🧱 Без глянца: брутализм на детской площадке

В 1950-х в британских городах начали вырастать игровые ландшафты из грубого бетона — больше похожие на авангардные скульптуры, чем на детские площадки. Наклонные плоскости, монументальные формы, полное отсутствие декора — здесь не пытались быть «милыми».

Эти объекты рождались из послевоенной реальности, а не из эстетики. Города, усеянные руинами, требовали безопасных, но стимулирующих воображение сред для детей. Так появились «площадки для приключений» (adventure playgrounds) — пространства без правил и маршрутов, одни из первых по-настоящему инклюзивных и свободных.

🟰 Архитектура игр была честной: необработанный бетон, стальные трубы, минималистичные геометрические формы. Конструкции не диктовали, как играть, а лишь задавали абстрактную среду, которую каждый ребенок наполнял своим смыслом.

🟰 До 1980-х такие бетонные горки и лабиринты были привычной частью районов. Позже эпоха сошла на нет — материалы сочли слишком жесткими. Но островки этой эстетики сохранились как урбанистические артефакты в Дрездене, Бухаресте или польском Тыхы.

🟰 Эта эстетика свободы и монументальности оказалась близка и советским архитекторам. В 1970-80-х по всему СССР вырастали сюрреалистичные игровые города из бетона: огромные ракеты, кратеры лабиринтов, абстрактные фигуры животных. Они не были «милыми» — они были эпичными, как декорации для детской вселенной, где главным был масштаб фантазии.

🟰 Сегодня бруталистский опыт переосмысляют. Объединение Assemble с художником Саймоном Терриллом воссоздает ту же честную геометрию, но уже из мягкой цветной пены — сохраняя смелую форму, но меняя тактильность.

Иногда «красивое» — это не про комфорт и отделку. Это про честность материала, силу воображения и смелость эпохи, которая не боялась быть неудобной, но свободной.

#ПГСкрасивое