В этом тексте развенчиваю сразу несколько (моих личных, но, вероятно, и чужих) стереотипов о том, что на подобную практику способна решиться только смелая (нет) женщина без комплексов (нет) и с богатым сексуальным опытом (нет).

Привожу в пример тех, кто так же, находясь в России, апеллирует к словосочетанию «суррогатное партнёрство». Объясняю, почему они отказываются общаться с журналистами, а Анзол на их фоне выглядит аномалией. Рассказываю про форум b17 и запрос «ищу суррогатного партнёра», где первый же комментарий — «это проституция!», а далее — весь спектр самых распространённых реакций, включая агрессивные комментарии дипломированных психологов.

Пишу о том, откуда вообще пошла эта практика, как, когда и где появилась методика, объясняю, почему она вызывает скепсис у тех, кто занимается сексологией как наукой. Рассказываю про «трогательных людей», которые любят каддлы — это когда «хочу потрогать человека, но мне некого».

Попробовала ответить, сложно ли быть суррогатным партнёром в стране, где официально такой профессии не существует, и почему, несмотря на все этические нюансы, юридические препоны и законодательные риски, это остаётся востребованным.

Для меня очень важен кейс совместной работы Анзола и профессионального сексолога. Рада, что удалось найти этого сексолога и пообщаться с ним, чтобы понять, как и почему они выбрали такой вариант работы. Если грубо, то ответить: как титулованная, известная в столице авторитетная врач решилась на совместную работу непонятно с кем, да ещё и в такой деликатной области.

Моя удача — это откровенность героинь (да и то, что они вообще нашлись). В том числе их фотооткровенность и совместная сессия «клиент плюс суррогат», которую через свой объектив показывает Владимир Аверин.

Это неоднозначная практика, это индивидуальная, очень тонкая история, состоящая из сплошных нюансов, которая и без того держится на честном слове (буквально), а в России — ещё и на надежде, что третьим к тебе в «терапевтическую триаду» не придёт депутат Милонов или философ Дугин со свечкой и иконой.