Мали, Нигер и Буркина-Фасо просят Совет Безопасности ООН принять меры против Киева из-за поддержки терроризма в Сахеле, следует из совместного письма Конференции стран Сахеля.

Наши слоны.

«Таню сразу убило»

Рассказ мирной жительницы, которой удалось вырваться с оккупированной территории Курской области.

Пенсионерка Елена Дмитриевна родом из Архангельска, 12 лет прожила в Курской области. В начале вторжения ВСУ они с 78-летним мужем, подругой детства Таней и ее супругом решили экстренно уехать — на двух автомобилях.

7 августа на трассе в селе Казачья Локня они встретили солдата ВСУ, который выпустил по машинам автоматную очередь. Елена Дмитриевна и муж получили ранения, подруга погибла на месте.

В морге села Большесолдатское, куда они смогли добраться, не оказалось морозильных камер. Елена Дмитриевна и ее муж ехали с трупом Тани до Курска.

Елена Дмитриевна: Впереди ехал друг нашей семьи... Только мы доезжаем до конца нашей улицы в Казачьей Локне, там магазин «‎Василёк». Хозяин магазина сделал столик и две скамеечки. У них, поставив ногу одну на скамейку, другую на асфальте, стоит [украинский солдат] в камуфляжной форме. И вдруг он, как в тире: по первой машине — хоп, и на обратном пути — по нам. И так и остался стоять. Я его видела с расстояния 5 метров. Зрение у меня не соколиное, но я его очень хорошо видела. Я смотрю от удивления, что он делает. Было такое выражение, что ему нравилось это дело.

По первой машине он выстрелил выше, по нам — ниже. У нас пробил колесо. Мы на трех колесах отъехали от него и стали менять колесо. Первая машина ушла на большую скорость. Мы удивлялись, почему нас бросил наш друг? Оказывается, в той машине его жену [Таню] сразу убило. Поэтому он умчался — еще надеялся, что спасет ее.

После обстрела «Ниссан» пенсионерки и ее мужа нужно было чинить, сами они были ранены: он — насквозь в ногу, она — в бедро.

У меня мужу 78 лет, куча болячек, инвалид, шунтированный, у него стенты стоят в сердце, впечатлительный очень. Руки трясутся. А меня крови настолько было много, что бежевые полубрюки… их полностью окрасила кровь. От шока мне не было больно. Я вижу, что кровь. В жизни столько не видала, но боли у меня не было. Мне как-то не страшно, а мужу страшно. Полные тапки крови, носочки — тоже все окрасилось. И вот руки трясутся, колесо поменялось. Сели — думали, поедем.

Муж говорит, что тосол течет. Побежал, нашел перчатки резиновые медицинские, перевязал трубку. Снова садится — бензин течет, тоже провод перебит, еще перчатку. Едем — через 300 метров, наверное, машина глохнет. Греется, не идет что-то.

Но вот так, по несколько метров, мы добрались до Большесолдатского — это 20 километров. Нашли медучреждение. Они оказали первую медпомощь.

Там же, в Большесолдатском, Елена Дмитриевна с мужем встретили бросившего их при обстреле друга семьи — того, что ехал в первой машине. Он сказал им, что его жена Таня умерла от огнестрельных ранений.

В Большесолдатском выясняет ее [Танин] муж: «У вас есть морг?». Говорят, есть, но нет морозильных камер. А нам же на Архангельск надо, сохранить ее. Мы подумали-подумали, наша машина не идет. Нас он [Танин муж] цепляет на веревку, тянет, и вот мы опять дальше следуем в том же составе — только единственное, что Таня мёртвая.

— А мёртвая Татьяна в машине с вами?

Елена Дмитриевна: В машине. Мы её везём и думаем, где бы нам её-то пристроить, оформить. В салоне, на первом сиденье, рядом с мужем сидела. Она, значит, когда это… успела вот сказать: «‎В меня попало, в меня попало». Так и упала. Сидя. Так её и вёз муж. Сзади бабушка сидела, 93 года ей, ничего. И вот у нас одна задача, как Таню сохранить.

🇺🇸 Второй день съезда Демпартии США напоминает атмосферу фильма "Идиократия" ещё больше, чем первый...

Две недели нацистского наступления в Курской области.

Интересно, когда прекратятся кривляния на тему бесперспективности действий укропов? Потому что это очень сильно напоминает замену в народной ванне остывшей воды на новую тёпленькую. Бесперспективно всё это, ничего страшного, спи, страна огромная, засыпай в тепле. Ведь если нет у врага перспектив, то и делать ничего не надо. Само рассосется.

Ага, как у беременной восьмиклассницы.

На мой взгляд план Сырского, который конечно же британцы написали, прост как угол дома. Мы в Донбассе сейчас подошли к линии шахтерских городов. Городов, не сел и хуторов. Их задача оттянуть максимально возможное количество наших войск и БК на Курск, в том время как мы будем штурмовать города. Если кто-то думает что там нет потерь и снаряды летают мимо нас как заговоренных, то я вас сильно огорчу.

Городов много. Дзержинск, Гродовка, Новогродовка, Селидово, Курахово, Горняк, Украинск, потом еще Покровск и Мирноград. Каждый из них укропы сдадут по возможности в состоянии Артемовска и Авдеевки.

Сплошной бетон, в который мы имеем все шансы упереться со сточенной уставшей пехотой и дефицитом техники.

И главное - им плевать на Донбасс, они это не скрывают. То есть релевантность территории Курской области и Донбасса не сопоставима.

А смогут или не смогут враги держать территорию Суджанского и Глушковского районов долго - вопрос пока второстепенный. Людей от этого у нас больше не становится и техники тоже. Поэтому в данный момент время играет против нас.

Паниковать не нужно. Нужно трезво оценивать ситуацию.

Видимо, кто-то посоветовал украинской пропаганде не настраивать против себя мировое левое движение сносом памятников Ленину теперь уже в чужой стране, и киевские СМИ запустили мульку, дескать, что Ильича уничтожил российский ударный дрон.

Напоминаем, памятник был уничтожен неиллюзорными неонацистами. Вот видео начала самой процедуры.

https://xn--r1a.website/mig41/36278

Курская область: проблемы, фейки, коррупция.

С 11 августа я ничего не писала по вторжению противника в Курскую область. А что сказать, если в посте Минобороны захват части территорий Курской области называется «попыткой вторжения». Чиновничий новояз, а по сути вранье и повальное непонимание происходящего с самого низу до самого верха заставляет просто делать свое дело и не общаться с недоумками. А самое главное - не хотела мешать нашим ребятам работать - выбивать противника, и наблюдала за тем, что пишут остальные. Итоги у меня как у любого здравомыслящего человека в стране без паники и без «мы скоро до Варшавы дойдем», то есть реальные факты. Итак, начнем с февраля 2022 года, что предшествовало переносу военных действий на территорию РФ, и так уж ли это было секретно.

Часть 1. Проблемы Генштаба с расчетами

New York Times, да и часть журналистов и СМИ, ориентированных на отмыв определенной группы во власти, сообщают, что курская операция ВСУ была под строжайшим секретом.

Под таким секретом, что еще год назад дальновидные люди, те, у кого в голове мозг, а не инструкция, говорили, что Украина будет переносить фронт на территорию России. То есть на территории областей нашей страны, граничащих с Украиной (так сказать территории старой России) - Белгород, Курск, Брянск.

Линия фронта с 2022 года (Херсон, Запорожье, ЛНР, ДНР) была где-то 1200 километров. В самом начале были просчеты, что когда мы зайдем 24 февраля, то нас будут все встречать цветами. Да-да, те люди, которые жгли русских в Доме Профсоюзов в Одессе, и укреплялись «Азовом», «Кракеном» и другими формированиями - будут рады видеть военных с российским триколором. Только люди с глубокой шизофренией могут так мыслить, у которых уже давно нет связи с реальностью. В начале 2022 года наших ребят жгли, команды стрелять в ответ с Москвы не было, поэтому наша армия потеряла личный состав и технику.

Это привело к тому, что протяженный фронт с подготовленной армией противника, наша армия, уже понесшая потери, не могла держать. Были вызваны на подмогу ЧВК «Вагнер» и был создан интернациональный Спецназ «Ахмат» под руководством Апти Алаудинова.

Но и тут не хватило регулярной армии, Ахмат и Вагнер пацаны боевые, но их было мало, и опять просчет и вранье привели к тому, что украинская сторона жестко продавила нас в начале сентября своим Харьковским контрнаступлением - случились Изюм, Балаклея, Лиман. Мы так «перегруппировались», что оставили местных и своих же в окружении. Раненые бойцы просыпались в больницах после наркоза и над ними уже стояли ВСУ.

И опять же оказывается Украина готовилась к войне, оказывается контрнаступ готовился, но почему-то всем сведениям в военном руководстве не придали значение. Пришлось проводить мобилизацию в сентябре 2022 года.

И тут просчеты поперли один за одним. Снаряжение и обмундирование своровано/продано/перепродано/даженеизготовливалось, автоматы ржавые, выдавали мосинки. Связи нет, выданы катушки времен ВОВ. Первые мобилизованные были отправлены на передовую уже через несколько недель, совершенно необученные, чтобы заткнуть дыры. Вновь потеря ресурса, его напрасная трата, пополнение обменного фонда для противника, так как дыры оставались, а люди кончались.

Начались глобальные проблемы с выплатами, лечением, реабилитацией. Это все распространялось сарафанным радио, что вызвало отток добровольцев на фронт. В то время, как горе-командиры клали людей и технику, социальные проблемы - невыдача УВБД, невыплата за ранения, невыплаты боевых и многое-многое другое просто не решались. Правительство, Госдума, Совет Федерации, как институты власти, воздерживались от темы СВО. Активно включилась в работу только небольшая часть элиты.

Обострило ситуацию, что абсолютное большинство наших 300-тых было от дронов, необходимость которых отрицалась военными и чиновниками возрастом 60+. В это время тыл снабжал армию дронами, тепловизорами, прицелами, обмундированием, масксетями, бревнами, вооружением, легковыми автомобилями, даже водой и продуктами.

Часть 2. Проблемы Генштаба с расчетами

Также проблемы со снарядами вновь привели и приводят к нерациональному расходованию человеческого ресурса. Бои под Угледаром и за Авдеевку с Марьинкой наглядно демонстрировали, как делать нельзя. Да и на других направлениях в штурм отправляли без должной отработки артиллерией. На направлениях, где командиры не отличались умом и сообразительностью, гнали бойцов, чтобы получить Героя или взять деревню в три разрушенных дома к определенному числу. Подобные командиры устраивали построения недалеко от ЛБС, устраивали «хоровые» пения на 100-150 человек. Все это мы знаем, чем заканчивается.

За всем этим следил противник. Он видел, как бездумно тратился меньший задействованный ресурс по сравнению с ними у ВС РФ. И поэтому противник стал создавать дополнительные очаги конфликта, чтобы еще больше растянуть фронт. Чтобы мы перетягивали постоянно с одного места на другое силы, создавали тем самым бреши в обороне уже занятых нами территорий. Секретный ли это ход Украины? Нет, вполне закономерный и логичный. Вопрос не в них, а почему мы это допустили?

Мы знали, что Украина не может противостоять России по линии фронта, который как раз и навязали ВС РФ, но как будто специально не защищали свои границы, допуская врага на свою территорию. И Украина пошла путем переноса острой фазы конфликта на территории где нет СВО, видя, что там противостоять им некому. Сначала они зашли на Белгород, оттянув наши силы с других направлений, теперь создали очаг в Курской области, также оттянув силы с других направлений.

Тем временем Россия, как будто специально ослабляет свой фронт. Когда из-за неверных решений и системных проблем иссякал человеческий ресурс, ставилась задача - брать добровольцев, так как на новую мобилизацию страна не решается. В первую волну добровольцы сами шли, но потом их становилось все меньше, а качество бойцов все ниже. Но план по набору стоял и стоит. Когда пошел спад тех, кто идет на добровольческий контракт, то стали мобилизованных агитировать или заставлять переходить на контрактную основу и тем самым отчитывались о пополнении контрактников, хотя по факту людей не прибавилось.

Через структуру набора Вагнера пытались увеличить набор бойцов, но некоторые наборщики стали просто торговать людьми, сотрудничая с военкоматами и местными администрациями. И хорошие бойцы со специальностями - артиллерист, гранатометчик, связист, танкист и так далее попадали к «мясникам» и отправлялись немедленно в штурм, так мы потеряли очень много квалифицированных военных кадров.

Сейчас мы видим, что повышают выплаты для добровольцев. Я не сторонник этого. Первое, это вносит раздор между мобилизованными и контрактниками, особенно их семьями - почему кому-то больше, нам меньше. Да и те, кто раньше воевать пошел тоже негодует. Второе, это даже нерационально с точки зрения расходования государственных денег, так как зачастую между подписанием контракта и попаданием на больничную койку - 1,5-2 месяца (в части номер 4 своего опуса отдельно коснусь финансовых просчетов). И третье, многие не спешат идти, ждут еще повышения выплат. Четвертое, как я уже писала основная часть не хочет идти, потому что проблемы системные, о которых я постоянно твержу - не решаются, или решаются только в ручном режиме индивидуально.