Напомнило работу Владимира Сорокина.

Увидимся в это воскресенье.

Артур Другой

Ведь не зря же наш Господь распят...

Сказочка вот для вас, друзья.

Как ты стал стар, старина Кулио.

Пояснение для зумеров: этот дядя, автор песни Гангста пэрадайс, которую вы все так любите и активно цитируете в виде сэмплов.

Чтения не обязательно происходили при свечах и не обязательно с обильными водочными возлияниями после. Но свечи, стихи, гитара, соответствующие песни, абсолютно необычные для
советского времени, и совершенно ирреальные беседы о прочитанном, которые уводили всё дальше и дальше, в то, что трудно было вместить иным образом, — всё это было… Любимые напитки — конечно, но всё-таки в умеренных дозах, в таких, которые не нарушали общую ауру, созданную чтениями, а наоборот, только усиливали
иррациональность и полную открытость бесед. Во всём этом было нечто, что почти не передаваемо никаким текстом — я имею в виду
эмоциональную, душевную, внутреннюю настроенность. Литература, философия, стихи, душевные раны, жизнь и смерть, прошлое будущее — всё сливалось в единый поток. Обнажённость была до
последних тайников души. Были и слёзы, на грани истерики. Помню реакцию после чтения моего рассказа «Тетрадь индивидуалиста»… Сложилось впечатление, что в сознании слушателей что-то
произошло, словно они открыли в себе какой-то новый уровень бытия, самосознания. Какой-то взрыв произошёл внутри… И это выразилось далее слезами, почему слезами — непонятно. Помню, Лена Строева пробормотала с полной отдачей и с надрывом:

— Ну и обнажился ты… До предела просто… Не надо такой обнажённости, нельзя так душу свою терзать...

Другие, наоборот, сочли, что надо терзать свою душу так, что мало не покажется, терзать до самых глубинных, кровавых ран.

— Обнажённости, побольше обнажённости! — крикнул тогда кто-то в углу.— И кроме того, все эти истинные открытия, откровения, надо одевать в оболочку бреда… Бреда побольше… Так эти глубины легче будет воспринимать, в чистом, обнажённом виде они
могут быть страшны и невыносимы… Жизнь — страшная вещь!

Юрий Мамлеев Воспоминания

Ох уж эти мамлеевские чтения в салонах. Они же квартирники.

А что сегодня? Как там у молодых? А нету никаких салонов. Почти нету интересных квартирников. Да, тебе 20, предки купили тебе апарт в Москоу-сити. Что там делаешь? Устраиваешь авангардные литвечеринки? Нет, ты устраиваешь мерзотные марафоны. Под колоночку, из которой пердит Инстасамка или Моргенштерн.

Юджа Ванг, пианистка:

Мы, артисты очень ранимы. Давайте не будем писать злые комментарии. После них можно перестать работать.

(Минуту спустя.)

Риану? Нет, Риану я уже не слушаю. Поп-музыка проходит. Например, слушала Леди Гагу. Но перестала после ужасного клипа.

https://youtu.be/ZZyokBXgEJY

Мамлеев — это настоящая щель в Абсолюте, которая разверзлась на какое-то мгновение и была зафиксирована. Если угодно, было описано это мгновение обнаружения некоего несоответствия не сходящихся на самой глубине метафизической действительности концов. В самой метафизике что-то повернулось не тем боком, было задокументировано… и снова исчезло! Вот поэтому Мамлеев как совершенно неисторичное, не связанное ни с какими историческими элементами существо — необязательный свидетель. Свидетель, который свидетельствует о чём-то настолько невероятном, что лучше бы об этом вообще никаких свидетельств не осталось.

Александр Дугин

Языком Эзопа кончаем от синкопы.