Новые возможности для россиянок: женщинам разрешили работать в шахтах и на рудниках

Правительство озаботилось правами женщин и позволило им работать в угольных предприятиях. Таким образом власти надеются решить проблему дефицита кадров в стратегически важной отрасли российской экономики.

Напомним, что угольная промышленность переживает кризис, на кону — вопрос «выживания отрасли в целом». Поэтому, как говорится, в ход идет все: от головы до хвоста.

Теперь россиянки, согласно вступившим в силу поправкам к перечню, ранее запрещающему женщинам «горный труд» (от 25.12.2024 №724н), могут работать в шахтах машинистами экскаватора, бульдозера, погрузочной машины, а также на поверхности действующих шахт, разрезов, рудников, работах по обогащению, агломерации, брикетированию и даже дроблению угля.

К таким мерам в капстране вынуждены были прибегнуть, чтобы простимулировать закредитованных рабочих трудиться с большим рвением. Ведь, по словам представителя Российского союза промышленников и предпринимателей, все меньше мужчин хотят работать шахтерами — их, как не удивительно, даже не привлекают «привлекательные» зарплаты, которые на 30-60% больше средних зарплат в регионах. Поэтому допуск женщин на шахты и рудники, в чем уверены капиталисты-промышленники, — «единственный эффективный ресурс закрытия дефицита рабочих рук в моногородах». Власть и бизнес решили, что спасти отрасль можно только увеличив объемы экспорта угля, а для этого нужно как раз увеличить число дешевых рабочих рук.

Тем временем, долг по зарплатам горняков Кузбасса за последний месяц вырос на 135 млн. рублей. 7 угольных компаний уже объявили себя банкротами, оставив трудящихся, несмотря на забастовки и голодовки, без заманчивых заработных плат. Тем временем, российские власти из-за высоких рисков банкротства шахт готовят особую схему, которая и при закрытии позволит не останавливать добычу угля. Так что смело можно себя закабалять — работа для горняков всегда будет, не факт только, что ее оплатят.

Приостановлены работы еще на 9 шахтах Кузбасса из-за нарушений и потенциальных аварий, которые могли унести жизни 100 человек. Заплатят ли за простой шахтерам деньги, неизвестно. Также продолжается расследование о гибели горняков на руднике в Соликамске. По данным МЧС РФ, только в прошлом году на рудниках и в шахтах произошло 32 аварии. И в таких условиях призывают работать женщину, долг которой сегодня, на минуточку, еще и повысить рождаемость в стране. Ведь буржуазии для увеличения прибылей важно увеличить число дешевой рабочей силы. Поэтому трудись, женщина, да рожай.

Наконец, о правах. Если ранее нас убеждали, что список запрещенных профессий для женщин (действовал с 1974 г.) — «не дискриминация, а правовая защита от опасных условий труда, которые могут нанести вред здоровью, в первую очередь репродуктивному». То нынче Минтруд уверяет, что новые правки, снявшие ограничения, — наоборот забота о женских правах, мол, новые технологии позволяют. И не поспоришь. Действительно, у работниц XXI в. расширился выбор профессии, они снова могут работать в шахтах, а значит — у трудящейся женщины стало еще больше возможностей подвергаться эксплуатации.

Как не вспомнить слова классика: «у кого деньги, тот и старается бедного закабалить, чтоб на его труды даровые ещё больше денег наживать».

Платформа

Кобальт и кровь: ДРК запретила весь экспорт металла на 4 месяца

Демократическая Республика Конго, пытаясь остановить резкое падение цен на кобальт, прекратила на 4 месяца экспорт металла, который используется в аккумуляторах электромобилей.

В Управлении по регулированию и контролю за рынком стратегических минеральных веществ Arecoms объяснили, что такой решительный шаг предпринят из-за «избытка предложения на мировом рынке».

Хотя еще год назад президент ДРК приказывал правительству принять меры по сдерживанию избыточного предложения вывоза кобальта, его чрезмерное производство не прекратилось. Отличная иллюстрация анархии капиталистического производства.

Тогда крупнейший производитель кобальта — китайская CMOC Group увеличила добычу металла более чем на 170%, обогнав конкурента Glencore. Предложение на рынке кобальта резко возросло, а цены упали на 30%. В свою очередь Glencore начала накапливать избыточные запасы кобальта на своих рудниках, пытаясь «выровнять рынок». СМОС тоже не стала останавливаться. Вследствие годовой результат производства и экспорта металла превысил все ожидания. Из-за агрессивной политики монополистов цены на кобальт упали до минимального уровня 2016 г. — $21,5 тыс. за т.

Поэтому запрет властей Конго на экспорт кобальта вызвал падение акций китайской CMOC (–2%) и резкий рост котировок менее крупных местных компаний.

В целом на долю ДРК приходится более 75% мирового производства кобальта. На долю же китайской CMOC Group — более 40%. А Конго остается одной из самых нищих стран мира, где трудящиеся на рабском положении.

При этом с вывозом кобальта и колтана связаны напрямую вооруженные конфликты в ДРК. Как заявлял министр иностранных дел, полезные ископаемые часто незаконно добываются в Конго, а затем перевозятся в Руанду, Бурунди и Уганду, где обманным путем их маркируют для экспорта. К слову, несколько торговцев кобальтом отметили, что запрет на самой границе ныне не соблюдается.

С одной стороны, добыча и экспорт кобальта связаны с рабством трудящихся, эксплуатацией детского труда (дети работают по 18 ч в разрушаемых туннелях), вооруженными конфликтами в ДРК, с другой стороны, — с неимоверными прибылями китайских и местных горнодобывающих компаний. Противоречия капитализма.

Между тем, эксперты считают, что решение ДРК — всего лишь ход в «азартной игре». Так Конго рискует ускорить переход к использованию аккумуляторов для электромобилей, не содержащих кобальт, потому как бизнес опасается зависимости от китайской монополии. Но не исключено, что запрет вывоза из Конго может стать на руку Индонезии — второму в мире производителю кобальта.

Так что в проигрыше останутся лишь трудящиеся, добывающие кобальт, капиталисты же продолжат богатеть и расширять сферы влияния.

Платформа

В Минздраве заявили о нехватке врачей

Министерство здравоохранения заявило, что нехватка врачей в России превысила 23 тысячи человек. С учётом нехватки среднего медицинского персонала в 63 тысячи человек, общий дефицит квалифицированных кадров в российских больницах приближается к 90 тысячам человек.

Недостаток врачей сказывается на качестве оказываемых услуг, потому что компенсировать их недостаток вынуждены оставшиеся в системе врачи. Как итог — растёт интенсификация работы медиков, они вынуждены работать на износ. Так же в этой связи увеличиваются очереди пациентов на приём к врачу.

Пытаясь урегулировать ситуацию, власть спешно принимает решения об обязательном распределении выпускников медвузов в бюджетные организации, и об увеличении сверхурочной работы до 240 часов в год, фактически легализовав сверхэксплуатацию.

Сможет ли это решить проблему в пользу медиков? Вряд ли. Не встречая организованного сопротивления со стороны эксплуатируемых масс, государство и бизнес последовательно отстаивают интересы извлечения прибыли, а не благополучия граждан.

Платформа

Буржуинский Мидас не смог превратить мусор в золото

Если мусоросортировочный комплекс кто-то запускает —
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - кто-то хочет, чтобы они были?
Значит - кто-то извлекает из этого прибыль?

Да, это нужно любому населённому пункту, где живут люди. Ведь мы генерируем горы мусора. Ни один город или городишко не хочет задыхаться от смрада и смога от ближайшего мусорного полигона. И да, если прибыли не будет — никто завод не запустит.

В Башкирии 10 из 30 мусорных полигонов исчерпали свои мощности. Это значит, что регион остро нуждается в развитии мусоропереработки: иначе придётся выделять земли под новые полигоны либо, как обычно, сваливать отходы в старые, пока не случится какая-нибудь авария.

Но какая разница, в чём нуждается население? Какая разница, что там с экологией? Там ведь нет прибыли.
Так и решил «мусоробуржуй» — владелец одного из крупнейших мусоросортировочных центров Уфы и закрыл предприятие из-за нерентабельности.

Напомню: эти «санитары леса» финансируются из наших с вами карманов. Скорее уж, они санитары наших кошельков. ФАС запретила накручивать тарифы — буржую стало невыгодно, и теперь чиновники пытаются решить вопрос. Решение одно — сделать предприятие прибыльным. Значит, тарифы всё равно вырастут настолько, чтобы «хозяину» было удобно работать, либо его завалят субсидиями из бюджета, который формируется из наших карманов. В любом случае ему — хорошо, а мы расчехляем свои кошельки.

И вот вопрос: зачем нам эти мусорные хозяева? Может, пора признать, что перерабатывать отходы должны не жадные дельцы, а общество, которое не хочет жить в свалке? Но нет, это же коммунизм!

Платформа

Голод в мире изобилия

Мир давно производит столько еды, что хватит всем. Однако почему-то еда не доходит до 800 млн нуждающихся. Как так получается?

А получается это потому, что еда — в первую очередь товар. Используется она не для удовлетворения базовых потребностей людей, а для извлечения прибыли. Если сколько-то миллионов человек не найдут копейку на «дошик», то пусть помрут. Не вписались в рыночек.

Если это не так, приглашаем любителей рыночного распределения в комментарии: объясните нам, почему еды хватает на всех, а в мире, где царит рынок, существует голод?

Есть три пути в капиталистическом мире, чтобы извлечь прибыль из еды (и любого товара вообще):

— Международная торговля. Если выгоднее продавать за бугор, а не внутри страны, то продовольствие, несмотря на голод, будет вывозиться. Тут вспоминается фраза: «Не доедим, но вывезем». Российская империя — эталон в этом виде добычи прибыли. Да-да, монархисты, в РИ такое было.

— Увеличение эффективности производства. Можно снижать себестоимость продовольствия и продавать его большим массам населения. Но это дорого, такое нам не нужно.

— Искусственный дефицит. Можно намеренно портить продукты, не производить их или не развивать технологии. Зачем? Голодный человек отдаст последние штаны за еду. Лучше мало еды, зато дорого!

Второй способ применяется лишь постольку, поскольку технический прогресс всё же пробивается сквозь рыночные барьеры. Но если фермеры увеличат производство, их прибыли упадут — это угроза разорения, а значит, и угроза голода. Поэтому капитализм не заинтересован в полной ликвидации проблемы.

Третий способ — это классика. Можно спекулировать на бирже, портить продукты (как в России конца 80-х и 90-х) или, как кулаки в голодный год, прятать зерно, чтобы сбыть его голодающим городам подороже.

Альтернатива рыночному распределению:

— Плановый характер производства;

— Уничтожение товарного характера еды;

— Общественная собственность на землю и ресурсы;

— Технологическое развитие сельского хозяйства.

Платформа

АНТИГОЭЛРО

Северо-Кавказский федеральный округ преимущественно генерирует электричество с помощью  гидроэлектростанций. Оно и понятно: горная местность и местные реки — это благоприятные условия для добычи гидроэнергии. В Советские годы было построено множество больших, средних и малых ГЭС. Однако эпоха, осветившая СКФО электричеством, ушла. Потихонечку регион уходит в темноту в прямом и переносном смысле.

Сегодня мы получаем такие новости: В Дагестане жители 27 населенных пунктов остались без электричества; В Кабардино-Балкарии долги  управляющих компаний перед энергетиками превысили 116 млн рублей; Дагестан обеспечивает себя электроэнергией лишь на 50%, а износ мощностей от 75% до 85%. Такая ситуация наблюдается везде: недостаток выработки энергии и устаревание уже существующей энергосистемы.

Рассмотрим Дагестан — родной, красивый и гостеприимный край. В Советские годы началось активное строительство ГЭС. Проектировались новые станции, но с распадом СССР их реализация остановилась. После 1991 г. с трудом и скрипом построили всего три ГЭС:

— Ирганайская ГЭС — строительство началось в 1977 г. Однако по состоянию на 2018 г. строительство еще не завершено, ведь проект не соответствует первоначально заявленным мощностям в 800 Мвт. Сейчас она вырабатывает 400.

— Гоцатлинская ГЭС — строительство началось в 1995 г., затухло, затем появились деньги, ввели в эксплуатацию в 2015 г.

— Аракульская ГЭС — строительство началось и закончилось в 2007 году.

Три станции за 35 лет, причём две из них — проекты СССР. Новые ГЭС не строятся, зато Махачкала… Думаю, все жители Дагестана ужасаются, пытаясь проехать через город в Каспийск или до аэропорта. Стройки — частные дома и многоэтажки — лепятся друг к другу. Как они обеспечиваются энергией? А канализацией? Та же картина в каждом населённом пункте.

Жители частного сектора — будь то город, село или аул — страдают от отключений света по несколько раз в неделю. Без электричества остаются и насосы, а значит, и вода. Когда свет есть, напряжение редко достигает 220 В — чаще 170-180 В. Люди вынуждены покупать трансформаторы, ремонтировать сгоревшую технику за свой счёт.

Сезон дождей и ветров превращается в катастрофу: сёла и города сидят без света днями. И это — общая проблема всех регионов СКФО.

Выходит, что ввод в эксплуатацию новых строений происходит, строительство полным темпом, потребление растет, а электроресурсов все меньше и меньше. Строительство недвижимости — дело прибыльное, а ГЭС — нет. Зачем строить новые ГЭС, если старые отлично генерируют прибыль? Например, «Русгидро» отчитывается об увеличении прибыли от продаж на 23,6%. Вот вам и капиталистическая анархия: сидите без электричества.

Так будет, пока не используют планирование во всех сферах общественной жизни.Тем более, в таких критически важных, как энергообеспечение, природопользование. Население будет страдать. А план возможен только при переходе от капитализма к новой общественно-экономической формации.

Платформа

Состояния самых богатых россиян рекордно увеличилось с начала года на $7,764 млрд

Современная экономическая ситуация в России демонстрирует острые противоречия: с одной стороны, состояние крупнейших российских миллиардеров, таких как Алишер Усманов и Владимир Потанин, с начала 2025 года выросло на $7,764 млрд, причём Усманов «заработал» $2,75 млрд, млрд благодаря акциям «Металлоинвеста», а Потанин увеличил капитал до $29,6 млрд. Этот процесс концентрации богатства в руках олигархов, контролирующих ключевые предприятия, контрастирует с положением рабочих, чьи зарплаты «растут лишь формально», а долги достигли 34,9 трлн рублей.

В регионах, таких как Тыва и Калмыкия, долги граждан уже превышают их годовые доходы (151% и 123% соответственно), что превращает кредиты в «цепи», приковывающие население к нищете. Государственная поддержка ипотеки (55% от общего долга) лишь маскирует системный кризис, позволяя банкам извлекать сверхприбыль из процентов, тогда как рабочие вынуждены брать займы под высокие ставки для выживания в условиях инфляции.

Жилищный вопрос стал ещё одним проявлением классового неравенства. Цены на коммуналки за год выросли на 15,4%, а в промышленных городах — до 40%. В Магнитогорске, Саранске и Кирове — центрах заводского труда — комнаты подорожали на 40%, превратив жильё в недоступный товар для большинства. Средняя цена комнаты в 1,4 млн рублей (5 млн в Москве) делает их добычей спекулянтов, скупающих жилплощадь для аренды, что усиливает зависимость рабочих от капитала. Даже падение цен в Мурманске или Владивостоке связано не с «рыночной гибкостью», а с деиндустриализацией, безработицей и оттоком населения — прямыми последствиями кризиса перепроизводства.

Эти процессы рисуют картину общества, где капитал концентрируется в руках олигархии, государство выступает инструментом защиты интересов буржуазии, а базовые потребности, такие как жильё, превращаются в рычаг эксплуатации. Как отмечается в наших материалах, пока жильё остаётся частной собственностью, рабочий класс обречён ютиться в «клетушках», оплачивая их как «дворцы», — это закономерность системы, где всё, включая человеческое достоинство, становится товаром.

Платформа

«Очень страшно повторить судьбу дома, который рухнул»: Жители астраханских многоэтажек жалуются на невозможные условия существования

В Астрахани зреет скандал. Жители нескольких домов жалуются на ужасные условия проживания и отсутствие признания их домов аварийными.

Так, жители дома по ул. 2‑я Дорожная, 34, отмечают, что их деревянный дом возвели ещё в 1934 году. Тогда подобные дома строились как временное жильё для увеличивающегося населения города. Но временное жильё с ухудшением экономической ситуации в позднем Союзе не было заменено на новое, а после распада ситуация только ухудшилась. Теперь жители дома остались один на один со своими проблемами.

Те, кто мог, уже покинули его, но 6 семей, в том числе с детьми, продолжают там оставаться. Иметь какую-то другую жилую площадь у них просто нет возможности. Из-за отсутствия какого-либо ремонта здание представляет из себя печальное зрелище: печка дымит так, что люди боятся угореть, стены рушатся, во время каждого дождя текут потолки, в оставленных квартирах поселилась свора бездомных собак.

Жильцы обращались в муниципалитет с просьбой признать дом аварийным, но безуспешно из-за того, что большую часть собственников уже невозможно найти. Теперь дело пошло в региональную прокуратуру и следственный комитет.

В Астрахани это является далеко не единичным случаем. Так, по ул. 2‑я Ровная, 1, из-за регулярного подтопления подвала в доме наблюдается повышенная влажность, от которой до восьмого этажа стены дома обросли плесенью, а на электросчётчиках начали расти грибы. Здесь многократные попытки достучаться до властей не дали никаких результатов. Но есть и более страшные случаи, когда подобная халатность руководящих органов довела до обрушения двух подъездов во многоэтажном доме на улице Вокзальная площадь, 1а, унёсшего жизнь пенсионерки.

Но не Астраханью единой ограничиваются проблемы с аварийным жильём. Так, случаи обрушения частей домов за последние несколько лет можно увидеть в Ростове-на-Дону, Киреевске Тульской области, Ртищево Саратовской области, как и в самом Саратове, Рязани, Омске, Казани, Тамбове, Миассе Челябинской области, Канске Красноярского края, Самаре и т.д.

Так будет продолжаться и дальше, ведь, к сожалению, девиз большинства чиновников современности: «Не трогай, пока работает!», — из-за чего какие-то решительные меры предпринимаются уже после случившихся происшествий.

Платформа

Индия: Мегапроект Кен-Бетва — эксплуатация под маской «развития»

Проект соединения рек Кен и Бетва, продвигаемый правительством Индии, стал ярким примером угнетения в рамках рыночной системы. Под лозунгом решения проблемы нехватки воды, власти реализуют инфраструктурную инициативу, которая обогащает элиту за счёт экспроприации земель у коренных народов и уничтожения экосистем.

Более 7 тыс. семей племён Гонд и Кол, чьё существование зависит от лесов и натурального хозяйства, сталкиваются с принудительным переселением без гарантий компенсации. Государство, выступая инструментом буржуазии, игнорирует их права, маскируя эксплуатацию риторикой «национального прогресса».

Экономическое исследование Blume Ventures (2025) вскрывает глубину неравенства: 90% населения Индии (1,26 млрд человек) выживают на менее чем $1500 в год, лишённые доступа к базовым благам. В то время как 10% элиты тратят миллионы на премиальные товары, государственная политика — от налоговых льгот для люксовых брендов до субсидий для коммерческих ферм — усиливает концентрацию капитала.

Проект Кен-Бетва, стоимостью 440 млрд рупий, стал символом этого дисбаланса: вместо инвестиций в сбалансированные решения (существуют проекты сбора дождевой воды и коллективного управления водоразделами) ресурсы направляются на мегастройки, выгодные крупному бизнесу.

Экологические последствия — вырубка 4 млн деревьев в заповеднике Панна, угроза исчезновения тигров и нарушение гидрологии — игнорируются, что типично для капитализма, ставящего прибыль выше интересов сохранения природы. Протесты местных жителей, как форма классовой борьбы, подавляются, а их требования — к системной справедливости — объявляются «попрошайничеством» (заявление министра П. Пателя).

Индия стоит на перепутье. Либо продолжение пути, где «развитие» служит интересам буржуазии, либо переход к модели, основанной на коллективной собственности, экологической устойчивости и правах трудящихся. Пока же мегапроекты вроде Кен-Бетва лишь углубляют пропасть между эксплуататорами и эксплуатируемыми, подтверждая тезис о государстве как «машине подавления одного класса другим».

Платформа

Классовая борьба в горнодобывающей промышленности Казахстана

В Казахстане с 1996 года погибли 214 рабочих, ни один руководитель не понес наказания. Программа цифровизации, призванная улучшить безопасность, остается фикцией: на субсидируемом руднике «Жомарт» в 2025 году не было установлено обещанных датчиков, что привело к новой трагедии.

О классовой борьбе на примере казахстанских шахтеров в нашей статье:

👉 Читай на сайте

Российские бренды теряют рабочие места и зависят от зарубежных фабрик

С 2020 года производство одежды в России подорожало на 30-50%. Зарплаты швей выросли, но это не спасает ситуацию. Стоимость тканей и фурнитуры продолжает расти, а бюджеты на рекламу увеличиваются.

Всё это ложится тяжким бременем на трудящихся, которые вынуждены платить за товары по новым, индексированным ценам. Падение покупательной способности рубля, инфляция и снижение доходов населения только усугубляют положение — покупатели не могут позволить себе покупать одежду по таким ценам, а в стране продолжают закрываться производства.

Что это, как не результат капиталистического гнёта? Разве это не показывают нам бессильные попытки обогатиться за чужой счёт? Этот механизм обмана и эксплуатации трудового народа, эта неуемная жажда прибыли за счёт рабочих рук — вот что мы видим каждый день. 

Вместо того чтобы развивать собственное производство, работать на благо народа, бренды массово передают пошив в Киргизию, Узбекистан, Турцию, Китай и другие страны, где дешевле и нет кадрового дефицита.

«Российские компании создают продукцию в России, но всю массовую часть отшивают за границей», — признаются в крупных группах. А почему? Потому, что капиталисты не хотят вкладываться в своё государство, в свою страну, в свою рабочую силу. Они отдают рабочие места в чужие руки, оставляя наших людей без средств к существованию. Им не нужно ни собственное производство, ни наша независимость.

Пока рабочий народ тянет лямку, капиталисты прячут свои барыши в карманах, а вместо реальной помощи трудящимся и развития производства — берут дешёвую рабочую силу из других стран, сгоняют её на фабрики, вынуждают жить, считай, в казарме. А что нам остаётся? Покупать одежду, сделанную чужими руками, и платить за это баснословные деньги, потому что эти «российские» бренды не хотят работать для своего народа. Не хотят и не будут. В капстране рабочее население — это всего лишь сырьё для обогащения буржуазии.

Российский рынок моды захлестнул поток дешевых товаров с маркетплейсов. И что мы видим? Низкокачественные товары, которые, разумеется, не могут конкурировать с качественной продукцией. Но кто виноват в этом? Виноват этот беспощадный капитализм, который, в погоне за сверхприбылями, загоняет нас в угол, заставляя выбирать между дешевизной и качеством. Ведь для создания качественной одежды нужны качественные материалы, дешёвая рабочая сила и желание работать для людей. Но кому это нужно, когда можно экономить на всем и зарабатывать лёгкие деньги на чужой беде?

Все эти бренды не готовы конкурировать с производителями из Киргизии или Турции, потому что стоимость труда там намного ниже, а сырое сырьё для текстиля не приходится импортировать, как у нас. Рабочий класс остаётся без работы — капиталисты продолжают грабить трудящихся, а потом ещё гордятся своими фабриками в далеких странах. Всё, что нужно богатым, — это прибыль и контроль над народом. И вот, на фоне падения покупательной способности, когда заработные платы не соответствуют росту цен, когда люди начинают беднеть, они ищут способы обогащаться за счёт всего общества.

Ситуация с закрытием фабрик и потерей рабочих мест становится ещё более очевидной, когда крупные компании заявляют, что не видят смысла продолжать производство в России. Почему? Потому что это невыгодно им. А что стоит за этим? Это результат политики буржуазии, которая норовит снять с себя ответственность за свою страну, за её народ и вообще за что-либо. Эти хищники продолжают делать деньги на нашей бедности, на нашей незащищённости, на наших безработных.

Платформа

«Всё выше и выше, и выше»: В России вновь ожидается рост цен на продукты питания

Товары продовольственного характера вновь подорожают. Всё из-за того, что средний возраст используемой сельскохозяйственной техники становится всё выше. Как отмечает эксперт аграрного рынка Александр Корбут, около половины используемой техники старше 10, а то и 15 лет.

Подобное происходит из-за того, что закупить новые мешает не только жаба. Закупить новое оборудование для большинства аграриев является непосильной задачей. Всё из-за возросшей ключевой ставки по кредитам, за которые обычно приобреталась новая техника. При этом старая техника не молодеет, из-за чего чаще ломается, что в любом случае скажется на количестве получаемой продукции. По законам капиталистической экономики, это становится причиной того, что цены улетят вверх как на само сырьё, так и на производимые из него товары.

Аграриям всё тяжелее закрывать предыдущие кредиты. Впрочем, под угрозой не все сельхозпроизводители. Всё это касается лишь мелких предпринимателей, для которых каждый трактор на счету. Для крупных агрохолдингов подобное не является чем-то, что сильно по ним ударит. Более того, они выйдут в плюс. Ведь из-за того, что фермерские хозяйства вносиюят значительный вклад в долю собранного урожая (например, до 60% зерновых и масленичных культур), цены на продукцию поднимутся для всех. Крупным собственникам, не испытывающим сильных проблем с кредитами и техническим парком, не обязательно поднимать цены так же высоко, от чего их товар становится более конкурентоспособным. Это, безусловно, скажется на увеличении прибыли и на увеличении числа банкротств фермеров, на скупку сельсхозплощадей которых и будут отправлены прибыли холдингов.

Таким образом, перед нашими глазами вновь разворачивается классическая картина того, как конкуренция рождает всё более монополизирующийся рынок. И казалось бы, появление более сильного и крепкого хозяйчика на рынке даёт ему возможность продавать товары по более низкой цене. Но не стоит обольщаться, ведь чем меньшей для него помехой становятся мелкие предприниматели, тем сильнее цены будут зависеть от него самого. Крупным собственником также движет увеличение собственных прибылей, и при монополизации цены всё так же будут расти. Так что для рабочих, которые и являются основными потребителями, ситуация становится равнозначной обмену шила на мыло. Их будут душить: что при обилии мелких собственников, что при торжестве монополии.

Но из ситуации есть выход. Ведь известно, что монополия, как производство более высокого порядка, чем отдельные собственники и их объединения, может делать более доступными для общества производимые ею товары. В этой формуле есть переменная, что может решить эту проблему. Этой переменной является факт того, кто является выгодоприобретателем работы монополии. Пока им будет собственник, чьей целью будет прибыль от производства товара, ситуация не изменится.

Лишь монополия, обращённая во благо всего общества, чьей целью является обеспечение своего существования, есть выход из сложившейся ситуации. Лишь после обобществления средств производства во всех сферах рабочие получат возможность кардинально улучшать свою жизнь. Получат возможность создать мир, где еда, жильё и другие необходимые для человека вещи перестанут быть товаром, а станут законным правом каждого.

Для мелких собственников же ситуация предоставляет выбор. Либо продолжать бороться за старое устройство общества, ожидая когда и до него доберётся монополизация, и поглотив их средства производства, переведёт их в разряд пролетариата. Либо начать бороться за новое, объединившись с пролетариатом, помогая ему строить выгодное общество для всех. К сожалению, многие из них выберут в поисках лучшей жизни первый вариант, осложняя и без того сложный путь пролетариата. Но каждый, кто выберет второй путь, путь борьбы, внесёт ощутимый вклад в приближении создания нового будущего.

Платформа

Учителя бегут из профессии, а новые не приходят

В России назревает катастрофа: школы стремительно теряют учителей, а выпускники педагогических вузов массово отворачиваются от профессии. По данным Минтруда, лишь 40-50% молодых педагогов идут работать в школы, хотя общий уровень трудоустройства выпускников достигает 80%. Это значит, что каждый второй дипломированный учитель предпочитает сменить сферу — стать менеджером, репетитором или уехать в мегаполис за «нормальной зарплатой».

Пока чиновники подсчитывают вакансии — до 2030 года системе не хватит 480 тыс. педагогов — дети в классах остаются один на один с перегруженными преподавателями, а то и вовсе без них.

Причины бегства учителей — в системном обесценивании профессии. Зарплаты педагогов в 75 регионах ниже минимального прожиточного уровня, а дополнительные выплаты зависят от «благосклонности» местных властей. Мизерный базовый оклад, остальное — надбавки за категорию, проверку тетрадей, классное руководство. Но их могут урезать в любой момент. Молодые специалисты, пришедшие в школы, быстро сталкиваются с адской нагрузкой: 30 часов уроков в неделю плюс тонны отчетов, родительские чаты, бесконечные проверки.

Государство десятилетиями игнорировало проблему. Вместо повышения зарплат — точечные премии; вместо сокращения бюрократии — новые реформы с бессмысленными стандартами. Престиж профессии упал настолько, что даже целевой набор в педвузы провалился: на 32 тыс. мест подали заявки лишь 20 тыс. абитуриентов.

Последствия уже бьют по детям. В сельских школах математику и физику ведут историки, в городах классы укрупняют до 40 человек, а логопедов и психологов не хватает катастрофически. Родители массово жалуются на качество образования. Региональное неравенство усугубляется: если в Москве еще можно найти репетитора, то в селах ученики годами не видят педагогов-предметников.

Власти обещают «стратегию до 2030 года» — готовить по 100 тыс. педагогов ежегодно. Но даже такие нереалистичные цифры не решают главного: пока учитель будет нищим и замученным бюрократией, выпускники продолжат бежать.

Россия рискует потерять целое поколение. Уже сегодня 51% школ признают: учителей не хватает. Завтра их не станет вовсе — и тогда страна, которая гордилась Толстым и Ландау, останется без будущего.

Платформа

Здравоохранение в США: здоровье стало товаром

В стране свободы и демократии здравоохранение давно перестало быть правом — это товар, доступный лишь тем, кто может за него заплатить. За сухими цифрами статистики скрывается системный кризис: 31 млн взрослых заняли $74 млрд в 2024 году на лечение, 66.5% банкротств связаны с медицинскими проблемами, а 26% американцев отказываются от медицинских услуг из-за их высокой стоимости. Эти данные не просто отражают «проблемы системы» — они вскрывают её суть: здоровье человека принесено в жертву прибыли.

Даже при наличии страховки 80% должников сталкиваются с необходимостью платить до $1,5тыс до того, как начнут производиться страховые выплаты, ограничением самих выплат, и услугами, которые не входят в страховку. Страховые компании и фармацевтические гиганты наживаются на страданиях: их прибыли растут, а миллионы рабочих вынуждены выбирать между лечением и едой.

Имущественное неравенство здесь очевидно: семьи с доходом ниже $40 тыс отказываются от помощи в 2 раза чаще, чем те, кто зарабатывает свыше $100 тыс. Но даже «успешные» не защищены — четверть взрослых людей с доходами свыше $180 тыс обеспокоены задолженностью по медицинским услугам.

Государство имитирует борьбу с кризисом. Для «хорошего» кредитного рейтинга государство запретило включать меддолги в кредитных отчетах (2025 г.). В то же время сокращается госпрограмма медицинской поддержки малоимущих Medicaid. Эти реформы маскируют грабительский характер буржуазного государства: пока здравоохранение остаётся товаром, долги и банкротства будут расти. Прогнозы это подтверждают: в 2025 году расходы на медицину будут расти ежегодно на 7–8%.

Здравоохранение должно стать общедоступным правом, а не привилегией. Это требует национализации страховых компаний, фармацевтических корпораций и больниц, перевода их под общественный контроль. Борьба за это — часть классовой борьбы, где рабочие — единый фронт против системы, превратившей их жизни в источник наживы. Пока балом правит капитализм, здоровье останется товаром, а кризис — вечным.

Платформа

В ООН заявили, что женщин стали еще чаще ущемлять в правах

В 2024 г. из-за ослабления демократии, военных конфликтов, пандемии, ИИ и изменения климата женщин в каждой четвертой стране еще больше ущемляли в правах, чем ранее. Об этом заявили в организации «ООН-женщины».

Согласно данным, особенно ущемляются экономические права, в том числе на трудоустройство. Только 63% женщин в возрасте от 25 до 54 лет трудоустроены — и это против 92% занятых мужчин. Причем, более 2 млрд женщин не получают и социальную помощь. 

Второй аспект дискриминации — сексуальное и физическое насилие. Из-за военных конфликтов за последние 20 лет насилие удвоилось — зафиксировано 50% случаев, когда жертвами были женщины, и 95%, когда жертвами были дети и молодые девушки. Более того, каждая третья женщина хотя бы раз в жизни подвергалась семейно-бытовому насилию. Нередко к этому приводили религиозные убеждения. Как отмечают в ВОЗ, любое насилие не только негативно сказывается на физическом, психическом и репродуктивном женском здоровье, но и препятствует участию женщин в общественной жизни, а значит и о ее независимости не может быть речи.

Третий аспект — ущемление работниц по уровню зарплат, причем неравномерная сегрегация по профессиям наиболее распространена. По подсчетам испанских исследователей, если в транспорте и строительстве больше получают мужчины, то в сфере здравоохранения и социальных услуг — женщины (разрыв 21,3%). А в финансовом секторе большинство женщин работает на самых низкооплачиваемых должностях. Немецкие исследователи обеспокоены еще и тем, что даже среди сверхбогатых больше мужчин: 71% крупнейших частных активов принадлежит им, в то время как женщинам — 29%.

Эксперты подчеркивают, что одной из основных причин неравной оплаты труда за однотипную работу испанским трудящимся является тнз «штраф за материнство». Речь о частом понижении в должности и ухудшении оплаты труда женщин после рождения детей.

Так, к примеру, доход испанской женщины с появлением ребенка сокращается на 11%, а если ее декретный отпуск долгосрочный, то на 28%. Наблюдаем тот самый эффект «стеклянного потолка», который ограничивает работниц-матерей в карьерном продвижении и профессиональном развитии. Подобная ситуация во всем мире. Вот английские исследователи на днях подсчитали, что ежегодно 74 тыс. матерей вынуждены увольняться с работы лишь потому, что «осмелились завести детей».  

Женщин заставляют выбирать между карьерой и семьей под влиянием экономических обстоятельств, которые, к слову, всех трудящихся, независимо от пола, впрягают в ярмо. Поэтому какой бы выбор труженицы ни сделали, их права, честь и независимость попираются. Либо материальная зависимость и «положение служанки», либо эксплуатация и «положение рабыни» — при капстрое у трудящейся женщины выбор невелик.

Организация «ООН-женщины» предложила свой способ преодоления неравенства по половому признаку: «равный доступ к высоким технологиям, инвестиции в борьбу с бедностью, борьбу с насилием, меры по обеспечению климатической справедливости». В который раз нам говорят, что инвестиции в инновации помогут в борьбе с бедностью, а после и с дискриминацией. При этом такие фонды социальных инноваций уже созданы, стабильно получают инвестиции и помощь из бюджета того или иного государства. Миллионы женщин и детей в беднейших странах уже пользуются достижениями этих высокоэффективных методов борьбы с бедностью, но продолжают коротать свой век в нищете. Так, по данным ООН и Всемирного банка на 2025 г., 8,5% населения мира живут в крайней бедности.

Не инвестиции и инновации дадут полную независимость женщинам, обретут они её только тогда, когда частная собственность на средства производства будет уничтожена. Положение трудящихся женщин — положение классовое, поэтому только уничтожив любые формы эксплуатации и угнетения, можно говорить о равноправии и преодолении неравенства. Пока же это все выглядит, как в басне про башмак и равенство, когда карлик говорит великану: «Твои, мои — права одни! Не спорю, что равны они, — Тот отвечает без задору, — Но мой башмак тебе не впору».

Платформа

Из-за невыплаты зарплат прокуратура завела дело на перевозчика

К прокурору Орловской области на личный приём обратились сотрудники МУП «Трамвайно-троллейбусное предприятие города Орла», пожаловавшись о задержках в выплате заработной платы и сложном финансово-хозяйственном положении предприятия.

Во время собрания было установлено, что за первую половину февраля текущего года перед работниками муниципального предприятия образовалась задолженность по заработной плате в размере более 7 млн 900 тыс рублей.

По данному факту в отношении компании было возбуждено дело об административном правонарушении (ч. 6 ст. 5.27 КоАП РФ), которое направили для рассмотрения в Государственную инспекцию труда в Орловской области. После этих мер задолженность была погашена в полном объёме.

Но, к большому сожалению, это далеко не единственный случай. Подобное ранее наблюдалось и в Ростове-на-Дону, Махачкале, Екатеринбурге, Ингушетии, Белгороде и т.д. Вкупе с несоразмерно малой зарплатой относительно тяжёлых условий труда это создаёт весьма неприятную картину с дефицитом водителей общественного транспорта, что отражается на пассажирах. Людям приходится ездить в забитых транспортах, которые часто наполнены настолько, что не выдерживают груза и ломаются. Трудящиеся вынуждены стоять долгое время на остановках, что плохо сказывается на здоровье людей и распределении времени, а также порой порождает очереди на общественный транспорт из десятков людей.

Такое положение дел будет только усугубляться, ведь предпринимателям выгодно максимально снижать расходы, даже если из-за этого будут страдать остальные. Так будет до того момента, пока рабочие сами не возьмут управление всеми делами общества в свои руки и не начнут их улучшать.

Платформа

Буржуи сдают старое, копят новое — нам остаётся ждать смерти?

В 2022 г. началась стремительная милитаризация планеты. Милитаризация, конечно, не обошла Прибалтику  и ЕС. После начала волшебства все страны ринулись «помогать» нашему братскому народу вооружением. Сбагрили своё старое вооружение, регулярно выделяют всё новые бюджеты для своих предприятий. На этом фоне радуются европейские оружейные бароны, ведь их предприятия стремительно растут в цене. Например, немецкая Rheinmetall радостно отчиталась о росте операционной прибыли на 70% в 2024 г.

По оценкам Института международных стратегических отношений, в 2023 году военные расходы увеличили: Испания (13.1%), Германия (15.9%), Нидерланды (22.3%), Финляндия (19.6%), Швеция (22.7%), Австрия (24,3%), Польша (79.7%).

Казалось бы, ну сбагрили старое, строят новое. Пилят бюджет, растут акции на бирже. Нам-то, работягам, что? А то, что все эти ракеты и танки строятся, чтобы нас уничтожить. Буржуи готовятся к новому большому переделу. Если мы выделяем в отдельную категорию оружейных гнид, то встаёт вопрос: если они зарабатывают на производстве вооружений, то как им зарабатывать, когда в стране заполнятся склады? И ужас: а что делать в мирное время?

Ответ таков: если заполнились склады, нужно придумать способ утилизации этого товара, чтобы появилась потребность в новом. А такое происходит там, где идёт война. Остальные буржуи поддерживают гнид-оружейников. Ведь для них успех в войне означает новое «жизненное пространство» для продажи товаров.

Мы наблюдаем новый виток в существовании капитализма. Он вновь подошёл к развязыванию большой бойни. Так будет происходить вечно, пока мы, трудящиеся, не организуемся вместе и не построим социализм!

Платформа

Рост неравенства в России

Самая низкая в истории безработица! Смотрите какой рост зарплат. Благосостояние народонаселения растет. Это заявляют нам с голубых экранов чинуши. Статистика же говорит, что растет неравенство.

Вот Росстат отчитывается о социально-экономической дифференциации населения в России. Изменение с 2023 по 2024 год таково.

Как представлена статистика Росстатом:
Примем все денежные доходы за 100 и разобьем все население на 5 групп. В каждую группу входят 20% населения. Выяснилось, что у 80% населения владение денежными доходами уменьшилось на 0.3%, а вот у остальных 20% увеличилось на 0.3%. Богатые опять разбогатели за счет бедных.

В том же докладе есть индекс Джинни - он изменился с 0,405 до 0,408. По сути, чем ближе этот коэффициент к 1, тем больше средств сконцентрировано в руках отдельной группы.

Причем в 2022 году индекс составил 0.398, оно и понятно, множество наших атлантов потеряло активы за границей, многие лишились заказов.
Но все мы помним что произошло дальше. Наше любимое государство, то, что на народ работает, перераспределило бюджетные средства лояльным буржуям. В результате мы видим возвращение неравенства. И чем дольше будет существовать капитализм, тем сильнее будет неравенство.

Богатейшие люди сконцентрируют у себя в руках все квартиры, все заводы, весь транспорт. А мы, работяги, будем всю свою зарплату отдавать им за то, чтобы пользоваться квартирой, ездить на транспорте. Причем зарплату эту получим на заводе, которым владеет тот же буржуй, которому мы эти деньги вернем в качестве аренды за квартиру.

Нам не нужна прослойка, владеющая всем в этой стране, всем должны владеть трудящиеся, а такое возможно только в той стране, которой управляют трудящиеся — социалистической стране.

Платформа