Новый гендиректор МХАТа имени Горького Владимир Кехман заявил о грядущей чистке «нетворческого штата» театра

Как рассказал Кехман в интервью РИА «Новости», он собирается провести «масштабное сокращение штата нетворческих сотрудников театра».

«Я буду проводить жесточайшие сокращения, потому что во МХАТе полностью нарушен баланс между творческим и управленческим коллективами. Здесь только один отдел состоит из 27 человек, которые занимаются непонятно чем - пиаром, информационной поддержкой? Я с ними встречался, это хорошие ребята, но их очень много. Бюджет в месяц - 2 миллиона 300 тысяч, а продажи билетов составляют 20 миллионов, это в лучший месяц», — заявил он.

1 ноября из МХАТа по требованию Кехмана уволился худрук Эдуард Бояков. Ранее новый гендиректор уволил ряд сотрудников Боякова, в том числе пресс-секретаря театра, а также фактически отменил спектакль о Сталине «Чудесный грузин» с Ольгой Бузовой. При этом характерно, что и Кехман, и Бояков занимают ярко выраженную провластную позицию.

На руководителя ярославского военно-патриотического клуба «Десантник» Андрея Палачева завели административное дело о распространении среди детей информации, причиняющей вред их развитию (ч. 1 ст. 6.17 КоАП) — «Дождь». Теперь мужчине грозит штраф до 10 000 рублей.

Напомним, в конце августа участники постановки к 20-летию военно-патриотического клуба разбили на одном из актеров кирпич с надписью «Смерть пидорам». Тогда Палачев не стал наказывать своих воспитанников и заявил следующее: «Они просто “дырявых” не любят, я таких тоже не люблю. Семья должна быть традиционной: мальчик и девочка, а не вот эта вся пидорасня».

Фото: Тарас Сидорин

Сегодня в Верховном суде проходит заседание о подсудности в деле Сергея Фургала: о выборе региона, где его будут судить.

Немногочисленную прессу отправили в зал для трансляций. Представительница пресс-службы заявила, что экран, скорее всего, будет выключен большую часть заседания, оставят только звук.

При этом самого Фургала в зале не будет, его интересы представит адвокат Дмитрий Довгий.

Фото: Алексей Обухов / SOTA.

Утром срок действия сертификатов о вакцинации на «Госуслугах» сократился с года до полугода — в оперштабе назвали это сбоем системы

При этом сроки действия сертификатов пользователей mos.ru остались прежними. Сейчас сайт «Госуслуг» недоступен по техническим причинам.

Upd: сроки сертификатов на «Госуслугах» восстановлены у некоторых пользователей.

Адвокат Сергея Фургала Дмитрий Довгий сообщил «Соте», что, по решению его подзащитного, в процессе сегодня будут участвовать только адвокаты Кожемякин и Старцев. Сам Довгий будет присутствовать как зритель.

Судебное заседание началось. Трансляция идёт из двух камер (в одной из них, слева, Андрей Карепов и Сергей Фургал) и собственно из зала суда.

По мнению прокуратуры, Фургал, если его будут судить в Хабаровске, сможет сформировать негативное отношение к суду, а кроме того, повлиять на него. Ещё один мотив переноса суда из Хабаровска – хорошая транспортная доступность в Москве.

«Когда прокуратура воздействует на суд – это можно», – язвят обвиняемые.

На моменте выступления прокурора видеотрансояция была выключена: «Потому что начались прения сторон», – заявляет пресс-секретарь суда.

Фото: Алексей Обухов / SOTA.

Гласность правосудия в деле Фургала выглядит так.

Фото: Алексей Обухов / SOTA.

Сергей Фургал говорит, что может видеться с адвокатами в «Лефортово» крайне редко. Для него стало внезапной новостью сегодняшнее требование прокуратуры продлить арест подсудимых на полгода. Обсудить позицию об этом с адвокатами он не мог.

Адвокат подсудимого по делу Фургала Марата Кадырова, Идалов, возражает против переноса дела в Москву: «Если подсудимый – губернатор Московской области или глава ВС, где надо рассматривать его дело? Основания изменения подсудности в УПК носят исчерпывающий характер. Прокуратура на них не ссылается. Это неприемлемо – изменять подсудность по желанию представителей Генпрокуратуры и иже с ними».

Идалов напоминает, что все судьи, в том числе хабаровские, назначаются президентом. Тем самым он намекает, что Генпрокуратура не доверяет Путину.

Также адвокат удивлен внезапным ходатайством прокуратуры о продлении ареста подсудимым: защита к нему готова не была. При этом прокуратура предлагает продлить срок автоматом, в нарушение закона, не приводя основания для этого.

Защита подсудимого по делу Фургала Марата Кадырова добавляет, что он болен раком лёгкого, что подтверждено сертифицированными экспертами. Кадыров, согласно экспертизе, нуждается в медицинской помощи, которая на данную минуту может полностью излечить его.

При этом следствие навязывало Кадырову колоноскопию, а его отказ от этой ненужной процедуры назвало поводом для того, чтобы не осуществлять дальнейшее лечение рака.

Согласно экспертизе, Кадыров с таким заболеванием не может находиться под стражей.

Адвокат подсудимого по делу Фургала Андрея Карепова напоминает, что более сотни свидетелей и потерпевших по этому делу живут на Дальнем Востоке, в связи с чем перенос дела в Москву выглядит странно. Аргумент Генпрокуратуры о том, что всех хабаровчан можно выводить в московские суды по видеосвязи, не учитывает разницу во времени между регионами:

«Прокуратура ссылается в своем ходатайстве (о переносе суда в Москву – ред.) на все возможные основания, но не подкрепляет ни одно из них фактами».

Выступает адвокат Сергея Фургала Борис Кожемякин. Он напоминает, что сегодняшний суд решением самого судьи был посвящен только подсудности, поэтому продлевать сегодня срок заключения нельзя.

Далее Колжемякин указывает, что опасения Генпрокуратуры о том, что Фургал за счет своих связей в Хабаровском крае сможет формировать негативное отношение к суду, ничем не подтверждены. В ходатайстве ГП нет ни одного имени человека и названия организации, через которых Фургал мог бы это делать.

Аргумент ГП о потенциальном влиянии Фургала на судей адвокат называет порочащим их честь.

Также Кожемякин напоминает, что большинство из 283 свидетелей и потерпевших по делу живут в Хабаровском крае и Амурской области: таким образом, утверждение ГП о лёгкости проведения суда в Москве несостоятельно.

Наконец, Кожемякин отметает заявление ГП о том, что, раз арест Фургала вызвал волнения, его надо судить в Москве. «Никаких нарушений закона при проведении многотысячных шествий не было, жители Хабаровска просят открытого объективного разбирательства, угроз судьям, прокурорам нет, их просто не существует».

Адвокат требует направить дело в Железнодорожный районный суд Хабаровска.

Обвиняемый Кадыров: очень приятно было услышать из уст представителя прокуратуры слова «закон, права человека», но в России они не соблюдаются.

Прокуратура и следствие делают все, как им надо, а суды это прикрывают.

Прокуратура на доверяет судьям Хабаровска. На каком основании?

Я прохожу по делу, вообще никого не знаю, с господином Фургалом только здесь познакомился.

Я свою вину не признаю. Я невиновен. И чем чаще прокуратура будет кричать «вопрос убираем», тем лучше это покажет, что дело сфабриковано.

Обвиняемый Карепов: мне плевать, где будет суд, я уверен в своей невиновности. Обвинительное заключение пестрит формулировками «возможно, не исключено».

Следствие шло 40 месяцев, Нюрнбергский трибунал быстрее прошел. А прокуратура утвердила за 48 часов. Что утвердила: стыд? Срам?

Арест на 6 месяцев? Давайте сразу на 20 лет, а потом тройки. Страна это уже проходила. Беззаконие творится вашими руками.

Решение, которое вы примете, меня не расстроит. Мне на него плевать.

Обвиняемый Палей: подсудность меняют, чтобы минимизировать число свидетелей защиты. У обвинения есть лжесвидетели. Ни одного доказательства моей вины нет и не будет.

В обвинительном заключении нагло искажают показания свидетелей из материалов дела.

❗Сергей Фургал: начну с элементарного. В момент ареста 9 июля, когда по дороге на работу я был задержан вооруженными людьми как особо опасный преступник и этапирован в Москву – вот с этого момента прокуратура и СК многократно заявляли о неоспоримых доказательствах моей вины.

На что они ссылаются, мне непонятно. К этим преступлениям я никакого отношения не имею.

За эти 17 месяцев все суды были закрытые. Со всех адвокатов взяли подписку. В то, что происходило в судах, нельзя поверить: следствие говорило, что у них есть доказательства для продления ареста, но оно их не скажет. И судьи соглашались!

А когда на допросах я пытался что-то сказать, меня прерывали и говорили, что записывать это не будут, к делу не относится.

Меня посадили в полный вакуум, ни писем, ни телеграмм.

СУДЬЯ ПРЕРЫВАЕТ: речь не по существу.

Фургал: чтобы понять, почему прокуратура требует суда в Москве, я и должен это объяснить. Почему следствие боится суда в Хабаровском крае? Потому что любой житель там знает героев в лицо, что врач села Поярково не мог организовать ОПГ, которого боялась ФСБ.

Сегодня прокуратура обвиняет суд, что он зависимый и коррумпированный. Это же клевета на правосудие. Я не верю, как человек, который работал губернатором и депутатом, чтобы обвиняемый в убийстве мог воздействовать на судью.

Я с 2005 года работал с общественными организациями, у меня сложились с ними отношения – а что, это какие-то ОПГ? Это как обвинять человека в том, что он работает депутатом. Раз депутат – то преступник?

Кто формирует негативное отношение к суду? – Следствие, которое закрывает этот суд. Почему меня обвиняют в том, что делают они? Вывезти меня в Москву, лишить переписки – так кто формирует негативное общественное мнение? Это силовые структуры через СМИ навязывают мысль о том, что Фургал – преступник.

Как мы будем возить людей из Хабаровска в Москву? Я вам как губернатор скажу: билеты доходят до 100 тысяч туда обратно, один рейс. Мы будем по видеосвязи, у нас сейчас час дня – а в Хабаровске уже 8 вечера!

Я требую открытого беспристрастного справедливого суда. В Хабаровске или Амурской области, с судом присяжных, по закону.