Ресторан «Медведь»
Владелец ресторана А.А.Судаков;
буфет, кабинеты и гардероб ресторана.
Владелец ресторана А.А.Судаков;
буфет, кабинеты и гардероб ресторана.
На днях оборванец-нищий, по фамилии Алексеев, найдя две облигации — в 500 и 100 руб. —опустил их в почтовый ящик с запиской «Прошу не забыть Алексеева». Сыскное отделение нашло собственницу облигаций г-жу В., вознаградившую Алексеева 125 рублями. Любопытно как решил Алексеев распорядится этими деньгами: он просил выдать ему 5 р. на кутеж, за 30 р. купить костюм, а 90 р. положить в сберегательную кассу. Этот поступок обратил на себя внимание благотворителей, которые доставили ему работу.
—————
Газета «Новости Дня» от 26 апреля 1901г.
—————
Газета «Новости Дня» от 26 апреля 1901г.
Скейтинг в Петербурге
Часть I.
Из года в год, с первыми тёплыми лучами солнца, петербургская публика возвращается к спорту. И этот аспект городской жизни не остаётся в стороне от последних тенденций моды. Каждый сезон проходит под эгидой какого-либо спорта, которому предаются в ущерб остальным. Так, например, было уже с теннисом и велоспортом. В 1910 модной новинкой становится катание на роликовых коньках по паркету. Увлечение, которое давно популярно заграницей и с которым хорошо знакома та часть петербургской публики, которая проводит существенную часть года на европейских курортах. Казалось бы — ничего нового, очередная мода на волне которой обогатятся наиболее прозорливые предприниматели. Однако увлечение катанием по паркету на роликовых коньках достигает уровня самого настоящего помешательства.
Одним из первых новые веяния моды улавливает инженер-предприниматель Владимир Татаринов, который уже имел определённую известность в Петербурге. Татаринов владел производством гидравлических и воздушных прессов собственной разработки. Ставил эксперименты в авиастроении. Многие помнят Татаринова по его проекту ‘аэромобиля’, о котором много писали столичные газеты. На его реализацию были привлечены казённые и частные средства общей суммой 50 тысяч рублей. Спустя два года работ ‘аэромобиль’ представлял собой шасси с двигателем от автомобиля Опель с винтом в носовой части и надстройкой с четырьмя пропеллерами. Вопреки надеждам изобретателя, аппарат не смог подняться в воздух. Предприятие закончилось громким скандалом, пресса подняла Татаринова на смех.
Тем не менее, именно Татаринов открывает первый скейтинг в Петербурге — «Royal Skating». Ринк занимает половину здания цирка «Модерн» на Кронверском проспекте 11. Ранее здесь располагался синематограф «Колизей», который не оправдал вложенных средств. Скейтинг приносит хороший доход. Цена билета на утренний сеанс составляет 50 коп, на вечерний 1 руб. Коммерческий успех скейтингов вдохновляет Татаринова на дальнейшее развитие дела. Сочетание инженерного опыта с предпринимательской хваткой приводит его к идее: запустить производство первых отечественных роликовых коньков. Кроме того, Татаринов предлагает помощь в открытии скейтингов в провинции. Для этих целей им было открыто Центральное бюро по организации скейтинг-ринков в России. Бюро предлагает инвесторам выгодно вложить средства в модное городское увлечение.
Скейтинг-ринки стремительно захватывают здания в центре Петербурга. В площадку для катания на роликах переделывают панораму «Голгофа» на Невском проспекте 100. Организаторы утверждают, что ринк оборудован «по последнему Парижскому образцу» и, ориентируясь на состоятельную публику, оборудовали парковку для автомобилей гостей. Следующей жертвой новой моды стал Литейный театр, также реконструированный для катания на роликовых коньках по паркету. Летом скейтинг-ринки появляются на загородных курортах в Павловске и Сестрорецке и в дачном пригороде Озерки.
Несмотря на то, что к катанию на роликовых коньках многие относятся, как к спортивной дисциплине — издаются учебные пособия, на ринках работают инструкторы /маршалы поля/ — атмосфера в скейтингах напоминает гигантский ресторан. С полудня и до поздней ночи бесчисленное количество людей катаются под звуки несмолкающего оркестра. Официанты глиссируют между бесчисленными столиками, разнося напитки и закуски. Посетителям предлагаются даже приватные кабинеты и телефонные кабинки. На скейтингах прежде всего пьют ликёры и шампанское, крепкое спиртное здесь не подают. Скейтинг-ринк — место, где заводят ни к чему не обязывающие интрижки. Сюда не принято приходить с парой. Здесь флиртуют и обмениваются сплетнями. Ищут и находят богатых поклонников. И всё это происходит в бесконечном движении по кругу.
Апогеем увлечения скейтингом стало строительство знаменитого ринка на Марсовом поле. О нём мы поговорим в следующей части.
Реклама открытия ринка на Кронверском:
Часть I.
Из года в год, с первыми тёплыми лучами солнца, петербургская публика возвращается к спорту. И этот аспект городской жизни не остаётся в стороне от последних тенденций моды. Каждый сезон проходит под эгидой какого-либо спорта, которому предаются в ущерб остальным. Так, например, было уже с теннисом и велоспортом. В 1910 модной новинкой становится катание на роликовых коньках по паркету. Увлечение, которое давно популярно заграницей и с которым хорошо знакома та часть петербургской публики, которая проводит существенную часть года на европейских курортах. Казалось бы — ничего нового, очередная мода на волне которой обогатятся наиболее прозорливые предприниматели. Однако увлечение катанием по паркету на роликовых коньках достигает уровня самого настоящего помешательства.
Одним из первых новые веяния моды улавливает инженер-предприниматель Владимир Татаринов, который уже имел определённую известность в Петербурге. Татаринов владел производством гидравлических и воздушных прессов собственной разработки. Ставил эксперименты в авиастроении. Многие помнят Татаринова по его проекту ‘аэромобиля’, о котором много писали столичные газеты. На его реализацию были привлечены казённые и частные средства общей суммой 50 тысяч рублей. Спустя два года работ ‘аэромобиль’ представлял собой шасси с двигателем от автомобиля Опель с винтом в носовой части и надстройкой с четырьмя пропеллерами. Вопреки надеждам изобретателя, аппарат не смог подняться в воздух. Предприятие закончилось громким скандалом, пресса подняла Татаринова на смех.
Тем не менее, именно Татаринов открывает первый скейтинг в Петербурге — «Royal Skating». Ринк занимает половину здания цирка «Модерн» на Кронверском проспекте 11. Ранее здесь располагался синематограф «Колизей», который не оправдал вложенных средств. Скейтинг приносит хороший доход. Цена билета на утренний сеанс составляет 50 коп, на вечерний 1 руб. Коммерческий успех скейтингов вдохновляет Татаринова на дальнейшее развитие дела. Сочетание инженерного опыта с предпринимательской хваткой приводит его к идее: запустить производство первых отечественных роликовых коньков. Кроме того, Татаринов предлагает помощь в открытии скейтингов в провинции. Для этих целей им было открыто Центральное бюро по организации скейтинг-ринков в России. Бюро предлагает инвесторам выгодно вложить средства в модное городское увлечение.
Скейтинг-ринки стремительно захватывают здания в центре Петербурга. В площадку для катания на роликах переделывают панораму «Голгофа» на Невском проспекте 100. Организаторы утверждают, что ринк оборудован «по последнему Парижскому образцу» и, ориентируясь на состоятельную публику, оборудовали парковку для автомобилей гостей. Следующей жертвой новой моды стал Литейный театр, также реконструированный для катания на роликовых коньках по паркету. Летом скейтинг-ринки появляются на загородных курортах в Павловске и Сестрорецке и в дачном пригороде Озерки.
Несмотря на то, что к катанию на роликовых коньках многие относятся, как к спортивной дисциплине — издаются учебные пособия, на ринках работают инструкторы /маршалы поля/ — атмосфера в скейтингах напоминает гигантский ресторан. С полудня и до поздней ночи бесчисленное количество людей катаются под звуки несмолкающего оркестра. Официанты глиссируют между бесчисленными столиками, разнося напитки и закуски. Посетителям предлагаются даже приватные кабинеты и телефонные кабинки. На скейтингах прежде всего пьют ликёры и шампанское, крепкое спиртное здесь не подают. Скейтинг-ринк — место, где заводят ни к чему не обязывающие интрижки. Сюда не принято приходить с парой. Здесь флиртуют и обмениваются сплетнями. Ищут и находят богатых поклонников. И всё это происходит в бесконечном движении по кругу.
Апогеем увлечения скейтингом стало строительство знаменитого ринка на Марсовом поле. О нём мы поговорим в следующей части.
Реклама открытия ринка на Кронверском:
На фото:
- здание скейтинг-ринка на Кронверском;
- отдыхающие в буфете скейтинга Невском пр. 100.
- здание скейтинг-ринка на Кронверском;
- отдыхающие в буфете скейтинга Невском пр. 100.
Послушный муж
Василий Кодрив, 28 лет, получив от жены 6 рублей денег на расход по дому, пропил их.
Когда провинившийся муж вернулся домой, жена, узнав про его поступок, стала бранить его и в раздражении крикнула: «лучше бы в Фонтанку бросился, чем кровные деньги пропивать!» Кодрив, на которого слова жены произвели сильное впечатление, последовал указанию супруги и, у дома №74, бросился в Фонтанку. Он стал тонуть, но был спасён яличником, доставившим его в Обуховскую больницу, где состоялось трогательное примирение мужа с прибывшей тотчас же женой.
—————
«Петербургская газета» от 30 апреля 1907г.
Василий Кодрив, 28 лет, получив от жены 6 рублей денег на расход по дому, пропил их.
Когда провинившийся муж вернулся домой, жена, узнав про его поступок, стала бранить его и в раздражении крикнула: «лучше бы в Фонтанку бросился, чем кровные деньги пропивать!» Кодрив, на которого слова жены произвели сильное впечатление, последовал указанию супруги и, у дома №74, бросился в Фонтанку. Он стал тонуть, но был спасён яличником, доставившим его в Обуховскую больницу, где состоялось трогательное примирение мужа с прибывшей тотчас же женой.
—————
«Петербургская газета» от 30 апреля 1907г.
Скейтинг в Петербурге
Часть II
В конце 1910-го на Марсовом поле открывается самый популярный скейтинг-ринк Петербурга — ‘American Roller Ring’. Палас спроектирован архитектором Е.Ф. Шреттером по заказу товарищества ‘Роял-Ринкерс’, им же принадлежат треки в Сестрорецке и Павловске.
Открытие скейтинга возвращает светскую жизнь на Марсово поле, которое после прекращения майских парадов гвардии и масленичных гуляний немного застоялось. Скейтинг, выстроенный в неоклассическом стиле, вписывается в общую панораму Марсова поле. Внутреннее убранство, богатое и красивое, также отсылает к античности. Гигантская паркетная площадка, окаймлена балюстрадой с чередой изящных греческих колонн переходящих с началом купола в грандиозные фермы, поддерживающих купол скейтинга. Манеж обильно освещён лампионами и гирляндами, расходящимися по всему треку и перевитыми зеленью. Вокруг трека идёт широкий холл с расставленными столиками для отдыхающих. Здесь же имеются изящные гостиные, отделанные в греческом стиле. Там можно присесть в плетёное кресло и передохнуть под журчание фонтанов, скрытых в массе зелени. К услугам посетителей буфет с закусками, прохладительными напитками и шампанским.
Публика на треке самая разносторонняя. Сюда приезжают аристократы, министерские жёны и гвардейские офицеры, предприниматели и банкиры, светская молодёжь. Здесь нет никаких ограничений на посещение: на скейтинг могут попасть и учащиеся, и нижние армейские чины. Среди них есть и опытные спортсмены, легко и без усилий скользящие по паркету, и самонадеянные неофиты, делающие первые шаткие движения. Тем не менее, скейтинг — больше чем спорт. Это светский клуб, маскарад на роликовых коньках.
Дамы полусвета приезжают сюда в поисках богатых поклонников, что разумеется вызывает ревность у барышень высокого петербургского общества — кавалеры, обласканные вниманием молодых кокеток, держат себя на редкость развязно при этом истребляя неимоверное количество шампанского.
Скейтинг — буквально сборочный пункт людей, не имеющих твёрдого общественного положения, но желающих во всём потакать денежной и родовой аристократии. Безумная популярность скейтинга в самых разных кругах столичного общества заставляет приезжать сюда и вполне солидных деловых людей, которые возможно и не любят шумных вечеринок. Однако здесь можно условиться о выгодной сделке и быть может даже получить конфиденциальную информацию о крупном государственном заказе. Таких людей можно всегда встретить в гостиных скейтинга, предпочитающих наблюдать, как парочки с треском и весёлым гамом оживлённо носятся по кругу. Александр Куприн пишет: «Едем на скейтинг-ринк. Круглый, гладкий, как лёд, манеж, а в местах для зрителей — пропасть публики, и, что всего обиднее, половина из них — наши хорошие знакомые, со многими из которых я имею солидные деловые связи. На манеже молодые люди обоего пола бегают и крутятся, как сумасшедшие, на коньках с колёсками. Грохот невообразимый!»
На скейтинги работают маршалы поля — они и инструкторы, и следящие за порядком на ринке. Услуги этих изящных молодых людей особенно популярны в среде министерских и генеральских жён, чьим мужам по статусу не положено посещение подобных мест. Дамы оставляют инструкторам щедрые чаевые. Говорят, что наиболее успешные маршалы зарабатывают до 1000 рублей в месяц.
Разумеется, скейтинг-ринк находится в центре светской и уголовной хроники. Здесь регулярно бывают журналисты Петербургских газет, охотящихся за скандалом или пикантной новостью из мира высокой столичной публики. Случаются и громкие происшествия. Самым резонансным считается убийство ‘королевы ринка’ Марии Толстинской, богатой купеческой дочери. Мария была частой гостьей скейтинга и обладала массой поклонников. Однако Толстинская вступает в связь с популярным инструктором Альбертом Грейчунасом и становится жертвой этого альфонса.
Популярность ринка на Марсовом попробует затмить новый «Спортинг-Палас» на Петроградской стороне. О нём и закате скейтинга в Петербурге мы поговорим в следующей, заключительной, части.
Часть II
В конце 1910-го на Марсовом поле открывается самый популярный скейтинг-ринк Петербурга — ‘American Roller Ring’. Палас спроектирован архитектором Е.Ф. Шреттером по заказу товарищества ‘Роял-Ринкерс’, им же принадлежат треки в Сестрорецке и Павловске.
Открытие скейтинга возвращает светскую жизнь на Марсово поле, которое после прекращения майских парадов гвардии и масленичных гуляний немного застоялось. Скейтинг, выстроенный в неоклассическом стиле, вписывается в общую панораму Марсова поле. Внутреннее убранство, богатое и красивое, также отсылает к античности. Гигантская паркетная площадка, окаймлена балюстрадой с чередой изящных греческих колонн переходящих с началом купола в грандиозные фермы, поддерживающих купол скейтинга. Манеж обильно освещён лампионами и гирляндами, расходящимися по всему треку и перевитыми зеленью. Вокруг трека идёт широкий холл с расставленными столиками для отдыхающих. Здесь же имеются изящные гостиные, отделанные в греческом стиле. Там можно присесть в плетёное кресло и передохнуть под журчание фонтанов, скрытых в массе зелени. К услугам посетителей буфет с закусками, прохладительными напитками и шампанским.
Публика на треке самая разносторонняя. Сюда приезжают аристократы, министерские жёны и гвардейские офицеры, предприниматели и банкиры, светская молодёжь. Здесь нет никаких ограничений на посещение: на скейтинг могут попасть и учащиеся, и нижние армейские чины. Среди них есть и опытные спортсмены, легко и без усилий скользящие по паркету, и самонадеянные неофиты, делающие первые шаткие движения. Тем не менее, скейтинг — больше чем спорт. Это светский клуб, маскарад на роликовых коньках.
Дамы полусвета приезжают сюда в поисках богатых поклонников, что разумеется вызывает ревность у барышень высокого петербургского общества — кавалеры, обласканные вниманием молодых кокеток, держат себя на редкость развязно при этом истребляя неимоверное количество шампанского.
Скейтинг — буквально сборочный пункт людей, не имеющих твёрдого общественного положения, но желающих во всём потакать денежной и родовой аристократии. Безумная популярность скейтинга в самых разных кругах столичного общества заставляет приезжать сюда и вполне солидных деловых людей, которые возможно и не любят шумных вечеринок. Однако здесь можно условиться о выгодной сделке и быть может даже получить конфиденциальную информацию о крупном государственном заказе. Таких людей можно всегда встретить в гостиных скейтинга, предпочитающих наблюдать, как парочки с треском и весёлым гамом оживлённо носятся по кругу. Александр Куприн пишет: «Едем на скейтинг-ринк. Круглый, гладкий, как лёд, манеж, а в местах для зрителей — пропасть публики, и, что всего обиднее, половина из них — наши хорошие знакомые, со многими из которых я имею солидные деловые связи. На манеже молодые люди обоего пола бегают и крутятся, как сумасшедшие, на коньках с колёсками. Грохот невообразимый!»
На скейтинги работают маршалы поля — они и инструкторы, и следящие за порядком на ринке. Услуги этих изящных молодых людей особенно популярны в среде министерских и генеральских жён, чьим мужам по статусу не положено посещение подобных мест. Дамы оставляют инструкторам щедрые чаевые. Говорят, что наиболее успешные маршалы зарабатывают до 1000 рублей в месяц.
Разумеется, скейтинг-ринк находится в центре светской и уголовной хроники. Здесь регулярно бывают журналисты Петербургских газет, охотящихся за скандалом или пикантной новостью из мира высокой столичной публики. Случаются и громкие происшествия. Самым резонансным считается убийство ‘королевы ринка’ Марии Толстинской, богатой купеческой дочери. Мария была частой гостьей скейтинга и обладала массой поклонников. Однако Толстинская вступает в связь с популярным инструктором Альбертом Грейчунасом и становится жертвой этого альфонса.
Популярность ринка на Марсовом попробует затмить новый «Спортинг-Палас» на Петроградской стороне. О нём и закате скейтинга в Петербурге мы поговорим в следующей, заключительной, части.