Lazarus Group могут и в трейдинг

Северокорейская хакерская группировка Lazarus показала, что может не только красть, но и «холдить».

Сегодня с одного из их адресов были проданы 40,78 WBTC (~$3,51 млн), купленные еще в феврале 2023 года. Прибыль составила $2,51 млн (+251%).

Вырученные 1 857 ETH были распределены по трем кошелькам.

Tokensales | News | WaitingRoom

Почему дефицит Америки, о котором говорит Трамп - это не обязательно дефицит.
А может быть там даже затаился гигантский профицит.

Автор

"Так ли ужасен торговый дефицит США, как говорит Трамп? Или традиционная статистика просто не учитывает огромный цифровой профицит Америки?

В 2024 году США экспортировали физические товары на сумму около 2 трлн долларов и импортировали на сумму примерно 3,27 трлн. На первый взгляд, это означает торговый дефицит около 1 трлн долларов, или 3–4% ВВП страны.

Но уже давно США экспортируют не только через порты, но и через интернет-роутеры. Отличный пример — Калифорния. В 2024 году она экспортировала физических товаров на 183 миллиарда долларов, а импортировала — на 490 миллиардов. Откуда взялись деньги на такую разницу? Из её потрясающего цифрового профицита. Каждый раз, когда кто-то за границей смотрит фильм на Netflix или покупает рекламу на Facebook — Калифорния экспортирует.

Цифровую торговлю, однако, сложно зафиксировать в статистике, поскольку значительная её часть проходит по модели, известной как "режим торговли GATS 3" — то есть, когда компания оказывает услуги через своё физическое присутствие в другой стране (например, через дочернюю компанию). Если, скажем, европейский клиент пользуется облачными сервисами Amazon, это не считается экспортом из США — потому что в Европе Amazon работает через Люксембург. В результате большая часть цифровой торговли скрыта, словно подводная часть айсберга. Особенно это касается цифровых продуктов, которым для глобального присутствия достаточно минимальной физической инфраструктуры.

Так насколько же велик цифровой торговый профицит США?

Несколько лет назад мы начали искать ответ на этот вопрос, разработав модель машинного обучения вместе с ViktorStojkoski, Евой Колл и philippmkoch. Мы трансформировали данные о выручке компаний и модели цифрового потребления в оценки цифровой торговли. Результаты были опубликованы в журнале Nature Communications [ссылка] и продолжают регулярно обновляться.

Наши оценки далеки от идеальных и преднамеренно консервативны (мы стараемся по максимуму приписывать выручку внутреннему потреблению, а не экспорту). Тем не менее, даже такие сдержанные расчёты показывают колоссальный цифровой профицит США — сотни миллиардов долларов в сферах, которые не попадают в традиционную торговую статистику: цифровая реклама, облачные вычисления, видеосервисы по подписке, платёжные системы. Мы оцениваем, что США имеют как минимум 600 миллиардов долларов цифрового профицита. Это сравнимо с общим экспортом Франции — седьмой крупнейшей экспортной экономики мира.

Если заглянуть в отдельные категории, картина становится ещё впечатляющей. Основные физические товары, экспортируемые США — это нефть и нефтепродукты, каждый из которых приносит около $100 млрд в год. Но только цифровая реклама и облачные сервисы, по нашим оценкам, приносят США $260 млрд и $184 млрд соответственно. Это значит, что ведущие цифровые экспортные категории США значительно превышают крупнейшие физические.

Так ужасен ли торговый дефицит США, как утверждает Трамп?
Не совсем — по крайней мере, если учитывать цифровую торговлю. Традиционные показатели действительно указывают на дефицит в триллион долларов. Но цифровые продукты — от облачных технологий до стриминга — создают гигантский профицит. Реальная история торговли сегодня — это не только контейнеры в портах, но и данные, идущие через дата-центры. Это экспорт, который не облагается пошлинами.

Если бы мы измеряли торговлю XXI века так, как она реально происходит, то и история выглядела бы иначе. Дефицит никуда не делся — он просто скрывается у всех на виду. Вы смотрите на него прямо сейчас, читая это сообщение."