в каком режиме читать лирику?

давно не было постов этой рубрики.
поэтому, помимо подборки стихотворений, выкладываю сегодня небольшой пост, где хочу затронуть еще два аспекта проблемы: «почему мы к лирике обращаемся редко?».

/несколько других причин мы рассмотрели вот в этом посте/

• сборник стихотворений прочитать сложнее, чем роман, где больше пятисот страниц.

со сборником коротких рассказов ситуация та же.

а всё потому, что каждое стихотворение – отдельное произведение.

роман же затягивает. последовательно – глава за главой – знакомимся с персонажами, углубляемся в историю. пытаемся предугадать, как будет дальше развиваться сюжет, или просто наблюдаем за повествованием со стороны.
и не хочется закрывать книгу.
и не хочется, чтобы она закончилась. если нам в этой книге комфортно и мы успели привыкнуть к слогу автора.

стихотворения, даже если они и связаны друг с другом тематически, далеко не всегда удается прочесть по порядку.

новое стихотворение – новое переживание.
образность различается. тональность - тоже.

не успев полностью погрузиться в один текст, выныриваем из него. переворачиваем страницу, а там совсем другое произведение.

прочитали подряд несколько стихотворений и уже готовы убрать книгу на полку. нужно время, чтобы эти эмоции и впечатления прожить.

вернемся ли к сборнику стихотворений снова? – логичный вопрос.
если тексты в нем нас зацепили, то, скорее всего, рано или поздно вернемся.

а кто решил, что нужно прочесть весь сборник стихотворений сразу или почему мы с этой мыслью когда-то согласились? – другой вопрос, и он уже не о поэзии.

так что, во-первых, лирику в целом читаем в другом режиме.
во-вторых, почему бы нам не погружаться в стихотворения в своем темпе?

• когда мы читаем стихотворение, нас никто не ведет за руку

а ведь, когда мы читаем тот же роман, например, или смотрим фильм, часто подобный эффект ощущается.

что касается просмотра фильма, мы не задумываемся о том, куда смотреть, ключевые кадры – на экране, а остальное не так уж, на первый взгляд, важно. следим за тем, что нам показывают в нужной последовательности.

в случае с романом – его эпизоды писатель выстраивает определенном порядке, чтобы раскрыть идею. и тем самым ведет нас сквозь книгу.

возникает вопрос: у стихотворений, если и нет сюжета, то композиция точно есть – почему, когда мы их читаем, нам не понятно, как развивается мысль автора?

структуру стихотворения образуют другие элементы.

«Лирика – тот род литературы, в котором сочетаются звук, изображение и переживание», – подчеркивает Т.Ю. Климова в статье «Изучение композиции как способ познания его идеи».

«… в стихотворении нет «формальных элементов» в том смысле, который обычно вкладывается в это понятие. Стихотворение – сложно построенный смысл. Все его элементы суть элементы смысловые», – отмечает Ю. М. Лотман.

в стихотворении слов не так уж много, при этом важно каждое отдельное слово и среда, в которую оно попадает.

«Речь движется вперед. Но поэтический смысл все время возвращается назад, и каждое новое слово раскрывает в уже сказанных новые, прежде незаметные, значения», – читаем в монографии Ю. Лотмана и Ю. Цивьяна «Диалог с экраном».

стихотворения – те произведения, которые нужно читать по-другому.

эмоциональная составляющая – прежде всего.
затем наблюдения за текстом без ожиданий, что после финальных строк сразу станет понятно, о чем стихотворение.

«Потому что завязка развязки не требует» – строчка из одного стихотворения Стефании Даниловой, современного поэта. казалось бы, перед нами безжалостно вырванная из контекста цитата, но она тут очень кстати…

/интересно, что стихотворение, откуда цитата, сюжетно. в нем есть и завязка, и кульминация, и развязка/

… ведь для нас привычные элементы композиции вроде завязки, развязки и т.д. в стихотворениях встречаются далеко не всегда.

так что, если у нас в руках поэтический сборник, нам нужно, во-первых, сонастроиться с текстом, который мы читаем.

/этот пункт актуален и для погружения в прозу/

а во-вторых, переключиться на режим чтения лирики.


#как_читать_лирику

нравится книга или не нравится? — почему это не станет решающим фактором для написания обзора или рецензии

«выбрать книгу, фильм, альбом, который вам не понравился, и написать текст, из-за которого его захочется прочитать/посмотреть/послушать»
— так звучит вариант домашнего задания к одной из лекций по курсу «Как писать нон-фикшн: от коротких постов до лонгридов»,
где я сейчас учусь.

люблю изучать новое.
/даже когда в рабочих и учебных проектах цейтнот/

лекция была о том, как писать рецензии на книги.
так что сегодняшний книжный обзор будет не совсем в привычном для нашего канала формате.

небольшой эксперимент.
всего лишь домашка.
и вроде не более того.

а с другой стороны, прекрасный повод, чтобы побурчать сказать пару слов о том,
почему критерий «нравится/не нравится» никакой роли в моих материалах о книгах не играет.

• если книга не понравилась мне, не значит, что она не понравится кому-нибудь еще.

мнения разные, и это чудесно. критерий же слишком субъективный.

• не делю книги на те, которые мне понравились и которые не понравились.

потому что практически во всех книгах, что я читаю, есть какие-то интересные моменты с точки зрения того, как устроен текст и какие в нем заложены смыслы.

если же рассуждать в парадигме «нравится/не нравится», то мне нравятся очень многие книги. далеко не все из них цепляют и задевают, но это уже другой вопрос.

• на то, чтобы книга (не)понравилась, влияет множество разных факторов.

вовремя ли попала книга в руки: был ли читатель готов к встрече с ней?

в каком состоянии мы знакомимся с произведением? — действительно ли в книге бесячие персонажи или это мы, когда взялись за чтение, были чем-то раздражены?

• есть произведения, которые по своему содержанию мне не близки, однако с процессом чтения книги связаны тёплые воспоминания.

«Преступление и наказание» Достоевского я читала раза четыре (если не больше). и у каждого прочтения своя яркая история. так что, да, мне очень нравится «Преступление и наказание», но не из-за текста, а из-за тех людей и ситуаций, что пришли в мою жизнь благодаря этой книге.

• за фразой «мне эта книга (не)понравилась» обычно следует совет прочитать (или наоборот, «мне не понравилось, вот и вы не читайте»).

скептически отношусь к советам в целом. зачастую в них ощущается давление.

в своих же постах стараюсь сохранять нейтральный и отчасти отстраненный тон.
и вижу в этом экологичное отношение к читателю.

конечно, есть книги,
о которых я не пишу.
и причина тут не в «понравилось/не понравилось».

🔹 есть книжные жанры, с которыми я почти не знакома, а значит, мне пока не хватает начитанности и нужных знаний, чтобы анализировать, например, что-то из фэнтези и фантастики.

считаю, что качество опубликованных материалов в блоге — прежде всего вопрос об уважении к читателю.

🔹 наш телеграм-канал — всё же не читательский дневник, а проект с интересными и (я надеюсь) полезными материалами для читателей и писателей. поэтому я не разбираю тут произведения, которые, скорее всего, оставят читателей канала равнодушными.

🔹 есть книги спорные в плане изображения эмоций в них. когда автор манипулирует эмоциями читателя, когда книга написана провокационно. или, когда после прочтения произведения, накрывает волной подавленности и усталости — вот о таких книгах обычно не пишу.

но бывают и исключения.
как сегодня.
текст о книге — седьмая домашка. экватор курса, где даже темы заданий вдохновляют меня на размышления,
чему я рада.

а обзор на произведение, о котором я бы не стала просто так здесь писать, в следующих двух сообщениях.


#быть_читателем
#наш_канал

«Язычники» Анны Яблонской: вайб безнадёжности и потрясающая иносказательность

Бытовуха. Мрак. Нецензурная лексика. До ужаса натуралистичные образы. Побитые жизнью люди. Все они рьяно во что-то верят. У каждого из них свой культ.
А еще — они друг друга не слышат.

«Язычники» — последняя пьеса Анны Яблонской, трагически погибшей в 2011 году.

В 2017 году вышел одноименный фильм Валерии Сурковой. Это прямая экранизация, то есть буквальное переложение произведения.

Если выбирать между фильмом и текстом, то, конечно же, текст. Первые сцены фильма показывают нам героев в жизни. Текст пьесы открывается же афишей, и мы с персонажами знакомимся заочно.

Узнаем, кто из действующих лиц кем кому приходится, их возраст, а также имена главных и статус второстепенных героев. Из-за чего происходит такое разделение?

Взгляд цепляется за многозначное слово «учитель» — чья перед нами точка зрения и кто из героев в этом персонаже видит учителя?

Дальше подмечаем некоторые параллели. Оказывается, что и Наталье, и Боцману 60 лет. Объединяет ли этих героев что-то еще?

Уже чтение афиши запускает в нас исследовательский импульс, а когда смотрим фильм, мы так и остаемся пассивными наблюдателями.

В первой сцене пьесы на нас обрушивается поток обвинений и ругань Марины, одной из героинь произведения.

«Ты что, Боцман, опупел совсем?! Позавчера пять, вчера десять, сегодня две?! Одну плиточку за целый день приклеит <…> Ты что думаешь, у меня глаз, что ли нет? Или я не чувствую как после сигарет твоих от тебя водкой воняет?!»
— ощущение мерзости не покидает после этих строк, и хочется закрыть книгу.

Но снова возникают вопросы: почему она себя так ведет?
Что с ней, а точнее, с ними происходит?
С героями, которые орут друг на друга, не сдерживая эмоции.
Дело в том, что каждый из них варится в своем кризисе.

Марина тащит на себе весь быт, устает на нелюбимой работе и срывается на близких. Олег, ее муж, — непризнанный музыкант. Их дочь Кристина мучается от безответной любви. А Боцман, их сосед, никак не может доделать ремонт (можно ли в их квартире и жизни что-то починить?) и матерится через слово.

Чего им не хватает для полного (не)счастья?
Натальи, матери Олега, бабушки, одержимой религией, которая вдруг решает к ним приехать и от которой до этого «пятнадцать лет ни слуху, ни духу».

Появляется новый герой — в привычном образе жизни трещина.
Вспоминается «Горе от ума» и Чацкий с идеологией, разрушающей систему.
Но лучше всё-таки подумать в сторону пьесы «На дне» Горького… там и Лука, и герои в печальном положении, и развязка неоднозначная.

Поначалу кажется, что мутит воду только Наталья.
Ее идеи и высказывания вызывают противоречивые чувства. Но вопросы Кристины выбивают из колеи сильнее. И уже не только членов семьи, но и читателя.
Например: «Мам, ты кого больше любишь — меня или его? (Кристина указывает на икону Иисуса Христа)».

Получается, что Наталья и Кристина выполняют в пьесе похожие функции. Однако их мировоззрение противоположно.


#внутри_текста

продолжение

Наталья, а вместе с ней и Боцман самоотверженно верят. Только верят в разное.
Кристина же противопоставляет себя всем и несколько раз повторяет: «Я — агностик».

И тут закрадывается сомнение в том, что пьеса не так проста, как кажется.
Почему эту фразу произносит героиня, имя которой запускает цепочку ассоциаций: Кристина — Христина — Христос?
А что если и другие имена персонажей, пусть и такие обычные, на первый взгляд, выбраны автором неслучайно?

Имя Наталья происходит от Natalis Domini, означающего «рождение», «Рождество». А один из ключевых моментов пьесы происходит на Пасху. Напрашиваются некоторые параллели, не так ли?

Имя Олег у германских народов переводится как «удачливый». Это уже тонкая ирония. Ведь герой долгое время не может найти работу. А ещё ему не везет в семейной жизни: жена — тиран, а сам он равнодушен к проблемам дочери. Да и мать бросила его, «в Почаев уехала», когда он учился в четвертом классе.

Наталья — Олег — Кристина — интересная линия из нескольких поколений одной семьи выстраивается, когда мы пониманием значения имен персонажей.

В одном из монологов Кристины прочитываем историю о мертвой вороне, которая «растворится в этом холодном белом кирпиче времени»:

«Все вещи на свете — снаружи полные, а внутри... (Ставит на скамейку полупустую бутылку) И больше нет мамы, и нет папы, нет вороны, и нет меня… (К Кристине подходит бомж)».

Вот так одной ремарки о полупустой бутылке достаточно, чтобы мотив пустоты, звучащий между строк в течение всей пьесы, обрел физическую, вещественную форму.

Почему к ней подходит именно бомж? Почему только бомж может ее услышать и слышит ли он ее? — вопросы, которые не оставят нас, и когда мы дочитаем произведение.

Отчаяние. Одиночество. И «диалог глухих» — в основе пьесы.

Стоит ли ее читать?

Если гиперреализм и ощущение тотальной опустошенности не отталкивают, то можно смело погружаться в историю семьи с мещанским укладом жизни и находить в ней всё новые и новые подтексты.


#внутри_текста

«Свод небес» Натальи Струтинской: даже если человек откажется от своего прошлого, сможет ли он сбежать от себя?

Роман-вселенная, где под куполом неба переплетаются судьбы людей. В центре внимания писателя – не событие, а идея. Она по-разному преломляется в жизнях героев.

Откуда сами герои? Они из семьи. Каждый из своей.
«Чужая семья – непроглядная тьма, и только внутри нее горит факел света», – читаем на странице романа.

Тема семьи – одна из ключевых тем произведения, в котором звучат вопросы о взрослении, формировании мировоззрения, выборе и ответственности за него, а также о возмездии и прозрении.

Продолжаем знакомиться с психологическими романами Натальи Струтинской. Прошлой осенью на нашем канале был опубликован материал о её романе «Не нарушая тишины». Сегодня поговорим о «Своде небес».

Совсем недавно, в середине апреля, наконец-то вышла новая версия этого романа, написанного в 2018 году, переиздание «Свода небес». Больше информации об авторе и о творчестве писателя – в телеграм-канале Натальи Струтинской, а также на её официальном сайте. Электронную версию книги можно приобрести на ЛитРес.

/В нашей статье роман цитируется по источнику/

Произведение композиционно делится на четыре части. После знакомства с первой частью у нас возникает соблазн сосредоточиться на проблемах персонажей.
Ну да, мы встречаем на страницах описания природы. Ну да, рассказчик объясняет мотивацию героев. Важнее же само действие, ведь им нужно выжить в непростых условиях.
А вот и нет.

Сюжет, конечно, затягивает и вызывает эмоции. Но все события развиваются под куполом неба. Повествование строится на универсальных оппозициях, главная из которых – верх-низ. А всезнающий рассказчик не только описывает героев изнутри и говорит о них издалека, но и оценивает их поступки и раскрывает перед читателем перспективу – к чему могут привести те или иные решения.

На протяжении всего романа нас ведут за руку. Мы же в основном находимся в позиции наблюдателя. А если и вступаем в диалог, то не с персонажами, а с рассказчиком. С одними его мыслями соглашаемся, а с другими – спорим.

Если первая часть романа нас впечатлит детальным повествованием, как в романах XIX века, и экзотическими обстоятельствами, в которых происходит завязка сюжета, то в финале второй части нам может показаться, что мы читаем уже эпилог.
Впереди же еще две части произведения. Что будет дальше?

А дальше – глубже. Перед нами раскроется иносказательный пласт повествования. И у нас не останется сомнений о том, что это роман не только о жизненных перипетиях, но и о чем-то большем. Примечательно, что и главные, и второстепенные герои имеют свою биографию. О ком-то мы узнаем со слов рассказчика, о ком-то из вставных конструкций вроде ксерокопий паспортов.

Все ли они, потерявшие себя, в итоге выберут путь прозрения? Конечно, нет. Однако о тех героях, у которых точно есть будущее, мы узнаем уже из настоящего эпилога в финале четвертой части.


#знакомство_с_автором
#внутри_текста

продолжение (1)

Роман «Свод небес» многослоен: «… свод судеб множества людей, у каждого из которых своя высота и своя лазурь».

Мысль о прошлом звучит на разных уровнях.
Во-первых, событие – исчезновение человека – происходит в настоящем для героев романа времени и вскрывает тайную историю из 2009 года – случай на туристической базе «Аполлинария».
Во-вторых, герои по-своему осмысляют прошлое: кто-то отказывается от него, кого-то оно тяготит, кто-то извлекает из него уроки.
В-третьих, в произведении отчетлив мотив фотографии. В фотографиях застывает прошлое.

Вспоминается фильм «Древо жизни» Терренса Малика, где соединяется земное и возвышенное, мимолетное и вечное. Несмотря на то, что по сюжету оба произведения нисколько не близки, в них ощущается общее настроение, а еще их объединяет масштаб и монументальность предложенных для размышлений вопросов.

Мы же в процессе чтения задаемся своими вопросами. Один из них о главном герое романа и о системе персонажей в целом. Можно предположить, что Марфа – главная героиня. Ведь она исчезает.

Откуда? И действительно ли ей удается исчезнуть? Казалось бы, странные вопросы. Вместо них стоило бы спросить о том, что с ней случилось, жива ли она и кто из героев сильнее переживает.

Любопытно же то, что Марфу мы видим и слышим только в двух частях произведения. В остальных частях она – за кадром. Но даже, оказавшись в позиции внесценического персонажа, она постоянно присутствует в разговорах других героев. И не исчезает со страниц романа. Марфа – не единственная главная героиня.

В романе «Свод небес» нет одного главного героя, их несколько. Это и Филипп, муж Марфы, который «был потерян не меньше, чем те пропавшие, которых он искал». И Марк Зимин, чья жизнь «была выстроена на этой вине и на долге, и когда вдруг не стало того, кому он был должен, то не стало вдруг и вины».

На страницах романа мы встречаем представителей разных поколений. Это и родители героев. И дети, с кем главные герои взаимодействуют – Алик, сын сестры Марфы, и Ваня, история которого заставляет переосмыслить вопрос об отношениях детей и родителей в современной семье. Казалось бы, речь идет о второстепенном персонаже, но происходящее с ним вдохновляет на размышления.

Агриппина, Фетиния, Архип – вот уж кто точно не остается за кадром, а играет важную роль в движении сюжета романа. Если мы еще не познакомились с произведением, для нас это просто имена. В процессе чтения заметим, что эти герои как будто бы всегда рядом с нами. А, дочитав роман до конца, поймем, что благодаря им линии сюжета переплетаются в особый узор. Они на перекрестке судеб других персонажей. При этом каждый из них проживает свою трагедию.

Приведем цитаты:

• «Груша жила для сына и ради мужа, и в этом заключалась главная причина различия в тех чувствах».
• «…когда фотоаппарат разлетелся на несколько частей, Фетиния почувствовала, что сама она, раздробленная, на короткий миг будто вновь стала здоровой…».
• «И тогда я не оспорил того, не сказал, как оно было. Ведь у меня сын только родился. А жизнь все равно скатилась <…> А вина эта все гложет».


#знакомство_с_автором
#внутри_текста

продолжение (2)

Роман «Свод небес» воспринимается как объемное произведение. И дело тут не в количестве страниц, хотя их тоже в книге много. А в том, что звучание текста объемно. Благодаря его образности.

Некоторые образы-символы закреплены за конкретным персонажем,
например: «… для Марфы вырезанная из бумаги девочка была ценней любого дорогого подарка». Другие наводят на мысли о параллелях.

Ключ. Он упоминается в записке, найденной на месте турбазы «Аполлинария»: «Она отдала мне ключ», – пишет неизвестная девушка. Еще ключ – «ключ от банковской ячейки», спрятанный в необычном тайнике. И о ключе говорится, когда Фетинии одна из героинь настойчиво пыталась «вложить в ее ладонь ключ».

Кольцо. «Надевая кольцо на палец, Марфа вдруг подумала о том, что уже давно не была никому женой». Агриппина же «вышла замуж только для того, чтобы носить кольцо на безымянном пальце». Нина Шестак «была в восторге от кольца на своем безымянном пальце».

Кроме того, в романе символичны и сцены суда. Подробности одного из судебных заседаний узнаем от рассказчика. Другое же наблюдаем, читая эпизод романа и вслушиваясь в реплики персонажей. «Ведь только мы сами себе свидетели», – говорит один из героев.

«Мир – это свод небес…», – читаем на странице.
А незадолго до этого встречаем мысль о синтезе: «Все нити пересекаются <…> оттого все под этим небесным куполом взаимосвязанно и небессмысленно».

Как же эти слова созвучны с описанием глобуса – хрустального шара в «Войне и мире» Л.Н. Толстого.

«Глобус этот был живой, колеблющийся шар, не имеющий размеров. Вся поверхность шара состояла из капель, плотно сжатых между собой <…> Каждая капля стремилась разлиться, захватить наибольшее пространство, но другие, стремясь к тому же, сжимали ее, иногда уничтожали, иногда сливались с нею»,
– находим в IV томе «Войны и мира».

Свод небес, как и глобус у Л.Н. Толстого, представляет собой модель мира. Читая роман Натальи Струтинской, не перестаем удивляться тому, как устроен мир этого произведения, где герои опрокинуты в реальность и решают свои проблемы, а всезнающий рассказчик раскрывает перед нами путь каждого из них.


#знакомство_с_автором
#внутри_текста

«Пиковая дама, приди!» Ольги Одинцовой: кто кому призрак?

Именно такой вопрос возникает, когда мы знакомимся с произведениями, что вошли в этот сборник.
Ведь перед нами – 9 историй о мистической Москве, в которых между прошлым и будущим стёрты границы.

Название сборника навевает литературные ассоциации. Вспоминаем сразу «Пиковую даму» А.С. Пушкина. Но на страницах книги мы не встретим отсылок к истории о карточной игре и не повстречаем Германна.

Зато в рассказе «Студент» среди героев увидим молодого Михаила Булгакова, который «в блокноте почёркивает идеи для будущего романа», а читая повесть «Столешников 6», не только познакомимся с легендами усадьбы, но и выясним, подходит ли Николаю Васильевичу Гоголю джинсовка оверсайз. И вернемся к произведениям А.С. Пушкина только вот не к «Пиковой даме», а к его «Метели», ключевой мотив которой отчетливо звучит в одном из рассказов сборника.

Но обо всём по порядку.

25 апреля 2023 г. вышел в свет сборник мистических историй «Пиковая дама, приди!». Его автор – Ольга Одинцова, с творчеством которой мы знакомы по таким произведениям, как «Кофейня в Арбатском переулке», «ИМПЕРстень», «Белая тайга», «Я помню холодное лето» и, конечно, «Виниловая пластинка для Рикки» – разбор этой повести был опубликован на нашем канале в прошлом году весной.

Больше информации о писателе – в паблике Ольги Одинцовой вконтакте. Книгу «Пиковая дама, приди!» можно приобрести на ЛитРес.

/в нашей статье произведения сборника цитируются по источнику/

Девять законченных историй. В некоторых из них действие развивается в наше время. В других – в XIX веке. А третьи находятся на пересечении времен, когда прошлое проникает в настоящее и влияет на будущее.

Это истории о путешествии между мирами. Иногда герои из реального мира отправляются в потусторонний мир – в таком случае сюжет выстраивается как в волшебной сказке. Но чаще существа из иного мира вмешиваются в ход жизни героев из мира реального, что характерно для балладных сюжетов. Мотив ожившей скульптуры, например, раскрывается на страницах одного из рассказов. А к девочке Вере (конечно же, это имя автор выбирает неслучайно), героини другого произведения, приходит Черняшка.

Это истории разных жанров. Рассказы, повести, новеллы. А еще – рождественский рассказ «Детская молитва, или Легенда о Скряге», и финальным аккордом сборника – история-притча «Дверь в жизнь». В книге есть «Предисловие, идущее из детства», послесловие, постскриптум, где находим трогательное посвящение: «Родная Москва, я посвящаю эту книгу тебе…» и даже плейлист для более глубокого погружения в тексты и в их атмосферу. А сами произведения сопровождаются эпиграфами.

Диалог эпох, искусств… да и герои этих произведений в основном находятся в диалоге друг с другом. Когда они оказываются в неожиданных обстоятельствах, они действуют сообща. А иной раз просто рассказывают и пересказывают истории страшные и не очень.

Так что, во-первых, диалог становится двигателем сюжета практически во всех произведениях сборника, а, во-вторых, в повествовании важная роль отводится вставным конструкциям вроде различных легенд, каждая из которых «рождается не из пустого звука».

Героями произведений становятся люди, которым не сидится на месте.
В основном – это дети, подростки, а иногда и взрослые. Их объединяет то, что все они – исследователи. Их манят открытия. Кто-то пытается разузнать, куда пропала девочка, после того как группа ребят вызывала пиковую даму в холле отеля пансионата. Кому-то не дают покоя тайны московских улиц и усадьбы, что «родом из восемнадцатого столетия». А кто-то мечтает совершить научное открытие после знакомства с девочкой-инвалидом.

В рассказе «Степная костровая», один из внесценических персонажей попадает в петлю времени:

«Бегут, а дом ближе не становится. Это как происходит: кажется, что добрался до посёлка, а оказываешься в том же месте, откуда бежал».

#знакомство_с_автором
#внутри_текста

продолжение (1)

Но всё же чаще герои путешествуют по загадочной, призрачной Москве. Ее усадьбы превращаются во временные порталы:

«Кожин оказался меж двух миров одновременно – между старой Москвой и Москвой современной, то есть нашей, двадцать первого века. Это словно временной портал, который открылся в его усадьбе».

В историях сборника «Пиковая дама, приди!» Москва – самостоятельный персонаж со своими голосом и душой.

Приведем цитаты, в которых наиболее ярко раскрывается ее образ:

• «Присмотревшись, я всё же понял, что это моя Москва, но совсем иная, чем была прежде. Мне пришлось выйти за порог своего дома, чтобы посмотреть на этот новый мир».

• «Вы видели памятник Пушкину? <…> в прошлый раз я видел его на противоположной стороне Пушкинской площади. Странные дела творятся порой в Москве, друг мой!».

• «Экипаж двигался по ночной Москве так, как крадётся зверь в поисках добычи. Под колёсами бесконечно плескались лужи. Тревожно».

• «Они прошли мимо церкви Космы и Дамиана, уже знакомой им по злополучной экскурсии, затем мимо памятника основателю Москвы, свернули за угол на Тверскую, и через несколько метров Катя резко остановилась».

• «… было не совсем понятно, о каком конкретно будущем идёт речь. Здесь, в старой Москве, или в его родной – современной?».

Герои исследуют Москву.
Автор исследует вопрос о пересечении времен.

И у времени, и у пространства есть границы. К тому же если речь идет о сюжетах, где герои гуляют между мирами, пересечение границы неизбежно: «произошёл какой-то временной разлом», – читаем на странице книги.

Какие образы выполняют функцию границы в произведениях сборника?

«Вспомни хотя бы, что мы бежали из усадьбы через окно, после того как экскурсовод просто прошёл сквозь дверь!»,
– читаем в одной из историй.

Замечаем сразу и дверь, и окно. Образ двери как границы встречается, между прочим, практически в каждом произведении сборника. Помимо нее – метель, туман, сумерки, пламя (и свечи, и костра), зеркало, порог кареты, порог горящего дома и стены, которые растворяются в пространстве.

Подобно стенам, в воздухе растворяются и силуэты людей, и улицы Москвы, например:

«Очертания Тверской вокруг них растворялись в воздухе и расплывались тонкой сизо-голубой акварелью».

Проводниками между мирами в нескольких историях становятся гиды и экскурсоводы. А средством связи – телефон, на экране которого различаем приметы времени:

«Ребята тут же замолкли. И уставились в поисковик в браузере Вариного смартфона <…> Костик скорее всего увидел рекламу, которая так некстати подстроилась под её недавние запросы в поисковике».

«Я буду вам рассказывать что-то интересное, а события и времена будут сменяться на фоне нашего общения», – говорит один из персонажей. В этой цитате наблюдаем не только пример перехода между мирами, но и воплощение идеи о слове как о границе.

На первый взгляд кажется, что все истории сборника объединяются под одной крышей, благодаря образу Москвы и мистическому вайбу.
Однако есть еще одна более тонкая нить – мысль о слове и о его ценности, что звучит в каждой истории.

Главный герой рассказа «Тень кареты на Покровке» – писатель. Далее в сборнике – зарисовка-миниатюра «Призрак», которая перекликается с заключительной историей «Дверь в жизнь». И после «Призрака» мы знакомимся с героями истории «Столешников 6», один из которых «слишком зачитался своих книжек про мистику». Перед нами – герой-читатель.

Примечателен и образ блокнота.
Третьекурсник Вася в рассказе «Степная костровая» собирает в блокнот необычные выражения. Михаила Булгакова с блокнотом в руках на одной из московских улиц встречают герои другого рассказа, оказавшись в апреле тысяча девятьсот двадцать второго года.

«Вы любите людей, их привычки и разные странности. Иначе не писали бы всё то, что пишете в своём блокноте», – эти слова воодушевляют писателя из рассказа «Тень кареты на Покровке».


#знакомство_с_автором
#внутри_текста

продолжение (2)

Мысль не только о ценности, но и о силе слова тоже не раз звучит в этих историях.
Варя, героиня «Столешникова 6», «читала молитву, чтобы себя успокоить». А девочка Вера в рассказе «Детская молитва, или Легенда о Скряге» в метель и пургу «беспрестанно молится, трепетно прижимая к груди куклу».

«Друг мой, придумайте что-нибудь, вы же писатель! Черкнув пером, вы сами можете спасти многих»,
– читаем в книге, и у нас не остается вопросов о том, зачем были написаны все эти истории.

Сквозь мистику и сгущающиеся сумерки над Москвой пробивается свет, и его сила в слове. Так можно сформулировать главную идею сборника «Пиковая дама, приди!».

«Пока существует несовершенный мир, меняющий мечты людей, в него будут приходить и те, чьи мечты будут его менять», – читаем в рассказе «Душевный разговор».
В этих строках ощущается надежда, которой в современном мире часто не хватает.

Именно поэтому «Пиковая дама, приди!» найдет свое место на книжной полке.
А еще – потому, что в рассказе «Студент» мы соприкоснемся с историей создания романа «Дети Арбата» Анатолия Рыбакова.

В «Степной костровой» почувствуем атмосферу рассказа И.С. Тургенева «Бежин луг», ведь там тоже ребята рассказывают друг другу страшилки.

Прочитав пару страниц рассказа «Тень кареты на Покровке», где записная книжка писателя «поёжилась», вспомним образ кисти художника из «Портрета» Н.В. Гоголя, которая «хладела и тупела». Когда же герой рассказа «Тень кареты на Покровке» окажется в карете, у нас перед глазами оживет кадр из фильма Вуди Аллена «Полночь в Париже». Пусть там и не карета, но произведения близки по своей атмосфере.

Если главными героями не раз становятся дети и подростки, а сюжеты погружают нас в сказочный мир, можно предположить, что эти истории прежде всего для детей.
Ложное предположение.

Мистика в рассказах – увеличительное стекло, через которое лучше нам удается рассмотреть, как пересекается прошлое и настоящее. И предваряет повествование «Предисловие, идущее из детства» – обратим внимание на эту формулировку.

Истории из сборника Ольги Одинцовой «Пиковая дама, приди!» для читателя станут путевкой в его прошлое, помогут ему вспомнить себя, которому когда-то нравились (или нет) страшилки и напомнят о том, что «нас могут окружать доведённые до совершенства механизмы, но люди с искрой <…> существуют в любое время».


#знакомство_с_автором
#внутри_текста

до 14 мая открыт приём заявок на участие в онлайн-конференции от литературного клуба Bedlam
➡️ ссылка на заявку участника.

рассказываю об этом мероприятии на нашем канале не только потому, что Bedlam – проект о современной литературе, в основе которого – живой диалог о книгах, но и потому, что я хочу поучаствовать такой конференции
(надеюсь, уже к этому времени разберусь со своими дедлайнами).

🔹 20-21 мая – предположительно в эти дни будет проходить онлайн-конференция.

она для всех, кто любит литературу
и разговоры о ней.

/думаю, что среди нас есть те, кого этот анонс заинтересует/

🔹 почему я собираюсь поучаствовать?

• конференция не от какого-либо университета и не только для студентов.

необычное мероприятие для литературного клуба.
что-то новое и менее формальное.

участники – заинтересованные люди, которым есть, что рассказать по своим темам.

• широкий круг вопросов –
4 тематических блока.
один из них мне уже приглянулся. осталось только сформулировать тему.

бывает так, что мысли по какому-то вопросу крутятся в голове, но руки не доходят, чтобы сесть и собрать всё в одну статью.

а тут прекрасный повод – и чуть глубже в тему погрузиться, чтобы материал получился с крепкой исследовательской составляющей, и попробовать не только написать текст, но и выступить с ним.

• люблю участвовать в конференциях, потому что после доклада идёт обсуждение.

вопросы – показатель заинтересованности слушателей и возможность посмотреть на свою тему с другого ракурса. к тому же в литературном клубе Bedlam дружеская атмосфера.

«можно просто послушать»,
– сказано в анонсе на станице литературного клуба.

от себя добавлю, что стать участником всё же интереснее.

послушать – хорошо провести время.
поучаствовать – получить новый опыт.

🔹 больше информации для участников и слушателей ➡️
https://vk.com/wall-209620428_931


#что_где_сейчас

какой нужен опыт, чтобы понять произведение?

/тема неоднозначная, поэтому я буду рада обсудить ее с вами в комментариях к этому посту/

что такое «понять произведение»? – прежде всего возникает такой вопрос, а вслед за ним –
в каком случае можно однозначно сказать, поняли мы прочитанное или нет?

на первый вопрос ответы могут быть самыми разными, второй же вопрос, скорее всего, так и останется без ответа.

опыт читателя… это понятие включает в себя два неизмеримых явления: начитанность и жизненный опыт.

есть соблазн принять за начитанность наличие у человека базовых знаний о литературе. однако всё же это разное. знания нужны, чтобы читать глубже. а начитанность – накопленный опыт взаимодействия с разными книгами.

читательский опыт – проводник в нашем пути от книги к книге.

но зачастую мы воспринимаем книги эмоционально, полностью погружаемся в истории, в них написанные. а после – эти истории начинают жить в нас. в каждом читателе они отзываются по-своему.

значит, дело не только в произведении и в нашей начитанности, но еще и в жизненном опыте, сквозь призму которого мы смотрим на текст.

можно было бы дальше продолжить размеренный разговор о том, как наш опыт соприкасается с опытом, отраженном в книге…

но в тех книжных обсуждениях, которые незаметно перерастают в споры, отсутствие «необходимого жизненного опыта» становится либо странным аргументом вроде «у тебя нет такого опыта, тебе всё равно не понять эту книгу», либо не менее странной отговоркой: «книгу эту читать не буду, потому что с подобным не сталкивался и ничего в ней не пойму».

еще мне приходилось слышать от некоторых читающих людей и такое: «не буду читать книгу, потому что у меня не хватит опыта, чтобы понять, о чем хотел сказать автор».

перед нами – два аспекта этой темы.

1. что-то вроде соревнования: у кого из читателей больше жизненного опыта?
/и это, конечно, звучит абсурдно/

• когда я училась в школе, нам задавали учить стихи наизусть.
некоторые учителя по литературе ставили перед нами задачу – не только выучить стихотворение и рассказать его без запинок, но и отыграть целый моноспектакль – передать в словах «все эмоции, заложенные поэтом в строках».

мне казалось странным, когда кого-нибудь из моих одноклассников ругали за то, что у него не получилось в своем ‘исполнении’ стихотворения передать всю гамму чувств, которые испытывал Ф.И. Тютчев при написании автобиографичных и полных печали стихотворений «Денисьевского цикла».

почему подросток должен рассказывать о любви в тех же интонациях, как это делал поэт в своей поздней любовной лирике?

• когда училась на бакалавриате, сама попала в похожую ситуацию.
2 курс – подробное изучение литературы первой трети XIX века, а еще список стихотворений, которые мы должны были выучить наизусть и успеть сдать их еще до экзамена. «Как часто пёстрою толпою окружен…» Лермонтова – одно из самых любимых мною стихотворений.

прочитав его наизусть преподавательнице, я узнала много нового:

«вы совсем не понимаете то, о чем вы только что рассказали. прежде чем учить стихотворение, надо проанализировать каждое его слово. Лермонтов его прочел бы иначе», – сказала она.

«я не могу, как Лермонтов, но могу по-другому», – ответила я.

реакция преподавательницы предсказуема.
хорошо, что экзамен у нас по этому предмету принимал другой преподаватель.

• и еще один пример – более отстраненный.

стихотворение Сергея Есенина «Письмо к женщине» – один из популярных текстов у чтецов на ютубе, а также эти стихи обрели вторую жизнь в песнях.

группе The Retuses лет десять назад песня «Письмо к женщине» на стихи С. Есенина принесла и популярность, и узнаваемость. а кавер Леры Яскевич на нее (уже несколько иное прочтение того же текста) набрал более 3 млн. просмотров на ютубе.

под обоими видеороликами встречаются комментарии о том, что лирику С. Есенина может исполнять только зрелый человек, повидавший жизнь.

привожу здесь именно эти три примера, потому что они наиболее ярко раскрывают суть проблемы.
ведь человек воспроизводит текст в тех интонациях, в которых он звучит в нем.


#быть_читателем

продолжение

когда нам не нужно рассказывать вслух стихи, когда читаем и не стихи вовсе, а, допустим, многостраничный роман, мы тоже ощущаем текст по-своему.
так, как именно в этот момент можем его ощущать.

те, кто выносит суждения, о жизненном опыте другого человека, когда дело касается книг (и не только книг), скорее всего, забывают одно очень верное высказывание, авторство которого приписывают разным известным людям: «Каждый, кого ты встречаешь, сражается в битве, о которой ты ничего не знаешь».

рассуждая о том, правильно ли другой человек понял произведение, мы уходим в оценочность.
а вот близки ли мне мысли другого читателя о тексте? – уже другой вопрос.

еще один момент – что мы понимаем, когда говорим о жизненном опыте:
пережитые эмоции или ситуации?

мы можем не знать, какого это оказаться в ситуации, в которой был, например, тот же Лермонтов несколько веков назад.

но глубины чувств при этом нам хватит, чтобы прожить его строки, потому что в нашей жизни происходили совершенно другие события, но они вызывали у нас похожие эмоции.

и, наоборот, мы могли не раз попадать в обстоятельства, в которых оказались и герои книги, но нас эти сцены не трогают и мы пролистываем с ними страницы.

потому, что произведение – другой мир, и отраженная в нем знакомая нам ситуация может выглядеть совсем нам не близкой.

2. нужно ли понимать, что хотел сказать автор?

/что хотел сказать автор… ох, уж этот вопрос, который навязали нам со школы. школу окончили давно, а вопрос этот никуда не делся/

интересна сама формулировка.
«хотел сказать» и «сказал» – это разное.
а что если он о чем-то хотел сказать, но так и не сказал в своем тексте?

бывает, еще не разобравшись в своих впечатлениях от прочитанного, мы хотим сделать вывод об идеях другого человека, с творчеством которого соприкоснулись впервые.
/тоже звучит абсурдно. зато встречается повсеместно/

когда задаем этот вопрос об авторе, нам, скорее, интересен не автор,
а то, насколько мы смогли понять суть произведения.

если же всё-таки, и правда, автор, то прочитаем его биографию, а лучше – автобиографию. пусть и мифотворчество сильно распространено, но необходимые факты найти можно.

формулируя свои предположения о том, что хотел сказать автор, мы снова говорим о себе. о своем восприятии прочитанного.

допустим, мы посчитали, что высказанная автором мысль в какой-то условной двенадцатой главе романа является ключевой мыслью произведения. а другой читатель ни на чем в двенадцатой главе не остановился, зато в финале романа увидел слова, которым мы не придали значения.

почему при знакомстве с книгой нам так сильно запомнился тот или иной фрагмент произведения? – явно не к автору вопрос.

еще интересно, что автор, будучи первым читателем своего текста, может не заметить что-то из того, что впоследствии читатели назовут ключевой идеей его произведения.

«великими произведениями искусства оказываются те, которые позволяют читателю – в том числе и читателю гораздо более позднего времени – увидеть в читаемом тексте проблемы, волнующие его время, проблемы, неведомые когда-то писавшему текст автору», – пишет И.М. Фейгенберг в статье «Вероятностное прогнозирование при восприятии информации в тексте».

с одной стороны, это высказывание о произведениях, проверенных временем,
а с другой – о том, что мы, читая классику, как люди другой эпохи воспринимаем тексты в соответствии с вопросами, которые предлагает наша современность.
воспринимаем по-другому и по-своему.

опыт – важнейшая составляющая читательского пути, необходимая для встречи с текстом и последующей рефлексии.

читая ту или иную книгу, мы погружаемся не только в историю, в ней написанную, но и в свои размышления, переживания и воспоминания и встречаемся не только с героями, но и со своими впечатлениями.

так называемое ‘отсутствие необходимого опыта’ – не повод, чтобы не браться за чтение книги. ведь, спустя какое время, можно будет вернуться к произведению и перечитать его.

опыт бывает разным, и он накапливается. взгляды меняются.
в произведении же запечатлено не то, что автор хотел сказать.
а то, что автор уже сказал.

давно не было постов рубрики #читаем_лирику_вместе

сегодня у нас подборка из 3 стихотворений
Иннокентия Анненского.

многие из нас знакомы с его творчеством по стихотворению «Среди миров…» (1909 г.), где лирический герой повторяет имя одной звезды и у нее ищет ответа «Не потому, что от Нее светло / А потому, что с Ней не надо света».
почитаем теперь и другие его стихотворения.

• знакомы ли вы с лирикой Иннокентия Анненского?
• какое стихотворение из подборки вам больше запомнилось/отозвалось?
• Иннокентий Анненский писал ещё и стихотворения в прозе, было бы вам интересно почитать о них на нашем канале?

посты о лирике и о поэтах

пока составляла подборку стихотворений И. Анненского, вспоминала, что на нашем канале есть материал с анализом самого известного его произведения.

когда я только начинала вести телеграм-канал, у нас периодически выходили разборы стихотворений и текстов песен. со временем это сошло на нет. потому что, как мне тогда казалось, если лирику читают намного реже, чем прозу, то и материалы о ней далеко не всем будут интересны.

зато уже в этом феврале у нас появилась рубрика #читаем_лирику_вместе, и меня приятно удивляет, что она многих заинтересовала.

сегодня я решила собрать в одну подборку всё о лирике и о поэтах, что уже есть на нашем канале.

— • — разборы стихотворений, поэтических сборников и текстов песен
/среди них есть и материал о стихотворении И. Анненского/

• козы-то Н. Гумилева, а грезы чьи-то еще (о песне «Романс» на стихи Н. Гумилева)
• Песни NILETTO. Ностальгия как способ общения со слушателем
• стихотворение Н.А. Некрасова в оптике Веры Звягинцевой: поэтический диалог
• два поэта про одну звезду: Е. Боратынский – И. Анненский (диалог сквозь время) на каком расстоянии их звёзды?
• «Чистые пруды»: элегический герой в идиллическом мире
• «Следующий шаг» Наталии Тебелевой: смотря на мир сквозь призму времени

— • — обзорные статьи о творчестве поэтов и о поэзии

• поэт, стихи которого звучат сегодня (статья о песнях на стихи С. Есенина)
• «Части речи»: как кино и поэзия проникают друг в друга (первая часть и вторая часть материала)
• «Зимняя ночь» Б. Пастернака: контекст восприятия
• когда у текста произведения есть не только прошлое, но и будущее: к вопросу о преемственности в литературе, традиции и новых возможностях (на примере известного стихотворения)
• о творчестве Александра Башлачёва
• мир Максимилиана Волошина: его люди и книги
• собирательный образ Парижа в творчестве и в жизни Владимира Маяковского

— • — посты о том, как читать лирику

• почему мы к лирике обращаемся редко
• в каком режиме читать лирику

— • — материалы о прозе поэтов

• С чего начинается погружение в творческий мир Сергея Есенина?
• Марина Цветаева: через музыку путь к стихам
• Иосиф Бродский. Его время и пространство

— • — посты рубрики #читаем_лирику_вместе

• подборка из 3 стихотворений Николая Рериха
• подборка из 3 стихотворений Георгия Иванова
• подборка из 3 стихотворений Иннокентия Анненского


#как_читать_лирику

«Игра на жизнь» Флавии Майер: одиночество и страсть шулера

Она путешествует. Но не так, как Холли Голайтли в романе Трумена Капоте «Завтрак у Тиффани». По-другому. Однако они с Холли чем-то похожи. У них обеих непростое детство, всю жизнь мечтают обрести свой дом, выбирают себе другое имя (имена).

Только, в отличие от Холли, она живет обманом и руководствуется холодным расчетом.

Она – Пуэлла Субдола, главная героиня повести «Игра на жизнь». Она – шулер, и игра в карты – её искусство. Но рядом с ней оказывается девушка с душой ангела, которая верит каждому ее слову. Пуэлле тяжело усидеть на двух стульях: и оберегать человека от зла и одновременно врать ему.

«Игра на жизнь» – небольшая история Флавии Майер, где со всех сторон раскрывается личность карточного игрока. Лёгкая плутовская повесть, где поднимаются сложные проблемы. За пару шагов до финала нас ждут трагичные, душераздирающие сцены. А после – финальные строки, в которых ощущается свет надежды. Больше информации о Флавии Майер, писателе и художнике – в её паблике вконтакте. Книгу «Игра на жизнь» можно приобрести на ЛитРес.

/в нашем обзоре текст повести цитируется по источнику/

Типология карточных игроков

Читая повесть, мы погружаемся в эпоху XIX века, когда карточные игры были особенно популярны. Для главной героини – это единственный способ заработка. За годы практики и путешествий по разным городам и тавернам, где Пуэлла всякий раз выбирает себе новое имя, чтобы не попадаться, она научилась разбираться не только в картах, но и в людях. Её тактика зависит от того, кто является ее соперником.

Так что из повести мы узнаем как о шулерских приемах: «когда скрипач начинал играть на <…> низкой струне, то это означало масть пики <…> на струне Ля – черви», так и о том, какие разные люди играют в карты.

Мотив карточной игры как ключевой мотив повести

«Шулерство – не работа, а мировоззрение», – читаем на странице, и в этих словах как будто бы всё и сказано. Игра в повести тоже имеет иносказательное значение.

Во-первых, за карточным столом Пуэлла расчётлива, однако ее жизнью правит случай.

Во-вторых, в повести находим описание и азартных, и коммерческих игр, которые различаются не только с социальной точки зрения, но и в соответствии с доступностью информации.

Что знает каждый герой? – вокруг этого вопроса выстраивается система персонажей повести.

Образ Фелиции и возможность увидеть происходящее с противоположной точки зрения

Юная Фелиция, которая становится подопечной главной героини, попадает в непривычное общество. У читателя появляется возможность взглянуть на происходящее и на карточных игроков с точки зрения невинной девушки.

Имя Фелиция означает «счастливая» и оказывается созвучным с одним из основных вопросов повести: достоин ли шулер счастья?

Как живется шулеру?

«Как бы сильно она не преуспевала в карточной игре, душа ее не находила покоя»,
– внутри у Пуэллы постоянная борьба.

Что для нее важнее игра или нравственность?
Игра или любимый мужчина?
Игра или…

В любом случае – игра, даже в те моменты, когда главная героиня наступает себе на горло: «… игрок был в игре всегда: глубоко скрывал свои истинные мысли и чувства и подавал лишь то, что требовал случай».


#знакомство_с_автором
#краткий_обзор

продолжение

Внутренние монологи и что скрывается за маской игрока

Повествование идет от лица всезнающего рассказчика, и мы вместе с ним проникаем и в мысли главной героини. Лучшие черты ее характера раскрываются во внутренних монологах:

«Как низко поступает эта старуха! Так вершить судьбой несчастной девушки. Ей настолько безразлична мисс Фелиция, что она готова отдать ее первому встречному?».

Почему герои повести говорят о книгах?

Во-первых, образ книги помогает нам понять, с чего начались путешествия Пуэллы:

«... именно книги о приключениях повели ее за собой в вечные странствия и подсказали бежать из серого пансиона много лет назад».

Во-вторых, образ книги символичен:

«Выбор книг показывает истинное расположение нашей души. В этих бумажных переплетах прячется далекий мир, что льстит таким нашим желаниям, которые мы никогда не воплотим в реальности», – говорит один из персонажей.

Интерпретация сюжета о блудном сыне и мотив раскаяния

Признание. Страшная потеря. Горькое раскаяние. Всё это приводит к трансформации характера главной героини. И Пуэлла возвращается к тому человеку, которого бросила несколько лет назад.

В повести «Игра на жизнь» отражено несколько оппозиций, на которых строится сюжет о блудном сыне: «блуждание – возвращение», «отцы – дети», «грехопадение – покаяние».

«Игра на жизнь» Флавии Майер – история о человеке, который потерял себя, а после ряда событий решил вернуться к исходной точке.

История о человеке, который привык менять имена и города, но внутренне всегда мечтал о встрече с теми, с кем можно быть настоящим.

#знакомство_с_автором
#краткий_обзор

Запись вчерашней конференции, таймкоды в описании!

⬆️⬆️⬆️

в прошлое воскресенье я поучаствовала в онлайн-конференции литературного клуба Bedlam.

/о том, почему хотела в ней поучаствовать, рассказывала вот в этом посте/

как прошла конференция?

• три часа содержательных разговоров об искусстве — литература, музыка, визуальное искусство.

как же чудесно было на это время отключиться от своих дел и проблем и погрузиться в обсуждение книжных и не только тем.

• восемь интересных докладов.

после таких разных выступлений мне захотелось пересмотреть фильм «Фауст» Александра Сокурова и прочитать несколько книг, о которых рассказывали участники в своих докладах.

• комфортная и дружественная атмосфера.

ближе к концу конференции меня разобрало задавать вопросы другим участникам по их докладам. такое со мной случается редко. только если мне по-настоящему интересно и я нахожусь в среде, где спокойно и нет напряжения.

что касается моего выступления,
я вновь поднимаю вопросы о роли читателя в современном мире, потому что считаю, что сейчас об этом важно говорить.

мой доклад на тему: «взаимодействие читателя с книгой в современном мире. к вопросу о формах коммуникации» второй в списке, вот его таймкод — 33:00 –01:02:30.

а вот ссылка на текст доклада — там всё структурированно и сдержанно.
само выступление получилось немного хаотичным. что-то пошло не совсем по плану и по тексту. зато в нем больше примеров (которых нет в тексте), их я вспоминала в моменте, пока рассказывала доклад.

на этой неделе на нашем канале не будет книжных обзоров, нужен небольшой перерыв. а уже со следующей недели, думаю, вернемся в прежний режим.

так что, пока нового контента нет, предлагаю почитать текст доклада и послушать/посмотреть запись интереснейшей онлайн-конференции.

#что_где_сейчас

📖 вместе с авторами книжных телеграм-каналов мы подготовили подборку книг, которые нам запомнились в этом месяце.

рада поучаствовать в подборке

⬇️⬇️⬇️

#лучшее из прочитанного в мае #рекомендуем

«Пятый персонаж» Робертсона Дэвиса — Прочтение со смыслом @readingwithmeaning
Своеобразный роман взросления, в котором есть место чудесам и иллюзиям. А главный фокус в финале проделывает автор, преподнося сюрприз даже внимательному читателю.

«Год порно» Ильи Мамаева-Найлза — Булочки с маком @poppy_seed_muffins
Автофикшн о поиске идентичности, поколенческом разрыве, проблемах современной молодёжи, жизни в небольшом городе и поиске собственного места.

«Ученик философа» Айрис Мёрдок — Books in my hands @booksinmyhands
Большой роман о небольшом городке, где наводит суету известный философ. Проза Мердок полна иронии и трепетного отношения к человеческим слабостям, и всё это - в лихо закрученном сюжете. Отзыв

«Заххок» Владимира Медведева — Olga Kalegina
Таджикистан после развала СССР. Простые люди не могут защитить себя и своих родных. Мудрые мысли Востока внушают оптимизм, но как же обидно, что на переломе эпох наверху оказываются худшие представители народа

«Номер два» Давида Фонкиноса — Книжный гриб @knigogrib
10-летний Мартин чуть не стал Гарри Поттером. Но на последнем этапе кастинга выбрали другого. Как жить с таким разочарованием, если все вокруг только и говорят о Поттере? Отзыв

«Учитель Дымов» Сергея Кузнецова — Библиотекарь книгу пропил @bibliodrink
История одной российской семьи на фоне смены времен, правительств и эпох. Отзыв

«Изумительный Морис и его учёные грызуны» Терри Пратчетт — I am booked @books_etc
Это так в духе Пратчетта – взять всем известный, до дыр затёртый сказочный сюжет, вывернуть его наизнанку и создать при этом не просто пародию, а совершенно уникальную, захватывающую и смешную историю. Отзыв

«Таинственный сад» Френсис Бернетт — Anna Chase 📚 Писательница с открытой душой @ChaseredDevil
Книга полна тайн и загадок.
Насколько важно верить в позитивные мысли и насколько важно иметь желание жить, жить здесь и сейчас? Отзыв

«Шолох. Теневые блики» Антонины Крейн — Я только посмотрю @rummans_notes
Тщательно продуманный магический мир, интересные расследования, поиск маньяка, боги-хранители и их вмешательство в дела смертных и наоборот. Отзыв

«Времеубежище» Георги Господинова — Острые страницы @knigovest
Интеллектуальный роман — дискуссия об устройстве памяти и уязвимости прошлого, антиутопия с легкой патиной классического романа и современной повесткой. Отзыв

«Гнездо синицы» Ромы Декабрева — Книжное притяжение @InterestingReading
На редкость оригинальный дебютный роман молодого автора. С первой главы и до конца романа приходится искать ответ на вопрос «Иллюзия или реальность?».

«Поэтому птица в неволе поёт» Майи Анджелу — Дива в библиотеке | Ёсими @divainthelibrary
Пронзительная, полная боли история взросления Майи на юге США, которая напоминает, что даже посреди насилия, предрассудков и ненависти можно вырасти человеком с огромным чистым сердцем.

«Люди черного дракона» Алексея Винокурова — тчк @uchktchk
На берегу Амура встретились русские, китайцы и евреи, почти как в анекдоте. Это невероятная история их поселения, их жизни и мудрости народов.

«Окно» Дуны Лу — сквозь время и сквозь страницы @through_time_through_pages
Помимо окна, в романе много границ: между прошлым и будущим, между людьми, что встречают друг друга. Для героя мир – это лес, который он исследует

«Бедные-несчастные» Аласдера Грея — Страхи мужика @waitmanfear
Чудесный роман об иллюзиях, одержимости, свободе женщин, сексуальных приключениях и врачебной практике конца XIX века – из уст ненадежного рассказчика.

«Голодный город. Как еда определяет нашу жизнь» Кэролин Стил — Красные глаза @pinnedchannel
Захватывающий нон-фикшен о том, как сложно накормить город – и как решение этой задачи меняет сами города, еду и весь мир.

«Спрингфилд» Сергея Давыдова — Послесловия и благодарности, @slovyatnik
Они мысленно превращают Самару в Спрингфилд, а Москву в Нью-Йорк. Острый, пронзительный роман о нынешних 20-летних, о провинции, о круговороте надежды.