Бывший ректор ТПУ Седнев оправдан. Но это не конец

Многие помнят историю с уголовными делами в Томском политехе: в 2021 году внезапно ушел в отставку молодой ректор, выпускник ТПУ Дмитрий Седнев. А потом УМВД по Томской области сообщило, что Седнев обвиняется в превышении полномочий и растрате.

Затем выяснилось, в чём же состояла "растрата": начальник отдела по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом УФСБ по Томской области полковник Рустам Камалов в 2021 году потребовал от и.о. ректора ТПУ Дмитрия Седнева трудоустроить на должность советника ректора по правовым вопросам свою любовницу и выплачивать ей ежемесячно 300 тыс. руб. без выполнения трудовых функций. Под угрозой несогласования на должность ректора Седнев выполнил требование Камалова (да, это была ошибка, — но предлагаю читателям примерить ситуацию на себя).

Когда через год выплаты неработающем сотруднику заинтересовали органы полиции, Седнев добровольно сообщил о том, что это была, фактически, взятка полковнику ФСБ. Сотрудники собственной безопасности ФСБ получили информацию и передали ее военному следствию. Через три месяца в Томске в закрытом режиме полковнику Рустаму Камалову вынесли обвинительный приговор.

Казалось бы, справедливость восторжествовала, и Седнева должны были оправдать и отпустить. Но система вошла в клинч сама с собой, и дело тянется уже три года. Зато Камалов и его команда не сидели сложа руки в это время.

Во-первых, действия некоторых сослуживцев Камалова Р.С. вызывают вопросы. Камалова не уволили сразу и заранее проинформировали о деле против него, в результате он успел избавиться от дорогостоящего имущества, а непосредственно перед задержанием покинул место жительства и попытался скрыться от следствия в рядах ЧВК (и в итоге был задержан в Ростове-на-Дону).

Во-вторых, в ходе следствия Камалов угрожал свидетелям обвинения, что против них самих будут заведены уголовные дела. Сослуживцы пытались дать ложные показания в пользу обвиняемого, что отражено в приговоре. А все попытки военного следствия получить доказательства иных эпизодов незаконной деятельности Камалова были пресечены (несмотря на то, что в ходе следствия и в суде выяснилось множество интересных фактов).

Реализация угроз Камалова не заставила себя ждать и его сослуживцы из ФСБ возбудили новое уголовное дело против Дмитрия Седнева (по ч. 1 ст. 285 УК РФ, злоупотребление должностными полномочиями). Дело касалось выплаты зарплаты директору ПИШа – Вячеславу Першукову (ГК "Росатом"). Несмотря на то, что деньги получал Першуков в качестве зарплаты, в деле он остался свидетелем, а на скамье подсудимых снова оказался Седнев.

Естественно, многими это воспринято именно как месть Седневу со стороны Камалова и сочувствующих.

Несмотря на давление силовиков, недавно Седнева оправдали в первой инстанции. Кировский районный суд г. Томска не нашел ни одного доказательства вины. Оправдание по такому делу вызвало большой резонанс, в т.ч. среди юридического сообщества и бурно обсуждалось в среде правоохранителей.

Возможно, районный суд не согласился с обвинением Дмитрия Седнева не случайно, и это свидетельство угасающей власти полковника Камалова Р.С. и его соратников. Однако, на указанное решение подано апелляционное представление прокуратуры, и дело максимально быстро назначено к слушанию в Томском областном суде. Слушания пройдут уже завтра, 25 декабря 2025 года. Об этом по-прежнему не боится писать томский журналист Андрей Остров.

Мы будем внимательно следить за развитием событий.

P.S. Томск — это редкий нестоличный город с сильнейшими университетами. И они получают огромный урон своей репутации и лишаются возможности нормально функционировать просто потому, что кто-то захотел получить свою копеечку, а потом обиделся.

Многое можно было бы сказать. Но у меня возникает только один наивный вопрос. Не стыдно?

админ Зоопарка поясняет за жизнь ректорскую авторам соседних каналов

Новости по делу Дмитрия Седнева, бывшего ректора ТПУ.

Рассмотрение апелляции в областном суде внезапно отложили и сменили судью, вчера заседание не состоялось. Предположительно, заседание постараются провести 30 декабря, а спешка связана с тем, что силовики хотят закрыть год без оправдательного приговора по делу, которое ведёт ФСБ.

У всех свои KPI и свои традиции для новогоднего корпоратива, уважаемые коллеги. Будем следить за развитием событий.

Управление и направление

В конце года стоит, пожалуй, написать пост с отвлечёнными размышлениями.

Мы наблюдаем множество "управленческих" мер, которые по существу не являются таковыми. Наука и образование очень консервативны, сама возможность реального управления ими — вопрос непраздный. Во избежание иллюзий и лишней суеты стоит хотя бы разобраться с терминами.

Можно ставить и.о. директора, насаждать M*x, запрещать студенческое самоуправление, вводить новые KPI, менять стратегические приоритеты и так далее. Но это почти не меняет сути процессов — что исследуют и что преподают.

Такие меры похожи на расстановку труб и загородок в русле большой реки. Да, можно где-то искусственно поднять уровень, где-то выкопать небольшой пруд со своей экосистемой, где-то поместить счётчик расхода, а где-то — расставить ряд буйков и сделать вид, что вода течёт именно вдоль него. Но на самом деле мы не управляем течением, в лучшем случае это — организация потока, а скорее — просто администрирование. Управлением я бы назвал изменение русла: того, где и, главное, куда течёт река.

Нужны ли организация и администрирование? Конечно нужны: чтобы ходили корабли, пляж был чистым, пристань не затопило, а капитан мог ориентироваться по бакенам. Главное не делать вид, что мы при этом управляем самой рекой.

А как вообще управлять течением науки в прямом смысле слова? Я не знаю точного ответа, но обозначу два момента. В случае прикладной науки подходят большие и конкретные цели: не абстрактное импортозамещение, а вполне определённая атомная бомба или литограф. Часто такой способ пытаются применять и в фундаментальной науке, но это имеет мало смысла: если результат принципиально неизвестен, то невозможно предсказать, развитие в каком направлении он обеспечит.

Но кое-что сделать можно: фундаментальную науку можно ориентировать на определённую область в долгосрочном периоде и, на мой взгляд, почти единственный работающий метод — это развитие научных школ. Если внимательно посмотреть на научный ландшафт, то можно заметить, насколько сильно влияние школы. Коллективы могут работать под разными вывесками и вывешивать на флаг разные приоритеты, но очень часто под капотом оказывается "научный" мотор, который тарахтит аж с советского времени (да, с тюнингом, новой электроникой, капремонтом, но всё же).

То же самое касается и образования. Если мы говорим не о зачитывании учебников, а о настоящем университетском образовании, то люди должны преподавать то, что хорошо знают сами. А это напрямую связано с научной школой, причём в обе стороны: кто учит и кто получается.

Образование новой научной школы — это и есть, по сути, формирование нового русла. Крайне трудозатратный и рискованный процесс. Пожалуй, здесь есть два основных пути: либо приглашать сильного учёного из новой области (всерьез и надолго — если такой учёный существует, конечно же), либо брать коллектив, который готов менять тему, и вливать ресурсы, не надеясь на результат первые пять-семь лет, как минимум. Зато, если всё получится, школа будет воспроизводить сама себя и покроет новую предметную область, в которой может рано или поздно произойти тот самый прорыв.

Не превращается ли школа в болото со временем? Безусловно, так бывает. Но эта проблема должна решаться с помощью института репутации (кстати, где он?) и образованием новых школ: то, что живо, само постепенно наполнится молодыми людьми.

И последнее. Если где-то происходит прорыв прямо сейчас, то, очевидно, мы уже опоздали. Бездумно перебрасывать туда все ресурсы — это значит принципиально быть в позиции догоняющих. Если вчера выстрелил условный ИИ, то стоит уделить ему внимание (особенно прикладному аспекту), но не в ущерб остальному.

К сожалению, не существует инструкций по тому, какие же конкретные научные школы надо создавать прямо сейчас. Пресловутая внутренняя логика развития науки может дать приблизительный ответ, но конкретный выбор всегда будет спорным. Зато это и есть управление наукой и образованием в исходном смысле. Расстановка буйков с гирляндами вместо управления, конечно же, — дело куда более привычное и менее рискованное.

Статистика за 2025 год уже готова, благодарим @TGStat.

Моя главная цель — сохранить высокую ценность каждого поста и вовлечённость читателей. Думаю, это удалось: за прошедший год одна публикация получила в среднем 130 комментариев, 380 реакций, 21 тысячу просмотров и 250 пересылок. Вопреки предположениям коллег, слухи о смерти канала сильно преувеличены: просто со временем дел не становится меньше, поэтому буду брать не количеством, а качеством!

Традиционно благодарю коллег по телеграму и читателей за внимание, реакции и неизменно интересные дискуссии, а самых неравнодушных подписчиков — за материалы для постов.

До скорых встреч и с наступающим Новым годом! ⛄️⛄️

Итак, 2 января, научные итоги года в Ботаническом саде-институте ДВО РАН, но первый пост не о ботаническом саде, а о революции в научной политике страны (пока, наверное, похожей на февральскую). Начнем с констатации реакционного переворота посредственностей в российской науке 2025 года.

На диаграмме — научные издания, в которых публиковал результаты наш очень маленький научный коллектив. В целом, неплохие и авторитетные в научном мире издания, что я считаю результатом нашей многолетней публикационной политики, которая заключалась в стремлении развернуть коллектив от патологической боязни рецензентов к свободной коммуникации с мировым экспертным сообществом и в стимулировании отечественных журналов к продвижению в мировой конкуренции за экспертов высочайшего уровня. Такая политика дала результаты, которыми мы гордимся: они замечены и высоко оценены мировым научным сообществом. У нас не только зажглись научные звездочки, видимые невооруженным глазом, но расправил крылья и весь научный коллектив, многие члены которого и не думали еще 10 лет назад, что у них есть крылья. Левая колонка на диаграмме демонстрирует качество изданий по востребованности в научном сообществе и показывает отношение числа ссылок на статьи в журнале к общему числу статей, опубликованных в данном журнале за 4 года — показатель CiteScore, который рассчитывается Scopus.

Научная политика новейшей России была действительно направлена на борьбу с посредственностями в науке, которые в моих ранних публикациях названы балластом. Собственно переворот посредственностей, случившийся в 2025 году, связан с введением новой редакции так называемого "белого списка научных изданий", официально известного как Единый государственный перечень научных изданий (ЕГПНИ), который, при явном попустительстве Минобрнауки РФ одним росчерком пера был превращен в главный критерий оценки труда ученого и эффективности научных организаций. Индекс качества научных публикаций теперь основан не на весе журнала в мировом научном сообществе, а на так называемом "индексе качества научной публикации", максимальные значения которого (публикация с единственным автором с одной аффилиацией) помещены в правой части диаграммы. Легким движением руки были уравнены авторы в Science advances и условном вестнике, учредителем которого является РАН (отклик мирового научного сообщества на публикации там и там оставляю сравнить читателям). Знаменитое, "кто был ничем, тот станем всем" если пока и не актуализировано окончательно, то явственно озвучено на уровне страны. Куда идут за этой дудочкой, мы все, на мой взгляд, неплохо знаем. В 2025 году сделаны уверенные шаги к деградации научной среды в нашей стране.

Мне близки и понятны трудности доступа к мировым библиографическим информационным системам, и в этой связи логично было бы предположить создание отечественных информационных систем, зародыши которых уже у нас есть. Коммерческая elibrary базируется на крупнейшем массиве данных о научных изданиях в стране и могла бы стать основой для оценки труда ученого, но не стала. Феерично развивающийся CoLab, создатели которого мне очень напоминают молодого Юджина Гарфилда, не по возрасту адекватен, но и этот ресурс проигнорирован всеми ответственными за развитие науки в России государственными структурами. Вместо всего этого, твердой рукой коллективной посредственности создан ЕГПНИ. Огромные государственные ресурсы, предназначенные и, смею предположить, достаточные для создания в России конкурентоспособной научной среды, вслед за ресурсами, не глядя потраченными на программу 5-100 и ее более поздние и современные аналоги, продолжают сыпаться, скажем осторожно, в бездну.

Что будет между переворотом 2025 года и последующей неизбежной встряской? — Окончательный скат к договорнячкам как основному принципу распределения средств на науку, минимизация вклада России в мировой научный процесс, увеличение числа защит слабых диссертаций, деградация научной среды в стране, утечка мозгов. Кто это может остановить? — Минобрнауки при наличии нормальной аналитики и смелости представить аналитику правительству и президенту.

Университет 4.0 в эпоху трансформации. Кто уже работает в таком?

Топовые научные статьи 2025 года: вклад институтов РАН

Многие уже обратили внимание на список из 50 топовых статей российских учёных за 2025, собранный энтузиастами проекта CoLab (пользуясь случаем, выражаю огромное уважение находчивости и трудолюбию коллег). Список подбирался по импакт-фактору журнала без нормировки на среднюю цитируемость внутри разных тематик, поэтому в нём доминируют биомедицина, химия и науки о материалах. Тем не менее, это хорошая выборка по крупной области естественных наук.

Итак, я решил уточнить вклады российских организаций в эти топ-50 статей (а не просто пересчитать, сколько раз упоминается то или иное место). Интерес к деталям понятен: как уже заметили коллеги из Зоопарка, какие-то организации попадают в список исключительно благодаря второй-третьей аффилиации у одного из десяти соавторов.

Я сделал фракционный подсчёт вкладов в эти 50 статей: вычислялась доля соавторов из конкретной организации для каждой статьи. Если учёный указывал несколько мест работы, то его вклад разделялся между этими организациями поровну. Дисклеймер: понятно, бездушная статистика не отражает всех тонкостей научного труда, но на достаточно представительной выборке уже можно делать какие-то выводы. Ещё отмечу, что сбор данных пришлось проводить преимущественно вручную, поэтому неточности неизбежны, но вряд ли они существенно влияют на итоговую картину.

1. Общая статистика:

Институты РАН участвовали в 37 статьях из топ-50. Средний авторский вклад в статью составляет 48%, медианный вклад — 31%.

МГУ и СПбГУ участвовали в 10 статьях, средний вклад — 24%, медианный вклад — 21%.

ИТМО и Сколтех участвовали в 10 статьях, средний вклад — 52%, медианный вклад — 43%.

Остальные университеты участвовали в 23 статьях, средний вклад — 22%, медианный вклад — 11%.

2. Количество статей с существенным вкладом одной организации (более 30%):

27 — институты РАН
14 — все университеты
8 — университеты за исключением МГУ, Сколтеха, ИТМО и СПбГУ
3 — Курчатовский институт

3. Количество авторов, указавших только одно место работы:

179 — институты РАН
30 — ИТМО, Сколтех
24 — МГУ и СПбГУ
43 — все остальные университеты
21 — остальные российские организации

Итого, авторский вклад институтов РАН в топовые статьи примерно в 1,5 раза больше, чем вклад университетов. А если исключить из выборки МГУ, Сколтех и ИТМО, то разница достигает 3,5 раз.

Более того, фактическая разница здесь недооценена: зачастую университет не является местом проведения исследований, а указывается как второе место работы автора (ДВФУ, НГУ и др.). Если же исключить из рассмотрения всех "неопределившихся" учёных со множественными аффилиациями, то кадровый вес РАН в данной выборке превзойдёт вес всех остальных российских организаций в полтора раза (см. таблицу 3). Эти данные хорошо коррелируют со вкладом институтов РАН в лучшие научные результаты по версии РНФ.

Мы в очередной раз видим, что наука в институтах РАН жива. И особенно важно — она гораздо менее централизована, чем в университетах, где за пределами топ-10 или даже топ-5 вузов быстро начинается научная целина. Децентрализация обеспечивает системе устойчивость, но вредит с точки зрения пиара: небольшой специализированной организации сложнее добиться видимости в инфополе, чем огромному университету со штатом сммщиков.

Если же смотреть не на медиарейтинги, а на научные результаты, то они достаточно красноречивы и сами по себе.

Пост для комментариев к предыдущему посту (которые снова отвалились)

время "после праздников" снова наступило

когда вторую неделю поздравляешь сам себя и воображаемых друзей с новым годом и собственным днём рождения в своих каналах с ботами

*но вообще-то ты — демиург научно-образовательной политики, а новые медиа ведёшь для удовольствия

Нормализация фальсификации

В Газете.ру вышло расследование Анны Урманцевой о сфальсифицированной кандидатской диссертации хирурга А. Ваганова (увидел в канале академика Хохлова, советую прочитать оригинальный материал).

Вкратце, две основные статьи по диссертации были ретрактированы (отозваны редакцией из-за серьезных нарушений), испытания на людях диссертантом не проводились, испытания на животных либо не проводились, либо их невозможно подтвердить, потому что были использованы кролики с рынка. При этом независимый диссертационный совет РУДН (не подчиняющийся ВАК) дважды отказался лишить врача учёной степени. Минобрнауки ничего сделать не может, Минздрав молчит. Сеченовский университет, на базе которого выполнялась диссертация, тоже молчит.

Более того, по версии Газеты.ру, герой расследования сейчас готовится к защите докторской, причём в КБГУ им. Бербекова.

Коллеги справедливо указывают на реакцию самого Ваганова: он искренне удивлён такому вниманию, ведь подобных медицинских диссертаций сотни и тысячи. К сожалению, он прав: это отражает объективную картину в медицинских науках, да и в бывшей РАМН. Но это не означает, что на подобные вещи надо смотреть сквозь пальцы и просто пожимать плечами. Совершенно ненормально, что львиная доля диссертаций по медицине защищается ради статуса к.м.н. и повышения цены за приём пациента, а не ради каких-то там исследований или внедрений.

Но лично меня завораживает другое: с какой регулярностью в подобных историях всплывают одни и те же организации. Научная школа, да и традиция в целом, очень устойчива — как хорошая, так и плохая.

На первых ролях сам РУДН — один из давних лидеров по количеству защищённых диссертаций с плагиатом, большой центр фуфломедицины, вуз с действующей Кафедрой аюрведы и Кафедрой гомеопатии, предлагающий курсы ДПО "Натальная астрология", место работы очередного публикационного многостаночника-активиста. Даже та самая статья "Информация об ауре человека как объект правового регулирования..." вышла в Вестнике РУДН.

Во-вторых, тут же оказывается и Сеченовский университет. Достижения за последнее время: скандальное закрытие Кафедры эндокринологии и увольнение профессора Ершова посреди учебного года (оба случая — за высказывание неправильного мнения о реформах медицины), вероятное применение новых препаратов на людях без разрешения Минздрава и снова публикационный многостаночник.

Про КБГУ сказать ничего не могу, кроме того, что его ректор — большой друг НОПа и любитель стратсессий. В остальном — слишком много совпадений, которые очень похожи на закономерность.


P.S. Кстати, всем рекомендую вот этот небольшой, но убедительный обзор на тему того, к чему приводят фальсификации исследований в медицине.