Целевой или нецелевой расход — три кейса из судебной практики 2025 года

❓ Где проходит граница между допустимыми и нецелевыми расходами за счет средств ОМС? Почему оплатить из них телевизор для пациентов можно, а за ремонтом кофеварки для врачей неминуемо последуют санкции? И как выплатить матпомощь главврачу из «золотого запаса», чтобы это было законно? Разбираем на судебных примерах.

1️⃣ Матпомощь к отпуску — МОЖНО
ТФОМС потребовал вернуть 533 тыс. рублей, выплаченные главврачу в качестве материальной помощи − это соцвыплата, не предусмотренная структурой тарифа.

Суды трех инстанций решили иначе:
🔵 выплата была связана с трудовыми обязанностями;
🔵 закреплена в положении об оплате труда;
🔵 не нарушала действующих правил оплаты труда;
🔵 называется материальной помощью, но по сути — стимулирующая доплата.

Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.11.2025 № Ф09-2270/25

Вывод: если выплата включена в систему оплаты труда и оформлена корректно — ее можно финансировать из ОМС.

2️⃣ Телевизор в диализном зале — ТОЖЕ МОЖНО

Казначейство посчитало покупку аудио- и видеотехники нецелевыми капитальными вложениями. А медорганизация пошла в суд.

Суды признали: стоимость техники не превышает лимиты + она используется непосредственно в процессе лечения = можно оплачивать из средств ОМС

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.08.2025 № Ф08-3742/25

Вывод: оборудование, улучшающее качество и безопасность медпомощи, — допустимый расход.

3️⃣ Кофемашина для врачей — НЕЛЬЗЯ

Станция скорой помощи отремонтировала кофемашину за счет ОМС. Аргумент: улучшение условий труда. Но суд не согласен.

Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.09.2025 № Ф07-8702/25

Вывод: покупка не влияет на оказание медпомощи, значит, это нецелевой расход, даже если речь о бытовых тратах.

Но если применить к бытовым тратам бытовую логику, то верно ли, что кофемашина на станции «скорой» никак не влияет на непрерывность оказания медпомощи?

🔔 Подробности – на сайте, а обзор и анализ нецелевого расходования средств ОМС – в журнале «ЭХО онкологии».

https://protiv-raka.ru/court/rashod-sredstv-oms-chto-mozhno-a-chto-nelzya-tri-sluchaya-iz-sudebnoj-praktiki/

Старение вместо апоптоза?

Современная онкология рассматривает не только гибель, но и старение как возможный исход для опухолевой клетки под действием химиопрепаратов.

Один из таких препаратов — доксорубицин, который широко применяется при лечении рака молочной железы, легкого, желудка, яичников, лимфом и других опухолей. Его действие на клетку многоуровневое: интеркаляция в ДНК, нарушение репарации, генерация свободных радикалов.

Но что, если в сублетальных дозах он не убивает клетку, а вызывает ее старение?

Исследование, опубликованное в «Успехах молекулярной онкологии» № 3, 2025 год, показывает:
⭕️ при воздействии низких доз доксорубицина клетки РМЖ могут переходить в состояние старения;
это состояние включает активацию сигнального пути p53/p21, изменение морфологии и повышение активности β-галактозидазы;
⭕️ эффект можно усилить с помощью гормональных цитостатиков;
⭕️ культивирование клеток MCF-7, предобработанных доксорубицином, в присутствии тамоксифена сопровождается значительным повышением активности β-галактозидазы.

Результаты эксперимента открывают новый взгляд на потенциал препаратов как средств не только для уничтожения опухолевых клеток, но и для перевода их в контролируемое, неагрессивное состояние.

🦞Подробнее – в статье «Тамоксифен и регуляция стресс-индуцированного старения в клетках рака молочной железы».

В перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов добавлено 8 новых медикаментов

💊Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП) пополнился средствами, которые применяются для лечения анемии, нейтропении, рецидивирующего перикардита, туберкулеза, различных злокачественных образований. В список ЖНВЛП добавлены:

•капивасертиб,
•камрелизумаб,
•даролутамид,
•лорлатиниб,
•луспатерцепт,
•претоманид,
•пэгфилграстим,
•гофликицепт.

❗️ Цены на медикаменты из перечня ЖНВЛП регулируются государством. Эти препараты применяют для лечения пациентов в рамках программы госгарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Сейчас в перечне свыше 800 лекарств, большинство из них – отечественные. Как отметил Председатель Правительства, в ближайшие пять лет доля жизненно необходимых и важнейших препаратов российского производства должна быть увеличена до 90%. На это нацелены профильный национальный проект и Стратегия развития здравоохранения до 2030 года, недавно утвержденная указом Президента.

💬Надо и дальше делать все, чтобы у наших граждан, особенно со сложными диагнозами и заболеваниями, угрожающими жизни, были нужные медикаменты💬, – отметил Михаил Мишустин.

🇷🇺 Подписаться на Правительство России в MAX

За чужих не платят?

Почему больницы не получают оплату по ОМС за лечение пациентов из других регионов, даже если помощь оказана в полном объёме? В статье «ЭХО онкологии» № 1, 2023 — разбор судебной практики и позиции
Верховного Суда РФ:
➡️ История клиники, которой отказали в возмещении затрат на лечение иногородних пациентов;
➡️ Почему направления, выданные врачами клиники, признали незаконными;
➡️ Почему прикрепление — ключевое условие для оплаты;
➡️ Как формируется судебная практика и почему страховщики выигрывают такие дела;
➡️ Когда помощь все же может быть оплачена из средств ОМС.

🔔 Статья «Компенсация иногородним: за “чужих” не платят» доступна по подписке на номер или для отдельной покупки.

Немного об итогах года: как ФАС сняла ограничения на закупки дженериков

➡️ В начале 2025 года ФАС выпустила серию писем (от 24.01.2025 №№ МШ/5444/25, МШ/5449/25 и др.), в которых рекомендовала заказчикам проверять, не нарушаются ли патентные права при закупке дженериков.

Основанием стали жалобы и выданные ФАС предписания. Но почти весь год фармкомпания, которую объявили виновной и обязали выплатить в бюджет сотни миллионов, оспаривала эти действия — и добилась перелома. О начале истории мы писали ранее.

✍ Дело о руксолитинибе. Антимонопольный орган обвинил компанию в незаконном использовании евразийских патентов и потребовал прекратить продажи, а также перечислить в бюджет 960 млн рублей. Однако суд признал, что ФАС не доказала факт использования изобретений — не было экспертизы, не сравнивались признаки патента и состава. А главное — только суд, а не ФАС, вправе устанавливать нарушение патентных прав.

В регионах также стали задавать вопросы о полномочиях ФАС. В деле № А60-138/2025 арбитражный суд отменил предписание УФАС, вмешавшегося в закупку «осимертиниба». Регистрация и включение в перечень ЖНВЛП подтвердили законность обращения препарата, а действия УФАС — признаны выходом за рамки полномочий.

В деле № А40-31162/2025 апелляционный суд встал на сторону фармкомпании, отменив предписание ФАС по бозутинибу. Суд указал на отсутствие доказательств, экспертизы и нарушение международных норм, регулирующих евразийские патенты. Кроме того, компания-заявитель не имела патентных прав, а значит, не могла считаться «конкурентом».

Но на этом история не закончилась. После победы в судах фармкомпания потребовала от ФАС отозвать одно из писем, лежавшее в основе ограничений на закупках дженериков. Антимонопольный орган отказался, но суд (дело № А40-234469/2025) обязал это сделать, указав: даже если письмо — не нормативный акт, оно влияет на закупки и их участников.

✅Итог: 9 декабря 2025 года ФАС отозвала все спорные письма (письмо № МШ/117400/25). Установки вмешиваться в закупки по патентным основаниям у региональных антимонопольных органов больше нет. А значит — дженерики стали на шаг ближе к больницам.

Эндокринные последствия терапии лимфомы Ходжкина у детей: что важно знать врачу

Лимфома Ходжкина (ЛХ) занимает особое место в структуре злокачественных заболеваний детского возраста — как по частоте, так и по высокому уровню выживаемости. Однако достижения современной терапии сопровождаются риском отсроченных осложнений, в том числе со стороны эндокринной системы.

В статье «Влияние химиотерапевтического лечения на гормональную функцию гипофиза у детей пубертатного возраста с лимфомой Ходжкина» журнала MD-Onco №3, 2025 год, рассматриваются:
➡️ влияние противоопухолевой терапии на функцию гипоталамо-гипофизарной системы;
➡️ частота и спектр гормональных нарушений после лечения, включая дефицит СТГ, гипотиреоз, надпочечниковую недостаточность;
➡️ современные подходы к мониторингу и коррекции эндокринных нарушений;
➡️ обсуждение безопасности заместительной гормональной терапии у пациентов в ремиссии.

🦞 Материал основан на данных когортных исследований и клинических наблюдений и будет полезен педиатрам, онкологам, эндокринологам и врачам смежных специальностей.

Онкоцентр на карте — не значит онкоцентр в реальности

Федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями» продлен. Это означает, что онкостройки продолжатся. Однако опыт 2019–2024 годов показывает: строительство онкоинфраструктуры в регионах остается зоной повышенного риска.

👥 Эксперты и аналитики журнала «ЭХО онкологии» разбирают географию онкостроек, управленческие решения и системные ошибки, которые определяют судьбу объектов и доступность помощи для пациентов.

Цифры и факты:
➡️ 21 объект онкологической инфраструктуры включен в проект с 2019 года
➡️ Финансирование сократилось с 10 млрд руб. в 2023 году до 2,28 млрд руб. в 2024-м
➡️ Общий объем вложений за «строительную пятилетку» — 88,6 млрд рублей

Но за сухими цифрами — управленческие кризисы:
➡️ срывы сроков, несмотря на включение в федеральный проект;
➡️ «ручное управление» на уровне глав регионов и президента;
➡️ уголовные дела, поводами для которых становятся экспертизы и проектная документация;
➡️ долгострои, которые удается «спасти» только личным вмешательством сверху.

Где федеральный проект стал спасением, а где не сработал? И почему вне БОЗ построиться можно, но крайне сложно? Реальные истории регионов: от Якутска и Кургана до Хакасии, Саратова и Комсомольска-на-Амуре.

↖️ Полный разбор — в статье «Истории с географией. Как идет строительство объектов онкологической инфраструктуры».
Материал доступен отдельно или в составе выпуска «ЭХО онкологии» № 2, 2024 .

В топ-10 людей, изменивших науку, вошёл ребёнок

Речь идёт о К. Дж. Малдуне, первом известном пациенте, которому была проведена персонализированная терапия редактирования генома на основе CRISPR.

🔎 Вскоре после рождения К. Дж. в августе 2024 года врачи заметили, что он слишком много спит и почти не ест. После серии обследований выяснилось, что у ребёнка сверхредкое генетическое заболевание — дефицит CPS1, при котором нарушается метаболизм белка. Заболевание можно лечить трансплантацией печени, однако около половины младенцев с дефицитом CPS1 умирают в первые месяцы жизни.

🧬 Педиатр Детской больницы Филадельфии (Пенсильвания) Ребекка Аренс-Никласиз и Киран Мусунуру, кардиолог из Медицинской школы Перельмана при Университете Пенсильвании, разработали смелый план: лечить детей с редкими генетическими заболеваниями с помощью генного редактирования.

🎯 Такая технология уже существует: первая одобренная CRISPR-терапия — Casgevy — потенциально подходит для десятков тысяч пациентов с серповидноклеточной анемией и бета-талассемией. В отличие от неё, терапия, созданная для К. Дж., предназначена исключительно для одного пациента. Разработчики называют такой подход гиперперсонализированной генной терапией.

Для реализации проекта потребовалась большая команда учёных из академической среды и индустрии.

«Мы предполагали, что это займёт 18 месяцев, — говорит Сэнди Оттенсманн, вице-президент компании Integrated DNA Technologies (Айова). — Мы сделали это за шесть».

25 февраля К. Дж. получил первую из трёх инфузий. Его переносимость белка в рационе улучшилась, однако он по-прежнему нуждался в медикаментозной поддержке и регулярном мониторинге уровня аммиака.

✔️ Проведя первые 307 дней своей жизни в больнице, в июне К. Дж. наконец отправился домой.

❓ Главный вопрос сегодня: как сделать так, чтобы такую же возможность получили и другие пациенты? Лечение одного человека препаратом Casgevy стоит миллионы долларов, а гиперперсонализированная генная терапия — ещё дороже.

🚀 Однако когда-то и пенициллин покупали за фамильное серебро — этот эпизод описан в книге Эдит Евы Эгер «Выбор». Развитие науки позволяет даже самым сложным технологиям становиться рутинной практикой.

➡️ Полный список top-10 Nature

Навстречу 2026 году

🎄Команда фонда «Вместе против рака» поздравляет всех с Новым 2026 годом! Пусть он принесет больше устойчивости и внутреннего спокойствия — в работе, решениях и повседневных делах.

🎁 Желаем, чтобы сложные ситуации становились понятнее, напряжение — слабее, а время на восстановление находилось вовремя. Пусть в новом году будет место для ясных и приятных мыслей, человеческого тепла и уверенности в завтрашнем дне, даже когда обстоятельства остаются непростыми.

Из истории гормонотерапии: от фермерских наблюдений до передовых методов

Все началось в конце XIX века, когда британский хирург Георг Томас Бетсон заметил любопытную связь: удаление яичников у животных влияет на лактацию. Это наблюдение навело его на мысль — раз яичники влияют на молочную железу, возможно, они играют роль и в течении рака этой железы.

🌱 В 1896 году он провел первую овариэктомию у женщин с неоперабельным раком молочной железы. У всех трех пациенток наблюдалось улучшение. Это считается началом гормональной терапии в онкологии, хотя сам термин «гормон» появился только в 1905 году, а эстроген открыли еще позже – в 1929-м, и это открытие подтвердило гипотезу Бетсона.

В 60-х годах XX века был создан тамоксифен – препарат, который изначально разрабатывался как противозачаточное, но к 80-м стал золотым стандартом в лечении гормонозависимого рака молочной железы.

К 70-м —появился аминоглутетимид, первый ингибитор ароматазы, открывший путь к созданию анастрозола, летрозола и экземестана — препаратов с высокой эффективностью и лучшей переносимостью.
 
1980–90-е ознаменовало появление препаратов нового поколения. Фармацевтический сектор учитывал три фактора: селективность, мощность и переносимость. 
 
И на смену аминоглутетимиду пришли селективные ингибиторы ароматазы 2-го и 3-го поколения, обладающие большей эффективностью, безопасностью и удобством применения.
 
✅Сегодня гормонотерапия применяется не только при раке молочной железы, но и при опухолях предстательной железы и тела матки. Она может быть основным методом лечения или сочетаться с хирургией, химио- или радиотерапией. Да и препаратов стало гораздо больше, нежели в 70-е.
 
Вот так от первых операций в викторианской Британии до молекулярных исследований гормональная терапия прошла путь длиной более 120 лет. И продолжает развиваться.

🦞 О том, как применяется тамоксифен в современной терапии,можно прочесть в научной публикации журнала «Успехи молекулярной онкологии» №3, 2025 год.