Rolling Stone выкатил список 200 Greatest Dance Songs of All Time. С первым местом не поспоришь, но уже по заходной фотокарточке понятно, что многие позиции, в том числе в топ-20, могут оскорбить чувства пуристов (Робин на седьмом месте, Рианна и Кельвин Харрис на шестнадцатом, и все они выше чем Groove Is In The Heart?). Для таких споров подобные списки и составляются. Но не только. Каждый пункт сопровождается толковым коротким текстом, и если все их прочитать, можно значительно повысить свой уровень знания истории современной музыки. Или, говоря словами RS, понять, как мы дожили до лета, когда Дрейк и Бейонс выпускают хаус
Нашелся доброволец, который не поленился превратить это в плейлист Spotify. И сколько ни спорь, это прекрасные 18 часов.
Нашелся доброволец, который не поленился превратить это в плейлист Spotify. И сколько ни спорь, это прекрасные 18 часов.
Rolling Stone
200 Greatest Dance Songs of All Time
200 Greatest Dance Songs
🎂 Spawn: The Album (Immortal Records, 1997)
В этот день 25 лет назад вышел саундтрек к Spawn — супергеройскому экшену от Image Comics. Сам фильм про восставшего из ада морского пехотинца получился провальным. Он известен прежде всего благодаря концептуальному альбому, состоящему из коллабораций между актуальными рокерами и электронщиками
Это напоминает, конечно же, историю с Judgment Night (1993), где на саундтреке вместо электронщиков выступали реперы, и не случайно: оба альбома были придуманы лос-анджелесским лейблом Immortal Records. Его сооснователь Хэппи Уолтерс — человек с интересной карьерой. Вместе с напарницей Амандой Демме они занимались менеджментом Cypress Hill, House of Pain, Wu-Tang Clan и RATM, а на Immortal издали первые релизы Korn, Incubus и 30 Seconds To Mars. После закрытия лейбла в 2003 году он сначала подался в кинопродакшен, затем стал спортивным агентом, а этим летом — консультантом клуба НБА Indiana Pacers
Своим важным творческим достижением Уолтерс считает трилогию саундтреков Judgment Night, Spawn и Blade 2. Да, был еще и второй «Блейд» с коллаборациями формата «репер + электронщик». Эта компиляция не обрела культового статуса — возможно, потому, что не затмила фильм Гильермо дель Торо, а может дело в том, что к 2002 году подобными фокусами уже мало кого можно было удивить
Хоть это уже не сравнится с культурным эффектом Judgment Night, в 1997-м фансервисовые комбо вроде Mansun & 808 State, Henry Rollins & Goldie или Orbital & Kirk Hammett звучали свежо и интригующе. Не во всех случаях ожидания оправдывались, но все оправдывают четыре попадания. Открывающие альбом и закрывающие фильм Crystal Method & Filter. Long Hard Road Out of Hell — типичный, на самом деле, номер тогдашнего Marilyn Manson (от Sneaker Pimps тут только бэквокал), но достаточно весомый, чтобы послужить названием для будущей автобиографии. One Man Army — четкая совместная работа Prodigy с гитаристом RATM Томом Морелло. No Remorse (I Wanna Die) — дискотека судного дня от Slayer и Atari Teenage Riot
Apple | Spotify
В этот день 25 лет назад вышел саундтрек к Spawn — супергеройскому экшену от Image Comics. Сам фильм про восставшего из ада морского пехотинца получился провальным. Он известен прежде всего благодаря концептуальному альбому, состоящему из коллабораций между актуальными рокерами и электронщиками
Это напоминает, конечно же, историю с Judgment Night (1993), где на саундтреке вместо электронщиков выступали реперы, и не случайно: оба альбома были придуманы лос-анджелесским лейблом Immortal Records. Его сооснователь Хэппи Уолтерс — человек с интересной карьерой. Вместе с напарницей Амандой Демме они занимались менеджментом Cypress Hill, House of Pain, Wu-Tang Clan и RATM, а на Immortal издали первые релизы Korn, Incubus и 30 Seconds To Mars. После закрытия лейбла в 2003 году он сначала подался в кинопродакшен, затем стал спортивным агентом, а этим летом — консультантом клуба НБА Indiana Pacers
Своим важным творческим достижением Уолтерс считает трилогию саундтреков Judgment Night, Spawn и Blade 2. Да, был еще и второй «Блейд» с коллаборациями формата «репер + электронщик». Эта компиляция не обрела культового статуса — возможно, потому, что не затмила фильм Гильермо дель Торо, а может дело в том, что к 2002 году подобными фокусами уже мало кого можно было удивить
Хоть это уже не сравнится с культурным эффектом Judgment Night, в 1997-м фансервисовые комбо вроде Mansun & 808 State, Henry Rollins & Goldie или Orbital & Kirk Hammett звучали свежо и интригующе. Не во всех случаях ожидания оправдывались, но все оправдывают четыре попадания. Открывающие альбом и закрывающие фильм Crystal Method & Filter. Long Hard Road Out of Hell — типичный, на самом деле, номер тогдашнего Marilyn Manson (от Sneaker Pimps тут только бэквокал), но достаточно весомый, чтобы послужить названием для будущей автобиографии. One Man Army — четкая совместная работа Prodigy с гитаристом RATM Томом Морелло. No Remorse (I Wanna Die) — дискотека судного дня от Slayer и Atari Teenage Riot
Apple | Spotify
🎂 Lagwagon — Double Plaidinum (Fat Wreck Chords, 1997)
В этот день 25 лет назад увидел свет четвертый альбом Lagwagon — золотой стандарт калифорнийского скейт-панка. Так, в принципе, можно сказать про любой из первых пяти альбомов группы, вышедших в 90-х, когда жанр был наиболее релевантен — недаром в 2011-м лейбл Fat Wreck Chords переиздал всю пятерку в расширенном-ремастеринговом виде на десяти пластинках (!) бокс-сетом под названием «Putting Music in its Place» (теперь это коллекционная редкость, но на стримингах эти версии имеются)
Можно спорить о том, какой из пяти — Duh, Trashed, Hoss, Double Plaidinum, Let’s Talk About Feelings — является лучшим в дискографии Lagwagon, но нет сомнений по поводу того, что квинтет из Санта-Барбары (той самой, ага) стал стержнем Fat Wreck Chords — культового панк-лейбла, основанного Фэт Майком из NOFX. Они издаются там уже 30 лет, пусть в 21 веке это все уже и кажется категорическим самоповтором, привязанным к субкультуре и оторванным от общемузыкальной повестки.
Не то 1997 год, когда Lagwagon были, наверное, самой заметной панк-группой из числа тех, чья музыка не транслировалась по MTV.
Чем же все-таки Double Plaidinum выделяется? Здесь состав группы впервые изменился, и если новый барабанщик Дэйв Раун все так же способен выдерживать ураганный темп в районе 220 BPM, то зашедший сюда чисто на один релиз (и тур в его поддержку) гитарист Кен Стрингфеллоу повлиял на саунд в большей степени.
Главным проектом Кена Стрингфеллоу всегда была пауэр-поп группа The Posies, но он поучаствовал в записи около 200 альбомов и реализовал как минимум две детские мечты: в начале 90-х стал частью ревайвла Big Star, а в конце присоединился к R.E.M.
Где-то посередине пробежал Double Plaidinum, который во многом с его подачи стал на тот момент самым мелодичным и ухоженным альбомом Lagwagon. Для многих детишек девяностых это послужило точкой входа в андерграундный панк-рок после тизеров в виде Offspring и Green Day
Spotify | Apple | YouTube
В этот день 25 лет назад увидел свет четвертый альбом Lagwagon — золотой стандарт калифорнийского скейт-панка. Так, в принципе, можно сказать про любой из первых пяти альбомов группы, вышедших в 90-х, когда жанр был наиболее релевантен — недаром в 2011-м лейбл Fat Wreck Chords переиздал всю пятерку в расширенном-ремастеринговом виде на десяти пластинках (!) бокс-сетом под названием «Putting Music in its Place» (теперь это коллекционная редкость, но на стримингах эти версии имеются)
Можно спорить о том, какой из пяти — Duh, Trashed, Hoss, Double Plaidinum, Let’s Talk About Feelings — является лучшим в дискографии Lagwagon, но нет сомнений по поводу того, что квинтет из Санта-Барбары (той самой, ага) стал стержнем Fat Wreck Chords — культового панк-лейбла, основанного Фэт Майком из NOFX. Они издаются там уже 30 лет, пусть в 21 веке это все уже и кажется категорическим самоповтором, привязанным к субкультуре и оторванным от общемузыкальной повестки.
Не то 1997 год, когда Lagwagon были, наверное, самой заметной панк-группой из числа тех, чья музыка не транслировалась по MTV.
Чем же все-таки Double Plaidinum выделяется? Здесь состав группы впервые изменился, и если новый барабанщик Дэйв Раун все так же способен выдерживать ураганный темп в районе 220 BPM, то зашедший сюда чисто на один релиз (и тур в его поддержку) гитарист Кен Стрингфеллоу повлиял на саунд в большей степени.
Главным проектом Кена Стрингфеллоу всегда была пауэр-поп группа The Posies, но он поучаствовал в записи около 200 альбомов и реализовал как минимум две детские мечты: в начале 90-х стал частью ревайвла Big Star, а в конце присоединился к R.E.M.
Где-то посередине пробежал Double Plaidinum, который во многом с его подачи стал на тот момент самым мелодичным и ухоженным альбомом Lagwagon. Для многих детишек девяностых это послужило точкой входа в андерграундный панк-рок после тизеров в виде Offspring и Green Day
Spotify | Apple | YouTube
Forwarded from FURK
#ретромания
🎂 Mouse On Mars — Autoditacker (Thrill Jockey, 1997)
В этот день 25 лет назад вышел третий альбом Mouse On Mars. Один из столпов IDM-музыки 90-х всегда оставался в тени ключевых LP Autechre, Aphex Twin, Squarepusher и Boards Of Canada. Возможно, потому, что на их фоне звучит слишком уж игриво. Здесь решительно не чувствуется замаха на какое-то эпохальное произведение, хотя это оно и есть
В тот период дюссельдорфский дуэт плотно сотрудничал со Stereolab, это вылилось во множество совместных выступлений и три релиза. Autoditacker был записан Mouse On Mars самостоятельно, но вайб Stereolab и влияние краут-рока слышны довольно отчетливо
При всей своей кажущейся легкости, Autoditacker получился едва ли не самым навороченным альбомом MOM — концентрация использованных инструментов, источников звука и техник записи зашкаливает. Он предвосхитил появление микрохауса и обладает несомненным достоинством: это можно переслушивать бесконечно, открывая для себя новые идеи звукового дизайна
Apple | YouTube
🎂 Mouse On Mars — Autoditacker (Thrill Jockey, 1997)
В этот день 25 лет назад вышел третий альбом Mouse On Mars. Один из столпов IDM-музыки 90-х всегда оставался в тени ключевых LP Autechre, Aphex Twin, Squarepusher и Boards Of Canada. Возможно, потому, что на их фоне звучит слишком уж игриво. Здесь решительно не чувствуется замаха на какое-то эпохальное произведение, хотя это оно и есть
В тот период дюссельдорфский дуэт плотно сотрудничал со Stereolab, это вылилось во множество совместных выступлений и три релиза. Autoditacker был записан Mouse On Mars самостоятельно, но вайб Stereolab и влияние краут-рока слышны довольно отчетливо
При всей своей кажущейся легкости, Autoditacker получился едва ли не самым навороченным альбомом MOM — концентрация использованных инструментов, источников звука и техник записи зашкаливает. Он предвосхитил появление микрохауса и обладает несомненным достоинством: это можно переслушивать бесконечно, открывая для себя новые идеи звукового дизайна
Apple | YouTube
🎂 Yazoo — Upstairs at Eric's (Mute, 1982)
40 лет назад в этот день вышел дебютный альбом Yazoo — одного из трех главных проектов в карьере Винса Кларка.
После внезапного ухода из взлетающих Depeche Mode (обстоятельства до сих пор остаются туманными) Винс опасался, что больше не представляет интереса для Mute Records. Чтобы подтвердить свою ценность, он достал из черновиков песню Only You, которую Мартин Гор и Энди Флетчер слили, и решил записать демо. Нужен был вокал. Так совпало, что в это же время Элисон Мойет, с которой они вместе учились в музыкальной школе в родном Базилдоне, дала объявление в местной газете — она искала себе новую группу. Петь поп-балладу она поначалу не хотела, но, как говорится, 20 долларов это 20 долларов. Результат устроил всех. Mute Records предложили выпустить сингл, и уже вдвоем Кларк и Мойет сочинили бисайд — это была Situation. Так появился один из ключевых малоформатных релизов британского нью-вейва. При этом в США Mute решили сделать ставку именно на Situation — и угадали: ремикс Франсуа Кеворкяна стал суперхитом нью-йоркских клубов Paradise Garage и Studio 54, а впоследствии приобрел репутацию одного из первых ярких примеров прото-хауса.
Дело было за большим релизом. Название Upstairs at Eric's указывает на место его записи — Blackwing Studios в юго-восточном Лондоне, принадлежавшие Эрику Рэдклиффу. Здесь же был создан Speak & Spell, дебютный альбом Depeche Mode, и надо сказать, что конкретно в тот момент Винс Кларк вместе с Элисон Мойет превзошли DM
Spotify | Apple
40 лет назад в этот день вышел дебютный альбом Yazoo — одного из трех главных проектов в карьере Винса Кларка.
После внезапного ухода из взлетающих Depeche Mode (обстоятельства до сих пор остаются туманными) Винс опасался, что больше не представляет интереса для Mute Records. Чтобы подтвердить свою ценность, он достал из черновиков песню Only You, которую Мартин Гор и Энди Флетчер слили, и решил записать демо. Нужен был вокал. Так совпало, что в это же время Элисон Мойет, с которой они вместе учились в музыкальной школе в родном Базилдоне, дала объявление в местной газете — она искала себе новую группу. Петь поп-балладу она поначалу не хотела, но, как говорится, 20 долларов это 20 долларов. Результат устроил всех. Mute Records предложили выпустить сингл, и уже вдвоем Кларк и Мойет сочинили бисайд — это была Situation. Так появился один из ключевых малоформатных релизов британского нью-вейва. При этом в США Mute решили сделать ставку именно на Situation — и угадали: ремикс Франсуа Кеворкяна стал суперхитом нью-йоркских клубов Paradise Garage и Studio 54, а впоследствии приобрел репутацию одного из первых ярких примеров прото-хауса.
Дело было за большим релизом. Название Upstairs at Eric's указывает на место его записи — Blackwing Studios в юго-восточном Лондоне, принадлежавшие Эрику Рэдклиффу. Здесь же был создан Speak & Spell, дебютный альбом Depeche Mode, и надо сказать, что конкретно в тот момент Винс Кларк вместе с Элисон Мойет превзошли DM
Spotify | Apple
🎂 Tamaryn — Tender New Signs (Mexican Summer, 2012)
В этот день десять лет назад вышел второй альбом Tamaryn.
Сегодня Тамарин Браун это сольная артистка, играющая со смежными жанрами — на [лучшем на мой скромный взгляд] альбоме Cranekiss (2015) она выдает идеальный современный дрим-поп, на Dreaming The Dark уходит в готический синтипоп 80-х, и в любой тональности не теряется, просто потому что пишет отличные песни.
На Tender New Signs название Tamaryn все еще означает творческий союз новозеландской певицы с калифорнийским гитаристом и продюсером по имени Рекс Джон Шелвертон. Вместе они продолжают линию своего шугейзового дебюта The Waves (2010) и уверенно встают между My Bloody Valentine и Cocteau Twins на радость пуристам (которые котируют Tender New Signs выше остальных работ Tamaryn).
Помимо прочего это еще и очень октябрьская запись, если конечно ваш октябрь столь же прекрасен, как октябрь в Алматы.
Bandcamp | Spotify | Apple Music | VK
В этот день десять лет назад вышел второй альбом Tamaryn.
Сегодня Тамарин Браун это сольная артистка, играющая со смежными жанрами — на [лучшем на мой скромный взгляд] альбоме Cranekiss (2015) она выдает идеальный современный дрим-поп, на Dreaming The Dark уходит в готический синтипоп 80-х, и в любой тональности не теряется, просто потому что пишет отличные песни.
На Tender New Signs название Tamaryn все еще означает творческий союз новозеландской певицы с калифорнийским гитаристом и продюсером по имени Рекс Джон Шелвертон. Вместе они продолжают линию своего шугейзового дебюта The Waves (2010) и уверенно встают между My Bloody Valentine и Cocteau Twins на радость пуристам (которые котируют Tender New Signs выше остальных работ Tamaryn).
Помимо прочего это еще и очень октябрьская запись, если конечно ваш октябрь столь же прекрасен, как октябрь в Алматы.
Bandcamp | Spotify | Apple Music | VK
шумные и угрожающие выходки — «Засранцы против ГАИ» (self released, 2022)
Главное личное открытие в актуальной российской музыке — августовский альбом омской группы «шумные и угрожающие выходки» со смешным названием, огненным полуцифровым музоном (сами они называют это «нойз-рэп, тетрис-панк, нинтендо-лезгинка»), емкими короткими песнями, думерской эмо-лирикой и панчлайнами вроде «мне не стыдно быть русским, мне стыдно быть похожим на вас».
[Вы можете знать их по великой песне двухлетней давности «Джохар», а если не знаете, то очень советую]
Тут еще работает эффект Шульман («любое слово, сказанное за пределами Российской Федерации, теряет в цене примерно в 10 раз», верно и обратное). Один из двух участников допрашивался по «делу Сети» (оно, конечно, тоже упоминается). Потом началась война и z-прессинг в отношении любого инакомыслия в искусстве. После всего этого «шумные и угрожающие выходки» не только выпустили альбом, но и продолжили выступать в РФ (последний концерт был 23 сентября)
Добро пожаловать, родная, мы живём в России
Тебе понравится, любимая, я обещаю
Мы попытались с тобой сделать дивный новый мир
Но ты не приходя в сознание умираешь
Я буду рядом до конца, я помогу всё вспомнить
Ты встанешь на ноги, и мы захватим горизонт
Мы победим, и многотысячные демонстрации
Заполонят планету, мы перебьём всех мусоров
Мое почтение, это явный претендент на русский альбом года
Spotify | Apple Music | VK
Главное личное открытие в актуальной российской музыке — августовский альбом омской группы «шумные и угрожающие выходки» со смешным названием, огненным полуцифровым музоном (сами они называют это «нойз-рэп, тетрис-панк, нинтендо-лезгинка»), емкими короткими песнями, думерской эмо-лирикой и панчлайнами вроде «мне не стыдно быть русским, мне стыдно быть похожим на вас».
[Вы можете знать их по великой песне двухлетней давности «Джохар», а если не знаете, то очень советую]
Тут еще работает эффект Шульман («любое слово, сказанное за пределами Российской Федерации, теряет в цене примерно в 10 раз», верно и обратное). Один из двух участников допрашивался по «делу Сети» (оно, конечно, тоже упоминается). Потом началась война и z-прессинг в отношении любого инакомыслия в искусстве. После всего этого «шумные и угрожающие выходки» не только выпустили альбом, но и продолжили выступать в РФ (последний концерт был 23 сентября)
Добро пожаловать, родная, мы живём в России
Тебе понравится, любимая, я обещаю
Мы попытались с тобой сделать дивный новый мир
Но ты не приходя в сознание умираешь
Я буду рядом до конца, я помогу всё вспомнить
Ты встанешь на ноги, и мы захватим горизонт
Мы победим, и многотысячные демонстрации
Заполонят планету, мы перебьём всех мусоров
Мое почтение, это явный претендент на русский альбом года
Spotify | Apple Music | VK
🎂 Сегодня исполняется 30 лет дебютному альбому Rage Against The Machine
Видос на вечер: первое публичное выступление RATM — 23 октября 1991 года где-то в Нортридже (ЛА). Мероприятие будничное и бесплатное, никто из случайных зевак-зрителей еще не знает, что присутствует при рождении альтернативных суперзвезд 90-х, хотя видно, как растет интерес по мере перформанса, в том числе к гитарной технике Тома Морелло (сейчас бы восхвалить времена, когда никто из зрителей не держит в руках смартфон, но к счастью человек с видеокамерой нашелся). Заметным сценическим бэкграундом обладает только Зак Де Ла Роша, экс-вокалист хардкор-формации Inside Out c культового лейбла Revelation.
Rage Against The Machine впервые встретились в студии за два с чем-то месяца до этого концерта, а через год с небольшим выпустят революционный во всех смыслах альбом. Такому стремительному взлету могли бы позавидовать и Sex Pistols
Видос на вечер: первое публичное выступление RATM — 23 октября 1991 года где-то в Нортридже (ЛА). Мероприятие будничное и бесплатное, никто из случайных зевак-зрителей еще не знает, что присутствует при рождении альтернативных суперзвезд 90-х, хотя видно, как растет интерес по мере перформанса, в том числе к гитарной технике Тома Морелло (сейчас бы восхвалить времена, когда никто из зрителей не держит в руках смартфон, но к счастью человек с видеокамерой нашелся). Заметным сценическим бэкграундом обладает только Зак Де Ла Роша, экс-вокалист хардкор-формации Inside Out c культового лейбла Revelation.
Rage Against The Machine впервые встретились в студии за два с чем-то месяца до этого концерта, а через год с небольшим выпустят революционный во всех смыслах альбом. Такому стремительному взлету могли бы позавидовать и Sex Pistols
❤1
🎂 Aphex Twin — Selected Ambient Works 85–92 (Apollo / R&S Records, 1992)
В этот день 30 лет назад вышел дебютный альбом Aphex Twin, и мир впервые увидел фирменный логотип, нарисованный его соседом по лондонскому дому и танцором на живых выступлениях Полом Николсоном.
Интерес к записям Ричарда Дэвида Джеймса в эпоху до web 2.0 подогревался многочисленными слухами — о наличии у него собственного броневика и подводной лодки, об умершем при родах старшем брате с таким же именем (отсюда псевдоним) или о том, как он пообещал сделать ремикс на Nine Inch Nails и взял предоплату, а потом просто послал свой неизданный трек.
Мы не знаем, что из этого хотя бы частично правда, но благодаря многочисленным свидетельствам известно, что Ричард никогда не собирался становиться знаменитостью. Это самый что ни на есть гик, которого сочинение музыки волновало куда больше, чем ее издание, а конструирование студий и инструментов — даже больше, чем сочинение. С учетом этого не должна удивлять кажущаяся небрежность, с которой на роль дебютного альбома был выдвинут, по сути, сборник его ранних записей начиная с 14-летнего возраста. Характерно, что большинство bedroom-треков разных лет не были подвергнуты дополнительному мастерингу, но при этом прекрасно уживаются в качестве цельного произведения.
Поворотным моментом в истории музыки Selected Ambient Works 85–92 называют потому, что, поженив эмбиент с танцевальной электроникой, он изменил представление об обоих жанрах. Эмбиент мог более не следовать заповедям Брайана Ино и не стремиться быть отсутствующе-комфортным, а технобит теперь предназначался не только для рейвов. Ричард отвергал ярлык IDM (а что, вся остальная электронная музыка — не умная?), но форсировал более удачный — braindance.
Помимо прочего это единственный альбом Aphex Twin в девяностых, вышедший не на Warp Records, но обусловивший их скорую интеграцию.
Bandcamp | Spotify | Apple | YouTube | Yandex
В этот день 30 лет назад вышел дебютный альбом Aphex Twin, и мир впервые увидел фирменный логотип, нарисованный его соседом по лондонскому дому и танцором на живых выступлениях Полом Николсоном.
Интерес к записям Ричарда Дэвида Джеймса в эпоху до web 2.0 подогревался многочисленными слухами — о наличии у него собственного броневика и подводной лодки, об умершем при родах старшем брате с таким же именем (отсюда псевдоним) или о том, как он пообещал сделать ремикс на Nine Inch Nails и взял предоплату, а потом просто послал свой неизданный трек.
Мы не знаем, что из этого хотя бы частично правда, но благодаря многочисленным свидетельствам известно, что Ричард никогда не собирался становиться знаменитостью. Это самый что ни на есть гик, которого сочинение музыки волновало куда больше, чем ее издание, а конструирование студий и инструментов — даже больше, чем сочинение. С учетом этого не должна удивлять кажущаяся небрежность, с которой на роль дебютного альбома был выдвинут, по сути, сборник его ранних записей начиная с 14-летнего возраста. Характерно, что большинство bedroom-треков разных лет не были подвергнуты дополнительному мастерингу, но при этом прекрасно уживаются в качестве цельного произведения.
Поворотным моментом в истории музыки Selected Ambient Works 85–92 называют потому, что, поженив эмбиент с танцевальной электроникой, он изменил представление об обоих жанрах. Эмбиент мог более не следовать заповедям Брайана Ино и не стремиться быть отсутствующе-комфортным, а технобит теперь предназначался не только для рейвов. Ричард отвергал ярлык IDM (а что, вся остальная электронная музыка — не умная?), но форсировал более удачный — braindance.
Помимо прочего это единственный альбом Aphex Twin в девяностых, вышедший не на Warp Records, но обусловивший их скорую интеграцию.
Bandcamp | Spotify | Apple | YouTube | Yandex
❤1
🎂 Kid Loco — A Grand Love Story (Yellow Productions, 1997)
Сегодня исполняется 25 лет первому полнометражному релизу Жан-Ива Приера, более известного как Kid Loco. Похоже, он считает этот альбом важнейшим в своем творчестве: вовсю разгонял юбилей на своей FB-странице, составил плейлист в Spotify, куда, помимо самого A Grand Love Story включил всякие greatest hits, а 14 декабря отыграет специальный dj-сет в рамках вечеринки в парижском Point Éphémère
Подобная оценка превалирует и среди критиков/слушателей. A Grand Love Story — ярчайшее явление французской волны второй половины 90-х, наравне с Moon Safari и Sacrebleu. Только если Air черпали вдохновение из краут- и прог-рока семидесятых, а Димитрий из Парижа — в старом диско и фанке, Kid Loco поднимает знамя Лета любви и психоделической революции. В редком интервью он признается, что на нужный лад при написании музыки его настраивает курение марихуаны, а себя называет «романтичным анархистом и духовно-коммунистическим чуваком»
Светлая пасторальная сторона трип-хопа, представленная на альбоме, основана, преимущественно, на сэмплах, по которым можно изучать ту эпоху. Заглавный трек строится вокруг вступительных аккордов к Easy to Be Hard — каверу 1969 года в исполнении группы Three Dog Night на песню из легендарного хиппи-мюзикла Hair. Божественная гитарная трель из Relaxin' With Cherry позаимствована у раннего Джорджа Бенсона. Закрывающая альбом Cosmic Supernatural обращается к обязательному элементу программы — группе Love
Однако Приер не только мастер сэмплоделики, но и вполне себе выдающийся сонграйтер, чему, например, свидетельство — индийская стилизация Love Me Sweet с вокалом Кэтрин Митчелл из The Pastels.
В дальнейшем творчестве Kid Loco продолжал эксплуатировать всю эту тему (и продолжает до сих пор — в начале года вышел альбом каверов Born In The 60’s), поэтому даже несмотря на крутейшие пластинки вроде Kill Your Darlings он обречен быть прежде всего автором Большой Истории Любви. Что, как мы видим, его совсем не обременяет
Spotify | Apple | VK
Сегодня исполняется 25 лет первому полнометражному релизу Жан-Ива Приера, более известного как Kid Loco. Похоже, он считает этот альбом важнейшим в своем творчестве: вовсю разгонял юбилей на своей FB-странице, составил плейлист в Spotify, куда, помимо самого A Grand Love Story включил всякие greatest hits, а 14 декабря отыграет специальный dj-сет в рамках вечеринки в парижском Point Éphémère
Подобная оценка превалирует и среди критиков/слушателей. A Grand Love Story — ярчайшее явление французской волны второй половины 90-х, наравне с Moon Safari и Sacrebleu. Только если Air черпали вдохновение из краут- и прог-рока семидесятых, а Димитрий из Парижа — в старом диско и фанке, Kid Loco поднимает знамя Лета любви и психоделической революции. В редком интервью он признается, что на нужный лад при написании музыки его настраивает курение марихуаны, а себя называет «романтичным анархистом и духовно-коммунистическим чуваком»
Светлая пасторальная сторона трип-хопа, представленная на альбоме, основана, преимущественно, на сэмплах, по которым можно изучать ту эпоху. Заглавный трек строится вокруг вступительных аккордов к Easy to Be Hard — каверу 1969 года в исполнении группы Three Dog Night на песню из легендарного хиппи-мюзикла Hair. Божественная гитарная трель из Relaxin' With Cherry позаимствована у раннего Джорджа Бенсона. Закрывающая альбом Cosmic Supernatural обращается к обязательному элементу программы — группе Love
Однако Приер не только мастер сэмплоделики, но и вполне себе выдающийся сонграйтер, чему, например, свидетельство — индийская стилизация Love Me Sweet с вокалом Кэтрин Митчелл из The Pastels.
В дальнейшем творчестве Kid Loco продолжал эксплуатировать всю эту тему (и продолжает до сих пор — в начале года вышел альбом каверов Born In The 60’s), поэтому даже несмотря на крутейшие пластинки вроде Kill Your Darlings он обречен быть прежде всего автором Большой Истории Любви. Что, как мы видим, его совсем не обременяет
Spotify | Apple | VK
🎂 Quicksand — Slip (Polydor, 1993)
Сегодня исполняется 30 лет дебютному альбому Quicksand. Здесь на передний план вышел Уолтер Шрайфелс — важная, но теневая фигура нью-йоркского хардкора второй половины восьмидесятых, басист Youth Of Today и гитарист / автор песен Gorilla Biscuits. Ревизия жанра к тому моменту явно назрела. Уолтер желал «писать песни, которые хотелось бы слушать, а не просто рубиться под них в мошпите» и задал шаблон для последователей вроде Deftones: синкопированные ударные и гитарный строй drop D, меньше мачизма и больше рефлексии, баланс между грувом, агрессией и мелодизмом.
Музыкальные бизнесмены уже оценили потенциал пост-хардкора на примерах Fugazi и Helmet, так что вскоре после совместных концертов с ними и Rage Against The Machine, а также выпуска self-titled EP (1990) Quicksand подписали контракт с Polydor Records. Альбом на мейджор-лейбле — непристойная и невиданная до того роскошь для хк-субкультуры. Что с этого получили Quicksand? Новые студийные возможности, видеоклипы на MTV, всемирную дистрибуцию и бесконечные турне (последнее спровоцирует распад группы в 1995 году — до реюнина-2012). Что с этого получили Polydor? Особо ничего не получили.
Slip совершенно не преуспел в коммерческом смысле, да и едва ли Quicksand могли ставить перед собой такую задачу. Зато в книге, прилагающейся к нынешнему юбилейному виниловому переизданию на лейбле Iodine Recordings, о влиянии альбома рассказывают Anthrax, Helmet, Sepultura, Refused, Agnostic Front, Snapcase, Earth Crisis и прочие тяжеловесные герои 90-х. Показательны свидетельства гитариста Anthrax Скотта Йэна: мол, когда начался тур в поддержку Sound of White Noise (1993), промоутеры требовали, чтобы на разогрев брали группу, которая поможет продавать билеты, но нью-йоркские треш-ветераны, известные своей любовью к хардкор-сцене, проигнорировали требования и предпочли взять Quicksand, в том числе потому что «так мы могли каждый вечер быть на их концерте».
Spotify | Apple
Сегодня исполняется 30 лет дебютному альбому Quicksand. Здесь на передний план вышел Уолтер Шрайфелс — важная, но теневая фигура нью-йоркского хардкора второй половины восьмидесятых, басист Youth Of Today и гитарист / автор песен Gorilla Biscuits. Ревизия жанра к тому моменту явно назрела. Уолтер желал «писать песни, которые хотелось бы слушать, а не просто рубиться под них в мошпите» и задал шаблон для последователей вроде Deftones: синкопированные ударные и гитарный строй drop D, меньше мачизма и больше рефлексии, баланс между грувом, агрессией и мелодизмом.
Музыкальные бизнесмены уже оценили потенциал пост-хардкора на примерах Fugazi и Helmet, так что вскоре после совместных концертов с ними и Rage Against The Machine, а также выпуска self-titled EP (1990) Quicksand подписали контракт с Polydor Records. Альбом на мейджор-лейбле — непристойная и невиданная до того роскошь для хк-субкультуры. Что с этого получили Quicksand? Новые студийные возможности, видеоклипы на MTV, всемирную дистрибуцию и бесконечные турне (последнее спровоцирует распад группы в 1995 году — до реюнина-2012). Что с этого получили Polydor? Особо ничего не получили.
Slip совершенно не преуспел в коммерческом смысле, да и едва ли Quicksand могли ставить перед собой такую задачу. Зато в книге, прилагающейся к нынешнему юбилейному виниловому переизданию на лейбле Iodine Recordings, о влиянии альбома рассказывают Anthrax, Helmet, Sepultura, Refused, Agnostic Front, Snapcase, Earth Crisis и прочие тяжеловесные герои 90-х. Показательны свидетельства гитариста Anthrax Скотта Йэна: мол, когда начался тур в поддержку Sound of White Noise (1993), промоутеры требовали, чтобы на разогрев брали группу, которая поможет продавать билеты, но нью-йоркские треш-ветераны, известные своей любовью к хардкор-сцене, проигнорировали требования и предпочли взять Quicksand, в том числе потому что «так мы могли каждый вечер быть на их концерте».
Spotify | Apple
🎂 The Whip — X Marks Destination (Southern Fried Records, 2008)
Сегодня исполняется 15 лет дебютному альбому The Whip. Контекстно-культурную принадлежность квартета емко характеризуют две вещи: участие в сборниках Kitsune и манчестерская прописка. С одной стороны — эталонный indie dance номер Trash, знакомый любому условному пользователю MySpace. С другой — Frustration, очевидный оммаж Ceremony (первый сингл The Whip и первый сингл New Order, соответственно). Приведение подобных песен к общему знаменателю на X Marks Destination выливается в более чем актуальный в тот момент синтез nu rave и new wave.
Продюсером выступил Джим Эбисс, который собаку съел на дебютах, ранее приложив эту же руку к первым альбомам The Editors, Arctic Monkeys, Kasabian, Sneaker Pimps и Адель, а в качестве звукоинженера и вовсе успевший поработать на Debut (Бьорк) и Protection (Massive Attack).
В этот впечатляющий ряд X Marks Destination попадает разве что в данном тексте. На слуху была добрая половина треков, которые разошлись по сериалам и видеоиграм, а сам альбом заслуженной любви сильно недополучил. Странную судьбу The Whip наглядно иллюстрирует карьерный ход основателя и клавишника группы Дэнни Сэвила, который через пару лет внезапно бросил музыку и стал эккаунт-менеджером компании GV Multi-Media. Обезглавленный коллектив сподобился на ещё один (кстати, неплохой) альбом, но на этом все.
Потенциально The Whip как будто могли стать хипстерской реинкарнацией New Order, тем более что в те годы существование легендарных земляков после ухода Питера Хука было под вопросом, но в итоге просто растворились в воздухе, как и многие яркие вспышки блогхаусовой волны. А вот сами New Order позже обрели второе (или третье) дыхание и успешно продолжили свою деятельность. Банальная мораль здесь, наверное, в том, что быть великими и быть похожими на великих — две разные вещи. И все же за слишком быстро исчезнувших The Whip немного обидно.
Spotify | Apple
Сегодня исполняется 15 лет дебютному альбому The Whip. Контекстно-культурную принадлежность квартета емко характеризуют две вещи: участие в сборниках Kitsune и манчестерская прописка. С одной стороны — эталонный indie dance номер Trash, знакомый любому условному пользователю MySpace. С другой — Frustration, очевидный оммаж Ceremony (первый сингл The Whip и первый сингл New Order, соответственно). Приведение подобных песен к общему знаменателю на X Marks Destination выливается в более чем актуальный в тот момент синтез nu rave и new wave.
Продюсером выступил Джим Эбисс, который собаку съел на дебютах, ранее приложив эту же руку к первым альбомам The Editors, Arctic Monkeys, Kasabian, Sneaker Pimps и Адель, а в качестве звукоинженера и вовсе успевший поработать на Debut (Бьорк) и Protection (Massive Attack).
В этот впечатляющий ряд X Marks Destination попадает разве что в данном тексте. На слуху была добрая половина треков, которые разошлись по сериалам и видеоиграм, а сам альбом заслуженной любви сильно недополучил. Странную судьбу The Whip наглядно иллюстрирует карьерный ход основателя и клавишника группы Дэнни Сэвила, который через пару лет внезапно бросил музыку и стал эккаунт-менеджером компании GV Multi-Media. Обезглавленный коллектив сподобился на ещё один (кстати, неплохой) альбом, но на этом все.
Потенциально The Whip как будто могли стать хипстерской реинкарнацией New Order, тем более что в те годы существование легендарных земляков после ухода Питера Хука было под вопросом, но в итоге просто растворились в воздухе, как и многие яркие вспышки блогхаусовой волны. А вот сами New Order позже обрели второе (или третье) дыхание и успешно продолжили свою деятельность. Банальная мораль здесь, наверное, в том, что быть великими и быть похожими на великих — две разные вещи. И все же за слишком быстро исчезнувших The Whip немного обидно.
Spotify | Apple
🎂 Pulp — It (Red Rhino Records, 1983)
Сегодня исполняется 40 лет дебютному альбому Pulp. Кто-то, возможно, и удивится, но группа, известная большинству людей по альбомам и хитам 90-х и плотно ассоциирующаяся с бритпопом, была основана в Шеффилде еще в 1978-м, когда Джарвису Кокеру было 15 лет. К 20 годам он созрел для первого альбома.
Поздние Pulp склонны игнорировать свой восьмидесятнический период. Когда группа в 2010 году объявила реюнион и концертный тур, то обещала original lineup и «песни из каждой эры Pulp». Оба обещания оказались ложными. Джарвис Кокер, разумеется, не стал звать гитариста/мультинструменталиста Саймона Хинклера (который, например, стал соавтором открывающего альбом первого хита группы My Lighthouse, а в 1986 году присоединился к The Mission), его брата клавишника Дэвида Хинклера и уж тем более никому сегодня не известных Питера Боама (гитара / клавиши), Уэйна Ферниса (гитара / бас) и Гэрри Уилсона (ударные). На концертах, в свою очередь, не звучали песни с альбома It, а также Freaks (1987) и Separations (1989). Если верить Джарвису Кокеру-2010, история Pulp началась в 1992 году.
Тема с сокрытием своего прошлого у популярных музыкантов встречается нередко. Так поступали, например, и металлисты из Pantera, и Аланис Мориссетт, но там понятно почему: их ранняя музыка и имидж выглядят немного смехотворно на фоне материала, принесшего всемирную славу.
В альбоме It ничего постыдного, конечно, нет. Это просто Pulp на минималках. Джарвис еще только нащупывает свой стиль, вдохновляясь балладами Скотта Уокера и Леонарда Коэна. Любую из этих композиций вполне можно себе представить би-сайдом к синглам с His 'N' Hers или Different Class. Пластинка прекрасно состарилась, как и ее основной автор, и сегодня этот тви-поп звучит не менее очаровательно, чем среднестатистическая работа условных Belle & Sebastian.
Справедливости ради, альбом был подвергнут ремастерингу и переиздан в 2012-м. Он все-таки существует — пусть не на концертах, но хотя бы на всех платформах.
Spotify | Apple | VK
Сегодня исполняется 40 лет дебютному альбому Pulp. Кто-то, возможно, и удивится, но группа, известная большинству людей по альбомам и хитам 90-х и плотно ассоциирующаяся с бритпопом, была основана в Шеффилде еще в 1978-м, когда Джарвису Кокеру было 15 лет. К 20 годам он созрел для первого альбома.
Поздние Pulp склонны игнорировать свой восьмидесятнический период. Когда группа в 2010 году объявила реюнион и концертный тур, то обещала original lineup и «песни из каждой эры Pulp». Оба обещания оказались ложными. Джарвис Кокер, разумеется, не стал звать гитариста/мультинструменталиста Саймона Хинклера (который, например, стал соавтором открывающего альбом первого хита группы My Lighthouse, а в 1986 году присоединился к The Mission), его брата клавишника Дэвида Хинклера и уж тем более никому сегодня не известных Питера Боама (гитара / клавиши), Уэйна Ферниса (гитара / бас) и Гэрри Уилсона (ударные). На концертах, в свою очередь, не звучали песни с альбома It, а также Freaks (1987) и Separations (1989). Если верить Джарвису Кокеру-2010, история Pulp началась в 1992 году.
Тема с сокрытием своего прошлого у популярных музыкантов встречается нередко. Так поступали, например, и металлисты из Pantera, и Аланис Мориссетт, но там понятно почему: их ранняя музыка и имидж выглядят немного смехотворно на фоне материала, принесшего всемирную славу.
В альбоме It ничего постыдного, конечно, нет. Это просто Pulp на минималках. Джарвис еще только нащупывает свой стиль, вдохновляясь балладами Скотта Уокера и Леонарда Коэна. Любую из этих композиций вполне можно себе представить би-сайдом к синглам с His 'N' Hers или Different Class. Пластинка прекрасно состарилась, как и ее основной автор, и сегодня этот тви-поп звучит не менее очаровательно, чем среднестатистическая работа условных Belle & Sebastian.
Справедливости ради, альбом был подвергнут ремастерингу и переиздан в 2012-м. Он все-таки существует — пусть не на концертах, но хотя бы на всех платформах.
Spotify | Apple | VK
🌿 всем 4/20
В этом году исполняется 40 лет великому pothead-гимну Smoke Two Joints, который в 1983 году записали The Toyes — регги-группа, основанная на Гавайских островах и впоследствии переехавшая в Орегон. В тексте в общей сложности выкурено 54 косяка.
Песня зачастую ошибочно приписывается калифорнийским ска-панкам Sublime, чья навороченная версия с обилием сэмплов куда более известна среди детишек 90-х. Некоторые, благодаря многочисленным фейкам в интернете, и вовсе думают, что это Боб Марли (умерший за три года до появления песни).
Всегда активно выступавший за легалайз фронтмен The Toyes и автор Smoke Two Joints Крис Кей по прозвищу Mawg [вроде бы] жив-здоров, точно успел застать легализацию марихуаны в Орегоне в 2015-м и скорее всего успеет — на Гавайях (где это должно произойти в 2023-м).
А вот Брэдли Новелл из Sublime, как известно, погиб в 1996-м, передознувшись героином. Вскоре после этого Крис Кей опубликовал во многом благодарственное письмо, которое получил от Брэдли — милое, любопытное и написанное, по чистосердечному признанию, в обкуренном состоянии. Из него, в частности, следует, что The Toyes не требовали от Sublime никаких роялти, и в качестве ответного жеста Новелл разрешает им использовать любые написанные им песни, а также выражает надежду, что им еще доведется поджемовать вместе.
В постскриптуме Крис Кей сетует, что они так и не успели встретиться, и обращается к читателям: мол, если у вас есть потребность что-то употреблять, пожалуйста, откажитесь от химии и придерживайтесь травы. Совет, не лишенный здравого смысла.
Тот самый альбом The Toyes на Bandcamp
В этом году исполняется 40 лет великому pothead-гимну Smoke Two Joints, который в 1983 году записали The Toyes — регги-группа, основанная на Гавайских островах и впоследствии переехавшая в Орегон. В тексте в общей сложности выкурено 54 косяка.
Песня зачастую ошибочно приписывается калифорнийским ска-панкам Sublime, чья навороченная версия с обилием сэмплов куда более известна среди детишек 90-х. Некоторые, благодаря многочисленным фейкам в интернете, и вовсе думают, что это Боб Марли (умерший за три года до появления песни).
Всегда активно выступавший за легалайз фронтмен The Toyes и автор Smoke Two Joints Крис Кей по прозвищу Mawg [вроде бы] жив-здоров, точно успел застать легализацию марихуаны в Орегоне в 2015-м и скорее всего успеет — на Гавайях (где это должно произойти в 2023-м).
А вот Брэдли Новелл из Sublime, как известно, погиб в 1996-м, передознувшись героином. Вскоре после этого Крис Кей опубликовал во многом благодарственное письмо, которое получил от Брэдли — милое, любопытное и написанное, по чистосердечному признанию, в обкуренном состоянии. Из него, в частности, следует, что The Toyes не требовали от Sublime никаких роялти, и в качестве ответного жеста Новелл разрешает им использовать любые написанные им песни, а также выражает надежду, что им еще доведется поджемовать вместе.
В постскриптуме Крис Кей сетует, что они так и не успели встретиться, и обращается к читателям: мол, если у вас есть потребность что-то употреблять, пожалуйста, откажитесь от химии и придерживайтесь травы. Совет, не лишенный здравого смысла.
Тот самый альбом The Toyes на Bandcamp
Лайнап первого фестиваля Coachella (1999). Кое-что не меняется — The Chemical Brothers выступят там и сегодня. Все остальное изменилось. Тогда 50 долларов, сейчас от $540 за один уикенд
❤3
🎂 Orbital – Orbital (Internal, 1993)
30 лет второму альбому Orbital. Как и первый, названия он не имеет, так что в обиходе известен как Orbital 2 или Brown Album. Как и первый, он начинается с сэмпла из Star Trek: The Next Generation («There is the theory of the Möbius. A twist in the fabric of space where time becomes a loop»). По задумке слушатель должен был на несколько секунд заподозрить, что ему ошибочно подсунули копию дебютного альбома.
В остальном спутать их сложно. Если первый Orbital был по сути сборником ранних треков и довольно исчерпывающе характеризовался определением «техно», то второй это уже большая форма, музыкальное путешествие по современной электронике, какое все с тех пор привыкли ждать от братьев Хартнолл. Только, в отличие от более поздних работ, здесь интеллектуальный композиционный подход все еще не задвигает на задний план то, ради чего все это изначально затевалось — неистовые танцы.
Бал правит солнечно-притрансованный эйсид-хаус с ощутимой инъекцией брейкбита (это влияние и вклад Meat Beat Manifesto). 20 минут, в рамках которых Lush 3-1 перетекает в Lush 3-2 и затем в Impact, следовало бы отдать в музей British Music Experience в качестве эталона рейва начала 90-х. А настоящий разрыв, как и положено, происходит ближе к концу альбома, когда звучит Halcyon + On + On. Тот самый трек из «Хакеров» и Mortal Combat, но прежде всего — финальный этап эволюции песни It’s A Fine Day, придуманной в 1983-м, но ставшей известной благодаря исполнению Opus III и их вокалистки Кирсти Хокшоу.
В общем, Orbital вступали в свой золотой период. Альбом сделал их иконами танцевального андерграунда, но это был еще не мейнстримовый успех — он пришел через год, когда они отыграли лайв на Гластонбери, транслируемый национальным телеканалом Channel 4. Существует мнение, что это лучшее выступление в истории фестиваля. Парень, который хвастается в комментах, что был там и за час до этого съел свою первую кислоту, не даст соврать, если сам не соврал, конечно.
Bandcamp | Spotify | Apple | YouTube
30 лет второму альбому Orbital. Как и первый, названия он не имеет, так что в обиходе известен как Orbital 2 или Brown Album. Как и первый, он начинается с сэмпла из Star Trek: The Next Generation («There is the theory of the Möbius. A twist in the fabric of space where time becomes a loop»). По задумке слушатель должен был на несколько секунд заподозрить, что ему ошибочно подсунули копию дебютного альбома.
В остальном спутать их сложно. Если первый Orbital был по сути сборником ранних треков и довольно исчерпывающе характеризовался определением «техно», то второй это уже большая форма, музыкальное путешествие по современной электронике, какое все с тех пор привыкли ждать от братьев Хартнолл. Только, в отличие от более поздних работ, здесь интеллектуальный композиционный подход все еще не задвигает на задний план то, ради чего все это изначально затевалось — неистовые танцы.
Бал правит солнечно-притрансованный эйсид-хаус с ощутимой инъекцией брейкбита (это влияние и вклад Meat Beat Manifesto). 20 минут, в рамках которых Lush 3-1 перетекает в Lush 3-2 и затем в Impact, следовало бы отдать в музей British Music Experience в качестве эталона рейва начала 90-х. А настоящий разрыв, как и положено, происходит ближе к концу альбома, когда звучит Halcyon + On + On. Тот самый трек из «Хакеров» и Mortal Combat, но прежде всего — финальный этап эволюции песни It’s A Fine Day, придуманной в 1983-м, но ставшей известной благодаря исполнению Opus III и их вокалистки Кирсти Хокшоу.
В общем, Orbital вступали в свой золотой период. Альбом сделал их иконами танцевального андерграунда, но это был еще не мейнстримовый успех — он пришел через год, когда они отыграли лайв на Гластонбери, транслируемый национальным телеканалом Channel 4. Существует мнение, что это лучшее выступление в истории фестиваля. Парень, который хвастается в комментах, что был там и за час до этого съел свою первую кислоту, не даст соврать, если сам не соврал, конечно.
Bandcamp | Spotify | Apple | YouTube
❤7🍾1
Пичес внезапно исполняет Private Dancer на пикнике «Афиши» в Коломенском. С тех пор это станет регулярным номером ее концертов (и она его повторит, например, спустя два года в «Солянке»)
Я не плачу, просто 2011-й в глаз попал
Я не плачу, просто 2011-й в глаз попал
YouTube
ПИКНИК АФИШИ ALIVE 2011 - Peaches - Angel of Death/Private Dancer
❤12🤔2🗿1
🎂 Refused — The Shape of Punk to Come: A Chimerical Bombination in 12 Bursts (Burning Heart / Epitaph, 1998)
В этот день 25 лет назад вышел третий альбом Refused — восхитительный бунт внутри хардкор-сцены, который одновременно привел к распаду группы и сделал ее великой. Как говорится, совершенно библейская история.
Швеция известный поставщик всемирно признанных музыкальных кадров любых направлений, но есть консервативные локализованные жанры, где даже шведы могут быть (или, точнее, могли быть) лишь на вторых ролях. Например, хардкор-панк, который в 90-е годы был абсолютно американской вещью. В этом контексте знаменитые скейт-панки Millencolin из Эребру считались просто шведской версией Bad Religion или NOFX, а Refused из городка Умео — талантливыми эпигонами культового чикагского лейбла Victory Records. Если посмотреть первый клип Refused 1994 года «Pump the Brakes», сложно отличить все эти вайбы от Earth Crisis, Snapcase и других героев американского хардкора.
В «оригинальной» среде Refused, тем не менее, ценили, было за что, и уже второй их альбом вышел на Victory Records. Пацаны пришли к успеху, но роль шведской группы, которую приняли в высшее общество, Refused явно не устраивала.
Амбиции видны уже в названии третьего альбома «The Shape of Punk to Come» («Будущая форма панка»). Это аллюзия на Орнетта Коулмана и его альбом «The Shape of Jazz to Come», который в свое время действительно стал «будущей формой джаза». Похожую революцию Refused собирались произвести в хардкоре. И произвели. Но совсем не сразу.
Гитарная хардкор-музыка по самой своей сути избегала украшательств и архитектурных излишеств. Грубая неотесанная энергия, бурлящий мошпит, мачизм, подчеркнуто уличный стиль — на этих китах держалась соответствующая субкультура 90-х (и, можно сказать, в этих китах довольно сильно увязла).
Refused демонстративно попрали субкультурные нормы. Вместо тысячи слов достаточно посмотреть совершенно программный клип «New Noise», который с тех пор стал их визитной карточкой. Использование синтезаторов, заигрывание с джазом и электроникой, изощренный продакшн, лощеный внешний вид — все это было не тру, но это был их протест против застоявшегося канона. «Мы танцуем не под те песни», — орал в микрофон вокалист Деннис Люкссен. Вдобавок их выраженная левацкая и антикапиталистическая позиция включала в себя борьбу за права геев и феминизм, что в тот момент сложно было назвать «повесткой». Для адептов жанра все это выглядело вычурным позерством. Для мейнстрима тоже не годилось — металлические риффы, сложная ритмика и скримо-вокал надежно перекрывали путь в эфир FM-радиостанций.
Позже Люкссен говорил: «Этот альбом мы могли бы назвать просто Fuck You». Публика отплатила взаимным отношением. Учитывая замах, это был именно что провал: в первый год было продано около 1500 копий альбома, а на американские концерты шведских пророков приходило по 100-200 людей. Зато на последний приехала полиция.
Неуспех наложился на различные терки внутри коллектива, появившиеся во время записи альбома. Refused уходили от привычного саунда, но все хотели идти в разных направлениях. В итоге еще до конца турне они выпустили прощальный манифест на сайте «домашнего» шведского панк-лейбла Burning Heart, заголовок которого совпадал с одной из песен альбома: Refused Are Fucking Dead.
Строго говоря, на момент выхода альбома на американском Epitaph Records 27 октября 1998 года группы Refused уже не существовало, но именно эта дата отпечаталась в истории (что может немного запутать). Первоначальный релиз на Burning Heart появился еще в феврале-1998.
В этот день 25 лет назад вышел третий альбом Refused — восхитительный бунт внутри хардкор-сцены, который одновременно привел к распаду группы и сделал ее великой. Как говорится, совершенно библейская история.
Швеция известный поставщик всемирно признанных музыкальных кадров любых направлений, но есть консервативные локализованные жанры, где даже шведы могут быть (или, точнее, могли быть) лишь на вторых ролях. Например, хардкор-панк, который в 90-е годы был абсолютно американской вещью. В этом контексте знаменитые скейт-панки Millencolin из Эребру считались просто шведской версией Bad Religion или NOFX, а Refused из городка Умео — талантливыми эпигонами культового чикагского лейбла Victory Records. Если посмотреть первый клип Refused 1994 года «Pump the Brakes», сложно отличить все эти вайбы от Earth Crisis, Snapcase и других героев американского хардкора.
В «оригинальной» среде Refused, тем не менее, ценили, было за что, и уже второй их альбом вышел на Victory Records. Пацаны пришли к успеху, но роль шведской группы, которую приняли в высшее общество, Refused явно не устраивала.
Амбиции видны уже в названии третьего альбома «The Shape of Punk to Come» («Будущая форма панка»). Это аллюзия на Орнетта Коулмана и его альбом «The Shape of Jazz to Come», который в свое время действительно стал «будущей формой джаза». Похожую революцию Refused собирались произвести в хардкоре. И произвели. Но совсем не сразу.
Гитарная хардкор-музыка по самой своей сути избегала украшательств и архитектурных излишеств. Грубая неотесанная энергия, бурлящий мошпит, мачизм, подчеркнуто уличный стиль — на этих китах держалась соответствующая субкультура 90-х (и, можно сказать, в этих китах довольно сильно увязла).
Refused демонстративно попрали субкультурные нормы. Вместо тысячи слов достаточно посмотреть совершенно программный клип «New Noise», который с тех пор стал их визитной карточкой. Использование синтезаторов, заигрывание с джазом и электроникой, изощренный продакшн, лощеный внешний вид — все это было не тру, но это был их протест против застоявшегося канона. «Мы танцуем не под те песни», — орал в микрофон вокалист Деннис Люкссен. Вдобавок их выраженная левацкая и антикапиталистическая позиция включала в себя борьбу за права геев и феминизм, что в тот момент сложно было назвать «повесткой». Для адептов жанра все это выглядело вычурным позерством. Для мейнстрима тоже не годилось — металлические риффы, сложная ритмика и скримо-вокал надежно перекрывали путь в эфир FM-радиостанций.
Позже Люкссен говорил: «Этот альбом мы могли бы назвать просто Fuck You». Публика отплатила взаимным отношением. Учитывая замах, это был именно что провал: в первый год было продано около 1500 копий альбома, а на американские концерты шведских пророков приходило по 100-200 людей. Зато на последний приехала полиция.
Неуспех наложился на различные терки внутри коллектива, появившиеся во время записи альбома. Refused уходили от привычного саунда, но все хотели идти в разных направлениях. В итоге еще до конца турне они выпустили прощальный манифест на сайте «домашнего» шведского панк-лейбла Burning Heart, заголовок которого совпадал с одной из песен альбома: Refused Are Fucking Dead.
Строго говоря, на момент выхода альбома на американском Epitaph Records 27 октября 1998 года группы Refused уже не существовало, но именно эта дата отпечаталась в истории (что может немного запутать). Первоначальный релиз на Burning Heart появился еще в феврале-1998.
❤7🍾2
«Refused умерли, да здравствуют Refused» — последняя строчка манифеста оказалась и правда пророческой. Уже в следующем году в США была продана 21 тысяча копий альбома, а журналисты внезапно открыли непризнанных гениев. Позже Кирк Хэммет из Metallica рассказывал, как у него «отвисла челюсть» при просмотре клипа New Noise, Crazy Town и Anthrax сделали на песню каверы, а Марк Шинода из Linkin Park заявил, что «без Refused не было бы Linkin Park». Не меньшее почтение возникло и в хардкор-среде: группа Million Dead назвалась словами из песни Refused, Paramore позаимствовали строчки, Poison The Well позвали для записи тех же продюсеров.
В итоге спустя несколько лет The Shape of Punk to Come обрел статус шедевра пост-хардкора и одного из самых влиятельных альбомов тяжелой музыки девяностых. Refused сделали хардкор респектабельным жанром — и распались еще до того, как заинтересовали сколь-либо массовую аудиторию
Bandcamp | Spotify | Apple
P.S. в 2012 году Refused воссоединились ради выступления на Coachella, потом записали еще два альбома и существуют до сих пор, но это совсем другая история, достойная включения в переиздание книги, у которой данный канал позаимствовал название
В итоге спустя несколько лет The Shape of Punk to Come обрел статус шедевра пост-хардкора и одного из самых влиятельных альбомов тяжелой музыки девяностых. Refused сделали хардкор респектабельным жанром — и распались еще до того, как заинтересовали сколь-либо массовую аудиторию
Bandcamp | Spotify | Apple
P.S. в 2012 году Refused воссоединились ради выступления на Coachella, потом записали еще два альбома и существуют до сих пор, но это совсем другая история, достойная включения в переиздание книги, у которой данный канал позаимствовал название
❤6🍾2👍1