МИР — СОЧАЩИЙСЯ КРОВЬЮ ТРУП ИЗ КОНСТРУКТОРА ЛЕГО

Мир лежит кровавой тушей
Из конструктора лего.
Я послушаю Скверпушер,
Чтоб от сердца отлегло.

НАДПИСЬ НА МОГИЛЕ САЛАВАТА ТЕМИРБУЛАТОВА ПО ПРОЗВИЩУ «БАШКИРСКИЙ БОНХЕФФЕР», УБИТОГО НА КАМЕРУ СКИНХЭДАМИ ВО ГЛАВЕ С РАШИДОМ «АДОЛЬФОМ» ЗАЙНУЛЛИНЫМ
​
Я кознен на эшофоте,
Что возвел мудак Адольф.
Я башкирский был Бонхеффер
По прозванию Вервольф.

СЕВЕР ТЬМЫ

Я хочу уехать на манящий север,
Затеряться в таежных дремучих лесах,
Волны Белого моря кромсают берег,
Где остовы драккаров в глубинах лежат.

Неприступная скальная крепость
Под собою хранит тайны древних времен,
Здесь на крае земли останется вечность,
Тишь лесов нарушают лишь крики ворон.

Оплетают все тропы бурные травы,
Вдаль ведут от покинутых сел, деревень,
По утру покрывают дороги туманы,
И не жалует тундра незванных гостей.

Кавалькада промчится по небу
За собой оставляя сиянием след,
Веет холодом, где бы ты не был,
Не спасает ни термос, ни плед.

Пусть несет неспешно плацкарт,
Разрезая на части глухую тайгу,
Не найдешь среди контурных карт
Где здесь встретишь в чащобах судьбу.

Не встречал я края родимей,
Хоть и холод кидает в озноб,
За зимой тут сменяются зимы,
Не меняется только тулуп.

КУБИНСКИМ ШОМАНАМ КУЛЬТА ВУДУ

Кубинские шоманы культа вуду
Наложат завтра порчу на пендосов.
А если не наложат — сука буду,
К хуям забью ебливых говнососов.

НЕОБОЛЬШЕВИСТСКИМ ПОСТСТАЛИНСКИМ ДОНОСИТЕЛЯМ, С УВОЖЕНИЕМ

В суд подай на Пидоренку
По статье 500 УК
«Хуем трогал за коленку
В интернете мудака».

ТОМУ, КТО ПРИДЕТ К ТАБЕРНАКЛЮ МОЕГО РЕЛИКВАРИЯ

Положи в мой табернакль
Основанье бытия,
Чтоб летал как птеродактль
Утром, днем и ночью я.

Сохрони в мой реликварий
Окончание всего,
Чтоб глазами страшных парий
Я увидел Альбедо.

ЧТО У МЕНЯ В ГРУДИ ВМЕСТО СЕРДЦА

Раздвинь мне грудь двумя руками,
Сердечный вырви мой сосуд,
Увидь, что там два мишки Гамми
Друг друга в рот весь день ебут.

Братья и сестры!

Долгожданное возвращение черного солнца русской поэзии пришлось на самый разгар зимы, когда световой день уже начал увеличиваться, а выкопаться из сугробов все еще нет никакой возможности, что символично вдвойне или втройне. Не менее символична и обложка новой книги старшего лейтенанта, и ее название, ведь небеса, как всем вам хорошо известно, находятся не на небесах, а в глубине каждого из нас. Рекомендуем срочно бросить все так называемые дела и безотлагательно заказывать очередной бестселлер вашего любимого поэта, выпущенный вашим любимым издательством. С уважением, Коммон Плейс.

Заказать Пидоренко

МОЯ ЭПИТАФИЯ НА МОЕЙ ЖЕ МОГИЛЕ

Я угорал, как Осборн Оззи,
Как Менсон Мерлин я кривлялся,
Но лучше б был жуком в новозе
Иль никогда бы не рождался.

КОМЬЮНЕКЕ ДОНОЛЬДА ТРАМПА НА ВРУЧЕНИЕ ЕМУ ПРЕМИИ САХОРОВА

Баба страшная Мочадо —
Сука демон, блядь, из ада.

ВИДЕНИЕ

На проспекте Табернакля
Под Аффорданса звездой
Я узрел глубины рвакли
Черной скрытые водой

ПАМЯТИ РОННИ ДЖЕЙМСА ДИО

Умер от дроконьей крови
И небесного огня
Дио Джеймс который Ронни
А не всякая хуйня

О ПРЕИМУЩЕСТВЕ ПРОСЛУШИВАНИЯ АНГЕЛИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ ГРУППЫ КОЙЛ ПЕРЕД ЕБАНИЕМ ЛЕДИБОЯ НА ПЛЯЖЕ НА ОСТРОВЕ САМУИ

Чем ебать на пляже транса
Лучше слушать Джон Баланса.

ЦИФРОВОЙ АВТОГРОФ ТЕМУРУ, ВЫСШЕМУ ФОНАТУ ТЯЖЕЛОЙ МУЗЫКИ РОК-Н-РОЛЛА И НАКАЧЕНЫХ МУЖИКОВ С МЕЧАМИ

Темур-бротан, ты вседержитель
Ебучей страшной, блядь, хуйни.
Как Моновара повелитель
Сей труд читай и шишку мни.

ГЛЕБУ МОРЕВУ (МОНОСТИХ)

О ебал твоего Мондельштама рот.

НА ПРОСЛУШИВАНИЕ ДУШЕСПОСИТЕЛЬНОГО НОВОГО АЛЬБОМА КРЕАТОРА

Жизнь — злыдоты генератор,
Что в низы толкает высь.
Я послушаю Креатор,
Чтобы стало заебись.

ПРОСТИТЕ, НО Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ ВЫНОСИТЬ С ВЫСОТ ПАРНАСА И ВЕРШИН ОЛИМПА ТО, ЧТО ПО ЗЕМЛЕ БЕГАЕТ ДАННЫЙ ТОРОКАН

Морев Глеб — дитя инцэста,
Проститутка, мразь и блядь
Хуже всех кассет «Альцеста».
В общем, рот его ебать.

Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ СОБОЮ (ИЗ ТУПО НЕГАТИВА)

Я играл в футбол башкою,
Забивал красивый гол.
Не хочу я быть собою,
Вот такой вот рокенрол.

ЛЮБОВЬ В «ОДНОКЛАССНИКАХ»

Ты поставила мне «два»,
Я тебе поставил «пять».
Надо слушать группу «Мгва»,
Остальное в рот ебать.

ТУПОЙ БАБЕ, УМЕРШЕЙ ЕЩЕ ПРИ БРЕЖНЕВЕ

Я тебе поставил «пять»,
Ты же мне всего лишь «тройку».
Надо было умирать
Не в застой, а в перестройку.