Девятилетняя девочка чуть не потеряла палец на детской площадке под Екатеринбургом

ЧП произошло на днях в «Манин Парке» в Верхней Пышме (город — спутник Екатеринбурга). Константин, глава многодетной семьи, приезжал домой в отпуск по ранению (он — командир саперного отряда) и в тот день вновь улетал на фронт. Жена с детьми поехали его провожать — по пути заехали в парк. Увидев скалодром, Вера (одна из младших дочек) с разрешения мамы стала забираться по конструкции.

— Там невысоко — на уровне глаз взрослого человека. Дочка залазит, понимает, что где-то зацепилась, а выше пролезть не может. Мы увидели, как она спрыгнула и резко закричала, — вспоминает Аполлинария, мама девочки.

Вера зацепилась рукой об острый угол деревянных панелей, и её палец застрял между ними. В результате ребенок полностью лишился подушки пальца — он так и остался между реек. Отец осмотрел дочку, понял, что рана не критичная, забинтовал её и уехал в аэропорт, чтобы не опоздать на самолет. А мама с детьми поехала в девятую детскую больницу.

— Нас приняли без очереди, поскольку было обширное кровотечение. Врач сказал, что нам очень повезло, что остался цел ноготь, иначе пришлось бы ампутировать фалангу, — рассказывает мама.

Вере сделали итальянскую пластику (здоровую кожу на ладошке надрезают и пришивают к ней палец, чтобы он регенерировался). Пока девочка ходит с пришитым к ладошке пальцем.

Её мама считает, что виноват аттракцион, выполненный в виде букв — он небезопасен: у досок острые края, некоторые уже отрываются. Она подала заявления в полицию и прокуратуру, однако силовики не спешат давать ход делу. Но женщина намерена настаивать на расследовании, чтобы привлечь собственника парка к ответственности.

🚀Подписывайся на УРАЛLIVE
✍️ Оставить комментарий

📹 Боец-психотерапевт из Екатеринбурга, спасавший детей от «Синего кита», теперь спасает ветеранов СВО от суицидов

Екатеринбургский психотерапевт Дмитрий Рассохин, который несколько лет назад спасал подростков от «групп смерти», с началом спецоперации отправился в Донбасс. Служил в разведке — воевал под Угледаром и Авдеевкой. Вернувшись с фронта, запустил сперва в Донецке, а затем в Екатеринбурге центр психологической помощи для ветеранов СВО.

— Когда я приехал туда (в Донбасс), я увидел в госпиталях очень много бойцов с ПТСР (посттравматическим стрессовым синдромом). При содействии омбудсмена Донецкой республики Дарьи Морозовой (я являюсь её советником) мы организовали там службу психологической помощи: обучили людей, и успешно работаем там два года, — рассказывает психотерапевт.

На основе донецкого опыта была создана и служба экстренной психологической помощи для бойцов СВО в Екатеринбурге. Рассохин говорит, что такая помощь нужна даже самым крепким бойцам.

— Мужчина — воин, он считает, что, стиснув зубы, сам справится, что всё само пройдёт, а оно не проходит, — говорит Рассохин.

Рассохин и сам, вернувшись с фронта, столкнулся с ПТСР (хотя это были не первые его боевые действия). Пришлось лечить самого себя.

Врач отмечает: у ветеранов СВО есть проблемы и с агрессией, и с суицидами (эта была прямо беда после первых возвратов из украинского плена).

— Люди возвращались и не находили себя. У них начинался махровый, лютый ПТСР — это приводило к агрессии, которую они проявить не могли. Всё это вело к депрессии — человек не видит выхода и уходит из жизни, — говорит психотерапевт.

Кто больше подвержен посттравматическому синдрому, как жить бойцам, кастрированным в украинском плену, о ждунах в нашем тылу и тех, чья помощь фронту неоценима, — в интервью бойца-психотерапевта военкору СОЛОВЬЁВLIVE, редактору УРАЛLIVE Андрею Гусельникову.

Телефон доверия для ветеранов СВО, их родных и близких – 8-800-600-27-88.

🚀Подписывайся на УРАЛLIVE
✍️ Оставить комментарий