ждем от вас, что вы добьетесь полного освобождения всех борцов за землю и волю, отмены смертной казни, предадите правдивому народному суду всех угнетателей — народных палачей нашей дорогой родины, добьетесь созыва настоящей всенародной Думы, выбранной на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования без различия пола и народности, так как только такая Дума, а не теперешняя помещичья, может правильно разрешить наш земельный голод — передать всю землю в пользование тех, кто будет обрабатывать ее своими руками, установить веками попираемую справедливость, что земля дар Божий, и может пользоваться ею каждый человек, и составить те главные законы, по которым должно управляться наше отечество.

Царские чиновники вместе с помещиками и другими богачами довели наше все государство до полного расстройства, а весь народ — до нищеты и голодовки и нарочно держат его в темноте и невежестве. Против таких порядков народ поднял в разных местах восстания, хочет заменить чиновничье правление правильным народным управлением; поэтому мы и постановили: присоединиться ко всем борющимся за землю и волю и общими силами дружно бороться со всеми народными угнетателями. Постановили: что все земли во всем государстве, городские и деревенские, должны принадлежать в пользование всему народу, все земли должны быть отобраны у всех частных владельцев и богатых мужиков без всяких выкупов, пользоваться землею должны только те, кто собственноручно обрабатывает сам без наемного труда и в таком количестве, сколько придется на каждую душу по справедливой разверстке.

Вы выскажите все наше горе Государю Императору и с ним вместе облегчите нашу жизнь. Многим из Вас самим пришлось испытать наше Крестьянское Горе, нашу нищету, темноту и бесправие. Не потому просим, чтобы нам роскошествовать, а потому, чтобы хотя был бы у нас кусок хлеба и наши дети не пухли с голода и не умирали как мухи (с голода) от болезней, разъяснить это людям, препятствующим улучшению нашего быта. Все молим Бога, чтобы он подкрепил Вас, избранников наших.