Если с Горы открываются великолепные виды на Иртыш и Подгору, то лучшие виды на Гору – разумеется, из Подгоры. Этот 1️⃣, например, с площади Данилы Чулкова. В кадре памятник самому Чулкову, основателю и первому воеводе Тобольска, католическая церковь Пресвятой Троицы и – наверху – кремль. Пейзаж довольно символичный. Государевы люди решали государственные задачи, закреплялись на новых рубежах, возводили крепости. А те, кто оказался в Сибири не по своей воле, врастали в нее корнями и создавали вместе с прочими неповторимую сибирскую социальную ткань. Почти весь XVIII век православная Тобольская митрополия находилась под управлением архиереев родом с Украины, и сложившееся здесь сибирское барокко несет в себе явные юго-западные черты. А потомки ссыльных поляков привнесли на рубеже XIX-XX веков самый популярный тогда в западно-христианском мире неоготический стиль. Архитектурному разнообразию сопутствует характерная для сибиряков толерантность к происхождению и вере, выросшая из необходимости жить вместе с самыми разными людьми в суровых условиях. В этой картинке не хватает только татар – впрочем, скульптор назвал казаков, товарищей Данилы Чулкова, Иваном и Рамазаном.
 
Храм Архангела Михаила 2️⃣, освященный при митрополите Павле (Конюскевиче, родом аж из галицийского Самбора) стоит в паре минут ходьбы от центра сибирско-татарской культуры. В доме церковного старосты при храме жил сосланный в Тобольск Радищев. А ближе к Иртышу стоит мечеть конца XIX века 3️⃣. Имя ее автора неизвестно, но подозрение падает на тобольского епархиального архитектора Готлиба (Богдана) Цинке, лютеранина по вероисповеданию, спроектировавшего множество православных храмов и мечеть в татарском селе Ембаево под Тюменью. Ну как татарском. Село относилось к Бухарской волости, населенной «бухарцами», купцами и ремесленниками, потомками переселенцев из Бухарского ханства, которые позднее растворились среди татар. Татаро-бухарской слободой называлась и эта часть Тобольска.  
 
Вечерние прогулки по Тобольску позволяют на своей шкуре ощутить общую для всех народов Сибири угрозу, имя которой – комары. Особо свирепствовали они в мае, а незадолго до моего приезда их начали истреблять здоровенные стрекозы, барражирующие над улицами города. Но все же досталось и мне – особенно в Подгоре. Днем 4️⃣ тут относительно спокойно в комарином плане, а вот ночные фото дома купца Корнилова 5️⃣ и губернаторского дома 6️⃣ дались не без жертв.

В доме губернатора с августа 1917 по апрель 1918 г. жил гражданин Николай Романов с семьей и прислугой. На заключительном этапе ссылки не обошлось без омичей:
 

Утром слышали со двора, как уезжали из Тобольска тюменьские разбойники-большевики на 15 тройках, с бубенцами, со свистом и с гиканьем. Их отсюда выгнал омский отряд!

 
– писал бывший царь в дневнике 22 марта. Но вскоре приехал новый отряд, чтобы увезти семью Романовых в Екатеринбург на погибель. По не до конца выясненным причинам поезд из Тюмени поехал сначала в Омск...
 
Самый великолепный из храмов Подгоры – церковь Захарии и Елисаветы на Базарной площади 7️⃣, центр не только духовной, но и культурной жизни. Вчера хоровая капелла Тюменской филармонии исполняла там музыку Бортнянского, Березовского и Веделя. А сегодня будут давать Вьерна, Таллиса и Шарпантье в католической церкви 8️⃣. Вход свободный, в рамках фестиваля «Лето в Тобольском кремле», так что не проходите мимо.
 
Еще у Тобольска отличный логотип: «ключ к Сибири» 9️⃣– это просто 🔥. Но ключ этот москвичам – в отличие от омичей – достать непросто. Прямые рейсы в открытый в 2021 г. с большой помпой аэропорт «Ремезов» стали редкими, дорогими и неудобными. И это будет ложкой дегтя в медовом рассказе о Тобольске. А следующий пост – о Тюмени.

#дорожное
#russiantowns

Сибирский маршрут был начат в Екатеринбурге и по первоначальному плану там же должен был закончиться, красиво закольцевавшись. Правда, из-за недостатка времени пришлось бы пожертвовать Тюменью, поехав в Екатеринбург ночным поездом из Тобольска. Взвесив все за и против, решил пожертвовать картографической красотой маршрута, но посетить Тюмень. И не прогадал!

Четверку, поставленную Тюмени в субъективнейшем рейтинге городов, без сомнений поднимаю до 4+. Но, прежде чем рассказывать о том, чем она меня пленила, взглянем на две карты, необходимые для понимания ее сути. Первая – карта южной части Тобольской губернии 1903 г., автор – Александр Дунин-Горкавич (его дом фигурировал в репортаже с тобольской Горы). Транссиб захватывает юго-западный угол губернии с Курганом, но кроме того, уже построена железнодорожная линия от Екатеринбурга до Тюмени (в 1913 г. она будет продолжена до Омска). Появление железной дороги обусловило бурный рост Тюмени, которая сначала сравнялась по населению с губернским центром, а к началу Первой мировой войны превосходила его почти вдвое.

Памятник карте региона есть не только в Омске, но и в Тюмени (даже два, на фото тот, что показался мне более высокохудожественным). Тюменская область РСФСР по своим очертаниям была близка к Тобольской губернии, но путь от одной к другой был нелегок и непрост. Тюменская область существует с 1944 г., хотя впервые идея переноса из Тобольска в Тюмень появилась еще весной 1918 г. (а позже существовали административные единицы с центром в ней).

Два автономных округа были созданы в 1930 г. в составе монструозной Уральской области (затем недолговечной Обско-Иртышской и Омской областей: в 1934-44 гг. вся Западная Сибирь управлялась из Омска). Тогда вряд ли кто-то подозревал, что они станут самыми важными автономиями СССР и России – благодаря месторождениям нефти и газа, бурное освоение которых началось в 1960-е. Но на советском барельефе все это – Тюменская область.

С 1993 г. ХМАО и ЯНАО являются самостоятельными субъектами федерации, при этом формально оставаясь в составе области. Югорская нефть и ямальский газ – больше не тюменские, но, благодаря отношениям, выстроенным в нулевые при губернаторе Собянине, Тюмень имеет с них свой гешефт и, судя по всему, пользуется им весьма грамотно.

На город у меня было чуть больше суток и за это время постарался обежать весь центр, ожидая увидеть преимущественно капром нулевых. Он есть, но не определяет облик Тюмени. Из всех увиденных городов она выглядит наиболее гармонично, что ли. Соборы XVIII века, островки купеческого города, современные – не уродливые, что важно – многоэтажки и общее благоустройство – в совокупности все это производит весьма благостное впечатление.

Тура в Тюмени организует пространство так, как этого не делает ни Тобол в Кургане, ни Иртыш в Омске и Тобольске. Два ее берега радуют глаз, а сама река зовет к приключениям. На Туре серьезный развлекательный трафик, да и я не смог отказать себе в удовольствии и прокатился на теплоходике. Спустившись же на берег, прошелся по набережной, желая увидеть историческую станцию Тура и царскую пристань. Увы – все на ремонте.

Исторический центр Тюмени компактен и ухожен. На двух главных улицах – Республики и Ленина были обнаружены синие таблички московского образца (видны, если приглядеться, на обоих фото), напоминающие о том, что Тюмень в некотором смысле является прообразом собянинской Москвы.

Стоит ли здесь затевать дискуссию о том, похорошела ли Москва при Собянине? Ну, если желаете. Но московский тип благоустройства – это реальность, данная нам в ощущениях (лично мне ощущения эти нравятся). Есть у него конкуренты? Ну вот, саранский, например – кстати, стилистически довольно близкий лужковскому.

#дорожное
#russiantowns

В заключение цикла о сибирском турне – еще немного фото из Тюмени. Знаменский кафедральный собор 1️⃣ – пожалуй, самый красивый храм города, строившийся всю последнюю треть XVIII века. 2️⃣-4️⃣ – образцы деревянного зодчества (с ложкой дегтя в виде пластиковых окон 5️⃣), кирпичного 6️⃣-7️⃣ и непротивного современного 8️⃣.

В Тюмени стоит, как сообщается, единственный в мире памятник Распутину 9️⃣. Зашел его проинспектировать и не сразу понял, что оказался на территории больницы. А уж как понял, решил это заскриншотить для истории 🔟. Думаешь: неужели… и вспоминаешь: да, действительно Распутин лечил от бесплодия стулом. Идея поставить напротив перинатального центра фигуру бородатого мужика принадлежит бывшему главе управы Центрального района Тюмени. Как это отразилось на психологическом комфорте тюменских беременных, выяснить не удалось, но! Неподалеку отсюда стоит скульптура «Мама», вот она реально страшна, Распутин даже симпатичнее.

Благодаря позолоченной Маме и стеклопластиковому Распутину – или вопреки им – в Тюмени действительно рожают активнее, чем в соседних городах. Но все же основным драйвером блистательного роста Тюмени (вот показательный график у Ивана Владимирова, на котором она стремительно догоняет Омск) является миграция. Как внутрироссийская – прежде всего из нефтегазовых округов – так и внешняя. Центральноазиатское присутствие в городе очень заметно –
почти на московском уровне, а хиджабизация сильно выше, чем в Петропавловске, не говоря уже об Омске и Кургане. Но, учитывая исторические связи Тюмени с Бухарой, это даже как-то логично.

Да, иные путешественники делятся ценными наблюдениями о том, как одеты люди в разных местах, делая из этого глубокие выводы о местных обычаях и уровне благосостояния. Вашему же корреспонденту запомнилось, помимо хиджабов, лишь то, сколько прелестей явила миру тридцатиградусная жара, заставившая сибирячек разоблачиться по максимуму (впрочем, сибиряков, к сожалению, тоже). Живя в России всю жизнь, он привычен ко всякому, но стал лучше понимать, от чего иностранцы испытывают культурный шок. Пускай испытывают дальше, на том и стоим.

И да, недавно слышал такое мнение, что путешествовать по России надо зимой, чтобы воспринимать все без прикрас. Категорически с ним не согласен: прикрасы создают позитивные эмоции, без которых невозможно жить и которыми, надеюсь, удалось поделиться с вами. Засим малая сибириада на канале официально объявляется закрытой. 🥂

#дорожное
#russiantowns