Похороны бабули.

Часть 1/2.

Когда умер дедушка, все плакали. Когда бабушка — все улыбались.

«Бабка… Чертова стерва», — так папа обычно говорил про неё.

Никто не осмеливался возразить. Да, своими словами он оскорблял собственную мать, но, в сущности, был прав: бабуля была злобной старухой. Вообще-то с этим соглашались все, даже мой покойный дед. Я до сих пор не понимаю, как он вообще с ней прожил, учитывая тот факт, что он был самым добрым и жизнерадостным человеком, которого я знал.

Бабушка, напротив, была полной его противоположностью. Она не просто была суровой старой женщиной, она получала удовольствие, мучая детей и внуков. Поэтому я почти никогда не навещал их с дедушкой. Но однажды я пришёл туда один.

Когда я постучался к ним, мой дед поспешил подтолкнуть меня меня к выходу, говоря, что сейчас не лучшее время для визита. Я запротестовал, на что он пообещал принести мне маленький подарок. Но как только он ушёл обратно в гостиную за подарком, бабушка рванулась ко мне.

«О, маленький Марк, как хорошо, что ты навестил нас. Пойдёшь к бабушке? Поживёшь с ней немножко?»

С этими словами она резко дернула мою руку так, что я думал, она её оторвёт. Я пытался вырваться, но одного шлепка хватило, чтобы заставить меня перестать пытаться это делать. К счастью, я так и не узнал, что бы она со мной сделала.

Дед ворвался в прихожую, когда услышал мои крики. В тот момент бабушка ухмылялась и мне, и ему, а потом отпустила меня. Я спрятался за дедушкой и ожидал, что он крикнет на неё, но он молчал. Дед был большой и строгий человек, но рядом с ней казался таким же напуганным, как и я. Он не шелохнулся и не проронил ни слова, пока она не скрылась в коридоре. Отдав мне тот самый подарок и велев никогда больше не приходить к ним домой, он закрыл за мной дверь. Как только я оказался на улице, оглянувшись я увидел бабушку снова. На этот раз в доме у окна, с широко раскрытыми, чуть красноватыми глазами и той самой ухмылкой. Даже тогда, в девять лет, я понял: с ней что-то не так.

Дед умер год назад. Его похороны были крупными — он был известен и любим в городе. Похороны бабушки, напротив, прошли скромно, только для семьи. На них были только я, мама, папа и дядя Томас. В этом не было ничего удивительного.

Когда я вышел из дома, папа и дядя по обыкновению спорили, ругаясь из-за всей этой возни.

«Лучше бы сейчас прямо здесь её сожгли и покончили с этим», — бросил дядя Томас, плюнув в землю.

«А соседи? А что если—»
Папа замолчал, заметив меня и маму.
Дядя Томас снова чертыхнулся.

«Ну что, есть план?»

Папа кивнул и сел в машину. Я чувствовал, что что-то не так, когда увидел грязный старый гроб в кузове гигантского пикапа дяди. Мама подтолкнула меня на заднее сиденье, касаясь моей спины мягко, но решительно. Как только мы устроились, дядя завёл мотор, и мы тронулись. Я удивился, что мы не поехали в церковь.

Похороны бабули.

Часть 2/2

«Мы не едем в церковь?» — спросил я.
«Нет, сынок», — папа ответил жёстко, — «твоей бабушке там не место».

«Но папа», — я хотел возразить, но замолчал, когда мама сжала моё плечо.

По дороге я вспоминал последний раз, когда видел бабушку, и вздрагивал. Это было несколько ночей назад: я проснулся от шума, посмотрел в окно и увидел её. Она держалась за оконную раму своими длинными, паукообразными пальцами, прижимала лицо к стеклу и улыбалась мне. Я закричал от ужаса, но когда мама с папой вошли в комнату, её уже не было. На следующий вечер она вернулась, расшагивала по саду, скребла по стенам, а затем уходила снова.

Я сидел в машине и боялся, что услышу её скребок по дереву гроба в кузове. Поездка длилась не больше получаса, но казалась вечностью. Все были напряжены и испуганы. Папа сжимал руль так, что пальцы белели от напряжения. Дядя Томас курил одну сигарету за другой.

Мы остановились где-то в глуши, далеко за городом, на старой грунтовой дороге. Папа и дядя вышли из машины первыми и достали лопаты.

«Прямо здесь?» — спросил дядя, и папа кивнул.

Они принялись копать, тяжело дыша. На выкапывание ямы ушло больше часа. Мама стояла рядом, держала меня за руку и посматривала на грязный гроб в кузове. Наконец они подняли гроб и понесли к яме. До середины они донесли его не без труда, но тут гроб начал трястись, доносились стуки. Мама вскрикнула и съёжилась.

«Быстро, сын, молоток, гвозди!» — крикнул папа, и я бросился к пикапу.
Они швырнули гроб на землю, легли на него и держали изо всех сил, пока изнутри раздавались проклятия бабушки. Я подал им молоток, и они прибили крышку гроба, намертво заколотив его. Гроб всё ещё трясся, когда мы швырнули его в яму, удары были слышны и тогда, когда мы засыпали его землёй.

«Думаешь, это сработает?» — спросил дядя Томас.

Папа кивнул, и я даже поверил ему, но никто не был уверен. Мама стояла рядом и молилась. Вскоре к ней присоединились все остальные. Но молились они не за бабушку, а за какое-нибудь божество, которое могло бы нас защитить.

Потому что это были не первые похороны бабушки. И все мы молились о том, чтобы в этот раз она не вернулась.

Мой сосед заманивает к себе детей из своего окна по ночам.

Часть 1/4

Я (мужчина, 33 года) живу в Техасе со своими детьми – Алисия (девочка, 8 лет) и Джей (мальчик, 4 года). На момент истории их мама уже два года как не являлась частью семьи (не умерла, просто дерьмовый человек), так что я вполне неплохо справлялся со всем в качестве отца-одиночки. Втроём мы жили в хорошем районе в доме с двумя спальными комнатами, у меня была неплохая работа, а дети, к счастью, были довольны и здоровы.

Всё шло гладко, пока два месяца назад меня не разбудил Джей посреди ночи. Он коснулся моего лица, стоя напротив и всхлипывая. Я сразу распознал эти всхлипы как «Пап, мне страшно», а не как «Пап, у меня что-то болит», а потому, проснулся не сильно взволнованным. Джей всегда был склонен к кошмарам, поэтому я решил, что причина всему плохой сон. Но когда я спросил его, что случилось, он ответил:

«Мужчина в соседнем доме показывает страшные рожицы»

Мне уже приходилось слышать истории о том, как монстры поджидают его в разных углах комнаты, но это было что-то новенькое. Я предположил, что он имеет в виду дом напротив, в котором действительно жил наш сосед, и отсутствие элементов фантастики в его словах заставило меня напрячься. Слова Джея звучали слишком специфически, чтобы списать их на простые кошмары.

Поднявшись с кровати, мы с Джеем отправились в детскую. Алисия тоже не спала. В мягком свете ночника можно было заметить, как она, сидя на верхней койке двухэтажной кровати, скрестила ручки на груди и сердито смотрела на своего младшего брата. Чтобы обзор на ночную темноту был лучше, я не стал включать свет, и выглянул из окна. На нём висели шторы, которые обычно были плотно закрыты, но в этот раз там была небольшая щель. Наверное, именно в неё и посмотрел Джей, прежде чем разбудить меня.

Только одна часть соседского дома была видна из детской (та, что находилась левее по улице). Было видно два окна, но снаружи была ночь, и я ничего больше не разглядел. Припоминая то, что можно было увидеть при дневном свете, я вспомнил, что окно с левой стороны было кухней, но что было за вторым окном сказать не мог – туда шторы всегда были задёрнуты.

Всё же, решил спросить Алисию, видела ли она что-то, но дочка лишь покачала головой.

«Да ему же всегда снятся кошмары, и он всегда ноет. Пап, я не хочу спать с ним в одной комнате! Он мешает спать!»

Конечно же, эти слова заставили Джея снова расплакаться, и по итогу было принято решение отправить сына спать в комнату со мной. Там всё равно стоял что-то вроде шалаша-палатки с черепашками-ниндзя, в котором он часто засыпал вместо кровати в своей спальни. Честно говоря, я даже подумал, что его рассказ про соседа мог быть лишь попыткой позволить ему ночевать в своём любимом месте и устроить там «кемпинг». Так или иначе, видимо, я сущая тряпка в воспитании детей, потому что Джей спал в своём домике у меня в комнате ещё две ночи подряд.

Но на третью ночь меня снова разбудили. На этот раз Алисия, которая стояла перед моей кроватью и трясла меня за руку. За последние несколько лет это было впервые.

«Сосед корчит странные рожицы»

Эти слова и страх в голосе моей дочери насторожили меня сильнее.

«Я закрыл шторы перед тем, как пожелал спокойной ночи. Ты их открыла?»

«Совсем немножко… Я просто услышала странный звук»

«Что ты услышала?»

Алисия не совсем могла описать, что это был за звук. По её словам, она просто проснулась из-за него и тут же спустилась с кровати, чтобы понять, что происходит. Когда она отодвинула шторку, увидела, что в окне соседского дома горит свет, шторки были раскрыты, а сам сосед стоял прямо напротив своего окна. «И что он делал?»

Алисия задумалась на какое-то мгновенье, а затем её выражение лица изменилось на такое, которое мне никогда не хотелось бы видеть на лице своего ребёнка или кого бы то ни было в принципе.

Мой сосед заманивает к себе детей из своего окна по ночам.

Часть 2/4

Я не смогу передать точно, как оно выглядело, но давайте опишу на словах: сначала она широко улыбнулась так, что между двумя рядами зубов была маленькая щель, а затем высоко приподняла свои брови. Она повернула голову ко мне в своём Кубриковском выражении лица и напрягла мускулы на шее. Но ещё больше ужаса этой картине добавляло положение её рук. Она вытянула левую руку, согнув в локте и повернув предплечье вверх. Затем сжала правую руку в кулак и начала быстро двигать им взад-вперёд по предплечью. Алисия описала свои действия как игру на скрипке, но, по-моему, сосед этими действиями показывал нечто похоже на скольжение ножа по рукам. Обеспокоенный, я сказал дочке перестать копировать соседа и больше никогда не повторять это. На самом деле, думаю, в этот момент я был немного рассержен и пытался понять, какого чёрта. Мой сосед был мужчиной примерно сорока лет, являлся затворником, но всё же казался обычным во все три или четыре раза, что я разговаривал с ним. В моей голове не укладывалось, зачем ему пугать детей.

После того, как я задал Алисии ещё несколько вопросов, я осознал, что мой сосед, в целом не сделал ничего, что каралось бы законом. В законах нет ничего, говорящего о том, что нельзя строить гримассы, стоя у окна в собственном доме, но всё же, он словно намеренно пугал моих детей. Законно или нет, я намеревался поговорить с ним следующим утром.

Последним вопросом дочке заключался в том, показывал ли сосед ещё какие-то жесты. Она кивнула, и начала двумя руками призывать меня к себе, словно говоря: «Идём ко мне». Я решил, что Алисия тоже будет спать в моей комнате. Также было решено проверить окна в детской, но, как и прежде, я не увидел ровным счётом ничего. Соседский дом утопал в темноте.

На следующее утро перед работой и после того, как я отправил сына и дочь в школу, я провел около пяти минут, пытаясь достучаться до соседа. Он точно был дома, поскольку его машина стояла у дороги, но мне никто не открыл дверь. В конечном итоге мне не оставалось ничего, кроме как отправиться на работу. Но когда я отдалялся от двери, решил быстро бросить взгляд назад, чтобы посмотреть, не наблюдает ли он за мной из окна. Так оно и было, резко повернув голову, я увидел, ровно на долю секунду, фигуру моего соседа у окна, прежде чем он скрылся из вида за шторой.

Очевидно, у него проблемы с головой. Я крикнул в сторону дома, чтобы он перестал страдать хернёй и пугать моих детей.

В ту же ночь в моей голове возник план действий. Пока Алисия и Джей спали в моей комнате, я намеревался провести ночь в детской. Это была пятница. Я собирался не спать всю ночь, чтобы поймать своего соседа с поличным. Конечно, я верил своим детям, но мне хотелось убедиться в том, что мой сосед действительно вытворял что-то странное, прежде чем я предпринял бы иные действия. Убедившись в том, что двери, окна и шторы закрыты, я уложил детей спать и уселся на полу под окном в их комнате. Около девяти вечера я включил сериал на своём телефоне. Мне не хотелось надевать наушники, потому что тогда была бы вероятность пропустить любой шум извне, поэтому я убавил звук на минимум и по большей части просто читал субтитры.

В полночь я услышал странный шум. Как и сказала Алисия, его было довольно сложно описать. В общем-то, это был повторяющийся, довольно низкий кликающий звук. Знаете звук, который издают люди, подражая стуку копыт лошади? Что-то похожее. Всё, что я мог определить точно – этот звук принадлежал человеку. После нескольких минут кликанье сменилось чем-то, что должно было походить на свист, но звучало странно. Как будто кто-то просто выпускал воздух сквозь зубы.

Звук был таким резким и отчётливо слышимым, что я подумал о том, что окно соседа наверняка должно быть открытым. Это вызывало тревогу, учитывая, что расстояние между нашими домами было не больше 5 метров. Уверенный в том, что сосед стоит у окна, и это мой лучший шанс увидеть его, я встал и одёрнул штору одним движением.