Друзья, товарищ старался расписывал нам с вами историю, давайте поддержим:

«Хохлы продолжали меня искать. На этот раз пришли уже не по одному, вышла тройка подготовленных бойцов. По оружию и снаряжению было понятно, что это штурмовики, серьёзные типы очень..

Я понял, что в лоб тут не выйдет, и решил сыграть на хитрости. Поставил вторую рацию в одном из укрытий, включил её на громкую связь, а сам обошёл и занял позицию у них за спиной. Когда началось, всё произошло очень быстро. В короткой перестрелке одного я снял сразу, двоих ранил. Они так и не поняли, откуда по ним работают.

Но дальше прилетело сверху.
Поднял голову, прямо надо мной висела «Баба-яга». Пришлось уходить бегом, прятаться от сбросов. Забрался в один из уже зачищенных блиндажей. По дороге уронил основную радиостанцию и потерял её. Ночь провёл без связи…

Блиндаж оказался крепким , выдержал ночной обстрел!!! Я не знал, вернутся ли раненые, поэтому завалил вход и лежал с автоматом наготове. Часов не было. Когда показалось, что уже утро, выбрался наружу.

Нашёл свою рацию, повезло) Потом осторожно подобрался к сгоревшей машине — это было последнее место, где я видел тех раненых.

Услышал голоса, но больше они оттуда не вышли…»

Воин с историей

Смерть в одном веке дает жизнь во всех последующих веках.

Джордано Бруно,
трактат "О героическом энтузиазме" (1585)

* * *

Порою так навалится всё скопом,
И льется смрад из ленты новостной,
Что хочется, чтоб смыло все потопом,
И род людской продолжил новый Ной.

Не соблазнившись ящиком Пандоры,
Потомки Ноя версии 2.0,
Воспрянут супротив хмельного вздора,
Не станут приносить друг другу боль.

Лежат тела, укрывшись белым снегом,
Вновь жизни косит хищная война -
Затея заграничного стратега,
Что в скорби воплощается сполна.

Из памяти не вымарать всё это,
И раны на душе не заживут,
Депрессия сковала мозг поэта,
Но бури рифм в душе его ревут.

Автор: Семёнов Антон

Счастливые моменты встречи❤️
Пусть их будет больше🙏

Храни вас Господь, родные!🙏

Новый год прошел приятно, хотя для большинства и сумбурно в плане подготовки. Большинство в процессе празднования так или иначе сидели на видеосвязи с родственниками, а Тяга... Коля просто обожрался, как свинья, и лег спать, заткнув уши бормотанием подкаста про космос.

Утро выдалось томным. Большинство ещё дрыхло, так что он решил размяться и объехать посадку по кругу, о чем, впрочем, почти пожалел, поскольку довольно плотный снегопад беспощадно царапал лицо, а разогнаться - значило поднять в воздух жижу из под колес и запачкаться наподобие домовенка Кузи. Сомнительно, но окей.

Подъезжая обратно к лагерю, он издалека увидел силуэт Володи, узнав того по характерной боксёрской походочке. Ротный помахал ему, подозвал поближе.

-Какое чудо, что ты не спишь! Давай метнемся до саперов, они никак не могут до нас достучаться, чет случилось у них. Чисто обрывки фраз по рации доходят.

В принципе, первое января не особо сильно отличалось от любого другого дня. Все так же суетились солдаты, снаряжающие машины на отправку на позиции, может чуть более вяло, но сноровисто, со знанием дела. Катились грузовики и буханочки, сворачивая с главной дороги в поля. Летели дроны, рокотала артиллерия. В целом обычный день, только то и дело какой-то шутник щеголял красным колпаком.

Ехать Тяга решил по бетонке, так хоть и длиннее, зато без сюрпризов, топей и по времени чуть-чуть дольше. Володя повозражал, дескать они же торопяться, но правило - кто ведет, тот и дорогу выбирает - учел и, откинувшись на спинку пассажирского сидения, ворчал что-то про "приколы первого января", Коля не разобрал из-за ветра.

К точке они прибыли, когда совсем рассвело и снегопад подутих, кое-где, сквозь дырки в облаках, даже пробивались натуральные солнечные лучи.

-Коль, погодь тут, я быстро сбегаю до них, и вернусь, если надолго займут, то я пошлю кого-нибудь, чтоб тебя в тепло посадили.

В итоге минут пять спустя к Тяге с кислой миной приперся заспанный солдат и проводил в чайную, вяло тыкнув в чайник, достав из ящика всякой снедь, свалил, не забыв оставить пароль от интернета.

Стоило Коле подключиться к вайфаю, на него обрушился вал оповещений. Писал Володя в солдатский чатик.

Тяга читал и понимал, что год начался вообще не с той ноги.

Подрыв.. Атака дронов... РСЗО... Четыре часа... Связь потеряна... Яблоко вышел, вынес Зеленого, тот ранен.. Зубастик - статус не установлен... Пожар на позиции...

Володя отписывал солдатам и комадирам в экстренном порядке, и Тяга понимал, что сейчас сонные солдаты начинают разгоняться.

Ни чай, ни бутерброд с сыром не лезли в глотку, но Коля упрямо заталкивал в себя еду, понимая, что быстрее всех доберётся до раскуроченной позиции именно он, и жрать ему еще ой-ой-ой как не скоро.

В чайную, с ноги открыв дверь и впустив облако снежинок и холодного воздуха, влетел ротный.

-Прочел?

-Прочел.

-Готов?

-Нет.

-Что нужно?

-Заправка, медицина, вот это все.

-НУ ТАК ХРЕНЛИ РАССЕЛСЯ, ВПЕРЕД В МЕДПУНКТ К НИМ, Я ПОКА ЗАПРАВЛЮ. - Володя потерял терпение.

Минут двадцать спустя Тяга, гружёный рюкзаком с медициной, подошел к квадроциклу, рядом с которым мерно трахтел УАЗик-козлик.

-Поедешь с ними. Они остановятся на нуле, а ты давай, вытащишь по посадкам раненых и если будут еще, вернешься, там говорят не протолкнуться от дронов ща.

***

Яблоко, обливаясь потом, присел на землю под коцаной акацией и положил голову Зеленого себе на колени. Грязная, покрытая кровью и землей, повязка съехала на бок, открыв лоб с огромным мясистым рассечением, в середине которого виднелась кость.

Мутными глазами Зеленый блуждал по веткам, с трудом осознавая, где он и что происходит, мычал что-то невнятное и глухо подвывал.

-Держись, братик, вытащу тебя, все будет, только подышу. - Яблоко шумно и тяжело дышал, ощущая, как возвращается чувствительность к онемевшим от натуги ногам и рукам. - Господи, да за чтож такое, а.

Честно говоря, он и сам выглядел паршиво. Его в грудь ударило то ли обломком, то ли осколком, да с такой силой, что оторвало с лямок передний плитник, и, кажется, сломало ребра.

Дышать было сложно, его периодически рвало. Причем, что хуже - кровью. И с каждым разом все больше. Но он шел, огромный, местами неуклюжий, но упрямый как осел, рыча, капая кровавой слюной с судорожно открытого рта, заставлял ноги двигаться, а руки не выпускать друга.

-Гребаное новогоднее чудо... - сдаленно просипел Зеленый. - Я рук не чувствую. Все херово?

-Не, братик. Просто башкой тебя приложило. А если очнулся, то не так критично. Правда дырка у тебя, что надо.

-Сам ты... Дырка в жопе... Ляяяяя - Зеленый попробовал усмехнуться и скривился от боли. Сам цел?

-Нет, кажись порвал чет внутри. Как тебе дырку...- Яблоко тоже скривился в попытке пошутить. Идти сможешь?

-Попробую.

Яблоко, цепляясь за дерево, поднялся на ноги, потянул Зелёного за отворот куртки, чуть не завалился на товарища, но все же, поднатужив мышцы, поднял того на ноги. Зеленого качало, но он мог стоять и даже умудрился сделать пару шагов, прежде чем начать заваливаться на Яблоко.

-Не. В жопу. Я так в первой луже утону. Яблоко? Э! Ты че мля! Э-э-э!

Яблоко, огромный здоровяк, пускал на бороду изо рта поток крови, оседая на землю. Зеленый попробовал поспешить к нему, но оступился и кое как извернувшись, умудрился упасть на бок. Что-то хрустнуло, судя по тому, как изогнулась кисть руки, на которую он приземлился, сломалась именно она. Зелёный даже порадовался, что не чувствует рук в этот момент. И все же, Яблоко упал на спину и булькал, захлебываясь.

-Давай, херов жиробас, даваааай. - Зелёный подполз к другу, уперся ногами и боднул его в лицо, поворачивая голову на бок. Ябл закашлялся и вроде как начал дышать.

- Сволочь. Подыхать вздумал. - Зелёный посмотрел на дорогу, рядом с которой они оказались. Вроде они в километрах двух от нуля. В целом ползком он доберется до вечера. Но Яблоко долго не протянет. А связи как назло нет, все сгорело в блиндаже. Надо надеяться, что саперы, стоящие ближе к передку заметили срань, которую устроили в их посадке хохлы. И Зубастик хрен знает где, может вышел, может позвал на помощь? Тяга не пьет и рано ложится спать, он точно пригонит, стоит только малейшему слуху о том, что они в беде, достигнуть его ушей.

Внезапно Зеленого накрыла такая адская головная боль, что он попробовал было заорать, но челюсти сжались с такой силой, что захрустели зубы, и он задохнулся от накативщей волны агонии. "Че, вот так и отъеду чтоль..." последняя мысль, которая пришла ему в голову и он отрубился, милосердное забвение просто отключило ему сознание, чтоб он не испытывал адских мучений.


****

Тяга жал на газ с такой силой, будто от этого зависила максимально возможная скорость квадрика. Он не хотел признаваться самому себе, но слезы текли у него вовсе не от натуги. Брызги говнища, в которое зимой превратилась дорога, летели ему в лицо, куртку, броню, заливали его с ног до головы, но ему было наплевать, он крутил головой, выискивая товарищей, на случай, если они выбирались сами, немилосердно орал "Булат" выдавая тупорылые предупреждения о наличии камиков. Как будто у него был выбор.

Он пер и пер, надеясь лишь, что его не заметят. Ком крязи, катящийся по грязи. Подумаешь, невидаль. Еще снежок вроде идет, не сильный, но тоже минус видимость.

Внезапно краем глаза он заметил что-то. У самой кромки леса явно лежали два тела.

Рывком вывернув из колеи Коля подкатил поближе. Вот они. Вооот.

Зеленый лежал на пузе, без сознания, но при этом мелко дрожал, его тело периодически сводила судорога, выгибавшая его лодочкой, а чуть дальше лежал, хрипя и пуская кровавые пузыри ртом и носом, Яблоко.

-Сука.

У Зеленого из видимых повреждения была только зияющая рана на лбу, а вот у Яблока было хуже. Кровь изо рта явно к внутреннему кровотечению. Страшное решение предстояло Тяге. Поистине страшное. Кого взять первым.

-Да в жопу все!

Он сдернул со спины рюкзак с медицной, вытянул бинт, какой-то кровоостанавливающий гель, щедро выдавил тюбик на лоб Зеленому, сменил повязку, подложил под голову рюкзак и подбежал к Яблоку. Тот был в сознании, но явно бредил. Синюшные губы. Коля достал нож и распорол одежду на друге.

Грудь представляла собой сплошной синяк, ну так славно, можно хоть так. Вроде дышит сам, но явно вытекает именно тут. Коля сорвал с себя подсумок-сброс и начал набивать его снегом.

-Давай, давай, ща мы тебя оприходуем.- С трудом приподняв товарища, он бережно примотал бинтами холодный подсумок к груди Яблока, снял с себя бушлат и надел на раненого задом наперед, потащил к квадрику. - Давай, сволочь тяжелая, тянись!

Кое-как примотав здоровяка к сидению стропой, причем ноги постарался задрать повыше, так чтоб они лежали у него между ног, Тяга запрыгнул на квадрик, полицейским разворотом вынырнул из посадки, как то проигнорив пять палок на "Булате" (для несведущих, это буквально сигнал "смерть уже тут").

Они с дроном заметили друг друга сразу и Тяга решил не играть в догонялки. Остановился, сорвал с плеча автомат. Адреналин пер так, что ритм сердца буквально отдавался в мушке прицела, сбивая ее вверх-вниз. Грянула очередь, другая, третья. Камикадзе заходил на атаку настолько близко, что Тяга мог разглядеть кустарную коробку с гвоздями, прикрепленную к днищу, когда очередная очередь сорвала один из лучей жужжащей твари и она шлепнулась в грязь. В ту же секунду Коля дал по газам. "Надо будет посетить место потом, раз не взорвался..."

Доехал он быстро. Передал Яблоко медикам, которые матернувшись полезли в багажник и достали откуда что-то из закромов.

-Вы кто такие, люди бля?! Откуда кровь переливную намутили?

-Ты че против, гони за вторым, креатиноид. - Одноглазый прапорщик даже не удостоил его взглядом, грязно выругался и приказал грузить в машину. - Этот тяжелый без пяти минут жмур. Мы его сразу в полевой госпиталь, второго сам вези. Иначе у нас стопроцентно один двухсотый будет. Вот корды.

-Знаю я, где он, давайте.

Квадрик и УАЗик с разгона дали в разные стороны. Тяга помнил молитвы, которые ему показывал Каземат. И вслух орал их все, прося о силе, чтоб спасти корешей.

У судьбы были на это странные планы.

Ровно над тем местом, где ему надо было съехать с дороги, низко, метрах в 5 над землей, глядя на него завис ещё один камикадзе.

-Твоюж... - Тяга грустно посмотрел прямо в то место, где у дрона была камера. Перекрестился. До деревьев он не добежит, осталось только отбиваться...

И на него снизошло озарение. Он сложил руки в молитвенном жесте, а потом поднял пятерню.

-Мля ну дай ты пять минут.. Всего пять. Все уже, там отвоевались же, я эвак. - Коля еще раз потряс растопыренной пятерней. - Че вы, совсем ящеры чтоль, видел же что раненых тащу.

Конечно его не слышали.

-Охренеть...

Дрон повернул камеру в сторону валяющегося на земле Зеленого, снова на Тягу. Резко взмыл в воздух и улетел в посадку.

Тяга, обливался потом, привязал Зеленого к спинке и с ревом рванул в тыл, продолжая орать молитвы с перерывами на истерический смех. Он не чувствовал холод. Бушлат остался на Яблоке. Он не чувствовал страх. В груди бесновалась истерия выжившего потому, что даже среди врагов есть нормальные люди, не желающие издеваться над поверженными.

****

Зеленый открыл глаза. Вид застилала кровавая пелена, но он мог различать отблески света от тусклой лампочки над головой. Бошка болела, но терпимо.

-Тщщщщщ. Не шевелись, братан.

-Ко...

-Я, я. Не говори. У тебя лютый сотряс, еще и на квадроцикле растрясло.

-Нашел нас...

-Молчи! Ну ты ж не подох, значит нашел. Яблоко тоже жив, потерял крови много, но он здоровый, выкарабкается, это точно, говорю тебе.

-Спа...

***

Зелёный уснул на середине фразы, а Тяга, хлебнув чаю, закутался в одеяло. Поездка в кофте конечно не прошла даром и у него поднялась температура.

Володя отписался, что Каземат пошел искать Зубастика, а он может потусоваться несколько дней у врачей, чтоб не разболеться, документы он все оформит и пришлет позже.

Коля собственно не возражал, почему-то ему казалось, что если он уедет, то Зеленому станет хуже. Вот и навещал его раз по десять на дню, в основном разглядывая внушительную, коряво зашитую дырку на лбу.

И все же. Новогоднее чудо. Спасен милосердием врага. Спас товарищей.

Осталось только Зубастика живым найти и все, год перестанет быть плохим.

Байбак пылающих степей.

Срединное государство

Главная причина русского многовекового торжества на просторах Европы и Азии — это высокий моральный облик русского человека, который определялся его Православной верой.

Сильная держава черпает свои силы, прежде всего, в высокой нравственности своего народа.

Нравственная сила русского народа породила геополитическую устойчивость целого континента на многие века.

МОСКОВСКИЕ СУВОРОВЦЫ.

И не стереть те шрамы, те следы,
Они как карта,километры за спиной.
В них сила, в них боль, в них радости пути,
И память вечна, как небо надо мной

Милота😍

Стихотворение Михаила Дьяконова❤️

Редко выкладываю себя, но уже получилось «попасть в кадр».
Пока вчера искала почту - нашла такую стену памяти…
И да, Рыжий Кот - девочка