В журнале «Право» за 1908 написали: «Плевако был гениальным русским оратором. В этой области он был для нас тем же, чем был Пушкин для русской поэзии. Как после Пушкина стало трудно быть русским поэтом, так после Плевако стало трудно быть русским оратором».

Ну и как после такого сравнения было устоять и не сыграть Плевако в кино? Да ещё и когда снимает такой замечательный режиссёр, как Анна Матисон. Это будет уже наш 6-й совместный фильм, и для меня это всегда огромное удовольствие.

Но я бы добавил, что Плевако был не только выдающимся адвокатом и оратором, но и талантливейшим актером. Когда судьи узнавали, что на заседании будет Плевако, они давали женщинам время успеть переодеться в свои лучшие наряды, как если бы они пришли на театральное представление.

Находчивый, остроумный, умнейший человек — играть которого настоящая актерская удача.

Но сразу хочу предостеречь зрителя — это не автобиографическое кино, а художественное произведение, в котором есть место как историческим фактам, так и фантазии. Поэтому моего героя даже зовут по-другому: не Федор Никифорович, а Николай Федорович.

Сериал выйдет уже в следующем году, а пока делюсь фотографиями со съемок.

На что это ИИ мне намекает? На новую роль или необычный отпуск?

Только посмотрите, какие уникальные кадры генеральных репетиций и декораций в Большом театре 1880-х — 1890-х годов.

Это сейчас подобные снимки можно спокойно сделать и во время спектакля, а тогда сцену и зрительный зал приходилось полностью освещать, а актерам на несколько секунд замирать. Режиссёрам такое грубое вмешательство в действие, разумеется, не нравилось, но что не сделаешь ради истории!